Игра в смерть
Начало
The world is full of people who are determined to be somebody or to give trouble.
They want to get ahead, to stand out.
Such ambition has no use for a gung fu man,
who rejects all forms of self-assertiveness and competition…
Bruce Lee
Мир полон людей, настроенных кем-то стать, создавать людям проблемы.
Они постоянно хотят добиваться успеха, выделяться.
От такого стремления нет пользы для изучающего гунфу,
который отвергает все формы самоутверждения и конкуренции.
Брюс Ли
Моим друзьям, соратникам, учителям, живущим ныне и ушедшим в Вечность посвящается.
Глава 1. Лето в Гонконге
Жарким летним днем из особняка известного как «Журавлиное Гнездо» (кит. 栖鶴小築), расположенного в одном из самых дорогих районов Гонконга, выехал мерседес. За рулем сидел молодой человек, среднего роста, подтянутый, уверенный в себе и в прекрасной физической форме: недавно он прошел полное обследование в престижной американской клинике на берегу океана, и врачи подтвердили, что он не просто здоров, а в свои тридцать с небольшим имеет организм восемнадцатилетнего юноши. А это значит…
«А это значит, что можно все…», – с уверенностью сказал себе молодой человек, поправляя темные очки, в ответ невидимому собеседнику.
Он спешил… Спешил на встречу.
«Жарко... Летом в Гонконге всегда невыносимая жара...» – думал он, выезжая на дорогу.
«Новый фильм... Проект... Сейчас это называют так - проект», – поморщился он.
«Хотелось бы отдохнуть… Прийти в себя, хоть как-то осознать, где я, кто я, куда еду, иду… Подумать.»
На короткое время он отвлекся, перенося внимание на дорогу, но завершив объезд грузовика, снова вернулся к размышлениям…
«Однако остановки не будет… Успех нужно использовать… цементировать… планировать… Все ведь хотят увидеть продолжение… свежее и новое… Они выспались, наелись, напились и наболтались… устали и теперь… и теперь они хотят увидеть и услышать то, что их удивит – заставит чувствовать, мечтать, жить… И тогда… тогда они скажут – ну, это действительно класс… И принесут мне… принесут мне свои деньги… Деньги и славу…»
«Так что же вам показать, ребята?» – задал вопрос он воображаемой публике.
«Так все то же… – ответил ему внутренний хорошо знакомый голос невидимого собеседника, воображаемого зрителя, – Месть, кровь… Скажем так, справедливое возмездие… Только на этот раз ты не просто руку сломай этому негодяю, а ты оторви ее…»
«Не реально…» – покачал головой водитель, продолжая вести странный диалог.
«А ты сделай так, чтобы реально было … почитай, посоветуйся со специалистами, собери консилиум, пригласи экспертов… подумай, потренируйся, и сделай так, чтобы тебе поверили…»
«Ну, а рукав?»
«А что рукав?»
«Рукав тоже оторвется?»
«Ну да, с рукавом… вырвал и бросил…»
«Не поверят, – усмехнулся водитель, – Не поверят и будут смеяться… Так мы только все испортим…»
«Хорошо, тогда отрежь, отсеки ему руку…»
«Мечом?»
«Ну, можно мечом»
«Это уже было. Это не интересно.»
«Ну, не мечом… возьми рапиру какую-нибудь или шашку, – раздраженно возразил "внутренний голос", – Причем так – вырви у него шашку и по руке…»
«Шашкой? Ты думаешь это оригинально? Подумать надо… Господи, как тяжело об этом думать, и как это все опустошает. Где же искренность сердца, глубина, философия? Красота, искусство, катарсис…?»
«Погоди, – продолжал голос, – Всему свое время… И это покажешь… Встанешь на ноги, заработаешь денег, детей выучишь, внуков и снимешь хороший добрый фильм о честных людях… Покажешь там искренность, красоту, любовь… Назовешь «Весна на Камберленд роуд»… если денег не жалко…».
«Почему?»
«Объясняю как другу… – отвечал невидимый собеседник, – Потому что это никому не интересно… За это не платят… Это не продается… Ты выбросишь деньги на ветер… Лучше остров купи… или сделай себе золотой унитаз… бриллианты, жемчуг, изумруды, сапфиры… актив... Серьезно, неплохая идея, Брюс… дарю…»
«Устал я что-то… действительно устал, – улыбнулся водитель мерседеса, – Дракон выдохся…»
«Ну так брось все это…» – сказал другой, давно забытый, мягкий голос из глубины сердца.
Но он только улыбнулся этой нелепой мысли и поправил темные очки…
«Ладно, это все пустое… А сейчас… Бетти... встреча… проект… Смертельная игра…»
Глава 2. В книжном магазине
В книжном магазине было душно. Мужчина средних лет стоял у стойки со старыми книгами. Он был полностью поглощен чтением и, казалось, совершенно не замечал происходящего вокруг.
«Изучающему гунфу, если он действительно хорош, совсем не присуща гордыня. […] В гордости есть страх и незащищенность», – читал он.
«Нет, здесь не так… не так… В оригинале стоит ambissions… И это не гордость. И здесь неправильно», – думал он в тот момент, когда какой-то странный рев прервал его размышления.
Рёвом был голос полной продавщицы, смотревшей на него выпятив глаза: «Вы покупать будете? Магазин закрывается», – повторила она.
Мужчина посмотрел на продавщицу, как на существо из параллельного мира, которого не должно быть в этом месте и в это время.
«Зачем?» – спросил он.
«Что значит зачем?» – взревела полная продавщица и обернулась в поисках помощи.
На помощь немного согнувшись подошла сухощавая дама средних лет невысокого роста, похожая больше на добрую фею-волшебницу чем на продавщицу, которая мягким голосом, как ребенку стала объяснять, сопровождая свои слова медленными, плавными жестами.
«Книга, мужчина. Это – книга», – и она кончиками пальцев осторожно коснулась книги. Здесь она сделала паузу, чтобы убедится, что ее слова были правильно восприняты. Убедившись, она с улыбкой кивнула и продолжила.
«Вы смотрите книгу, а мы (она приложила руку к сердцу) через 10 минут закрываемся», – она снова улыбнулась и показала на часы.
«Так разговаривают с иностранцами», – подумал посетитель и внимательно на нее посмотрел, ожидая, что будет дальше.
«Вы покупать ее будете?» – здесь она показала на кассу.
«Ну, покупать… за деньги…», – и она вопросительно посмотрела проницательным взглядом врача-психиатра.
«За деньги?», – ответил посетитель, решив поддержать эту странную игру, взял паузу, сделал вид будто задумался, сжал губы и затем отрицательно покачал головой, поставил книгу обратно на полку и направился к выходу.
Однако, не доходя до дверей, он почему-то вернулся, взял книгу и спросил добрую фею-продавщицу, имитируя иностранца: «Ах, как это?... А сколько она стоит?»
«Там на обложке», – ответила «фея» с улыбкой, перевернула книгу и указала на ценник, – «цена».
Странный посетитель посмотрел на ценник, вздохнул, в свою очередь улыбнулся «фее» и сказал:
«Хорошо, я куплю эта книга». –ответил посетитель, подыгрывая продавщице.
«Кни-Гу», – поправила продавщица.
«Да-да… книгу… Хотя это не совсем верный… как это сказать… перЕвод, но пусть будет. Для коллекция…».
«Коллек-ции», – удовлетворенно поправила продавщица, понимающе улыбнулась и мягко подвела покупателя к кассиру.
Посетитель расплатился, открыл дверь и уже собирался выйти на улицу, как повернулся и сказал совершенно без акцента: «А вы действительно фея?».
«Что?», – удивленно спросила продавщица-«фея» и обернулась к своей полной подруге как-то грациозно, плавно и вместе с тем наигранно беспомощно разведя руками... словно она действительно исполняла роль феи в известном балете. – «Я не понимаю…»
Посетитель наклонил голову и вышел, доигрывая роль джентльмена-иностранца.
После того, как дверь магазина со звоном закрылась, полная продавщица облегчённо вздохнула и, обернувшись к подруге-«фее», громко сказала: «Слава Богу! А то уже думала охрану вызывать… А что за книга то была, Галь?»
«Я как-то толком и не рассмотрела… старая какая-то… борьба…», – ответила «фея» Галя, считая, что инцидент исчерпан и потому подробности большого значения не имеют. – «кулак…»
«Да», – вмешалась в разговор девочка кассирша с блаженной улыбкой, не отрывая глаз от экрана мобильного телефона, – «Опережающий кулак... Брюс Ли какой-то…».
«Ну, ясно все… Хвора людына, чего тут еще скажешь…», – и полная продавщица посмотрела вслед удаляющемуся покупателю печальными глазами опытной женщины, знающей, что такое «настоящая жизнь», чем в этой жизни все вокруг должны заниматься, какими должны быть мужики вообще и покупатели книжных магазинов в частности.
Глава 3. В магазине мобильных телефонов
А посетитель тем временем прошел по тротуару и сел на свободную лавочку, достал мобилку, посмотрел время и вздохнул. По всему было видно, что он кого-то ждет и ему нужно скоротать время.
«В кафе пойти?», – думал он, рассматривая варианты, – «Снова пристанут…»
И он посмотрел на купленную книгу.
«В магазин какой-то? Желательно с кондиционером… А какой? Супермаркет – шумный…»
«Здесь остаться? Книжку почитать? Я и так знаю все, что там написано… Зачем я ее купил?» - он усмехнулся.
Был, конечно, известный вариант – магазин «Алло», но он туда заходил уже три дня, чем вызвал небезосновательное подозрение сотрудников.
«Сперва они просто косились, затем стали перешептываться, похоже сегодня ждет кульминация... Делать нечего… Пойду в Алло».
Он неспеша встал с лавочки и направился к магазину «Алло».
«Мужчина, здравствуйте, Вы здесь уже были.», – жестко заявил с порога охранник, когда посетитель попытался войти в магазин.
«Когда?», – удивленно спросил посетитель.
«Вчера, позавчера, позапозавчера…», – начал перечислять сотрудник.
«У вас хорошая память. Ну и что?», – улыбнулся посетитель.
«Ничего было бы, если бы Вы что-то покупали. А так стоять… Нам не разрешают…» - охранник поднял голову слегка вверх, демонстрируя свою мощную шею. Руки он держал на поясе.
«Чувствует свое превосходство... Голову задрал. - подумал про себя посетитель и усмехнулся. - Шею открыл. Пузо выпятил. Думает массой задавить. Видно не попадал ещё в переплёты... А может и не попадет... Дурачок... Хорошо если не попадет... Ладно...»
«Кто не разрешает?» - спросил он с улыбкой.
Взгляд у посетителя был странный. Он чем-то напоминал взгляд ребенка, изучающего новую игрушку... Не злой, не добрый. Задорный, пожалуй. И главное - в нем совершенно отсутствовал какой-либо страх. Держался он скромно, как-то собрано, но без напряжения.
Охраннику стало некомфортно от этого взгляда. Но не отступать же... И он приосанился, подбоченился и с видом мягкого "а шо такое", то есть с некоторым нарастающим нажимом начал:
«Администрация, директор, и вообще…»
Ситуацию спас подошедший полный мужчина лет 45.
«А вот как раз и он… Денис Эдуардович…» – и охранник, парень лет 20 опустил глаза.
Однако, директор случайно встретился глазами с посетителем и внезапно, к полному недоумению охранника, подошёл и со словами «сенсей» поклонился ему и пожал протянутую руку.
«Сенсей, какими судьбами?», – спросил он его.
«Да вот решил зайти… время скоротать…», – как-то нехотя сказал тот в ответ, показывая всем своим видом, что ему несколько неприятны оказанные знаки внимания.
«Скоротать? Так пойдёмте же в мой кабинет… Там и скоротаете…», – заметив конфуз посетителя, предложил директор.
Изумленный охранник молча отступил.
Директор с посетителем прошли по салону магазина к двери в служебное помещение. Директор поднес к считывающему устройству электронную карту, дверь открылась.
«Интересно у вас тут», – обвел взглядом помещение странный посетитель.
«Технологии», – улыбнулся директор.
Они прошли по коридору и вошли в просторный кабинет.
«Располагайтесь», – сказал директор, указывая на кресла. – «У меня есть прекрасный зеленый чай. Оолунг…»
Он улыбнулся, о чем-то на секунду задумался, и продолжил, будто отвечая на чей-то вопрос: «Не тот, что в магазинах… Из Китая… Вы ведь пьете зеленый?»
«Да, только не крепкий.», – предупредил посетитель.
«Конечно», – понимающе сказал директор, включая прозрачный электрический чайник.
«Люблю смотреть, как вода закипает», – сказал директор, присаживаясь в кресло напротив, – «И все-таки как вы здесь оказались?»
«Машина в ремонте, а дочка ходит на танцы. Вот я ее жду. Сегодня у них гимнастика и занятие по хореографии… 2.5 часа. А я хожу по городу… Жарко… », – ответил посетитель, – «Все просто.»
«И часто она тренируется?»
«Каждый день. Там все строго. Пропускаешь тренировку – уходишь из первого ряда… А ведь все хотят быть в первом ряду.»
«Что-то это мне напоминает…», – с улыбкой сказал директор.
«Да, что-то есть…», – улыбнулся собеседник.
Глава 4. Разговор
«Да. А помните, сенсей, как в старые добрые времена?», – директор на секунду задумался, его лицо осенила улыбка. Казалось, он даже помолодел на миг. – «Пол, залитый потом, мокрое разорванное кимоно… болит все тело… до кончиков пальцев, на улице мороз, а в голове только ичи-ни, ичи-ни… Зеленый чай… И ничего не надо… И казалось, что это мгновение будет длиться вечно…».
Вода закипела быстро …
«Но вечного ничего не бывает… », – продолжил директор, разливая по чашкам кипяток. – «На смену весне приходит лето, затем осень, которая охлаждает пыл, а за ней… за ней приходит зима, которая окончательно проясняет ситуацию».
«У тебя хорошая память, Денис», – улыбнулся «сенсей».
«Что?», – Денис будто очнулся от воспоминаний. – «Да, память… А ведь говорили, что вы погибли… в тюрьме… Затем кто-то вас где-то видел… встречал… Но это уже было позже. К тому времени мода на каратэ уже начала проходить… а сейчас вообще прошла… все… конец… А вы все также? Практикуете? В форме?»
«Так, занимаюсь какими-то упражнениями для здоровья…» - ответил посетитель, давая понять, что тема эта ему не очень интересна.
«Для здоровья…», – повторил неспеша директор, казалось, пытаясь проникнуть в какую-то сокровенную суть этих простых слов. – «А как же истина? Наше дело? Путь?»
«А с путем все в порядке… Вот к тебе привел…» – улыбнувшись, ответил «сенсей». Он уже понял, что объяснений не избежать и, как говорится, включился.
«Хорошо, а мы можем вот… как в прошлом, как тогда… вернуть, начать тренироваться?» - спросил Денис с некоторым азартом.
«Нет… Прошлого нет, Денис», – ответил его собеседник. – «И я не тренирую».
«Почему?»
Этот вопрос повис в тишине. По всему было видно, что собеседнику не хотелось на него отвечать. Но он ответил:
«Я не уверен, что то, чем я занимаюсь… и то, как я занимаюсь может помочь другим людям стать лучше. У меня очень много примеров… негативного опыта, как сейчас говорят»
«Да, я слышал… Именно это мне тогда Руслан и сказал… Даже слова те же…» - опустив голову сказал Денис.
«Денис, сделай одолжение… не называй меня «сенсей», если можно…» - попросил его посетитель.
«А как же мне вас называть?», – с улыбкой сказал Денис.
«Ну, Дима», – просто и с улыбкой ответил его странный собеседник.
«Дима?» – директор недоуменно и даже с какой-то долей испуга посмотрел на собеседника… казалось, что он сейчас взорвется от переполнявшего его негодования…
«Хорошо, Денис, я понял… Как угодно… Если нельзя, пусть будет «сенсей»», – несколько смутившись ответил тот, опустив глаза.
«Сенсей… А как вообще, жизнь?»
«Да нормально.», – отпивая глоток чаю, с выдохом ответил Дмитрий.
«А помните Леху? Ведь он большим человеком стал. Шихан. 7-ой дан. Нет, ну он уже не Леха, конечно же… Не Леха… Алексей… (произнес он в какой-то представительной манере, видимо пародируя то, как представляется их общий знакомый на официальных встречах). Каждый год в Японию ездит… У него там сенсей с 10-ым даном… Семинары проводит, аттестации… Другие на Окинаву летают. Кто-то в Китай… Фуцзянь, Фошань… А вы, сенсей?»
«А я – здесь» - просто с улыбкой ответил собеседник.
«Так а чем вы занимаетесь?» – недоуменно спросил Денис, сделав круговое движение руками, очевидно, означающее общее положение дел.
«Торговал запчастями к комбайнам, затем были проекты разные… Например, чугунные шары для бань делали, бани строили, сантехнику меняли, дробилки, переводами занимался… Сейчас вот без работы… – ответил собеседник и, сделав небольшой глоток чаю, добавил. – Кризис…»
«Я не понимаю… Вот не понимаю я, – с некоторым раздражением начал Денис. Казалось, он после некоторой подготовки-разведки, увеличивал натиск на противника. – Почему вы не тренируете? У вас огромный опыт…»
«Денис, это никому не нужно… Вернее, почти никому, – спокойно ответил сенсей, отпивая еще один глоток чая. – К тому же, чтобы делать на этом бизнес, нужно входить в систему… Школы, стили, семинары, соревнования… Я этого не хочу. Мне это не интересно.»
«Почему?» - не унимался Денис.
«Почему?», – задумчиво повторил вопрос сенсей…
Глава 5. Саныч
Зал находился где-то на окраине города. На дорогу ушло полтора часа… маршрутка, троллейбус...
«Да, далековато, но будем надеяться, что не зря… и Максимка не обманул, и парень действительно что-то умеет», – подумал молодой человек со спортивной сумкой на плече.
Он прошел несколько дворов и подошёл к серому, обыкновенному трёхэтажному зданию средней школы… Смеркалось… И школа в лучах заходящего солнца принимала печальный вид заброшенного замка…
Молодой человек осторожно ступил в пролом забора…
«Вот он… Заброшенный замок Сюри…», – подумал молодой человек и улыбнулся.
Возле дверей уже стояла группа ребят, которые о чем-то говорили, изредка смеялись.
«Парни высокие, крепкие. Эти, похоже, борцы… Человек шесть… семь... точно, семь... Сразу всех не одолеть… Ничего, в кармане явара (прим. небольшая металлическая или деревянная палочка размером с ладонь, заостренная с обеих концов – японское оружие), за поясом нунчаки… прорвемся… А Макса среди них нет. Ладно…», – отметил про себя молодой человек и сел на лавочку, стоящую недалеко от входа в школу.
Макс подошёл через пять минут, подошёл не один… Его спутником был крепкий парень лет 25, увидев которого, группа ребят, стоящих у дверей школы затихла.
Молодой человек со спортивной сумкой подошёл к Максу со спутником…
«Дима», – представился он.
«Саша», – ответил крепкий парень. – «Можешь Саныч… Макс о тебе говорил…»
«Ну тогда я пошел, парни. Дела, жена… в общем, пошел я», – сказал Макс, несколько нервно пожал им руки, движением баоцюань поздоровался с группой, накрыв кулак правой руки левой ладонью, что означает – все люди братья между четырьмя морями, слегка поклонился и ушел.
«У нас тут тренировка. Макс сказал, что ты хочешь поработать…», – глаза Александра светились дружелюбием, добротой и нескрываемым интересом.
«Да, хотелось бы…», – ответил сдержано Дмитрий.
«А что так? Ваш брат ведь только со своими обычно… Или своих уже всех побил, победил?»
«Нет, просто сомнения у меня. А ответов нет…», – просто ответил Дима.
«Сомнения? Даже так?» – рассмеялся Саныч, – «Ну, тогда тебе точно к нам… У нас все сомневающиеся…».
Группа вошла в зал. Как непохоже это было на привычную группу каратэ… Несколько человек были в каких-то спортивных костюмах, пара человек в дзюдоистских кимоно, один в таеквондистском, один в черной каратэ-ги с белым поясом, пара человек в трусах и майке…
По их внешнему виду и по тому, как эти люди разминались было видно, что это боксеры, борцы, дзюдоисты… похоже, все с опытом… Что может объединять такую разношерстную публику в школьном физкультурном зале?
Теоритически - Ни-че-го…
Объединял же их вот этот крепкий и по виду простодушный парень, который надел дзюдоистское кимоно, подвязался белым поясом и вышел на середину зала.
«Димыч, я проведу разминку… А ты тут тоже поразминайся немного и начнем…», – обратился он к гостю.
«Хорошо», – ответил гость зала и начал разминаться у стены рядом со входом, мельком поглядывая на то, что происходило в зале.
А в зале происходило что-то совершенно непонятное…
Какие-то одни странные упражнения по хлопку ладонями Саныча сменялись другими: ходили на корточках с различными ударами ногами; кувыркались; отжимались какими-то странными способами; стояли, ходили и отжимались в мостике, делали колесо и т.д. Все это делалось достаточно интенсивно. Было ясно, что с гибкостью у ребят все было неплохо, с балансом и координацией тоже, и физическая подготовка также не хромала. Все это не было похоже ни на одну известную Диме разминку.
Сам же Саныч все это время стоял в низкой стойке мабу (бедра параллельны полу), медленно разминая шею, кисти, плечи, считая, давая указания и редко отпуская некоторые язвительные замечания: «Ну ты же чувствуешь… Чувствуешь, что это г…о».
Так продолжалось порядка 10-15 минут. Затем Саныч поручил вести дальше «разминку» одному из парней, которого звали Вадик, а сам подошёл к Диме.
«Ну что? Пойдем походим?» – с улыбкой спросил Саныч.
«Пошли», – ответил спокойно Дима.
Речь шла, как вы, я думаю, все поняли, о поединке.
«По каким правилам?», – спросил Дима
«А по каким ты хочешь?»
«Мне без разницы», – парировал Дима.
«Мне тоже… Тогда без правил? Как на Окинаве?» – улыбнулся Саныч, его глаза при этом были настолько светлыми и ясными, казалось, что на тебя смотрит ребенок – доверчиво, изучающие. Эту особенность Дима сразу отметил…
«Как на Окинаве», – подтвердил Дима, сжал кулаки и стал в боевую стойку.
И бой начался. Однако длился недолго.
На каждое движение Димы Саныч отвечал стремительными сериями, заканчивающимися сбиванием с ног и добиванием в голову. Все движения были строго контролируемыми, хотя большинство из них были очень опасными и могли причинить серьезную травму. При этом Саныч будто улыбался… Казалось, он просто играл со своим противником, как взрослая кошка играет с котёнком. Дима это все прекрасно осознавал. Удары Саныч делал в основном ладонью и пальцами, реже кулаком.
После пятой контратаки Дима остановился, пораженный техникой и уровнем мастерства своего соперника...
«Я не понимаю… Что это?»
«Рукопашный бой. Разве Максимчик тебе не сказал?»
«Нет, рукопашный бой не такой…» – уверенно возразил Дима.
«А какой? Такой?», – спросил Саныч и выполнил пару зомби-образных движений, имитирующих перемещение в дзенкутсу-дачи.
«Ну да», – улыбнулся Дмитрий.
«Ну, у нас есть небольшие отклонения… – улыбнулся Саныч. – Назовем это так.»
«Хорошенькие отклонения… А что за стиль?»
«Вот ты заладил… Назовем это стилем рукопашного боя, который работает.»
«Окинавское тотэ?» – завороженно спросил Дима.
«Ну, пусть будет окинавское тотэ», – согласился Саныч.
«А кто основатель?»
«О, этого я не знаю»
«Ну, хорошо… А у кого ты учился?»
«У Бори», – улыбнулся Саныч.
«Это просто крыша какая-то… То есть здесь, где-то в городе, есть какой-то Боря… мастер удивительного стиля… похоже, окинавского тотэ… И его ученик – вот этот парень по прозвищу Саныч, который зарабатывает тем, что делает потолки и стены из гипсокартона, а по вечерам тренируется с группой в школьном зале на окраине города. И если бы не Максимка, который с ним работает в бригаде, я бы с ним никогда бы и не пересекся…», – думал Дима, пытаясь осознать случившееся.
«Хорошо, а можно с вами заниматься?» – спросил Дима.
«А ты не пожалеешь?» – как-то по озорному спросил Саныч, прищурив глаза.
«А что может случиться?»
«Что может случиться?» – задумчиво переспросил Саныч и серьезно продолжил. – «Разное, Димыч… Очень много чего может случиться… Может существенно измениться вся твоя жизнь…»
«Не пожалею…» – уверенно ответил Дима.
«Ну, тогда становись в строй…» – эти слова Саныч сказал уже не таким дружелюбным тоном, каким вел до этого беседу.
Глава 6. Стиль Бори
«Саныч, но это ведь уникальный стиль. Этого ведь нигде нет. Почему вы неизвестны?»
«А зачем нам известность? Нам известность совсем не нужна», – спокойно говорил Саныч, делая несколько глотков зеленого чая из солдатской фляги и протягивая флягу Диме. Он всегда в сумке с собою носил две солдатских фляги с крепко заваренным зеленым чаем. Эти фляги, по его словам, достались ему от деда фронтовика, который служил в разведке и научил его еще ребенком бить удары ребром ладони по дереву.
«Но все ведь стремятся. Пояса, мастера, семинары…» - с сомнением начал было Дима.
«С чего ты взял? Очень многие стремятся к совершенно другому. И есть это, Дима, есть… Просто ты там не был, не ходил, не видел… А если быть точным, тебя не допускали… – сказал Саныч. – Это такая другая реальность. Параллельный мир.»
«И я тебя предупреждал, что многое изменится в твоей жизни... – улыбаясь продолжал он, – И вообще. Тебя сейчас не это беспокоить должно… известны, неизвестны, название стиля, кто, откуда…»
«А что меня должно беспокоить?»
«Тебя должно беспокоить то, что у тебя взрывной прорыв не получается… А это база… база нашего стиля… Что начнутся вот-вот испытания, а ты к ним не готов…»
«Да какая же это база? Это высший пилотаж какой-то… ноги бьют семь руки бьют три... И какого стиля? Рукопашного боя что-ли?»
«База, Дима, это наша база… А не выходит, потому что ты дубовый … не гибкий… без обид, конечно… – ответил Саныч. – Стиль… Ну, для тебя это может называться окинавское тотэ… Нормально?»
«Нормально… Так а что мне делать?»
«Бедрами крутить… Ну и вообще, тренироваться. Разминку запомнил?»
«Частично…»
«Так вот это не разминка, а тоже база… Ну вот, то, что запомнил – делай… И троечки, Дима, троечки… Потом мосты покажу, ноги…»
«А ката у вас тоже есть?»
«А зачем тебе ката? У нас нет никаких ката… А если и есть - никто им тебя учить не будет. До них дорасти надо, иначе... Тебе что каратэкских мало? Боря говорил, что в каратэ много хороших ката… Бассай, например…»
«А расскажи про Борю. Кто такой Боря?»
«Боря – это такой интеллигентный, думающий человек средних лет, который вел секцию рукопашного боя в строительном институте. Затем все свернул, перестал тренировать… и уехал…»
«Как уехал? Куда уехал?» – удивленно спросил Дима.
«Уехал и все. А зачем тебе это?» – усмехнулся Саныч – «В ученики к нему хочешь?»
«Нет, просто интересно» - сказал Дима насупившись.
«Учеников он больше не берет. Где он сейчас – никто не знает, – задумчиво сказал Саныч и добавил, – Только это мало что значит. Так бывает. Это обычное дело на нашем пути... Знаешь, Димыч, я вот у Бори пять лет протренировался и за это время я не видел ни одного человека, который бы спросил у него о названии и истории стиля… Во-первых, он бы не ответил, а во-вторых – никому это было не интересно, и в-третьих, он бы спрашивающему дал бы подзатыльник».
«А почему он бы не ответил? Зачем подзатыльник?» - глаза Димы округлились. Он никак не мог понять - что это все такое: игра, альтернативная реальность, какой-то розыгрыш...
«А потому что серьезные люди на такие вопросы не отвечают кому попало... без веских к тому оснований… А подзатыльник – для профилактики, чтобы внимание не распылялось…»
В последствии Дима узнал, что Боря был бывшим боксером. Преподавал он по-началу обычное каратэ, без фокусов, но затем, на каком-то этапе… его отчего-то «перемкнуло» и он начал давать старшей группе элементы какого-то оригинального стиля, концентрируя внимание на реальный уличный поединок… Откуда пришла эта техника – доподлинно не известно. Он говорил, что это – просто следующая ступень развития бойца во всех стилях. У кого он учился не известно, в федерациях он не состоял, в официальных соревнованиях его ученики не выступали…
Еще Дима узнал, что одни боевые системы могут маскироваться под другие… Зачем это делалось он не понимал…
«Если у тебя есть стекляшка, ты, возможно, захочешь выдать ее за бриллиант… чтобы похвастаться… или даже продать кому-то… – пытался объяснить Саныч, – Но, если у тебя есть действительно бриллиант, стоимостью 20 миллионов долларов – ты будешь его прятать. Опасно показывать бриллианты...».
«Самураям?», – соглашался Дима, удовлетворенно кивая головой. – «Точно… Им нельзя… 100 процентов.».
«Научил ли Боря нас всей системе или показал лишь часть? Я не знаю… Но я знаю то, что все не так просто работает… Один пришел, другой научил… Человек не может случайно куда-то прийти и случайно чему-то научиться, если его не приведут… ученик готов – учитель явится», – и здесь Саныч нанес Диме неожиданный удар в голову, остановив ребро ладони в сантиметре от виска.
«Блин, Саня, ты меня чуть не убил…» - Дима отшатнулся. Аж в пот бросило. Сколько раз он в последствии переживал это чувство.
«А как же Окинава, Дима? Самураи, стили? Боря? Зачем тебе это все, если ты не готов?… Где твое «мидзу но кокоро» (яп. 水の心 ум без переживаний)?… А, или ты хочешь стать великим теоретиком кунг-фу, Роландом Хабердзецером, популяризатором боевых искусств - писать книжки о стилях и направлениях, снимать фильмы, деньги зарабатывать? Но это не к нам, — с некоторым вызовом произнес тираду Саныч. – Да, и не советую… Почему? Потому что это будет не честно. Это не Путь».
Как попал к Боре Саныч – доподлинно не известно, но известно, что занимались они у Бори с другом по кличке «Слон», любимым ударом которого был усиро-гери в прыжке… Те, кто видел его в деле, говорили, что Слон не уступал Санычу ни в скорости, ни в силе, прекрасно бил ногами, но почему-то внезапно перестал тренироваться и куда-то пропал...
Информации на тренировках Дима получал столько, что мозг не успевал ее перерабатывать… Пробовал записывать, но выходила какая-то несвязная чепуха… Описать все аспекты, особенно, связанные с психологией поединка было очень тяжело. Выстроить систему по типу каратэ у него тоже не получалось… Было очень много парной работы и отработка движений по индивидуальным программам. Связки, сочетающие в себе ударную, бросковую технику, менялись каждую тренировку.
«У меня тоже так было у Бори поначалу… Заметь, я не даю вам и десятой части того, что давал нам он, – говорил Саныч – Но… Во-первых, ты уже в группе, которая занимается два года. А, во-вторых, не нужно заниматься всеми техниками, приемами, запоминать все комбинации. Нужно все сводить к чему-то очень простому и естественному, адаптироваться, найти свое… смотреть на то, что ты уже знаешь немного под другим углом. Как-то раз я решил написать распорядок дня, расписание тренировок, куда включил разминку, ударную технику, работу с оружием, с отягощениями и пр. И знаешь сколько у меня получилось в сутках должно часов быть? 34. И здесь я понял, что что-то не то делаю… Поэтому я выбрал только взрывной прорыв, один удар ногой и все… Ну, еще разминку, растяжку… И угадал… Боря это заметил и начал подсказывать, вести, хотя нас со Слоном он и недолюбливал… Там блистали другие…»
«Да, я там получил все ответы на вопросы… – говорил Саныч, – До этого я много чем и где занимался с раннего детства. Мама всегда давала деньги на занятия в секциях. Она работала в строительном институте и считала, что это будет развивать меня…, занимался я и каратэ… Разными стилями… И никак понять не мог зачем в ката мы с блоками вперед ходим. Т.е. противник отступает и отступая удары наносит… Но ведь так могут поступать только полные идиоты. Одни мне говорили, что я задаю дурацкие вопросы… Другие, что нужно ката сделать 10 тысяч раз и тогда ты все поймёшь… Третьи еще что-то… Я даже как-то раз психанул, выбрал ката и сделал его 10 тысяч раз – на это ушло чуть больше года. Но ничего так и не понял… А Боря ответил за пять секунд… «Саня», – сказал мне он – «Так это не блоки. Это все удары. Каратэ — это стиль нападения, а не защиты. Понимаешь?». «А чего они такие странные?», – спросил я его. «Ничего странного. Очень даже эффективные удары. Этот в горло предплечьем, этот по ключице, в мочевой пузырь, в пах… Просто думать надо… Тебе голова зачем дана?»… Димыч, ты понимаешь? Пять секунд… А до этого никто…»
«Понимаю, – ответил Дима, – У нас это до сих пор табу… «Сколько ты каратэ занимаешься?», – говорят. – «Ну, вот через 5 лет поговорим. А пока – давай делай.». И травматизм в спаррингах – все с травмированными надкостницами, выбитые пальцы…»
«Да, это все ясно… Просто не готовы. Основа взрывной работы ног – это столбы. Какие могут быть спарринги если человек в мабу стоять не может? Второй вопрос – как стоять… Нужно расслабляться… Искать расслабление и слушать…»
«Слушать?» – спросил тогда Дима, но Саныч переключил разговор на другую тему.
«Защита? Нет никакой защиты. В защите нападение, в нападении защита. Основа боя – удар без подготовки».
«Иккен хиссацу?»
«Нет, там идет серия, конечно, но последний удар должен быть сильным и точным. Все остальное – для отвлечения внимания. И слушать, Дима, слушать…»
«Что слушать?»
«Всё… Представь, по одной дороге идут два человека. Один слышит пенье птиц, шелест листьев, чувствует запах цветов, видит заходящее солнце и даже паутинку и паука, и радость переполняет его, а другой ничего этого не видит и не слышит. Почему? Они ведь идут одной дорогой. Потому что мозг второго заполнен каким-то мусором, жвачкой… иллюзиями… сомнениями… мнением о себе… Он даже не понимает жив ли он или уже мертв. Есть такая японская пословица: «Родился сонным, а умер пьяным». Какой выход? Слушать… Нужно это особенно тренировать – слушание… Идти по жизни, как по тонкому льду... по лезвию бритвы... Это и есть суть боевого искусства».
«А куда идти?»
«Тебе подскажут. Сам увидишь.» - загадочно ответил Саныч.
«Мастер не может плохо учиться, – как-то раз сказал в диалоге Саныч, – Потому что он умеет концентрироваться, терпеть, адаптироваться к ситуации, а также потому, что он любит трудиться… познавать новое, учиться. Из трех человек, идущих по дороге, двое могут быть моими учителями… Так говорил Конфуций…»
«А ты? Почему ты не поступишь в институт? Не выучишь языки?» – спросил как-то Дима.
«Потому что я работаю…», – парировал Саныч, но затем добавил, – «Но если честно – потому что я слабый и ленивый… Я очень ленивый… И еще я параноик и социопат… Да, ленивый параноик-социопат, который не любит скопления людей и не доверяет институтам…»
«Так, а мастер?»
«О нет, я не мастер…», – рассмеялся в ответ Саныч.
«А Боря?»
«Не знаю. По-моему, он себя мастером не считал.»
«А кто же тогда мастер?»
«Кто дошел безупречно до конца Пути, наверное.», – с улыбкой ответил Саныч известной цитатой основателя стиля Шотокан Гитина Фунакоши.
«А если серьезно?»
«А если серьезно. Это все не так важно. Человек либо идет по Пути, либо сворачивает, либо погибает... Вот и все.»
Глава 7. Последствия
Не следует забывать, что Дима был инструктором каратэ, состоял в федерации… А это значит, что нужно было проводить тренировки, собирать деньги, готовить учеников к сдаче на пояса, ездить на семинары к японцам и пр.
Все это было непросто в свете последних событий…. Обманывать учеников он не хотел. Потому начал вводить определенные элементы нового стиля в тренировки. Сначала понемногу, а затем… Это было уже не то каратэ, которого от него ожидали… Слухи дошли до руководства.
- Дима, что ты делаешь? – спросил его сенсей.
- Так, вот же… Оказывается все не так, сенсей… Японцы нас или обманывают, или сами не знают. – с горящими, безумными глазами отвечал Дима. – Все ведь по-другому.
- Что по-другому?
- Так вот. Это вот не блоки, а удары, это – броски, а это вообще японцы для красоты вставили, а было вот это... И сами движения – они ведь для боя не годятся. Это все цирк какой-то… Спаррингуем-то мы по-другому. А если несколько противников, а если с оружием, а если ранили… Должна же даваться тактика, стратегия, психология поединка…
- Так, давай все по-порядку. Откуда ты это взял? Из фильмов про кунг-фу? – сенсей устало опустился на стул.
- Нет, товарищ один показал. Он тренировался у Бори… Это чем-то на Вадо-рю похоже… но не Вадо-рю… это точно... китайское что-то... Окинава...
- У Бори? – глаза сенсея выражали удивление. Однако он оставался спокойным, как всегда.
- Ну, да. У Бори в строительном институте.
Сенсей задумался.
- Дима. – сказал сенсей. – Я в каратэ уже 20 лет. Разное видел, перепробовал, и стилей и направлений… И друзья у меня… И Борю твоего тоже видел. Ну, еще один оригинальный стиль. И что? Таких много, Дима.
- Много? Я такого не видел никогда. Мы в спарринге против них как дети…
- В каком спарринге? – скривился сенсей.
- Ну, мы с ним, с учеником этим, спарринговали без правил. Он сказал, что рукопашник… Ну я и решил с ним поработать для опыта. И вот у них все живое, рабочее, а наше – выходит, против них не работает. Другие принципы – гибкость, легкость, серии.
- Хорошо, Дима. Это просто твой персональный этап развития. Обычное дело… Поиски, новые веяния, техники… Канадзава вообще тайцзи-цюанем занимается в свободное от занятий время. В свободное, Дима… Но при чем здесь группа, которую ты ведешь? Ты ведь инструктор по каратэ, есть программа, есть аттестации, соревнования… Зачем ты в группе начинаешь вводить какие-то странные упражнения, отменил кияй, ката все переделал, надавал непрограммных бункаев, ввел какой-то сокращенный санчин… Учеников учишь бить по глазам, в горло и пах… Кого? Белых поясов? Детей? Зачем?
- Так они же приходят драться научиться, а не на пояса сдавать…
- Драться? Интересно, интересно… Это как? Калечить людей, а после в тюрьме сидеть?
Это был интеллигентный, умный человек, политик… Здесь он взял паузу…
- И это спорный вопрос – кому-то и пояса нужны, кому-то общение… Это спорный вопрос – зачем приходят заниматься каратэ люди… Спорный, Дима… А у нас федерация, программа… японцы приедут… И что мы им покажем? Вот это твое? Стиль Бори и кривой Сочин (прим. ката каратэ)?
Сенсей взял паузу.
- И Боря твой, насколько я знаю, не давал младшим ученикам этого… Не давал…
- Но это ведь будет не честно.
- Ух ты? Это почему же? - с удивлением спросил сенсей.
- Знать, как надо делать и не рассказывать – это не честно… Лучше вообще никого ничему не учить, чем обманывать – это ведь принесет людям только травмы психологические и физические.
- Люди пришли учиться каратэ-до стиля Шотокан. Ты даешь каратэ-до Шотокан, даешь все по программе, по японской программе. Что здесь не честного?
- Я не могу это делать формально. Я не могу учить тому, во что сам не верю.
- Дима, есть классы, система обучения… Нельзя давать ребенку в первом классе материал пятого – он не поймет.
- Там база совершенно другая…
- Для этой базы тело должно быть готово. Вот каратэ и готовит…
- Не знаю. Система там цельная. Мне переучиваться пришлось. И акцент на боевое применение…
– Зачем им боевое применение? Ты что бойцов спецназа готовишь, разведчиков-убийц? Люди просто пришли отдохнуть, пообщаться… Не мешай им, Дима… не мешай... Не всем же быть фанатами как ты и твой друг… Саша безумный… Тот тоже по 4 часа людей в зале мучает… Увидел в кино каких-то японцев и решил почему-то, что все так должны тренироваться… и теперь: две тысячи ударов руками и тысячу ударов ногами каждую тренировку. Мне Андрей-врач говорит: «Я утром работать не могу, руки трясутся». Ну, тот хоть каратэ ведет… Я ему говорю: «Саня, что ты делаешь?». А он мне: «тренируюсь»… и глаза такие ясные, как у ребенка, что ему скажешь... Как жить вы будете, ребята, когда все ученики из групп ваших уйдут?
- Ну кто-то ведь останется…
- Не останется… – тихо сказал он и опустил глаза.
- Я благодарен вам, сенсей, за все. Очень благодарен. Но сейчас… Я не могу… Мне нужно время все обдумать, решить. Я не считаю каратэ бизнесом…
- На что жить будешь?
- Не знаю.
- Сколько тебе лет?
- 25.
- Ладно, Дима. Группу передай Андрею, если что – заходи, обращайся. Прости, если что не так…
- И вы, сенсей, простите…
Они пожали друг другу руки и разошлись…
Глава 8. Последствия
Вы, наверное, думаете, что вот живет себе человек, делает то, что хочет, а если с ним что-то и происходит – это просто случайность, череда каких-то случайностей… Не обманывайте себя, кирпич на голову никому просто так не падает. И в ДТП люди попадают не только из-за невнимательности на дороге или из-за того, что после дождя тормозной путь становится несколько длиннее…
Ну, казалось бы, а что с того, что Дима стал тренироваться немного по-другому?
Многое… Сменился не просто стиль, техника, сменилась какая-то программа, сценарий жизни, а за сменой сценария последовали испытания... испытания свойственные именно этому сценарию…
- Я свободный человек, Шура, – говорил Дима другу, сидя на кухне в хрущевке и попивая зеленый чай. – Оглянись вокруг… Здесь Окинава 17-го века…
- Окинава? – удивленно переспросил друг. – Почему Окинава?
- А что еще? Да, Шура, Окинава… Окинава… Вокруг японцы самураи-узурпаторы, проба меча, налоги, с ними предатели и барыги… какие-то банды… а мы – простые окинавские парни-крестьяне… выйди на улицу – там везде опасность… у них оружие, мечи, власть… а у нас? А у нас только вот это…
И он показал два набитых кулака.
- Ха… но они не знают стиля Бори… который как раз и создавался против них… – и как бы вернувшись в себя добавил, протягивая опустевшую чашку. – Добавь еще кипяточку немного…
Друг долил в его стакан крутого кипятку… он лил сверху, высоко поднимая чайник над чашкой, объясняя это эффектом водопада, и вода пенилась, поднимая зеленые листья, которые снова налились, разбухли и заполнили половину чашки…
Дима продолжал:
- И хотя ты не сказал мне тогда о семинаре Канадзавы и мне было очень обидно… и ты это знаешь… вот плохо ты поступил тогда, Шура… плохо… – Дима знал что это «больная тема», и продолжал дальше с видом великого благодетеля (ну, не все ж такие, как ты… есть еще нормальные пацаны в на многострадальной земле Окинавы). – Но я тебя приглашаю – пошли со мной на тренировку к Санычу, ты увидишь настоящее каратэ… Вот смотри…
Здесь он встал со стула, принял какую-то странную стойку и начал показывать какие-то комбинации, движения…
- Смотри, все мгновенно, тройка, пятерка, взрывной прорыв, лотосы в ногах, восьмерки в бедрах, точка, круг, спирали… Вошел, ударил, завалил, добил… А ката… Все ж понятно становится … Хватит заниматься ерундой, Шура…
- Димон, это круто, но это не каратэ… – спокойно сказал друг.
- Да какая разница… Ну какая разница как это называется? Ведь это же работает…
- А какая там философия?
- Философия? Не знаю я. Дзен, наверное. Мусин, увэй… Горин но сё… Я не знаю. А какая тебе нужна философия?
- Нет правил, бей первым, без подготовки… в смертельные точки… Что-то это вообще на Путь не похоже… у-дэ никакого… бандитский стиль какой-то.
- Чего это бандитский? – обижено протянул Дима.
- А чего ты из федерации ушел? Сенсей сказал, что ты в поисках каких-то, с ума сошел… Это правда?
- Та попса это все… Ну, сходи со мной на одну тренировку… сам все увидишь.
- Ну, на одну схожу…
Они ехали в маршрутке, Дима рассказал своему другу историю школы.
- Не понятно, конечно. А куда Боря этот уехал? На кого школу оставил?
- На Феликса какого-то…
- А Слон куда делся?
- Без понятия. А тебе какая разница?
- Да, так, люди исчезают, исчезают без причин и объяснений, а до них никакого дела никому нет. Странно как-то все это…
- Ну, сам спросишь у Саныча.
Возле дверей школы уже собрались люди. Дима многих уже знал… Поздоровались…
Вскорости подошел Саныч.
- Привет, Саня, – поздоровался Саныч с другом Димы первым (по описанию он уже знал, кто прийдет и как он выглядит), – Наслышан о тебе.
- Привет. Надеюсь, с хорошей стороны. – улыбнулся друг Димы.
- С наилучшей. – Саныч посмотрел на Диму. – Будешь проверять меня или сразу в строй?
- Не знаю. Расскажи суть стиля, если можно.
- Суть стиля? – Саныч приосанился, пародируя профессора (к слову, его отец и был самым настоящим профессором математики, но умер, когда Саныч был еще ребенком), – Суть стиля простая – в кратчайший интервал времени… нанести максимальный урон противнику… ээ… и скрыться с места происшествия без потерь. Еще раз: остаться в живых, нанести урон противнику, выйти из боя без потерь… Подразумевается, что противников может быть несколько и они могут быть с оружием.
- Это не реально. – печально улыбнулся Саня.
- Конечно. – согласился Саныч. – Но шанс все-таки есть. Вот мы и тренируемся чтобы его, этот шанс, не упустить. Для этого – противник не должен знать, что ты что-нибудь умеешь, никаких стоек, поз… Желательно вообще, чтобы меньше людей знало о том, что вы чем-то занимаетесь. Твои действия для противника должны быть полной неожиданностью. Выход в стойку это уже опасность, это уже бой. Как мастер ножа никогда не показывает нож до удара, так и мы ничем не выдаем себя, когда начинаем действовать… – и здесь Саныч нанес серию ударов, захватил и мягко опустил друга Димы на асфальт. – Где-то так…
- Покажи, как ты будешь бить без замаха? – спросил Саныч.
Саня достаточно быстро вывел вперед руку и ударил… Саныч легко парировал удар…
- Все очень медленно… все видно… ты себя выдаешь…
И он показал резкий удар без замаха… естественный подъем руки похожий на удар ножом снизу, на взмах крыла, затем серия.
- Это выход в боевую стойку…
- Я видел такое в пигуа, по-моему… Еще так поднимают руки в тай-цзи. Это же первое движение, – сказал Саня, – А стойка как в син-и-цюань.
- Боря говорил, что нет другой боевой стойки. Только эта, а все остальное – переходы.
- А удары ногами?
- Удары ногами все не выше пояса. В основном по коленям.
- А как же от этого защищаться?
- От ударов ногами ниже пояса, Саня, защищаются только ударами ногами ниже пояса. – улыбнувшись ответил Саныч.
Тренировка закончилась… Дима с другом возвращались домой.
- Ну как тебе?
- Очень опасная техника. Не хотел бы я встретиться с таким вот Санычем в темном переулке... или даже с его учениками…
На тренировку к Санычу приходили разные люди. Как правило, это были те, кто уже занимался какими-то единоборствами в прошлом, и которых неведомая сила неведомыми путями приводила в зал на окраине города. Были боксеры, борцы, были и уличные бойцы… Все это были ребята с опытом… Все они проходили обучение по индивидуальным программам. Саныч с каждым работал отдельно – давал задания, показывал техники, рассказывал мотивирующие истории и давал советы. На тренировках было много парной работы. В основном это были разные комбинации, полусвободный бой, целью которого было закрепить технику… В конце тренировки давалась физическая нагрузка, состоящая из отжиманий и упражнений на пресс (как правило «склепка»).
Из-за индивидуальных особенностей тренирующихся, разных программ, у них не было одного взгляда на стиль. Т.е. если расспросить каждого отдельно – чем они занимаются, получилось бы множество разных ответов.
Так дзюдоисты склонялись к тому, что это дзю-дзюцу или айки-дзюцу; боксеры – к тому, что это похоже на сават; Дима, как мы уже знаем, решил, что это окинава-тэ; а Саня считал, что это какой-то внутренний стиль китайского ушу; таеквондисты думали, что это какая-то версия хапкидо и т.д.
Сам же Саныч и ближайший его ученик Вадик считали, что это вин-чунь (кит. 咏春). Почему? Не ясно. Боря, насколько известно, ни названия стиля, ни его истории так никому и не открыл.
«А может он и сам не знал? … Научился у какого-то деда-китайца, тот ему не сказал… или, вообще, все сам придумал…», – говорил Дима.
«Боря? – Саныч недоуменно посмотрел на Диму, – Не думаю, что он мог такое придумать... Учился он. Вин-чунь это, Димыч, вин-чунь… Посмотри книгу Брюса Ли «Джит-кюн-до»… Все очень похоже. И стойка, и принципы…»
У самого Саныча книга эта хранилась в идеальном состоянии, читать он ее никому не давал, хранил очень бережно и часто перечитывал…
И вот как-то раз в школе, где Саныч проводил тренировки, вывесили объявление о том, что набирается группа изучающих стиль Вин-Чунь версии Ип-мана.
Инструктора, который набирал группу, встретили в коридоре, привели в зал, усадили, налили крепкого зеленого чаю из термоса и начался разговор, плавно переходящий в демонстрацию техник.
Саныч показывал свою технику, инструктор свою.
- Интересно. А чем вы занимаетесь? – спросил инструктор.
- Вин-чунь, – улыбаясь ответил Саныч.
- Ребята, это не вин-чунь, – утвердительно сказал инструктор и покачал головой.
- Почему это? – спросил немного раздраженно спросил Вадик.
- Ну, у вас нет сиу-лим-тао (кит. 小念头), стойка у вас на сан-ти-ши похожа… Это не умаляет эффективности стиля, конечно, но это не вин-чунь.
- А какой тогда вин-чунь? – спросил снова Вадик, закипая.
- Вот смотрите… - инструктор показал сиу-лим-тао, стойки, перемещения, какие-то комбинации.
- Нет, мы ничего не понимаем. А как это работает? – не унимался Вадик.
- Ну, вот ты атакуешь рукой… – пытался объяснить инструктор.
- Но я так не атакую… – Вадик ехидно усмехнулся. Всем было ясно, что Вадик уже вошел в боевое состояние (яп. 残心 - сердца отрешенного от чувств и готового к бою) и сейчас как минимум нанесет серию в стремительной атаке.
- Вадик, остынь, – отстранил его Саныч, он видел в глазах Вадика уже известные огоньки… ничем хорошим это закончиться не предвещало.
- Подожди, Саня, т.е. наши тройки – это не вин-чунь, взрывной прорыв – тоже, а что тогда вин-чунь? Вот эти танцы? – Вадик неумело показал тазом какие-то дерганные движения, напоминающие танец живота.
- Извините нас, – дипломатично сказал Саныч сконфуженному инструктору, отстраняя Вадика и давая понять, что дискуссия закончена. – Было интересно с Вами пообщаться, но у нас тренировка.
- Да-да, конечно, – ответил смущенно инструктор и начал собираться.
- Я вас провожу, – сказал Вадик.
- Вадя, без глупостей. – тихо сказал Саныч.
- Нет, я просто хочу пообщаться, Саня. Просто поговорить. Ну, о стилях, о направлениях…– Вадик улыбался обычной улыбкой, без сумасшедшего блеска в глазах. – Как Дима любит… Все будет хорошо.
- Давай, Вадя, и обратно на тренировку, – сказал Саныч, убедившись, что Вадя пришел в нормальное состояние.
У Вадика уже месяц болело правое плечо – он недавно схватился с двумя крепкими мужиками где-то на стоянке – в запале ударил неудачно тройку и повредил себе плечо. Что стало с теми, кого он побил было не известно, т. к. с места происшествия он скрылся... как и положено по уставу школы.
Началась тренировка. Саныч осмотрел присутствующих…
- А где Шелест? – спросил Саныч.
- Шелеста не будет. Он сказал, что, если еще немного потренируется в таком режиме, кого-то точно убьет… – ответил басом его напарник, бывший дзюдоист, который легко делал на турнике 100 раз склепку.
- Понятно, поехала крыша… Снова какие-то разборки…, – сказал Саныч себе и чуть громче другу-дзюдоисту, – Пусть хоть позвонит тогда…
- У него нет телефона…, – ответил тот.
- Ну, пусть из автомата позвонит…, – парировал Саныч, подумал и тихо добавил. – Ладно, я сам подъеду…
В разгар тренировки в зал вошла заплаканная девушка… Саныч подошел к ней, они недолго говорили о чем-то, после чего он остановил тренировку.
- Слон погиб… ДТП… – сказал он. – Задачи вы знаете, Вадик вернется – скажете ему, дотренируетесь сами, ключ на вахту, я поехал…
Глава 9. Эпилог
- Почему? – повторил вопрос Дима, вернувшийся из середины девяностых в настоящее время, – Потому что человек, который выбрал определённый путь, не просто идет по нему, но сам Путь начинает вести человека… Он ведет человека через череду испытаний, и тот, кто не осознает этого… не понимает… он в большой опасности… И иногда кажется, что просто сходишь с ума… Понимаешь?
- Смутно, я слышал о чем-то подобном, но как-то не сильно задумывался. Т.е. вы выбрали другой путь?
- Да, тот же самый… путь, к которому я стремился тогда, мне открылся и начал меня вести. И пока я понял, что именно со мною и окружающими меня людьми происходит на этом «пути», много дров наломал…
– И судимость?
- Ну, не судимость, но под следствием был… теперь кредитов банки не дают… – с улыбкой сказал Дима.
- За что?
- За драку. Вокруг ведь самураи-узурпаторы не дают нам жить… окинавским парням… крестьянам… смотрят косо, документы проверяют… К следователю на допросы ходил как на работу. Но Бог милостив к дуракам… честным восторженным идиотам… Вот и меня помиловал…
- А что с другими?
- С какими? С теми, кто серьезно в этот миф въехал? Разное… Как правило, конец печальный. Сложно, очень сложно контролировать заряженное ружье, оно обязательно стреляет – по поводу и без повода. Ходит по городу человек, и никто не подозревает, что у него в руке граната… без чеки… Нужно обязательно понимать и отдавать себе отчет в какой игре ты участвуешь, и какую роль ты в этой игре играешь …
- И какая это игра?
- А ты не знаешь?
- Нет.
- Игра в смерть…
- Так последний фильм Брюса Ли назывался…
- Да, он его так и назвал… Только жизнь — это не фильм. И в реальности все отнюдь некрасиво… все очень часто заканчивается увечьями, слезами… и постоянно… холодное… дыхание… смерти…
- И человек ведь может умереть не всегда физически, заметь. Можно продолжать находиться в этом мире, в материальной оболочке, — эти слова Дима произнес с некоторым отвращением… — но с духовной стороны быть мертвецом. Это неизбежно, Денис. Разбитые судьбы, обманутые надежды.
- А для здоровья?
- Для здоровья можно плавать, бегать, танцевать, играть в теннис, хоккей… любительски, желательно, не профессионально… Зачем учиться убивать людей и наносить им увечья?
- Но ведь занимаются люди метанием копья, молота, стрельбой из лука, сражаются на шпагах, увлекаются спортивной стрельбой, боксом...
- Да, но никто не называет это боевым искусством. Это такие виды спорта… В того, кто кидает копье, в этот момент никто не стреляет из лука в ответ… И в того, кто стреляет из лука, копья ведь никто не бросает… Это выше, дальше, сильнее, быстрее – не то мироощущение… Бокс, ММА – это бизнес, люди вкладывают большие деньги, часть этих денег идет на подготовку бойцов, разработку методик тренировки, восстановление… Мухамед Али, Майк Тайсон… гладиаторы нового мира… Ставки, лозунги, реклама… Но гладиаторы — это не боевое искусство.
- А что такое боевое искусство?
- Боевое искусство? Это когда ты весь израненный идёшь по пустыне... тебе больно и хочется пить, а тебя встречают на пути несколько сытых, здоровых, вооруженных бандитов и пытаются тебя убить... Здесь не до игр, не до рингов и правил.
- Но ведь это нереально. Без шансов...
- Вот. А с точки зрения боевого искусства шанс есть, он призрачный, мизерный, но есть... И первый шаг - в это поверить...
- А второй?
- Второй - научиться его использовать, успокоиться и быть готовым умереть, если... если ничего не выйдет. - ответил с грустной улыбкой Дмитрий.
- А каратэ? … Каратэ ведь тоже может превратиться из «искусства убивать» в «фехтование на шпагах» …
- Да, это ведь и хотят сделать современные японские мастера, как я понимаю… Но это не будет уже каратэ, и Путем это назвать сложно… Это будет еще один вид спорта… медали, соревнования, разряды…
- А как насчет «наказать обидчика»?
- Смотря какого…— уставший от разговора Дима откинулся на спинку стула. – Можно по-разному... наказать… Можно промолчать, можно сказать слово, можно оттолкнуть, а можно оставить инвалидом… можно отрезать обидчику голову и сжечь его дом, уничтожить всех его родственников, город, страну.
- Так же можно себе внушить, что тебя кто-то обидел и наказать его, справедливо наказать. – продолжал он. – Затем получить срок, отсидеть, стать изгоем… Ведь реальность мы воспринимаем через явления… которые интерпретируются нашим мозгом, сердцем… а у кого из нас чистое сердце? Вот и вмешивается в этот процесс воображение… а точнее силы, которые используют воображение для достижения своих целей… недобрых целей…
- И еще… Человек, получивший в руки такое оружие, начинает ведь мнить о себе… думать, что он какой-то особенный… Если я сажусь в шпагат и бью восемь ударов в секунду, отжимаюсь на двух пальцах, доски бью на лету – это значит, что мне все можно… А если мне еще и черный пояс дать да мастером назвать – о, это вообще… не стойте рядом… И это ловушка. Опасная ловушка. Сколько людей погибло из-за этого – и не сосчитать… «сенсейство»… А на самом деле, все твои достижения, твои возможности – это лишний повод к смирению… Правильно сказал Саныч – бриллиант скрывают, а не выставляют на показ… И есть ведь духовные законы… Опасный путь, Денис, опасный… и чем дальше – тем опаснее.
- Т.е. на этом пути не может быть реализации Человека, его возможностей? – обреченно спросил Денис.
- Конечно, есть какие-то системы с исключением опасных приемов… Дзигиро Кано создал ведь дзю-до… правила, перчатки, пояса… спорт, бизнес… Но ведь это путь обмана, путь иллюзий… Напоминает сектантство какое-то… Есть еще принцип «бунпу рёдо»… Гармоничное развитие человека… литература, поэзия, воинские искусства. Все зависит от человека, конечно. Но много ли тех, кто следует тому, что говорят им учителя? Все ведь руководствуются пропагандой… «Кулак ярости», «Кровавый спорт», «Кобра-кай», «Ип-ман-4»… Сюжет простой, а в основе – только кровь, смерть… Кому-то что-то доказать, кого-то победить, показать, что ты не лох...
- Только не показывают там, в фильмах этих, как потом одни в подворотнях и подъездах от пуль погибают или становятся инвалидами, а другие по этапу идут да на зонах сидят, а затем на работу устроиться не могут… ни семьи, ни друзей… одиночество… вот тебе настоящий «иккен-хиссацу» (яп. одним ударом наповал – принцип окинава-тэ)… смертельный удар судьбы…
- А главное ведь… Главное – это победить себя… свой гнев, свою глупость, нежелание думать, лень, страх, уныние… тщеславие, гордость… научиться критически мыслить… Оторваться от иллюзий, выдуманных проблем, несуществующих забот… обойти, разорвать эти сети… увидеть мир вокруг, почувствовать запах цветов, услышать пение птиц… стать счастливым человеком и сделать других людей счастливыми…
- А что мешает? Я не понимаю… – смущенно сказал Денис.
- Состояние духа, Денис… – ответил задумчиво Дмитрий, – Состояние духа. Для этого должно быть доброе состояние духа, открытый ум и доброе сердце. Такой человек не винит никого в своих неудачах; всегда доволен тем, что имеет; делает все, что может сделать в данный конкретный момент.
- Хорошо, вот посмотри, что писал Брюс Ли… чему учил его Ип Ман, – Дима открыл недавно купленную книгу.
«Лун, следуй за естественным ходом вещей и не вмешивайся в него. Запомни: никогда не противопоставляй себя природе вещей, никогда не находись в прямой оппозиции к проблеме, а контролируй ее, меняя направление вместе с ней», - прочел он.
- И как ты думаешь – он этому следовал? Да, на каком-то этапе, пожалуй… Будь как вода и прочее… А потом? Потом перестал… Почему? Потому что поверил, что «крутой» … Забыл, что на Пути нет крутых… Над небом есть небо, а рядом с человеком всегда стоит человек (кит. 人外有人，天外有天)… Это китайская пословица, которую знает в Китае каждый ребенок… И что дальше? А дальше он сперва не понял, что это с ним происходит, затем не отреагировал на череду предупреждений, а затем просто умер… в 32 года от отека мозга. Это еще хорошо отделался.
- Но есть ведь старые мастера… Не все погибли молодыми…
- Старые мастера немногословны… И они не любят говорить о приемах и техниках… Одного из них спросили: «Скажите, а чему учил вас Ип Ман?»… Он задумался и ответил: «Всегда оставаться спокойным… при любых обстоятельствах.»
- И все?
- «Да, – ответил старый мастер, – Ип Ман говорил редко. Больше молчал.». Это главное, чему он учил. Своим примером. Молчи и слушай. Потому, наверное, он и дожил до старости в здравом уме, в неплохой форме: попил чайку, поделал сиу-лим-тао, пошел на фирму поработал... все спокойно… размерено… в перерывчике чам-киу вспомнил… ну на семинарчик съездил раз в году, посидел, поговорил с друзьями, показал пару движений… ему деньжат подкинули… и хорошо… А боевая техника? Так вот это же она – делайте сиу-лим-тао, ребята… биу-чжи… чи-сао… Почему?
- Почему?
- Потому что он живет в другой парадигме, он в другом сценарии, он не играет в смерть… и там, на его пути, просто нет и не может быть таких испытаний…
- Интересно… А какой же сценарий тех, кто играет в смерть?
- Я думал об этом… Есть разные ответвления… Но, мне кажется, очень вероятным является сценарий гадаринского бесноватого, одержимого легионом злых духов… спал во гробах, рвал цепи, бился головой о камни… пугал людей… И, наверное, поначалу ему это даже нравилось – нравилось то, что все его боятся, никто одолеть не может… Но затем, я думаю, он осознал себя обманутым и глубоко несчастным человеком, который толком и не понимает, что с ним происходит-то…
- И, заметь, пришедшего к нему Спасителя какими словами он встретил: «что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Всевышнего? Умоляю Тебя, не мучай меня». Почему он не попросил его исцелить?
Здесь Дмитрий остановился… комнату наполнила звенящая тишина.
- Гордость, Денис… гордость… Похоже, Денис, все очень похоже. – и уставший «сенсей» опустил вниз глаза. – Ну, и еще есть сценарий благоразумного разбойника…
- Так значит, выходит, все классно? – улыбнулся Денис.
- Наилучшим образом, – ответил Дима, допивая чай.
Они еще немного посидели молча.
- Ну что… время. – Дима встал из-за стола.
Денис проводил его до выхода из магазина. На улице шел дождь… пыль, прибитая каплями дождя, издавала неповторимый запах… Петрикор (землистый запах, каменная кровь)… Через 5 минут заканчивалось занятие у дочери…
- Дождь... – сказал Денис.
- Скоро кончится, – ответил Дмитрий, глядя на небо.
- Спасибо, сенсей…
- И тебе, Денис, спасибо…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге