И больше никаких знакомств!

Глава 1

– Обезьяна! Обезьяна!! Обезьяна!!! – услышал Арам истошный испуганный детский крик и схватив большую палку, бросился на голос.

Утром сегодняшнего дня из зоопарка санатория сбежал самец макаки по имени Тишка. Он был не опасен, но, иногда проявлял агрессию.

Утром в столовой отдыхающих предупредили об этом. Рекомендовали соблюдать осторожность.

На серпантине – спуске к морю стояла молодая женщина в цветастой шляпе и чёрных очках, растерянно оглядываясь по сторонам. Её дочка Иришка, семи лет, побежала вперёд, и, вдруг – Марина услышала её страшный крик.

– Она там, внизу! – увидев Арама, громко сказала женщина и поспешила за ним.

Через два поворота серпантина они чуть не столкнулись с Иришкой, которая стояла, закрыв руками лицо и визжала от страха. Орангутанг Тишка стоял на задних лапах под кустом на траве, неподалёку от дорожки, и скалил на неё свои кривые жёлтые зубы, вытянув шею вперёд.

Картинка ещё та! Взрослый бы тоже испугался.

Арам взмахнул палкой: «Ну, Тишка, пошёл домой!»

Тишка и не подумал никуда идти. Стоял как вкопанный. Только теперь не скалился, а вытянул губы трубочкой.

Марина подбежала к дочери, схватила её, прижав к себе спросила, целуя в лобик: «Сильно испугалась? Говорила же тебе, не убегай от меня!»

Девочка, всхлипывая, обняла маму за шею.

– Я больше не буду…

– Всегда так говоришь, а делаешь по-своему, – отчитывала её мать, вытирая миленькое личико дочки платком.

Тем временем, Арам – армянин средних лет, крепкий и загорелый до черноты, – пытался уговорить Тишку пойти назад, в клетку. Но самец решил проявить норов. Опасаясь палки, отошёл на несколько шагов назад, но уходить, явно, не собирался.

– Марина, идите на море! Я его дальше не пущу! – крикнул Арам.

Женщина, схватив дочку за руку, быстрым шагом стала спускаться по серпантину, где внизу, метрах в пятидесяти ласково плескалась вода Чёрного моря, омывая пляж с мелкой галькой.

День обещал быть чудесным. Благоухали цветущие кустарники, звенели цикады, на небе ни облачка! Только раскалённое солнце, как бы лениво, поднималось всё выше.

На санаторном пляже было уже много народу, но, лежаки свободные ещё оставались. Марина неспешно сняла с себя пёстрый сарафан, оставшись в открытом купальнике нежно-голубого цвета. Аккуратно уложила вещи на шезлонг.

Лежащий на соседнем шезлонге мужчина, приоткрыв один глаз, оценил ладную загорелую фигуру, хорошенькое личико, обрамлённое распущенными каштановыми волосами, но, вспомнив о жене, сидевшей рядом, тут же отвернулся и накрыл голову газетой. Жена, затянутая в тугой эластичный купальник, с крупными цветами ядовитого зелёного цвета, обрисовывающий несколько жировых складок в окружности живота и спины, аппетитно хрустела яблоком и листала модный журнал.

– Раздевайся быстрее, пойдём в воду! – скомандовала Марина дочери и раскинула руки навстречу яркому солнцу, – Как же хорошо на море, Господи!!!

Она сладко потянулась, закрутила длинные волосы в пучок и надела тёмные очки.

Плавать Марина научилась не так давно, поэтому боялась заплывать далеко. Особенно её страшили волны, которые сбивают с ног, когда море немного штормит. Но, сегодня был полный штиль, волны ласкались, как котята и прозрачная вода манила своей прохладой. Взяв за руку дочурку, Марина смело вошла в воду, и они поплыли рядом, улыбаясь друг другу.

Как же она любила всё это: вокруг тёплая вода, над головой яркое солнце и голубой небосвод! Ощущение полной невесомости и свободы! Какое всё-таки счастье, – хоть иногда, хоть ненадолго, – побывать на море, понежится в его тёплых объятиях! Рядом её любимая дочь, а деспот и пьяница муж остался дома. Забыть о нём, забыть! Ещё лучше – разойтись и избавиться навсегда от этого ярма, которое, казалось, тяжёлым грузом сдавливает её хрупкую шею.

Только, вот «разойтись», оказывается не так просто. Вечно, какие-то обстоятельства мешают. А, может, просто это, бабское, «проспится и к делу годиться», или ещё что-то в этом же духе. Нет у неё, Марины, твёрдости в характере, мягкотелая какая-то уродилась!

Такие вот невесёлые мысли проносились в её голове время от времени, хотя, она, изо всех своих сил старалась не думать о муже здесь, на отдыхе…

Поплескавшись вволю и понежившись в морской воде Марина с дочкой вышли на берег. Наскоро промокнувшись полотенцем, улеглись загорать.

– Доченька, мы с тобой договорились, что нынче никаких знакомств, ни с какими девочками, ни с тётеньками заводить не будем! Ясно? Устала я уже от людей, давай хоть здесь побудем одни, чтобы не общаться ни с кем… Хорошо, зайка? Ты же всё поняла? – сказала Марина громким шёпотом, стараясь, чтобы не слышали соседи.

– Поняла, – недовольно буркнула дочь и отвернулась.

Недалеко, на расстоянии метров пяти от них со стороны Иришки, расположились мама с дочерью. Женщина была примерно, ровесница Марины, – пышнотелая, вся такая милая и уютная, с типичным южным говором. Её дочь – юная красавица лет семнадцати, с огромными ярко-голубыми глазами под тёмными ресницами и с длинными распущенными волнистыми волосами цвета спелой пшеницы, явно скучала и задумчиво смотрела на волны, играющие с солнечными зайчиками.

Марина поудобнее устроилась на шезлонге и взяла в руки книгу. Какой-то никчёмный любовный роман, который начала читать ещё в поезде без всякого интереса, – но, надо же «добить», раз взялась…

А вот Иришке наскучило лежать и она, отпросившись у мамы, пошла к воде, строить из камешков и песка, разные сооружения. Через некоторое время к ней присоединилась та самая, скучающая юная красавица. Девчонки стали о чём-то говорить, строить сказочный замок.

Со стороны это была очень милая картинка: две девочки со светлыми, длинными распущенными волосами – одна старше, другая, – как будто её младшая сестра, усердно трудятся над созданием большого замка из морских камешков: крупных и мелких, плоских и круглых.

– Алёнка, собирайся, скоро обед! – позвала девушку мама.

Та, кивнув головой в ответ, что-то сказала Иришке и пошла к лежакам. Тут же оглянулась назад на недостроенный замок, одну из башенок которого, аккуратно прихлопывала Иришка мокрыми ладошками.

– После обеда достроим! – громко сказала она девочке. – До встречи!

– Пока! – махнула рукой Иришка в ответ, продолжая трудиться. Даже язык от усердия высунула …

Марина встала, подошла к дочери, полюбовалась работой, присела на корточки.

– Ну, что, труженица моя, – обеденный перерыв!? Пойдём, завтра достроишь…

– Ма-а-ам, мы договорились после обеда!

– Ладно-ладно, посмотрим… Пойдем!

В столовой, к их столику подошёл Арам и доложил, что сбежавшую обезьяну выловили и посадили обратно в клетку, поэтому больше нет повода для беспокойства. И пригласил, сразу же после обеда, посетить зоопарк.

– В прошлом году, когда вы здесь отдыхали, оленя не было. Его недавно привезли. Хотите, пойду вместе с вами, покажу?

– Хотим, хотим! – захлопала в ладоши Иришка. – Олешку нам надо посмотреть! Можно, я угощу его булочкой?

– Конечно! Но, лучше, морковкой. Я подожду вас на улице. Приятного аппетита! – Всё это говорил Арам с сильнейшим кавказским акцентом, который, неизменно, вызывал улыбку Марины.

«Странно, – думала она, – Арам прослужил офицером в Советской армии много лет, но так и не научился хорошо говорить по-русски.»

Зоопарк в санатории «Зелёная Гора» совсем небольшой. Он был расположен вдали от спальных корпусов, среди пышной южной растительности. Яркой зеленью плюща были опутаны кустарники, просторные клетки и вольеры. Высокие реликтовые сосны стояли сторожами всего этого царства живности. Здесь жили несколько обезьян, еноты, барашки, пара зайцев, лиса, куры невиданных пород, индюки.

Украшением зоопарка были павлины. Два разноцветных красавца и один, – абсолютно белый! Они, один за другим, а, то и оба сразу распускали свои великолепные хвосты перед невзрачными цесарками, вызывая удивление и восхищение отдыхающих. Особенный фурор производил белый павлин. Когда он раскрывал свой белоснежный хвост похожий на огромный веер, казалось, что всё переливается яркими блёстками.

Теперь в зоопарке появился новый жилец – молодой олень. Он гулял по большому вольеру, щипал травку, смело подходил к отдыхающим, которые угощали его разными вкусностями.

– Мама, мама, посмотри, вот же он, – олешка! – тянула за руку Марину дочка.

– Какой хорошенький! Угости его, Ириша, – Марина ласково потрепала по плюшевой мордочке оленя. – Только вот глаза у него какие-то грустные…

– На…на… глазастенький! – протягивала ему морковку девочка. – А как его зовут? – обратилась она к Араму, который их сопровождал.

– Как зовут? Нэ знаю… Если очень надо, – могу спросить…

Вечером, когда Марина с дочкой пришли на ужин, на их столике лежала записка, где неровным подчерком было написано: «Оленю зовут Васю» …

– Что это? – не поняла Марина и прочла вслух.

– Мам, это же про олешка. Его зовут Вася! – радостно защебетала Иришка. – Какой молодец дядя Арам, – всё знает! …

До ужина, Марина с Иришкой, всё же сходили на пляж, – уж очень хотелось дочери достроить замок из гальки и песка. Свою новую знакомую Алёну встретили на том же месте. Она о чём-то спорила с мамой, но, увидев Иришку, поманила её к себе.

– Познакомься, это моя мама – Надежда Сергеевна. Мы из Ростова. А вы откуда приехали?

Иришка оробела, вспоминая наказ своей мамы, но, всё же, ответила негромко: «Из Благовещенска» …

– Вот это путешественники! Такая даль! – удивлённо воскликнула Надежда Сергеевна. – Это ж сколько поездом надо ехать?

– Мама, подойди сюда! – крикнула Иришка Марине.

Та, нехотя, оторвалась от книги, поднялась с лежака и подошла к ним, прикрываясь прозрачным голубым парео.

– Что кричишь на весь пляж?

– Мама, сколько мы ехали поездом из дома? Я не запомнила!

– Долго! Через Москву – восемь суток.

– Да вы что! – всплеснула руками мама Алёны. А мы из Ростова – ночь всего, но целую вечность показалось!

Так состоялось знакомство Марины и Надежды, хотя они обе, как оказалось, совсем недавно наказывали дочерям: «никаких знакомств!»

Позже, встречаясь, они постоянно посмеивались над этим. Вот ведь, как жизнь распорядилась –дружба их растянулось на долгие годы…

Вечером того же дня Марина пригласила новых знакомых к себе в номер. Пришёл и Арам. Он принёс пластиковую бутылку виноградного домашнего вина и местные фрукты, чтобы отметить очередную встречу.

Марина с дочкой, вот уже третье лето подряд приезжали отдыхать в санаторий «Зелёная гора». С Арамом познакомились в первый свой приезд. Он иногда возил их в город, подсказывал «что здесь и как» в санатории. Ведь он знал досконально всё, потому что работал на хозяйстве долгое время. Жил в небольшом домике тут же на территории. Был вдов и воспитывал дочь, которая нынче закончила восемь классов школы и готовилась поступать в техникум.

Марина представила Араму своих новых знакомых.

Он, чуть склонив голову, представился: «Арам!»

– Арам? Хачатурян? – засмеялась Надежда, – вы музыку, случайно, не пишите?

– Нет. Я – бывший офицер Советской Армии. Начинал служить на Дальнем Востоке.

– Да, это не очень далеко от нас – улыбнулась Марина. – На этой почве и познакомились три года назад.

– Ну, за знакомство! – дружно сдвинули бокалы взрослые, а дети беседовали о чём-то своём, сидя в сторонке.

Было удивительно, что девчонки с разницей в возрасте почти в десять лет нашли между собой общий язык, общались наравне… Иришке недавно исполнилось семь лет, она в сентябре должна пойти в первый класс, Алёнке через полгода будет семнадцать, остался последний год учёбы в школе. Тем не менее, девочки болтали без умолку, настолько им было интересно вместе.

Быстро пролетели две недели. Купались, загорали, гуляли по огромному парку все вчетвером. У Марины и Надежды оказалось много общих интересов: начиная с воспитания дочек, заканчивая работой – обе трудились на железной дороге. Надежда была в разводе, у Марины, вероятно, всё к этому шло. Девчонки их подружились и постоянно были вместе.

Но, у Надежды с Алёнкой путёвка закончилась на неделю раньше, и назавтра они уезжали.

Устроили прощальный ужин в номере у Надежды. Прощаясь, стали обмениваться адресами, телефонами.

– Записывай, Марина! Ростов, ул. Советская, 25, кв.16, Потаповой Надежде Сергеевне.

– Как ты сказала? Потаповой? У меня тоже такая фамилия!

– Да, ладно!? Потапова? Не может быть!

И все громко рассмеялись.

Забегая вперёд, надо сказать, что знакомство это продлилось на долгие годы. И пусть встречи бывали очень редкими, иногда и очень короткими, но дружба не погасла с годами, а только окрепла. И пусть эта дружба на расстоянии, пусть она поддерживается только перепиской в соцсетях и редкими звонками, но, главное, – она есть, и будет…

– Хотите расскажу, как мы нынче ехали через Москву? – Марина спросила, чтобы поддержать разговор.

– Рассказывай…

– Вы же знаете, что мы третий раз сюда ездим на отдых. И те два раза в Москве с Ярославского вокзала переезжали на Курский.

– Ну и что?

– А вот что! Нынче, приехав на вокзал, сразу пошли и взяли такси, чтобы до Курского добраться… Нет бы посмотреть билеты внимательно… Короче, приехали на вокзал, ждём, ждём… Время уже к отправлению. А наш поезд не объявляют… Подхожу к дежурному. А он говорит, что наш поезд отправляется с Казанского вокзала через 30 минут! Представляете??? Назад возвращаться надо! На площадь трёх вокзалов, чтобы на Казанский попасть… Как мы подхватились с Иришкой! Бегом на метро и на Казанский! Едва успели к отправлению… А всего-то надо было, – билет внимательно почитать…

– Да уж… безалаберная ты дэвушка… – задумчиво сказал Арам.

– Ответственнее надо, мамаша! – язвительно улыбается Надежда. – Хотя, чего уж, и с нами всякое бывало.

– Ну, на посошок и счастливой дороги! – поднимает свой бокал Арам и женщины с весёлым смехом к нему присоединяются.

Утром следующего дня Надежда с Алёнкой уехали, взяв обещание с Марины, что на обратном пути заедут к ним в гости в Ростов.

Через пару дней в санаторий приехали артисты. На летней эстраде был весёлый концерт молодого пародиста Александра Гудкова, который искусно изображал известных артистов. После концерта Марина с Иришкой подошли за автографом, познакомились с артистом и его помощниками, – Натальей и Василием. Пригласили их к себе в гости на чай. Позже на балконе пили чай с печеньем и конфетами, пробовали вкусное местное вино и общались, фотографировались. За разговорами прошла почти половина ночи. Артисты оказались из Таганрога, что недалеко от Ростова. Василий – импресарио Гудкова во время общения оказывал Марине всяческие знаки внимания.

Когда они уходили из номера Василий вдруг предложил Марине: «Приезжайте ко мне в гости! Я живу один. Может, у нас что-нибудь получиться…»

– Зато я не одна, а замужем! – тихо рассмеялась Марина.

Тем не менее, Василий оставил Марине свою визитку: «Подумай!»

Марина визитку взяла, но вскоре и думать забыла об этом.

Утром на море начался сильный шторм. На пляже вывесили чёрный флаг, который мотался по ветру в разные стороны. Море бушевало и пляж почти на половину захлёстывали ревущие волны. Но отдыхающих на пляже было много. Кто-то фотографировался на фоне волн, кто-то гулял наверху в солярии.Рассказали о том, что однажды на пирсе фотографировались люди, а набежавшая высокая волна смыла их в море…

Опираясь на деревянные поручни, отдыхающие молча стояли на деревянном настиле солярия и любовались сверху на бушующее ревущее море. К бревну под солярием был привязан канат, сев на узел, которого, можно было покачаться над волнами. Бушующие волны поднимались на большую высоту и с шумом откатывались назад. Некоторые смельчаки – мужчины и молодые парни раскачивались на этом канате по-очереди.

– Мама! Я тоже хочу покачаться! – перекрикивая рёв волн требует Иришка.

– Не страшно?

– Нее-ет!

– Хорошо. Иди!

Дочь торопливо спустилась на пирс, взобралась на узел каната и стала раскачиваться.

Годы спустя, вспоминая эту картину, Марина с ужасом думала: «Ну как же можно было разрешить такое? А если бы она сорвалась и упала в бушующее море? Почему тогда об этом даже не подумала???»

Нечто подобное было и чуть позже, когда они поехали в аквапарк. Билеты в это царство развлечений на воде были очень дорогие, но Марина сдалась и уступила уговорам дочери.

Прогуливаясь по огромной территории аквапарка Марина с Иришкой восхищались всем: и красотой цветущих газонов, и причудливыми бассейнами, которых было великое множество, и огромными водяными горками различной высоты, ширины, конфигурации.

Некоторые отдыхающие санатория уже бывали здесь не раз и дали подробную консультацию, что там делать и как. «Главное, – предупреждали, – не катайтесь с красной горки! Она называется «камикадзе». Почти вертикально стоит эта горка – высотой с пятиэтажный дом! Она очень опасная!»

Но, Иришка, как всегда, канючила, чтобы мама разрешила ей прокатиться именно с этой горки. И Марина снова поддалась на уговоры, – согласилась.

Дочь убежала на горку и через некоторое время Марина услышала истошный визг, – это Иришка катилась с красной горки. Через несколько секунд визг прекратился, послышался всплеск воды, – дочь плюхнулась в бассейн. Иришка вышла из бассейна с горящими глазами.

– Мама! Как здорово! Можно ещё?

– Не страшно было?

– Нет!

– Хорошо, иди.

После этого Марина слышала восторженные вопли дочери ещё несколько раз…

Ещё одна история на эту же тему. Только случилась она уже в Москве, когда Марина с Иришкой возвращались домой, а в столице у них было 10 часов между пересадками на поезд.

Чтобы скоротать время они пошли в парк Горького на аттракционы. Иришка увидела аттракцион под знакомым названием – «Камикадзе».

Он представлял из себя вместительную люльку, которая раскачивалась на большой высоте, а потом поднималась на девяносто градусов и переворачивалась. Здесь имелись определённые ограничения. По возрасту Иришка не проходила, а по росту – прошла. Цена этого «удовольствия» была немаленькая – 500 рублей.

– Мааа-ма! Давай покатаемся!

– Нет! Я боюсь! Ни за что!

– Мааааа… можно я одна? Ну, мама!

– Ладно, иди за билетом.

Иришка радостно побежала за билетом, а потом и на аттракцион.

Марина, посмотрев на неё со стороны подумала: «Совсем как мальчишка-сорванец!» И действительно: футболка, шорты, короткая стрижка… На голове дочери прикреплен синий пластмассовый козырёк, купленный в «Макдональдсе». Маленькая, худенькая она была почти не видна в люльке аттракциона. Пока люлька раскачивалась, Иришка улыбалась Марине сверху. А когда, вдруг, она оказалась вниз головой, до Марины донёсся плач. Она не понимала, что делать: бежать к оператору или стоять и наблюдать за происходящим?

Через несколько минут всё прекратилось. Иришка подошла к маме, всхлипывая.

– Напугалась? Успокойся моя хорошая! Пойдём…

– Мне козырёк на глаза упал. Я ничего не видела-а-а! – снова заплакала Иришка.

– Ну всё! Всё… Пойдём отсюда!

Из будки, где продавались билеты вышла скучающая билетёрша, – грузная тётенька пожилого возраста с добрейшим лицом.

– Что случилось, девочки?

– Да вот, этот ваш «камикадзе» напугал!

– Ну, это ещё что! Вот вчера у нас мужчина за «Тарзанку» две тысячи отдал и разбился! Насмерть! За свои же деньги…

В последнюю субботу перед отъездом в санатории были танцы. На летней танцплощадке отдыхающих собралось довольно много, – недавно был новый заезд. Марина с Иришкой не пропустили ни одного быстрого танца. Танцевать они очень любили! И хотя Иришке было всего семь лет двигалась она довольно изящно и в такт музыке. Многие взрослые смотрели на неё с восхищением и одобрением. Но Иришка на них не обращала внимания, и они с Мариной танцевали с упоением, пребывая во власти музыки и ритмических движений.

Когда заиграла медленная музыка Иришка с мамой присели на скамейку, но тут к Марине подошёл мужчина и пригласил её на танец. Она хотела отказаться, но тут Иришка шепчет на ухо: «Иди, мама, танцуй!»

Марина встала и подала руку мужчине. В танце познакомились. Семён приехал с Камчатки, оказалось, их номера находятся на одном этаже и даже напротив по коридору. На следующий медленный танец Семён вновь пригласил Марину и стал настаивать на продолжении знакомства. Марина с лёгкостью, согласилась.

После танцев Марина с Иришкой прогулялись по парку и пошли в номер. Когда Иришка уснула, Марина, как договорились с Семёном, постучала в дверь номера напротив.

Семён радушно встретил новую знакомую. Номер был небольшой, одноместный, основную часть которого занимала большая двуспальная кровать. На маленьком столике стояли фрукты, бутылка вина и два фужера. Пригласив гостью за стол, Семён разлил вино по бокалам. Как полагается, выпили на «брудершафт», чтобы перейти в общении на «ты».

Общение было приятным и непринуждённым. Полтора часа времени пролетели незаметно. Взглянув на часы, Марина встала из-за стола.

– Благодарю вас, мне пора!

– Подожди, как это, пора? – Семён молча, широким жестом указал на большую кровать.

– Конечно, пора и честь знать! Я ухожу, откройте дверь!

– Так, я не понял… ты, что – «динамо крутишь?»

– Что такое «динамо»? – Марина засмеялась.

– «Крутить динамо» – это выражение такое. Ты что, не знала?

– Нет…

– Раньше было в Москве, много лет назад. Девушки знакомились с мужчинами, те приглашали их в ресторан. Они ели, пили, а когда выходили из ресторана, и мужчина думал, что девушка поедет с ним, она останавливала такси, которые назывались «Динамо» и – уезжала! Вот их и называли «динамистки» … Ты тоже???

– Ну, извините, мы не в ресторане… Да и вообще… Откройте дверь!!! – рассердилась Марина.

– Как знаешь… Была бы честь предложена… – Семён демонстративно открыл дверь.

– До свидания! Спасибо за угощение! – она, уходя, громко хлопнула дверью.

На следующий день, встретившись в столовой с Семёном, Марина сделала вид, что не узнала его. Больше они не общались.

Через три дня Марина с Иришкой покинули санаторий. Накануне вечером в гости к ним пришёл Арам. Как всегда, принёс фруктов и домашнего вина.

– Ну что, поднимем бокалы за добрый путь?! – Арам налил сок в стакан для Иришки.

– И за ваше гостеприимство! – сдвигая со звоном, бокалы, говорит Марина.

– Ну, мы всегда вам рады!

– Как вкусно! Компотик вишнёвый! – Марина с наслаждением отпила глоток красного вина.

– Я тоже хочу компотик, мама! – капризно тянет Иришка.

– Нет, нет! Рано тебе ещё! – почти разом воскликнули Арам и Марина.

– Пей сок! – строго приказала дочери мама.

Немного поговорили, Арам распрощался и сказал, что сразу после завтрака отвезёт их на вокзал.

Посадив в поезд Марину с Иришкой, Арам вышел на перрон. Иришка осталась в вагоне, а Марина вышла к Араму.

– Спасибо за всё! Вы были очень добры к нам…

– Да что там говорить… Нравитесь вы мне… Уже давно! Вы же три года подряд сюда приезжаете. А всё никак у нас не получилось… – грустно сказал Арам и замолчал, как будто ушёл в глухую оборону. В неловкой тишине прошла минута…

– Выходи за меня замуж! – вдруг, сам не ожидая от себя такого, выдохнул Арам…

– Так я же… замужем… – растерялась Марина от неожиданного признания.

– Подай на развод! Сама же рассказывала, что муж пьяница, обижает вас… А потом приедете с Иришкой ко мне. Работу тебе найдём в санатории. Хочешь – сам приеду за вами…

«Со второго пути отправляется скорый поезд» – послышался из динамиков громкий голос диктора. Марина вскочила на подножку.

– Я буду ждать! – крикнул Арам вслед. Поезд медленно набирал ход. Марина, прощаясь помахала рукой Араму, который потерянно стоял на перроне.

Марина с Иришкой приехали в Ростов к своим новым знакомым. Ненадолго, всего лишь на одну ночь и день. Надежда с Алёнкой встретили их на вокзале вечером. Приняли радушно. Вкусно накормили и спать уложили, потому что назавтра рано утром Надежде Сергеевне надо было на работу. Она поручила Алёнке провести гостям экскурсию по городу.

…Погода стояла прекрасная. Они погуляли в центральном парке, покатались по Дону-батюшке на речном трамвайчике, сходили в кафе и посетили пару магазинов. А поздно вечером Марина с дочкой уже садились в поезд, который помчит их в столицу. Расставание с Надеждой с Анюткой получилось грустным. У всех сложилось такое ощущение, что знают они друг друга давным-давно и породнились душами. Пообещали не терять связь, – звонить, писать письма. Прощались со слезами на глазах…

– Мама, посмотри, как красиво! – воскликнула Иришка, когда они вошли в купе фирменного поезда. Действительно, красота: голубые мягкие диваны вместо стандартных полок, на столике, накрытом белоснежной накрахмаленной салфеткой, стоят напитки, печенье, и живые цветы в вазоне. Такого никогда они не видели, хоть и путешествовали не раз.

– Давай сфотографируемся! – ответила Марина. Иришку не пришлось уговаривать.Сделали пару снимков и подумали, что поедут в купе одни, так как до отправления поезда оставалось совсем немного. Но не тут-то было!

– Чуть не опоздала! Здравствуйте вам! – в купе ввалилась очень толстая тётенька, тяжело отдуваясь. Она была нагружена множеством сумок и авосек. – Ещё бы чуть-чуть и поезд ушёл…

Купе наполнилось тяжёлым душным запахом… Иришка сморщила носик и отвернулась.

Но тётенька оказалась приятной и общительной. Достала из авоськи ещё тёплые домашние пирожки и щедро угощала своих попутчиц. Попив чай, все дружно улеглись спать, через 15 часов они уже были в Москве… Вечером того же дня Марина с Иришкой сели в скорый поезд Москва-Владивосток…

– Ну вот мы и дома… – грустно сказала Марина дочери, оглядывая квартиру в которой царил неимоверный бардак. Мужа дома не оказалось, – был на суточном дежурстве.

Немного погодя в дверь постучалась соседка.

– Как отдохнули, Марина?

– Отдыхать всегда хорошо! Как тут мой Вадим, сильно пил, не знаешь?

– Да я бы не сказала… просто, недавно зашла к нему соли попросить… А он тут с соседом, который на первом этаже живёт, выпивал. Меня пригласили. Я немного с ними посидела. Вадим потом музыку включил. Потанцевали. Меня на медленный танец пригласил и говорит, чтоб сосед не слышал: «Давай, приходи ко мне попозже. Жена всё равно меня к тебе ревнует…»

– Даже так… – смутилась Марина.

– Не подумай ничего плохого! Я женщина честная! Отказала! Поэтому и тебе говорю!

– Как же мне всё это надоело… – вздыхает Марина, закрывая дверь за соседкой.

Через неделю, после очередного скандала с Вадимом, Марина подала на развод. А через полтора месяца за Мариной и её дочерью приехал Арам, чтобы увезти их с собой в свой любимый край к тёплому морю… Жизнь Марины и Иришки круто поменялась, и они ни о чём не жалели…

А что касается новых знакомых из Ростова - Надежды и Алёнки - дружба женщин и их девчонок с годами только росла и крепла. Ведь настоящей дружбе ни годы, ни расстояния - не помеха!