Обложка Иннокентий и его Тень

Иннокентий и его Тень

Аня Муштакова

0% прочитано
Стандартный
Аня Муштакова

Иннокентий и его Тень

Глава 1

Следуй за мечтой

Яркие весенние лучи солнца слепили лица прохожих. Иннокентий зажмурил левый глаз и даже слегка улыбнулся уголками тонких и обветренных губ, но вдруг одернул себя. Лицо его снова стало крайне сосредоточенным, и он уверенно зашагал вдоль оживленной улицы.

Внезапно в глазах резко потемнело как будто в голове кто-то нажал стоп-кран. Иннокентий резко остановился, не понимая, что он здесь делает и даже кто он вообще такой. Мозг лихорадочно работал, но безуспешно. Сердце Иннокентия тревожно заколотилось, лоб покрылся холодным потом. Его взгляд упал на дорогой кожаный ежедневник, который он держал в руках.

Даже не пытаясь совладать с волнением, Иннокентий открыл последнюю исписанную размашистым и небрежным почерком страницу ежедневника. Глубокая складка еще сильнее прорезалась между его бровей, когда он. нахмурившись, прочитал заметку:

«Список дел на сегодня:

1. Купи 5 кг сахара и 3 кг муки

2. Купи букет цветов Татьяне со 2-го этажа

3. Следуй за мечтой»

«Интересно, зачем мне столько сахара?» - удивился Иннокентий. «Может я самогонщик? Или я строю бомбоубежище на случай зомби апокалипсиса? Вторая версия кажется более правдоподобной. Ааа! Наверно я люблю готовить варенье. Точно! Абрикосовое и малиновое. Так, стоп! А причем тут Татьяна?» Он из-за всех сил попытался напрячь память и извлечь ее образ.

Перед ним быстро промелькнули чьи-то синие смеющиеся глаза и растрёпанные каштановые волосы. «Наверное, у меня регулярные проблемы с памятью», - подумал Иннокентий, еще раз взглянув на список дел. «А значит скоро память снова вернется», - решил он и двинулся в сторону видневшегося впереди супермаркета.

Около полок с сахаром была толпа людей, которые торопливо закидывали его в тележку. «Сегодня акция на сахар», - подумал он и направил к кассе свою тележку с продуктами. Там его встретил усталый и слегка раздраженный взгляд кассира, которая тихо бормотала что-то невнятное про «слипнется» и «опять приперся», пробивая его покупки и всячески выражая свое недовольство окружающим миром.

Завернув за угол, он увидел милый цветочный магазинчик и вспомнил про второй пункт в своем списке. Пропустив мимо ушей вопрос цветочницы «Вам как обычно?», Иннокентий купил охапку ярких и воздушных альстромерий. С чувством выполненного долга он двинулся по адресу, который посмотрел в своем паспорте.

Поднявшись на второй этаж, он на автомате позвонил в дверь одной из квартир. Из-за двери выглянула милая старушка в изумительной бордовой шляпке и нежно-бирюзовом цветочном платье. Взглянув на Татьяну, Иннокентий неожиданно расплылся в широкой улыбке. Он смущенно покраснел, зашаркал своими лакированными ботинками и робко вручил Татьяне свой букет. Она как будто ждала его прихода, во взгляде была радость и нежность, и совсем не было удивления. Сделав вид, что он сильно торопится, Иннокентий спешно попрощался и поднялся к себе.

В одной из комнат он обнаружил огромное количество пакетов с сахаром и пачек с мукой. Он еще раз открыл свой ежедневник. Убедившись, что на последней заполненной странице не была проставлена дата, громко расхохотался. Он осознал, что уже не одну неделю он покорно следовал указаниям ежедневника и что его гипотеза о регулярных проблемах с памятью теперь полностью подтверждена.

«Что же мне со всем этим теперь делать? И что значит последний пункт, когда я должен следовать за своей мечтой». Иннокентий задумчиво заглянул в каждую комнату своей квартиры и пришел к выводу, что видимо уже давно живет один и у него есть взрослый сын, который явно унаследовал его холодные, пронзительно-голубые глаза и мило торчащие длинные уши. Также он понял, что является ученым-физиком, который написал много умных книг, но похоже не очень счастлив. Эта мысль немного расстроила Иннокентия.

Он пошел на кухню, чтобы приготовить себе чай и нашел на одной из полок книгу с рецептами пончиков. Тут его осенило: «Пончики! Я же всегда хотел готовить вкусные, нежные и ароматные пончики». Схватив кулинарную книгу и с удивлением обнаружив дома все необходимые ингредиенты. Иннокентий начал творить.

После того, как первые две партии пончиков были готовы, он упаковал каждый в отдельную упаковку, вложив в нее записку с интересным фактом из мира науки. Он написал объявление в чат дома, что сегодня вечером он будет продавать свои прекрасные пончики всем желающим.

Иннокентий был по-настоящему счастлив. Весело напевая один из хитов Леонида Утесова, он услышал шум, доносившийся из кладовки. Открыв дверь, он почувствовал, как задрожали его коленки. На полу сидели связанными две девушки, рты которых были крепко замотаны широким скотчем. Вокруг были разбросаны тонкие брошюры-книги, на каждой из них была его фамилия. Иннокентий заглянул в одну из них – и тут же убедился, что стихи чудовищно бездарны.

Он торопливо снял скотч со рта девушек, и они начали испуганно и возбужденно говорить, что уже прочитали все его прекрасные книги, как он и хотел, и что готовы прочитать ему вслух самые любимые отрывки из его произведений, если он согласится отпустить их после этого домой.

Иннокентия резко затошнило от ужаса. Но тут раздался звонок его мобильного. Звонил его сын: «Пап, ну наконец-то! Я уже начал переживать, куда ты пропал! Ты всегда в работе. Хорошо хоть получилось пару раз поговорить с тетей Мариной со второго этажа. Говорит, ты каждый день приходишь к ней с букетом цветов, но иногда называешь ее Татьяной. Я рад, что ты не один. И еще, я забыл у тебя кожаный ежедневник. В нем был черновик моей пьесы. Не читал? Это ежедневник одного маньяка, у которого вдруг начались проблемы с памятью. Он любил печь пончики и писал ужасные стихи и прозу, а также заставлял своих жертв читать вслух его произведения, заперев их в своей кладовке. Он хотел написать самое прекрасное стихотворение для одной дамы, в которую он был влюблен всю свою жизнь. А когда началась его амнезия, он каждый день покупал ей цветы как в первый раз...»

Телефон с глухим звуком упал на ковер. Сквозь разбитый экран мобильного на Иннокентия продолжало смотреть улыбающееся лицо его сына.

Глава 2. Диалог между Иннокентием и..другим Иннокентием

Иннокентий плеснул в бокал бурбон и устало уселся в свое любимое кресло-качалку. Он попытался сосредоточиться и избавиться от гнетущих мыслей, которые не покидали его уже две недели с момента последнего звонка сына. Две недели, которые он прожил как в аду, отчаянно пытаясь поймать момент, когда он начинает терять над собой контроль и превращается в это жестокое чудовище. Но все его попытки были безуспешны. Наконец, все мысли ушли, но Иннокентий так и не смог расслабиться. Он ощущал удивительную ясность ума.

Напряженную тишину в голове прорезал чей-то мягкий бархатный баритон. Он появился из ниоткуда, но казалось, что Иннокентий в нетерпении ждал его.

- Давно догадался? Кешаааа? Ну не молчи, я же слышу, как бешено стучит твое сердце и как беспорядочно забегали мысли в твоей умной голове.

- Ты же знаешь, что давно. Что тебе нужно?

- Ну зачем же так грубо? К себе нужно относиться нежно. Ты же самое дорогое, что у тебя есть. А ведь я это, бесспорно, лучшая часть тебя.

- Поязви мне еще! Маньяк! Бездарность! Писака!

Иннокентий почувствовал, как на шее вздулись вены, готовые закипеть от ненависти к этому монстру. Отчаянным усилием воли он подавил эмоции и взял себя в руки.

- Ладно-ладно, не буду. Вижу, что ты расстроился. Тебе наверно интересно, как давно это уже продолжается?

- Что именно? Как давно ты пишешь свои отвратительные стихи? Или почему тебе нравится мучить жертв своей безвкусной поэзией?

- Кеша, ну не завидуй! Ну да, я всегда занимаюсь только тем, что приносит мне удовольствие. Я живу здесь и сейчас, ну в общем я в потоке.

Да, согласен, с принудительным поэтическим вечером имени меня я немного перегнул. Но меня правда выбесили эти две курицы, которые назвали меня никчемным поэтом. А у меня, между прочим, есть несколько прекраснейших стихотворений, которые я посвятил Татьяне и планирую прочитать их ей в ближайшее время. Вообще, мне просто захотелось, чтобы мной кто-нибудь восхищался.

Или тебя бесит, что я люблю женщину, которую ты сам себе не позволил любить, вечно придумывая кучу отмазок, начиная от маленького сына и заканчивая очередным научным открытием, на пороге которого ты уже стоял, но которое почему-то так и не случалось? Слышал про синдром отложенной жизни? Ну так знай, это прямо про тебя.

- Не смей ничего говорить про мою семью и Татьяну! Не всегда все складывается так, как мы хотим! – прорычал Иннокентий, снова задрожав от ярости. В глубине души он понимал, что отчасти это адское чудовище абсолютно право, и от этого злился еще больше. И даже осознание того, что его второе «я» судя всему не является жестоким и бесчеловечным убийцей, не сильно помогало ему прийти в душевное равновесие. Ему совершенно не нравился этот отвратительный и наглый тип, который бесцеремонно влезал в его жизнь последние полгода.

- Ну да, конечно, это же больное, - снова зазвучал голос в голове. А тебе еще не надоело жалеть себя, вечная жертва обстоятельств и неотработанной кармы? Неужели ты даже не заметил, как это все началось? Когда начались твои провалы в памяти, вызывавшие в тебе такое чувство тревоги, а потом и хроническую бессонницу?

Иннокентий и правда не мог вспомнить. Он уже давно жил на автопилоте, который почти никогда не давал сбоев. Поэтому у Иннокентия всегда был готов ответ на любой внешний раздражитель, который автоматически срабатывал без какого-либо участия с его стороны. И лишь иногда Иннокентию предоставлялась возможность остановиться и понять, что действительно происходит в этот момент вокруг него.

- Поверь, меня совершенно не подпитывают твои горечь, боль и разочарование, которые ты сейчас чувствуешь. И я совсем не Мефистофель. Поэтому мне стоило огромных усилий разбудить тебя. Как по-твоему сын получил дневник маньяка, над которым ты так долго ломал голову? Согласись, он сделал прекрасную пьесу на его основе.

- Это был ты? Но зачем?

- Иначе ничего бы не изменилось. Ты даже не замечал, что происходит и мне нужно было хорошенько тебя встряхнуть. Я хотел, чтобы ты узнал о моем существовании и перестал уже жить как чат-бот, смог наконец реализовать все наши детские планы и мечты и просто наслаждаться каждым новым днем. Посмотри в телефон. Например, вчера днем мы отлично провели время в парке.

Иннокентий дрожащей рукой потянулся в карман за мобильным, прокручивая в голове самые кровавые сцены из фильмов про маньяков, которые сразу пришли ему на ум.

- Что это? Я на детской карусели верхом на лошадке? А это что? Розовая сахарная вата во рту, а я взбираюсь на ослика?? Я надеюсь это фотошоп?

- Обижаешь! Мы потом с тобой еще трдельник там откушали, на солнышке погрелись и уточек покормили.

- А цветы Танюше купили? – вдруг вспомнил Иннокентий.

- О как! Вошел во вкус? Конечно купили. В этот раз кустовые розочки с эвкалиптом, девчонки такие любят. Танюша была безумно рада и снова была в новой шляпке.

Мы еще вчера набор LEGO купили из серии «Звездные войны». Под кроватью у тебя лежит.

- Серьезно? И Чубакка там есть? А имперский истребитель?

- Ага

Иннокентий испытывал смешанные чувства. Конечно он был безумно рад, когда вдруг осознал, что он не очередной Джек Потрошитель, еще и с поэтическими наклонностями. Мысль о том, что он убил кого-то из-за своих бездарных стихов или по какой-то другой причине просто сводила его с ума все эти дни. Он хотел даже пойти в полицию, если бы был уверен, что ему там поверят. Ведь он даже не знал имена своих возможных жертв.

Но с другой стороны, сейчас он понимал, что его жизнь уже не будет такой спокойной и размеренной, как прежде. И ему было страшно, очень страшно, но в то же время как-то даже по-детски радостно и волнительно.

- Слушай, а ты ведь потом уйдешь? Я не хочу быть больным шизофреником, - вдруг забеспокоился Иннокентий

- А счастливым?

- Так!

- Да уйду я, уйду, когда начнешь уже наконец жить.

Завтра вот сам пойдешь Танюхе цветы вручать, и помогать не буду. Я правда и сам краснею как рак при виде нее. Но не суть, разберешься. И это..Больше не надо покупать муку и сахар, пошутил я и хватит. Ты же вообще не любишь сладкое. Замучился наверно уже каждый день пончики печь, да и в магазине уже смотрят как на психа.

И, кстати, ты сегодня уволился из своего НИИ. Всё, давай спи. А мне тут продумать надо, чем завтра займемся. Вечером потом почитаешь, я тут канал завел в телеграме «Симфония ужаса. Мысли вслух». Книгу потом выпустишь нормальную, а не эту свою научную ерунду.

Веки Иннокентия тяжелели. Перед его глазами возникла сцена, как он с Татьяной бежит по Куршской косе к Балтийскому морю, оба весело смеются, он любуется ее новой шляпкой из Эквадора с леопардовой ленточкой. И никаких голосов в голове..

И даже еле уловимый шум из кладовки не смог выдернуть его из сладких грез о Татьяне..

Продолжение следует.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге