И без скамейки...

Глава 1

«Как это глупо!» — подумал я и развернулся, чтобы не видеть её. Глазами я поискал впереди себя скамейку, а когда нашёл, быстрыми шагами направился к ней, не оборачиваясь, чтобы лишний раз не посмотреть ей в лицо. Вокруг меня бродили по каменным дорожкам туда-сюда люди, изредка останавливаясь около деревьев перевести дух или сфотографироваться. Я не замечал их. Даже когда меня толкнули, вероятно, случайно, я просто прошёл мимо, не отрывая взгляд от дорожки.

В душе у меня шла борьба мечт и реальности, которая, к огромнейшему сожалению, оказалась не такой добродушной, как представлялось до этого. Я не понимал, почему я не смог, почему в голове это казалось таким простым, а на деле настолько невыполнимым! Я просто не мог понять! Вроде бы никогда не замечал за собой трусости, всегда шёл вперёд до победного, а сейчас будто во мне что-то сломалось, и я больше не я ‒ кто-то другой, неспособный даже сделать такое простое дело, как начать разговор.

Усевшись на скамейку, я откинулся на её спинку, устремив взгляд в чистейшее голубое небо, по которому медленно плыло солнце. Ветер весело играл с моими волосами, закидывая их на лицо, как бы ради шутки, однако, как и со всем остальным, я не замечал озорства ветра, сейчас он был мне безразличен. Я был слишком занят собой.

Продолжая смотреть на небо, я прокрутил в голове последние десять минут своей жизни. Вероятно, в это время я странно выглядел для проходящих мимо людей, но мне наплевать — я погрузился в воспоминания...

«Она должна быть где-то здесь. ‒ Первое, что я подумал, когда увидел машину её родителей, стоящую на парковке перед парком. ‒ Она не могла остаться дома в такой прекрасный день и не погулять в её излюбленном месте. Это идеальный шанс!»

Я быстрым шагом направился в парк, по краям дорожек которого тянулись к небу и звёздам берёзы и редкие ели. Этот парк сделали уже довольно давно, ещё когда моим родителям было пять-шесть лет, а сейчас им уже под сорок. Год назад парк отреставрировали: сделали новые дорожки, посадили молодые деревца на место тех, что за многие годы умерли, поставили фонари и новые удобные скамейки, на которых великолепно мечталось.

Но сейчас я шёл не за мечтами — я шёл их выполнять. Вообще я как-то внезапно решил воплотить их в жизнь, просто шёл как всегда в парк и заметил её машину. «Может, это и есть идеальный момент, как во всех книжках, когда случайная встреча превращается во что-то большее?» — подумал я и пересёк черту парка.

Я вытянул повыше голову, чтобы видеть как можно больше пространства поверх голов проходящих людей. Мой высокий рост был как раз кстати, но даже с ним поиски затянулись на долгие восемь минут, за которые ладони успели вспотеть и высохнуть раз пять, а сердце выпрыгнуть из груди по крайней мере раза два, предвкушая момент признания, тот момент, который я планировал на протяжении последнего года, сидя на скамейке в этом самом парке.

Но вот, наконец, я увидел её... и замер.

Она была великолепнее любой другой двушки, что я когда-либо видел. Да, за свои семнадцать лет я встречал не такое большое количество по-настоящему красивых для меня девушек, однако она, несомненно, была лучше всех их вместе взятых. Острый подбородок был повыше поднят, из-за чего она смотрела на всех своими голубоватыми глазками немного свысока. Так она ходила, как я понял, всегда, и это, чёрт возьми, мне очень нравилось. Плотно сжатые тонкие губы образовывали небольшую ниточку, изогнутую в улыбке, а длинные русые волосы, которые подхватывал ветер-озорник, спускались до оголённых плеч.

«Никогда не видел её в таком белоснежном платье», — подумал я и всё же смог сделать шаг в её сторону. Она стояла одна и смотрела на синицу, присевшую на ветку берёзы и чистящую свои пёрышки. Людей вокруг неё тоже не было.

«Воистину идеальнейший момент».

Я сделал ещё один тяжёлый, практически неприподъёмный шаг, не переставая ей любоваться. Она не замечала, как я медленно, но верно к ней приближаюсь. В душе моей происходило что-то непонятное, рождались какие-то новые чувства, которые я никогда не испытывал и даже не знал их названия. Сердце стучало так громко, что казалось, его стук заглушает весь шум мира, кровь прилила к лицу.

Осталось всего десять шагов. Я уже собрался поднять руку, чтобы окликнуть её, как вдруг внутри меня что-то сломалось, и рука перестала меня слушаться. Меня охватил страх, прогнав все новые чувства. Я посмотрел на неё, на такую красивую и милую, и развернулся...

Я открыл глаза. Передо мной висело всё то же чистое небо, но оно для меня перестало быть чем-то красивым, тем, чем можно восхищаться, оно теперь просто небо, как и всё в этом мире. Я встал, не желая больше ни минуты находиться в этом парке, который всем своим видом напоминал о недавнем провале и крахе мечты.

Вскоре быстрые шаги вынесли меня из этого злополучного места и понесли меня домой, туда, откуда я не выйду в ближайший месяц.

Ровно как я и предполагал, я не выходил из дома целый месяц, снова и снова переживая момент краха, коря себя и жалея. Хорошо, что было лето и в школу не надо, а то бы я не выдержал видеть её каждый день на каждом уроке. Нет, я её не разлюбил, просто я... не могу на неё смотреть, мной начинает овладевать страх, и я в ужасе бегу.

Трус.

Вскоре я наконец выбрался на улицу и направился в тот самый парк. Он не перестал мне напоминать о том, что недавно случилось, но другого места, чтобы хорошенько подумать и помечтать, не было, поэтому, взвесив все за и против, я направился туда, на свою любимую скамейку.

Был тихий вечер с лёгким, почти незаметным ветерком, людей, к счастью, практически не было. Можно спокойно подумать.

Сев на скамейку, я положил ногу на ногу и устремил свой взгляд на ствол берёзы, росшей на другой стороне дорожки. Так я сидел неподвижно полчаса, погрузившись в мечты, где я не струсил и подошёл, где мне было хорошо.

Но они прервались внезапным и до боли знакомым голосом.

Говорила она.

Резко я вышел из мечт, покрутил головой в поисках её и практически сразу же нашёл.

Она сидела на скамейке чуть поодаль от моей, ближе к центру парка, а рядом с ней сидел какой-то парень и... обнимал её. От увиденного меня аж передёрнуло, а руки затряслись.

«Нет! Всё пропало! НЕТ! НЕТ! Нет...»

Слеза заструилась по моей щеке, губы задрожали, а все мечты окончательно разломились и не на кусочки, они разрушались в пыль, которую невозможно больше восстановить.

Не в силах больше сдержать этого вида, я поднялся и со всех ног бросился домой.

И только на выходе из парка я оглянулся и встретил её удивлённый взгляд, который она посылала мне, всё ещё сидя на скамейке. Я отвернулся.

Ближе к осени я выпросил у родителей перевести меня в другую школу, и это они сделали. Спасибо им огромное! В парк я больше никогда не ходил и её не видел.

Спустя многие годы я узнал через знакомых, что она счастливо живёт с мужем, у них двое детей, и всё у них замечательно.

А я... я остался один, даже без мечт

И без скамейки...