Иная Золушка.

Глава 1

Часть первая

Золушка Восход

Тягучий, и словно кисель, смог, как мифическое море, омывал бесформенные горы мусора. Хотя едва ли кто из местных назвал бы его так. Для существ, населявших эти холмы и никогда не видевших солнца, хлам был и стройматериалом, и одеждой, и едой. Прямо ходячие создания, в основном населявшие острова, невозможно было отнести к определённому биологическому виду. Любые известные классификаторы начинали буксовать, сталкиваясь с целым букетом генетических особенностей местных: врождённое парное количество обычно непарных органов и конечностей и наоборот, не оставляло им ни одного шанса. Те редкие "иные", что случайно натыкались на острова, единогласно именовали всех здешних — мутантами. И вот об одном из таких существ и будет наше повествование.

Мона появилась на свет в самом шумном и опасном районе островов — в Гремучем Потоке. В действительности подобных мест на островах было много: посреди почти каждого острова сверху падал такой, но в гремучем он был самым больши́м, как, впрочем, и его остров. Но при этом он не являлся центральным.

Родительница Моны — Суо не была ни особо красивой, ни умной или умелой в чём-либо, а потому к своему четырнадцатому циклу так и не нашла себе ни сильного покровителя ни достойного промысла. Вот ей и приходилось ради ресурсов приторговывать своим слабым телом. Занятие хотя и востребованное, но весьма рискованное и опасное. По советам коллег по "цеху" она всегда старалась избегать прямых контактов. Для чего обычно использовались специальные тянущиеся прозрачные приспособления. Они встречались двух типов: либо завязанных в узелок (самый распространённый вариант), содержимое которого перед употреблением тщательно удаляли. Либо в виде блестящего плоского квадратика с характерным кружком внутри. Достать такие было практически невозможно, и ими пользовались только очень состоятельные клиенты и матроны. Поэтому она вынуждена была пользоваться "узелками": И в один не самый приятный момент поняла, что отныне на ближайшие несколько циклов будет не одна.

Описывать подробно вынашивание и вскармливание без отрыва от "производства" автор посчитал аморальным. А потому мы сместимся на несколько циклов вперёд. На момент, когда Мона уже более-менее освоилась в этом безрадостном мире. С самого момента рождения девочка выделялась среди окружающих своей неправильностью. Конечностей у той оказалось всего пять: голова, две руки, две ноги. Пальцев тоже было ровно двадцать, по пять на каждой из рук и ног. Формы тела и лица плавны и симметричны, что неоднократно вызывало насмешки среди сверстников и других обитателей гремучего потока. Она была уродом среди мутантов, но уродом сильным, выносливым и быстрым. Благодаря одинаковой длине парных конечностей, перемещение по островам и за их пределами давались ей гораздо легче, чем даже опытным диггерам (так называли собирателей, которые делали вылазки за пределы островов). А свои уродства она научилась ловко маскировать лохмотьями, которые носила, добавляя кое-где подкладки и горбинки. Лицо её теперь всегда прикрывала глухая полупрозрачная маска, дышать в которой было сущим кошмаром, что, впрочем, компенсировалось отсутствием насмешек от окружающих. На ногах она носила обмотки с разной толщиной подошвы, чтобы при ходьбе немного прихрамывать, и только на вылазках, когда оставалась одна, позволяла себе носить одинаковые. Чтоб скрыть изъяны речи, девушка всегда носила во рту несколько круглых камешков,правда, в последнее время их количество приходилось постоянно увеличивать, чтоб добиться прежнего эффекта.

Обычно собиратели сбивались в стаи по три — пять "особей". В группе им было проще обнаружить что-либо ценное, да и в случае опасности отбиваться толпой было гораздо эффективней. Но Мона избегала присоединяться к ним. Рано или поздно её уродства раскрывались, и всё начиналось по новой. Постепенно, наблюдая за диггерами, она начала самостоятельно делать вылазки наружу, где по первому времени самым сложным было незаметно забраться наверх за потоки.

Первая вылазка принесла ей хорошую добычу, радость которой ей, впрочем, оказалось не с кем разделить. Её родительница Суо в этот вечер была не очень расторопной, и недовольный клиент выразил своё возмущение побоями, которые она не смогла пережить.

Смерть в островах не была чем-то особенным, с ней сталкивались постоянно, особенно жители Гремучего Потока, а уж собиратели с диггерами те и подавно частенько не возвращались с промысла. Завернув остывшее твёрдое тельце в лохмотья, она бережно отнесла его в последний приют — остров на отшибе, где не было своего потока, но куда выносили тех, кто уже не мог передвигаться самостоятельно.

Смотрители (или падальщики) флегматично проводили их взглядами. Эти создания никогда не проявляли ни к кому агрессии, лишь безмолвно выполняли свою функцию. Рано или поздно здесь окажутся почти все, в том числе Мона. По крайней мере, это отчётливо читалось в их взглядах: холодных, безрадостных, безразличных к живым, но заинтересованных к новому жильцу их острова. Оставив родное тельце на возвышенности, она, не спеша, побрела обратно. Смотрители, также неторопливо занялись своим делом, наблюдать за которым у Моны не было ни сил, ни желания. Когда она на прощание в последний раз оглянулась, на холме было уже пусто.

Все её наследство составил невзрачный зеленовато-красный браслет, который можно было закрепить на одной из конечностей хитрым замочком. Мона часто держалась за него своими маленькими детскими ручками, когда родительница кормила её своим телом. Кстати, обычно это длится недолго - около цикла, но и тут она умудрилась выделиться, питаясь так почти четыре с половиной цикла. Она до сих пор помнила вкус родительского молока, и то, чем проходится питаться ей сейчас, не идёт с ним ни в какое сравнение.

Дома её ничего не держало, а даже, наоборот, отталкивали воспоминания о "промысле" её родительницы. Нет, осуждать ту, Мона даже не думала, напротив, была ей даже благодарна. Подарки признательных клиентов зачастую были гораздо лучше честного заработка средних собирателей. Но сама заниматься таким она ни за что не согласилась бы. Все эти сальные, похотливые взгляды и обжимания были ей противны до глубины души.

Хоть некоторое время Мона и промышляла собирательством, но в последнее время всё меньше оставалось команд, которые ничего о ней не знали и потому не мешали ей трудиться, да и опыт диггерства у неё уже был. Поэтому переборов боль утраты, она стала готовиться к следующей вылазке. В прошлый раз ей, можно сказать, сильно повезло, поскольку она двигалась вслед недавно ушедшему проходчику и все потенциальные опасности, которые поджидали бы нерадивого путника, собрал на себя он. Ей оставалось лишь собирать за ним невостребованную тем добычу. У проходчиков была особая модель поведения с трофеями. Продвигаясь вперёд в вылазках, они собирали только самое мелкое и ценное. И лишь по возвращении назад позволяли себе более габаритную добычу (если была такая возможность).

Ничего из необходимого снаряжения диггеров у неё, естественно, не было, а без этого про самостоятельные вылазки не могло быть и речи. Растягивая, как это только было возможно, остатки своей прошлой добычи, она всё своё время проводила в Яме.

Про это колоритное место стоит несколько слов сказать отдельно. Если сами острова без преувеличения можно было назвать задницей мира, то Яма была самым глубоким анусом в этой Ж... Причём, что территориально (она располагалась на краю Воющей Бездны, пролома, в который уходило всё, что не способны были удержать у себя острова), что с точки зрения местных манер (ни одна местная попойка не обходилась без убитых, либо тяжелораненых). В этом месте относительно безопасно могли себя чувствовать либо бойцы уличных банд, либо отмороженные на всю голову диггеры. Сама она в потасовках старалась не участвовать, но когда провидение затягивало её туда против воли, старалась вписываться за проходчиков, чем постепенно сыскала среди них толику уважения, а вот силовики стали её недолюбливать.

Каждый поток у основания делился на несколько труб, каждая из которых была поделена между диггерами. Во время потасовок, как она по наблюдениям смогла выяснить, они и выясняли: за кем какая труба числится. Силовикам же на эти тёрки было начхать. Они просто любили подраться.

Диггеры тоже различались по нравам. Не всё, например, из них любили "прилипал" (так называли молодых собирателей, что таскались за проходчиками и подбирали за ними то, чем диггеры брезговали), и запросто могли наказать их. Поэтому Мона внимательно наблюдала, выбирая себе нормального проходчика. По её наблюдениям самым вменяемым на сегодня был старик Хонен. Заварушек он сам не устраивал, но права на свой маршрут отстаивал жёстко, можно даже сказать жестоко. Каждый третий-четвёртый "жмурик" или калека в потасовках выходил из-под его руки.

Осторожно выведав у местных информацию о нём, она направилась в его угол. В Яме привычной для подобных заведений мебели вроде стоек, столов и стульев отродясь не было: во-первых, дорого, а во-вторых, ни одна конструкция не способна была пережить местных развлечений. Только практически неразрушимый "скелет мира" из которого состояла сама Воющая Бездна, а также ниша, которую местные умельцы смогли приспособить под забегаловку, безмятежно взирала на копошившихся в её недрах букашек.

***

Старик Хонен устал. По местным меркам ему давно уже бы пора прохлаждаться на одиноком острове. Он разменял двадцать четвёртый цикл, и под сединой не видно было природных волос. Но уйти в забвение ему не позволяло "ЗНАНИЕ". Его ветка тоннелей не выделялась среди остальных ни прибыльностью ответвлений центрального, ни обилием металлов дальнего, ни полезностью жидкостей изумрудного, ни богатством материалов гремучего. Но всё же он упорно не пускал туда молодых алчных глупцов. Ибо там жила сама СМЕРТЬ. Нет, фигурально, в любом потоке хватало смертельных опасностей и ловушек, но они были не настолько явными и неотвратимыми.

Необычный тупичок он обнаружил практически сразу, как попал в проходку. Его предшественник, у которого он обучался ремеслу, про тот ничего не рассказывал, но молодой (тогда ещё) и пытливый ум сразу заприметил странное место, которого избегали даже мусор и вездесущая растительность. Наставник тогда категорически запретил ему приближаться к странному месту без всяких объяснений. И это была его самая большая ошибка как наставника. Хонен охотно исполнял всё, чего от него требовалось, но желание разобраться, что же там такое, будоражило его воображение, разжигало любопытство.

Однажды в Яме, где они всегда отмечали удачный поход, его наставник перебрал лишнего и ненароком взболтнул ему шесть слов о тупичке, спасших впоследствии жизнь глупому "прилипале":

— Раз — тревога!

— Два - ужас.

— Три — смерть...

А уже в следующей потасовке юный Хонен неожиданно подрос до диггера. Его наставник тогда проявил слабость: он пожалел молодого прилипалу, что позарился на его тоннель, и недобил его, когда жизнь того была в его ладони. Молодой не оценил доброго жеста и пырнул открытую спину наставника острым осколком с одинокого острова. Отнеся собственноручно старика в последний приют, Хонен в ответ на предложение вероломного мальца совместно прибрать к рукам тоннель почившего, заставил проглотить того свою костяшку вместе с самодельной ручкой. Это событие положило первый кирпичик репутации Дикого Хонена среди обитателей Ямы. Ни у кого в тот момент не возникло больше желания объявить своими бесхозные тоннели.

После произошедшего он никак не мог дождаться, когда же таинственный тупичок откроет ему свои тайны. Предвкушение настолько жгло его разум, что он отправился туда немного раньше запланированного графика. К вожделенному месту молодой Хонен летел словно на крыльях, не замечая по пути ловушек и опасностей тоннелей. Вот только заветный тупичок встретил его не столь радушно, как бы ему хотелось. Стоило тому пересечь зону отчуждения, блестящая бусинка в его недрах неожиданно ожила, пронзив пространство вокруг потоком ярких зелёных нитей, которые с ног до головы ощупали новоявленного диггера, а затем незримый дух заговорил скрипучим, больно щёлкающим по ушам, голосом:

— Обнаружена мутировавшая форма разумной жизни. Немедленно покиньте территорию консоли или будете уничтожены.

- Три - нити из зелёных превратились в ослепительно красные.

- Два - дух издал громкий протяжный воющий звук, от которого в жилах застыла кровь.

- Один - слышал он, уже унося оттуда все три ноги, неожиданно больно сократившиеся до двух: третью придаточную конечность (росшую от бедра чуть в сторону), срезало с него словно раскалённым тесаком. С тех пор прошло уже более десяти циклов: он наверняка сбился бы со счёта, возьмись подсчитать вылазки за это время, но сам больше в тупик не заходил. Какое-то время его, конечно, преследовала идея "Фикс", что таинственные знания обязательно откроются, нужно лишь соблюсти правильные условия. Но опытным путём и ценой жизни трёх прилипал, он выяснил:

Во-первых - местные жители поголовно обзываются ЗНАНИЕМ разумными мутантами и в критерии не вписываются.

Во-вторых - так поступать с молодыми новичками было очень подло.

И в-третьих - почему именно в том тупичке ничего не растёт на стенах и совсем нет мусора (От приведённых на убой прилипал не осталось даже зубов).

И вот, спустя столько циклов и уже позабытой некогда надежде, перед ним сидела та, что даже среди мутантов считалась изгоем, чужой. Несмотря на все старания самки скрыть свою личность и неправильность он её признал почти сразу. Детёныш милашки Суо, к которой он частенько забегал в "гости" после удачных походов. Возможно, даже была его собственной дочерью, но ввиду её (Суо) специфического рода занятий утверждать подобное было бы глупо. Он давно уже обратил внимание на её особенности, которые возможно подошли бы странному голосу в тупичке. Но все подобные мысли, он всегда напрочь прогонял, понимая, что насильно тащить туда ребёнка, да ещё и, возможно, своего, у него рука точно не поднимется.

***

Яма трое суток гремела небывалым событием. Старина Хонен взял себе ученика – прилипалу. Не располовинил того на месте своим жутким тесаком, которым прибил не один десяток претендентов на его место: А спокойно поговорил о чём-то в своём уголке с подошедшим к нему несуразным новичком, а на следующий день их двоих видели поднимающимися на его поток.

Кто-то утверждал, что Дикий начал сдавать позиции. Кто-то припомнил незавидную участь его первых трёх прилипал. Одна теория была бредовей другой. Кто-то даже высказал мысль, что этот чудак - тайный ребёнок Дикого, но все единодушно сошлись во мнении, что их тихой клоаке грозят большие перемены.

Глава 2

Наука диггерства давалась Моне нелегко. Старик учил весьма доходчиво, но очень сурово. За всё время их скитаний по лабиринтам труб, он не произнёс практически ни одного слова и не вмешивался в её действия, если это напрямую не грозило ей смертью. Осознав это, девушка ко второй вылазке подготовилась настолько тщательно, насколько это вообще было возможно, учитывая её ресурсы. Кроме того она до оскомины надоела обитателям Ямы вопросами об опасностях потоков. И если старика уважили и побаивались за его горячий нрав, то Мона за несколько дней умудрилась своими расспросами свести на нет все потасовки в Яме. Проходчики после разговоров с ней расползались по своим норам выжатые досуха. Мона Заноза - так теперь за глаза стали называть несносную девушку. Дошло даже до того, что некоторые завсегдатаи Ямы, завидев ту на горизонте, старались убраться от неё подальше.

На радость всем, вскоре неуёмная жажда знаний у настырной девочки начал спадать, и жизнь Ямы снова вернулась в своё русло. Точнее, жажда как раз таки осталась, но иссякли источники, способные её утолить. Теперь прохода не было лишь тем, кто только недавно вернулся с вылазки. И пока она не вызнавала все интересующие её подробности, они не могли обрести покоя нигде.

***

Старик не понимал, что с ним происходит. Вот уже два цикла он нянчится с Занозой, которая движется вперёд в освоении диггерства со скоростью и напористостью потока. Девочка уже давно была способна самостоятельно проходить все закоулки тоннелей, более того, с некоторого момента тропы старика стали для неё тесноваты и она удумала напрашиваться в походы к другим диггерам, тем, кто ей отказывал, просто бросала вызов, с условием, что если одержит верх, то вместо того чтобы подмять себе трубу, просто идёт с ним на правах прилипалы. И теперь несносную девчонку Хонен видел только в походе по своим тропам. Всё остальное время она пропадала в других путях.

Лони Ловкач на сегодня оставался единственным, кого Заноза ещё не одолела, но старик был уверен, что это не надолго. Поскольку морально парень был уже практически сломлен (Ловкач остался единственным проходчиком в Яме, которого по возвращении с вылазки ожидали предвкушающие интересного рассказа глазки несносной девчонки). Обитатели Ямы даже устроили тотализатор со ставками: сколько вылазок бедняга ещё продержится.

Но главное, что не давало покоя старику - это его категорическое нежелание вести девочку в тупик Знания. В нём ежеминутно грела борьба азарта, любопытства и предвкушения с отеческой заботливостью об этом несносном создании. И с каждым разом отеческие чувства брали верх всё уверенней, что пугало его сильней и сильней. Собрав остатки воли в кулак Хонен решил во что бы то ни стало в следующем походе рассказать девушке всё, что ему известно о зловещем и таком манящем тупичке, оставив, впрочем, Занозе самой право решать, что дальше делать со ЗНАНИЕМ.

***

Зайдя сегодня в Яму, Мона снова невольно стала участником спектакля, что уже порядком ей поднадоел. Вокруг них с Лони сомкнулся гогочущий, подначивающий круг из зевак, жаждущих зрелищ. Она поймала взгляд парня, и в нём читалось столько тоски и обречённости, что ей стало его даже жалко. Неожиданно для себя в кругу зевак она обнаружила своего старика, который с явным нетерпением следил за ней, что за ним никогда не наблюдалось. Обычно тот безмятежно потягивал пойло в своём углу, а по окончании схваток либо скупо поздравлял её с победой, либо столь же немногословно ту приободрял. И как ей прикажете поступить? Надрать задницу Ловкачу, что она давно уже бы могла сделать (Её и сдерживало только то, что победи она, то идти в вылазку придётся с Лони, а её старик останется в пролёте, поскольку их забеги совпадали по времени выхода)? Или слить ему бой, чтобы не расстраивать её старика, что сейчас смотрел на неё горящим взглядом, что она видела у него лишь в самом начале их знакомства. И который куда-то пропал, став обычным, даже порой скучающим.

Это не был бой девушки с парнем. На самом деле это было состязание двух желаний в её душе. Внешне это выражалось в хаотическом стиле боя, что не видели ещё эти стены. Заноза то обрушивала на Лони град смертоносных выпадов, как берсерк, напрочь забыв о защите, то неожиданно уходила в глухую оборону, вынуждая сбитого с толку Ловкача, наступать самому. При этом бедолага вынужден был осторожничать, ожидая от неё обманного финта или приёма.

Инициатива поединка всецело была в руках Занозы, но она сейчас этого не замечала. Зато это прекрасно понимали все окружающие, в том числе и сам Лони. Поэтому, когда девушка, сделав для себя окончательный выбор, подставилась под удар, и признала поражение, её поступок встретили гневными возгласами и претензиями. Кто-то даже возмущался, что бой договорной, чтобы срубить побольше ресурсов. Ситуацию замял Лони, всенародно признав победу Моны. И их под дружные возгласы вытолкали из Ямы — собираться в их первый совместный поход. Напоследок она лишь успела поймать растерянный взгляд старика.

***

Хонен волновался и переживал. И это было для него в новинку. Когда Мона только ещё начала ходить с другими диггерами, у него возникали, конечно, тревожные мысли: вдруг с его девочкой что-нибудь случиться. Но они очень быстро гасились разумными аргументами, что она там не одна, а с ней идёт опытный проходчик, знающий свой рукав, как родные руки. Но сегодня он был просто подавлен. И даже, к удивлению всей Ямы, решил немного отложить свой выход и дождаться возвращения Моны. Покоя сейчас ему не давало то, что они должны были вернуться пять суток назад. Он всё чаще корил себя за то, что отпустил её в этот дурацкий рейд, а не настоял на своём, а также за то, что не открыл ей секретов "Знания" раньше - быть может, это, как и его когда-то, отвлекло бы её от всяких глупостей, вроде желания исследовать все дороги диггеров. Проклинал слабовольного Ловкача, который, по его мнению, пошёл на поводу у толпы, отправив тем самым на убой его девочку (Да, теперь он уверенно считал Мону своей дочерью, даже если бы это на самом деле было не так).

Чем больше он корил себя и других, тем больше в его груди разгоралась жажда действий. Он не мог теперь спокойно сидеть на месте, оставаясь в неведении о судьбе его малышки. И когда Дикий Хонен стал взбираться на тропу Ловкача Лони, никто его не отдёрнул и не сказал слово против. Старик отсутствовал почти 15 дней, за это время вполне можно было вдоль и поперёк излазать любой из маршрутов, а когда тот весь заросший и грязный с ног до головы спустился с потока, то вместо привычной Ямы, направился в сторону последнего приюта. Попадавшиеся ему на пути шарахались от него как от чумного. В его взгляде зияла бездна.

***

В небольшой тускло освещённой комнатке, за огромным пультом — картой сидела пожилая женщина. Её лицо, обрамленное сетью глубоких морщин, словно отражало в себе изображённое на пульте. На нём виднелась паутина линий, детально показывающая карту местных тоннелей. На каждом из них светились различные индикаторы текущего состояние трасс. В обязанности женщины входило наблюдать за ними и в случае неисправности или другой проблемы сообщать на нужный участок о случившемся. Для переговоров использовались тонкие трубки с широкими воронками на концах. Сами трубки свисали по периметру всей комнаты. Наверняка такое расположение было не случайно, поскольку препятствовало попадание инородных предметов в трубки (сыпучих либо жидких) Это, конечно, не исключало намеренное запихивание в них предметов вроде тряпок, но на воронках стояли крышки, позволявшие их прикрыть "законным" способом.

Кроме рукоделий, у диспетчера, из развлечений, была ещё возможность слушать разговоры между участками. За исключением третьего, на котором сейчас дежурил ушлёпок Дитби, а потому был прикрыт.

Смена шла своим чередом и диспетчер уже потихоньку начинала собираться домой, когда на одном из капилляров (так между собой они называли малые тоннели нижнего уровня) загорелся ярко-красный индикатор. В отличие от крупных труб — в капиллярах был всего один индикатор с тремя цветами: зелёным, жёлтым и красным, сигнализирующем лишь об общем состоянии тоннеля.

И ведь надо было такому случиться, что капилляр относился именно к третьему участку. — Эй, Дитби, ты там живой? - как бы ей ни хотелось с ним общаться, но долг обязывал.

- Да уж поживей тебя буду, карга старая... - пришлось снова прикрыть крышку, пока не иссякнет поток брани. Дождавшись пока до собеседника, наконец, дойдёт, что он разговаривает с самим собой, она снова открыла крышку и как можно громче крикнула внутрь:

— Код красный сектор шесть дробь восемнадцать! - и тут же захлопнула её обратно. Для надёжности она попросила по общей трубе остальных ребят продублировать ему координаты. А сама принялась с наслаждением слушать, как те, наперебой принялись вколачивать гнилой язык Дитби в его же задницу.

***

Пробираясь вперёд к своей цели, Дитби от души делился зарядами шокера с ни в чём неповинной местной живностью, хоть таким образом пытаясь сбросить пар, после недавних унижений. Как жаль, что шокер не работает за пределами коллекторов. Как здорово было бы пообщаться с ненавистными прихлебателями этой гнусной старушенции. Ещё его бесило, что нужно спускаться в восемнадцатую кишку. В коллекторах и так было довольно грязно, а в нижних ярусах и подавно. Чертыхаясь он одолел ненавистные ступеньки шахты и почти сразу обнаружил причину неисправности. Вездесущие крысы устроили гнездовье прямо посреди разделительной решётки, забив его всяким хламом, и там образовался огромный затор, расчищать который ему минимум смены полторы. Матеря трёхэтажными конструкциями всех, кто только попадал на ум, он принялся перетаскивать хлам в приёмник. Существовал, конечно, и другой способ решить данную задачу, но для этого нужно было спуститься ещё ниже, пройти по соседнему тоннелю и выйти с другой стороны сепаратора. Но сложность заключалась в том, что если решётку открыть снизу, то вся эта масса хлама обрушится на него. Спустя пару часов неблагодарной монотонной работы он столкнулся с непреодолимым препятствием. Один из обломков оказался настолько массивным, что Дитби не смог его даже приподнять.

Проклиная судьбу, родителей, что не родили его в семье каких-нибудь аристократов, общество и всех, кого только можно, он отправился в обход - отпирать решётку снизу, поскольку других вариантов решить данную проблему у него не осталось. Не просить же ему помощи у соседних участков?

На подходе к сепаратору он понял, что фортуна наконец ему сегодня улыбнулась: на пути попались парочка мутантов, которые иногда встречаются в тоннелях. Существа хоть и не блистали умом, но обычно немного понимали человеческую речь. В его гениальной голове тут же родилась мысль, как сделать свою работу да ещё и не замараться.

Незаметно подобраться к ним у Дитби не вышло, уродцы были настороже. Но зачем таиться, когда в руках есть шокер. Нагло подойдя к ним, он без раздумий применил оружие на более крупную особь, чтоб избежать возможных проблем. Пригрозив другому уродцу оружием, он, жестами указал тому двигаться вперёд. Но на его удивление тот и с места не сдвинулся, оставшись рядом с парализованным товарищем. Это, конечно, изрядно выбесило Дитби, но тащить на себе тело этого оборванца он точно не собирался, поэтому как смог объяснил тому самому тащить товарища и двинулся вперёд, подгоняя уродца дулом оружия.

Прибыв на место, Дитби указал сбросить груз в сторонку и попытался на пальцах объяснить, что оттого требуется. С явной неохотой мутант избавился от своей ноши и взобрался наверх к решётке, где Дитби уже всё приготовил, мутанту оставалось лишь повернуть рычаг ключа.

Второй раз за сегодня Дитби поблагодарил судьбу, пославшую ему этих мутантов. Стоило уродцу повернуть рычаг, как того мгновенно снесло потоком хлама куда-то вниз.

Занятый ругательствами и отряхиванием своего рабочего комбинезона от окативших его брызг, Дитби даже не заметил безмолвные слёзы, скатившиеся по лицу, прикрытому мутной дыхательной маской.

***

С того злополучного похода жизнь Моны кардинально переменилась. И если не считать трагедию с Лони и разлуку с её стариком, то, возможно, даже в лучшую сторону. Лишь одно её печалило, то что она сейчас находилась фактически в рабстве (В их обществе хоть и существовало рабовладение, но особо не приветствовалось). Свободное время проводила в тесной закрытой комнатушке, доверху заваленной какими-то непонятными вещами. А когда приходил её мучитель - отправлялась на охоту за местной живностью. Причём сама добыча его абсолютно не интересовала, и всё доставалось ей. Благодаря этому она питалась просто отлично, выбирая самые лучшие куски. Также девушка почти полностью обновила свой гардероб, заменив расползающиеся лохмотья на одёжку из обработанных звериных шкурок. Маскировку изъянов она решила пока оставить. Неизвестно как поведёт с ней чужак, увидев её уродства. Правда, не всё в её новой жизни было так радужно. Иногда изверг приходил не для того, чтобы отправить её на промысл. Вместо этого он сначала обездвиживал её своей жуткой палкой, а потом жестоко её избивал без всякой на то причины.

***

Дитби ходил из стороны в сторону, периодически отправляя в полёт различные предметы, попадающиеся под ноги. Эта тупая скотина Малко, его сменщик, каким-то образом пронюхал о него новом "питомце" и обещал сообщить об этом нарушении куда следует, если тому в карман не капнут от Дитби отходные.

Тут самому бы концы с концами свести, не хватало ещё и этого гада подкармливать. Вот и разрывался сейчас бедолага между двух огней: либо утилизировать зверушку (нет тела — нет дела, но тогда где он ещё найдёт такую прибыльную скотинку, которую кормить и одевать не нужно было, ибо мутант с этим прекрасно справлялся сам). Либо спрятать на время уродца в городе мастеров, пока Малко не успокоится.

А поскольку Дитби редко когда делал выбор в пользу здравого смысла, то найдя дома свой старый комбинезон, направился в хозблок, где держал пленника.

Глава 3

Сознание к Лони возвращалось урывками. Поначалу тому даже показалось, что он уже отправился на одинокий остров и чем ясней становились мысли, тем он больше понимал, что, скорее всего, так оно и было. Этот запах... Кто хоть раз здесь бывал, этот запах не забудет никогда. Ему никогда не доводилось бывать в гостях у падальщиков, но та лачуга, в которой он сейчас находился, определённо принадлежала одному из них.

Сам хозяин жилища обнаружился в одном из закутков лачуги. Оттуда раздавались очень характерные звуки, которые Лони, будь у него такая возможность, хотел бы и вовсе не слышать.

-Ну, рассказывай. - Лицо, неожиданно появившееся рядом с ним, было Лони смутно знакомо. Хотя как он ни напрягал память, не мог припомнить случая, когда бы ему доводилось лично встречаться с падальщиком. Ещё больше его обескураживал заданный вопрос.

-Что рассказывать?! -Видимо, последние мысли он всё же проговорил вслух.

- Рассказывай, что случилось с моей девочкой, Моной. - сказанные стариком слова, расставили всё на свои места. Он вдруг вспомнил последние мгновения в тоннеле, неподвижно лежащее тело девушки, злой взгляд "иного", короткое путешествие по тоннелям с девушкой, злополучный поединок и взволнованный взгляд старика Хонена, того самого, что стоял сейчас перед ним.

Кое-как прокашлявшись, ему в несколько заходов (сил на длинные речи не было совсем) удалось подробно описать их с девушкой последние моменты.

- Значит, говоришь, "иной"?! - Старик тут же развил бурную деятельность. Примерно тем же обычно занимался сам Лони перед вылазкой в тоннели.

- Я тоже пойду с тобой. - Он попытался подняться, но сил на это так и не нашлось.

- Пойдёшь, обязательно пойдёшь, но не сейчас. - старик принёс ему миску с похлёбкой, от которой шёл густой мясной аромат. - А сейчас набирайся сил. Они нам скоро обоим понадобятся. - он накинул свой, потрёпанный временем плащ, и вышел наружу.

***

Мучитель явился сегодня необычно взволнованным. Его взгляд то и дело бегал по сторонам, словно кого-то ища либо опасаясь. Движения были резкими и дёргаными, он швырнул под ноги Моне какую-то серую тряпку и, указав на неё, стал чего-то ждать. Девушка, осторожно подобрав вещь, принялась её осматривать. На первый взгляд, это была одежда, подобная той, что носил сам мучитель, но намного более ветхая. Хотя, если серьёзно, даже этот наряд в потоках можно было бы назвать высшего качества. Настолько чистую, мягкую и прочную ткань её натруженные руки ещё не держали. Судя по поторапливающим жестам и выкрикам, ей с этой одеждой нужно было что-то сделать, но пока она не могла понять - что именно. А когда всё же осознала, жутко перепугалась и начала мотать головой из стороны в сторону, протягивая это сокровище обратно "иному". Во-первых, одежда была ей намного велика, она скорее подошла бы самому мучителю, чем ей. Во-вторых, она всегда боялась выделяться среди других, а в этой одежде она точно будет привлекать к себе ненужное внимание. Ну и в-третьих, она даже представить себе не могла, что сделает с ней этот садист, если она испачкает или, не приведи Создатель, испортит её.

Но её жест "иной" принял весьма неожиданно. Он достал своё страшное оружие и, наведя ей прямо в лицо, закричал:

- Быстро одевай, отродье! - он даже было замахнулся её как следует ударить, но почему-то остановился, словно о чём-то вспомнив. Беззащитной же девушке только и оставалось, что испуганно вжаться в угол комнаты, ожидая расправы.

- Одевай! - Оброненная ею одежда снова была брошена к её ногам. Девушка трясущимися руками схватила комбинезон и принялась тот натягивать прям поверх своей одёжки.

Осмотрев, её новый наряд, "иной" поправил его в нескольких местах и накинув ей капюшон на голову, указал двигаться вперёд.

Шли они по лабиринтам коридоров, причём совсем ей незнакомых. Дойдя до особо массивной двери, её мучитель, сначала вложил своё жуткое оружие в какую-то нишу, а затем принялся вращать большой круг, торчащий из центра двери. Послышались какие-то металлические звуки: лязг, щелчки и вместе с протяжным скрипом дверь сдвинулась в сторону. Переступив порог, девушка замерла на месте, забыв, наверное, как дышать. Пейзаж, представший перед ней, изумил ту до глубины души.

Они очутились на краю огромной пещеры, своды которой утопали во мраке где-то вдалеке, а на всю пещеру был разбит большой посёлок. Аккуратные улочки составлены из невысоких строений с причудливыми надстройками и крышами. Сами надстройки представляли собой неведомые металлические приспособления и устройства, которые непрерывно находились в движении, отчего всю округу оглашала какофония звуков.

Закрыв за собой дверь, мучитель повёл её куда-то вглубь улочек. Мона только и успевала оглядываться по сторонам. Больше всего её изумила дорога ,по которой они шли. Она была сложена из камней, плотно подогнанных друг к другу и отшлифованных до блеска. Также девушку удивляло отсутствие вездесущего мусора и хлама. Сами домики вблизи выглядели ещё удивительней. От одного к другому тянулись различные трубки, свивавшиеся в причудливые узоры. Множество шестерён, колёс, барабанов, соединяемых шкивами, цепями и прочим, крутились, вращались и поворачивались. То тут, то там из труб вырывались облачка и потоки пара с характерным шипением и свистом. Где-то виднелись лотки, по которым журчали ручейки воды, что разбивались в пыль о лопасти больших колёс, приводя их в движение. Иногда им навстречу попадались другие иные. Девушка обратила внимание, что её спутник старался избегать встречи с ними и по возможности сворачивал в различные переулочки и подворотни, обильно попадавшиеся им на пути. А ещё Мона всё время держала в памяти то, что её мучитель оставил свою ужасную палку на входе в пещеру-город. За всё время её жизни в плену она неоднократно пыталась сбежать. Но как очень быстро выяснилось, в тех тоннелях, в которых она оказалась волей судьбы, просто некуда было бежать. Путь к потокам везде преграждали массивные решётки, которые она так и не смогла миновать. А вот здесь и сейчас у неё представился отличный шанс сбежать от ненавистного мучителя, оставалось только дождаться подходящего момента.

***

- Дитби, какой же ты всё-таки дурак. - Переулок перед его домом, куда они только что свернули, оказался ловушкой. Два крепких парня скрутили Дитби так, что тот даже опомниться не успел. А вот с мутантом у прихлебателей Малко возникли трудности. Уродец ужом выкрутился от их загребущих рук, и даже сеть, брошенная вдогонку не спасла ситуацию, тот разминулся с ней, отпрыгнув в сторону, а потом в несколько прыжков взобрался на крышу соседнего дома, используя технические надстройки как ступени.

- Сбежал, зараза! - Вернулись расстроенные парни, пытавшиеся догнать уродца. Дитби никогда бы не подумал, что будет рад побегу пленника. - Ну ничего, - успокоил их Малко, - Дитби же нам за всё заплатит? - он схватил за волосы парня и как следует врезал ему по морде. - Здесь столько свидетелей, как этот дурачок притащил мутанта в город и отпустил на свободу, что не отвертится.

***

У девушки бешено колотилось сердечко, дыхания не хватало, вынуждая глотать воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Попытка принудительно успокоить дыхание лишь привело к головокружению и помутнению в глазах. Она забилась в какой-то карман на крыше одного из зданий, спугнув оттуда каких-то чёрных существ, что висели как тряпочки под потолком. А ещё сильно болели руки. Несколько труб, по которым она взбиралась, пока убегала, оказались невыносимо горячими. В довесок её бил озноб и тело потряхивало от адреналинового отходняка. Ей всё казалось, что её вот-вот найдут, поймают. Так, вздрагивая от каждого громкого шума в округе, она постепенно погрузилась в сон.

***

Диспетчер коллекторов пребывала в растерянности. За последнее время на третьем участке значительно возросли поломки. Хоть ей и не было нисколько не жаль Дитби, но Малко ведь тоже доставалось. Правда, Дитби недавно кто-то хорошенько избил, и теперь он ходил с синюшно-жёлтым лицом, на радость всем коллекторским.

***

- Снова вызов, да сколько можно! - Дитби плёлся по тоннелям к очередному завалу. А то, что это был именно он, работник коллекторов даже не сомневался. Его участок словно прорвало, он сбился со счёта, сколько их было за последнее время. Одно грело душу: его сменщику достаётся не меньше.

"Как же было хорошо с той зверушкой... " - мечтательно вспомнил он - "Может ещё одну поймать..." Утешая себя подобными мыслями, Дитби, наконец, добрался до пункта назначения и принялся разгребать очередной затор.

Откинув какой-то лист в сторону, он замер на месте. Ему в грудь упёрлось острозаточенное копьё с костяным наконечником, а мгновение спустя, на голову опустился вонючий мешок. Он толком не успел разглядеть нападавшего, но тот почему-то показался ему смутно знакомым.

***

Девушка, затаив дыхание, наблюдала, как несколько мальчишек носились по подворотне, пытаясь поймать что-то маленькое и юркое.

- Ай! - Громко вскрикнул, уже почти схвативший добычу паренёк, и кулём повалился на мостовую. По характерному щелчку и подёргиваниям пострадавшего, Мона безошибочно поняла, что именно тот сейчас испытывает. Ей так часто доставалось шокером от её бывшего мучителя, что последние разы она даже частично сохраняла подвижность, хоть ей это и давалось с большим трудом.

В неравном противостоянии, как это ни удивительно, победу всё уверенней одерживало именно юркое создание. Уже трое из четверых охотников превратились в жертвы, прохлаждаясь в пыли подворотни. Четвёртый всё ещё держался, но было видно по его учащённому дыханию, что он начинает уставать, а значит, и замедляться. Следовательно, любой следующий выпад может оказаться последним, если, конечно, не произойдёт чудо и никто им не поможет. И вот это "чудо" сидела сейчас прямо над ними, раздумывая вмешаться, или нет.

За то время, которое она уже успела провести в этом необычном месте, именно эта компания ребят, с её точки зрения, наиболее подходила для того, чтобы наладить контакт с местными. А выходить в люди ей было жизненно необходимо.

В первое время вопрос добычи пропитания решался без проблем. С её навыками охоты у местной серой братии наступили трудные времена. Но это продлилось недолго, поскольку посёлок был небольшим и популяция серых грызунов очень быстро сократилась до минимума, а сами животные стали избегать открытых участков, а тем более крыш. Какое-то время она даже перебивалась их меньшими серыми сородичами, но и те быстро сообразили, что в округе стало небезопасно. Маленькие же летающие создания, которых она в первый день встретила на крыше, вообще оказались практически неуловимы. Каким-то неведомым образом они умудрялись избегать любые сети и ловушки даже в полнейшей темноте.

Местных обитателей Мона для себя поделила на три группы. Первая, это трудяги, как и у неё в потоках, это были простые обыватели, промышлявшие каким-либо ремеслом. Эта группа была самая многочисленная и разнообразная, особой угрозы для девушки не представлявшая.

Вторая группа самая малочисленная, но тем не менее вооружённая и самая опасная - это бойцы или как местные их называли "стража". Эти ребята никаким ремеслом не занимались, а лишь постоянно перемещались по улочкам, иногда даже с кем-то сражались, но там, где они появлялись, все конфликты тут же прекращались. Либо сами, либо с их помощью.

Третья группа - это такие вот ребята, за которыми она сейчас в оба глаза наблюдала. Каким-либо ремеслом они обычно не занимались, выполняя различные мелкие поручения взрослых, либо присваивали себе чужие вещи. Правда, данные действия в местном обществе тоже крайне осуждались. Мона несколько раз наблюдала как пойманных на воровстве, местные трудяги передавали страже, а те их куда-то уводили, иногда при этом попутно избивая, если те пробовали сопротивляться.

-Ох! - Всё, времени на раздумья у девушки больше не осталось, тело паренька стало заваливаться на пол, а юркий зверёк, поднырнув под тело, двинулся в сторону одного из выходов с переулка.

Сорвавшись вниз, навстречу беглецу уже неслась настоящая охотница, и у очередной её жертвы шансов практически не было.

***

-Да говорю же тебе, это был он! - вокруг небольшой бочки, в которой теплился костёр, сидело несколько неопрятных ребят. Один из них, активно помогая себе жестами, что-то рассказывал.

- Да брешет он всё, шокером получил от златобрюха, вот и померещилось. - возразил другой.

- Сам ты померещился, - обиделся первый, - сразу четверым не могло показаться. Демон-циклоп это!

В последнее время среди местных беспризорников всё чаще можно было услышать истории о странном существе, что поселилось на крышах. Оно хоть и старалось избегать людей, но несколько раз попадалось ребятам на глаза. И судя по обрывочным описаниям существо выходило уж совсем жуткое.

Размером с подростка, очень быстрое, вместо лица огромный немигающий глаз, а всё тело покрывает гладкая серая шерсть. Вскоре после его появления в городе мастеров почти исчезли вездесущие крысы.

***

Трофей, за которым гонялись те ребята, оказался весьма необычным, но абсолютно бесполезным. Существо было размером с ладонь и состояло из головы, тельца и крупного брюшка. Из тельца выходили четыре пары лапок, а голова оканчивалась такими же штырьками, что и оружие её бывшего мучителя.

Самое необычное было то, что существо целиком состояло из какого-то серого металла, очень лёгкого, но невообразимо прочного (По крайней мере, ей так и не удалось его сломать, только обездвижить). И было абсолютно непонятно, как оно вообще способно двигаться, да ещё и так шустро.

***

Когда с головы Дитби сдёрнули мешок, он сначала было обрадовался возможности нормально дышать, но сообразив, куда именно притащили его мутанты чуть не обмочил комбинезон. Он сидел прислонённый к стенке тоннеля, а буквально в шаге от него сверкал своей неестественной, для такого места, чистотой, запретный тупичок.

- Ты знаешь что это? - Ткнул в сторону тупичка старый мутант.

-Да, знаю - Дитби непроизвольно сглотнул.

- Рассказывай! - Потребовал от него старик, указывая на тупик.

- Это запретный тупик. Один из артефактов наследия древних. - Парень никогда не интересовался историей, а поэтому больше рассказать не мог.

- Ещё расскажи, - Старик аж подпрыгивал от возбуждения. - Что там?

- Смерть. - Парень поёжился, вспоминая, как сам туда частенько закидывал парализованных крыс. - больше ничего не знаю.

Дед хоть и расстроился, но допрос продолжил.

- Где Мона? - старик упёр ему в бок древко копья так, что любое движение опрокинет его тело прямиком в тупик.

- Не знаю! - Дитби покрылся холодным потом, а ещё, кажется, обмочился.

- Где девочка, которую ты поймал вместе с ним? - дед свободной рукой указал на своего товарища.

Дитби перевёл взгляд на паренька и его озарило. Вот откуда ему это лицо показалось знакомым.

- Она сбежала в городе мастеров. - он даже немного успокоился, наконец поняв, что нужно его похитителям.

- Отведёшь нас туда. - спокойно потребовал старик.

- Это невозможно! - если в городе узнают, что он водит мутантов туда, его точно казнят.

- Или умрёшь. - лёгкий тычок и тело падает навстречу смерти.

***

С благоговейным трепетом, как и все прошлые разы, Хонен внимательно наблюдал, как оживает АРТЕФАКТ ДРЕВНИХ. Старик стал ещё на один шаг ближе к своей цели. Сегодня он познал ИМЯ и ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ ЗНАНИЯ.

— Авторизация пользователя... - Из небольшого отверстия под бусинкой выползла тонкая змейка, мгновенно устремившаяся к лежащему телу, а потом столь же стремительно втянулась обратно, а на месте её контакта с кожей иного появилась маленькая капелька крови.

- Генетический ключ нераспознан. Немедленно покиньте территорию консоли или будете уничтожены.

- Я согласен! Отведу! Пощадите! - Иной обезумев, забился в истерике, отчего Лони и Старику с большим трудом удалось вытащить орущее тело из опасного места в самый последний миг.

Глава 4

Кривой Том сидел на углу пекарни, а перед ним лежала, перевёрнутой, его несуразная шляпа. Прохожие мальчишку частенько жалели и давали милостыньку. Медяки очень редко, в основном еду, а большего ему было и не нужно. Стражники того щадили и не прогоняли. Так что за день попрошайка собирал немалый улов, с которого кормились почти все местные беспризорники. Закончив "смену" он начал собираться. Вытряхнув остатки улова в карман, он нацепил шляпу-кормилицу на голову и двинулся в Гнездо (заброшенный цех, где ночевали и собирались такие, как он).

Когда в тёмном, узком переулке, ему навстречу вышел прохожий, он даже не придал этому значения. В городе мастеров Кривой чувствовал себя в полной безопасности. Но когда тот преградил ему дорогу, парню стало не по себе. В голову отчего-то полезли страшилки о монстре, которые в последнее время травят у костра ребятня. Он попытался обойти препятствие, но прохожий каждый раз оказывался перед ним, не давая пройти. Всё это время Кривой боялся поднять взгляд, глядя себе под ноги, но всё же переборов страх, он поднял взгляд. Лучше бы он этого не делал...

Холодный липкий ужас сковал все его существо. Парень дёрнулся бежать, но и без того не сильно ловкие ноги совсем отказались его слушаться. Хотел было закричать, но звуки застряли где-то в горле, вместе с дыханием, а сердечко и вовсе сбежало в район пяток.

***

"И чего он так странно смотрит?" - подумалось Моне. Перед ней стоял обычный паренёк. По меркам потоков вполне себе нормальный. Она давно уже обратила внимание, что среди местных, её настоящий облик можно было считать вполне нормальным.

- Мне нужна еда. - Девушка указала на котомку парня, от которой шёл манящий аромат свежей сдобы. - Обмен? - девушка протянула ему свой трофей, за которым ещё недавно безрезультатно охотились четверо его товарищей. Паренёк не сдвинулся с места, лишь его взгляд перебегал с её лица на трофей и обратно. Потеряв терпение, девушка просто вложила предмет ему в руку. От её прикосновения парень вздрогнул. Машинально повертев существо в руках, он достал из кармашка какую-то проволочку и найдя, что-то на брюшке ловко подковырнул это своим импровизированным инструментом. Брюшко раскрылось, явив на свет своё содержимое. Жёлтый блестящий кругляш с надписями. Трясущимися руками, парень вернул кругляш и трофей обратно, а ещё, достав из котомки румяную булку, протянул ей.

Пока растерянная Мона пыталась сообразить, что сейчас произошло, парень успел сбежать.

Вернувшись в своё убежище, Мона принялась изучать трофеи. Паучка она выпустила ещё в той подворотне. Булка оказалась очень вкусной, хоть и суховатой, благо воды у неё было вдоволь. А вот кругляш надолго завладел её вниманием. На одной его стороне был изображён мужчина с тонким обручем на голове. На другой были нанесены какие-то письмена, узоры и линии. Похожие она видела на своём браслете. Она поднесла кругляш к украшению, чтобы сравнить письмена и случайно коснулась браслетом кругляш и он неожиданно прилип к нему, повиснув круглой подвеской, которая очень быстро приобрела цвет браслета. Девушка попыталась оторвать её обратно и с лёгким усилием у неё получилось. Цвет также вернулся. Прицепив его снова, она попробовала стряхнуть его движением кисти, но у неё ничего не вышло, предмет надёжно фиксировался браслетом.

***

Гнездо гудело как развороченный улей. Кривой Том уже, наверное, в сотый раз пересказывал подробности неожиданной встречи в подворотне. Жуткая городская легенда обрастала всё новыми подробностями, одно удивительней другого. Монстр оказался разумным и даже владел человеческой речью и вообще якобы это заколдованная принцесса, превращённая злой волшебницей в жуткого монстра. Том клялся, что хотя там и было очень темно, но за жутким мутным глазом он на мгновение увидел силуэты юного женского лица.

***

Вот уже несколько дней охота выходила без добычи. И если бы не те редкие гостинцы, что ей подкидывал на крышу тот парень, девушка загнулась бы с голода. Поэтому сегодня для Моны очень важный день. Она, наконец, решилась выйти к людям. Точнее, пройтись по улице без своего снаряжения. Комбинезон, что ей достался от мучителя, она аккуратно подогнала под свои размеры. Тщательно умылась и сделала себе красивую причёску, как учила её родительница.

Первое время всё шло хорошо. Она побродила по безлюдным улочкам, внимательно наблюдая за поведением редких прохожих. Прислушивалась к разговорам местных, правда, один раз её прогнали прочь, чтобы не подслушивала. Очень хотела попасть в местную таверну, но туда её не пустил охранник, при этом почему-то дал ей медный кругляш, который она, не задумываясь, направилась обменять на булочку, в знакомом доме. И всё было бы хорошо, если бы не четвёрка стражей, вошедших туда следом за ней.

***

- Ваша светлость, вам определённо стоит на это взглянуть. - Начальник гарнизона стражи повернул ключ в массивной тюремной двери. - Крысиный ужас, столько времени пугавший добропорядочных горожан, наконец пойман. - Капитан лучился счастьем, словно начищенный золотой, рассчитывая, по-видимому, на награду или как минимум на похвалу его светлости.

- Что-то не припомню, чтобы давал распоряжение кого-либо ловить. - Если подумать, то чем бы ни был этот Ужас, но благодаря ему, бюджет города за последнее время значительно пополнился. На проблему борьбы с грызунами и защиты от них казённых припасов тратились вполне серьёзные суммы, которые в этот раз получилось благополучно сэкономить.

- Но как же ваша светлость, а вдруг он после крыс переключится на домашний скот или не приведи Создатель, горожан. - Капитан буквально шкурой ощущал недовольство барона, и всеми силами пытался выкрутиться. В этот момент старенький замок, наконец, поддался и, лязгнув массивным засовом, служивый отворил дверь.

То, что увидел в камере барон, никак не сходилось с теми описаниями, что ему слали в донесениях. Вместо жуткого монстра, на полу камеры лежала хрупкая юная девушка. На руках, ногах и шее висели массивные кандалы, стянутые цепью, чтоб максимально лишить подвижности узника, сами цепи для надёжности крепились к стене.

- Вы что смеётесь надо мной? - барон едва молнии от гнева из глаз не пускал. - Маленькую девочку?! Нашли козла отпущения!

- Ваша светлость смилуйтесь! -капитан бухнулся на колени, на пути его светлости, намерявшегося подойти осмотреть пленницу. - Её внешность обманчива. Четвёрке крепких стражей еле удалось её схватить, и то лишь благодаря эффекту неожиданности и тому, что её подловили в тесном помещении.

Но барон его уже не слушал. Подойдя к пленнице, он приподнял голову девушки за подбородок, чтобы получше рассмотреть её лицо, да так и замер.

Барон Анре Санж дворянином был фактически только по бумагам. Все его владение составлял лишь Город Мастеров. А сам Анре теперь мало чем отличался от мэра. И всё из-за репутации своего древнего рода.

На самом закате эпохи империи его славный предок Ангус Санж не поддержал реформаторов, а выступил на стороне последнего императора. За что до сих пор расплачиваются все поколения его потомков.

Судебные тяжбы, политические и экономические блокады, рейдерские захваты, вот лишь малая толика приёмов врагов. Крупица за крупицей некогда бывшие великими, владения славного рода словно голодные гиены откусывали недруги, пока не остался лишь этот городок. За это наступившую эпоху регентов он ненавидел до глубины души и тайно поддерживал фракцию, борющуюся за возрождение монархии.

В основном его помощь носила материальный характер: оружие, броня и снаряжение, выходившие из-под молота его мануфактур, поставлялись далеко не только в столичные гарнизоны.

Ещё он увлекался историей имперского периода. У него скопилась приличная коллекция артефактов той эпохи. Самым ценным экспонатом его собрания, являлась картина последнего августейшего семейства, подаренная его предку лично супругой императора. На ней были изображены император с супругой, и их дочь. Подлинность полотна косвенно подтверждалась тем фактом, что незадолго до революции была проведена денежная реформа и на монетах были отбиты изображения четы. На золотом лик императора, на серебряном его супруги, а на медяке их красавицы-дочери.

Сам барон в эпоху пылкой юности был влюблён в образ юной принцессы, и даже заказал художнику список портрета принцессы, что до сих пор висит в его спальне.

И вот этот оживший портрет, мечта всей его юности, чарующим взором изумрудных глаз смотрела на него.

- Срочно доставить в моё имение. - Анре неимоверным усилием заставил себя оторваться от девушки, и покинул камеру. - И чтоб ни единая душа её не видела!

- Как прикажете ваша светлость, сделаем в лучшем виде. - Капитан осуждающе покачал головой. Вот угораздило же его светлости приглянуться эта фурия. Вон любая незамужняя девица в их городе с радостью пойдёт служить к нему в имение, только свистни.

- Ваша светлость, а что делать с её подельниками-мутантами? - Вспомнил было капитан.

- Какими ещё подельниками?! - аж остановился от удивления барон, а капитану потребовалось вся ловкость и координация, на которую тот был способен, чтобы не врезаться в замершего, посреди коридора, господина.

- Когда стражи конвоировали задержанную в темницу, на них напали два мутанта, пытавшихся освободить пленницу. Пришлось их тоже арестовать. Всё-таки нападение на стражу при исполнении...

- Избавься от них. - Не хватало ещё барону с этим отребьем возиться. У него сейчас и так работы прибавиться, нужно как следует подготовить лицо будущей революции, прежде чем показывать его своим тайным союзникам, а тем более простому народу.

***

Слава Создателю, что его светлость не уточнял капитану, как именно избавляться от мутантов. Благодаря этому, его мошну грела пара серебрушек, которые он выручил за оборванцев, продав их своему старому товарищу, скупавшему в местных городских темницах "неликвидный товар".

***

По дороге, разбрызгивая по обочинам помои, ехали гужевые повозки с товарами на рынок. Из повозок виднелись: мешки с крупами, корзины с овощами, рулоны тканей, дети рабы, столярные изделия, бочки с солениями и прочее.

- Торговля в этом году славно идёт. - Делилась радостью купчиха, со случайной попутчицей, которую решила подбросить до города. - Если так и дальше пойдёт, планирую семью свою расширить. Только пока не определилась – кого выбрать. Так-то у меня поровну мужчин и женщин. А ты я погляжу славненькая, не желаешь седьмой пойти?

- Не интересует. - Отвернулась девушка. Видимо, попутчице тема была неприятна.

- Ну как знаешь, - непринуждённо продолжила та. - Хотя если честно, я подумывала о мальчишке молодом, иль животинке какой.

Рынок всегда самое оживлённое место города. Возгласы зазывал, переплетения ароматов (в каждом ряду свой), напряжённые торги за каждый грошик, непрерывно текущий людской поток. Посреди площади всегда проходили особо зрелищные городские мероприятия: пиры, декларации указов, казни ,торги аукционов.

Сегодня тут как раз и проходил аукцион, но с довольно специфическими лотами.

- Лот номер три. Мужчина, мулат, 33 года, в рабстве за долги, здоровье отличное, все зубы на месте, начальная ставка тридцать серебра... - именно подобные возгласы сегодня разносились на площади.

Среди разношёрстной вереницы ещё не проданного товара особенно выделялись два лота. Оба были словно не из этого мира. Первый - седовласый старик. На вид лет под шестьдесят. Худое, жилистое тело, густо испещрено шрамами. Второй – парень лет двадцати. Телосложение атлетическое, но его портили непропорциональные формы скелета. Шрамов на теле тоже хватало, но не так много как у его пожилого соседа. У обоих особей повадки были ближе к звериным, нежели человеческим. Оба сильно щурились от света, словно, только что из тёмной комнаты вышли.

- Итак, друзья, как вы успели уже заметить, сегодня у нас есть два уникальных экземпляра. Прямиком с глубин городских подземелий мы привезли вам целых двух мутантов. Как по секрету рассказал информатор, в их поимке пришлось задействовать целое звено стражников. Поскольку разговорить их особо не получилось, вся информация о них наглядно представлена перед вами. Оратор под одобрительный гул зрителей указал на них рукой. Лот номер тринадцать. Молодой здоровый мутант подземелий. Начальная цена сорок серебра.

-Сорок пять!

-Сорок семь!

- Пятьдесят! - Наперебой начали предлагать, коллекционирующие диковинки аристократы, либо ищущие новые ощущения нимфоманки.

Вскоре ставки замерли на золотом. Никто не желал предлагать больше, чем сурового вида ветеран, непонятно зачем заглянувший на торги.

- Золотой. Продано! - радостно объявил распорядитель и перешёл к следующему лоту. Но вот тут вышел облом. Никто не желал покупать старика, да ещё и, скорее всего, с характером.

- Ладно, уговорили, сделаю вам скидку, ведь товар просрочен. - По площади прокатилась волна смеха. - двадцать монет. Последняя цена или я лично пристрою этого ветерана к своим караванщикам.

- Я возьму. - из толпы раздался кашляющий старческий голос. Народ расступился, чтобы посмотреть смельчака, рискнувшего купить такой сомнительный товар. Это оказался, едва ли не старше него дед, в длинном плаще. Его голова была прикрыта капюшоном, а ещё от него сильно несло какой-то химией.

***

Спроси сейчас Ульбрека Кровавого, непобедимого чемпиона в прошлом, и распорядителя городской гладиаторской арены сейчас, - Зачем ты купил столь сомнительного раба, да ещё и за такие деньги? - Он вряд ли бы смог что-либо внятно ответить. Но он привык доверять своему чутью, а оно прям кричало ему, что этот боец наделает шуму в их продажном болоте. Нужно лишь как следует отшлифовать этот самородок.

***

Старый Сольи изначально даже не планировал что-либо покупать, а уж тем более раба. В верхний город он направлялся на побережье – подышать солёным бодрящим морским воздухом, да погреть свои старые, скрипучие кости на горячем июльском солнышке. Но так вот сложилось, что кратчайшая дорога из города алхимиков к пляжу пролегала именно через рыночную площадь. А уж там он случайно зацепился за пытливо-любознательный взгляд одного раба – старика. Такой взгляд был у него самого в молодости, когда окружающий мир казался огромным, а его загадки великими и непостижимыми. Объявленная вначале цена превышала его текущий бюджет, и когда он уже почти покинул площадь, распорядитель вдруг сбросил её вдвое. У старика как раз с собой было двадцать с небольшим серебра. (На обратном пути он намеревался зайти к стекольщику, сделать заказ на очередную партию склянок для лаборатории). Так что покупка вышла спонтанной и кроме ответа на вопрос: как рабу в его возрасте, удалось сохранить столь великую тягу к знаниям? - Сольи от него, собственно, ничего и не было нужно. Ну не брать же его в самом деле в подмастерье?! Для такой роли лучше подходят молодые да любознательные.

"В крайнем случае можно будет пустить его на опыты, если совсем окажется бесполезным. - С такими мыслями старый алхимик всё же достиг наконец своей цели, растянувшись на тёплом, ласковом песке.

***

Тёплые солоноватые капли смачивали обветренные скулы старика. Ещё они до краёв стремились наполнить его глаза, но тот спешно сгонял их веками прочь. Он стал свидетелем невозможного. Вода — один из самых ценных ресурсов его мира, просто не могла существовать в ТАКОМ количестве.

***

- Победить себя нынешнего! - именно такой ответ он дал бойцу, заплатившему за его свободу на вопрос: "Чего ты хочешь достичь в жизни?" И вот его снова окружает подначивающая толпа, напротив стоит оппонент, которого нужно победить, а под ногами горячий жёлтый песок, пообещавший обменять его кровь и пот на победу.

***

Семья, дом, уют. Когда она по-настоящему начала их ценить? Только тогда, когда потеряла. Она смотрела сейчас на эту кровать, в которой она даже чуть не утонула, настолько та была мягкой и пышной, и вспоминала все последние разы, когда засыпала вне дома:

На ледяном каменном полу темницы, пристёгнутая тяжёлыми кандалами с цепью к стене, от которой тянуло сыростью и плесенью.

На шумном сухом чердаке в обнимку с горячей трубой, обмотанной комбинезоном, чтоб не обжечься.

На полу тёмной бытовки, в которой стояла невыносимая вонь от всякой химии.

В тёмных, сырых, вонючих тупичках тоннелей на вылазках.

В шумной хмельной Яме под присмотром её старика.

И наконец дома.

Глава 5

Он сидел за столом и рыдал, уткнувшись лицом в сложенные руки. Всю оставшуюся поверхность стола занимали бумаги, писчие принадлежности, стопки и кучки серебряных и золотых монет, а также обычно несвойственные этому месту бутылки с дорогим алкоголем, фужеры и блюда с закуской. Судьба сыграла с ним злую шутку: она исполнила его самую заветную юношескую мечту, но, во-первых, слишком поздно, будь он лет на двадцать помоложе, наверняка бы прыгал от счастья, несмотря на все трудности с его избранницей. А во-вторых, как раз эти трудности, будь они неладны! Приподняв голову, он нетвёрдой рукой схватил первую попавшуюся бутыль и расплёскивая часть содержимого на дорогущий стол, наполнил фужер и тут же опустошив его залпом, плюхнулся обратно.

***

Девушка растерянно смотрела на огромный, в половину комнаты стол, за которымона сейчас сидела. На изумительно белоснежную ткань, накрывавшую всю его поверхность, и даже ещё свисавшую с краёв. На затейливые узоры, покрывавшие края этого полотна, которымиона могла бы любоваться часами. На обилие различных, блестящих серебром, металлических предметов (являвшихся, с её точки зрения, превосходными оружиями), лежащих перед ней в строгой последовательности. И в особенности на блюдо, котороесамо по себе, уже являлось произведением искусства, не говоря уже о том, что на нём лежало. Она категорически не понимала, как такую красоту можно есть, ведь она создана для того, чтоб ей любоваться. Да ещё и пользуясь при этом определённым инструментом, и не абы как, а правильной рукой, держа тот определённым образом, совершая определённые движения с определённой скоростью.

Даже и не счесть, сколько раз она уже слышала расстроенно-осуждающий вздох этого высокого старика у себя за спиной, когда её терпение кончалось и она начинала есть так, как привыкла это обычно делать.

***

Гибкости, скорости и силы в этом юном теле было хоть отбавляй. Но дикий зверь всегда проиграет отточенному мастерству. Что он и хотел показать молодому человеку, но аккуратно, чтоб тот сам дошёл до такой мысли. Ибо пережитое и осознанное самостоятельно лучше усваивается, чем полученное извне.

Ветеран намеренно ставил новичка не с такими, как он, полагающимися на скорость и грубую силу, а с искусными бойцами, опиравшимися на своё мастерство.

***

"Чего же ты добиваешься, старик?"- подобные мысли одолевали парня всякий раз, когда тот встречался со ставшим уже родным, песком арены. Другие бойцы, позже него появившиеся тут, уже вовсю развлекают зрителей, обильно поливая своей кровью ненасытного жёлтого монстра, а он до сих пор пытается попасть этой деревянной палкой по худощавому старичку, правда, отчего-то безрезультатно, а вот такая - же палка оппонента с изумительным постоянством выбивает из него дух, отправляя на пол.

***

Что нужно пожилому человеку, у которого и так уже есть всё, что душе угодно? Конечно – молодость! Ибо что толку от всех этих вещей и наслаждений, которые не приносят радостей из-за дряхлости и болезней.

"Эликсир молодости"- Вот та"ТерраИнкогнита", поискомкоторой заняты все его мысли на протяжении многих лет. С финансированием проблем не имелось, поскольку всегда находились пожилые толстосумы ищущие того же что и он. Основная загвоздка оказалась в сложности человеческого организма.

Первое время, он предполагал, что стоит ему найти правильную пропорцию химических веществ, то всё получится. Но за годы исследований, он лишь смог выяснить, что в чистом виде, большинство химических элементов являются для организма сильнейшим ядом. (Кстати, его очерки того периода имеют большую популярность среди его коллег и различных отравителей). И не имело значения, в какойпропорции и что с чем смешивать. В большинстве случаев, чем многосоставней была смесь, тем быстрее наступала смерть. И лишь малая часть этих веществ в микроскопических количествах благоприятно воздействовали на организм человека.

Вторую веху его исследований можно отнести ко времени написания им монографии "Воздействие живых соков на человека". За время которой была проведена поистине колоссальная работа по сбору, выделению, классификации и воздействию на организмы, этих самых соков, масел, суспензий и порошков растительно-животного происхождения. Здесь уже он оказался намного ближе к своей цели. Большинство образцов было относительно нейтральным, являясь не чем иным, как простой пищей для человека. Нашлись, конечно, и токсичные для организма вещества, но и с полезными свойствами оказалось не в пример больше.

Третий же период его исследований длится по сей день. И касается он непосредственноизучениясамогочеловека, влияниеего образа жизни, окружения и привычек на продолжительность жизни. В ходе этих исследований, им была разработана комплексная методика, достаточно точного определения реального и биологического возраста человека, упрощающая ему сбор и обработку данных для выявления положительных и отрицательных закономерностей.

И, кажется, его методика сегодня впервые дала сбой. Ну не может двадцатипятилетнее тело иметь физиологию семидесятилетнего старика.

***

СтарикХонен, определённо, попал в рай. Количество и назначение устройств, находящихся там, куда привёл его странный старик, поражало воображение. Он завороженно переходил от одного к другому, внимательно осматривая каждое, попутно пытаясь понять их назначение. Какие-то элементы были ему смутно знакомы, быть может, попадались ему когда-то в потоках, но там оно обычно было грязным, старым и сломанным. Здесь же всё было таким, каким изначально было задумано создателем.

***

Основой языка, на котором разговаривала девушка, оказался староимперским, этоона выяснила у строгого вида девушке, которая приходила к ней заниматься языками. В современном общем (или Вельтонском), распространённом в королевстве, также основой выступал имперский, именно поэтому ей худо-бедно удавалось понимать современную речь. Также выяснилось, что язык потоков был намного ближе к истоку чем тот же общий.

В нём было много искусственных слов, обозначавших определённые понятия, актуальные только для жителей потоков. Но также отсутствовало большое количество слов, обозначавших то, чего в потоках никогда не встретишь.

Общий же оказался смесью коренного местного и имперского, поэтому его фонетика оказалась ближе к местному.

Сам же староимперский всегда считался языком аристократов, и учёных. На нём писались законы, и научные труды.

Благодаря тем камушкам, которыми девушка добивалась картавости на потоках, её речевой аппарат без труда подстроился к произношению непривычных Вельтонских согласных.

***

Старик Ульбрек занял своё скромное кресло в ложе для особых гостей. Хоть он и не был аристократом, но по праву чести заслужил право находиться тут. С ним приветливо здоровались гости, кто-то даже благодарил, или подсаживался поболтать о войне и политике, и женщинах.

Кроме гладиаторских поединков, зрители арены любили исторические постановки. Это когда две или более групп воинов, разыгрывали приближённую к истории, либо необычную трактовку какой-либо исторической битвы. Но чтобы зрелищно сыграть такое, требовалась жёсткая слаженность и дисциплина воинов, если, конечно, не требовалось нарочно показать обратное.

***

Сомкнуть щиты! Копейщики на позицию! - надвигающаяся конная лава неожиданно разбивается надвое об ощетинившийся копьями острый волнорез. - В Атаку! - нужно не дать опомниться поваленным всадникам, и Лони первый бросается на ближайшего воина, подавая пример остальным его бойцам. Парень старался не убивать без необходимости. Ему было достаточно обозначить смертельное ранение оппоненту, и тот до конца боя лежал "мёртвым" и не отсвечивал. Дураков брыкаться на Дикого не было. Сегодня ты выпендришся, поднимаясь в бой после "смертельной" раны. А завтра она и вправду станет таковой. Если не сам Лони, так его отмороженные бойцы, помогут.

В групповом бое, главное не личная отвага (и слабоумие), а чтобы было зрелищно и эпично, и парень так натаскал своих псов войны, что зритель верил и рукоплескал.

***

Подготовка восстания — занятие очень затяжное. Оружие и броня – это, конечно, хорошо, но далеко не главное. Нужно найти и подготовить воинов. Заручиться поддержкой максимально возможного количества домов. Создать отрицательное мнение в простом народе о текущей власти и напомнить им, как хорошо жилось людям в империи и каких высот она смогла достичь до своего падения. Ну и потихоньку знакомить подданных с наследницей престола.

***

Каждый шаг, вздох, наклон и разворот давался девушке со слезами. Вот скажи ей совсем недавно, кто-нибудь, что она неправильно двигается. Наверное, рассмеялась бы в лицо. Но теперь ей совсем не до смеха - это адское создание во всю стену, под названием зеркало, не обманешь. А оно упорно говорило девушке, что она всё ещё хромая корова, и что беременный тюлень двигается и то изящней (Что это за создания она узнала на других занятиях и ей эти сравнения уж очень понравились).

***

"Бред какой-то"- либо он что-то не учитывал, либо искомое зелье существовало уже более тридцати столетий. Этот юный старик, оказался просто находкой. Учёные круги довольно консервативны — что-то новое признаётся в них с большой задержкой и огромной долей скепсиса. А этот уникум, имеет очень необычный взгляд на вещи, отчего порой находит такие сочетания, до которых ни один классический учёный в жизни бы не додумался. У младостарца обнаружилась просто маниакальная тяга к изучению наследия древних. Нужно было видеть его реакцию, когда тот нашёл лабораторный утилизатор, переоборудованный когда-то алхимиком из древней консоли. В далёкой молодости этот дом им и был куплен, как раз из-за наличия в его подвале этого артефакта древних. Результаты опытов часто выходили весьма нестабильны, порой даже опасными, иметь возможность оперативно их уничтожить дорогого стоило.

Он снова и снова перечитывал первые страницы древнего манускрипта, ранее считавшегося просто сказками, ибо принадлежала книга к дремучим верованиям, времён империи. Судя по отрывочным данным, именно с них начался упадок древней державы,по крайней мере, первой под пламя революций попали именно они.

Если взглянуть на текст как на исторический документ, то выходило, что люди когда-то жили порядка тысячи лет, потом что-то натворили, и их "число дней" сократилось до ста — ста двадцати. Сейчас же средняя продолжительность и того меньше, где-то в районе пятидесяти лет.

***

Кривой Том уже несколько минут старался отвязаться странного старика, что мешал ему "работать". Слухи о нём он слышал от ребят, мол, объявился какой-то стрёмный дед, который за монетку-другую водит беспризорников и нищих куда-то в город алхимиков. Проводит какой-то там эксперимент. Но, во-первых, он сам за "смену" зарабатывал гораздо больше, а во-вторых, ну не нравился тот ему. Уж насколько онсам был уродлив, но до старика этого, ему было ой как далеко.

***

— Авторизация пользователя... - ох и намаялся Хонен с этим подростком. Пришлось пообещать тому аж двадцать монет, что с таким трудом выделял ему на опыты мастер. Он уже всерьёз подумывал сделать исключение и скормить несносного мальчишку, консоли...

- Обнаружено частичное совпадение генетического ключа. Активирован гостевой уровень доступа. - Все глупые мысли старика вмиг улетучились. Он заворожённо смотрел на соткавшийся из бусинки, яркими голубыми нитями, прямоугольник с имперскими символами.

***

Вооружённый строй стражников неотвратимо надвигался на оставшуюся одну, девушку. Та, споткнувшись о платье, грохнулась на пол, но не переставала, испуганно пятиться от надвигающегося строя. Путей к отступлению не было, единственный выход из этого коридора сейчас преграждали воины. У самоговхода лежали тела мятежного барона, устроившего это безумное восстание, и его верных гвардейцев. Они до последней капли крови сражались за неё и своего господина, но стражников оказалось слишком много.

- СТОЙ, глупая, или погибнешь! - прокричал, командовавший стражей, огромный бородатый воин. Но девушка его не слушала и продолжала ползти. У неё перед глазами всё ещё стояли грустные взгляды воинов, отдававших за неёсвои жизни. Кто она вообще такая, чтобы за неё проливалось столько крови.

- Оставь её, Велимир. - Пусть древний дух дворца сам совершит суд над гнусной мятежницей.

По древней легенде, за этими массивными створками располагался ИСТИННЫЙ тронный зал, а не та блёклая реплика, в которую перестроили один из старых бальных залов. Вот только неподкупный дух дворца, уничтожал любого безумца некоролевских кровей, дерзнувшего только приблизиться к дверям.

Строй замер, солдаты с суеверным ужасом смотрели, как девица преодолела последний шаг и упёрлась спиной в массивную дверь. Девочка была совсем ещё юна, и у многих вояк дети были её возраста. Ладно ещё аристократы с их амбициями - те всё время грызутся за власть, проливая реки крови. Но ребёнок, наверняка оказался лишь инструментом в их грязных играх.

Дух дворца ожил, выпуская веера ярких зелёных нитей. Вот сейчас они сменят свой цвет на красный и от дитя не останется даже воспоминаний. Особо впечатлительные бойцы отвернулись, не желая смотреть на то, что случиться через мгновение. Но вот что-то пошло не так. В полнейшей тишине раздался массивный гул и сворки врат приоткрылись, пропуская девушку вперёд. И та потерявши опору просто завалилась внутрь. Видимо, посчитав свой долг выполненным, створки под десятки удивлённых вздохов закрылись обратно.

***

С тех пор, какон увидел пропагандистский плакат с его принцессой, он ужесточил свои тренировки, и того же стал требовать от бойцов, что сплотились вокруг него. На все вопросы "Зачем? он неизменно отвечал: - Чтобы стать достойным служить принцессе. - Парни лишь посмеивались над его блажью (Где принцесса, а где кривой мутант, пусть и хороший боец), но тренировки посещали исправно, ведь это делало их только сильней и выносливей.

Но вот когда после новостей, что объявилась законная наследница империи, он повёл свой отряд прямиком во дворец, бойцы сначала опешили, а кто-то и вовсе их покинул. Но вот последовавшие за ним стали свидетелями поистине фантастических событий. Сначала их небольшой отряд миновал все посты, оставшейся в строю дворцовой стражи. А потом и вовсе оттеснил караул, что стоял у дверей в тронный зал древних, заявив, чтоон личный гвардеец Её Высочества и только он имеет право её охранять.

***

Регент Кореан нервно мерил шагами кабинет. С каждым новым донесениемего настроение всё ухудшалось. Они уже потеряли контроль над нижними кварталами и верхним городом, мятежники заняли уже половину замка так ещё и Велемир ошарашил его новостью, что древний тронный зал ожил, впустив внутрь эту паршивку. Какая только бездна изрыгнула из себя это отродье? Одно только радует, эта заноза в заднице — баронАнреСанж, зачинщик этого бардака, что твориться сейчас кругом, отправился кормить червей. Туда ему и дорога. И если онсам сейчас не подсуетится, то отправится следом.

- Велемира ко мне, срочно! - приоткрыв дверь, крикнул он в коридор. А сам принялся потрошить заначки кабинета. Много он, конечно, с собой не унесёт, но оставлять золото врагам он не намерен.

- Вызывали Вашество? - Седой ветеран, явился довольно быстро. Судя по часто вздымавшейся груди сюда он бежал.

- Объяви воинам сдаться и сложить оружие, эта бойня бессмысленна.

- А как же вы, ваша светлость. Толпа обезумила, вас просто разорвут от злобы.

- За меня не переживай. Спасай своих бойцов и одурманенных ложью горожан. - Выпроводив за дверь воина, бывший регент подошёл к камину, и нащупав в барельефе нужный узор, вжал его внутрь.

1.10.2023г.

Глава 6

Часть вторая

Золушка в поиске

Мона лежала на полу в абсолютной темноте и тишине. Последний звук, услышанный ею, был лёгкий стук, с которым сошлись створки, отгородившие её от всего этого ужаса. Сейчас она наслаждалась тишиной и покоем, что дарила ей темнота. Та была её давней подругой. В потоках, свет источала лишь вездесущая плесень, подсвечивая только контуры облюбованных ею поверхностей.

"Вот бы снова увидеть тот мягкий зеленоватый свет её родных потоков".- мечтательно подумала она. Находясь в плену мучителя, она долго привыкала к излишне яркому свету местных ламп. А уж про солнечный свет и говорить не стоит. Днём, особенно в ясную погоду на поверхности она находиться не могла совсем.

К её удивлению, мрак чудесным образом начал рассеиваться. Словно повинуясь её мыслям, пол, стены, предметы вокруг начали испускать лёгкое зеленоватое свечение, окрашивая мир в привычные с детства тона. Хотя почему словно? Окружение действительно чутко реагировало на её мысленные позывы. Поигравшись с цветом, яркостью, локализацией, перенося источник света на стены, пол, потолок и различные предметы, она, наконец, подобрала устроившую её комбинацию, позволявшую осмотреться в этом необычном месте. (Не зря же барон, её наставник, так стремился притащить её сюда.)

По сути, смотреть тут особо было и не на что. Абсолютно ровные стены и потолок. На противоположной от двери стороне пол возвышался ступенькой. Прямо посреди возвышенности стоял большой массивный трон. На занятиях по истории древней империи она внимательно читала описание современников этого места, оно точно было другим. Трона три, а не один, вдоль стен массивные резные колонны. Потрясающие воображения фрески по стенам. Великолепная лепнина на потолке. Затейливые узоры на полу. Он был жемчужиной всего дворца. Её славные предки объездили всю империю в поисках лучших архитекторов и зодчих и мастеров для его украшения. И либо зал после революции был варварски разграблен, в чём она сильно сомневалась, учитывая местного стража. Либо она что-то упускала.

"А что если...!" - Её посетила одна догадка, и девушка стала мысленно представлять самое знакомое ей помещение, примерно подходящее по размерам, а именно интерьеры Ямы. Там она провела большую часть своей сознательной жизни, а поэтому досконально знала там каждый элемент. Чтобы помочь своему воображению и памяти эффективней работать, она прикрыла глаза. Когда же открыла их обратно, они тут же наполнились слезами. У неё получилось!

Единственный элемент, который так и остался стоять на своём месте — это трон, С ним её воображение сделать ничего не могло. Кстати, о стульях. Всё это время она провела сидя на полу, и раз у неё теперь есть такая возможность, она решила сделать ту удобную, мягкую, словно обволакивающую тело, софу в которой любила отдыхать с книжкой между занятиями. Она попыталась детально представить перед собой это изделие человеческого гения, в этот раз с открытыми глазами. Когда пол перед ней пошёл рябью, как круги на воде от брошенного в неё камня, и стал перетекать, занимая очертания задуманного предмета, она сначала было обрадовалась, что у неё получилось и теперь она сможет напридумать много нужных предметов. Но каково же было её огорчение, когда она поняла, что от той мягкой софы, получившемуся уродцу достались только внешние контуры. Она оказалась целиком сделанной из того самого скелета мира, не убиваемого, оттого и твёрдого, а так же, как оказалось, тяжёлого до одури. Она не смогла этот мебельный выкидыш даже пошевелить. Хотя настоящую софу спокойно двигала по комнате и даже приподнимала за любой из краёв при необходимости.

Пока девушка соображала, что же она могла сделать не так, её неожиданно посетило странное ощущение. У неё вдруг появилось чувство, что там, за массивной дверью, появился некто очень давно знакомый и даже немного близкий. Если не считать оставшейся в особняке прислуги и ненавистного мучителя, хорошо знакомы ей были лишь два человека: её старик Хонен и тот мальчишка Лони. Старика она знала как облупленного и поэтому была уверена, что это точно не он. А вот паренька она знала всего ничего, поэтому по ощущениям он подходил больше всего.

Девушка смело подошла к массивным створкам и без колебаний толкнула их вперёд. В самом деле, чего боятся человеку в месте, в котором тот мнёт реальность как мягкую глину? Оказалось было чего. Стоило дверям приоткрыться настолько, чтоб в проёме стало видно её очертания, в коридоре раздался хлопок стальной тетивы. Мона ощутила сильный толчок в плечо и только-только появившаяся полоска света внезапно очутилась где-то в районе ног. Сама она при этом, больно приложившись обо что-то затылком, отрубилась.

***

Лони стоял на коленях. Его лоб был рассечён в нескольких местах, обильно орошая его ноги каплями крови.

- Ничтожество! Ты клялся её защищать! - Резкий взмах головой и одр, на который он уложил свою госпожу, снова оросился каплями крови, вперемешку со слезами. Удар оказался столь сильным, что парня повело в сторону, а брызнувшая кровь попала на её туфельки.

Он снова оказался не готов. Всё произошло настолько стремительно, что никто ничего не успел даже сообразить. Двери приоткрылись неожиданно быстро, и тут же, с другой стороны коридора, где остались группа стражников, раздался столь знакомый всем воинам звук, спускаемой арбалетной тетивы. Он в этот момент сидел спиной к ним и не видел, кто это сделал, да и не до того тогда ему было.

Он в этот момент, как сквозь кисель видел, как болт опрокинул девушку назад, и та сильно ударилась головой. Поэтому сорвался к ней, несмотря на возможность умереть от духа дворца. Удивляться почему, тот всё же его пропустил, ему было некогда. Бережно подхватив бессознательное тело на руки, он, быстро сориентировавшись в очень знакомом месте, уложил её на странное ложе.

Рана оказалась сквозная, кости задеты не были, единственное, что его смутило, это странные синеватые прожилки, постепенно расползавшиеся от раны в стороны. Подозревая, что это какой-то яд, он велел своим свободным бойцам привести самого лучшего специалиста по отравам. А сам занялся болтом. Бережно, срезав оперение, вытолкнул тот из раны в сторону наконечника. Хлынувшую было кровь, остановил полосой ткани, срезанной с платья, туго обмотав ею плечо.

***

- Всё прошло как мы и планировали ваша светлость. Правда, сразу устранить не удалось, но синяя пыль довершит начатое. От простой царапины крепкий взрослый умрёт за пару дней, а ей и дня хватит.

- Противоядия? - с сомнением уточнил посетитель в глухом капюшоне.

- Обижаете. - с укоризной покачала головой девушка в откровенном наряде. - Пыль - не яд, а сильнейшая смесь токсинов. - Она провела языком по лезвию стилета, невесть откуда появившемуся в её маленькой ручке и неторопливо принялась помогать "клиенту" избавиться от одежды.

***

Сольи проснулся от настойчивого стука в дверь.

- Кому там что приспичило?! - ему потребовалось время, чтобы накинуть халат и привести себя в порядок. Стук тем временем только усилился. Старик отчётливо услышал угрозы вынести дверь, если он не поторопится.

- И что так шуметь-то? - Он отодвинул засов и отворил дверь. На пороге стояло трое, бандитского вида, воинов. Один из них, видимо, тот что горлопанил и долбился в дверь, с ходу спросил: - Вы магистр Сольи?

- И вам здравствовать молодые люди, - Магистр очень не любил хамов и по возможности старался их учить манерам.

- Слушай, старик. Мне с тобой политесы некогда разводить. - Воин положил руку на эфес меча. - Там от отравы умирает очень дорогой мне человек. И если он всё же умрёт, оттого что ты тут тянешь время, поверь, я лично отправлю тебя следом за ним.

- Что ж вы сразу не сказали, что вопрос жизни и смерти? - Старик, проникшись, начал поспешно собираться, если это слово вообще применимо к человеку его возраста.

- Слуга! - Он постучал концом дорожного посоха в дверь, что вела в подвал. Оттуда спустя пару мгновений показалась седая взлохмаченная голова коротышки. - Срочно приготовь мой походный саквояж. Да и сам собирайся. - Голова пропала, а за дверью раздались звуки, словно там бандиты устроили погром. Спустя несколько мгновений из подвала вынырнул бодренький старичок в походном плаще и с большой кожаной сумкой.

Стоило только Сольи запреть лабораторию, как два бугая, не принимая возражений, посадили стариков себе на спину, словно дети, устроившие "конные бои", и лёгким бегом двинулись вперёд.

***

По мере того как они приближались к дворцу, лицо Хонена принимало всё более озадаченный вид. Судя по обрывкам фраз, которыми обменивались их "лошадки", цель их визита находилась где-то во дворце. А ещё он сегодня днём слышал, что по городу шли бои, какие-то безумцы решили вдруг устроить переворот и свергнуть текущую власть. Сейчас уже столкновения поутихли, но простой люд на улицы старался не высовываться. Редкие горожане, в основном мужчины, занимались разбором завалов и баррикад. В нескольких местах он видел небольшие походные лазареты, где их коллеги оказывали помощь нуждающимся. Проезжая мимо телег с трупами, он невольно вспоминал время, что успел провести на одиноком острове. Традиции местных по проводам усопших в последний путь разительно отличается от привычных ему. Здесь тела сжигают. Очень расточительно, с точки зрения его, прошлого. Здесь вообще к ресурсам совершенно иное отношение. Он до сих пор категорически не понимал, как можно выкинуть вещь, лишь по тому, что она тебе надоела или чуть-чуть потеряла свой внешний вид. Они беспрепятственно миновали посты стражи и нырнули в коридор, в котором совсем ещё недавно была бойня. Запах крови и смерти даже ещё не успел выветриться. Чуть в стороне лежала кучка трупов, буквально перемолотая в фарш. Только по общему количеству "мяса" старик навскидку насчитал там трупов пять.

"Спешившись" его наставник направился вглубь.

- Это то, о чём я думаю?! - старик указал тростью на приоткрытые ворота, за которыми была непроглядная темнота.

- Если вы о тронном зале древних, то да это он. - Улыбаясь во все тридцать два зуба. - огорошил их тот самый, крикливый балагур, что привёл их сюда. - И да, ваш пациент там. - Он приглашающе указал на тёмный провал. Наверняка ожидая, что старик испугается дурной славы это места, и уже готовясь затащить его туда силой. Выкуси! Не на тех напал! У Хонена самого чесались руки — поскорее там всё изучить. И он был уверен, что наставник испытывает схожие чувства.

Пренебрежительно фыркнув, магистр Сольи, гордо подняв голову, без промедления , вошёл внутрь. За ним следом, чуть ли не вприпрыжку семенил сам Хонен, неся увесистый саквояж профессора. Не обращая внимания на темноту, старик, спешным шагом проследовал на звуки, доносившиеся из темноты.

- Молодой человек, вы позволите? - Пока магистр, отодвинув в сторону какого-то парня, что ревел в ногах пациентки, принялся раскладывать свой багаж, изумлённый Старик вертел головой, не веря своим глазам. Он определённо знает это место. Но как?! Каким образом они оказались в Яме? Хотя нет, не совсем. Он внимательно присмотрелся к окружению. Вон того огромного "стула" торчащего прям посреди места, где обычно в Яме располагался трактирщик, в его Яме точно не было, как и странного ложа, с виду похожего на полукровать, но почему-то сделанного из "скелета мира". А ещё свет. Его глаза уже более менее успели приспособиться к темноте, и он теперь явственно видел, что свет тут другой.

Тем временем магистр, расставив несколько свечей у изголовья, зажёг их химическим кресалом (так профессор называл специальные деревянные палочки, концы которых были пропитаны специальным составом. Если их макнуть в необычную склянку непроливайку с катализатором, то вещество на палочке начинало бурно нагреваться, воспламеняя при этом саму лучину).

- Мона?! Девочка моя, как это возможно?! - Старик Хонен от неожиданности увиденного забыл, как дышать, а глаза наполнились предательской влагой. Подбежав, к одру он уткнул лицо в бесчувственное тельце своей дважды потерянной дочурки.

- Какая - тварь - посмела - тебя - обидеть? - медленно поднимаясь с колен, старик преображался с каждым сказанным словом. Бездна его глаз начала наполняться, нет, не яростью, чем-то поистине потусторонним настолько, что от него отшатнулся сам магистр, которого обычно было ничем не пронять.

- Остынь Хонен, - услышал старик знакомый голос, и уже не удивился, увидев, кто именно плакал у ног девочки. Видимо, его лимит удивлений на сегодня, был уже исчерпан. - Они мертвы. - приподнял окровавленное лицо от одра парень и мотнув головой в сторону выхода. - Там, на входе в галерею, куча трупов лежит. Мои ребята их наказали уже.

- Недостаточно! - Твёрдой походкой тот направился в указанную сторону, откуда спустя некоторое время донеслись звуки, от которых бывалых воинов, что дежурили у входа, вывернуло наизнанку.

- Какое любопытное хобби у моего слуги. - Сзади к нему подошёл наставник, разглядывая аккуратные кучки получившихся ресурсов.

- Как она? - заканчивая разделку последнего, поинтересовался у него старик.

-Как это ни удивительно, но гораздо лучше, чем должна была. - старик аж приостановил своё жуткое ремесло, видимо, ожидая объяснений. И магистр не заставил себя долго ждать.

- Та дрянь, что попала ей в кровь, давно должна была её убить. А вместо этого у неё лишь поднялась температура. Да и не должно быть на теле лощёной аристократки шрамов, как на дворовой собаке. Старина, я слышал, ты в сердцах назвал её дочкой, может поведаешь своему наставнику, из каких глубин тартара ты её притащил?

Рассказ выдался длинным, несколько раз к ним присоединялся Лони и дополнял его своими подробностями. Закончив здесь свою работу, магистр Сольи поспешил вернуться домой. С его слов пациентке более ничего не угрожало. Необходимые меры, чтобы вывести остатки отравы из организма он предпринял. Теперь оставалось только ждать. Хонен же остался присмотреть за девочкой, да и с Лони ему было о чём поговорить. Полученные же с мразей ресурсы Старик уже знал, куда пристроить.

***

В сознание девушка вернулась неожиданно, рывком. Услышав рядом с собой какие-то голоса и вспомнив последний момент нападения, она отреагировала незамедлительно. Ей не нужно было даже вставать, она итак знала, где находятся говорившие. Округа мгновенно ощетинилась мириадом тонких острейших шипов-лезвий, которые соткали подобие железных дев вокруг посторонних. Лишь обезопасив себя, девушка попыталась приподняться с твёрдого ложа, на котором она оказалась не пойми как. Сильно болело левое плечо и она, помогая себе правой рукой, присела на твёрдый одр.

- Теперь я начинаю понимать, откуда во дворце появилась наша Яма. - Из-за густых шипов она не могла видеть говорившего, но это и не требовалось. Теперь, окончательно придя в себя, она узнала этот голос. Опасная конструкция вмиг стекла в пол водопадом ручейков, а девушка уже неслась на встречу с самым родным ей человеком.

- Дядя Хонен! - Припав на колени, она крепко обняла плачущего старика, покрывая его мокрые морщинистые щёки поцелуями.

-Эмм... - А можно меня тоже выпустить? - Вторая инсталляция, про которую девочка в порыве чувств совсем забыла, вдруг заговорила голосом Лони.

-И ты здесь?! - Как только узилище распалось, трое друзей, наконец, воссоединились, засыпая друг друга вопросами, рассказывая о своих злоключениях в разлуке.

Глава 7

- Твои люди облажались.- Человек в глубоком капюшоне отбивал подушечками пальцев быстрый затейливый ритм по столешнице, его собеседница кривила лицо, но виду не подавала. - Ты уверяла антидота нет.

- Да нет его! - Девица, уверенная в своей правоте, аж привстала, нависнув над ним. За что тут же и поплатилась, поскольку сильная мужская рука схватила её за шею.

- Тогда почему она всё ещё жива? - он пристально посмотрел в глаза, в которых от асфиксии уже зарождалась паника. Он с брезгливостью швырнул её обратно на стул. - Хотя можешь не говорить, я и так знаю про магистра. В общем, слушай внимательно. Через два дня мне будут нужны все твои люди. Мы тут плотно пообщались с прислугой безвременно почившего барона и узнали некоторые "слабости" молодой госпожи.

***

- Дядя, мне нужен твой совет. - После всего услышанного о том, что они оба ради неё совершили, особенно парень, она хотела их хоть как-то отблагодарить, но не знала как. Точнее была у неё одна задумка, но поскольку она очень мало взаимодействовала с людьми, то не знала, как это лучше организовать. Старик всё своё свободное время что-то писал в толстую самодельную книжку. Отложив записи, он подошёл к трону, который обживала девушка. - Подскажи, пожалуйста, сколько стоит нанять хорошего воина?

- Всё зависит от мастерства. Вышибала в таверне получает около трёх-пяти серебра в месяц. Зарплата стражника - десять серебрушек. Телохранитель или охранник каравана обойдётся в пятнадцать — двадцать монет.

- А наши воины?

Хонен серьёзно задумался, прежде чем ответить. - Точно, конечно, не скажу, но хороший гладиатор, уровня бойцов Лони, обойдётся не меньше золотого. - Глаза девушки округлились. Она представила во- сколько обойдётся содержание их небольшого отряда, и ей поплохело. - Да ты не переживай, его головорезы и бесплатно за тебя любому глотку перегрызут.

До возвращения Лони с бойцами, которых отправили в таверну за едой, девушке многое ещё предстояло подготовить. Для начала, она вернула тронный зал к его прежнему виду, только немного подправив освещение до приемлемого уровня. Письменный стол дяди она расположила перед троном справа, с материалами пока не заморачивалась, работая с тем, с чем лучше всего получается. Длинный стол для банкета, подсмотренный в имении барона, она поставила вдоль левой стены, снабдив его лавками. Простенько и со вкусом. Управилась в аккурат до возвращения добытчиков.

Пока Лони со стариком сервировали стол, Мона заканчивала последние приготовления, приводила себя в порядок, репетировала речь. Вот и пригодились уроки ораторства. Когда все приготовления были закончены, она подозвала парня, дать ему последние наставления.

- Лони, в благодарность за всё, что ты для меня сделал, я хочу посвятить тебя в королевские рыцари. - Видя недоумение в глазах парня, она стала ему растолковывать. - Я в одной книжке читала, что во времена империи, особо отважных и умелых воинов награждали рыцарством. Для воинов это была одна из самых желанных наград.

- Хорошо, - пожал плечами парень, - что мне делать?

- Слушай внимательно и запоминай. - Парень весь превратился в слух, а его моська выглядела такой собранной и серьёзной, что девушка даже улыбнулась.

-Что?! - он начал себя осматривать в поисках причины улыбки девушки, но так ничего и не обнаружил. Всё было заправлено и застёгнуто.

- Лони прекрати! - девушку это развеселило ещё больше, она даже засмеялась. - Ты отлично выглядишь, можешь не стараться. Просто меня развеселила твоя серьёзность. - Я даже в зеркало себе не улыбаюсь. - произнесла она максимально низким голосом, пародируя его самого, и даже гримасу состроила комично-серьёзную, для пущего эффекта. Поняв в чём дело, Лони с ней на пару рассмеялись. Немного успокоившись, она продолжила рассказывать ему последовательность церемонии.

- Я читать не умею. - Робко заявил парень, когда дело дошло до чтения присяги с бумажки. - Мона снова улыбнулась, видя, как заливающийся краской парень стался отвести от неё взгляд.

-Дядя, можно тогда тебя попросить на церемонии тихонько зачитывать присягу Лони, чтобы он за тобой её повторял? - Получив утвердительный кивок от старика, девушка продолжила излагать план церемонии.

Хоть первая за столько сотен лет церемония и была очень скромной, без особого лоска и пышности, но определённо она надолго запомнилась всем участникам.

Началось всё с того, что наследница величественно расположилась на троне. Справа от неё на правах советника и помощника встал Хонен. Лони тем временем вышел из зала собрать и как следует подготовить бойцов к предстоящему.

Когда она почувствовала, что бойцы за вратами построены и только ждут команды к началу, мысленно приказала вратам неторопливо открыться до конца и впустить гостей.

Когда две массивные створки сами собой пришли в движения, по строю пробежалась волна шепотков, которые Лони пришлось гасить звучной командой:

-Гтовсь! - Бойцы вытянулись по струнке. Дождавшись полного открытия врат, командир скомандовал:

- В две шеренги шагом марш! - Чеканя шаг, строй втянулся в зал. Стоило им только пересечь врата, как те, также сами собой, стали закрываться. Было видно, что бойцам до жути всё здесь интересно, но головами по сторонам никто не крутил. Все шли как один, с гордо поднятой головой, смотря в затылок идущему спереди. Когда строй достиг ступеньки-возвышения, командир скомандовал:

-Стой! Раз-два! Места за-нять! - Бойцы шеренги зеркально развернулись на девяносто градусов вправо и лево и двинулись вперёд к своим местам.

-На месте стой! Раз-два! Разво-рот! - бойцы синхронно развернулись на сто восемдесят градусов, образовав живой коридор между командиром и троном.

Ров-няйсь! Смир-но! Мечи обна-жить! - В тишине зала раздался синхронный шелест извлекаемой стали. Бойцы вытянули мечи вперёд и вверх, соприкоснувшись их концами в верхней точке, образовали свод.

- Подойди мой храбрый воин. - Лони также чеканя шаг, подошёл к возвышению и встал на колено, уперев глаза в пол. Оперевшись на поданную руку, её Величество спустилась с трона и подошла к бойцу. Старик, следовавший за наследницей, прошёл вперёд и встал за спиной Лони.

Протяни мне своё оружие. - Попросила принцесса. Воин плавно извлёк тот из ножен и гардой вперёд подал его принцессе, держа на ладонях обнажённое лезвие.

Принцесса взяла в руку, оказавшееся неожиданно тяжёлым, оружие, и уперев его концом в пол, возложила на него руки.

- Можешь зачитать клятву, воин. - Лони поднял голову, посмотрев вверх на свою принцессу и слово в слово принялся повторять за стариком слова клятвы.

- Клянусь защищать невинных и помогать нуждающимся. Клянусь быть верным своему Ордену, слушать вышестоящих, помогать равным и уважать нижестоящих. Клянусь исторгать Тьму из своего сердца и не давать ей поселиться в нём. Клянусь быть всегда честным, даже перед своими врагами.

С явным усилием подняв двумя руками оружие, принцесса поочерёдно коснулась плоскостью кончика меча сначала головы, потом правого, а затем и левого плеча, произнося при этом слова принятия клятвы.

- Властью данной мне Творцом, я, наследница престола - Моника Первая, принимаю твою клятву Сэр Лонимэр. Отныне ты рыцарь короны.

Стоило девушке закончить фразу, как откуда-то сверху засиял конус света, который осиял сначала старика, что стоял за спиной Лони, а потом и самого парня. Девушка немного смутилась, но все же продолжила церемонию. Вложив парню в протянутые руки его меч, она разрешила тому подняться. Новоиспечённый рыцарь, поцеловав лезвие меча, вложил тот в ножны, и встав занял своё место во главе строя.

Далее она подходила по очереди, ко всем гвардейцам, а прямо за ней, чуть справа, следовал Старик, нёсший на небольшом плате наградные золотые монеты, которые она лично вручала бойцам. Они в ответ, бережно поцеловав её ручку, возвращались в строй.

На этом официальная часть церемонии была завершена и началось застолье. Кроме тостов и поздравлений за столом сегодня звучало много разговоров, историй, воинского бахвальства, но несколько разговоров глубоко запало девушке в душу:

- Гран, а ты на что потратишь свой золотой? - Спросил друга боец. - Я вот как в увольнительную пойду, в борделе на неделю поселюсь. - мечтательно потягивая вино признался воин.

-Ты что, больной?! - удивлённо посмотрел на него друг. Кто ж наградную медаль в борделе-то спускает? - его ошарашенный товарищ внимательно рассмотрел жёлтый кругляш, на обороте которого был изображён лик их новой принцессы, а на лицевой – надпись: "За мужество и отвагу!"

- А ловко ты это придумала - столб света пустить. Ты б видела глаза бойцов. - шепнул принцессе сидевший рядом с ней Хонен. - Они теперь землю грызть зубами будут, в лепёшку расшибутся, но рыцарями станут.

- А это не я. - Растеряно ответила девушка, сама толком не понявшая, что же там произошло. Когда всё закончилось и все разошлись по своим делам, она попыталась повторить такую иллюминацию самостоятельно. И каково же было её удивление, когда у неё ничего не вышло.

***

- Ну и где мне теперь брать деньги? - Она с грустью посмотрела на браслет, где сиротливо висело несколько монет, из которых только одна была золотой. Все накопленные ею монеты она, кроме этой, получила от барона. А то, что, скорее всего, в ближайшее время денег ей понадобится очень много, она убедилась буквально сегодня. Вдруг краем глаза она заметила движение где-то у левой стены. Сначала она было испугалась, что враги проникли в зал, пока шла церемония и последующий за ней пир. Но ничьего присутствия она там не ощущала. Тем временем юркая тень быстро переместилась куда-то к подножию трона и замерла. Девушка наклонилась вперёд, чтоб посмотреть – кто же там. В шаге от трона обнаружился её старый знакомый — тот самый паучок, что когда-то поделился с ней её первой золотой монеткой, что до сих пор так и висела на её браслете как память. Словно чего-то ожидая, паучок замер в почтительном поклоне?! Девушка было решила, что он пришёл за той монеткой, что у него отобрали. Сойдя с трона, она, вздохнув, отстегнула от браслета последний жёлтый кругляш и положила перед ним.

-На малыш, прости, что мы в тот раз у тебя её забрали. - но паучок повёл себя неожиданно. Помотав своей маленькой головкой из-стороны в сторону, насколько ему это позволяла его анатомия, он бережно подвинул предложенный кругляш назад. А затем, раскрыв своё брюшко, ловко передними лапками извлёк оттуда такой же и сложил его сверху на первый.

- Ты моя прелесть! - она аккуратно погладила создание по его тельцу, как научилась это делать с домашними животными, обитавшими в особняке барона. - Спасибо тебе, конечно, - вздохнула она с грустью, - но этого очень мало. - паучок посмотрел на неё несколько мгновений, и развернувшись, убежал.

А вот дальше... У Моны волосы встали дыбом, и она в одно движение запрыгнула на трон с ногами. Ото всех стен, и даже с потолка к трону потянулись орды крупных, металлического цвета, насекомых. Кроме уже знакомых ей паучков, были ещё особи, похожие на саранчу и на муравьёв. Каждый из них подбегал к растущим прям на глазах стопкам, и сложив на одну из них свой груз, убегал обратно. Когда они закончили, у трона лежал настоящий ковёр из монет. Больше всего было медных стопок, серебряных в несколько раз меньше, а золотых она насчитала совсем мало - около ста пятидесяти стопочек. Прямо перед всем этим великолепием остался лишь один паучок,скорее всего — тот самый.

Особого страха перед насекомыми она не испытывала, в потоках они были вполне себе едой. Но всё же когда она натыкалась на большое их количество, они вызывали у неё неосознанное чувство отвращения.

- И сколько же тут монет? - хотя вопрос был скорее риторический, но паучок сначала оглянулся на кучу, а затем почти по-человечески развёл передние лапки в стороны, мол типа говоря: - А мне то откуда знать, я паучок маленький, сказали нести, я и принёс, а считать извольте сами. Спустя несколько неудачных попыток подсчёта она сдалась.

- Не, ну его. Давай сделаем так. - она взяла несколько монет разного номинала, чтобы заполнить свой браслет. - А остальное верни, пожалуйста, в хранилище и никому не выдавай, хорошо? - Паучок кивнул, а ручейки тружеников принялись растаскивать стопки обратно.

***

Завершив всё неотложное во дворце, старик Хонен, наконец, вернулся к своим прерванным исследованиям. Этот паренёк Том, уже более менее внятно мог читать имперские тексты, поэтому целыми днями надиктовывал интересующее старику из терминала, а тот записывал. Пока они переписывали всего одну книгу, но она оказалась поистине огромной. У старика уже половина его каморки была забита пухлыми стопками листов, а она даже не собиралась кончаться. Хотя, по правде говоря, мальчишке да и старику нравился этот текст. Он был простым и поэтичным. Иногда рассказывал интересные истории, иногда учил как правильно жить, иногда это были просто стихи, или страшные назидательные истории про разные преступления и какая за них бывает расплата, не только для отдельного человека, но и для целых народов и государств.

***

Кривой Том совсем перестал появляться у пекарни. Его место давно уже занял другой сирота, достойный этого. Том даже поделился с ним своей "волшебной" шляпой, поскольку у инвалида ничего подходящего не было и он просто неуверенно протягивал свою грязную ладошку всем прохожим. По своему опыту Том знал, насколько это опасно. Люди бывают разные, как добрые, так и злые и очень многие с брезгливостью относятся к таким, как он. И уж лучше пускай достанется шляпе, чем неосторожному попрошайке.

Тем не менее Том не перестал ходить в гнездо, но теперь он сам уже покупал туда продукты, а иногда делился монеткой-другой с особо нуждающимися в этом. Кроме этого, парень теперь нашёл себе ещё одно занятие. Раньше у общего костра он в основном выступал слушателем, поскольку его жизнь была скучной и монотонной. Но теперь всё переменилось. Он потихоньку стал пересказывать ребятам то, что ему запомнилось в той книжке. Для местных обитателей, привыкших слышать лишь слухи, сплетни и похождения их бойких товарищей, эти новые слова стали лучиком тепла и света, в непроглядной тьме трущоб и подворотен.

Хотя некоторые сплетни ему всё же были интересны. В последнее время в их маленьком мирке, да и во всём королевстве произошло много перемен. Столь же таинственно как и появился, с их города пропал Крысиный Ужас. Сам он об этом узнал первым, поскольку те гостинцы, что он некоторое время после их памятной встречи в той подворотне, оставлял на крыше, перестали исчезать. Затем и остальные ребята стали замечать, что почти истреблённые под корень серые бестии, снова стали появляться на глаза, пока ещё робко и неуверенно, но парень был уверен - скоро от них опять житья тут не будет.

Поняв это, он облазил все крыши в городке, несколько раз даже чуть не сорвался вниз с опасных конструкций. Но его усилия не прошли даром. Во многих местах он обнаружил схроны Ужаса, в которых в основном были тщательно выделанные шкурки крыс. А в одном из них он нашёл, ни много ни мало, всю его шкуру целиком, вместе с "глазом", которым оказалась полупрозрачная старая потёртая дыхательная маска. Кроме этого в схроне обнаружились и другие его вещи, оружие и снаряжение. Всё это сокровище он перетащил в свой укромный уголок. Также там теперь хранился агитационный плакат, что совсем недавно неизвестные развешивали по улицам. Теперь он даже мог прочитать, написанные на нём, призывающие к восстанию против власти, слоганы. Но не это главное. Самое важное в бумаге было то, что на плакате довольно подробно была нарисована, объявившаяся невесть откуда, наследница престола. Она была изумительно красива, и только одно это уже был повод хранить у себя запрещённый властями предмет, украдкой любуясь её столь манящими чертами лица.

Казалось бы, что может быть общего между пропажей Крысиного Ужаса и появлением наследницы. Ни один здравомыслящий человек эти события никак не свяжет. Но только не для него. Том был абсолютно уверен, что в той подворотне, за этой самой маской, он видел именно это лицо, изображённое на плакате.

Глава 8

- Мона у нас проблемы! - её верный рыцарь, буквально вломился в зал. - Утром на площади перед дворцом появились палатки с горожанами. И с каждым часом их становится всё больше.

- Что им нужно? - девушка с явной неохотой оторвалась от бумаг, которые недавно принёс ей Хонен.

- Они требуют вас, - поняв, что ляпнул, парень смутился, налившись краской. - Точнее, они требуют, чтобы вы вышли на площадь и поговорили с ними.

- Ты понимаешь, что будет, если я днём выйду на улицу? - девушка расстроено посмотрела ему в глаза.

- Понимаю. - он опустил взгляд. - Но это ещё не всё. - Парень переминался с ноги на ногу, явно не желая озвучивать, то что нужно было сказать.

- Ну, не томи, выкладывай, что там ещё? - Пришлось принцессе того подтолкнуть.

- Уже несколько дней по столице расползаются слухи, что принцесса на самом деле жуткий монстр, который охотится по ночам на горожан. А днём отсыпается во дворце, потому что боится дневного света. И что недавно ваш придворный палач с особой жестокостью казнил простых стражников, а потом разделал их как заправский мясник, и вы целый день ими пировали со своими воинами.

- Ну, положим, охотилась я не на горожан, да и мясо стражников не мы ели, Хонен его бродячим псам скормил... - Лицо парня вытянулось, когда он до конца осознал услышанное.

-Значит, ты только с этими двумя пунктами не согласна, а в остальном тебя всё устраивает?! - Хорошо что до стены было далеко, а так бы точно Лони побился бы головой.

- Но ведь это же правда! - От этих слов Лони шлёпнул себя ладонью по лицу.

- Ну да, ну да. Ты только в толпе не вздумай такое ляпнуть. Иначе тебя просто порвут. Уж поверь, нельзя недооценивать мнение народа. На арене мы иногда побеждали ещё до того, как выходили на песок, а всё потому, что правильно настраивали толпу.

- Хорошо, и что нам теперь делать? - Девушка, наконец, закончила изучать бумаги и отложила стопку в сторону. Теперь её взгляд был осмысленный и серьёзный.

- Над выходом к дворцовой площади есть небольшой балкон, можно попробовать тебе выступить с него. Только вот что делать с твоими глазами? - Варианты вроде маски либо вуали парень даже не рассматривал всерьёз, ибо народ заставит их снять, чтоб удостовериться.

- Можно сходить к Магистру Сольи и проконсультироваться с ним. - Девушка протянула ему кипу бумаг. - Заодно отдашь это старику.

***

- Говорите сильная фоточувствительность? - Старик ушёл куда-то за ширму, вернувшись оттуда с толстой книгой. - Та-а-а-к, дайте-ка подумать, хм... зрение - не то; чувствительность нервов... Нет тоже не пойдёт, а это обезболивающее... А, вот! Нашёл! Нейроблокиратор, Таак... Три недели?! Ого себе! - Пока старик корпел над склянками, что-то смешивая, нагревая, перегоняя по длинным змеевикам, Лони вкратце поведал Хонену последние новости. Старик, насторожившись, утопал к себе в каморку. Судя по звукам - собираться.

- Думаешь настолько всё серьёзно? - старик появился перед ним одетый в походную одежду. На поясе оружие, за плечами рюкзак.

- Мне несложно потом обратно всё сложить, если не пригодиться. - Хитро улыбнулся старик.

- Вот молодые люди. - Магистр протянул Лони, запечатанную пробкой, пробирку с мутным содержимым. - Этот препарат снизит чувствительность зрения в разы. Только он подействует и на остальные органы чувств. Соединение крайне стабильное и очень неохотно выводиться из организма. По моим наблюдениям от недели до месяца. Сто раз подумайте, прежде чем это употреблять. Токсичность у препарата низкая. Отравить этим не получиться, но вот доставить кучу проблем - запросто.

***

- Воины мне сообщили, что площадь переполнена, и народ начинает уже возмущаться. Если я не покажусь сегодня, боюсь, что завтра, для нас, может и не наступить. Мы можем, конечно, спрятаться в тронном зале, но без воды и пищи мы долго тут не протянем. - Девушка смотрела на них обречённым взглядом. Словно уже приготовилась принести себя в жертву народной массе.

- Магистр сделал снадобье, которое может тебе помочь выступить. - Лони передал пузырёк наследнице. - но оно сделает тебя слепой и глухой надолго.

- Плевать! - Девушка забрала у него флакон и спрятала в корсете. - Если есть хоть один шанс избежать крови, я им воспользуюсь, пусть и ценой временной слепоты. - Процессия двинулась в сторону балкона. Хонен и Лони уже знали, если она что-то себе втемяшит в голову, - её ничто не остановит, пока она не добьётся своего. Поэтому даже спорить с ней не стали. Просто пошли следом, а воины замкнули их в тесную коробочку.

Процессия остановилась перед входом на балкон.

- Скорее всего, я даже не узнаю — смогу ли их убедить или нет. Поэтому всецело рассчитываю на вас. - Она словно прощаясь обняла парня со стариком. Потом обошла всех воинов, возлагагая ладонь на грудь и заглядывая каждому в глаза. Нигде она не увидела страха, нерешимости или осуждения. Только безграничная преданность. Достав флакон, она, сорвав пробку, залпом осушила содержимое.

Четверо воинов со щитами вышли на балкон, образовав глухой ряд. Принцесса внимательно следила за своим состоянием, ожидая действия начала действия препарата. Как только она почувствовала, что уже хоть и с трудом, но может смотреть на открытый дверной проём, то двинулась на балкон. Воины расступились лишь настолько, чтоб народу было видно принцессу, готовые в любой момент сомкнуть щиты, прикрывая её от потенциальной опасности. На площади воцарилась тишина. Все жались вперёд, стараясь получше рассмотреть наследницу.

-Жители Вельтонии! - Громко начала она свою речь. - Я Моника Первая! Наследница престола! Премудрый Создатель своим промыслом привёл меня сюда. Я не искала короны. Корона сама нашла меня. И ещё совсем недавно именно вы помогли мне занять полагающийся мне по праву рождения трон. И древний тронный зал меня признал! Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы вернуть Королевству его былое величие, а вам достойную жизнь! - Мона уже перестала что-либо видеть, а на последних словах — даже слышать сама себя. Также она не чувствовала, стоит ли она или лежит. Её полностью отключило от внешнего мира...

***

Том стоял в первых рядах. Место себе он отвоевал ещё с самого утра. И теперь покинет его только вперёд ногами. С ним пришло несколько ребят, самых его внимательных слушателей у вечернего костра. Именно их крепкие кулаки до сих пор не позволили оттеснить наглых мальчишек куда-нибудь на задворки. Он во что бы то ни стало должен первым увидеть принцессу, снова услышать её голос и убедиться, что это именно она.

Как только он услышал расползающиеся по городу слухи, то сразу понял, что это враги наследницы, смешав правду с ложью, пытаются очернить её светлое имя. Вот только в эту игру можно было играть и вдвоём. Он, в свою очередь, принялся среди ребят распространять истинную легенду принцессы, выставляя её в лучшем свете. Но, несмотря на то, что получалось у них гораздо хуже, нежели у оппонентов, площадь перед дворцом всё равно разделилась на два лагеря.

- Смотрите! Смотрите! Начинается! - По площади прокатилась волна возгласов, когда на балконе появился строй воинов.

- Это же гладиаторы Дикого! - Узнал принадлежность воинов кто-то из толпы.

- Прихвостни монстра явились! - Том сразу насторожился, услышав подобное из толпы, и стал пристально выискивать говоруна. Также он попросил ребят походить в толпе, поискать подобных заводил и хорошенько их запомнить. Врага нужно знать в лицо.

- Смотрите, смотрите, принцесса! - Том отвлёкся от поисков и буквально впился глазами в появившуюся на балконе девушку.

-Ух ты, враки всё, не монстр! - по толпе поползли выкрики и шепотки.

- Красавица! - Прямо под ухом услышал Том от кого-то из своих.

Морок это, ведьма она! - Опять знакомый выкрик, но в этот раз Том сразу нашёл смутьяна. Пока запоминал крикуна, чуть не пропустил начало речи. Этот голос, хотя он и слышал его всего раз, но да, вкупе с её лицом, это точно была она. Речь была короткой, но содержательной. Но даже её, ей едва дали договорить. Толпа противников, выкрикивая разные оскорбления, начала кидать камни, тухлые продукты в сторону дворца.

- Долой самозванку! Убирайся в преисподнюю! - было основное требование разгорячённой толпы. Как только протестующие перешли к активным действиям, охрана принцессы сомкнула щиты и завела её внутрь. Спустя совсем короткое время двери дворца распахнулись и коробочка воинов, прикрывая щитами наследницу от посторонних глаз, двинулась сквозь толпу. По его команде союзники создали буферный слой между воинами и разгорячённой толпой. Конечно, они попадали при этом под раздачу, но хотя бы не позволяли тем схлестнуться со злыми гладиаторами. Хотя некоторые особо ретивые уникумы всё же пробивались к ним, правда, бойцы быстрыми и эффективными движениями остужали наглецов, оставляя за собой на мостовой. На некоторое время это зрелище немного остужало пыл остальных, и коробочка делала очередной рывок, стараясь поскорее покинуть, ставшую столь негостеприимной, площадь. Заводилам это, конечно, не нравилось, и они снова подогревали толпу. В ход даже пошли обещания монет тому, кто первый доберётся до принцессы. К тому моменту, когда суммы стали такими, что за них многие и своих матерей готовы были порешить, процессия, наконец, покинула площадь. Теперь воины передвигались чуть ли не бегом. Всё сильней отставая от преследователей. Посчитав свой долг исполненным, Том нагнал коробочку.

- Простите, я Том, знакомый принцессы. Мне нужно с ней поговорить. - Парень старался поддерживать их темп, но с его здоровьем он так долго не продержится. К его удивлению, строй раскрылся и из него вышел магистр Хонен.

- Томас, а ты что тут забыл?! - Старик тоже, видимо, был удивлён этой встрече.

-Вообще-то, помогаю наследнице. - Он гордо задрал подбородок к верху, но споткнулся и чуть не упал. Хорошо его придержал магистр. - Это я собрал толпу, которая помогла вам выбраться с дворца.

- Молодец — парень! - Старик хлопнул его по плечу. - Принцесса, как придёт в себя, — обязательно тебя отблагодарит.

- Она ранена? - Видимо, он пропустил этот момент.

- Нет, с ней всё в порядке, просто без сознания. Долго объяснять. - Старик с грустью посмотрел туда, где, по-видимому, была сейчас девушка.

- Куда вы бежите? - Понятное дело, другому Хонен вряд ли бы ответил, но парень был "своим".

- Нам надо скорее добраться в подземные тоннели, и желательно по-тихому, чтобы никто не видел. - Старик говорил тихо почти шёпотом, видимо, опасался предателей.

- Я знаю короткий путь, также шёпотом ответил Том, - но нужно идти через Город Мастеров.

- Хорошо, веди. - Старик снова нырнул в строй, видимо, предупредить остальных о смене маршрута. Он обернулся, за ними бежали самые настырные, среди которых он заметил того наглого заводилу.

- Надо сбросить хвост. - Он попросил сопровождающих задержать преследователей хотя бы чуть-чуть... - Дальше мы сами. - И двинулся в голову отряду - показывать дорогу.

Коробочка воинов, спешно идущая по узким улочкам подземного города, зрелище необычное, и на всякий случай, все редкие прохожие, встречавшие их, спешили убраться с дороги.

- Это здесь. - Том сдвинул какой-то лист, под ним обнаружилась решётка, замка на которой не было. За ней виднелась труба, в которой человек мог передвигаться на карачках.

- Томас, - обратился к нему магистр, - от имени принцессы и всех присутствующих благодарю тебя за помощь. Надеюсь, наши тропы ещё пересекутся.

Лони двинулся первым, следом, по-одному, воины, закрепившие щиты на спину. Двое из них бережно спустили принцессу и пристроили на волокушу, сделанную из двух щитов. Замыкающим был Хонен. Оглянувшись на прощание, он сказал парню:

- Зайди к магистру, как будешь у алхимиков. Попроси его отдать тебе наши рукописи, они ему всё равно не пригодились. А ты я помню, как на них смотрел. - и скрылся в тоннеле.

***

Дитби уставший шёл со смены и опять не в духе. Снова поцапался с этой дурой. Жутко хотелось напиться, но до получки ещё жить и жить, а осталось всего полсеребрушки.

Вдруг у него на пути нарисовался отряд воинов, на стражей совсем непохожих. Они куда-то очень торопились, и Дитби вжался в стену, чтоб их пропустить. Когда отряд поравнялся с ним, он заметил в нём двух людей, которых узнал, несмотря, на прошедшее с тех пор время. Тех двух мразей, из-за которых получил тогда двадцать пять плетей.

***

Надо ли говорить, что первое, что сделал Том, как только проводил отряд принцессы? Конечно, он отправился в квартал алхимиков.

Магистр Сольи был только рад избавиться от лишней макулатуры. Единственное, поинтересовался что со стариком. Пришлось ему сказать, что Хонен сбежал из города, и когда вернётся неизвестно.

И вот теперь, в его углу добавилось ещё одно сокровище - огромная стопка рукописей магистра Хонена. Теперь он каждый вечер читал страничку-другую перед сном, а потом пересказывал её в Гнезде.

***

Старик Хонен аж слезу пустил, когда их отряд выбрался в тоннели. Конечно, здесь всё поменялось за столько времени, но не узнать свои пути он не мог. Сам он по ним мог ходить хоть с закрытыми глазами, Лони тоже уже более менее привык к знакомому освещению, принцесса, та вообще везде чувствовала бы себя как дома, ну, кроме бывших тоннелей Лони, если бы была в порядке. А вот его бойцам было тяжко, в тоннелях они были как слепые котята. Хорошо хоть он немного подготовился ко всякому. Пока бойцы на ощупь пытались обустроить носилки Моне, Хонен достал из рюкзачка запаянные стеклянные трубки, с ладонь длинной, в которых до половины была налита мутная жидкость. Хорошенько встряхнув склянку, он убедился, что испускаемого ими света достаточно, чтобы осветить пространство на метр вокруг. Раздав ХИСы бойцам, он помог устроить девушку понадёжней, поскольку знал, что им предстоит в пути, и направился в голову колонны. Неизвестно, сколько они пробудут тут, поэтому Дикий Хонен с особой тщательностью принялся подчищать всё мало-мальски ценимое в потоках, попадающееся на пути, благо свободных рук, могущих всё это тащить у него было с избытком. С особым усердием добывалась крысятина, поскольку и провианта бойцам потребуется немало.

Прибытие на острова столь заметного отряда стало настоящим событием, перевернувшим с ног на голову весь местный быт. Хонен, на правах лидера сазу направил его в Яму. Нет, он не собирался там напиваться в честь успешного побега из дворца. Просто ему нужно было куда-то разместить всю эту ораву. В Яме старика узнали, и даже никто не стал возражать, когда отряд расквартировался в его бывшем углу. Все собранные в пути трофеи он с несколькими бойцами сходил обменять на провизию. Правда, старику очень не понравились взгляды, с которыми их провожали местные. Зависть, жадность и ненависть читались в их глазах. Старик не сомневался - проблем с бандами не миновать. Уж слишком хорошо были ему известны местные нравы.

Чтобы занять бойцов (Ибо нет ничего опасней воинов, маявшихся бездельем), Хонен договорился с текущими владельцами "Путей" об охране. По паре их бойцов шли сопровождать в вылазки, отправлявшихся на промысл диггеров, беря на себя охрану добытчиков. За работу все добытые хвостатые трофеи воины забирали себе. Свободных же бойцов Лони принялся натаскивать на бой в темноте, без использования ХИСов. Хонен же в основном занимался заботой о беспомощной дочурке, которую нужно было кормить и помогать содержать её тело в относительной чистоте. Пышное платье пришлось сменить на одежду, которую он выменял у местных. Также он занимался разделкой трофеев и приготовлением пищи для отряда. В общем, все оказались при деле.

Глава 9

После побега мятежницы-самозванки регент снова вернулся на своё прежнее место, но вот только почему-то у него всё не клеилось. И с каждым днём напряжение в столице всё возрастало.

Во-первых, несмотря на все его финансовые вливания, после той пламенной речи, что успела сказать народу мерзавка, количество простых людей, симпатизирующих ей, постоянно росло.

Во-вторых, среди госслужащих началось какое-то нездоровое брожение. Они жалуются, что им задерживаются заработные платы. Хотя такого отродясь не бывало. Даже он, как временный правитель никаким образом не мог повлиять ни на размер, ни на частоту выплат. Корона сама вознаграждала своих работников.

В третьих его беспокоило странное движение вольнодумцев, появившееся и растущее в нижних городах среди бедноты.

***

Мона оказалась в очень странном состоянии. При полном отключении органов чувств она оставалась в полном сознании. Девушка хоть и могла двигаться, но поскольку не понимала даже в каком положении сейчас находиться, старалась этого избегать, а просто расслабилась. Вскоре при полном отсутствии внешних раздражителей, её сознание начало само создавать им замену. Появились звуковые и визуальные галлюцинации. Правда, она, как человек полжизни проживший практически в полной темноте, прекрасно была знакома с таким явлением и отлично знала, как с этим бороться. Необходимо было нагрузить сознание мыслительной деятельностью. В потоках она обычно начинала обдумывать варианты улучшения снаряжения, или задумывалась о смысле своей жизни, либо систематизировала недавно полученные знания.

А ей сейчас очень о многом нужно было подумать: разобраться в себе (чего она желает, куда стремится и как этого достичь); как оформить тронный зал, если она окажется там снова.

***

После появления рукописей магистра в его каморке, жилище Тома постепенно преобразилось. Сначала Томас сам захотел сделать его почище, чаще став там прибираться. А после того, как там воцарилась чистота, случилось ещё одно событие. Однажды утром, он обнаружил вместо импровизированного стола из пустого ящика и положенной на него половинки старой двери, аккуратный равносторонний куб с метровыми гранями. Посреди которого, так и остались лежать рукописи магистра. Любые посторонние предметы куб либо сжигал, либо поглощал. Сжигал откровенный хлам, а поглощал всё хоть мало-мальски ценное. Что это такое он не знал, но был уверен, что причина этому — рукописи.

***

- И как это понимать?! - Дитби смотрел на пустой стол, где всегда в этот день появлялись греющие мошну кругляши. Это что, даром он, что ли, в дерьме ежедневно ковыряется? Вместо смены он отправился прямиком в управу — выяснять, почему зарплаты нету.

Уже на улице, он понял, что не одинок в своём горе. Вокруг здания была целая толпа бастующих. Здесь были все рабочие, живущие с государевой руки. Дворники, такие же как он золотари, стражники, разного рода бюрократы, управленцы и прочий казённый люд. Он протолкался к зданию, выяснить, что же случилось.

- Проклятая мятежница всю казну с собой стащила, когда со своими воинами бежала с дворца. - Такое объяснение он получил от старого седого стражника, который стоял у дверей управы и отгонял излишне ретивых.

- А ещё эти два уродца с ней были. - Где-то в стороне услышал Дитби и насторожился, а не их ли он намедни в трущобах видел?

- Так, я знаю, где они. - Хотя точно он, конечно, не знал. Но если Дитби хоть немного сможет насолить гадам...

- А ну пойдём! - Старик под возмущённые возгласы из толпы завёл Дитби в управу.

***

- Да ваша Светлость, - перед регентом стоял, обременённый пивным брюшком, капитан, - В ходе оперативных мероприятий, под моим чутким...

- Ты завязывай мне тут! - Стукнул по столу регент. - Знаю я ваши мероприятия. В трактире, небось, пьянчуга проболтался, а ты мне приволок особо важные вести. Давай, выкладывай! - Капитан стоял как нашкодивший щенок, которого в лужу тыкнули носом.

- Беглецы направились в городскую канализацию. - Кореан скрипнул зубами. Новости были прескверными. По докладам, под дворцом раскинулся целый подземный город, в котором искать смутьянку - гиблое дело. Но эта стерва что-то испортила, в веками работающей системе, и, скорее всего, пока она жива — проблемы будут только множиться.

- От девки нужно избавиться. - В его ладони с хрустом сломался карандаш.

- Ваша светлость, но ведь личный состав бунтует и требует платы. - толстяк покрылся испариной, и даже платок ему не особо помогал.

- Будет им плата, так и передай. Собирай экспедицию. Всех, кого только сможешь. Доставьте мне эту девку живой или мёртвой.

***

Сначала новым гостям диггеры были только рады, так как благодаря им, вылазки в тоннели превратились в увеселительные прогулки. Эти демоны разбирали любую опасность ещё на подходе. Но постепенно добычи становилось всё меньше и меньше и хотя напрямую это не зависело от гостей, поскольку те на трофеи совсем не претендовали и их интересовали лишь крысы, но всё же особо сообразительные сопоставили факт их появления тут с начавшимся в тоннелях дефицитом ресурсов. И на новых соседей в итоге начали всё чаще коситься со злобными взглядами. Это не осталось не замеченным бойцами банд, завистливо поглядывавших на отличное обмундирование пришлых воинов и они не преминули этим воспользоваться, начав пытаться задирать воинов. Провоцируя заварушки совсем рядом с временным лагерем пришлых. Они вынуждали тех ввязываться в кучу малу, которая как бы случайно задевала стоявших на охране, гладиаторов. Бойцы Лони, конечно, в своей жёсткой манере быстро и не летально обезвреживали наглецов, но со временем, такие случаи стали происходить подозрительно часто, а бойцов банд в Яме становилось всё больше.

***

Капитан расположился в диспетчерском пункте канализационных систем. Именно так называла это место табличка, что висела над входом в это необычное помещение. Перед ним стоял огромный терминал — карта, изображавшая все мало-мальски крупные тоннели этой системы. Почти все они горели красными или жёлтыми индикаторами, но что это значило, ему было неизвестно, да он и не хотел этого знать. Главное, что план карта была очень подробной, а также имелась связь со всеми рукавами этих лабиринтов по специальным трубкам. Через которые он руководил поисковой операцией.

- Сектор пять дробь четыре. - Донеслось из очередной трубки. - Непроходимый завал под самый потолок, разгребать не одну неделю.

Капитан сделал очередную пометку на бумаге, куда схематически перерисовал карту с терминала. И таких пометок становилось всё больше и больше, если так и дальше дело пойдёт, то придётся ещё и золотарей к работе подключать,а значит, его светлость будет крайне недоволен.

После очередного доклада он обратил внимание, что в местах где на терминале горел красный свет, его бойцы неизменно натыкались на непроходимые завалы. Там, где отметка была жёлтой либо зелёной, там проход был или чист (в зелёных отметках), или частично захламлён. А его архаровцы сами справлялись с расчисткой всего того дерьма, что скопился в трубе. Внимательно изучив карту, он стал ожидать, когда все оставшиеся участки отчитаются о завалах на своих участках. Дождавшись же, дал команду:

- Срочно всем явиться в шестой сектор, и ожидать дальнейших распоряжений! - А сам отправился к регенту. Не поручать же своим бойцам ковыряться в дерьме, когда для этого есть специально обученные люди.

***

До момента попадания девушки в имение барона, она старалась просто выжить. Все её силы, стремления и навыки были направлены на добычу пропитания и обучение выживанию в жестоких условиях потоков.

В имении она, наверное, впервые в жизни, ощутила чувство безопасности и покоя. Там же она обрела знания о своих далёких предках, и той жизни, которой жила современная аристократия. Многое в ней было непонятно и чуждо, но при этом столь необычно и маняще. Здесь же она впервые столкнулась с красотой и гармонией мира. Познакомилась с литературой, искусством, музыкой и наукой. То - есть познала, что жизнь не ограничивается лишь добычей и потреблением припасов, что она многогранней и разнообразней любых её представлений о ней. И каждая область имеет безграничную глубину и ширину развития для человека.

Во дворце она, наконец, получила ответ на вопрос: "Кто же она такая и в чём её предназначение?" И теперь ей было необходимо стать достойной своего наследия, найти союзников и вернуть этому миру былую славу и величие, а его гражданам счастье и процветание.

***

Острова потрясли ужасающие известия — Потоки начали мелеть, а следовательно, жителям стали угрожать голод и жажда. Виноватых в случившемся долго искать не пришлось, во всех бедах обвинили чужаков. И вот огромная толпа местных вооружённая чем попало, с бандитскими атаманами во главе, выдвинулась в сторону Ямы, где обосновались пришлые.

***

- Вот же вас угораздило! - Поспешно приготовляя Мону к транспортировке, Хонен попутно ругался на местных. - Не могли чуть попозже явиться, когда малышка поправиться! - Хоть ему самому и не тащить её, но воинов было искренне жаль. За последнее время хлебнули ребята горя, с такой беспокойной госпожой. И что только все ополчились на это юное создание. Ей и без того, наверняка, было сейчас очень тяжко. Покрайней мере на себя он такое состояние примерить так и не смог. Ещё и ХИСы кончились. Хорошо хоть этот непоседа Лони только и занимался всё это время, что обучал бойцов ориентировке и бою в темноте.

Их отряд уже привычной коробочкой двинулся туда же, откуда они сюда пришли - к бывшим потокам Хонена. Чуть поодаль, пока что не осмеливаясь напасть, за ними двигались бандиты из Ямы. Хорошо хоть не все из диггеров потеряли рассудок. И большинство из них в этом безумии не участвовало. Один из них как раз предупредил старика о готовящемся походе местных за их тушками и прочим ценным барахлом. (Причём старик склонялся к мнению, что второй пункт, и был основной целью бойцов, что сейчас тащились за ними). Своими мыслями старик поделился с Лони, а тот недолго думая, отправил отряд нанести превентивный удар по противнику. В этот раз преследователей парень велел не жалеть, а наоборот, поставил перед бойцами задачу: "Нанести противнику максимальный урон, без всякой жалости". Одно дело намять бока друг другу в честной кабацкой драке. И совсем другое преследовать, с целью обогатиться на мародёрке. Идущий за чужой жизнью - будь готов распрощаться и со своей.

От коробочки отделилась часть добровольцев и скрылась в кучах мусора, подготовить преследователям неприятный сюрприз.

***

Дитби проклинал всё на свете. За то время, пока он с ненавистными коллегами бастовал в ожидании зарплаты, тоннели забило так, что они теперь всего одну трубу всей бригадой расчищают, под весёлые пересмеивания этих имбецилов — стражников.

***

Опытным путём принцессе, ещё будучи во дворце, удалось-таки выяснить, почему у неё не получается создать там даже банальной деревянной табуретки. Всё оказалось предельно просто. В тронном зале она могла взаимодействовать лишь с тем, что уже находится в нём. А до её прихода там находился лишь "Скелет Мира" и только потому, что довольно длительное время она была довольно "близка" с этим материалом, у неё получилось так с ним взаимодействовать. Создавать же что-либо из ничего не получалось. Да и это, как оказалось, далеко не всё. Даже имея в наличии нужный материал, она должна была уметь, либо очень хорошо знать, как обрабатывать данный материал и каким образом из него изготавливается то или иное изделие. Ради эксперимента она накануне бегства попросила у Хонена полное описание современной технологии обработки пушнины и дальнейшего изготовления из неё меховых изделий. Бойцов же тайком от Лони попросила наловить ей побольше крыс. И пока парень отвлекал её всё время, тем докладом о митинге на площади, она как раз занималась изготовлением меховой мантии - обязательного атрибута власти монархов древности. Правда, в книгах говорилось, что они изготавливались из меха горностаев. Но Мона отчего-то была уверена, что данных зверьков её воины днём с огнём бы не сыскали. А покупка их шкурок вылилась бы в большую копеечку. А так, вон она, - готовая мантия лежала аккуратным свёртком на троне, терпеливо ожидая свою хозяйку. Как жаль, что девушка даже одним глазком так и не успела взглянуть на ту крЫсоту, что у неё получилась. Слишком уж быстро закрутились тогда события и ей стало совсем не до этого.

Сейчас же у неё времени было даже слишком много (покрайней мере она очень надеялась, что там, снаружи всё хорошо и ей нужно лишь поскорее прийти в себя). И она, всё свободное от других мыслей время, занималась проектированием будущего нового Чуда Света.

***

Им с большим трудом удалось взобраться наверх, и если бы не самоубийственная жертва отряда, так и не вернувшегося к ним, они бы не выбрались совсем. Пока бойцы рубились до последнего с преследователями, их нагнала толпа, что шла от города в Яму, и им удалось связать боем и тех, выиграв время основному отряду, чтобы подняться за потоки. Наверх за ними последовали в основном бандиты и их начальство, не пожелавшие отпускать добычу. Простому народу же было достаточно, что чужаки просто покинули их дом.

Так, периодически отбиваясь от нападавших сзади, они постепенно двигались к своей цели, пока их отряд не попал в жёсткие тиски. Сзади на них напирали бандиты, словно волки почуявшие запах крови и не желавшие бросать подранка, они все лезли и лезли подгоняемые товарищами. Когда же они почти дошли до той решётки, по которой прибыли сюда, им дорогу заступили городские стражники. Вот какого лешего они вообще тут забыли? Эти гады требовали выдать им принцессу, и тогда остальных они обещали отпустить. В ответ гладиаторы лишь обнажили клинки.

Старик потерял счёт — сколько уже длится битва. Будь они на открытой местности, их давно задавили бы числом. Но в узком коридоре, даже один хорошо обученный боец мог сдерживать любую толпу, лишь бы у него были на это силы. Он даже не заметил, как сражение переместилось к лысому тупичку. Принцессу он расположил прям внутри самой консоли. Как он и ожидал, странный механизм по отношению к ней не предпринял никакой агрессии. Просто зелёный веер окрасился синим цветом и пропал. Даже экрана не появилось как с тем мальчишкой. Раненых бойцов он разместил в коротком коридорчике тупичка, где оказывал им посильную медицинскую помощь, в основном, перевязывая им раны, поскольку остальные медикаменты у него давно кончились и волшебный рюкзачок, так часто выручавший старика и весь его отряд, показал своё дно. Лони занял перекрёсток, помогая своевременной ротации бойцов и оттаскивая раненных в коридор к старику. А также удерживая оборону, пока ему на смену не подойдёт немного отдохнувший и подлеченный боец. Вот очередной гладиатор начинает заваливаться от пропущенного удара, и он буквально закидывает его в спасительный кармашек, занимая его место. Мгновения шли и шли, а замены всё не было и тут он своей спиной ощутил невысокую и кривоватую спину старика Хонена.

- Всё, кончились бойцы. - Услышал он за спиной грустный скрипуче - кашляющий голос старика. - Экономь силы. Помощи ждать неоткуда.

***

Вот и вторая книга серии подошла к своему логическому завершению. Пока автор писал её, вошёл во вкус и ему самому уже стало интересно, как сюжет закрутится дальше. По-прежнему прошу лайки, комментарии и репосты (ибо они могут помочь книге найти своего читателя, а также дать автору волшебного "пенделя", для продолжения работы над третьей книжкой). Особенно буду благодарен указаниям на ошибки, ляпы, несостыковки сюжета и прочее.

Вторая книжка вышла на одну главу короче первой, но так уж вышло, что к намеченному этапу повествования автор добрался чуть-чуть раньше, чем планировал. Автор всё ещё старается придерживаться высокой плотности текста и динамики событий, избегая "воды" и нарочного затягивания сюжета ради объёма текста. Так что не обессудьте.

Вторая книжка тоже написана за неделю. Где-то слышал, что есть такой марафон, под названием #Writober. Суть которого — каждый день октября что-нибудь творить. Пока что получается. Будем надеяться, что вдохновения автору хватит до конца серии.

9.10.2023г

Глава 10

Часть третья

Золушка. Наследие.

Что-то изменилось. Хотя в её текущем состоянии вообще сложно было даже сон от яви отличить, не говоря уже о чём-то более серьёзном. Но тем не менее. Поначалу ей даже показалось, что действие препарата, наконец, заканчивается, и к ней, наконец, возвращается утерянная чувствительность органов чувств. Но нет, это было нечто иное. Не чувства, а скорее - знание. Точно! Подобное знание возникало у неё, когда она находилась в тронном зале древних. Она никак не могла видеть тех, кто стоял в тот момент за массивными дверьми зала, но тем не менее она всегда точно знала, кто там и чем он занят.

Вот и сейчас, девушка неожиданно осознала, что твориться вокруг. Нет, не так! ВОКРУГ! Вот так будет гораздо точнее описать её изумление. Ибо она сейчас находилась ни много ни мало, а прямиком посреди "путей" её любимого дядюшки Хонена. И сам дражайший дядюшка вот он, рядышком с ней. А спиной к его спине стоит её верный рыцарь Лонард. И они, прям вот сейчас, сражаются с кем-то? А вот эта группа воинов, что истекают сейчас кровью, лёжа на полу возле неё - её верные гвардейцы?! Эмоции, что длительное время дремали где-то в глубине сердца, неожиданно пробудились. И первая из них была ЯРОСТЬ. Да как они только посмели напасть на моих людей! РАЗОРВАТЬ! И девушка ощущала, что окружение, как и тронный зал дворца, послушно исполнит её волю. Стоит только дать мысленную команду и вокруг её друзей не останется никого живого. Причём это самое ВОКРУГ, охватывало пространство от подножия подземных городов, до самых глубоких мест Воющей Бездны. Она вдруг осознала, что только что, чуть не совершила огромную ошибку, которую никогда бы не смогла себе простить.

Аккуратно, почти с трепетом она лишь дала команду отделить пространство тупичка, где сейчас находились все её близкие, от остального мира.

***

Бой оборвался мгновенно, как по волшебству. Вот он заносит руку, сделать очередной выпад. А лезвие врезается в невесть откуда взявшуюся стену. Судя по ругани Лони, у него тоже случилось подобное. Мужчины не сговариваясь просто стекли на пол, всё так же продолжая поддерживать спинами друг друга, и синхронно повернули головы в сторону консоли, где всё также безмятежно лежала их Мона.

***

Кроме спасения своих людей, девушка пока не стала больше вмешиваться в структуру подземного комплекса. В отличие от тронного зала, доставшегося ей абсолютно пустым и дефолтным, в этом месте ощущалась рука творца-мастера, создавшего здесь всё. Она принялась метр за метром изучать комплекс, стараясь разобраться в его устройстве и истинном предназначении. Времени это должно было занять немерено, но и ей спешить было некуда. Близкие были теперь в безопасности, и им тоже было необходимо время для восстановления и залечивания ран.

Вот только к вопросу безопасности своих людей ей пришлось вернуться намного раньше, чем она предполагала. Полностью изолировав свою группу от тоннелей, она создала, по сути, герметичную капсулу. И без притока свежего воздуха из тоннелей, они вскоре начали задыхаться. Пришлось ей вносить правки в убежище, подключая его к тоннелям небольшими трубками, обеспечивающими приток воздуха. Убедившись, что асфиксия её отряду больше не угрожает, девушка продолжила свои изыскания.

Но вскоре ей снова пришлось отвлекаться от столь интересного занятия, потому что отряд кроме воздуха, нуждался ещё в воде и пище, которых у них совсем не осталось. Вопрос с водой она решила довольно быстро. В земле вокруг тоннелей обнаружилось много водоносных слоёв. Вот из самого ближнего к консоли она и вывела канальцы прям в центр убежища, вылепив в полу чашу, в которой эта вода начала активно собираться. Да так активно, что грозила вскоре до потолка заполнить всё убежище. Пришлось девушке тут же делать отвод излишков воды в тоннели.

С третьим вопросом девушка разбиралась дольше всего, но время у неё было, поскольку голодная смерть, вот прям сейчас, её отряду не угрожала. Основным источником пищи в тоннелях всегда выступали вездесущие крысы, их местные специально выращивали в потоках. Девушке пришлось внимательно изучить целую прорву гнёзд этих хвостатых бестий, прежде чем приступить к созданию, первого в этом мире, крысиного питомника. Всю структуру искусственного гнезда она поместила внутрь стены, оставив лишь единственный лаз из него в убежище. Подобных гнёзд она создала вокруг убежища несколько, насколько хватило свободного пространства в стенах. Так же подобными лазами соединила убежище с тоннелями, чтоб обеспечить кормовой базой новых хвостатых жильцов, которых она аккуратно переселяла в новые апартаменты из всей округи. Так что очень скоро, свежая пища сама стала приходить во временный лагерь её отряда за водой и пищей, а то что не все из них возвращались с добычей домой... Такова жизнь, и крысиная тоже. Поначалу хвостатые консервы доставляли немало хлопот отряду, норовя умыкнуть у спящих раненых, то ушко, то пальчик (им же тоже нужно было чем-то питаться), но вскоре нашли лазы в тоннели и отряду стало сразу легче жить.

Решив вопрос снабжения своих людей, наследница продолжила свои изыскания. Структура тоннелей была почти совершенна, именно благодаря этому её родина смогла просуществовать в потоках столько времени. С предназначением тоннелей она тоже разобралась довольно быстро. Они служили мусоропроводом и канализацией для всего комплекса построек, что находились над ними. Вмешиваться в структуру прекрасно работающей системы, по её мнению было бы крайним идиотизмом. Она даже тот тоннель, от которого отходила раньше консоль, вернула в первозданный вид, просто сместив убежище чуть в сторону, сохранив, впрочем, все недавно созданные ей системы снабжения.

Также она доработала немного несовершенную систему отделительных решёток, которые излишне часто забивались мусором. Она до сих пор помнила тот случай, когда из-за подобной решётки, чуть не погиб её верный рыцарь. Поэтому в конструкцию была добавлена рычажная система сброса, запускавшаяся с обоих сторон решётки. Ещё данная система позволит теперь подземным жителям самостоятельно выбираться на поверхность.

Следующим шагом она разместила дубликаты, аналогичных этому, убежищ по всем тоннелям, в местах, где грунтовые воды проходили рядом с трубами. Но в отличие от этого, в остальные был организован вход из тоннелей.

Особо тщательно она изучила устройство островов. По сути, под огромными горами мусора обнаружилось ровное плато, имеющее небольшой наклон в сторону воющей бездны.

Не обошла она стороной и Яму, которая, видимо, являлась когда-то просто технической нишей. Быть может, в ней когда-то, что-то и было расположено, но сейчас там остался лишь пустой скелет.

Изначально задумывавшийся, по всей видимости, как отстойник ТБО (твёрдых бытовых отходов), и волей судьбы приспособленный местными под место проживания, город нуждался в серьёзной перепланировке. Для начала предстояло расчистить место под будущую "стройку". Понимая, какую ценность для местных представляют эти нагромождения мусора, она бережно перенесла всё текущее содержимое островов в сторону, расширив плато раза в два. Пришлось, конечно, изрядно повозиться с таким количеством излишков почвы, но, как оказалось, под землёй было немало пустот и каверн, куда она её в срочном порядке перенесла.

На освободившемся плато она перво-наперво обустроила русла будущих рек нечистот. Сначала хотела просто от каждого потока до воющей бездны протянуть огромные, прямые желоба. Но так было не очень красиво, да и не очень удобно было делать следующий шаг, а именно — проектировку улиц. Поэтому прямым оказалось лишь русло от ближайшего к бездне потока. Остальные тянулись вдоль следующего, на одинаковом расстоянии по всей протяжённости от соседнего потока.

Взяв за образец мостовую города мастеров, она вымостила будущие улочки имитацией камня, какой видела там. Мостовые проложила вдоль русел по каждому берегу. Каждый будущий квартал отделила мостовыми, перпендикулярными к руслам, перекинув через реки мосты, там, где это было необходимо. Также, в самом центре будущего города, она заложила большую площадь, сделав её чуток линзообразной выгнутой центром к верху, чтоб нечистоты не задерживались на ней. Всю её она также замостила имитацией каменной мостовой. По всему периметру обоих городов(старого и нового), она также протянула широкую мостовую вдоль стены, опоясав оба города по кругу.

Взяв за основу архитектуру подземных городов, она разместила по всем заготовленным кварталам аккуратные двухэтажные домики с покатыми крышами в сторону мостовых. Чтобы рационально использовать всё доступное пространство, она также вырезала дома и во всей городской стене, начиная от уровня крыш нижних построек и до самого свода потоков. Она не сомневалась, что там захотят поселиться "элита" потоков, поэтому дома были просторней, а неубиваемой мебели - больше. Ещё одно жилище она решила воздвигнуть над самой площадью, буквально в центре потолка пещеры. Для этого вырастила изумительной формы сталактит и в его теле разместила сами апартаменты. Эту фазенду она застолбила для своих нужд, поэтому единственный вход в неё вёл из убежища, в котором они сейчас находились.

Проблемы доставки свежего воздуха в город не существовало, но вот с водой и пищей были трудности.

Для водоснабжения города ею был разработан целый комплекс мер. Первым делом она обустроила родники по всему периметру основания стены, где рядом проходил водоносный слой. Излишки воды из этих чаш, по специальным канавкам растекались по всей кольцевой мостовой. Благодаря небольшому наклону мостовой к городу, вода омывала дорогу и стекала в ближайший поток. Второе кольцо родников было в районе самых верхних жилищ стены. Там ею были выращены чаши, набираясь в которые, вода изумительными водопадами наполняла чаши более нижних домов и так далее. С самой же нижней чаши, излишки воды, по подсмотренным ею в городе мастеров желобам, перемещалась на крыши кварталов, где распределялась по улицам системой желобов и чаш, как и с кольцевой мостовой, здесь излишки воды также растекались по специальным канавкам, равномерно растекаясь по мостам, а также дорогам, немного наклонённым в сторону своих русел рек. Водоснабжение своей фазенды она провела немного иначе. Вода поступала внутрь жилища, собираясь в специальных водоёмах и распределяясь по всему жилищу. Излишки же собирались на остриё сталактита и обрушивались вниз, изумительной чистоты потоком, в центр площади. Внизу, прямо под водопадом, она разместила огромную чашу. Вода падала в неё, а затем, переливаясь через край, омывала всю площадь до самых рек.

Системы канализации, виденные ею в особняке барона, она тоже постаралась перенести сюда. Проще всего было снабдить ими кварталы, проведя из ватерклозетов специальные трубы под поверхностью дорог в реки отходов. То же самое она сделала и в настенных жилищах. А из потолочного особняка канализацию увела к верхней части ближайшего потока, стекавшего вниз грязным водопадом.

Гнездовья крыс она, во-первых, обильно разместила вдоль основания городской стены. А во-вторых, в кварталах под мостовыми. Норы из убежищ разместила вдоль мостовых, у оснований домов. В особняке их размещать не стала, должно было хватить и тех, что есть тут, в убежище.

Конечно, отсутствие нормального освещения местных жителей нисколько не смущало, они приспособились довольствоваться блёклым светом местной разновидности плесени, поселявшейся практически на любой поверхности. Данный универсальный источник света она трогать не стала, он сам очень быстро распространится по всем возможным поверхностям нового города. Но как она уже знала, человеку свет был крайне необходим, и поэтому повела с самой поверхности специальные световоды. В доступных ей на поверхности участках, куда добиралась система труб, она вырастила группу шпилей с хрустальными линзами на конце. Линзы, улавливая солнечный свет, перенаправляли его по световоду прямиком в подземный город. В потолке пещеры она разместила два огромных кристалла хрусталя. Один на кончик сталактита её фазенды, второй над серединой старого города. Все световоды примерно поровну разделила между этими двумя камнями, сделав в потоках целых два искусственных солнца.

Отдельное внимание она уделила обустройству Ямы. Почти ничего не меняя в её архитектуре, она лишь добавила туда соответствующую нормальной таверне, мебель: барную стойку с высокими круглыми стульями, столы с лавками. Обустроила несколько крысиных гнёзд прямиком в стенах, добавила источник воды для готовки и уборки, обустроила отдельный источник света в потолке и нарезала в стенах, не примыкающих к воющей бездне несколько жилых номеров.

Вишенкой на торте её творения стала скульптурная композиция, созданная ею в центре площади. На прямоугольном постаменте она слепила из скелета мира лежащую статую, придав ей свою внешность. По её бокам она расставила любимого дядю и верного рыцаря, которые в правой руке держали оружие, а левой поднимали над собой чашу фонтанной композиции. Вокруг на равном удалении по кругу, стояли восемь её верных гладиаторов, готовых к битве, а четверо погибших товарищей покоились у них в ногах за спиной. В процессе создания шедевра она отыскала по городу тела и все личные вещи павших воинов, сделав не просто их скульптуру, а покрыв тонким слоем скелета мира их тела, а также аккуратно сложенное их снаряжение и оружие, превратив их в своеобразную усыпальницу.

Пока искала вещи воинов, наткнулась также и на своё платье, вернув его себе, принялась и его тоже приводить в порядок, ведь скоро ей опять предстоит выходить в "свет", будь он неладен.

С перерывами на отдых такая грандиозная работа заняла достаточно много времени, чтобы девушка успела восстановиться, как, впрочем, и большинство её воинов, что сейчас прохлаждались в её новом имении, поглощая деликатесы из крысятины. "Нужно будет обязательно отыскать какую-нибудь зелень, способную расти в таких суровых условиях." - раздумывала девушка, наблюдая с балкона за размеренной жизнью подземных жителей.

- Что планируешь делать дальше? - Сзади тихонько подошёл её старик и тоже посмотрел вниз.

- Да вот думаю, что тут можно выращивать. - Девушка ногтем подцепила край колонии фотоплесени, которая уже успела добраться даже сюда и принялась её внимательно рассматривать.

- Вообще-то я о другом. - Старик поднял указательный палец. А девушка лишь тяжело вздохнула.

- Если честно, я даже не знаю, что мне там дальше делать. Где брать людей? Как воевать с целым миром? А здесь хотя бы мой дом, и я могу быть для них хоть как-то полезной. - по щекам девушки покатились слезинки.

-Ну, ну, успокойся, девочка моя. - Старик приобнял её за подрагивающие плечи. Его крепкая мозолистая ладонь стала бережно поглаживать её водопад волос, пока всхлипы не сошли на нет. - Знаешь, хоть я в политике ничего и не смыслю, - старик заглянул в её чуть покрасневшие глаза, - но что тебе делать дальше и где нам взять бойцов подсказать могу. - Девушка округлившимися глазами посмотрела на казавшегося ей раньше, простоватым, Хонена.

Глава 11

Дюк — несуразный юноша, над которым частенько насмехались его старшие, по собирательскому отряду, товарищи. Он был высок и излишне худощав, отчего выглядел очень нелепо. Иногда, смотря на него, казалось, что его длинные, худые конечности живут собственной жизнью. Он часто падал, спотыкаясь обо всё подряд, либо же запутываясь в собственных лохмотьях.

Парень стоял с краю большой толпы, что недавно собралась в городе, прогнать чужаков, из-за которых стали иссыхать потоки. Правда, догнать их не получилось - когда толпа сюда пришла, они уже успели подняться за поток. Онслышал за ними в погоню отправились самые храбрые воины потоков, что обычно следили за порядком в городе. Но как считал он сам, они были просто бандитами, которые силой и страхом заставляли честных тружеников платить им дань, якобы за охрану (От кого спрашивается? От таких же бандитов, что и они, только живущих в других районах?). Он считал, что это неправильно и так быть не должно. Вот взять тех же диггеров. Они же никому дань не платят. Но понятно, что они сильные и умелые воины, и бойцы банд просто бояться с ними связываться. Вот бы и ему, когда-нибудь стать таким же сильным.

Пока парень парил в мечтах, по толпе пробежались шепотки.

- Смотрите, они возвращаются.

- Скорее даже бегут.

- Что там случилось?

Парень протолкался поближе к кучке бойцов, что уже спустились, самому послушать что там такое.

- Говорю же, это мы разгневали потоки и они стали закрываться! - с ужасом на лице вещал шокированный дядька.

- Ила, говорят, сам видел, как тропу стеной закрыло. Прям между сражавшимися выросла, как плесень, но очень-очень быстро. - вклинился в рассказ другой проныра.

Потоки ещё долгое время обсуждали происшедшее, кто-то верил сказанному, кто-то нет, диггеры даже сходили проверить старый поток, но поговаривали, что там не поток перекрыло, а что-то другое, тупик какой-то бесполезный, который только на этих путях был. Но вскоре островам стало совсем не до того.

Началось всё с того, что все острова переполошил громкий гул, что шёл откуда-то со стороны одинокого острова. Когда люди прибежали туда посмотреть, что случилось, то не поверили глазам - мир их островов, всегда считавшийся незыблемым, начал расширяться. Стена, шаг за шагом принялась отступать, образуя огромное пустое пространство.

Стоило только ей остановиться, началось и вовсе немыслимое- ВЕСЬ их город целиком поплыл в сторону образовавшейся пустоты. Что тут началось! Люди в панике стали выносить из домов самые ценные пожитки ,правда, даже не понимая, куда им бежать. Город же не спеша занял освободившееся ранее пространство и замер. И только люди растерянно смотрели на свои дома не понимая, что же им теперь делать - Потоки-то (самые важные части города) так и остались на прежнем месте, они вслед за городом не ушли.

Дальше - больше. Всё с тем же гулом на освободившемся пространстве начались немыслимые метаморфозы. Сначала словно ребёнок — великан на густой грязи вывел пальцами, на полу появились огромные канавы, идущие от каждого потока, до воющей бездны.

Следом во многих местах стал меняться пол, превращаясь в широкие полосы, сложенные из плотно подогнанных друг к другу камней.

Пока люди судорожно соображали, как им теперь перетаскивать свои жилища назад к преобразившимся Потокам, на месте их бывших поселений стал вырастать совсем иной город с красивыми и ровными домами, объединёнными в аккуратные улочки.

Пока самые смелые ходили осматривали новые, ещё пустующие, коробки-жилища, такие же дома начали вырастать прям на городской стене, правда, довольно высоко, но взобраться туда было можно по аккуратным ступенькам, обильно выросшим в стене.

Дальнейшие изменения были уже не так заметны, но не менее удивительны. Дюк своими глазами видел, как на мостике, соединявшем два берега, выросла сначала красивая арка, оканчивающаяся вверху круглой чашей, а затем к ней с крыш соседних домов протянулись два желоба, по которым тут же заструилась вода, наполняя чашу. А уже из неё полилась прямо на мост. Дюк не удержался и сунул руку в поток. Вода была ледяная, изумительно чистая и вкусная, правда сводила скулы и ломила зубы.

Судя по равномерному гулу, по всему городу происходили ещё какие-то изменения, но их было практически не видно, всюду лишь появились какие-то небольшие отверстия, назначение которых он не понимал.

На следующее чудо, появившееся в новом городе, сбежались посмотреть вообще все. Посреди огромной площади, возникшей ранее в центре города, сначала просто начал падать поток воды, но вслед за этим там стали появляться фигуры каких-то людей, судя по пересудам, это как раз и были изображения тех самых чужаков, которых жители пытались прогнать. Теперь даже самому недалёкому стало понятно, кто был замешан во всех этих переменах. Сами скульптуры ему понравились. Он даже видел несколько раз этих воинов вживую, когда их собирательский отряд украдкой ходил подглядывать за их тренировками у Ямы. А вот необычную девушку, лежащую в самом центре, он вживую не видел. А только слышал рассказы про неё от тех, кто общался с диггерами или бойцами банд. Чтобы самому взглянуть на неё, нужно было пройти сквозь сплошной поток воды, что непрерывно лился с краёв чаши.

Следующие перемены в городе увидели все и сразу, но это было последнее, что они смогли увидеть, ибо просто ослепли от яркого света, что зажёгся под потолком. Этот свет кардинально переменил образ жизни местных. Теперь в светлое время, жители не показываются на улице и лишь с наступлением привычной темноты выходят по своим делам.

В старом городе уже почти никто не живёт. В основном там остались мрачные обитатели одинокого острова. Многие оценили удобства новых жилищ и перебрались туда. Сам старый город потихоньку разбирают, забирая оттуда полезные ресурсы, а хлам отправляя в преобразившиеся потоки.

Со временем выяснилось и предназначение тех непонятных отверстий, обильно понатыканных по всему городу. Это оказались крысиные норы. Этих хвостатых бедствий теперь частенько можно было увидеть по ночам, спешащих через дорогу к потокам и обратно в свои норы. Очень многие жители переквалифицировались на охотников за этими тварями.

Но больше всего Дюка интересовал таинственный коридор со статуями воинов, что появился за старым городом совсем недавно. Заходя внутрь, он всегда засматривался на изваяния. Воины стояли в разных позах, держа в руках разнообразное оружие. Все они выглядели сильными и отважными. В конце коридора находилась большая круглая комната, на стенах которой висели на специальных крючках, макеты различного оружия, сделанные из всякого хлама, которого в потоках было навалом. Также у стен были расставлены фигуры, ростом и формой напоминавшие человеческие, но без рук и ног. Парочка же были совсем странными. Они выглядели как небольшой столб в рост человека, из которого, на разной высоте и в разную сторону, торчали разной длины небольшие палки. На противоположной от входа стене была огромная арка, которую закрывали две большие створки. По всей арке тянулись странные письмена. По обоим сторонам арки всегда стояли уже знакомые ему вооружённые воины пришлых. Иногда там был также и третий воин, который обычно сидел на полу в центре зала, вырезая из куска хлама очередной муляж оружия, которое повадились украдкой утаскивать с собой нередкие гости. (Обычно это были дети. Взрослые же старались вешать их туда, откуда брали). Иногда же воин брал какое-либо оружие со стены и начинал бой с одной из фигур в зале, либо вообще безоружный вставал напротив одного из столбов с палками и принимался монотонно наносить по палкам удары руками и ногами. В такие редкие моменты Дюк с восторгом засматривался на его движения, а потом старался сам хоть что-нибудь повторить.

- Держи спину ровно. - услышал он однажды за одной из таких попыток, и чуть не споткнулся от удивления. Он оглянулся на голос. В той стороне лишь сидел воин и безмятежно выстругивал очередной муляж.

"Послышалось наверное."- Сделал вывод парень и вернулся к тренировке. Но совету голоса решил всё же последовать, хотя делать так оказалось ой как тяжело.

***

- Какие новости? - Был первый вопрос девушки, когда Лони зашёл в комнату. Мона сидела за столом и делала какие-то пометки в бумагах. Парень теперь регулярно отправлял бойцов в разведку наверх, чтобы быть в курсе событий. Для этого девушка провела тайные ходы в несколько мест на поверхности и в верхние подземные города.

- В столице бардак. Жители бегут в соседние города. Бывшие стражники сбились в шайки и грабят прохожих и торговцев. Торговля тоже почти встала, в ходу в основном бартерные сделки. Торговые корабли столичный порт обходят стороной. Из оборота почти пропали монеты, даже медь, не говоря уже о серебре и золоте. Видимость порядка в городе поддерживают солдаты соседних баронств, но окончательно прибрать к рукам неликвидную столицу, с поломанной инфраструктурой никто не торопиться. Регент в панике заперся в замке и совсем не выходит. Поговаривают, что тот совсем кукухой поехал, бредит убийством какой-то мерзавки, которая ему жизнь поломала. После того неудачного похода он лишился всех своих сбережений, а также большинства гвардейцев. Замок опустел, прислуга разбежалась, охрана тоже. Лишь его периметр охраняют баронские солдаты, мы насчитали там четыре разных стяга. В общем, если ничего не измениться, вскоре столицу ждёт голод и междоусобица, если не гражданская война. По городу ползут слухи, что бароны собираются даже переносить столицу в другой город, но пока не пришли к единому мнению в какой.

*

- Ага, придут они, как же! - присоединился к разговору Хонен, вошедший с подносом тарелок, наполненных аппетитными яствами. - Каждый одеяло на себя тянет. Они вряд ли договорятся, скорее воевать начнут.

- А что там по консолям? - Девушка, несмотря на острое желание привычно схватить руками столь желанную пищу, взяла в руки нужные столовые приборы и не спеша приступила к трапезе.

*

- А вот тут облом. - И без того хмурый старик и, вовсе потеряв аппетит, отложил свою тарелку в сторону. - Я не знаю, что там накопал старина Сольи. Но, похоже, он таки разнюхал, что эти консоли не просто так по всему миру разбросаны. А каким-то образом были связаны с контролем над территорией королевства во времена древней империи. И вы не поверите, но его поместье в квартале алхимиков охраняется теперь похлеще, чем когда-то дворец.

*

- А ещё солдаты мелким гребнем прочёсывают верхний город. Что-то упорно ищут, и теперь я догадываюсь, что именно. - Рыцарь задумчиво ковырялся вилкой в салате.

- Думаешь ещё одну консоль? - Девушка бросила мешающие потреблению пищи условности и впилась в сочный ломоть зубами, придерживая его руками.

- Не думаю, а знаю. А ещё я, кажется, догадываюсь, где она. - Новость была, конечно, отличная, но девушка не понимала — отчего парень так побледнел.

- Что-то не так? - Тщательно вытерев, замаранные сочным мясом, руки и личико, она попыталась поймать его взгляд своим. Но парень настойчиво отводил глаза, избегая её. Пришлось девушке сердито наступить ему под столом на ногу, чтоб тот перестал юлить.

- Да ВСЁ не так! - Парень вскочил из-за стола и принялся ходить возле него вперёд-назад. - Во-первых, в городе полно солдат, которые, между прочим, и нас ищут. По всей столице развешаны плакаты с нашими лицами и солидной суммой монет за поимку. Во-вторых - это дорога в один конец, и если я ошибся, второй попытки не будет. Ну и в-третьих - нечего там тебе делать! - Ба! А ведь парень залился краской до самых кончиков ушей! Кажется, кто-то на неё запал. Её щёчки тоже налились краской в ответ. Хотя это ещё что! Видел бы кто цвет её лица, когда девушка работала с консолью. Ведь в те моменты она могла видеть абсолютно ВСЁ, что находилось в зоне охвата инструмента древних. Даже то, что люди обычно прячут от посторонних глаз и ушей. Единственное, что успокаивало её совесть в те моменты, так это полная невозможность отвернуться, зажмуриться либо заткнуть ушки. Ну а то, что в теорииона могла перенестись мыслями в другое место, так это так и оставалось теорией, ну кто бы в её положении удержался и не подсмотрел бы.

*

- Да не мельтеши ты! - Хонен в одно движение посадил рыцаря обратно на стул. И потребовал от него подробных объяснений.

- Когда мы ещё жили на арене, там в её подземельях, было одно скверное место. По описаниям старожил оно выглядело как глубокий колодец, куда скидывают, ставших бесполезными, зверей и бойцов. Внутри колодца, по слухам, живёт ненасытный монстр, который сжирает любого бедолагу, оказавшегося внизу. По слухам, в моменты "кормления" оттуда доносится мерзкий голос и иногда видны красные всполохи.

- Ну это однозначно консоль! - У Старика аж заныл шрам на бедре, от нахлынувших воспоминаний.

*

- Тогда мне точно туда! - Наследница, отложив недоеденное блюдо, встала из-за стола и прихватив с собой бумаги, направилась к выходу, явно направляясь к своей консоли.

*

- Постой! - Лони остановил её, схватив за руку. Девушка развернулась и своими блестящими от предвкушения глазами заглянула в испуганные его. И парень осознал - она не отступит и её не отговорить. Примерно с такими же горящими глазами она всегда рассказывала обо всех своих "проектах", в её городе. Видимо, режим "Создателя", в котором девушка теперь проводит большую часть своего времени, не проходит для неё даром и как-то влияет на неё саму.

*

- Хорошо, пойду готовить ребят. - Он с явной неохотой отпустил её руку и направился к себе. Девушка некоторое время стояла, растерянно хлопая глазами, а на её языке явно вертелся вопрос:

"И что это сейчас было?!"

***

Как Лони не уговаривал старика пойти ними, тот был непреклонен.

- Стар, я для таких подвигов, вам молодёжи только под ногами мешаться буду. - он для виду похрустел спиной, чтобы быть убедительней. Да и что мне там делать? Это вы с бойцами там каждый закоулок знаете, а я же буду, как слепой крысёнок в каждый угол тыкаться.

- Да, наверное, ты прав. - Всё же сдался парень. - А сам тогда чем займёшься? - он никогда не видел старика без дела. Не может же он просто в фазенде прохлаждаться, пока они рисковать всем пойдут.

- Хотел наведаться к одному старому магистру и поспрашивать, что он о нас успел напеть врагам. - Ну не верилось ему, что учитель, вот так просто, взял и сдал их всех аристократам.

***

- Покайтесь, ибо приблизилось царство небесное! - очередной оратор, взявший слово на площади, вещал очередные истины. Но народу собралось послушать на удивление много.

- Смотри-ка, а этот складно вещает. Свежо необычно. Народу нравиться. Может и учение новое появится скоро. Вон как народ на него смотрит.

- Или забьют до смерти, если охиею какую начнёт нести.

- Я слышал за ним ученики уже ходят.

***

Для разведки местности перед операцией очень пригодились шпили, возведённые девушкой недавно, для освещения потоков. Организовав в ближайших из них к арене ступеньки с незаметными бойницами у верха, она проложила к ним тоннели для бойцов.

Зона поиска перенеслась уже глубоко в город. Возле же самой арены осталось несколько патрулей. Видимо, они предполагают, что Лони с парнями может сюда за чем-то явиться. Впрочем, она и сама бы так на их месте сделала. Получалось, что незамеченными к арене им не подобраться. Как назло, с этой консолией было туда не дотянуться. Видимо, мешала другая консоль.

- Будем прорываться с боем. - Для них самым важным было проникнуть внутрь и добраться цели. Она разумно предполагала, что стоит ей только оказаться в консоли, и верхний город целиком окажется под их контролем.

- И всё-таки я против твоего участия в этой авантюре. - Хотя он прекрасно понимал, что без неё вся эта затея будет бессмысленной, но почему-то категорически не хотел подвергать её опасности.

Глава 12

Подготовка к вылазке много времени не заняла. Единственное, нужно было дождаться темноты. Вокруг арены дежурили четыре патруля - по три воина в каждом. Они же решили напасть четырьмя отрядами. Нужно было действовать быстро и не дать им вызвать подмогу.

С первой задачей они справились хоть и не без потерь. Двое её бойцов были с тяжёлыми ранами. Пришлось их оставить на входе. Сюрпризом для них стал отряд воинов, расквартированный во внутреннем дворике. Десяток бойцов крепко связал их боем. Воины были намного лучше подготовлены, чем те же стражники, но всё же до мастерства гладиаторов им было далеко.

Помня первоочередную задачу, Лони с принцессой прорубались к противоположной двери, не обращая внимания на остальных, в своих бойцах он был уверен - справятся. Не теряя времени они двинулись вниз по ступеням и коридорам, перепрыгивая по три ступеньки. И чуть за это не поплатились.

- Эт кого там так нужда приспичила? - Низким басом заржал ещё один воин, видимо, спутавший их со своими бойцами, тоже спешащими в туалет. Лишь этот возглас помог Лони мгновенно сориентироваться и с ходу врубиться в схватку, ошеломив противника. Этим успела воспользоваться принцесса и прошмыгнула мимо схлестнувшихся воинов. Теперь дело было за малым - найти нужную дверь.

***

Впервые после арены Лони столкнулся с равным, а может, даже превосходящим его противником. В последний раз так напряжённо он бился со своим наставником. Тот тоже всегда вынуждал парня выкладываться по полной.

***

Потыкавшись в запертые двери, девушка, наконец, нашла искомую. За ней обнаружилась круглая комната, посреди которой зиял круглый тёмный провал. Она подошла поближе, заглянуть вниз. Без света была непонятна глубина колодца. Она достала с пояса ХИС и, хорошенько взболтав, бросила вниз. Полёт окончился очень быстро. До дна было около шести метров. Неподготовленный человек точно ноги сломает. А Мона ещё и не с такой высоты прыгала в потоках, и уже было приготовилась спрыгнуть, но...

- На твоём месте я бы не торопился. - Из противоположной двери показался Кореан, а следом за ним вышли два гвардейца, ведущие Хонена. У его горла блестел обнажённый клинок, намекая девушке не делать глупостей.

- Мона, дочка, не думай обо мне. Делай, что должна. - по его щекам катились слёзы. - Я уже пожил своё.

Она сделала шаг, другой, и остановилась на краю колодца в нерешительности. Нет, она не могла этого сделать. Да, спрыгни вниз, она доберётся до заветной консоли и убьёт тут всех. Но к тому времени старика уже не будет.

- Как ты узнал? - девушка через силу сделала шаг назад.

- Ооо! Как только я услышал от этих зазнаек, что они ищут, - В глазах регента горело безумие и азарт охотника. - То сразу понял, куда ты точно явишься. Оставалось только дождаться.

- И что дальше? - она уронила клинок на пол.

- А дальше ты пойдёшь со мной. - Её обступили воины и, связав руки, повели к выходу. - А от этого избавьтесь. - он подтолкнул старика к яме. - Он свою роль сыграл.

- НЕ-Е-ЕТ! - Солдаты подтащили упиравшегося деда к краю и столкнули его вниз. - Убью, сволочи! - Она принялась активно вырываться, но против двух крепких мужиков шансов было мало.

***

- Обнаружен зарегистрированный пользователь. Приветствуем магистра ордена короны. До принятия вассальной клятвы вам доступен только наблюдательный функционал системы.

- Магистр ордена, значит? - Хонен мог поклясться, что голос, раздавшийся сверху был ему знаком. - Получается, нужна вассальная клятва для управления этой махиной... - кроме удаляющихся шагов, он больше ничего не слышал, но это было и не нужно. Теперь он мог видеть ВЕСЬ верхний город. И удалявшийся сейчас человек...

-Да быть не может!

**

Вот она и снова во дворце, только вот радости ни капли. Потому как руки связаны за спиной, а к шее приставлен меч.

- Зря мы, наверное, старика того. - Он провёл пальцем по шее. - Не ожидал я такого упрямства от сопливой девчонки. - И без того красные глаза девушки снова предательски заблестели.

Потеря старика в ней что-то надломила. И теперь ей стало плевать на свою жизнь. Пусть теперь этот ублюдок побесится, но обесценивать жертву её Хонена она не собиралась.

- Верни! Сучка! Казну! - От сильных пощёчин мерзавца лицо девушки дёргалось вправо-влево, окропляя густыми тёмными каплями одежду и пол. Но она лишь издевательски смеялась ему в лицо.

- Убери от неё свои грязные лапы, выродок. - Её сердечко пропустило удар, услышав такой знакомый и родной голос. Огонёк надежды, ярко вспыхнув в груди, тут же погас, сменившись ужасом осознания того, что сейчас произойдёт.

-Ээ нет парнишка, - Ещё мгновение назад бывший в полном отчаянии от своего бессилия как-либо повлиять на упрямую пленницу, регент развернулся к новому действующему лицу, сияя, как начищенный грошик. - это ты бросай свою железку и сдавайся. Или получишь её голову в подарок. - Стилет урода слишком сильно прижался к шее наследницы, и несколько капель проступили сквозь небольшой порез.

- А теперь милая, тащи-ка сюда казну! - Угрожая расправой над рыцарем аж, замурлыкал Кореан.

- Паучок, подойди! - Приказала девушка, хотя и не была уверена, что вне тронного зала её послушаются. Тем не менее, скромный трудяга не заставил себя долго ждать, прибежав откуда-то снизу из стены. Убедившись, что он внимательно её слушает, девушка попросила:

- Принесите сюда все монеты. - Под изумлённые взгляды всех присутствующих, со всех сторон в коридор потекли толпы трудяг, таскать просимое в центр помещения.

Чтобы пленники не помешали триумфу регента, он приказал на всякий случай обездвижить их шокером. Все были столь заворожены процессом, что никто не обратил внимания на одинокого паучка, который так и остался рядом с наследницей, кулём лежащей на полу.

- По_ой_и б_иже. - Прошептала девушка онемевшими губами маленькому верному созданию. Паучок буквально припал к её лицу, оказавшемуся на одном уровне с ним.

- Освобо_и ме_я и помо_и спра_иться с ними. - Она стрельнула глазами в сторону обезумевших от жадности, регента и его воинов, что пытались унести сразу все монеты, распихивая их по одежде. Паучок утвердительно кивнул и скрылся куда-то ей за спину. Спустя несколько мгновений, она ощутила, что путы на её руках и ногах ослабли и более не сковывают её движений.

Грабители так были заняты процессом, что даже не заметили, как девушка, подняв с пола меч Лони, поднялась на ноги и приготовилась к битве. По её телу всё ещё пробегали кратковременные судороги, но стоять и сражаться она вполне уже могла. Жаль, конечно, что меч парня был для неё тяжеловат.

- Вперёд! - Громко приказала девушка и тихие безобидные насекомые, ещё мгновение назад таскающие из своих закромов кругляши, накинулись на, ничего не подозревающих, воинов, обездвижив их шокерами и заставив повалиться прямо сверху на кучу монет. Лишь регент стоял и непонимающе хлопал глазами, в мгновение лишившись всех своих бойцов.

-А этого? - указала она паучку на регента. Но тот лишь развёл свои лапки в сторону и покачал маленькой головкой.

- Понятно. - Видимо, регент являлся лицом официальным и нападать на него паучок не мог. -Значит, сама справлюсь! - девушка перехватила поудобней меч и двинулась навстречу гаду.

Взрослый мужчина, априори сильней юной девушки. Да ещё и частично парализованной. А ещё навыки владения оружием у него были не в пример выше. Её неумелые взмахи он блокировал жёстко, едва не выбивая и без того непривычный меч из её худых ладоней. Когда девушка вконец умаялась махать неудобной железкой, тот, видимо, перестав играть со своей добычей, резким финтом отправил её оружие в полёт.

- Ты столь же жалкая, как и твой мямля, старик! Как там его звали? Кохан? - он, не спеша, надвигался на неё, покачивая мечем, словно примеряясь, что сначала он отрежет от неё первым. - Ты даже не представляешь, с каким удовольствием я буду сейчас тебя убивать. Мучительно. Не спеша. Чтобы ты сполна вкусила тех страданий, что принесла мне, и всему народу Вельтонии. А потом, я как свинью забью твоего беспомощного дружка. На последних его словах девушка, всё это время пятившаяся от безумца, споткнулась об чьё-то тело и шлёпнулась на задницу, больно её отбив. Посмотрев перед собой, она встретилась взглядом с Лони, что лежал под её ногами, в его взгляде читалось самобичевание, что он снова её подвёл, не смог защитить. Парень зажмурился, не имея возможности отвернуться, ему было стыдно смотреть ей в глаза.

- Вы только посмотрите, - наглец зашёл к ним сбоку, чтоб видеть лица их обоих, - мальчишка испугался смотреть на мучения своей девки.

Девушка, всё это время судорожно искавшая выход из ситуации, внезапно зацепилась мыслью за оброненное им слово "смотреть". Действительно, какого рожна она билась с этой мразью по навязанным им правилам. В потоках, таких выскочек как он, Мона закрытыми глазами на лоскутки рвала. Она поймала взглядом паучка, что всё это время крутился возле неё, видимо, не зная, чем ещё ей помочь. А ведь, скорее всего, может. Да, вне тронного зала и консолей она не могла ничем управлять, ну кроме что, паучками, а эти ребята ведь как-то умудряются появляться из абсолютно ровной и глухой стены. Следовательно, у них имеются некоторые возможности системы, которымиона может попробовать воспользоваться опосредованно.

- Погасите тут свет! - Выкрикнула она паучку, а сама, разорвала дистанцию с врагом, уйдя перекатом в сторону. Пока она сидела на парне, её маленькая ладошка зацепилась за рукоять небольшого ножичка, которым парень обычно строгал поделки в тренировочном зале потоков. И теперь привычно маленькое лезвие, чем-то даже похожее на её бывшее костяное оружие, приятно лежало в руке.

Регент не сразу сообразил, что она задумала, а когда до него дошло, то было уже поздно. Западня захлопнулась, и он неожиданно превратился из охотника в жертву. Насекомые, видимо, не смогли напрямую воздействовать на замковые источники света, а поэтому просто плотно облепили их своими телами. Комната погрузилась в темноту.

- Вот теперь потанцуем! - Ей, жителю потоков, не пришлось долго привыкать к темноте. И пока регент на любой подозрительный звук, сослепу махал своей железкой, она уже успела нанести ему несколько небольших порезов. Чтобы дезориентировать противника, Мона периодически зачерпывала горсть монет и отправляла их туда, куда хотела развернуть противника или же в него самого, вынуждая отмахиваться клинком на звук и открываться под её молниеносные выпады. Количество порезов на теле оппонента росло, его движения становились все медленней, вместе с кровью регента покидали и силы. И вот, подловив того, на слишком широком замахе девушка, сблизившись и шагнув ему за спину, от уха до уха нарисовала подонку вторую улыбку, только не на лице, а на шее. По злой иронии, регент, сделав по инерции пару шагов, завалился сначала на колени, а потом грохнулся в кучу, так желаемых им монет, обильно обагряя их кровью.

- Спасибо, трудяги. - Она, сидя возле Лони, погладила паучка, так сильно выручившего её сегодня. Унесите, пожалуйста, деньги обратно. И хорошенько обыщите этих, чтоб ни монетки у них не осталось. Не обращая больше внимания на творившийся бардак вокруг, девушка волоком потащила беспомощную тушку друга туда, где было безопасно - в тронный зал.

- Выжмои помощнички! - умилилась она, когда двое паучков схватили Лони за штанины и усердно стали пытаться помогать его тянуть.

Войдя внутрь, Мона наконец-то расслабилась. Парня, уже силами зала, бережно перенесла на софу. Ему требовалась медицинская помощь. На теле обнаружилось множество свежих ран, которые нужно было перебинтовать, чем она и занялась. И лишь закончив с ним, она позволила себе отрубиться. Она так вымоталась, что даже моральных сил на создание простенькой мебели у неё не было. Поэтому свернувшись калачиком, она уснула прям так, на полу. Тем более, ей было не привыкать.

Разбудило девушку настойчивое чувство чужого присутствия. Вынырнув из объятий Морфея, она сначала была немного обескуражена. Мона была абсолютно уверена, что засыпала на полу. А проснулась в чём-то, смутно напоминавшем знакомые ей кровати, а сверху вместо одеяла была накрыта своей мантией, что в прошлый раз оставила лежать на троне. Самое удивительное -"кровать" не была жёсткой. "Присмотревшись" она поняла, что необычная конструкция была целиком составлена из паучков, сцепившихся лапками. Стоило девушке покинуть ложе, как заботливые трудяги поспешили по своим, несомненно, важным делам. Не забыв, впрочем, снести мантию обратно на трон.

Гостем же, настойчиво ожидавшем приглашения, оказался магистр Сольи. Старик стоял, прислонившись к стене, и писал что-то в маленький карманный блокнот. Увидев, что двери отворились, он, кряхтя, отлепился от стены и поковылял внутрь.

- Рад видеть вас в здравии, ваша светлость. - подойдя к трону, он почтительно поклонился. - Простите мою настойчивость, но мне крайне необходимо было с вами поговорить.

- Взаимно, магистр. - У наследницы было к старику много вопросов, многие из которых были весьма неприятными.

- Больше всего меня интересует, почему вы помогаете моим врагам, открывшим на меня охоту. - Не то чтобы девушка была в ярости, но если б не чувство благодарности, что она испытывала к этому человеку, не раз уже оказавшему ей помощь, а также присматривавшему длительное время за её почившим стариком, то разговор бы сейчас вёлся совсем иначе.

- А как, мне простите, не оказывать посильную помощь своим заказчикам, что уже много лет спонсировали все мои исследования? - Старик говорил уверенно, не юлил. - Этот недалёкий индюк, бывший уже регент Кореан, абсолютно не заботился о науке. Все финансирования, ваш покорный слуга, выбивал самостоятельно, обивая пороги меценатов. - И действительно, деньги у старика всегда водились, он даже Хонену выделял немалые суммы на его исследования. А ведь она и правда даже не задавалась вопросом, откуда они брались. Да и Хонен, ей об этом не рассказывал. - И поэтому, когда благородные Леры явились ко мне на порог, и потребовали информацию о вашей светлости, я был вынужден им содействовать. И то, что мои спонсоры, также являются вашими оппонентами, не делает врагами нас.

- Простите магистр. Думаю, вы правы. Нам с вами нечего делить. - Девушка немного остыла, внимая разумным доводам старика.

- Более того, я пришёл предложить помощь. - брови девушки поползли вверх. - Я прекрасно понимаю, какие затруднения для вас вызвала оккупация древней консоли, что находиться в моей скромной лаборатории. Уверяю вас, мне такое соседство тоже не по душе. Наука не терпит суеты, а ещё больше - посторонних. И поскольку незваные гости вряд ли уйдут, пока длиться ваш с ними конфликт, предлагаю вамсвои услуги.

- Какого рода? - Наследница не до конца понимала, куда клонит старый плут.

- Я хотел бы основать Орден Знаний. И взять под своё крыло единомышленников, в основном сконцентрированных в пределах алхимического и мастерового квартала. - Если хотите знать, до сего дня ваш покорный слуга и так этим всем занимался, но практически на безвозмездной основе со стороны столицы.

- То есть вы хотите управлять нижними кварталами столицы? - Уточнила больше для себя девушка.

- Именно так. У вас, насколько мне известно, острая нехватка руководящего аппарата. И уверяю вас, лучшего кандидата вы всё равно не сыщете.

- Наверное, вы правы, возможно – это будет лучшее решение.

Глава 13

Принятие оммажа магистром прошло буднично, не в пример акколады её рыцаря. Сольи заверил, что вассалитет позволит теперь ему самому взаимодействовать с консолью. А поскольку магистра, баронские солдаты спокойно пропускают в лабораторию, то он сможет без труда её захватить и выгнать всех посторонних с подконтрольной территории.

Принцесса всё равно ничего не смыслила в науке и производстве, так что только рада была спихнуть столь беспокойные владения союзнику. Хотя, будь жив её Хонен, она бы ещё подумала, ведь тот так-же увлечён наукой.

Проводив новоявленного вассала, наследница поспешила окунуться в новые возможности, что теперь стали доступны во дворце. А именно полный контроль над подвалом дворца. Кажется она начала понимать логику древних. Чем больше территорий ты контролируешь в округе, тем больший доступ получаешь во дворце. Она бегло пробежалась по новым владениям: винный погреб, темница и пыточная. Здесь определённо понравилось бы её покойному дядюшке. Также обнаружилось несколько секретных ходов из замка, один из которых, что вёл на арену был ей известен. Он вскоре понадобится, так чтоегоона оставила. Остальные, в том числе к алхимикам, ради безопасности заблокировала.

Теперь оставалось только создать безопасный путь к Потокам, где её должны были ждать вернувшиеся с вылазки воины. Её с подвалом разделяло два замковых этажа и один цокольный, которые без сопровождения она пересекать не отважилась. Так что, пока её рыцарь приходит в себя, она занялась обустройством Тронного Зала.

***

Гнездо с момента побега принцессы сильно преобразилось. Чем больше Том читал эти тексты, тем больше осознавал, чтов основном, вся эта книга учит служению Создателю и рассказывает о нем. На её страницах он отыскал подробное описание ритуалов, помещения, принадлежностей и действ, совершаемых с этой целью. Большинство названий он просто не понимал, а из того, что ему было известно, многое было дорогим и недоступным для нищих. Но он не отчаивался.

Называемое в книги Святая Святых у него уже промыслом Создателя имелось -его комнатка с ковчегом (так он теперь называл тот странный куб). Также он отделил самодельной перегородкой небольшое пространство коридора перед бывшим жилищем для Святилища. Стоило ему закончить работы, как в новообразовавшемся помещении выросли диковинные предметы: светильник, жертвенник для воскурений и стол для хлебов предложения. Именно так они назывались, судя по описаниям в книге.

Хлеба добыть было несложно, масло тоже. Вино тяжелее, особенно хорошее. Сложнее всего дело обстояло с ладаном. Для его добычи несколько мальчишек сбегали в ближайший лес, где собирали хворост на обогрев Гнезда. А единственное жертвенное животное, что было доступно нищим и беспризорникам — это крысы.

То же самое и со служебными одеждами. Изготовление, а тем более покупка описанного в книге, для местных было невозможным. Поэтому после долгих обсуждений было принято решение использовать для этих целей одеяние и снаряжение Крысиного Ужаса, бережно хранимое всё это время Томом.

Первый обряд, совершённый парнем, стал для всех поводом для пересудов на долгое время. Когда новоявленный левит возлил елей на жертвенники, посвящая их Создателю, помещение окуталось густым туманом, словно облаком.

***

Попади в эту ловушку любой другой, самостоятельно он бы не выбрался. Но Хонен был иной закалки - не этого изнеженного мира. Ему оказалось достаточным того, что диаметр шахты был меньше, чем его рост с вытянутыми руками. Правда количество попыток, до того, какего, содранные в кровь, пальцы ухватились за край колодца, исчислялись даже не десятками. С трудом перевалившись через край, он просто растянулся на полу, наслаждаясь свободой.

Первым делом, старик отправился в Потоки, разумно полагая, что найдёт там хоть кого-то. Благо лазов по городу в их убежище было хоть отбавляй. К его удивлению, в верхнем городе не обнаружилось солдат. И причины могло быть только две, либо его дочку уже убили, либо у пришлых возникли свои проблемы. Старик, конечно, искренне надеялся на последнее, но зная скверную способность его девочки попадать в неприятности, не исключал и первого. А потому прибавил шаг.

К его облегчению воины нашлись на фазенде, правда, не всё. Одного бойца они всё же потеряли. Его тело товарищи поместили в ледник, до возвращения наследницы. Выполнив свою задачу, бойцы поспешили вернуться на базу. И уже два дня пребывали в безвестности о судьбе командира и принцессы. Но при этом не забывая выполнять свои обязанности. Наблюдение за городом всё так же велось, отчёты составлялись. И стража у нижних врат присматривалась к перспективным новичкам.

Тот тип, который угрожал его девочке, потащил её в замок. Поэтому первым делом он отправил разведку туда. Вернувшийся боец сообщил, что вокруг и в самом замке пусто. Они лишь наткнулись на группу мародёров, что спешила стащить с бесхозного двора всякую мелочь, типа посуды и инструмента. Попытка была пресечена и негодяи еле ноги унесли, обронив улов по дороге. Принцесса нашлась во дворце в тронном зале, с ней и Лони, только тот ранен и пока восстанавливается.

***

Девушка, стоило только ей узнать, что старик жив, чуть не сорвалась бежать к нему. Но бойцы с трудом удержали, а потом еле уговорили её завершить начатое на арене.

И вот, оставив Лони одного в зале, она с его бойцами пробирается по злополучному ходу к консоли. Но её мысли всё время пытались сбежать к её старику на фазенду. Её уже несколько раз ловили на попытке самоубиться об очередную ступеньку, которую она снова не заметила.

Прибыв на место, бойцы, предусмотрительно взявшие с собой верёвку, бережно обвязали её хитрой петлей и аккуратно принялись спускать. Стоит ли говорить, что первое, что она сделала, коснувшись консоли — это лаз к ближайшему ходу на фазенду. Куда сорвалась сразу же, как спустила бойцов вниз и отрезала консоль от арены.

***

В последнее время в зале, где тренировался Дюк с ребятами (да, своим упорством в посещениях зала, парень привлёк к тренировкам несколько единомышленников), произошло несколько необычных событий.

Сначала на некоторое время пропали стражи врат. Но парень уже настолько привык к их молчаливому присутствию, что даже не сразу обратил на это внимание. Лишь когда в очередномспарринге его оттолкнули прям на арку и ему никто не преградил путь, позволив вписаться лицом в твёрдую створку, он осознал, что стражи на месте нет. Ребята не удержались и попытались открыть двери. Но не тут-то было. Они даже вчетверо не сдвинули с места воротину, которую страж открывал одной рукой.

Стражи вернулись спустя пару дней и, судя по всему, во время отсутствия они с кем-то сражались. На них живого места не было от кровивших повязок. Снаряжение и броня тоже выглядели, так, словно их кто-то пожевал и выплюнул. Он с трудом мог себе представить монстра, способного так потрепать этих воинов. И это только лишь подстегнуло его усилить свои занятия.

Другой странностью стала длительная пропажа их главного бойца, что иногда давал им короткие, но такие важные подсказки по тренировкам.

Ну а на третье событие собрался весь город. Как раз посреди их занятия неожиданно врата медленно раскрылись. Дюк впервые смог отчётливо увидеть что находиться за дверьми. По казавшейся бесконечной, лестнице, спускались сразу все остальные удивительные воины. Четверо из них несли ещё одного из них, уложенного на большой щит. Впереди процессии двигался воин, что нёс на длинном отрезе ткани оружие и снаряжение лежащего на щите воина. Замыкали процессию, тот самый лидер бойцов, который под руку вёл изумительной красоты девушку в белых длинных одеждах. Когда процессия вышла из зала в город, врата за ними закрылись, а стоявшие на страже воины присоединились к действу. Естественно, он с мальчишками тоже поплёлся следом - посмотреть за необычным событием.

Они обошли вокруг старый город, в котором теперь, кроме смотрителей никто больше не жил и вошли на улочки нового. С каждым их шагом к ним присоединялись новые зеваки, стекавшиеся со всего города. Так, не спеша, процессия достигла центральной площади. Воины занесли свою ношу за спины статуй, и положили рядом с другими павшими товарищами. Следом к покойному подошёл воин с его вещами и аккуратно сложил их на одр как у остальных усопших. Девушка, отделившись от остальных, подошла к статуе, изображавшей погибшего воина, и прикоснулась к его груди своей ладонью. Под изумлённые возгласы толпы статуя погрузилась в пол, не оставив после себя ни единого следа. Следом она подошла к усопшему и, припав на колени, поцеловала воина в лоб. На глазах удивлённой толпы тело покойника превратилось в ещё одну теперь лежащую статую. Встав, она направилась к чаше с фонтаном. По мерееё приближения, поток воды, что падал сверху, стал иссякать, открывая всеобщему взору таинственную незнакомку, лежащую внутри. Девушка подошла к ней и протянула ей руку. Статуя неожиданно ожила и не торопясь поднялась, встав напротив оригинала, и сложила ладони на груди крест-накрест. Внимательно осмотрев обновлённую статую, девушка кивнула ей и развернувшись двинулась в обратный путь. По мере их удаления от площади, поток льющийся сверху, возвращал былую силу, вновь скрывая от посторонних глаз её красоту.

***

Сольи был просто счастлив. Так гладко всё провернуть он даже не ожидал. А ведь будь рядом с девкой его бывший ученик, то вряд ли бы ему удалось уладить всё так легко. Всё-таки полезной оказалась та книжка, из которой он позаимствовал приём хитрого змея, подкравшегося в девушке, когда она осталась одна.

Сложнее было убедить своих компаньонов, что он и сам теперь наведёт порядок в столице и их помощь больше не требуется. Но они ему всё же поверили. Хорошо иметь ручных аристократов, которые тебе в рот только и заглядывают.

Единственное, чтоего настораживало, этото, чтоон получил контроль не над всей территорией. Что в квартале ремесленников, что в алхимическом, были места, которые он планировал перестроить как только получит власть консоли. Но к его разочарованию, именно трущобы оказались вне его зоны доступа. Он не понимал с чемэто связано, а всё непонятное он привык доводить до ясности. Поэтому в планах у него было в ближайшее время навестить бедняков. Тем более на них у магистра были особые планы.

***

Наследница не могла разорваться между замком и теперь уже двумя консолями. Поэтому оммаж, необходимый её приближённым для управления верхним и нижним городами она обставила с не меньшей, а даже большей пышностью, чем акколаду.

Стол ломился от яств. После крысиной диеты, на которой последнее время жили они всё, ароматы, доносившиеся с той части зала буквально сводили всех с ума. Поэтому принцесса была даже вынуждена изолировать банкетную часть от основного зала, чтоб не мешать остальной подготовке.

В предстоянии семёрки гладиаторов,Хонен и Лони подошли к трону, с восседавшей на нёмпринцессой. Изумительной красоты мантия прекрасно сочеталась с её подновлённым платьем. Грациозно поднявшись с трона, наследница подошла к коленопреклонённым претендентам и протянула им руки. Магистр и рыцарь вложили сложённые руки в правую и левую ладошки принцессы.

Лони так и не успел научиться читать, поэтому свою клятву повторял слово в слово за стариком, поменяв только имя и место рождения.

-Я, Хонен, магистр ордена короны, родом с Изумрудного Потока, признаю Её Сиятельство, светлейшую княгиню Монику Первую своим полновластным лордом, хозяйкой и властительницей судьбы моей. Вверяю себя в Её светлые руки, пускай воля Её ведёт меня. Клянусь благородству Её крови в вечной и безграничной верности, уважении и послушании. Да не будет у меня другого господина, и не послужу словом или делом никому другому. Заявляю во всеуслышание: отныне и довеку служить покорно, пока госпожа не освободит меня.

-Я, Лонард, рыцарь ордена короны, родом с Гремучего Потока, признаю Её Сиятельство, светлейшую княгиню Монику Первую своим полновластным лордом, хозяйкой и властительницей судьбы моей. Вверяю себя в Её светлые руки, пускай воля Её ведёт меня. Клянусь благородству Её крови в вечной и безграничной верности, уважении и послушании. Да не будет у меня другого господина, и не послужу словом или делом никому другому. Заявляю во всеуслышание: отныне и довеку служить покорно, пока госпожа не освободит меня.

- Властью данной мне Творцом, я, наследница престола - Моника Первая, принимаю вашу клятву Сэр Лонимэр и Сэр Хонен. Отныне вы мои верные вассалы. Служите короне верой и правдой, пока смерть или я, ваш сюзерен, не разрешу вас от клятвы. - Девушка уже даже не удивилась и в этот раз случившемуся светопреставлению. Подняв с колен своих новых вассалов, девушка подошла сначала к старику и склонившись, поцеловала его лоб. Подойдя же к Лони, она не удержалась и прикоснулась устами к его губам, налившись краской до кончиков ушей.

Когда новопосвящённые подданные заняли свои места, по обе стороны от принцессы, очередь дошла и до бойцов. Подходя по очереди к наследнице, воины становились на колени, протягивая ей своё оружие. Далее зачитывали рыцарскую клятву, и получив благословение, возвращались в строй.

Стоит ли говорить, что пир был горой, вино лилось рекою, а тосты и здравницы произносились непрестанно? Столь явный контраст событий участники определённо запомнят надолго. Возможно даже будут рассказывать своим деткам и внукам, как гуляли на пиру у первой принцессы Вельтонии (если, конечно, доживут, уж больно беспокойный сюзерен им попалась).

Как и предполагала принцесса, контроль над консолью верхнего града открыл ей доступ к первому и второму этажу дворцового комплекса. Первый этаж был призван своей эпатажностью впечатлить входящих. Длинные анфилады залов, большой бальный, малый бальный (переделанный под тронный), столовая, гостиная, библиотека. Всё внушало трепет и сообщало о величии владельца. Второй этаж в основном состоял из спален, кабинетов и гостиных. В отличие от тронного зала древних, эти залы были обжиты и неплохо обустроены. Вносить какие-либо правки в них пока не требовалось.

Верхний город взял на себя Лони. Он больше всего времени из её приближённых провёл среди местных горожан ,соответственно, лучше знал их нужды. Преобразившиеся Потоки возглавил её старик, хотя Лони туда всё ещё продолжал наведываться (Надо же было кому-то тренировочное оружие изготавливать).

У самой принцессы тоже забот было невпроворот. Нужно было чинить поломанную экономику столицы. Девушка взяла за моду самолично инспектировать все государственные службы для переаккредитации. (чем изрядно добавила седых волос своим гвардейцам, А особенно Лони. Который каждый подобный раз был вынужден неусыпно следить через консоль за обстановкой вокруг принцессы). Если служащим и чиновникам удавалось убедить наследницу в своей пользе для города и народа - финансирование возобновлялось, если же нет, их расформировывали и работникам предлагались другие вакансии. Коих за время кризиса появилось предостаточно. Особо отличились стражники. Не сбежавших со службы из-за безденежья набралось едва десяток служивых. Но именно из них сформировался обновлённый офицерский состав.

Конечно, не всё ещё было гладко, что-то требовало корректировок, правок, доводок, но на исходе третьего месяца столица криво — косо, но воспрянула. В порт потянулись корабли, ожила торговля, мелких карманников неуклюже пытались ловить ещё вчерашние грузчики, вышибалы и списанные на берег матросы. Люди перестали бояться выходить на улицу. В переулках снова зарезвилась ребятня, а между домами хозяйки начали развешивать бельё на сушку. Столица приняла и признала Мону. Ей осталось сделать последний шаг - пройти церемонию коронации.

Концовка третьей части

Около ста дней спустя после визита похоронной процессии в Потоки с Дюком, его товарищами и ещё несколькими из жителелей случилось чудесное событие. Во время очередной тренировки врата снова отворились и из них вышел стари, которого он ещё тут не видел, но узнал его по статуе, что стояла возле девушки и держала чашу. Старик скоро проследовал через зал и скрылся в городе. Дюк сначала хотел проследовать за ним, но старик его остановил, велев дожидаться его в зале. Он вернулся в сопровождении группы местных, в которых он с удивлением признал лучших диггеров Потоков. Велев следовать за ним, старик отворил ворота и двинулся вверх по бесконечной ленте ступеней.

***

В отличие от прошлых церемоний, проведённых в узком кругу и с минимальной подготовкой, к этому событию готовились заранее и всей столицей. (почти всей, но об этом позже).Город утонул в цветах. Улицы украсили гирляндами из нарядных лент. Повара и кондитеры наперебой соревновались приготовить лучшие и красивейшие из своих блюд на праздничные столы, что раскинулись по всей торговой площади, на которой и пройдёт основной праздник. Саму церемонию решили провести на дворцовой площади. Которую ради такого случая, Лони превратил в огромный амфитеатр, способный потягаться по вместительности с его любимой ареной.

Из приглашённых были даже жители с Потоков. Но кандидатуры жёстко отбирал сам магистр Хонен. Также они пригласили гостей с квартала ремесленников и алхимиков, но те почему-то отказались, сославшись на чрезмерную занятость. Вообще с этими кварталами с тех самых пор, как их владельцем стал Сольи, начало происходить что-то странное. Сначала простой люд начал избегать туда ходить. Да и мастеровых с алхимиками люди стали очень редко встречать в городе. Потом и вовсе по столице поползли слухи, что в тех местах начали пропадать люди.

Началась церемония с торжественной процессии. Наследница на богато украшенном ради такого случая открытом экипаже не спеша проследовала от городских ворот до места проведения церемонии. Кучером повозки выступил её дядюшка. За ними, чеканя шаг, двигались семь её верных рыцарей, один из которых нёс на богато украшенной бархатной подушке регалию - монарший венец в виде тонкого серебряного обруча, много веков покоившегося на специальной нише вверху истинного трона. Принцесса сегодня впервые к нему прикоснулась, когда перекладывала регалию на место транспортировки.

Простой народ полюбил юную наследницу. Это выражалось и в цветах, что люди бросали на мостовую перед её экипажем, и в здравницах, что они кричали, махая ей руками в попытке привлечь её внимание. Те, на кого падал изумрудный взгляд принцессы - расцветал от счастья, особенно радовались мамочки, на чьё чадо посмотрела наследница.

Цепочка стражников старалась сдерживать толпу, стремившуюся поближе, рассмотреть её Светлость, но справлялись они не всегда. Когда с толпы к карете выбежала маленькая девочка с большим букетом, ближайший стражник было дёрнулся вернуть нахалку назад, но был остановлен взмахом принцессы. Девочка добежала до кареты, но роста дотянуться до её верха у неё явно не хватало. Тогда под изумлённые взгляды горожан мостовая выросла ступеньками, по которым девчушка ловко взбежала наверх и вручила букет принцессе. Та в ответ обняла отважную пигалицу и поцеловала её в чёлку. Выполнив свою великую миссию, девочка заспешила назад к изумлённой матушке.

На дворцовой площади процессию встречал епископ новообразованной церкви со своими последователями. Старик Хонен выполнил своё обещание Томасу, рассказав принцессе, какую помощь оказал им парень, когда они бежали с дворца в Потоки. Принцесса попросила отыскать парня и пригласить его с друзьями, помогавшими им на коронацию. Каково же было удивление девушки, когда она узнала в нём молодого человека, что подкармливал её во время её скитаний по кварталу мастеров. Томас за прошедшее с тех пор время возмужал и подрос. Теперь это был уже не худой попрошайка с несуразной шляпой каким она запомнила его. А статный лидер конфессии, за спиной которого стояли люди с горящими верой глазами. Она также очень поразилась, узнав на нём свой охотничий костюм, брошенный ею, когда она попыталась выйти к людям.

Остановив экипаж у подножия, магистр помог наследнице покинуть карету и проводил её до сцены, передав епископу. Томас зачитал приветственную речь, обильно сдабривая её смутно знакомыми Хонену цитатами из книги, которую тот собственноручно переписывал. Закончив речь, он помог девушке облачиться в тяжёлую монаршую мантию, столь подозрительно похожую своей шерстью, на епископские одеяния. Принцесса, положив свои руки на Священные тексты, произнесла клятву честью и совестью служить на благо короны и её подданных. После чего епископ, помазав главу и руки наследницы елеем, торжественно возложил на главу её венец.

- Власть данной мне Создателем, я Томас, первый епископ Гнездовья, венчаю тебя, Моника Первая на Вельтонский престол.

После благодарственной речи уже Королевы Моники, приглашённые знатные и важные гости по очереди подходили к временному трону, что Лони поставил на сцене для церемонии, и выражая ей свои поздравления, целовали монаршую длань и отходили на свои места.

Парня лет двадцати пяти бодрой походкой подошедшего поздравить её с сим знаменательным событием никто не знал. Он единственный сидел на местах, отведённых приглашённым с кварталов ремесла и алхимии.

- Ваша Светлость, ваш скромный вассал, как и обязывает данная мною клятва, явился поздравить вас в столь знаменательный день! - Девушка, явно уставшая сегодня от шума, суеты и мельтешения лиц, лишь небрежно кивнула парню, подав руку для поцелуя. Когда же до неё, наконец, дошло, кто только что перед ней стоял (не так уж и много у девушки было вассалов, чтобы в них запутаться), парня и след простыл. Но даже не чудесное омоложение некогда дряхлого Магистра Сольи в статного юношу заботило её сейчас. Серебряный ободок, как и предполагала девушка, оказался не просто украшением головы монарха. В момент касания артефакта её главы, весь обзор девушки заполонили разнообразные прозрачные прямоугольники с имперскими текстами. О чём-то подобном она слышала от её старика, когдаон рассказывал ей о консолях. Но там окошки были видны всём, а эти видела только она. Решив проверить догадку, девушка сделала вид, что поправляет причёску и приподняла ободок от головы. Окошки пропали и появились только с возвратом регалии на место.

Изучение всего этого наследия она отложила до более спокойной обстановки. Единственное, куда она заглянула это в прямоугольник, сложенный конвертом и горящий ярко-красным цветом.

- Дом Розуэл пал!

- Дом Кальн пал!

- Династия Орбен прервалась!

Перед ней высветился длинный список сообщений, под которыми в основном стояли даты тринадцати вековой давности. И лишь последнее сообщение было относительно свежим, написанным всего пару лет назад. И горело обычным синеватым цветом:

- Умоляю, кто-нибудь! Помогите! Их слишком много, долго мы не продержимся!

Глава 14

Часть четвертая

Золушка. Завоевание

Первое пробуждение в новой роли. Каково это — быть королевой? Мона ощущала за дверьми присутствие трёх её новых фрейлин. Девушки ежеминутно теребили платья, поправляли непослушные локоны, заглядывали в маленькие карманные зеркальца — всё ли в порядке с макияжем.

Это был их первый день на службе. Вдруг королева останется ими недовольна? Как они посмотрят в глаза родным, столько сил приложившим, чтобы пропихнуть девушек ко двору?

Мона продолжила утреннюю "инспекцию" дворца. Вот пожилой сенешаль накручивал хвосты молодым неопытным горничным, вздумавшим без разрешения отдёрнуть шторы на окнах.

- Запомните раз и навсегда пигалицы малолетние! Утро во дворце начинается с момента пробуждения Её Высочества. И ни минутой раньше! - Девушки, построенные в шеренгу, стыдливо прятали глаза от разъярённого старика, готовые сквозь землю провалиться. И Мона в шутку уже подумывала это им устроить. Но всё же сдержалась - старик был весьма ценным приобретением для двора. Пугать без повода уважаемого человека не стоило.

Следующим её полёту мысли попался средних лет камердинер. Неизменные белые перчатки гуляли по всем горизонтальным поверхностям дворцовых залов, наводя ужас на нерасторопных горничных, порхающих со своими волшебными кисточками по всему, способному удержать на себе пыль. Вот одна из них, как бы мимоходом, игриво подмигнув прогулялась пипидастром по рельефной мускулатуре дежурившего в коридоре рыцаря. Немного смутив вояку своим фривольным поведением. Рыцарь невольно посмотрел вслед явно дефилировавшей ради него удаляющейся красотке. Мона не стерпела такой наглости у себя во дворце. И легонько уколола созданной прямо из стены иголкой в ягодичную мышцу бравому вояке. Гладиатору дважды намекать не потребовалось и он, покрывшись холодным потом от осознания кто сейчас за ним наблюдает, впился пристальным взором в противоположную стену, напрочь игнорируя любых созданий женского пола, проходивших мимо. Надо ли говорить, что у той пигалицы, что пыталась соблазнять её бойца, утро сегодня очень не задалось. Всё валилось из рук, вещи падали, она спотыкалась на ровном месте. Форма цеплялась не пойми за что, и на переднике было выдрано уже три клина.

Нет, Мона нисколько не была против отношений её бойцов с девушками, но только не во время дежурств.

Мысленно нагулявшись по дворцу, девушка потянулась на огромной пышной, кровати, которую она велела перетащить в тронный зал из бывшей королевской спальни. Пора было начинать день.

***

Двери в зал медленно пришли в движение. Софи Оберанская спешно взяла поднос с умывальником и направилась в залу. С лёгкой паникой в глазах её новые подруги пытались справиться со своими ношами. У Мари это были аккуратно сложенные одеяния, а у Жанет большой поднос с дамским туалетом.

-Доброе утро, Ваше Величество. - Выстроившись рядком у одра девушки в один голос, поприветствовали королеву, при этом склонились в глубоком поклоне.

-Доброе утро, девочки. - Её Величество присели на край кровати, позволив девушкам приступить к своим новым обязанностям. Первой к ней подпорхнула Софи. Она перехватила поднос левой рукой, расположив его над коленями Высочества. Правой же рукой, взяв кувшин с водой, девушка тонкой струйкой принялась лить воду. Королева сначала сполоснула руки, а затем, набрав ледяной бодрящей водицы в ладони, умыла личико. Нарушник свисал с плеч Софи, так что, закончив омовение, ЕёВысочество, насухо отёрлась его краями. Ещё раз поклонившись, девушка уступила место следующей. Сначала, видя, что ей некуда пристроить поднос, девушка замерла в нерешительности. Видимо, заметив её смущение, королева взглядом указала куда-то ей за спину. Обернувшись та, обомлела. Она могла поклясться чем угодно, что этого столика ещё мгновение назад тут не было. Отложив на него водонос, девушка вернулась помочь Мари переодеть Её Величество. Они вдвоём взялись за полы её ночной сорочки и потянули её наверх. В следующее мгновение все три девушки вскрикнули от ужаса. И тут же осознав, что натворили, повалились ничком перед обнажённой королевой, умоляя о прощении.

- Вы что шрамы никогда не видели? - Юное и фигуристое тело её Высочества сплошной сетью покрывали различной формы и размера рубцы. Даже на точёных, словно скульптура, телах гладиаторов Её Высочества, их было на порядок меньше. Королева подняла побелевших от ужаса фрейлин, позволив тем продолжить свои занятия. Обрядив ту в свежее бельё и свободное платье, все три девушки, видимо, в качестве извинения за минутную слабость, принялись с тройным усердием приводить внешность монархини в надлежащий вид.

***

- Наставник, а что тут написано? - Дюк своим усердием к тренировкам заслужил толику уважения у молчаливого рыцаря. И тот даже иногда отвечал на его вопросы, если, конечно, считал полезным для самого парня.

- Лишь достойный войдёт дверьми совершенства. - Наставник при этих словах немного покраснел. Нечего молодому ученику знать, что могучий воин, в одиночку стоивший целой роты, так и не научился читать, а сам подслушал у своих воинов, как звучит надпись.

- А как стать достойным? - не отставал Дюк.

- Победи стража врат в честном бою. - Изрёк рыцарь. А сам принялся наблюдать, как бледнеет и меняется лицом парнишка. - Да пошутил я, успокойся. - он одобряюще хлопнул мальчишку по плечу. - Достаточно продержаться в бою минут десять. - Судя по лицу парня, тот серьёзно призадумался. А у рыцарей — стражей отныне начнутся весёлые дежурства в ранее спокойных Потоках. Пусть тоже займутся воспитанием молодёжи, не всё же ему одному впахивать.

Лони всё явственней ощущал нехватку кадров. Его многострадальные гладиаторы пашут как проклятые, едят и спят урывками. Про увольнительные боятся даже заикаться. На новообразованную стражу пока надежды особо нет. Да они стараются, но всё ещё остаются зелёными новичками. Хорошо если хоть каждый пятый знает, с какой стороны держаться за меч. И хоть за порядок на территории верхнего городаон пока не беспокоится (покрайней мере в свои смены у консоли), его сильно тревожит обстановка на четырёх основных трактах. Разбойники из бывших стражников никуда не делись, просто теперь они боятся соваться на территорию столицы. Зато в округе бесчинствуют с двойной силой. Пока что торговцы справляются, нанимая дополнительную охрану. Но долго так продолжаться не может. Безопасность трактов обязана обеспечивать корона. Вон наёмники стали потихоньку взвинчивать цены на эскорт, оправданно ссылаясь на возросшую опасность путешествий. Если торговцам станет невыгодно торговать со столицей, то экономика города рухнет, ибо целиком на ней и держится пока. Хотя раньше здесь ещё делали неплохие доспехи с оружием да зелья, но этот безумец Сольи превратил ремесленнические кварталы в непойми что. Простой люд те места за версту обходит. В районах частенько стали пропадать жители. В основном молодые парни и девушки, иногда даже дети.

***

Такими темпами старик Хонен скоро превратится в живой труп. Сколько он уже торчит в этой проклятущей консоли? Магистр уже забыл, когда нормально спал. В последнее время он вырубался прям тут, на полу. Щёки и глаза впали, последние так и вовсе обзавелись темнючими синяками, превратив и без того мрачноватого старца в истинного упыря, от которого шарахались даже крысы. А всё дело в треклятых служащих коллекторов, точнеев их отсутствии. Все рабочие, жившие в ремесленнических кварталах, один за другим перестали выходить на работу. И теперь все их обязанности исполняет он один, проталкивая мусорные завалы по тоннелям, там, где это необходимо.

***

Куда податься, оставшемуся без хозяина, верному цепному псу, которым Велимир всегда себя ощущал и нисколько этим не тяготился? Наоборот, на службе всегда всё было чётко и понятно. Но теперь господин мёртв, и жизнь-служба потеряла всякий смысл. И всё из-за этой беспутной девки. Вопрос трудоустройства, он с отрядом решил быстро. Почти все его бывшие подчинённые в безденежье решили попытать удачу на большой дороге, грабя проезжих. Он же решил присоединиться и возглавить это стихийное движение, подарив ему цель и стимул — испортить жизнь новой недокоролеве.

***

Сольи не мог нарадоваться своему обновлённому телу. Как прекрасно просыпаться не оттого, что у тебя что-то болит, а потому, что ты просто выспался. Эта дурочка — королева даже не догадывается обо всех возможностях древнего механизма и использует его всего лишь на несколько процентов. А их предтечи достигли небывалых научных вершин. Они заглянули в саму основу материи, научившись превращать её в энергию. Именно она столько столетий питает древние механизмы не иссякая. Они создали удивительнейшие псевдоразумные механизмы для облегчения своего быта. А уж каких вершин понимания сути человека и других живых существ они достигли - трудно даже осознать. Благодаря их познаниям в медицине он сейчас щеголял почти молодым телом. А то, что для этого пришлось разобрать на донорские органы столько подопытных, было для него лишь издержками науки. Такие великие деятели науки и медицины как он, вообще редко отягощались проблемами морали и этики. Древние вон в определённые моменты своей истории создавали целые концентрационные лагеря, чтобы ставить научные и медицинские опыты на благо прогрессу. Вдохновившись их идеями, Сольи, для эффективного содержания подопытных, обустроил подконтрольную ему территорию подобным же образом.

***

Томаса всё острее беспокоила проблема жуткого соседства. Он никак не мог понять, как такая славная правительница допустила к власти такое циничное чудовище. Или может именно обретённая магистром власть его так испортила. У него в голове не укладывалось то, что он каждый день наблюдал за стеной. Там реально мучились и страдали люди. И самое паршивое было то, что он почти никак не мог им как-либо помочь, но не переставал искать возможности.

Ещё парень столкнулся с чем-то непонятным. Он детально разобрал уже две трети текста и приступил к разбору оставшейся части. И чем глубже он вчитывался в строки, тем больше у него создавалось впечатление какой-то неправильности. Словно они занимаются чем-то, что уже потеряло актуальность. По крайней мере, в своей сути. По логике и ощущениям, первая часть книги являлась как бы подготовительной. Рассказывала что правильно, а что нет, что можно делать, а что нельзя. А вот вторая часть уже близко знакомила с самим Создателем и как жить с ним в гармонии. Пришлось им тщательно пересматривать и изменять обрядовую часть под новые условия.

***

Очень быстро Мона осознала, что несмотря на кажущуюся власть и свободу, на самом деле она оказалась связанной по рукам и ногам. Взять хотя бы такую простую вещь, как обсуждение планов и поиск решений возникших трудностей. Раньше, она просто брала и шла к тому, с кем хотела поговорить и что-либо обсудить. Сейчас же ей было необходимо делать это в рамках аудиенций и встреч, что очень бесило. Девушка реально потратила целый день на то, что друзья могли ей рассказать за пару минут. Да, конечно, кроме её приближённых с ней желали встретиться и простые жители. Но получалось, что те и так озвучивали в основном вопросы, поднимавшиеся её приближёнными. Поэтому наплевав на плотный график и распорядок, она велела созвать совет ближников.

Сама девушка, отправив фрейлин отдыхать, облегчённо выдохнула. Всё-таки она никак не могла привыкнуть к постоянному обществу этих девочек, подсунутых ей соседними баронами. Нет, их дочери, конечно, были славные: воспитанные, образованные, начитанные. Могли непринуждённо поддержать разговор на любую тему. От них королева очень многое узнала о жизни в соседних городах. Как простых людей, так и самой знати. Девушки буквально заглядывали королеве в рот, готовые выполнить любую её прихоть. Но всё же она старалась особо с ними не откровенничать, несмотря на то, что им была очень интересна их новая правительница.

Сама же приступила к подготовке зала к собранию. Напротив входа, прям в центре она разместила стол в виде огромного, средней ширины, кольца. Оставшееся в центре пустое пространство, она заполнила детальным макетом всей столицы. Конструкция получилась впечатляющей. Чтобы иметь возможность обозревать её полностью, саму плоскость стола она приподняла вверх, на уровень верхнего города. Остальные ярусы, как и в реальности каскадом спускались, фиксируясь друг к другу системой тоннелей и проходов. Какие-то элементы были воспроизведены очень детально. Другие напротив, чтобы не загораживать важные элементы, были схематично-прозрачные в виде сетки-каркаса.

Сразу под верхним городом раскинулись бывшие ремесленные кварталы. Девушка хоть и начертала их текущую детальную компоновку, но во что они сейчас превратились затруднялась даже предположить. Абсолютно чужеродно смотрелись в них владения церквей на общем фоне их окружения, поскольку почти полностью сохранили первозданный вид кварталов. Раньше на поверхность вело большое количество путей, раскиданных по всему городу, сейчас же остались только два центральных. Остальные по просьбам перепуганных горожан они были вынуждены убрать. Дальше вниз, на уровни коллекторов, как и раньше, вело два основных маршрута и целая паутина канализационных магистралей. Аналогичные трубы были равномерно раскиданы и по верхнему городу, огибавшие нижние кварталы на пути к коллекторному ярусу. Там все они группировались в более крупные трубы, которые уже и направлялись в Потоки. Особняком она выделила недавно созданные пути между фазендой консолями и замком. А также лестницу восхождения, что огромной спиралью вела от учебного зала до арены верхнего города. Был там ещё и секретный спуск ведущий прямиком в фазенду, но им пользовалась только смена караула. По спирали лестница вела не просто так. Она также являлась частью испытания будущей элиты воинов на выносливость. На всём протяжении этого пути, насчитывающего не одну тысячу ступений, нет ни единой площадки для отдыха. Более того, стоит путнику остановиться на любой ступени более нескольких секунд - срабатывает скрытый защитный механизм и все ступени немного наклоняются вниз, образуя абсолютно гладкую поверхность, на которой невозможно удержаться. Нижние ворота при этом раскрываются настежь, чтоб очередной несостоявшийся претендент не расшибся о них. Ступени, зал и коридор со статуями непрерывно омываются небольшим источником, что расположен в самой верхней точке лестницы. Во-первых ради гигиены, и к этому факту уже давно привыкли все жители Потоков, а вот что во-вторых... Станет для них сюрпризом. При полевом испытании системы, гладиатор с самой верхней отметки докатился аж до середины старого города. Благо что крупных объектов там давно уже не осталось. Жители почти полностью разобрали завалы, некогда бывшие их домами и перетаскали их либо к себе, либо в потоки.

Несмотря на позднее время и сильную занятость, друзья явились в течение часа. Магистр Хонен с её первым рыцарем и семёрка гладиаторов, экстренно снятая со своих постов, заняв места за столом восхищённо разглядывали очередной шедевр королевы. И если для её вассалов увиденное частично было знакомо, благодаря возможностям их консолей. То гладиаторы, словно дети, которым показали новую игрушку возбуждённо обсуждали макет, периодически указывая на какую-либо его часть, рассказывая истории, что в этих местах с ними когда-то приключилось. Время каждого из присутствующих было сейчас бесценно, а потому она, призвав к тишине, объявила начало.

Глава 15

- Тишину, пожалуйста. - Дождавшись пока возбуждённое обсуждение макета затихнет, королева продолжила. - У меня для вас две важные новости, способные повлиять на нашу основную проблему с нехваткой воинов. Первая - сегодня во дворец прибыл гонец, сообщивший, что ушедшая год назад в освободительный поход армия королевства успешно справилась со своей задачей — помощью союзному монарху и через четыре месяца вернётся в столицу. - Между бойцами послышались радостные реплики, которые, впрочем, Её Высочество подпортила второй новостью. - Во главе похода был поставлен Хельген - брат Велимира, правой руки погибшего регента. По слухам, этот северянин отличный мореходец и отважный воин.

- Какова численность войска? - Лони тревожно забарабанил по столешнице пальцами, но из-за высокой плотности материала, действо не сопровождалось характерными звуками.

- Общая численность ушедших в поход — четыре тысячи воинов. - Вздохи и удивлённые свисты сопровождали новость. - половина из них — сводные части наших соседей. Четыре сотни тяжёлой пехоты, три сотни кавалерии, шесть сотен копейщиков и семь сотен лучников. - Королева шепнула ближайшему рыцарю передать прислуге, что дежурила сейчас у дверей зала, принести им холодных напитков. - Остальные воины схожего состава из столичных гарнизонов.

- Что он за человек, этот северянин нам точно не известно, но если он столь же верен почившему регенту, как и его брат, то нас ждут серьёзные проблемы. - Мнение Лони в этом вопросе было авторитетно, ибо его люди больше всего страдали от выходок шайки Велимира.

- Могу предположить, что если мы не решим к тому времени вопрос с бандитами, то рискуем приобрести во враги и всю армию в придачу. - Хонен сам разлил из принесённого кувшина питьё, поскольку служанок в зал не пустили.

- Дядя, а что там у тебя за проблемы с Потоками? - Старик как раз наливал добавки Высочеству, попав в её поле зрения.

- Рабочие с ремесленных пропали. - Старику тема была явно болезненна, он аж скривился, словно хлебнул уксуса. - Срочно нужны люди, но жителей верхнего туда не затащишь.

- Так позови с Потоков. - Идея Её Величеству казалась вполне удачной. Это должно было ещё больше интегрировать жителей её родины в социум столицы. Она вообще мечтала сделать когда-нибудь открытыми друг для друга эти два таких разных мира.

- Кого? - Можно подумать, старик не рассматривал этот вариант. - Ты можешь представить, к каким последствиям приведёт появление у местных валюты и выход наверх? Я вот затрудняюсь. Да и кого бы мы ни допустили к этой кормушке, банды же им совсем житья не дадут. Боюсь даже диггерам с ними тогда не совладать.

- Ну и отдал бы бандам! - Решение ей казалось вполне логичным. Если кому и открывать доступ к благам цивилизации, то сначала именно им. Каста диггеров со временем и так себе на поверхность тропинки найдёт. То же касается и будущих воинов. А простым обывателям, ничем себя особо не проявившим и нечего там особо делать.

- Этим-то снобам?! - Королева сразу смекнула, что сейчас старик набычился на них из-за своего диггерского прошлого. И он готов даже один за всех впахивать, лишь бы не допустить их до такого лакомого куска.

- Это ты ещё с аристократами не общался. - Девушку начинал бить озноб от одного только воспоминания о её редких встречах с этими неприятными личностями в особняке почившего барона, когда тому приходилось демонстрировать наследницу своим союзникам. Вот тогда она вдоволь вкусила и их снобизм, и презрение и много ещё чего. - Короче, дядюшка, хватит ерепениться. Либо ты договоришься с атаманами о дежурствах в коллекторах, либо я лично туда отправлюсь решать этот вопрос!

- Хорошо, сделаю. - Тон ответа старика был явно недовольным, но перечить любимой дочурке он не стал. Да и знал её упорство — может и вправду сама туда явиться шороху наводить.

- Лони, что там с разбойниками? - Этот вопрос также следовало решать как можно быстрее. Желательно до возвращения армии.

- Живут и здравствуют сволочи. - Лони попытался от огорченья данным фактом стукнуть кулаком по столу. Только вот желаемого эффекта не произвёл. Лишь напрочь отбил себе руку. - Аккуратные гады. Бьют исподтишка. Как жареным запахнет — тут же затихают. А как опасность минует — снова лютуют. Сколько рейдов и облав не посылал — всё без толку. Они словно заранее о них знают.

- Ну тут и гадать не нужно. - Встрял в разговор старик. - Вражина у тебя затесалась. Вот и сливает всё врагам.

- Скорее всего. - Опустил тот голову от стыда за своих подчинённых. - Но что делать — не знаю.

- Да, интриги и поиск шпионов, это, конечно, не твоё. - Королева положила ладонь на поникшую голову рыцаря. - Тут бы лучше дядюшка управился.

- Да когда ж, мне. - Махнул старик рукой. Дел вон невпроворот... было.

- Вот и славненько. Как разберёшься с Потоками, помоги Лони выявить стукачей. А то непорядок — темница с пыточной простаивают. - Девушка заговорщически улыбнулась. - А на разбойников предлагаю устроить карательный рейд, но посторонних привлекать не будем.

***

Дюк обрёл смысл жизни. Теперь он знал — чтобы снова оказаться в том дивном месте на поверхности, куда их водил магистр во время церемонии коронации, и опять вкусить тех изумительных блюд, которыми их там кормили, нужно лишь какое-то время продержаться в бою против рыцаря стража. В последнее время даже его товарищи перестали быть для него серьёзными противниками, поскольку только он так рьяно посещает зал тренировок. Они же лишь тянулись за ним, стараясь сильно не отставать. Но из-за лени и саможаления занятия посещали урывками. Поэтому парень взял в привычку каждое посещение вызвать стража на бой. Чем удивлял и смешил своих товарищей. Ибо по началу поединок обычно оканчивался с первого же выпада, причём без разницы чьего. При любом раскладе он стабильно оказывался на грунте, отдельно от своего оружия. Но поднимался и снова рвался в бой. Движения стража не были какими-то сверхбыстрыми или же сильными. Нет, тот двигался примерно с той же скоростью, что и сам Дюк, но его тело всегда плавно уходило с траектории удара парня, используя для этого минимум движений. Одновременно с этим по парню наносился точный и уверенный удар, либо вообще толчок, выводящий того из равновесия, обезоруживающий и отправляющий на встречу с грунтом. Поняв это, Дюк стал внимательно следить за манерой движения оппонента, стараясь её скопировать. Сначала у него ничего не выходило - тело отказывалось слушаться и двигаться как положено. Часто ему не хватало гибкости, точности. Поэтому, кроме простого махания учебными макетами, он начал выполнять различные упражнения, по его мнению, развивавшие необходимые для него движения и навыки. Некоторые из них ему подсказали сами стражи, сжалившись над неумелыми трепыханиями паренька. Смешки товарищей стали пропадать, когда Дюк перестал валиться в первые же моменты схватки. И с утроенным рвением принялись навёрстывать упущенное.

***

Хонен миновал тренировочный зал и направился к стене. Страж отдал ему воинское приветствие, стукнув кулаком себе в грудь, и вернулся к тренировке мальчишки. Трудно передать, как не хотелось ему туда идти. Он был готов на что угодно, только бы не общаться с этими высокомерными отбросами. Он ни с кем никогда не делился подробностями своей жизни, потому как Потоки не терпят соплей и сантиментов.

Своих родителей он не помнил. Говорят, его матушка скончалась при родах, а своих отцов в Потоках знают вообще единицы. Его воспитывала тётушка Ила. Впрочем, не его одного. Огромного женского сердца хватало на почти два десятка разновозрастной малышни, которые всегда тянулись к доброй, улыбчивой женщине, для каждого у неё находились слова утешения, ласки и поддержки. Он был совсем ещё юн и особо не представлял, откуда берутся средства на содержание такой прорвы всегда голодных ртов. Лишь повзрослев сам, он случайно узнал от пожилой "мамки" ночных бабочек, что Ила, сама в молодости была одной из них. Но получив однажды серьёзную травму от клиента навсегда лишилась возможности как работать в данной сфере, так и иметь собственных деток. Сначала она принялась скатываться на самое дно, спиваясь и занимаясь тем, о чём стыдно было рассказывать даже этой прожжённой жизнью матроне. Но однажды её судьба резко переменилась, когда её бывшая "коллега" чтобы скорее выйти работать, попросила её присмотреть за своим новорождённым сыном. Словно пелена в тот момент спала с её опухших глаз. Она, видимо, осознала, что жизнь всё ещё продолжается и не всё у неё ещё потеряно. Так, она и стала приёмной мамочкой, деткам ночных "фей". В благодарность за помощь, Илу подкармливали все представительницы древнейшей профессии в Гремучем потоке. Даже те, что ещё не обзавелись своим потомством. Ведь от этого никто из них не был застрахован.

Со временем, когда самые первые детки, повзрослев, встали на ноги и сами смогли трудиться, кто в чём был горазд и начали помогать своей доброй матушке, у неё появилась возможность брать под своё крыло даже простых сирот, которых на улицах Потоков всегда было предостаточно.

Беда пришла, откуда не ждали. Видимо, прослышав о состоятельной женщине, способной прокормить целую прорву ребятни, к ней явился сам атаман Гремучки, потребовав от неё плату за защиту в его районе. Девушка отказалась, честно заявив, что все получаемые ею средства от благотворителей она расходует исключительно на детей, ничего не оставляя даже себе. Атаман ей не поверил и сначала прилюдно избил безответную женщину, прям посреди Гремучего Потока, а затем когда на её защиту бросились её старшие детки, его бойцы жестоко расправились сначала с ними, а потом и с самой женщиной, якобы натравившей на них своих воспитанников. На проводы в одинокий остров погибших в тот день явился практически весь поток. Хонен тогда был совсем ещё юн и не понимал особо, что происходит. Он только стал свидетелем той бойни, от которой его скулы свело яростью, а с кулачков закапала кровь от ногтей, впившихся в ладони.

Атаман лишь позже осознал, какую глупость тогда совершил, когда в его банде один за другим в страшных муках скончались его бойцы, любившие посещать ночных бабочек. Да и сам он тогда чуть не отправился на тот свет, лишь чудом выжил. С тех пор он больше ни разу не пользовался их услугами и вообще обходил стороной их кварталы.

И вот сейчас Хонену предстояло общаться и с этой сволочью тоже. Ему огромных усилий стоило не порешить эту тварь на сменах в консоли. И он не знал, сможет ли сдержаться, встретившись с мразью лицом к лицу.

***

- Вот эти сочетания символов читаются как "на", а вот эти как "га". - Обучением грамоте своего рыцаря, Мона вынуждена была заниматься самостоятельно. Ибо он наотрез отказался раскрывать эту тайну кому бы то ни было постороннему. И каждый раз девушка краснела от подробностей тех слухов, что распускали её служанки, когда рыцарь уединялся с ней в зале на целый час. Хотя, если быть честной, в глубине души она была бы не против, что-нибудь из обсуждаемого испытать. Но Лони был сильно озабочен лишь учёбой. На робкие попытки сближения девушки не обращал внимания. Вот она как бы случайно касается его руки, якобы поправляя кривую букву. Или излишне сильно наклоняется вперёд, маяча прям перед глазами парня соблазнительными бугорками, и позволяя тому заглянуть гораздо глубже, чем это обычно позволяет покрой платья.

- Да как так то! - В его мощных руках сломалось очередное перо. - Там же в слогах разные буквы стоят! - Парню очень тяжело давалась грамота. Что явно его сильно тяготило. И это они застряли в самом начале. Гувернантка с королевы получалась посредственная. Хоть она и старалась делать всё в точности как её наставница когда-то. Но очень многого из того она просто не понимала особо, и бездумно копировала всё то, чему учили её в имении. К её облегчению, со временем некоторые моменты обучения она для себя переоткрывала заново, раскрывая истинную суть всех этих нудных и монотонных упражнений, которыми её мучили в своё время. Это как с привычным для неё боем. Необходимые для дальнейшего развития навыки можно было наработать лишь многократным неторопливым, внимательным и скрупулёзным повторением одних и тех же движений.

***

- Мамочка, мне страшно! - худенькая девчушка с впалыми глазами и острыми от истощения скулами как могла, крепко обнимала женщину в лохмотьях. Её обессилевшие пальчики старались поглубже закопаться в обрывки тканей, служивших женщине одеждой. Холодный тёмный барак, в котором их всех содержали, был наполнен тихими стонами, болью и отчаянием. Когда они сюда попали, здание было переполнено, так что им не всегда удавалось найти нормальное место для ночлега. Ситуация со временем переменилась, но радости это не добавило. Каждое утро изверги-надсмотрщики куда-то уводили очередного несчастного, и больше его никто не видел. Это порождало среди оставшихся слухи один ужасней другого.

-Не бойся малышка, Создатель нас защитит. - До пленения женщина жила в Гнезде, и часто заслушивалась чудными историями, которые рассказывал этот странный парнишка. Сама, конечно, она в эти сказки не верила, но дочку нужно было хоть как-то успокоить. Девочка была совсем слаба, и держалась за жизнь лишь своим упорством. Отчаяние и потеря воли к жизни для неё была бы подобна смерти. В этом месте чаще всего убивал не голод и болезни, хотя и они присутствовали. Самое страшное было это потерять волю к жизни. Она вдоволь уже насмотрелась на обладателей пустого взгляда, что сами кидались на мечи охранников, либо другим способом находившие способ покончить с собой.

- Мама а Создатель добрый? - девочка посмотрела на маму такими глазами, что у той от боли сжалось сердечко. Она и так старалась большую часть своей пайки, выдаваемой на пропитание, отдавать дитю. Взрослый переносил голод и жажду гораздо легче ребёнка.

-Добрый милая, он самый добрый на свете! - Мама ласково погладила её голову непослушной рукой.

- Тогда почему он не прекратит весь этот ужас? - Девочка тихонько всхлипывала, смотря на всех здесь собравшихся бедолаг.

- Он не может вмешиваться в жизни людей без их просьбы и разрешения. - Она слышала нечто подобное среди рассказов Тома.

Лязгнул засов, и все обитатели барака вздрогнули. Раздался металлический скрип и потёмки разрезал пополам, пробившийся через дверной проём, луч тусклого света. Она почувствовала, что дочка тратит последние силы, чтоб ещё сильнее вжаться в неё.

Надсмотрщик вошёл внутрь и направился к противоположной от двери стене, где сегодня как раз разместились они. С каждым его шагом, страдальцы, напротив которых тот оказывался, усердно вжимались в стены, лохмотья или пытались прикрыться от его цепкого ищущего взгляда своим соседом. Мазнув по ним взглядом, он спешным шагом направился прямо в их сторону. Женщина мысленно истово умоляла Создателя, чтобы не к ним. Но к её ужасу, он остановился прямо напротив них.

- Тут ребёнок! - Крикнул он оставшемуся у дверей бугаю, и потянулся рукой к голове дочки. По осунувшемуся обветренному лицу женщины потекли обжигающе-соленые слёзы бессилия.

- Нет, умоляю! - Она попыталась остановить его руку, но куда там. Женщине огромных усилий стоило даже просто протянуть руку вперёд, не говоря уже о том, чтобы мериться силами со здоровым мужиком. Он играючи отшвырнул её руку и схватил девочку за сбитые в колтуны волосы, повернув ту лицом к свету.

Глава 16

- Тьфу ты! Девка! - Он швырнул ту обратно в обрадованные объятия матери и двинулся к другой замеченной им цели.

Женщина вцепилась в родное тельце до побеления пальцев, не желая больше расставаться с ней никогда.

- Создатель, сохрани! Создатель, защити! - услышала она еле слышный шёпот ребёнка, когда приблизила её головку к своей. - Мамочка, мне больно! - Она сама не заметила как излишне сильно сжала испуганного ребёнка, но опомнилась от её слов, ослабив объятия.

***

Миновав величественные статуи, Дюк начал с разминки. Побегав по кругу пока не вспотел, он принялся разогревать суставы и сухожилия. Он старался двигаться поактивней, чтобы тело не успело остыть. Закончив разминочный комплекс, направился к стене с оружием. Больше всего ему понравилось работать с длинным мечом. Кинжалы и короткий были для него слишком маленькими, не позволяя парню раскрыть весь их потенциал. Разная экзотика типа булав, топоров и молотов ему не особо нравилась, да и ориентирована была скорее на физическую мощь воина. Мечи с искривлённым лезвием вроде сабель, шашек и катан требовали особого стиля обращения, что вкупе с односторонней заточкой вызывали у парня некоторый дискомфорт при обращении с ними. Двуручный меч и различные древковыеорудия были ему неудобны из-за длинны его конечностей. С нимион постоянно в них путался, норовя самсебе сделать подсечку, либо потерять равновесие от чрезмерно широкого замаха. Поэтому основным боевым товарищем на протяжении уже очень длительного времени для него стал простой длинный меч. Он идеально ложился в руку, как бы становясь её продолжением. Он так привык к его весу, размеру и балансировке, что мог орудовать им даже с закрытыми глазами без риска отбить себе мениски и уши с плечами. С этим оружием у него дольше всего получалось противостоять стражу в спарринге. Но до хорошего бойца ему было, конечно, ещё очень далеко.

Перехватив поудобней оружие, парень приступил к отработке движений. На самом деле у воина с оружием не так уж и много вариантов ударов. Либо рубить, либо колоть противника. Экзотика позволяла ещё и наносить увесистые дробящие повреждения. Он тоже мог, конечно, огреть оппонента гардой, но из-за общей массы меча и слишком короткой дистанции это было скорее исключение, так им ни разу и не реализованное за всё время работы с этим оружием.

Как уже было сказано выше, количество вариантов ударов определённым орудием весьма ограничены. Но тут в дело вступают различные нюансы. Вообще, для парня стало настоящим открытием, что хорошее обращение с оружием невозможно без умения правильно перемещаться в бою. Очень многое зависело от того, куда и как смещается тело во время замаха. В каком положении он оказывается в результате попадания либо промаха, имеет ли возможность без задержки и подготовки нанести следующий удар. И всё это должно быть вбито в мышечную память бойца, поскольку времени на раздумья в бою нет.

Да даже простое, на первый взгляд, дыхание порой играло немаловажную роль в сражении. Сколько раз он был вынужден выйти из боя лишь потому, что ему не хватало дыхания сражаться дальше.

Его товарищей в зале ещё не было. А так можно было бы провести групповой бой, чтобы поработать над смещением от удара. Поэтому он решил попрактиковаться со стражем, в очередной раз произнеся ставшую уже ритуальной, форму приглашения на бой.

Воин, приняв вызов, не торопясь, направился к стене с оружием. Взяв себе аналогичный оппоненту меч, он повернул в стене на пол-оборота диск в специальной нише. Внутри таких дисков обычно размещались два воронкообразных стеклянных сосуда, соединённых друг с другом тонкими носиками. Внутри сосудов был насыпан мелкий беловатый порошок, происхождение которого парню было неизвестно. Покрайней мере ничего подобного в Потоках ему не встречалось. При повороте диска порошок из одного сосуда начинал тонкой струйкой пересыпаться в другой, отмеряя тем самым определённый временнойпромежуток до полного опустошения верхнего сосуда. Он уже знал, что эти"часы", как сами называли их стражи, отмеряли ровно десять минут.

Бой начался. Оппоненты принялись прощупывать защиту друг друга, впрочем, экономя силы. Дюкболее менее уже научился читать движения противника, по разным мелочам, незаметным простому взгляду. Вот напряглась мышца груди вкупе с началом шага с левой ноги. Из этого положения страж может нанести лишь левый нижний косой удар. Он смещается чуть вперёд и влево – уводя своё тело с возможных траекторий удара, одновременно сам готовя правый нижний удар и прикрываясь от возможного финта оппонента своим клинком. Такие обмены стали для него уже обыденностью, так что особых трудностей не вызывали. Сложнее дело обстояло с горизонтальным боковым замахом. От такого было не увернуться (не будешь же валиться на землю, пропуская меч над собой, да и перепрыгнуть такое было затруднительно). Единственными адекватными действиями было либо принять на жёсткий блок, с немалым шансом лишиться оружия, либо разорвать дистанцию, но на это требовалось много силы и энергии, либо сблизиться вплотную к оппоненту, но на сверхнизких дистанциях со стражем было очень тяжело работать. Левый боковой был удобен тем, что при сближении выводил его чуть за спину оппоненту, вынуждая того либо разворачиваться с замахом (к которому он теперь был всегда готов), либо самому разрывать дистанцию, а это лишняя трата сил. Хотя Дюк вообще не представлял этих монстров выдохшимися. Тем не менее воин предпочёл менее затратный вариант, нанеся удар с разворотом. Дюк тут же его отвёл косым снизу, вынудив стажа сместиться с неудобного положения в сторону. Они вновь оказались в исходных позициях, готовые продолжать танец. В самом начале своих тренировок со стражами он частенько поглядывал на часы, смотря, сколько там ему ещё осталось продержаться. Но со временем, осознав — как же ему ещё далеко до уровня этих воинов, он совсем перестал смотреть в ту сторону. Тем более, как он опытно успел выяснить, данные действия мешали ему нормально сражаться. Во-первых, сам факт переключения внимания (даже на короткий миг) ломал рисунок боя, зачастую приводя к поражению. Во-вторых, стоило ему продержаться хотя бы чуток больше обычного, перевалив за половину отмеренного времени, он начинал волноваться, совершать лишние движения, да и при волнении заметно учащался пульс и, соответственно, дыхание. Что неизменно приводило к досрочной сдаче.

Поэтому, когда со стороны стены раздался характерныйщелчок, то он не сразу сообразил, почему страж вышел из боя и отдал ему воинское приветствие, которым те обменивались только между собой. Когда же он увидел, что отмерянное время уже истекло, то не поверил своим глазам. Неужели он, наконец, справился?!

Вошедшие в зал товарищи Дюка стали свидетелями знаменательного, для всех Потоков, события. Их товарищ сделал первый шаг на тропе совершенства. Врата пред ним распахнулись и он под изумлённо — завистливые взгляды товарищей, проследовал внутрь.

- Приятной тебе поездки. - Дружелюбно напутствовал его страж, хлопнув того по плечу, когда Дюк проходил мимо.

Двери затворились за парнем, а его друзья всё ещё стояли посреди зала с открытыми ртами.

- Советую вам уйти с центра. - негромко предупредил их воин, и сам улыбаясь отошёл, прислонившись к стене, словно чего-то ожидая. Дважды им повторять не пришлось, ребята отошли к краю зала, встав рядом с одним из тренировочных манекенов. Мгновения тянулись за мгновениями, и долгое время ничего не происходило. Ребята даже расслабились, активно обсуждая событие, свидетелями которого только что стали. Как вдруг створки с громким звуком резко отворились, и оттуда послышался протяжный, быстро приближающийся крик. И этот голос парням был явно знаком. Дюк пролетел мимо них со скоростью брошенного камня, оглашая попутно всю округу различными ругательствами, некоторые из которых они даже успели разобрать.

Очень злой парень вернулся в зал спустя некоторое время. Его внешность претерпела перемены. Волосы были взлохмачены, одежда местами зияла свежими дырами, сам он с ног до головы был мокрым и грязным. Несмотря на явную травму (он прихрамывал на левую ногу), парень схватил со стены свой меч и направился к заливавшемуся смехом стражу. Второй раз за день, произнеся формулу вызова, он направил остриё меча всё ещё хохочущему воину в лицо.

- Нет парень, прости, но в таком виде ты мне не соперник. - Воин отвёл в сторону его деревяшку и уже серьёзным голосом продолжил. - Оклемаешься от травмы, приведёшь себя в порядок, тогда и поговорим.

Не сказав ни слова, парень, крутанувшись на каблуках, покинул зал, кинув свой меч одному из товарищей.

Это событие навсегда переменило досуг местной ребятни, добавив в арсенал их развлечений аттракцион с водяной горкой. Пронюхав от старших о случившейся с их другом поездке, они быстро смекнули, как было бы здорово покататься с такой горки самим. В течение недели ребятня неотступно осаждала нервы отважных стражей, с просьбой дать им пропуск на тропу выносливости. В итоге отважные воины были вынуждены согласиться пускать детей на тропу, как бы авансом, минуя основное испытание. Здраво посчитав, что такие упражнения станут для них досрочным стимулом развивать выносливость. Но это условие касалось только нетерпеливой ребятни, старшим же ребятам, как и прежде, необходимо было пройти испытание.

Впрочем, непоседливое юное поколение нашло себе и другие источники адреналина и проблем на свою мягкую точку.

Один из таких видов развлечений были определённые манипуляции со статуями в центре площади. Например, девушкам очень нравилось касаться точёных фигур стоявших там воинов. По слухам — это помогало найти себе хорошего жениха. Парни же безбоязненно могли касаться лишь туфелек и ладоней, стоявшей под водопадом красавицы. Смельчаки осмелившиеся трогать другие части тела, девушки рисковали распрощаться с удачей на целый день, а то и дольше. А один безумец, осмелившийся поцеловать её в сахарные уста, чуть не поплатился за это жизнью. И лишь только после того, как он вернулся к статуе и, прося прощения, облобызал её обувь, город снова перестал представлять для него смертельную опасность на каждом шагу.

***

- Так, так, так! Вы только посмотрите кто к нам пожаловал! - В просторном зале на полу, застеленном циновками и подушками, сидело шестеро сурового вида личностей. У каждого из них можно было заметить какую-то особенность. Либо внешности, либо поведения. Подавшего сейчас приветственный голос старика выделял огромный, на всё лицо и часть шеи шрам, от химического ожога, оставленный когда-то куртизанкой. Да, именно из-за этой сволочи магистр так не хотел сюда идти. - Неужто сам великий и могучийХонен? - Его голос так и сочился ехидством и презрением. - И что же заставило твою старую задницу явиться сюда, к нам, скромным слугам народа?

- Пришёл предложить вам выгодную сделку. - Гость многое мог бы сказать, что он думает и об их "служении", и об их личностях и особенно много эпитетов ожидало бы самого говорившего. Вот только не за этим он сюда пришёл.

- А кто ты вообще такой, чтобы с нами говорить на равных? - Слово взял его сосед, насколько было известно Хонену, тот сейчас являлся старшим среди атаманов. - Раньше ты был известен как проходчик, затем ушёл в смотрители, но и оттуда пропал. Кто же ты сейчас?

- Властью данной мне короной, сейчас я лорд и правитель этого города.

- Короной говоришь? - Скепсис в его голосе старику не понравился. - И где же твоя корона была все эти тринадцать с половиной веков, пока мы и наши предки старались выжить в этих суровых условиях и помочь приспособиться тем, кто нам доверился? - Хонену нечего было ответить, но этого и не требовалось, вопрос был скорее риторическим. - А я тебе скажу! Именно грызня за власть в старой империи привела отцов основателей в эти тоннели. Трое из них были наследниками трона, за которыми была объявлена охота ренегатами. Остальные являлись дворцовыми слугами, что отказались бросать своих господ.

- Да что ты с ним цацкаешься? - Нагло прервал старшего кровник Хонена. - Эта девка, что объявила себя королевой — ублюдок путаны. А этого её прихвостня самого воспитывала шлюха — калека. Как же я тогда был счастлив помочь отправить эту мразь на одинокий остров.

Хонен такого снести уже не смог. В доли мгновения, казавшееся старым и немощным тело старика, преодолело расстояние до расслабленно сидевшего говоруна, с ходу укоротив его на уродливую голову. Никто из присутствующих даже с места не сдвинулся, ибо Хонен был в своём праве наказать зазнавшегося хама.

- Ну что ж, поздравляю тебя старик. - В действительности, голос говорившего ни разу не был радостным. - Ты в честном бою одолел Биати, и теперь можешь, по праву силы, говорить с нами на равных. А ещё, теперь ты займёшь место этого мяса в совете шести. Как освоишься, поговорим о твоём предложении. - Лидер покинул забрызганное кровью помещение вместе с остальными членами совета, оставив Хонена наедине с его кровником. Старик ещё долго стоял на коленях немигающим остекленелым взглядом, уставившись на его обезглавленное тело.

***

- Мы его недооценили. - Совет продолжился за совместным ужином, где решили обсудить сложившуюся ситуацию.

- Да, старый крыс, мало того что не растерял хватку, - на что они откровенно рассчитывали, затевая эту провокацию. - так ещё и заметно заматерел.

- Жаль, конечно, что он не угодил в ловушку и не попытался прибить кровника силами системы.

- Да, придётся теперь терпеть этого выкормыша шлюхи у себя под боком.

- Биати за подобное уже поплатился. Хонен чужак среди нас. Приучайся держать язык за зубами.

***

- И всё-таки, Мона, зачем так рисковать? - Парень был категорически против этой затеи. - Рано или поздно мы и так разберёмся с ними. Да и количество наших бойцов и их подготовка постоянно растут. Скоро наладим регулярное патрулирование трактов.

- Нет у нас этого скоро! - Девушка прекрасно понимала, что кричать на него не было смысла, но не сдержалась. Слишком многое на неё навалилось за последнее время, нервишки совсем расшатались. Да ещё и неумолимое время утекало словно сквозь пальцы.

Они пробирались сквозь лес к лагерю, информацию о котором её дражайший дядюшка выведал у очень несговорчивого разбойника, попавшегося недавно стражам в ходе облавы. Откровенно, она даже знать не хотела, что там в подвалах вытворял с ним Хонен, отчего тот в итоге запел соловьём. Сам же лес... Девушка впервые оказалась среди гигантов — деревьев. Этот удивительный единый живой организм (а она это очень чутко ощущала), жил своей неторопливой жизнью не одно столетие. Возможно даже, что некоторые из этих исполинов вживую видели королей времён древней империи. Проходя мимо, она провела ладонью по влажной, шершавой коре гиганта. Интересно, сколько человек понадобится, чтобы его просто обнять? Она глубоко вдохнула влажный пряный воздух, наполненный целым букетом ароматов папоротника, мха, смолы и прелой хвои. После привычных ей смрадов Потоков и необычной стерильности дворца, а в особенности тронного зала, все эти запахи казались ей какими-то сказочными и даже волшебными. Она прислушалась. Звуки здесь тоже были ни с чем не сравнимы по своей красоте и разнообразности. Лес переговаривался. Шелест хвои, поскрипывания ветвей на ветру, диковинные голоса птиц и различных животных гармонично ласкали её слух, привыкший лишь к глухому эху капели и ручейков в тоннелях.

Как они не старались таиться, но без навыка, тихо перемещаться в лесу не получалось. И когда они вышли к лагерю, их там уже встречали.

Глава 17

Внезапно Сольи ощутил, что лишился контроля над целым бараком. Вот он есть, а вот раз - и тишина. Словно конечность отсекло раскалённой пилой. Незадолго до этого, его надсмотрщики - группировка отравителей, которая до переворота хозяйничала в кварталах красных фонарей верхнего города, а после новых порядков прибившаяся к нему в помощники, как раз выполняли его очередное поручение в тех краях. Он решил их подробно расспросить, может, они там чего натворили.

***

Томас читал благодарственные стихи (псалмы) Создателю. Ещё одна часть проклятой территории квартала была освобождена из-под власти этого чокнутого учёного. Когда он с последователями явился туда - застал там безрадостную картину. Запуганные, живые скелеты, что некогда были жителями кварталов, лежали вперемешку прям посреди улицы. Сил передвигаться, да даже разговаривать у большинства из них не было. Пришлось служителям переносить их всех в обитель. Больше всего из увиденного епископа поразила мать с девочкой. Точнее, сама девчушка. Худенький, словно кукла, ребёнок, при всей своей немощи словно светился изнутри неописуемым светом. Причём, никто кроме него, этот эффект не замечал. Для всех опрошенных это была простая девочка, что мёртвой хваткой вцепилась в свою мать, не желая ту покидать даже на мгновение.

За прошедшее время он с помощниками значительно пересмотрел обрядовую составляющую служений. Так, они полностью вынуждены были отказаться от животных жертвоприношений, по их мнению, являвшихся лишь прообразом жертвы вочеловечившегося Создателя. Заменив их бескровной жертвой. Также пришлось отказаться от обряда обрезания, которое они толком так и не успели ввести.

Удивительное дело, но после того, как он помог провести церемонию коронации, его активные помощники (Как и он сам) стали получать денежное вспоможение от короны. Так, свои пятнадцать серебряных он обнаружил лежащими прямиком на алтаре. Остальные получили по пять серебра, в местах своего проживания.

Проанализировав отчёты опроса пришедших в себя освобождённых пленных, Том пришёл к ясному пониманию, что же в действительности помогло освободить барак от влияния безумца. Сделав правильные выводы, он развернул активное продвижение слов Создателя среди узников. Заткнуть рты сразу такому числу его сторонников было учёному не под силу. Правда, со временем Сольи нашёл способ заткнуть уши узникам, делая бараки звукоизолированными от внешней стены. Но цепная реакция была уже запущена, оставалось только выжидать.

***

Эта проклятущая лестница стала для парня сущим кошмаром. Теперь на сами тренировки он стал тратить минимум времени. Лишь бы поддерживать организм в форме. Зато стал очень много бегать, заменив пробежки в зале на бег по кольцевой дороге вокруг города. После этого его прогресс стал немного расти, и он уже перевалил за четыре переворота часов. (Так его товарищи отмечали его прогресс, начиная переворачивать часы, когда он начинал восхождение). Самое обидное, что некоторые детки, которых страж пропускал просто прокатиться, перевалили за пять переворотов. Он ещё больше ужесточил тренировки на выносливость.

***

- Смотрите-ка парни, денежки сами к нам в руки плывут. - Оскалился щербатый воин, бравадно поигрывающий мечом в руке. На воине был дешёвый кожаный доспех, а вот штаны раньше были явно частью формы стражника. - Да ещё и девку нам развлечься притащили. - Похабный гогот двадцатки воинов, тесно взявших их отряд в кольцо, огласил округу, распугав даже птиц. Не смеялся только один из них, что стоял рядом с говорившим и пристально рассматривающего гостей. Вот он, наклонившись, что-то шепнул говоруну, и улыбка тут же сошла с его уст. Он перехватил меч покрепче и приказал:

- К бою! - На счастье Её Высочества, враги с самого начала недооценили противников и поэтому обошлись без засады из стрелков. В противном случае, её отряд понёс бы ещё больше потерь. А так они лишились одного воина убитым, остальные отделались различной тяжести травмами. Обыскав лагерь, они так и не нашли следов пребывания здесь Велимира. Либо информация оказалась неверной, либо сильно устаревшей.

- Ваше Величество, вам не кажется, что мы занимаемся какой-то ерундой? - Лони тяжело давалась не только грамота, но и вся эта великосветская формальность в общении. Поэтому он старался даже наедине соблюдать дворцовый этикет (По крайней мере, то, что из него запомнил). - Мне кажется, что время, когда вы с шашкой наголо, могли, самолично, гоняться по лесам за бандитами, закончилось после вашей коронации.

- Наверное, ты прав. - Всю обратную дорогу до дворца она провела в глубокой задумчивости. Видимо, в итоге, прейдя к подобным же выводам. - Даже размен один к двадцати для нас особой роли не сыграет. Да и наши храбрые воины живыми больше пользы принесут. Думаю, что мы не с того конца зашли к решению нашей проблемы. Ловить Велимира по лесам — дело гиблое и неперспективное, да ещё и не известно, как к этому отнесётся его брат. Я думаю, что нам первоочерёдно стоит заручиться поддержкой соседних баронов. Тогда, даже в случае армейского бунта, у нас будет в распоряжении сравнимая со столичной по размеру армия в союзниках.

- Наконец-то моя девочка предлагает грамотные идеи. - Старик встречающий их отряд был одновременно рад их возвращению, и в то же время чем-то опечален. И это не укрылось от чуткого взора королевы.

- Дядюшка, неужели что-то стряслось в наше отсутствие?

- Много всего, - буркнул дед. - с ходу не расскажешь.

- Ну так я вроде уже не спешу никуда. - Мона явно дала понять, что Хонену от разговора не отвертеться. Старику пришлось ей выкладывать и о частичном срыве переговоров с атаманами, и о новых развлечениях молодёжи в Потоках. Особенно порадовался Лони успехам своего протеже.

- Ты вообще уверена, что эту лестницу возможно покорить? - Старик задумчиво потёр пятернёй затылок. - Там же больше десятка тысяч ступеней. Точно подсчитать у меня терпения не хватило.

- Одиннадцать с половиной, - уточнила королева. - Одолеть их вполне реально, очень постаравшись. Где-то в горах старого мира уже была подобная, и вполне успешно штурмовалась людьми.

- Ну раз моя королева гарантирует, тогда наши пополнения лишь дело времени. - Настроение Лони впервые за всё время после лесной битвы обрело положительный окрас.

***

Вот уже несколько дней, стражей врат не было на посту, а потому Дюк с малышнёй были лишены возможности вступить на путь выносливости. И если дети отнеслись к этому спокойно. Ну нет так нет. То парень, наоборот, посчитал это знаком усердней готовиться. Он был в зале, когда врата вдруг отворились и оттуда вышла знакомая уже процессия. Ещё один воин отправлялся в последний путь, провожаемый товарищами. Как и в прошлый раз шествие замыкала та самая дева.

Всё повторилось в точности как и в прошлый раз, кроме статуи девушки. Он сопровождал их всю дорогу, внимательно наблюдая за обрядом. Действо снова собрала толпу зевак со всего города. На обратном пути процессия остановилась в тренировочном зале, точнее, её остановила сама девушка. Она подошла к Дюку, который вместе с его ребятами единственный проследовал за ними внутрь зала.

- Рыцарь мой. Это тот самый воин, устоявший в схватке со стражем? - Он впервые в жизни услышал её голос. Он показался для парня голосом богини.

- Да моя королева! Сейчас он движется путём выносливости. - Тот кого побаивались даже стражи, вёл себя сейчас словно безусый юнец перед могучим воином, покорно склонив перед ней голову.

- Следуй за нами, воин. - сказав это, девушка направилась в ворота. Воины выглядели озадаченно, но перечить госпоже не стали.

К его удивлению, они не пошли уже привычными ему ступенями. Вместо этого прямо в стене открылся проход, в который они все нырнули по очереди.

Поднявшись по тесноватому ходу куда-то вверх, они сначала оказались в захватывающей дух комнате. Из неё выходили небольшие балкончики, с которых, все Потоки были как на ладони. Странно, что он никогда не замечал этого места снизу. Хотя если учесть, что прямо под ними сияло ослепительное светило, то ничего удивительного, что это место оставалось для жителей неприметным. Хоть все уже привыкли присутствию светила в их жизни, но напрямую смотреть на него отважился бы только безумец.

Дождавшись, пока госпожа решит здесь какие-то свои вопросы, они все вместе двинулись ещё выше. По пути наверх к ним присоединился знакомый старик. Всю дорогу они практически не обмолвились ни единым словом. Каждый был погружен в какие-то свои мысли. Дюк, например, усиленно пытался понять, зачем его пригласили с собой.

Если бы он мог заглянуть в мысли старика, то услышал бы там размышления о планировании речи и вариантов дискуссий с атаманами Потоков. Лони сейчас усиленно вспоминал, как правильно пишется следующее слово из его записной книжки, с которой он ходит на занятия к впередиидущей девушке. Сама же девушка усиленно пыталась понять — Замечает ли Лони, какая у неё сегодня шикарная причёска. (Не зря же девочки столько времени старались). Воины, сопровождавшие их, в большинстве своём думали о погибшем товарище. Вспоминали яркие эпизоды жизни, проведённые совместно. Правда, у кого-то голова была занята обдумыванием улучшения ускоренной программы подготовки бойцов, для стражников и ополчения. Ну и куда же без мыслей о доступных девушках, алкоголе и азартных играх?

***

Девушка сама не знала, зачем притащила Дюка с собой в замок. Это был скорее спонтанный женский поступок, чем какой-либо план или расчёт. К её удивлению, воины приняли его тепло. Мальчишка оказывается был хорошо знаком всем присутствующим, в том числе и погибшему воину. Ничто не сближает мужчин лучше, чем славная драка. Сегодня эта фраза, когда-то оброненая Лони, заиграла для неё новыми красками.

В этот раз они засели прям в дворцовой кухне, отправив на отдых весь столовый персонал. Мужчины очень чётко организовали поминки. Шеф-поваром выступил её Дядюшка, воины в основном были на подхвате. Сама Мона накрывала на стол, ну а Лони досталась роль Тамады. Он лучше всего знал своих бойцов и много чего мог поведать об усопшем присутствующим.

Разошлись они далеко за полночь. Лони увёл новика на Арену, где будет проходить его дальнейшее обучение ратному искусству. С обретением возможностей консоли, он получил возможность организовывать бои любой сложности. Сократив при этом травматичность до минимума, даже при использовании боевого оружия.

Старик сбежал в Потоки. У него там скоро намечались важные переговоры. Ну а воины, проводив девушку до трона, разбрелись по своим постам.

Оставшись наконец одна и в тишине, девушка, наконец, смогла привести свои мысли в порядок. Первым делом из того, что ей нужно будет сделать, это расспросить своих фрейлин об их семьях. Она мысленно пробежалась по дворцу. Девушки обнаружились в ближайшей от зала спальне, которую они с боем отвоевали в своё время у прислуги. Троица безмятежно спала, закутавшись в огромное пуховое одеяло. Они очень сдружились за время, проведённое во дворце. Их быт и обязанности были уже практически общими. Если кому-то из них нездоровилось, остальные с радостью брали на себя её обязанности.

Ещё у неё не выходило из головы то сообщение с просьбой о помощи. Но увы, она так толком и не разобралась с открывшимися ей, венцом, возможностями. Единственное, пожалуй, полезное из изученного была вкладка "бюджет", на которой она всегда могла посмотреть сколько точно монет сейчас в казне, какие расходы и доходы.

***

Он попал в настоящую осаду. Тот барак оказался лишь предвестником бури. Каким-то необъяснимым образом, эти сволочи всего лишь распространяя слова той книги, отбирали у него владения постройку за постройкой. Он слишком поздно спохватился и начал изолировать своих подопытных от тлетворного влияния этих проклятых говорунов. В итоге оказавшись запертым в собственной лаборатории. Остальные владения не откликались консоли.

Проклятые церковники. Теперь он понимал, почему именно на них был нацелен первый удар древних мятежников. Пока жива церковь, она навязывает людям правила и морали поведения, мешающие таким деятелям как он, широко развернуться.

Если в ближайшее время, ему не удастся найти донора, у организма начнутся серьёзные проблемы. Трансплантация, хоть временно и давала ему требуемый эффект омоложения, но у неё была одна очень неприятная особенность, выраженная в отторжении органов.

Ситуация была совсем критическая. Человек очень живучая тварь, особенно если находиться на грани жизни и смерти. В таком состоянии даже недалёкий индивидуум способен проявлять чудеса сообразительности. Не говоря уже о таком гении, как Сольи.

На возможный выход из положения его натолкнуло оборудование, которое сейчас поддерживало его жизнеспособность. Искусственный насос перекачивал кровь по организму. А сложнейшая система фильтрации чистила эту самую кровь от всякой гадости. Ведь технологии древних вполне позволяли создавать искусственные замены почти всем частям человека. Он глубоко погрузился в изучение соответствующих разделов базы данных предтеч.

Для постороннего наблюдателя его тело, почти постоянно пребывающее в консоли, представляло жутчайшее зрелище. Даже его помощники, видя во что постепенно начал превращается магистр, сбежали от него, видимо, опасаясь и для себя подобной же участи. Но для него назад дороги уже не было. Проводить операцию на самом себе стало для него уже обыденностью. Главное, чтобы он всё это время пребывал в сознании. Чтобы не вырубаться каждый раз от болевого шока, он воспользовался остатками того нейроблокиратора, который синтезировал для девчонки. Препарат для его целей подошёл идеально. Все хирургические манипуляции он проводил при помощи системы, мысленно формируя из нанитов необходимый ему в данный момент инструмент. Поглощая терабайты информации, он постепенно преображал своё тело в нечто иное, чуждое этому миру. Но всё это было не то — в итоге от его тела остался лишь мозг, сращённый со сложнейшей системой жизнеобеспечения. Конструкция оказалась громадной и занимала почти всю его лабораторию. Ни о какой мобильности и речи не было. Он намертво оказался привязан к консоли и своему жилищу.

Он уже почти отчаялся решить данную проблему, но тут случайно наткнулся на одну занимательную статью профессора, которая в своё время стала предвестником псевдоразумных вычислительных систем, активно используемых системой. Досконально изучив материал, он нашёл несколько возможных решений своего затруднения. Но все они сводились к одному знаменателю. Ему необходимо было полностью отказаться от биологического существования, заменив мозг одним из его аналогов. На выбор были электромеханическая, бионическая и фотонно-кристалическая системы.

Первая была основана на электронных вычислительных системах. Она являлась самой гибкой в плане мобильности и универсальности, но одновременно с этим являлась самой ненадёжной и хрупкой.

Вторая была усреднённым компромиссом. Для данной системы была характерна замена органики на его искусственный бионический аналог. Система являлась относительно мобильной и неприхотливой, но всё равно требовала периодического обслуживания и замены компонентов (Очень редких между прочим. Создать которые возможно было только ресурсами консоли).

Третья повсеместно использовалась самой системой. Была крайне надёжной (Самой системе не одна тысяча лет, а всё отлично работает), но с нулевой мобильностью и гибкостью.

Глава 18

В первый день после исхода Дюка с Потоков, его товарищи по оружию приуныли. Они понимали, что без его вдохновляющего упорства, им трудно будет дальше продолжать движение по выбранному пути. Но тут, как бы приободряя их, по Потокам пронеслась шокирующая новость: на городской площади внезапно выросла ещё одна статуя воина. Сбежавшиеся на это известие товарищи не могли поверить своим глазам. Впереди недавно погребённого бойца, припав на одно колено и оперевшись на свой излюбленный длинный меч, стоял Дюк.

***

Собрание атаманов проходило в том же самом помещении, что и в прошлый раз. Естественно, о недавно случившемся тут ничего не напоминало. Всё было вычищено, циновки и подушки, залитые кровью, заменены либо так тщательно выстираны, что выглядели новыми. Хонен явился не последним, хоть он особо не торопился, но пришёл чуток заранее. Старший собрания был уже на месте, занимаясь изучением каких-то бумаг. Поприветствовав присутствующих, старик занял полагавшееся ему место.

Ожидая остальных, он принялся внимательней изучать присутствующих. Его хмурый сосед справа был одет в странную даже для верхнего жителя длиннополую одежду. Голову венчала широкая, в виде плоского конуса, шляпа. У него был необычный разрез глаз и желтоватый цвет кожи, который в полутьме смотрелся необычно. На поясе у него висели два орудия. У одного лезвие судя по ножнам было довольно длинным, судя по продолговатой рукояти, являлось двуручным. Второе было небольшим одноручным. У обоих клинков лезвия были чуть загнутым. Вероятней всего, с односторонней заточкой. Хотя точно он не был уверен. Хонен впервые за всё время, проведённое в Потоках видел хорошее стальное оружие у его обитателя. У остальных присутствующих его либо не было вообще (как у лидера), либо им являлись образцы местного творчества. Хотя весьма искусно сделаны и украшены.

- Пожалуй, начнём. - Когда последний участник занял своё место, руководитель собрания отложил записи в сторону. - с вашими отчётами я ознакомился. Особо порадовала вотчина Рю, он кивнул узкоглазому воину. - В следствие перестройки структуры города мы хоть и лишились значительного количества привычных ферм, но заботами наших благодетелей приобрели гораздо более выгодные охотничьи угодья по всему городу. - Старику было приятно слышать, что созданная дочуркой инфраструктура приносит плоды. Его собственной фантазии хватило лишь на небольшие косметические изменения в любимой Яме.

- Слово предоставляется нашему новому атаману — Хонену. - От его слов некоторые участники скривились, показывая, что они на самом деле думают о новом члене совета. Но к счастью — старика это мало заботило.

- Господа атаманы, председатель. - Встав, он направился в центр комнаты, стараясь удержать в уме все элементы речи. - Как уже было сегодня сказано, сами Потоки, а также и все остальные города столицы за последнее время претерпели различные перемены. При этом значительно были разрушены ремесленнические кварталы, много веков обслуживавшие инфраструктуру наших тоннелей. Предложение столицы заключается в том, чтобы передать обслуживание данного сектора в ведомство атаманов. Столица заинтересована в бесперебойном функционировании данного сектора, и поэтому обязуется вознаграждать трудящихся валютой королевства.

- Валютой говоришь? - В ладонях старшего появилась горсть характерных жёлтых кругляшей, которые он ловко начал, перекатывать между пальцами (Хонен сделал зарубку в памяти не садиться с ним за один игорный стол. Хотя азартные игры его особо и не интересовали. Вот выпивка это да — совсем другое дело.). - Боюсь, что ты очень многого ещё не знаешь о нашем мире, если думаешь, что нас интересуют контакты с поверхностью. Видишь ли, Хонен. - Столь же мгновенно, монеты пропали с ладони. - Те сволочи, что развалили Империю, так и не достигли своей цели. Они недооценили сложность защитных механизмов, и так же как и все остальные, оказались в вынужденной изоляции. Но поверь, люди - очень живучие создания, а также безмерно жадные до власти и денег. Я уверен, те, кто всё это затеял, так же как и мы ничего не забыли и только и ждут дурочка, что принесёт им ключ от власти в клювике. - Он оголил рукав правой руки, на которой старик увидел столь знакомый ему браслет. - Раньше мы владели тремя, но к нашему стыду, один из предков был очень падок на женщин, и утерял свой в очередном кутеже. Ты сам понимаешь, пропавшее в Потоках уже вряд ли найдётся когда-либо. Касательно вашего предложения — совет возьмёт под своё крыло коллекторы, но и вы поймите, мы совсем не заинтересованы контактами с поверхностью. Если ключи попадут не в те руки, мы всё об этом сильно пожалеем.

- Я тебя услышал. - Старик поклонился и занял своё место обдумывать полученную информацию.

***

Томас волновался. О Сольи уже неделю ничего не было слышно. Причина беспокойства была вполне очевидна. Когда твой противник на виду и творит хоть и мерзкие, но все же понятные и ожидаемые вещи это одно. Но когда такой опасный враг, обладающий изощрённым интеллектом и безграничной властью в своих владениях, затихает и занимается непонятно чем, тут по неволе будешь с опаской поглядывать в сторону жуткого дома. Он с людьми осмелился сунуться туда только после того, как от королевы получил сообщение, что в системе Сольи больше не числиться, как её вассал.

Он многое успел повидать жуткого в своей короткой и насыщенной жизни. Особенно в последнее время, когда он с товарищами носился по отвоёванным у психа территориям, спасая выживших. Но то, что они увидели внутри лаборатории магистра, выходило за всякие рамки разумного. Во-первых — запах. Наверное, даже на скотобойне ароматы были не столь убойные. От вони кровищи вперемешку с какими-то химическими нотками, во рту появлялся металлический привкус. Во-вторых всё внутреннее помещение бывшей лаборатории представляло настоящее нагромождение из каких-то невероятных агрегатов, соединённых между собой мешаниной трубок и ещё чего-то мерзкого на вид. Судя по равномерному гулу, шелесту и прочим звукам, для описания которых у парня просто не было слов, агрегаты работали, выполняя какую-то функцию. Вся эта масса, объединённая в жгуты ныряла в хорошо известный ему подвальчик, в котором находилась консоль. Чтобы туда спуститься он был вынужден продираться сквозь шланги, расталкивая их конечностями. Это были поистине незабываемые моменты в его жизни. Каждый миг он ожидал, что вся эта живая масса сейчас обратится против него, превратив в часть себя. Или вообще разорвёт его в клочья. Но мгновения шли за мгновеньями, а он всё ещё был жив. Чем ближе он приближался к заветному тупичку, тем активней его желудок пытался распрощаться со своим содержимым. Затхлый воздух был напитан, столь знакомым ему запахом мертвечины. Добравшись до цели его, всё-таки, вырвало. Внутри консоли он обнаружил очень странную конструкцию.

Вверху под самым потолком располагался большой прозрачный сосуд, к которому и подходили все эти жгуты трубок и шлангов. Сосуд был наполнен красноватой, словно разбавленная кровь, жидкостью, в которой плавало содержимое чьей-то головы, Том очень надеялся, что именно Сольи, а не кого-то из тех бедняг, что тот пустил на опыты. Именно от сосуда так несло мертвечиной. Но это было ещё не всё. От чаши вниз свисал выделяющийся на фоне остальных, жгут из тончайших серебряных нитей. Он вёл к небольшой квадратной площадке на полу. На которой лежало изумительное произведение ювелирного искусства. Ожерелье, составленное из кроваво-красных, огранённых камней в оправе из характерного матово-серого металла. Том его сразу же безошибочно узнал. Именно из него были сделаны столь знакомые ему насекомые, что заведовали финансами в королевстве. И теперь он понял из чего были сделаны их бисеринки-глаза. Жгут, дойдя до украшения, разветвлялся на еле заметные волоски, которые равномерно распределялись по оправе.

Чем бы это ни было, но данная вещь смотрелась во всём этом кошмаре чужеродно. Консоль, поприветствовав знакомого ей пользователя, затихла, пропуская его внутрь. Привычного голубоватого экрана не зажглось, но Том на это даже внимания не обратил. Все его мысли были сейчас прикованы к странной веши, так манящей своей красотой, но при этом отталкивающей чем-то необъяснимым, потусторонним. Он побоялся трогать её руками, а поэтому достав из кармана плат, бережно завернул вещь в него и поспешил покинуть столь давящее на нервы место. Пусть Её Высочество сама разбирается со странным наследством магистра, да и с консолью тоже. В том, что безумный старик, наконец, покинул их бренный мир, он уже не сомневался.

***

Определённо утро — самое приятное время суток. Потянувшись на кровати Мона сегодня ограничилась лишь кухней. Заглянула посмотреть, над чем там колдуют повара. После их вчерашнего "захвата", кухню не успели толком привести в порядок, ну и ладно. После завтрака приберутся. Сейчас все её внимание было приковано к котелку, что томился на медленном огне. Как жаль, что система не передаёт запахов и звуков, потому понять, что там, не представлялось возможным. Кроме горячего, прислуга готовила лёгкие салаты и свежую выпечку с напитками. У девушки сильно разыгрался аппетит, а потому она поскорее приоткрыла двери, приглашая девочек к монаршему телу.

- Софи, милая, расскажи мне о своём доме. - Просьба Её Высочества была неожиданной и насторожило девушку.

- Наше баронство испокон века занимается поставкой леса и дичи в столицу и соседние области. Живём небогато, но на жизнь хватает. - Девушка потупила взор. Вообще, из них она, как заметила Мона, была самой скромной и сдержанной. Обычно из неё и слова было не вытянуть. Поэтому она и решила с неё начать.

- Ой да не слушайте эту скромнягу, - почти в голос защебетали девушки. - Их баронство — одно из самых богатых в наших краях. С ними только Блэкстоны могут сравниться.

- Замечательно, значит, сначала мы поедем в гости к тебе. - Их лица вытянувшихся от удивления, изрядно позабавив королеву.

После завтрака в замок явился Томас с новостями о ремесленнических кварталах. Насколько она поняла, Сольи доигрался с опытами и скончался у себя в лаборатории. Эта новость её очень обрадовала, причём настолько, что она сразу предложила парню занять его место в управлении областью, которая фактически и так сейчас принадлежала ему (Пускай и не административно). Спустя пару часов уговоров, парень всё же сдался, согласившись принести вассальную клятву.

Ремесленнические кварталы необходимо было приводить в порядок в кратчайшие сроки, поэтому церемонию она решила провести в этот же день на дворцовой площади. Больше всего это нужно было, чтобы показать простому люду, что отныне там стало безопасно жить и работать. Зачитав клятву, немного подправленную под духовенство, Томас принял от Её Величества власть управлять вверенным ему .

Ввиду большой спешки Королева не осталась на празднование, а сразу выдвинулась в путь. С собой в дорогу она решила взять всех трёх фрейлин, поскольку она собиралась за одну поездку посетить всех четырёх соседей. Телохранителями она взяла четырёх гладиаторов, а сопровождение ей составили из тридцати стражников. Они, конечно, могли взять и больше, но Лони старался выбрать самых толковых. А таковых насчиталось всего лишь столько. Ещё, ведомая интуицией, она среди прочих прихватила с собой и новика Дюка. Хотя Лони был категорически против (Мол воину рано ещё ввязываться в серьёзные передряги).

Приглядывать за столицей в её отсутствие она поручила самым верным своим людям. Лони за верхним городом, Томас ремесленным, а её старик за Потоками.

- Ваше Величество, у меня будет к вам небольшая просьба. - Перед самым отправлением к ней подошёл епископ в сопровождении шестерых своих учеников.

- Чем я могу вам помочь, Ваше Преосвященство? - Парень явно засмущался от такого обращения, но королеве было на это начхать. Нужно было поднимать его авторитет в глазах горожан. Если в ремесленнических кварталах на него буквально все молились, то вот жители верхнего города к выходцу из трущоб относились весьма предвзято.

- До меня дошли слухи, что вы в своей поездке планируете навестить всех ближайших соседей. - Томас скорее утверждал, чем спрашивал. Ей, конечно, было интересно узнать, что за информатор донёс ему эти сведения, но виду не подала. (Если у неё есть шпионы, то почему у него не может быть своих?)

- Информация особо не афишируется, но да, это так. - Намёк на излишне любопытный нос, тот либо не заметил, либо проигнорировал.

- Замечательно! - Первое слово он от радости аж выкрикнул, чем даже привлёк на секунду, стоявших неподалёку гостей. Но, видимо, опомнившись, подошёл к ней вплотную и на ухо прошептал: - Возьмите пожалуйста с собой моих учеников. Они, конечно, не воины, а простые жители, но вполне могут помогать вам в дороге по быту. Готовить, стирать, выполнять разные поручения.

- Я не против, - лишние руки им точно пригодятся. - Но зачем тебе это нужно? - Она не понимала его мотивов.

- Точно! - он хлопнул себя по лбу. - Это же должно выглядеть подозрительно. Не волнуйтесь Ваше Высочество, это ни в коем случае не шпионы и не злоумышленники. За каждого из них я могу поручиться головой. Я попросил их поехать в разные города распространять слова Создателя среди народа. Но одно дело если бы они отправились туда на попутках с караванами, и совсем другое дело в составе дипломатической поездки.

- Хорошо, пусть присоединяются. - Её Высочество подозвала офицера, руководившего сборами, и дала соответствующие распоряжения.

- Это ещё не всё. - Дождавшись, когда их помощники удалятся, Томас достал из наплечной сумы простенькую шкатулку и протянул девушке. Открыв её девушка обомлела, а на её лице проступил лёгкий румянец. Заметив это, парень стушевался и начал сбивчиво оправдываться. - Это не то что вы подумали, Ваше Величество. Не сочтите это за подарок или знак внимания с моей стороны.

А что же это тогда?! - Девушка озадаченно приподняла бровь, как бы требуя объяснений. Лежащее внутри на мягкой подложке ожерелье впечатляло. Она, конечно, уже неоднократно сталкивалась с ювелирными изделиями местных мастеров. Но то, что сейчас лежало перед ней, отличалось от них, как изделие мастера отличается от поделки ребёнка. Выдержанные пропорции, изумительные формы оправы, притягивающие глаз. Сами камни впечатляли не меньше. Один большой продолговатый кристалл по центру, обрамлен россыпью камней поменьше. Сами камни поражали своей сложной формой и игрой цвета на гранях. А если долго всматриваться внутрь камня, то начинало казаться, что он живой и внутри кристалла происходят какие-то процессы.

- Когда мы изучали жилище погибшего Сольи, - Лицо парня на секунду исказила гримаса отвращения. - Внутри обнаружилось много странного и жуткого. - Он взял паузу, то ли подбирая правильные слова, то ли чтоб королева прониклась сказанным. - Так вот, в центре всей той конструкции, прям внутри консоли обнаружилось это. - Томас кивнул на шкатулку. - Чем бы это ни было, прошу вас, будьте осторожны. - Королева, кивнув, закрыла шкатулку, отложив изучение странного подарка на более спокойную обстановку.

Спасибо Томас - Она попрощалась с парнем, направившись к готовому уже отправляться экипажу. Народ, успевший уже полюбить странную госпожу, тепло её провожал до самых ворот. Оставшись наконец наедине, Мона открыла шкатулку и осторожно прикоснулась к столь манящему камню.

- Ну здравствуйте, Ваше Величество. Наконец, мы снова встретились. - она с испугом отшвырнула от себя украшение. Этот голос в голове... Она его определённо узнала.

30.10.2023г.

Глава 19

Часть пятая.

Золушка. Новые горизонты.

- Ах ты дрянь! - Королева сорвала ожерелье, готовая швырнуть его в окно кареты, но встретившись с полными ужаса глазами фрейлин, передумала. - Колется зараза! - вместо этого она кинула украшение в шкатулку и с силой захлопнула крышку. Не говорить же девушкам, что эта сволочь Сольи, каким-то чудом оказался внутри украшения и продолжает трепать её нервы. Сначала она подумала, что это переговорный артефакт, но эта мразь почти трое суток не давала ей спать (Живые люди столько не бодрствуют). За то короткое время, чтоони были в дороге, она поняла, что лучшего знатока технологий древних ей не сыскать. Без него познавать необходимое для управления королевством, они будут не одну сотню лет. Взять хотя бы ту же корону. То, над чем девушка билась столько времени, пытаясь определить, что означают группы цифр перед именем адресата, пославшего просьбу о помощи, Сольи разгадал менее чем за минуту. Правда, информация о том, что это координаты звёздного пространства ей никак не помогла, только наоборот запутала. А ведь в короне была целая прорва таких вот непонятных данных, об которые даже её неугомонный Хонен споткнулся, что уж о ней говорить. Кстати, дядюшка ей ещё одну загадку подкинул, сообщив, что её браслетик, это не просто украшение с функцией кошелька. Он также является ключом к чему-то очень важному, но к чему именно,он так и не выяснил.

Мона никак не могла понять, почему её фрейлины не глядят в окно. Там же такая красота. Практически всё время путешествия она не отводила взгляда с проплывающих пейзажей. Удивительно, но они абсолютно не повторяются. В Потоках она уже свыклась с тем, что один тоннель отличается от другого лишь расположением поворотов, развилок. И хоть их содержимое постоянно находится в движении, но оно порождается хаосом и разрушением. Здесь же всё было наоборот. Даже пустынная местность, которую они недавно миновали, радовала глаз особенной пустотой. Упорядоченной, гармоничной.

Вместо этого девушки непрестанно обсуждали модные веяния, парней, дворцовые слухи и последние новости из дома. Она слушала их вполуха, посматривая в окошко. Лёгкий ветерок игриво трепал её локоны, принося в душную деревянную коробку капельку свежести с нотками ароматов округи. Так, под мерные покачивания кареты и скрипы рессор она задремала.

Из состояния блаженной неги её вывел громкий треск древесины и глухой сильный удар, огласивший всю округу. Откуда-то спереди раздалось ржание лошадей, крики солдат и звон железа. Карета замерла, и девушки испуганно начали озираться. Обычно тихая и неприметная королева скинула с себя лёгкий дорожный плащ и обнажила пару изящных кинжалов, сделанных для неё по заказу. По вытянутым, от удивления, лицам она поняла, что фрейлины впервые увидели свою госпожу в таком амплуа. Девушка приоткрыла дверь кареты и убедившись, что снаружи пока относительно безопасно, нырнула туда.

Она осмотрелась. Их обоз попал в бандитскую засаду. Дорогу впереди преграждало упавшее дерево. Стражники, спешившись, вели бой с группой разбойников. Та же картина наблюдалась и позади кареты. Из леса, по обе стороны дороги, летели редкие стрелы. Лучники опасались попасть по своим и били только наверняка. Девушка, привыкшая к тёмным, замкнутым пространствам потоков, на открытой местности чувствовала себя некомфортно, а поэтому, поднырнув под каретой, стремглав бросилась к противоположному краю леса.

***

Имар, спроси его, не смог бы внятно ответить, почему оказался в разбойниках. Все пошли, и он пошёл. Семьи у него не было, а потому в городе ничего не держало. Когда в столице началась смута, он прибился к одной из шаек, грабивших всех подряд, но так и не вернулся в ряды стражников, как всё устаканилось. Было стыдно. Воин с него был посредственный, но он неплохо обращался с луком, поэтому в стражах обычно он дежурил на стене. Вот и в шайке обычно сидел в засадах, постреливая с безопасного расстояния. Когда их лидер сообщил, что в этой вылазке они могут захватить саму королеву Вельтонии, все приободрились. Эта выскочка очень многим сломала жизнь одним своим появлением на троне. И поначалу всё было вполне обычно. Заблокировать дорогу обозу - дело плёвое. Всего пара деревьев на дорогу и готово. Другое дело, что если не занять их воинов, тоте быстро оттащат лесину к обочине и продолжат свой путь. Вот тут и появились первые проблемы. Не сильно многочисленный отряд сопровождения оказался на удивление хорошо обучен. И бился на равных с превосходящими их вдвое нападавшими. Вторая трудность некоторое время назад поспешно отделилась от кареты и нырнула в лес с их стороны дороги. Кто это был он разглядеть не успел. Существо передвигалось крайне резво, играючи уклонившись от нескольких пущенных почти в упор стрел. Сначала он было подумал, что это кто-то из обозных сбежал подальше от битвы. Но когда его товарищи лучники, один за другим с громкими леденящими кровь вскриками выходили из боя, ему стало не по себе. Лес в этом месте был довольно густым и он даже соседнего стрелка не мог видеть, не говоря уже о дальних. Но вскрики с каждым разом звучали все ближе, отчего он совсем перестал следить за боем, развернув лук в их сторону. Иногда среди деревьев мелькал силуэт ближайшего к нему, товарища, что всё ещё пытался отправлять стрелы в подмогу их бойцам. Момент нападения он успел заметить. Нечто тёмное и стремительное мгновенно сбило бойца с ног. От неожиданности он даже пустил туда стрелу, но явно промахнулся. Когда с той стороны затихли звуки борьбы, он покрылся липким потом. По хорошему, ему следовало сходить, и посмотреть, что случилось с товарищем, в крайнем случае оказать ему помощь, но вот ноги словно вросли в густой мох не в силах пошевелиться. Он начал панически озираться вокруг, надеясь хотя бы заметить, откуда последует удар. Мышцы стало сводить судорогами, и натянутый лук в его руках начал ходить ходуном. С той стороны, где был его товарищ, послышались приближающиеся звуки, но никого не было видно. Звуки раздавались все ближе, у парня начались трястись колени. Когда сверху треснула ветка и ему за шкирку что-то упало, он в панике отбросив лук, упал на землю и закричал:

-Сдаюсь! Пощадите! - плюхнулся он лицом вниз и поэтому не видел, что твориться вокруг. Но явственно услышал, как что-то тяжёлое (явно не ветка) приземлилось рядом с ним. Раздался звук срезаемой тетивы и спустя мгновениеего руки за спиной принялись связывать чем-то тонким. Когда неизвестный посчитал дело сделанным и двинулся в сторону тракта, Имар осмелился повернуть голову вслед - посмотреть, кто это был. Удаляющийся силуэт принадлежал либо совсем ещё юному парню либо это была девушка?!

***

Когда Мона вышла из леса бой уже практически был завершён. Солдаты либо упаковывали пленных, либо добивали тяжелораненых. Она сперва пошла проверить, как там её девочки. Рядом с каретой обнаружился тот долговязый парнишка, Дюк вроде. И двое убитых нападавших валялись в дорожной пыли. Не зря она всё же решила с собой его взять. Девочки обнаружились все так же внутри. Но они тряслись от страха, боясь нос наружу высунуть.

-Ваше Величество, вы живы! - Софи кинулась ей на шею. - Мы так волновались! После вашего ухода на нас напали два разбойника, но этот храбрый юноша как лев бросился на них, защитив нас. Я видела, как вы бежали в сторону леса. С вами всё в порядке? Вы не ранены? - Девушка принялась внимательно осматривать её тело на предмет повреждений.

- Ран не видно, хотя на броне свежая кровь, а ещё вы в смоле вымазались. Ваше Величество, вы чем там занимались?! - Девушка по-новому посмотрела на свою странную госпожу.

- По ветру ходила. - Отмахнулась от них Мона, подумаешь, помогла немного нашим в бою, не трезвонить же об этом на каждом шагу.

- Ваша Светлость, вы живы! - К ним подбежал взмокший командир, и с ходу отчитался. - Нападение отбили, у нас четверо убитыми, полтора десятка раненых. Сейчас прочёсываем округу. - Мона заметила, как коробит девушек от неподобающего обращения к ней солдата, но они промолчали.

- Разрешите доложить!- К командиру подошёл воин. Кивок уставшего старшего и молодец продолжил. - Большинству лучников слева удалось скрыться, а вот с другой стороны что-то странное. Десяток разбойников словно зверь задрал, но они пленных не берут. Выживший был связан тетивой. Мы его допросили, но у парня шок. Кто-то напугал его до усрачки, хотя он толком ничего не видел.

***

С каждым словом воина Софи бледнела всё больше. Десяток обученных солдат были зверски убиты в лесочке, откуда вернулась их госпожа, измазанная в чужой крови и смоле деревьев. Сама девушка выросла в лесных краях и детстве много общалась с охотниками. Даже украдкой ходила с ними на промысл, правда, папенька был против. Описанные воином раны могли оставить либо рысь, либо росомаха. Ну либо тот, кто может посоперничать с ними в ловкости. До сего момента она подобных людей не встречала. Девушка внимательно посмотрела на свою госпожу, на руках которой отчётливо были заметны пятна смолы. Ей ли не знать, что подручными средствами от этой гадости не избавиться. Ещё примечательно, что отметины располагались на ладонях и тыльных сторонах рук. Значит, Её Высочество не просто случайно выпачкалась, а целенаправленно влезала на дерево. А если принять во внимание излюбленный способ охоты данных зверей, то не раз. Она вспомнила свой опыт древолазанья, насколько это было тяжело и ей стало дурно. Десяток раз взобраться наверх и свалиться вниз на ничего не подозревающую жертву, при этом ещё и как-то перемещаться с дерева на дерево (На белку королева совсем не похожа). Кто же вы такая, Ваше Высочество?!

Следующая выходка Высочества совсем шокировала фрейлин. Выслушав доклады воинов, она прямиком двинулась к месту, где разместили раненых. Девушкам ничего не оставалось, как последовать следом. Прибыв на место, она, оглядевшись, отправила девушек за водой, чистыми тканями и швейными принадлежностями. Те удивились, но просьбу выполнили быстро. Дальнейшее они с подругами помнили смутно. Королева преспокойно ковырялась во внутренностях раненых, промывая, зашивая и бинтуя раны. Фрейлины сотню раз сегодня пожалели, что завтракали утром. Хотя на исходе третьего часа их рвало уже просто желчью.

***

К их глубочайшему стыду, в их отряде не было даже самого завалящего медика. И дело тут не в их скупости либо забывчивости. Нет, просто все мало-мальски разбирающиеся в медицине люди раньше проживали в квартале алхимиков. И с лёгкой руки мерзавца Сольи теперь были разобраны на органы. Поэтому эта сволочь сейчас отдувалась за всех убитых им врачей, руководя всеми движениями Моны. Сначала ублюдок отказался помогать. Но девушка уговорила его помочь, пригрозив в противном случае припрятать его безделушку в каком-нибудь дупле дерева. В процессе, бывший магистр и сам втянулся, продемонстрировав феноменальные познания в медицине. Без его вмешательства многим пациентам было просто не дожить до утра.

Закопав всех убитых, они двинулись дальше. Больше подобных сюрпризов по пути им не встретилось и королеве удалось вволю насладиться поездкой. Две недели пути с ночными стоянками в лесу или постоялом дворе, обратились для Её Высочества незабываемыми эмоциями и впечатлениями. Всё было для неё в новинку. Она даже не представляла, что мир на самом деле такой огромный и разнообразный. Даже лес и тот, оказалось, бывает разным. Хвойные гиганты сменялись лиственными рощами и наоборот. Когда они впервые оказались в берёзовом лесу, девушка сначала не поверила своим глазам, настолько пестро и красиво всё оказалось вокруг. От солдат она узнала, что из коры этих деревьев изготавливаются изумительной красоты предметы быта. У кого-то из бойцов даже оказалась подобная безделушка. Мона долго любовалась простоте и изысканности показанной вещи. Она сделала зарубку себе в памяти побольше разузнать о быте этих удивительных лесных жителей.

По мере приближения к городу лес постепенно сменился засеянными полями. Она впервые увидела жилища и постройки, целиком сделанные из древесины. Их стены формировались из сложенных друг на друга обтёсанных стволов деревьев. А крыша была набрана из небольших дощечек, уложенных словно рыбная чешуя. Примечательно, что все постройки были обильно украшены резными орнаментами, и изображениями растений и животных. Дверные и оконные наличники, ставни сами двери, коньки крыш, фронтоны - в совокупности всё представляло собой настоящие произведения искусства. Примечательно, что каждый дом был индивидуален. Не похож на своего соседа. Все постройки во дворах также красовались интересными мотивами. Иногда им по пути попадались странные высокие столбы, с изображениями различных существ и гуманоидов. Обычно это был мужчина с большой бородой, либо девушка с длинными волосами. Фигуры были выполнены крайне символично, но вполне узнаваемо. Иногда рядом с таким столбом были группы людей.

Сам городок вырастал перед ними постепенно. Он находился на возвышенности, поэтому заметен был издалека. Снизу сложно было судить о размерах города, а когда они подъехали вплотную, девушке стало не до того. Она во все глаза любовалась искусными постройками, почти целиком состоявшими из древесины. Высоченный частокол в углах и воротах был украшен массивными башнями. Судя по узким бойницам — военного предназначения. По мере приближения, им открылся широкий ров, правда, в отличие от столичного тот не был наполнен водой.

У ворот их уже встречали. София вылезла из окна почти по пояс, вглядываясь в процессию, попутно описывая встречающих.

- Вон тот статный мужчина в расписном кафтане и накидке, подбитой мехом - мой дорогой батюшка Всеволод Игоревич. Красна девица в шелках и жемчугах справа — моя милая матушка Ольга Вячеславовна. Слева сзади от батюшки его советник и воевода — Путята Данилович. Ох и строгий дядька. - Девушка снова нырнула в карету, видимо, интересные личности в свите закончились.

Перед самим прибытием, фрейлины настояли сменить дорожное платье на что-то более приличествующее монаршей особе. И всё равно на фоне местной хозяйки Мона выглядела блёкло. Чтобы хоть как-то уравнять шансы, она прибегла к не очень приятному для неё шагу, а именно: украсила шею дорогим на вид и весьма болтливым украшением.

- Успели уже по мне соскучиться, Ваше Высочество? - Ехидство в голосе Сольи можно было, наверное, пощупать руками, отчего лицо девушки перекосили одновременно гримаса ненависти, отвращения и отчаяния. И тем больнее было видеть на проклятом украшении обожающе-завистливые взгляды спутниц. Знали бы они только полную историю этого больного на голову маньяка, что обитает в этой безделушке, по-другому бы смотрели сейчас на её хрупкую шею и на ту смертельно ядовитуюзмеюку, что притаилась на ней.

Моне очень не понравились взгляды встречающей стороны. Так, обычно смотрят на грязь, налипшую к подошве ботинок, оказавшуюся таким образом в чистом свежеубранном жилище. Несмотря на все письма — уверения о мире, здесь им были явно не рады. Об этом явственно говорили и напрягшиеся стрелки на башне и суровые лица воинов, взявших гостей в плотное полукольцо. И неприветливое лицо самого хозяина с хозяйкой, видимо, ожидающих от гостей какой-нибудь пакости.

- Назовите мне хотя бы один повод вас не убивать! - Хозяин города оказался на удивление прямолинейным человеком, видимо, как и сама Мона гнушавшимся излишними словесными кружевами и болтологией, переходящий сразу к делу.

Обращение к читателю

Дорогой читатель. Вся эта книга - авторский эксперимент. Была написана в течении одного месяца. Автор писал каждый день, ни смотря ни на что. Главы выкладывались раз в два дня (примерно). Скажу честно - это было тяжело (Тяжело физически, поскольку писалось в каждый свободный от работы и иных дел момент. Тяжело морально - поскольку писалось в любом состоянии: здоровый ли, больной ли, выспавшийся или клюющий носом и отключающийся на ходу, с вдохновением или без него. Цели эксперимента автор достиг: границы своих возможностей и лимитов были выявлены.

Автор не уверен, имеет ли смысл продолжать писать ее дальше. Пока лишь планируется неспешная вычитытка и редактирование уже написанного.

И лишь только читательский интерес к судьбе мира и героев способен сдвинуть автора на написание продолжения.

С уважение Автор.