Холодный октябрь

Глава 1

Ничего не поделаешь – то мы предаемся любви, то любовь предает нас.

Фредерик Бегбедер

Однажды наступает момент, когда ты просыпаешься в пустой квартире совершенно один.

Стоит только открыть глаза, как взгляд упирается в тот же самый потолок, который вы оба наблюдали каждое утро. Только теперь, впервые за многие годы, тебе не с кем разделить это утро. Того, кто засыпал и просыпался вместе с тобой, больше нет. И никогда уже не вернуться в то время. Осталась лишь память, которая хранит каждую мелочь из прошлого, и все они вместе, эти мелочи, похожи на бесконечный поток стеклянных осколков, бушующим водоворотом кружащий вокруг тебя. Осколки, мелкие и не очень, проникают всюду, под одежду, под кожу, до самых костей и органов, пронизывают насквозь, оставляя после себя окровавленные незаживающие раны. В такие моменты быть живым становится в тягость. Огромное желание ничего не чувствовать и не знать. Хочется лишиться мозга, способного думать и помнить, лишиться сердца, способного прокачивать кровь по венам. Не слышать, не видеть, не осязать, не чувствовать даже тени запаха, который одним лишь призрачным дыханием способен уничтожить всякое самообладание. Лишь одна мысль после пробуждения, и тело сковывает мертвенное оцепенение. Вихрем проносятся в голове образы, разжигающие яростное пламя внутри, когда за внешней бледностью и неподвижностью, окружающим не видно, какая буря бушует в твоей голове. Даже дыхание, казалось, остановилось и время замерло на середине между вдохами. Застыло между ударами сердца.

Внутри совершенно такой же безжизненный вакуум, что и в окружающей комнате, из которой пропало, казалось бы, вообще все. После того, как все ее вещи были вывезены, выяснилось, что у тебя самого вещами занято лишь две полки, не считая книг. Все остальное – пустая мебель с призрачными ароматами парфюма. Они едва уловимы, но нос как будто стал чувствительнее в разы и ощущает его тончайшее присутствие.

Организм перешел в режим автономного существования. Простые вещи делаются на автомате, при условии, что этот организм найдет в себе силы встать с дивана. Первые лучи солнца безуспешно пытаются пробиться сквозь плотные серые шторы. Мир утратил свои краски, внезапно став даже не монохромным, а состоящим из градаций серого. А были ли они вообще или мир всегда был таким? Быть может все это не более чем наркотическая эйфория, расцвечивающая окружающее пространство всеми цветами радужной палитры? А на самом деле весь мир лишь тускло мерцает оттенками серого.

Стоит попробовать встать. Смысла никакого нет, но все же. Не с первой попытки, но это удается сделать. Оцепеневшее тело даже не чувствует утреннего холода в комнате. С кресла берется и надевается махровый халат, шерстяные носки на ногах в это утро позднего октября как никогда кстати. Ковшик. Вода. Плита. Огонь. Ты даже не замечаешь, как и что делаешь, не понимаешь, сколько прошло времени, в какой момент закипела вода, как брал заварочный чайник и сыпал ли сахар. Просто через некоторое время стекло кухонного окна холодит лоб, в то время как дыхание и теплый пар от свежего чай заставляют его запотеть.

Погода как нельзя лучше отражает реальность и внутреннее состояние. Уже который день мрачный осенний дождь с ветром, который в одночасье сорвал всю листву с деревьев и выложил ее желтым ковром на земле. Раннее октябрьское утро. В свете фонаря с каждым порывом ветра разлетаются дождевые капли. Лужи на дороге пузырятся от нахлынувшей влаги. Дыхание становится едва заметным, вокруг стихли все звуки, как будто уши закрыты отличного качества наушниками. Все замерло. Здесь, в кухне, полная тишина и безмолвие электроприборов будто солидарно с тобой. А за окном беззвучно воет ветер, швыряя капли дождя на сырую землю.

Глоток горячего чая согревает горло. Дает почувствовать себя живым. Чего в данный момент совершенно не хочется. Хочется лишиться всех чувств на какое-то время, чтобы перестать наконец терзаться мыслями.

С возрастом уже не ищешь утешения в алкоголе, потому что давно знаешь – его там нет и быть не может. Не ищешь успокоения в сигаретах, потому что они не дают ничего, кроме едкого дыма, который в отличие от мыслей быстро растворяется в прохладном воздухе. Воздух медленно покидает легкие, пока твое сознание медленно погружается в такие темные глубины, что Марианская впадина с ее километрами покажется лужей во дворе.

Любовь и доверие к людям, надо сказать, опаснейшие явления на планете, как представляется в такие моменты. Но всего опаснее их сочетание по отношению к одному человеку. Ты отдаешь львиную часть себя человеку, которую он принимает, а спустя время растворяется вдали, забирая ее с собой. Можно любить его больше, чем себя самого, доверять ему свои мысли, свою жизнь, всего себя, бесконечно отдавать, не требуя ничего взамен, но гарантий счастливой жизни ровно никаких. Никогда не было и не будет.

Французы говорят «C'est La Vie», немцы «So ist das Halt im Leben», но разве слова способны что-либо исправить или успокоить бушующее внутри пламя? Разве короткой фразой можно описать и объяснить все происходящее? Никакие слова в мире не способны дать утешение. Это иллюзия. И даже гравировка на кольце Соломона – все пройдет и это тоже – в такие моменты не кажется такой уж мудрой мыслью.

Осень за окном вполне логичное продолжение годичного цикла времен года вслед за летом. Только в отношениях бывает все совершенно иначе. Можно годами наслаждаться весенним теплом и летним солнцем, купаясь в его ласковых лучах. Но в одночасье может налететь ледяной ветер, замораживающий и убивающий все на своем пути. Вместо приветливого солнца небо покрывается тучами настолько черными, что становится темно, как ночью. Нет больше летних дней. Нет весеннего тепла. Человек, что еще мгновение назад согревал теплом своей руки твою руку, внезапно исчезает, будто его и не было никогда.

Ты оглядываешься, поворачиваешь голову во все стороны, но его нигде нет, ни следа. Ты остаешься совершенно один в этом черном мире льда, ветра и тьмы. Человек уходит, но память о нем и всех моментах с ним остается с тобой навеки. Ее нельзя удалить, вырезать, отказаться от нее. Невозможно забыть полностью. Даже сквозь время, спустя долгие годы, она будет напоминать тебе о том, что было, о том, что могло быть. И ничем этого не заглушить.

Люди настолько легко обращаются с чужими жизнями, ломая их, разрушая до основания, выжигая изнутри. Воспринимают власть, что дана им, как данность. Как обыденное явление. Им нет дела до последствий. Им нет дела до других людей. К сожалению, понимание подобного приходит гораздо позже, чем того хотелось бы. Как говорится, поздно надевать резиновые сапоги, когда уже сидишь в луже. В такие моменты особенно четко осознаешь, насколько же нелепыми и смешными на деле были все те подростковые драмы, что разыгрывались спектаклями годы тому назад. И насколько глубока, и серьезна та, что внезапной премьерой ввергла твой театр в пучину безысходности.

Ты сейчас абсолютно уверен, что машины времени в будущем так и не изобрели, либо они недоступны простым смертным для массового использования. В противном случае еще несколько лет назад, ты бы встретил самого себя из этого далекого будущего, и он предупредил бы не бросаться с головой в этот омут, где увязнешь в илистом дне так прочно, что даже когда спустя много лет омут пересохнет и исчезнет, ты останешься лежать там, опутанный тиной и высохшим илом, едва живой и способный лишь дышать. Этого не случилось. Никакой ТЫ из будущего не появился. А потому произошло то, что произошло, и чего ты предвидеть не мог. Пожалуй, предательство – одно из наиболее лаконичных и подходящих слов в данной ситуации. Это совершенно не похоже на то, как в темной и мрачной подворотне вам могут воткнуть в спину огромный нож. Совсем не то. Это залитый солнцем луг, на котором ты жил годами, наслаждаясь сказочной жизнью и лучась счастьем от переполняющей любви к человеку. Но в один момент, спустя годы, человек, по-прежнему улыбаясь, одним движением срывает все яркие декорации, обнажая истинный свой мир, больше похожий на ржавый и рваный мир, полный колючей проволоки, руин и полуразрушенных металлических конструкций. Сворачивает яркие декорации в рулон и удаляется в закат, не произнося ни слова. А ты остаешься в своем одиночестве, глядя на весь этот сайлент хилл вокруг и не понимая, что к чему. Тебя бросили на перекрестке, не оставляя ни единого выбора, ни малейшей возможности что-либо исправить, что-то изменить. Все решили за тебя, решили так, будто ты никто и никогда не был кем-то, кто важен и дорог. Твое мнение не спросили. А когда ты его все же высказал, его равнодушно проигнорировали, будто назойливого комара. Череда бесполезных попыток проломить лед привела лишь к пониманию, что лед с каждой секундой становился толще, наращивая размеры с той стороны, а ты уже разбил в кровь кулаки до самых костей. Мозг отказывается воспринимать подобное. Отказывается поверить, что в одну секунду, в течении одного удара сердца весь мир рухнул и сомкнулась пропасть над тобой, оставляя тебя во тьме в полном одиночестве. Ты держал в руках свет, согревал его своим теплом, но он взорвался обжигающей вспышкой, исчезнув и оставив лишь твое обожженное тело. Ты был человеком. Ты был всем. А теперь ты не важен. Ты больше не нужен. Ты стал пустым местом. Дал все, что мог дать, и отработал свой срок службы. Миссия окончена и над головой в замедленной съемке всплывает всем известное «Потрачено». Вы больше не нужны для нас, нажмите пробел, чтобы сдохнуть и перестать мозолить нам глаза своим присутствием.

Очередной глоток чая на долю секунды прерывает мысли. Вновь непонятно, сколько прошло времени. Чай уже почти остыл. А ты так и остался стоять, прижавшись лбом к окну и наблюдая за осенней непогодой. Время вокруг перестало существовать. Ты выпадаешь из реальности. Стоит на секунду задуматься, как взгляд стекленеет. Будто какой-то нерадивый механик разобрал тебя по частям, а при сборке выкинул добрую половину деталей. Весь механизм функционирует с базовыми операциями, но все самое важное изъято. Ты пуст. И эта пустота внутри ширится с каждым мгновением, поглощая то немногое, что еще осталось.

Допив уже ледяной чай и поставив наконец пустую чашку на стол, медленно переставляя ноги направляешься обратно к дивану, где заворачиваешься в едва теплое одеяло до самых глаз, слыша лишь стук собственного сердца в тишине. Мир вокруг сейчас абсолютный и беззвучный вакуум.

Говорят, что время лечит. Но это не так. Это никогда не работало. Вспомнились строки Бориса Неменова, на которые когда-то уже натыкался в интернете.

Время не лечит, но все в это верят. Думают: Время стирает все грани. Ждут обречённо, сначала, дней девять. Сорок дней. Год. И потом ждут годами.

След облаков в небе от самолётов. Рельсы и шпалы, бегущие, лечат. И буруны за кормой теплохода. Друг, обнимающий дружески плечи.

Время не лечит. Время калечит Память, что вместе с годами слабеет, Чувства, идущие быту навстречу, Души людей, что порой цепенеют.

Лечит внимание, сон и забота. Лечат врачи, категории высшей. Лечит любимая с детства работа, И, говорят ещё, лечит Всевышний.

Лечимся верой, любовью, надеждой... Лечит поэзия, музыки звуки. Лечимся лесом, красивой одеждой. Изредка лечат нас дети и внуки.

Лечим себя потихоньку мы сами. Но ощущается Времени бремя. Вы посмотрите другими глазами – Время не лечит. Лечит не время...

Конечно, можно сбежать от людей, из города скрыться, но невозможно убежать от себя и собственных мыслей. Сколько ни пытайся. Они как тень на ярком солнце, настигнут в любой точке мира, так схватят своими ледяными объятиями, что будешь пытаться хватать ртом воздух под биение сердца о собственные ребра. Невозможно сбежать от себя, к сожалению. Где бы ты ни был, на ледяных просторах Антарктики, на теплых берегах Средиземноморья, в маленьком городке на севере Казахстана или в крупном российском мегаполисе, ты всегда будешь с самим собой. Твои мысли найдут тебя всюду. Как бы тебе ни хотелось оставить все воспоминания в прошлом. Они с тобой навсегда. До последнего вздоха. Каждый написанный текст, каждое слово, когда-либо сказанное или оставшееся в мыслях, каждый образ, все это теперь останется с тобой. А человека больше нет. Пустые полки шкафов. Холодная половина дивана. Никто больше не ждет твоего прихода с работы и некому больше звонить на обеде, чтобы узнать, как дела. Ничего этого больше нет и никогда уже не будет.

Тот, кто был для тебя родным человеком, твоей семьей, твоей половиной и смыслом жизни, ради которого стоит просыпаться утром и засыпать, больше не существует. Его больше нет. Для тебя не осталось места в его жизни. Ты стал лишним, всего лишь рудиментом, от которого избавились за ненадобностью. А ты остаешься один на один со своей болью и одиночеством. Один в пустоте окружающего пространства, пытаешься заснуть, чтобы хоть как-то продвинуть время вперед, даже зная, что, когда ты вновь откроешь глаза, легче и лучше не станет. Мечтаешь лишь о том, чтобы уснуть и проснуться не в этой реальности, не в этом времени. Не важно, насколько ты будешь хорошим человеком, сколько будешь делать ради вас обоих и вашего будущего, это не дает никаких гарантий в отношениях. Ты можешь быть бесконечно замечательным человеком, положительным со всех сторон, но для того единственного ты однажды будешь значить чуть меньше, чем ничего. И вот это и есть самая отвратительная сторона отношений. Счастье ничем не гарантировано и ни одни обещания, и никакие слова не дадут тебе ощущения, что через месяцы и годы ты не останешься со своими чувствами в полном одиночестве, глядя уходящему безвозвратно вдаль человеку, который был для тебя всем.