Исцелитель.

Глава 1

Врач, исцели себя сам.

Авиценна.

Мне было тогда где-то лет шесть. Конец лета, жара с духотой - чисто Приморская погода. Друзей на улице не видно. Прошёл вдоль соседских заборов. У Бухаровых яблоки полу-культурки наливаются. У Дейкалюков виноград разросся и несколько кистей ягод свисают в щелях штакетника. Чтобы добраться до него, надо сначала по штабелю старых досок пройти, что лежали вдоль забора. На дрова видно привезли. Карабкаюсь на сложенные доски. Нога проваливается сквозь трухлявую доску и натыкается на ржавый гвоздь. Гвоздь пронзил ногу между большим и следующим пальцем и вылез поверх китайского кеда. Выдернул ногу вверх. Быстренько разулся. Ранка не сильно кровила, но было больно. До-хромал до винограда. Кислый очень, не дозрел. Вспомнил про подорожник. Пацаны рассказывали, что помогает от болячек. Сорвал листик и приложил к вавке. Матери ничего не сказал, а то отругает, что лазил к соседям. Ночью рана болела и дёргала. Когда проснулся, то увидел, что нога покраснела и опухла. Мама, с раннего утра, ушла на работу в столовую, а я потихоньку хромал возле двора, на улице, играл с авто-краном, что мне на день рождения подарили. Старший брат Толя, заметил мою хромоту и заставил разуться.

- Где ты так умудрился поранится? - спрашивает он меня.

- На гвоздь наступил, - со слезами на глазах ответил я, - Только маме не говори.

- Не бойся. Не скажу. Сейчас я тебя буду лечить.

Налил он тазик горячей воды, туда кинул щепотку марганцовки. Больную ногу минут десять там подержал. Потом сделал из бинтика тампон. Помазал его ихтиоловой мазью и забинтовал. На следующий день он разбинтовал ногу. Опухоль спала. На тампоне были следы сукровицы и засохшего зеленоватого гноя. Опять - тампон, мазь и бинт. На третий день нога зажила. Но больше всего меня радовало, что мама ничего не узнала.

Прошло некоторое время. Не помню как, но я поранил кисть правой руки, между большим и указательным пальцем. Опять воспаление и покраснение и дёргающая боль. Но я-то уже учёный. Нагрел воды на примусе, это такая керосиновая горелка на ножках. Кинул марганцовки, не пожалел, рука аж коричневой стала. Помазал "ихтиолкой" и замотал бинтиком, как смог. Толика, дома не было, он уехал в длительную командировку. Ночью не спал. Боль в руке пульсировала. Утром пришлось сдаваться матери. Она охнула, схватила меня в охапку и побежала в больницу, что находилась неподалёку. Врач, в приёмном покое, осмотрев тёмно-красную опухоль на руке, сказал мне:

- Придётся тебе руку отрезать, что бы ты самолечением не занимался.

- Я больше не буду! - разревелся я.

- Тогда терпи. Буду гнойник вскрывать, - сказал врач.

Со стороны ладошки он сделал надрез. Я , хоть и было больно, с любопытством смотрел, как течёт кровь и гной в белую эмалированную кювету. Сестра обработала рану фурацилином или перекисью. Положила тампон с пахучей мазью, потом я узнал её по запаху, когда вырос и пользовался - линимент бальзамический по Вишневскому. Забинтовала. Потом, я ходил к ним на перевязку, уже один. Кожица, где была опухоль, отслоилась и ладошка сияла новой, розовой кожей.

Когда я учился во втором классе, мне удалили миндалины. Ещё в детском садике, помню, сосульки любил лизать, а по ночам мне кошмары снились. Меня душила огромная, чёрная гора. Я просыпался с плачем и хрипел заложенным горлом. Мама меня, среди ночи, несла на "скорую", благо рядом было и там мне снимали отёчность гортани. Мазали каким-то сладеньким Люголем. Перед операцией я держался молодцом. Завели в операционную, сверкающую белым кафелем полов и стен и никелем и хромом инструментов. Одели матерчатые бахилы с завязками. Усадили в кресло, руки привязали к подлокотникам и началась пытка. То ли обезболивающие уколы не подействовали, то ли мне страшно стало, но орал я на всю двух-этажную больницу. В палате, потом, мужики мне говорили:

- У нас обед был, а ты своими воплями нам аппетит испортил.

Шутили, конечно. Занятия спортом помогли или я перерос детские болячки, но болел я всё реже и реже. В девятом классе тогда я был. На день Всесоюзного субботника, это 22 апреля, день рождения Ленина, сейчас многие этого и не знают, наш класс послали очищать территорию парка, возле стадиона. Граблями и руками, мы стаскивали сухую траву в кучку и сжигали её. Девчонки заметили большую сухую ветку на дереве, которая свисала до уровня глаз и попросили её отломать. Я решил выпендриться перед ними. Забрался на дерево и прыгнул в висе на ветку, как на перекладину турника, рассчитывая с отломанной веткой приземлиться на ноги. Но приземлился на голову, ветка до конца не отломалась и изменила траекторию моего падения. Буммм! Я потерял ориентацию в пространстве и вообще соображение. Встал и куда-то пошёл. Меня тормошили, чего-то спрашивали, но я молча шёл. Потом у меня стала сильно болеть голова. Сейчас то я знаю, что было сотрясение мозга и мне надо было обратиться к врачу, но тогда мне никто не подсказал и учителя, к сожалению, с нами не было. Пил таблетки из домашней аптечки; аскофен, пиркофен, аспирин, анальгин. Немного помогало. В журнале "Наука и жизнь" попалась статья о акупунктуре и биологически активных точках. Стал массировать указательным пальцем, по часовой стрелке три минуты, основные точки. На шее, в основании черепа, между шеей и плечами, на кистях рук, между большим и указательным пальцем, на сгибах рук и на коленках, в ямке между суставами. Сначала точки покалывают, а во время массажа, боль притупляется или совсем исчезает. Самочувствие улучшается и мигрень проходит. Ещё сам придумал массаж головы. Обеими руками делал круговые движения и кончиками пальцев нажимал на болезненные участки кожи головы.

Когда повзрослел, головные боли прошли. Иногда, перед плохой погодой, голова болела. За два дня осадки стал чувствовать, как старый дед. Однажды, на даче в Васильевке, свояченица пожаловалась на сильную головную боль. Таблеток с собой она не взяла от гипертонии. Предложил ей точечный массаж по своей методике. Провёл весь цикл, кроме коленок конечно, жена бы меня не поняла правильно. Люся, старшая сестра супруги, изумлённо на меня глянула:

- Серёжка, ты экстрасенс наверно. Голова перестала болеть.

Миллениум я отметил операцией на позвоночнике, межпозвоночная грыжа в поясничном отделе была удалена в день рождения Александра Сергеевича Пушкина. Перед операцией, в рентген-кабинете, нейрохирург Надежда Азарова выяснила, что у меня имеется шестой недоразвитый позвонок, в поясничном отделе и прозвала - Инопланетянином. Тогда и дед мой такой же, у него было шесть пальцев на руках. Затем последовали пять лет инвалидности и реабилитации, которая заключалась в уколах и капельницах раз в пол года. В 2005 году, некий гарант, сделал неформальный посыл для инвалидной братии:

- Страна, вам, не собес.

Официально это была "Программа монетизации льгот инвалидам". На деле, вторая группа инвалидности стала третьей, а меня с третьей группой просто вышвырнули на улицу. Здоровья нет, работы нет, никто не возьмёт, даже бывшего, инвалида, да и не брали тогда на работу мужиков, старше сорока пяти лет. В общем я психанул. Решил работать на износ. Или я преодолею свои болячки или тупо сдохну. Перестал принимать препараты от давления и болей в позвоночнике, да и денег на них просто не было Работал на разных работах, грузил металлолом, работал с бетоном на заливке тротуаров, работал с отбойным молотком на разрушении старых фундаментов электродвигателей, отливал тротуарную брусчатку, по технологии тяжёлых бетонов. Видно, развившийся мышечный корсет и сила воли, помогли организму прийти в относительный порядок.

Прошло время, я овдовел. В состоянии чёрной меланхолии или запоя, по простому, находился длительное время. Тогда я гостил в Михайловке, у свояка. Серёга работал на авто-разборке. После работы, он с Кузей, своим другом и напарником, приходили домой и мы пили самогон. На закуску, предварительно, я обычно жарил картошку с луком. Резал солёное сало и маринованные огурчики, которые Серый приносил от своей сестры. Резал вкуснейший, чёрный, Михайловский хлеб, с местной пекарни. Пили мы много. Неподалёку, в двух-этажках, было несколько "точек", где можно было взять "сэм" недорого. Посреди застолья, Кузя, вообще-то его фамилия Малышев была и не понятно почему - Кузя, как у нашего однокашника Кузнецова, с таким же прозвищем, может в кузнице работал, побледнел лицом и вскрикнул от боли:

- В пояснице, справа, как игла раскалённая, - прохрипел он, морщась от колики, - Пойду полежу. Может скорую вызвать?

- Так скорая и поедет балдого лечить, - говорю ему, - Ты случаем сегодня спину не застудил на авто-разборке?

- Два часа на снегу лежал, под грузовиком, раздаточную коробку ремонтировал, - отвечает Кузя.

- Ложись на живот. Буду тебя наложением рук лечить, - сказал я ему. Вот же пьяный дурак, возомнил себя знахарем.

Растер ладони и приложил пациенту на поясницу, в районе расположения почек. Сделал мысленный посыл на лечение. Сначала ничего не чувствовалось. Затем в середине ладоней появилось тепло. Чем дальше, тем горячей становилось.

- Ох, как хорошо стало! Горячо от твоих рук, даже сквозь свитер, - заговорил больной, - Серёга, у меня уже ничего не болит. Ты что - экстрасенс!?

Дался им этот экстрасенс? Может случайно получилось. Может это самовнушение такое сильное. Эффект плацебо. Потом, правда, так жарко, у меня ладони не горели. А может это работает лишь в запое? Но проверять не хочется. Давно с этим делом завязал.

***