Идеальный Экспонат

Глава 1

Сердце человека, когда он только родился, представляет собой нежную субстанцию, похожую на дешевое фруктовое желе из супермаркета или на сахарную вату, которая тает от прикосновений, оставляя липкий след. Затем, вместе с взрослением, детское сердце получает различные моральные травмы, которые со временем заживают, оставляя грубый рубец. Со временем зажившие рубцы образуют корку, которая защищает сердце маленького человека от повторных ранений. Так продолжается на протяжении всей жизни и, взяв почти любого зрелого мужчину, мы видим человека, сердце которого обросло толстым слоем сухой грубой корки из-за многочисленных, множественных травм и ранений.

Я не хочу сказать, что я один из обладателей каменного мужского сердца – это звучит слишком пафосно. Но я действительно давно не испытывал настоящих человеческих эмоций и эмпатии. Конечно, любой мой знакомый скажет Вам, что я очень приятный и веселый молодой человек, который может поддержать любую беседу. К сожалению, эти слова ничего не значат – я просто ношу маску, чтобы угодить социуму. Если достаточно долго практиковаться – изображение эмоций и интереса становится легчайшей актерской игрой. Представьте себе актера театра, который десятки раз репетировал и отыгрывал роль своего персонажа, почувствуйте, как уверенно и безошибочно он ведёт себя на сцене. Именно так я себя чувствовал, общаясь с людьми.

Если честно, кое-что могло вызвать у меня эмоции – это моё хобби. Хобби – это то, что окрашивает жизнь человека, а иногда даже становится смыслом жизни. Я долго искал себя в различных сферах: рисование, музыка, танцы, боевые искусства, резьба по дереву, программирование и ещё очень много того, на перечисление чего уйдет порядочное количество времени. Я страдал от отсутствия любимого дела, я жаждал найти свою стезю, своё ремесло. И лишь к двадцати пяти годам я наконец нашёл то, что искал.

Боюсь, моё увлечение может Вас шокировать, поэтому стоит начать издалека. На мой взгляд, очень трогательно, когда что-то ранее живое запечатлевают в смерти. Говорят, что искусство – это взрыв, и сохранение внешней, ранее живой оболочки в сохранности, несмотря на смерть и разложение, разве это не взрыв? Увидев в музее кости древнего человека или остатки мамонта, разве не происходит в нашем сознании невероятной вспышки принятия смерти и понимания жизни?

Думаю, впервые я почувствовал взрыв в раннем детстве, когда увидел, как деревенский мужик пригвоздил вилами голову лисы к земле. Нет, уверяю Вас, я не сторонник насилия и я никогда не причинял боль животным. Повзрослев я понял свою тягу к трупам и речь не о некрофилии или оккультизме. Я понял, что по призванию я таксидермист.

Таксидермия состоит из двух областей: творчество и коллекционирование. Творчество таксидермистов бывает разным: кто-то любит делать реалистичные чучела из шкур животных, кто-то занимается исключительно обработкой рогов копытных животных, кого-то интересует анатомия птиц или рыб, а кто-то занимается костями. Собственно, к последнему типу таксидермистов я и отношусь, но, конечно, моё творчество имеет свои уникальные особенности.

Что касательно коллекционирования – достаточно сложно объяснить страсть коллекционера к предметам одного типа с разной редкостью. Думаю, это какая-то часть человеческой природы, что-то первобытное и, быть может, даже жадное.

Я больше всего люблю работать с черепами: удаление мышц и сухожилий, вываривание, отбеливание. Это достаточно долгий процесс и таксидермия не терпит спешки, но результат всегда того стоит. В моей коллекции есть черепа разных размеров и форм, но объединяет их то, что все они – черепа самок. Не знаю, чем это объясняется, но черепа самцов сильно уступают по красоте, эстетике и художественной ценности. Некоторые черепа я долго вручную расписывал красками, некоторые украшал золотом, серебром, жемчугом или драгоценными камнями, но самые ценные на мой взгляд – чистые черепа без каких-либо повреждений, ранее принадлежавшие молодой самке.

Есть в моей коллекции и любимый экспонат – чистейший, сверкающий своей белизной, непорочный череп, почти идеально симметричный и имеющий прекрасную форму затылка. Сделал я его, когда уже был достаточно опытным таксидермистом. Это была прекрасная особь и я был рад, что мне удалось лишить её жизни, не нанеся повреждений голове. Далее всё было по отработанному алгоритму – сначала нужно снять кожу, мышцы и сухожилия. Ножом в данном процессе можно пользоваться только для срезания крепления мышц, сухожилий, а также для срезания век и удаления глазных яблок, всё остальное нежно отделяется вручную. Этот этап мне не очень нравится, так как работа достаточно грязная, но в нём всё же есть своя доля удовольствия.

Далее в очищенный череп через область затылка нужно было вставить проволочку, скрученную в спираль, для того, чтобы удалить мозг. С помощью проволочки я взбалтывал содержимое черепной коробки точно также, как венчиком взбалтывают яйца для омлета. Потом можно было без труда вытряхнуть мозговую кашу из черепа, а то, что останется, аккуратно вытащить пинцетом.

Затем я промыл череп чистейшей (это очень важно) родниковой водой и, поместив его в большую кастрюлю с такой же чистой водой, начал вываривать. Варился он несколько часов, до тех пор, пока не отошли все остатки мышц и сухожилий. После вываривания череп остался в кастрюле ещё на восемь часов, а далее он был помещен в темное помещение для сушки. Уже сухой череп нужно было обезжирить для дальнейшего отбеливания, полностью поместив его в емкость с бензином на сутки. Спустя двадцать четыре часа я снова поместил изделие в кастрюлю с водой и довел до кипения. Этот этап доставляет некоторое мазохистское удовольствие, свойственное многим людям в других сферах жизни – томительное ожидание результата.

Сам процесс отбеливания был не самым сложным – я замочил череп в тридцатипроцентном растворе перекиси водорода на пятнадцать минут, а затем просто промыл чистой водой.

Заключительный этап – полировка. Тут у меня тоже не возникло проблем: я взял венскую известь и порошковый мел в соотношении два к одному (также можно использовать мел с денатурированным спиртом в той же пропорции), и нанес легкими движениями, намазывая небольшим слоем на поверхность черепа. Данный этап мой любимый, мне очень нравится со всей возможной аккуратностью и нежностью доводить вид черепа до идеального вида с помощью порошка и сухой кисти.

Это изделие получилось невероятно прекрасным, прошло уже несколько лет, но каждый раз, когда я его вижу – меня начинает трясти от эстетического удовольствия. Если быть откровенным, однажды я даже эякулировал, рассматривая этот экспонат в очередной раз. В общем, Елизавета была обладательницей самого красивого черепа, что мне удалось увидеть.