Калейдоскоп

Глава 1

Базар рассыпался перед Варей цветными стёклышками калейдоскопа. Пестрел яркими тканями, блестел украшениями и звенел сотней голосов. Жара висела густым, почти осязаемым киселём и дрожала над полотняными навесами и раскалёнными крышами, будто живая. Девочка вытянула руку, словно пытаясь потрогать её.

В тканевых мешках громоздились душистые специи, от которых кружилась голова. Рядом вспыхнуло облако розового дыма — ароматный порошок для благовоний, который торговец ловко развеял веером. Запахи защекотали в носу, пробрались в самое горло. Варя крепко зажмурилась, набирая в лёгкие побольше воздуха, и от души чихнула.

Пёстрый витраж рассыпался осколками. Дымок специй рассеялся, оставляя после себя холодную стерильную пустоту. Воздух наполнился резким запахом спирта и варёной курицы из столовой.

Варя поморщилась, поправила вязаную шапочку на голове и, закусив кончик карандаша, продолжила рисовать базар. Цветные карандаши порхали по плотному альбомному листу. Варя намечала тонкие контуры и мягкими штрихами оживляла нарисованные сладости.

— Так, кто это у нас тут не спит?

В палату вошла Света, новая медсестра. Она щёлкнула выключателем, и комнату залил резкий белый свет. Варя моргнула и оторвалась от рисования морщинистой морды верблюда, выглядывающего из-за полосатого шатра.

— Мне надо закончить рисунок.

— Завтра закончишь, — Света улыбнулась и подошла к кровати.

— Завтра не смогу! — возразила Варя, наморщив конопатый нос.

— Почему?

Медсестра задумчиво посмотрела на девочку и веер цветных карандашей, разбросанных по кровати. В упаковке, остались только чёрный и серый карандаши — Варя почти никогда ими не рисовала.

— Это секрет, — шёпотом сказала девочка.

Варя закрыла альбом и села, скрестив ноги. Света улыбнулась, прикрыла дверь и присела на край кровати.

— Я отлично умею хранить секреты, — доверительным шёпотом сказала она и подмигнула.

— И вы никому не расскажете?

— Никому-никому!

Варя внимательно посмотрела ей в глаза и кивнула.

— Я должна закончить рисунок, потому что сегодня у меня Стамбул. А завтра я отправляюсь в Болгарию. Через неё пройду до Венгрии, а оттуда рукой подать до Альп! Вы видели Альпы? Они та-а-акие красивые!

Девочка восхищенно всплеснула руками. Она открыла тумбочку и потащила огромную стопку книжек на себя. Охнув от тяжести, Варя чуть не уронила своё сокровище. Медсестра подхватила скользящие друг о друга глянцевые книжки и помогла донести их до кровати.

— Вот! Смотрите, какие!

Пухлый иллюстрированный атлас открылся на странице с Альпами. Белоснежные пики будто царапали остриём край страницы, стремясь вылезти за его пределы, а пушистые зелёные холмы на их фоне словно колыхались от невидимого ветра.

— Ты собралась в путешествие по Европе?

Света подалась вперёд, зачарованно разглядывая с десяток блестящих книг по странам и городам. Варя тем временем разворачивала огромную карту: потрёпанную и с заломами на сгибах. По ней, нарисованная толстым маркером, тянулась линия через все страны.

— Это маршрут пешего кругосветного путешествия!

— Ты сама всё это придумала? — удивилась медсестра, вглядываясь в длинную линию маршрута на карте.

— Конечно, — Варя гордо задрала нос.

— Может, лучше на самолёте? Пешком всё-таки тяжеловато долго идти.

— Да ну, какая ж это тогда пешая кругосветка? Вот как поправлюсь — везде побываю. А пока…

Она осеклась, бросив взгляд на недорисованный турецкий базар. В альбоме было ещё много страниц. Чистых, белоснежных, как снег в альпийских горах. Варя точно знала, что он будет хрустеть и искриться под солнцем, когда она там окажется. Когда-нибудь она пройдет все точки своего маршрута, и тогда все картинки из альбома оживут.

— Мне кажется, это будет большое путешествие. Ты классно всё придумала, — медсестра оторвалась от изучения карты и посмотрела на девочку. — Но чтобы идти по такому сложному маршруту, нужны силы, согласна?

Варя покорно закивала и зевнула. Глаза стали слипаться. Света помогла сложить все книжки обратно в тумбочку. Когда-то Варя с лёгкостью сама бы убрала всю стопку, но в последние дни книги стали какими-то тяжёлыми.

— Вот поспишь, наберёшься сил — и в путь, — медсестра укрыла девочку одеялом и выключила свет.

— А как же-е-е… — длинный зевок оборвал слова, — рисунок базара?

Света задержалась у приоткрытой двери и с мягкой улыбкой сказала:

— Завтра тебя ждёт новое путешествие, а это пусть останется… незавершённым.

Дверь тихо закрылась. Варя натянула поверх одеяла шерстяной плед. Несмотря на тёплый июль, ноги всё равно сильно мёрзли.

Девочка покрутилась, устраиваясь поудобнее, и пролистала альбом. Шпили замков там соседствовали с хвойными лесами, разлапистые пальмы сменялись деревенскими домиками, а кристальные горные озёра растекались по бумаге.

Последние картинки были «незавершёнными», как их назвала Света. Варя так много спала, что не успевала их закончить. Девочка зевнула, устало прижала альбом к груди и закрыла глаза. Медленно выдохнула, мысленно возвращаясь на базар.

Золотистые шёлковые ткани колыхались на ветру, как языки пламени. На прилавках высились горы сушёных фиников — тёмные, с блестящей шоколадной кожицей, похожие на огромный изюм. Варя стащила один финик и закинула в рот, ощущая вязкую сладость на губах.

Базар подёрнулся дымкой. Голоса стихли, звуки стали приглушённее, а запахи растворились в серой пустоте, в которой яркими пятнами вспыхнули огни прибрежного города.

Варя мысленно попрощалась с базаром. Медовая сладость сменилась морской солью, покалывающей на языке. Она протянула руку и коснулась влажного песка, прилипающего к пальцам. Перед ней шумело изумрудное море с кружевной пеной, набегающей на берег. Здесь начиналась Болгария. Следующая точка её маршрута.