Хороший друг Толик

Глава 1

Особое место в координатах памяти занимает бессмертный полк, не только тех кто воевал в Великую отечественную войну, но и тех кто во все времена положил жизни за «други своя» и за Родину. Мы их будем помнить. И завещаем вспоминать нашим детям и внукам. Ибо пока жива память народа – народ будет жить вечно в своих потомках, которые будут вспоминать солдат встававших в атаку, работников тыла ковавших оружие победы, воинов исполнивших свой долг по защите Родины. Вспоминать по доброму, учится хорошему и помнить.

Помнить, также как и одного из множества офицеров-телеметристов, ковавших ракетно-ядерный щит России.

Анатолия Владимировича Пасечного начальника станции МА9-МКТМ – капитана Вооруженных Сил России навечно. Для друзей просто Толика.

Радость помощника дежурного по части старшего лейтенанта Максима Жаркова с распростертыми объятиями бросившегося обнимать вновь прибывшего лейтенанта (ага, немалый такой гризли с рамой за метр девяносто) и сказавшего "Я тебя целый год ждал" прочувствовалась быстро - все-таки не очень удобно быть самым младшим в коллективе. И хоть то, что я из Северодвинска, сразу же позиционировало как своего в среде не так уж и намного старших прапорщиков из местных, но постоянный менторский тонокружающих несколько напрягал.

Поэтому представление на плацу очередных прилетевших лейтенантов было воспринято весьма положительно. Выглядели они хммм.... несколько весело... Как потом сам Толик рассказал, это было вызвано его "первым" полетом на самолете.

- Саня, ты летать боишься?

- Да хрен его знает, не летал ни разу!

- Значит тоже боишься, Ольга, доставай закуску!

Так под этот повод и рокот винтов старичка АН-24 был уничтожен запас спиртного, нехитрой закуски конца 90х и ... три десятка сырых яиц, которых его жена прикупила в Архангельске наслушавшись на дороговизну цен в Нарьян-Маре.

В общем Толик оказался душой компании и очень органично влился в жизнь части. Процесс вливания прошел успешно и в самом начале образовался молодой и дружный офицерский коллектив, как на службе, так и в быту. Основным местом досуга (в силу нравов тех лет - попросту пьянства) все же являлось офицерское общежитие, так называемый Хилтон. Но все же посидеть у Толика было круче. Вот было у человека умение ровно со всеми общаться, кого привечать, кого не привечать. Да и не было такого случая чтобы Толян не был рад гостю - его дом это твой дом самое главное приноси горячительное с собой и будешь лучшим гостем... ну одним из них. Во всяком случае, такого проходного двора как в Хилтоне не было, даже когда Ольга уезжала на учебу.

На службе Толян, явил все навыки дипломата - у него в подчинении служила Вера Петровна - жена командира части. И с этой стороны все было ровно и успешно. Своевременно сдал на допуск к работе на технике. Был первым допущен к несению дежурства дежурным по части. Сменяемый начальник станции, уходивший на повышение в центр капитан Николай Дмитриевич Банных передал оборудование, свои записки, показал, как надо работать. И был очень удивлен, когда приехав через год узнал, что мало того что все боевые работы проводились на отлично, но и молодой лейтенант подготовил бойца способного самостоятельно поработать на телеметрической станции.

- Уже пора станцию запускать;

- Да ладно, там боец справится....

Пришлось Толику спорить и идти показывать, что подчиненный сам способен подготовить станцию МА9-МКТМ к работе. Фокус заключался в том, что сержант был местным, вот Толик его мотивировал увольнениями на целевых да комплексных тренировках. Увольнительные же на выходные виртуозно оформлял через Веру Петровну. Но коньяк Николай Дмитриевич поставил зачетный - после следующего его прилета коньяк заценила вся офицерская баня.

Впрочем за опоздания и не выходы на службу через 20 лет Толика наверное уволили бы в первый год службы, а тогда лейтенантов держали и только у них копились взыскания и номер комплекта документов на увольнение. Но командование у нас было не доверчивым - не доверяло не только Толику, но и всем остальным залётчикам. Другим то ладно, но не доверять Толику, который в себя верил абсолютно... Он мог выйти из здания аэропорта уже после регистрации и пить с нами пиво перед вылетом в отпуск. Пить до того что у всех уже начиналась нервная дрожь.

- Беги на регистрацию, опоздаешь!

- Да ладно, регистрация пройдена, без меня не улетят.

- Забирай все пиво и беги уже!

Оценивающий взгляд - С пивом не пропустят, здесь пьем...

Все лихорадочно налегают на запас, купленный на обратную дорогу, глыть-глыть-глыть. Закончилось.

Оценивающий взгляд - Ну ладно бывайте.

Командование ругалось, топало ногами, но исправить кардинально ничего не могло. Как говорил командир Андрей Николаевич Бережной: "Пасечный это выдающаяся личность и выдаваться только в одну сторону не может".

Едет ревизия склада ДГМ, а Толик в нашей части его нештатный начальник, вот народ и шутит: "Все Толик снимут с тебя последние штаны". Толик храбрится – «Да там на складе драгов меньше, чем в моей гайке» и показывает обручальное кольцо. Приезжает комиссия и результатам проверки ему как лучшему начальнику склада ДГМ космодрома выплачивают премию 400 р. (при довольствии в месяц в тысячу). Приходит приказ, Толика перед строем чествуют, а на следующий день Толика нет на службе - не смог встать. Для таких случаев мы даже кирпич принесли, чтобы стучать в дверь, будя при этом всех обитателей четырех квартир центрального подъезда его дома. Соседи и ругались, и пытались прятать кирпич, но все всегда находилось что-либо тяжёлое, а после угрозы стучать в дверь крышкой близлежащего люка кирпич перестали воровать.

Как-то не было кого отправить в командировку на космодром за вещёвкой - отправили Толика. Личный состав причастный к выдаче на космодроме был напоен всласть и вусмерть. Со складов выдали все долги и по нужным размерам, выдали даже лежавшие там два года солдатские сапоги. На наличные резервы тут же оформили заявку и дополучили еще вещёвку. Толик нашел транспорт и со счастьем бывалого завхоза забил вещами гараж однокашника. Ничего не потерялось и было доставлено по счету. Все было решено на высшем уровне, кроме автомобиля который на следующий день вытаскивали на тракторе с другого берега озера Плесцы, (ночью Толик не напрягаясь заехал) и того что Толик опять не вышел на службу после объявленной ему благодарности.

Как-то в лейтенантскую юность за сутки до получки, решили мы выпить, вот только денег не было. Пошли искать, долго искали - нет нигде, а душа требует продолжения банкета, пошли мы значит к замполиту. Долго стучали, не дождались и ушли, а он на следующий день разгон всем контрактникам сделал, кто это его так настойчиво будил и надышал перегаром в подъезде.

Или пошли в баню, а денег хватило на банку "Белого медведя" - крепкого пива с 9% спирта, вот и выпили её вдвоем в парилке за три захода, но домой в такую зюзю приехали, что жены чуть обратно в баню не выгнали - денег нет, а мы в одно рыло напились. Первой спохватилась Ольга - потому что Толика можно будет потом все выходные искать, в общем, тогда нас простили.

Однажды прибегает Ольга в слезах - Антошка пропал!! Их сын Антон был первым ребенком среди нашего офицерского потока, очень общительным, улыбчивым - всеобщим любимцем. Как пропал!!! Толик на службе – на КАМАЗе мотыляется по городу, сотовых телефонов нет. И тут начинается операция поиск, поднимаются все наши четыре дома, организовывается штаб, направление движения патрулей, кто какие дома опрашивает. Только собрались разбегаться, как приезжает Толик и выгружает малого, которого взял с собой по городу покататься пока батя решает служебные вопросы. А жене не сказал, вот она в панику и ударилась.

Хотя в их тандеме Толик и был главой семьи, все его залеты просто так не проходили. Когда Толик шел к Ольге мириться, половина окрестных тетушек умиленно закатывала глаза - ах какая любовь, какие ухаживания! Правда на резонный вопрос - давай я тоже так погуляю, чтобы потом также извиняться, можно было быть отп*%енным, если не насмерть то точно до крови и частичного оскальпирования...

Ругали в части Толика, ругали, да вот пять лет первого контракта стали подходить к концу и начали Толика уговаривать - а давай ты еще послужишь, специалист ты хороший, проблемы с дисциплиной некоторые есть, но все решаемо, вот смотри - сейчас закончим все ремонты и начнем занимать с боевыми работами и только боевыми работами. А не хочешь служить в части, мы тебя на космодром переведем. Но поскольку дома уже ждало рабочее место, появился второй ребенок, Толик решил службу завершить. А потом каждый раз по моему приезду спрашивал: "Ну как закончили все ремонты"? На что я каждый раз истерично ржал.

У Толяна было весело не только в Нарьян-маре на службе, но и после службы дома на Ставрополье. Первый раз мы приехали семьей на неделю, было весело, второй раз через два года приехали на три дня - но недельный план был перевыполнен. Началось с того что больше суток сидели за столом. Как приехали в 4 утра так и сели за стол, а вышли когда светать стало. Потом поехали "по делам", естественно куча народа, употребляем. Толик по второму кругу меня знакомит. Все гут, а тут один и заявляет: "Классные у тебя друзья Толик, вот в позапрошлом году, оттакенный дружбан с севера приезжал". Поржали. Потом поехали по Толиковым местам боевой славы, да так что жена с ребенком уже без меня на самолет уезжать собрались. А путешествие в горы требует отдельного упоминания.

Последний разговор с ним был в миноре - он что-то приболел и лег "прокапаться перед Новогодними", мы же с его однокурсником и нашим общим сослуживцем Александром Дунаевым на позитиве после просмотра Нарьян-марских фотографий, воспоминания всех приколов нашей совместной службы, большого объёма пива, устроили конференц связь с Толиком, морально его поддерживали и грозились летом приехать. Не срослось.

Он ушел, но все ещё кажется, что откроется незакрытая по северному входная дверь, заглянет Толян и скажет: "Что братан скучаешь? Пошли - пивка попьем!".

Это же Толик ему все по плечу.

9 мая замечательный праздник. Для поколений, не познавших ужасов тотальной войны на уничтожение, даже радостный. Но слезы на глазах ветеранов, прежде всего это горе. Это память. Это вечная и святая память! Не зря среди изничтожаемых памятников и очерняемых дат истории на первом месте стоит Великая отечественная война. Это сносимые мемориалы, памятники на могилах советских солдат, это лживые книги, статьи, фильмы и сериалы, это чудовищная ложь и возрождение нацизма по всей Европе.

В этом свете 9 мая - праздник Победы в Великой отечественной войне 1941-1945 годов точка сборки остатков нашего общества после катастрофы 90-х годов. И тем большую злобу вызывают символы Победы бывшей и символы Победы будущей. Бессмертный полк, георгиевская ленточка, буквы Z, V, и апофеозом старенькая бабушка с красным знаменем – соль и память былой Советской Украины. Страны строивший авианосцы, самолеты и ракеты. Страны, которой не стало. Страны - не до конца выученного нами урока.

Урока, что нельзя менять страну на джинсы, жвачку или айфоны и фуагра. Урока, что нельзя огульно и безнаказанно очернять собственную историю - Правда всегда восторжествует!

Спи спокойно дорогой друг! Твой ратный труд лег кирпичиком в ракетно-космический щит Родины. Дальше работать нам!