Gonzo-статьи

Статья 1

Как мы провели празднички, значит?

Самый первый день, откровенно говоря, помнится смутно. Много выпивки, много музыки в моих ушах, жуткая ночь бок о бок с чем-то мелким и тёмным, навроде карлицы-самоубийцы, бегающей по моей комнате в припадке. Короче, было очень весело...

Постепенно наступило утро.

Поспав секунд пять, я принялся допивать вино, когда непостижимым образом вспомнил о назначенной встрече с моим приятелем Чипсетом (имя не изменено в интересах правды и достоверности; и ещё - именно он является одним из героев моей безумно смешной/смехотворной повести «ГЛОТ»). К слову сказать, Чипсет теперь уже не бухает вообще ничего, кроме кваса.

Я же решил плотно затариться крепким отвратным пивком, которое продаётся в ближайшем КиБе почти в ста метрах от меня (и в многих километрах от Кайласа).

За кассой в этот раз пристроилась довольно симпатичная девица. Она стандартно спросила, есть ли у меня их карта скидок.

- Неееет! - проблеял я подобно барашку Шону из мультика про алкашей.

Поглядев на меня, как на больное животное, девушка-продавец пробила мой заказ.

Я уже опаздывал, я спешил. И тут, через пару кварталов, мне навстречу выскочил Чипсет, неся по телефону какой-то бред в разговоре со мной. В тот самый момент я действительно базарил с ним по мобилке, пытаясь узнать, кто выдумал любовь, шнурки и светофоры...

Поручкавшись, мы направились в Пушкинский. Для тех, кто не живёт в Кургане (и даже не жалеет об этом), поясню: Пушкинский - это такой сверкающий как пустыня центр досуга, место торговли всякой хернёй, а ещё там есть кафе и кинотеатр.

Мы как раз держали путь в кафе. Я вообще там часто бываю, чтобы выпить и продумать пару-другую сюжетных ходов.

Показав в лифте (где было ещё несколько напуганных моим поведением человек) репризу про дробление черепа ногой Райана Гослинга из фильма «Драйв», я вместе с Сетом ворвался в большой зал общепита. Мы заняли какой-то столик, я принялся за пиво, Чипсет стал квасить квас. Все эти напитки были, конечно, принесены нами с собой, так как в скучной очереди за какой-нибудь колой стоять совсем не улыбалось.

Я сразу обратил внимание на то, что повсюду много женщин разного возраста и фактуры. От похмельных мамаш до миленьких девочек-студенток, нехило налегавших на бухло.

Вот и чудесно, подумал я, они все сейчас станут на меня пялиться, любуясь моей красотой и талантом.

Но нет. Никто на нас внимания вообще не обращал...

Примерно через час Чипсету стало скучно. Он потащил меня на зимний пляж в ближайшем районе. Просто так, прогуляться, посмотреть на лёд и белый снег.

Итак, мы дотащились до набережной. Причем Чипсетище (будучи совершенно трезвым) умудрился вляпаться в лисье дерьмо прямо на берегу. Постояв немного на мягком морозе, вернулись обратно в пушкинское кафе.

Там, за разговорами и пьянкой, прошло отведённое нам время. Для меня всё это напоминало сплошной большой сон при участии обеспокоенной чем-то молодёжи, смеющихся красоток, зевак-охранников и мрачных мужиков, пришедших просто пообедать.

- Мы чужие на этом празднике женщин... - грустно промычал мой друг. Похоже, тогда он оказался прав впервые в жизни.

Вот, в сущности, и всё. Пара последующих дней прошли в умеренно-приятных возлияниях и просмотре всякой фигни по телеку плюс интернету.

Статья 2

Проснувшись после полудня, я начал тщательно (насколько мог) готовиться ко встрече с журналисткой. Она работала в одной из наших местных газет и, прознав о моей скромной славе писателя, загорелась безжалостным желанием сделать со мной интервью.

Приодевшись в повседневное, я влез в чёрную куртку Алана Вэйка и покинул тихий, спокойный дом...

На улице было по-весеннему чуть жарковато и светло. Я, как обычно слегка опаздывая, опрометью дошагал до кафешки, в которой мы условились встретиться по телефону.

Журналистка смотрелась этакой Анной Чапман, мечтавшей выпытать все мои тайны. Мне бросилась в глаза её синеватая кофточка, плавно прикрывавшая не слишком большую грудь. Свой плащ-жакет к вешалке она как-будто бы прибила.

Мы поприветствовали друг друга, я уселся напротив неё, спросил дозволения купить себе пару пива, пошёл купил эту пару у стойки раздачи и вернулся с улыбкой за наш стол.

Постепенно интервью началось.

Как мне вас называть? спрашивает она.

Я отвечаю: можно Кори, можно Илья. Как приятней. И давайте-ка лучше на «ты».

- Согласна... Первый вопрос: как давно ты пишешь книги?

- Я разве что-то пишу? - усмехаюсь, отхлёбываю пиво. - Да шутка, шутка... Пишу уже несколько лет. Но это совсем недолго, как мне иногда кажется.

- Почему именно жанр ужасов? И фантастической мистики?

- Просто эти жанры почти ни к чему серьёзному не обязывают. Можно придумать любую ерунду, записать её, а затем выдать за русский хоррор. Или за современную прозу. И опубликовать.

- Понятно... На кого ты хотел быть похожим в творчестве?

- Дай-ка подумать... На Стива Айлетта, конечно. Уильяма Берроуза, Хантера Томпсона, Илью Масодова... Даже на Чака Паланика. Мне с юных лет нравился его стиль.

- Хорошо. - Она бросила быстрый взгляд в окно кафе, снова пристально посмотрела на меня.

Тут мне почудилось, что в кафешку зашёл мой бывший преподаватель по факультету психологии. Странноватый дядя, надо сказать. Из собственных размышлений меня вырвал очередной вопрос журналистки:

- Ну а над чем сейчас работаешь?

Домучив первый бокал пивка, я ответил:

- Да тут у меня, вроде бы, продолжение самой пока последней книжки корячится. Как я её называю, почти комикса. Про священника. И журналистку...

Она с подозрением уставилась на меня.

- Кстати, можно теперь тебе задать вопрос? - Приступив ко второму бокалу, я явно осмелел. - Вас на факультете журналистики учат только кивать во время интервью с умным видом? Или чему-то ещё?

Её ответ не прозвучал, потому что в кафе стали врываться люди. Я понял, что начался обыденный обеденный перерыв.

Среди посетителей кафешки, нарушивших ход нашей болтовни, были: реальный клоун из балагана; матёрая вдова-бухгалтер; постинститутский неформал в галстучке с фоткой Кобейна; две тёти средней возрастной и весовой категории, разодетые очень по-офисному; сутулый мужчина с запонками плюс кейсом; сносно щебечущая парочка студент-студентка; угрюмый дядя в украденной спецовке строителя; на удивление привлекательная учительница, неразгаданная фанатка Кафки и Стивена Кинга...

Мы сидели с моей журналисткой и смотрели за этим живым потоком, а он всё напирал и набирал ход. Клоун стал даже клеиться к офисным тёткам, а какой-то парень сразу три раза посетил туалет.

Общий шум и ажиотаж тем не менее позволил нам продолжить разговор. Журналистка фиксировала всё на свой диктофон, а я, допив второе пиво, купил себе ещё бокал, затем прикончил и его...

В самом конце она, мягко улыбнувшись, сказала, что ту чушь, которую я ей здесь наплёл, вряд ли можно назвать вменяемым интервью, и что подобное никогда не напечатают в их газете.

И поблагодарила меня за беседу.

Статья 3

Решив всего лишь незатейливо бухнуть, мы с одним моим другом были заброшены проказницей судьбой в бар «Алкобаб».

У меня сразу сложилось чёткое впечатление, что в этом заведении безумие смешали с повседневностью. Мой дружбан похилял заказывать пиво (или что там у них ещё было), а я расположился чуть в закутке, но из него просматривалось много чего: вот по местному телеку демонстрируют «Настоящий детектив» (причём кто-то постоянно переключал канал, врубая то попдэнс-музло, то через минуту какой-то ленивый показ мод, то подборку дурацкого видео из Сети, где много падают или попадают друг другу в голову мячом); вот странная компания из двух девиц и пузатого дядьки играет в нарды через три стола от меня; вот официантка убирает посуду за посетителями с особенной злостью плюс сосредоточенностью.

Вот мой приятель принёс выпивку. Мы стали напиваться...

Но не всё так уж просто. Оказывается, мой друг, заведомо решив не надеяться на местный ассортимент, пронёс в бар бутылку водки в кармане своего добротно скроенного пальто. Возможно, это была первая его ошибка.

Мне он благодушно «отсыпал» немного сорокаградусной в пиво, а сам, сходив за чаем из пакетика и кипятком с сахаром, начал плотно употреблять. Первая нелегальная «стопка» прошла на ура.

Ухлопав ещё пару таких «чайных» кружек (ведь не престало же приличным господам пить водяру прямо из горлышка) и запивая всё это дело пивком, он заявил мне о том, что принимает, кстати, антибиотики. Простая простуда, ничего страшного. Начав пить крепкий алкоголь, он немного забыл об этом. Бедный идиот.

Через пять минут мой приятель принялся подробно изучать взглядом собственные ботинки. Потом он внезапно заявил, что у официантки (убиравшей за очередными посетителями, покинувшими здание) форма черепа напоминает голову монстра из ужастика «Чужие».

Я сказал, что это не так уж плохо. Пытался воззвать к его чувству юмора плюс всего прекрасного в людях. Не сработало.

Мой дружэ стал путать телевизор с зеркалом, которое висело прямо напротив нас. Оно просто темнело на стене, а он всё равно видел в нём что-то. Мне показалось это даже забавным. Но когда этот обезумевший олух попытался выбраться в Интернет с отключенного телефона, забавы закончились.

Обеспокоенный администратор ресторана попросил нас убраться на улицу. Пьяный приятель понял это чуть иначе и стал убираться на столе и под столом.

Я всё-таки вышел на вечернее тепло, мой друг вывалился за мной. С апломбом человека, с детства привыкшего к аккуратности во всём, он сообщил, что я, дескать, забыл выключить воду.

Решив игнорировать его болтовню, я пошёл дальше по улице. А он словесно понёс какую-то чушь про некую бабу, знакомую ему одному. Про то, насколько она красивая...

Метров через двадцать этот мудак завалился на бок, сетуя на то, что в такой позе вызов такси проходит гораздо эффективней. Я же подумал о полицейских патрульных машинах, любая из которых могла с минуты на минуту проехать мимо нас. Ментам наверняка понравятся двое пьяных, один ещё и на асфальте.

Это было почти чудо, но никто не помешал нам дождаться вызванного таки такси. Мой совсем немного протрезвевший друг погрузился в транспортное средство, попрощался со мной (и зачем-то – с водителем) и отбыл. Такси скрылось во тьме за поворотом, увозя его, должно быть, в ближайший филиал Преисподней.

А я, купив ещё пива, просто вернулся домой и начал смотреть «Демоны Да Винчи».

Статья 4

А вот когда мы решились поиздеваться над духами мёртвых, я даже не могу толком вспомнить. Зато я совершенно явственно помню весь процесс.

Нас было трое на даче. Было холодно для весны, но всяческий алкоголь согревал нас: Чипсета, меня и одну нашу подружку-знакомую, которая пожелала не «светить» своё прелестное имя в моей писанине.

Так вот, нам почему-то вздумалось провести спиритический сеанс. Сказано, выпито, сделано… Я отыскал на дачном чердаке подходящую картонку, быстро начертал на её поверхности (шершавой плюс твёрдой) весь набор знаков, необходимый для общения с потусторонним мирочком, а наша леди притаранила свечи, заначенные её родителями, возможно, для романтического вечера…

Ещё нам понадобилась иголка на нитке («спирит» будет держать конец нити, пока ушко иголки, наклонившись под углом, станет указывать ответы вызываемых духов, располагаясь остриём в самом центре картонки).

Мы зажгли свечи, которых было две, выключили свет и приступили.

Я предложил вызвать дух Уильяма Берроуза, но Чипсет и подружка отказались наотрез, посетовав на то, что никто из нас толком не способен поддерживать разговор на английском. Тогда решили переметнуть выбор на русских «мертвецов»…

Я тут же вдогонку (реабилитируясь за Берроуза) предложил вызвать душу Ильи Масодова. Мне думалось, что он-то уж точняк умер; ведь такие писатели просто так не пропадают куда-то в расцвете творческих сил.

Начали вызывать. Но никто не пришёл. Массодов, похоже, оказался живым.

За это выпили ещё.

Следующий выбор предоставили нашей подружке (номинальной хозяйке дачи). Её пьяная память выдала Дали, Сальвадора Дали. Мы с Чипсетом согласились на это. Впрочем, на испанском тоже никто из нас троих не говорил. Так может, живя много лет с Галой (она ведь была из России), сам Сальвадор выучил немного русских слов? Проверить стоило…

Я, держа нитку с иголкой в спиритическом круге, вызвал дух великого мастера. Через пару секунд хозяйка ночной дачи испуганно сообщила, что кто-то потрогал её за щёку. Как будто кисточкой провёл.

Чипсет (если бы он до сих пор продолжал бухать) точно бы поперхнулся водкой. Но так как он не пьёт алкожидкости уже более года, то в дело пошёл квас, нехилый глоток которого Чипсетище зачем-то сделал прямо перед вызовом духа Дали.

Брызги от плевка слегка заляпали спиритическую доску-картонку. Видимо, оскорблённый таким приветствием маэстро Сальвадор незамедлительно нас покинул. Очень жаль, но иголка на нитке безвольно болталась, словно мёртвый на виселице.

Я обнадёжил «подельничков», что сейчас мы отыщем ещё кого-нибудь из мира мёртвых. Так и случилось…

Душа Чака Шульдинера, которого потребовал вызвать Чипсет (некогда гитарист и композитор удивительных песен), проявила себя вполне себе подобающе. По-смертному.

Лидер группы Death порвал (наверно, как струну) нитку иглы, а после этого громко заработало радио, которое хозяйка дачи, постепенно привыкая к ситуации, вырубила вообще из розетки.

Шульдинер ушёл, похожий, довольный тем, что мы о нём вспомнили. А нам пришлось заменить нить для дальнейшего проведения сеанса. Пока это происходило, Чипсет вышел из дачи для посещения уборной.

Минуты через две наш друг вернулся. Чем-то ошарашенный и встревоженный. Белея в полутьме лицом, он сообщил, будто в камышах за оградой стояли люди, а потом, заходя обратно в дом, он увидел их же, но уже на территории дачного участка, молчаливых и неподвижных.

Наша подружка спросила, сколько их было. А я поспешно выглянул в окошко, чтобы самому увидеть загадочных чужаков, нанёсших нам визит столь поздно. Но в темноте не было никого и нихера вообще нельзя было рассмотреть…

А Чипсет с полупаникой в голосе сказал, что их там пять или шесть. Может, четверо. Точно Всадников Конца Света.

Мы заперли двери дачи изнутри, потушили изрядно прогоревшие свечи. Алкоголь (для меня и обеспокоенной хозяйки дома) постепенно заканчивался. Так прошло час или полтора. Ничего снаружи не происходило…

Зато внутри нервничал трезвый Чипсет, предполагая, что это демоны пришли за нами. Возможно, так и было.

Совсем не помню, как все мы уснули, но на утро в ноутбуке почему-то крутилась «Игра престолов», а потусторонние гости спёрли мангал со двора.

Статья 5

Я не поздравил сестру с днём рождения. Причиной тому стал (во-первых) сериал «Банши», в котором много и вязко дерутся, дружат, врут, грабят, помогают и занимаются красивым сексом.

А во-вторых ещё и такие события: порой бывает так, что ты видишь, когда цифры на циферблате электронных часов (неожиданно) становятся другими, убирая из жизни новый момент.

Так вот, не успел я проследить за часами в начале дня, как мне стал названивать мой друг. Чипсет – алкоголик в отставке – всё-таки раскочегарив свою машину, решил меня куда-нибудь свозить. Просто ради развлечения и смеха.

Мы (два больных дебила) даже представить себе не могли, что за развлечения (и чей смех) нас ожидают…

Преодолевая светофоры перекрёстков, наш автогроб блуждал по городу, покуда Чипсетище лечил мне про новейшую серию «Теории Большого Взрыва». Ещё я врубил радиомузыку, затем мы заехали в дешевейший магазин с наиболее приличным пивом. И купили пару бутылей для меня.

И только я начал выпивать под (на удивление) неплохое музло, как мы наткнулись на Незнакомку…

Стройная, светловолосая красавица в летяще-воздушном платье в какой-то безумный серый цветочек; она смотрелась как настоящая богиня на празднике жалких дураков.

Плюс к этому она была пьяна. Невероятно пьяна…

Незнакомка опиралась на фонарный столб у перекрёстка, явно пренебрегая общественным мнением. Я почему-то заметил сразу, что её тень (вроде бы) не совпадает с движениями (остервенело скучающими в столь жаркую погодку) тела Незнакомки-красотки. Но это не являлось настолько уж важным…

Чипсет тормознул наш синий «катафалк» возле (чуть ли не на её ножках в туфельках) этой блондиночки. С помощью моего красноречия нам удалось уговорить её разве что только не на самоубийство. После чего она (красиво шатаясь) села в машину Чипсетки.

Я не просто так до сих пор зову её Незнакомкой.

Она наотрез собственных сисек не собиралась называть нам своё имя из паспорта. Быть может, Маша. Или Вика. Может, Надя или Варя. Клеопатра? Калипсо? Психея. Беатриче. Джоконда…

Через две минуты поездки Незнакомка (сидя на заднем сиденье и совершенно не заботясь о том, видны ли мне её трусики или нет; а они были видны) странным голосом сообщила, что ей необходимо поблевать в окно.

Удивлённый Чипсет-водитель успел остановить авто, местность вокруг благоприятствовала задуманному организмом Незнакомки действу…

Жаркий денёк, солнце, мы на трассе, ведущей далеко за город, мимо мчатся тачки разных мастей и калибров, а незнакомая блондинка блюёт в кювет, даже не особо стараясь придерживать волосы.

Наивный Чипсет попробовал поинтересоваться, не плохо ли нашей прекрасной спутнице. Ответом на это стала матерная тирада Незнакомки, которая, возможно, попыталась заматерить его и меня до смерти.

Она закончила, снова уселась в авто. На заднее сиденье. Я сел рядом. От Незнакомки пахло сладко: девичьим потом (как при сексе весной), рвотой, алкоголем, косметикой и чем-то неземным, уж это точно.

Чипсет завёл мотор «экипажа», и мы втроём стали удаляться от нас прошлых. Незнакомка, шумно вдыхая, сидела рядом. Я элегантно выпивал…

В следующую секунду эта пьяная красавица сказала, что я похож на шерифа из «Банши».

- На того, которого в начале убили? – изумлённо поинтересовался я. Незнакомка пробормотала что-то, и мы проехали пост ГАИ.

И наконец она начала говорить.

Незнакомка стала рассказывать о том, как она разуверилась в любви, которая сейчас (по её словам) стоит слишком много денег. А также о какой-то сугубо дурацкой работе, куда бы она мечтала попасть.

Я смотрел на неё и пил пиво, она была такой красивой, болтая про всю эту чушь…

И в тот самый момент я вдруг понял, что проносящиеся мимо нас (Чипсета, меня плюс этой бухой красотки), матерно плюющие в сторону неумелых водителей автолюбители, проносящийся мимо нас природный пейзаж, которому любые автолюбители только вредят своим бензиновым рёвом, проносящаяся мимо жизнь «во чреве природы самой» - всё немножко неважно по сравнению со мной и моими мыслями.

А Незнакомка продолжала болтать о чём-то личном. После чего Чипсет включил нечто вроде рока, так радуя меня, а наша всё ещё пьяная девушка опять решила проблеваться.

Пока я рассуждал о многом, Незнакомка (закончив свои рвотные спазмы) отобрала у меня бутылку и смачно приложилась к ней своим удивительно сладким ртом.

- Брось её в окно… - посоветовала она мне, вернув пиво и красиво откинув голову назад.

Но я её не послушал, я стал это пиво допивать. Чипсет рулил уже в закат. Или мне просто хотелось, чтобы так было.

Но вот наша красотка снова потребовала остановить машинюгу. Димка-Чипсет учтиво подчинился. Незнакомка выбралась на обочину и начала танцевать, словно находясь на дискотеке в деревенском клубе (или же – в частном клубе посреди мегаполиса, не знаю наверняка)…

Затем она захотела затащить меня в танец, мы слегка пообжимались при этом, затем она захотела ещё пива. Но его почти не было.

Чипсет сказал, что знает, где есть ближайший магазин для дальнобойщиков и прочего сброда, колесящего по дорогам. И мы все опять разместились в машине.

Лёгкий разговор, мягкий ветер в приоткрытые окна, музон по радио. Мы заехали (даже как-то незаметно для меня) туда, куда надо, прикупили пивка. Незнакомка сразу в авто распечатала новую полторашку и, залив пеной половину салона (на такой-то жаре), принялась жадно хлебать бодрящий алкоголь.

При всей своей нетрезвости она была какой-то неприступной. Или, дорогой господь, только казалась таковой.

В следующие минут пять Незнакомка (чуть ли не клятвенно) попросила меня письменно не рассказывать о том, что будет дальше. Оказалось, она читала мои книги. Не все, но лучшие. Она меня всё-таки узнала…

И посему я скажу лишь о том, как я вернулся домой спустя сутки, а затем просто играл с кодами в сновидениях.

Статья 6

Она позвонила мне ночью:

- Он меня трахнул! – услышал я в трубке мобилки. Голос моей подружки по пьянкам был до жути дрожащим, с уходом на шёпот.

- Кто он? – не понял я. Пусть я ещё не спал, однако сообразить, в чём там у неё дело, было проблематично. Впрочем, как всегда. – Что за хренодрянь с тобой опять случилась?

Она бегло и сбивчиво поведала мне о том, как её самый любимый (в этом месяце) киноактёр приснился ей под вечер, а затем они занялись «грязненьким» сексом (естественно во сне). Ей почти постоянно кажется, будто много кому будет крайне интересно узнать про её личную жизнь. Особенно интимно-воображаемую.

- Почему классные парни бросают меня так же быстро, как кончают? – Её вопрос был чисто риторическим для трёх часов ночи. Я чуть не бросил трубку. Но сам усмехнулся невольному сравнению.

- Успокойся, хорошо. Все тебя любят… Обещаешь не психовать по этому поводу?

Она рассмеялась (возможно, разбудив ещё и моих соседей через трубку телефона).

- Ещё соври, что ты меня любишь… - теперь голос подружки звучал с некоторым укором. Я благоразумно промолчал.

А она вдруг стала напевать мне в ухо какую-то (полюбившуюся ей из последних) песню. Так продолжалось минуту или две. Затем приятельница отключила свою мобилку. А через полчаса отключился уже я (но от реальности), уснув слегка нетрезвым сном.

Пришёл рассвет, чуть задержался, видимо, я этого не заметил, даже если просыпался под утро пару раз. В общем, где-то после полудня я отправился за бухлом. Да и просто хотелось куда-нибудь пройтись…

Стандартная погода приемлемого дня. Ну или наоборот, не так уж важно. В КиБе (алкомаркет «Красное и Белое») оказалось привычное число покупателей. Какой-то мужик в очереди передо мной купил бутыль горилки и ждал, пока его рассчитают. От его правой подмышки несло жуткой вонью, но все в магазине старались на это не реагировать.

Оказавшись снова на улице, я почему-то вспомнил сериал «Викинги»… Так, вспоминая сериал (и побалтывая бутылкой пива в солнцезащитном пакете), я быстро добрался до КГУ (местного университета), а там, в его «утробе», в коридорах и на этажах, – отлично начал выпивать, забыв о ерундовых заботах.

Но они ведь обо мне не забыли…

Короче, почти сразу я наткнулся на мою «невменяемую» приятельницу, которая, похоже, напрочь выбросив наш ночной разговор из башки, сообщила мне цель своего визита в институт – посещение женского (или мужского) туалета.

Я сопроводил подружку до означенного помещения. Она болтала без умолку всю дорогу по коридору. И выглядела весьма классно. Тут же бродили угрюмые студенты, не слишком успешно сдающие сессию.

Дальше мы абсолютно спонтанно оказались на баскетбольном матче девчачьих команд. Участницы мероприятия поминутно визжали и хаотично перемещались по залу, отбирая друг у друга мяч. Я незаметно для всех пил пиво на трибуне…

Спустя прошедший период матча мне захотелось спеть что-нибудь из лучших хитов группы План Ломоносова. Но непрекращающаяся болтовня приятельницы позволила осуществить это лишь только про себя (даже на задуманный вокал-шёпот перейти не получалось). В общем, мы смотались из спортзала минут через пять после начала нового периода.

На улице парило. Типично-летняя жара, но мне нравилось. Правда, подружка сказала, что ей пора на работу. Где именно она проводит время, называя это работой, - понятия не имею. Так проще себя вести в её случае. И всегда остаётся интересная возможность узнать, что она вкалывает (к примеру) на бензоколонке в стрёмном районе. Или является криминальным экспертом. Ну или даже охотницей за головами призраков.

- Я снова с ним трахнусь, - уверенно заявила она напоследок.

Так мы и расстались.

Мой день только начинался.

Статья 7

Мне тут приснилась совершенно безумная фигня…

Летним вечером (почти ночью) мы с моей подружкой детства, теперь благополучно выросшей до уровня очень приятной девушки, проводим время в некой библиотеке, где почти никого, кроме нас.

Вокруг темно, мы зажгли настольную лампу. Я этой моей подружке давненько вообще ничего не говорил, а тут мы сидим в полутьме муниципального здания и треплемся на разные темы…

В какой-то момент она даже просит меня что-нибудь спеть, зная, что я был вокалистом рок-группы.

Я почти беззвучно пою крутой отрывок из одной хорошей метал-песни. Затем ору вполголоса кусочек из другой. К нам подлетает служащий и строго (на грани истерики) шипит, что в библиотеке «надобно вести себя потише».

Мы выметаемся, подружка гасит лампу… Моментально другой вечер: мы с ней же, едем мимо центра города в пустом автобусе, мокрые сумерки вокруг. Тепло и лето. На подружке детства как минимум белая футболка в обтяжку. Девушка соблазнительно прижимается ко мне, мы стоим у окна автобуса и зачем-то вспоминаем своих одноклассников (а учились-то мы с ней, кстати, в разных школах)…

«Сериал «Банши» смотришь?» - спрашиваю неожиданно я у неё. Она отвечает: «Да».

И мы начинаем бегло болтать о сериале; во время обсуждения саундтрэка я нежно глажу подружку по левой груди. Девушка бесстыже улыбается и говорит: «Я тебе не понравлюсь…»

Я мягко убираю руку. Сумерки города плавно текут за окном. Салон автобуса по-прежнему пуст.

«Ты видел последнюю роль сестры Джонни Деппа?» - вопрошает меня девушка, выравнивая тему кино.

«Сестры?.. Она же скорее его дочка.» - с улыбкой неопределённости высказываю я свою точку зрения. Возможно, не согласившись с ней, моя подружка детства выходит из автобуса на моментальной остановке.

Оказываюсь на улице и я. Подружки нигде нет. Я примерно представляю, куда бы она хотела пойти. И я направляюсь туда же…

Решительно иду через городской парк рядом с площадью и почтамтом. Навстречу «шлёпают» две полицейских дамы. На мне, кстати, кеды, джинсы и серая футболка как минимум. То бишь паспорт (обычно лежащий в одном из карманов моей привычной куртки) не при мне.

Ментовки с интимным интересном смотрят на меня, когда я сурово прохожу мимо. Одна (слегка пухловатая), слегка стесняясь, утыкает взор в асфальтовый покров парковой дорожки…

Через минуту я уже подходил к «Соколу» (это действительно существующий ресторан в центре Кургана). Но из процветающей харчевни для богачей «Сокол» превратился в уныло-глупую пародию на бар для алкашей. Теперь тут не было даже официантки…

Я практически ворвался внутрь. Моей подружки там не оказалось. Немножко захотелось выпить.

Я подошёл к прилавку с бухлом, но тут же здесь очутился какой-то чёрт, который на поверку прослыл неформалистым психопатом. «Меня зовут Толик», - прогундосил (или пропищал) этот тип, - «и я как буду тут стоять, где нужно, то там и буду стоять».

Его раскрасневшаяся рожа отодвинулась всё-таки в сторону от прилавка (Толик сел на какую-то лавку у ближнего к стене столика). Я отметил, что одет он примерно так же, как обычно люблю одеваться я.

Всё ещё гадая (на пиве), куда могла подеваться моя подружка детства, я решил прикупить себе литр-пару «Пьяного» пива. Да, именно такое название.

В очереди меня обступили другие посетители. А сука Толик (перед этим я попробовал прояснить и уладить с ним наши отношения, самым дружелюбным образом смешно над ним приколовшись) вскочил из-за дубового стола и попытался ударить меня в печень каким-то обломком вилки, дурачок.

Моя верная «куртка Да Винчи», очень кстати оказавшаяся на мне, предотвратила вред от удара как бронежилет. Толя, истошно, по-психопатски завизжав, метнулся в кухни опустившегося ресторана, где «скинул» орудие покушения.

Догнав этого гондона у библиотеки (которая совсем рядом с пив-баром), я хватанул его за шкирку (не помню, или за рукав), после чего нанёс удар, заставивший меня проснуться.

Расставшись с постелью, пробуя понять, насколько всё реально, я почти сразу начал записывать всё увиденное во сне (по-настоящему – только в одном из тогдашних сновидений).

Прошло немного времени, и я «улетучился» из дома. Абсолютно трезвым, кстати. Но долго это не продлилось.

Сегодняшних гонорарских на много мне не хватало, но кое-что в КиБе я прикупил. И пошёл к пляжу…

Солнце сбивало головы с людей. Настолько было жарко.

Придя на пляж, я прижарился к мини-железной дороге, к её стандартной станции, где можно вольготно бухнуть почти всегда. Надо сказать, что мне на тот момент остро не хватало друзей и денег.

И тут, по насыпи в чёрных очках, мне навстречу стал чуть устало брести мой добрейший друг, когда-то барабанщик плюс вокалист рок-группы Бэд Гейм, разбирающийся во многих вопросах мужик – Игорь Николаич (или просто ИНФ).

ИНФ нёс на пляж пиво. И, вроде бы, много чего ещё. Пакет был набит очень прилично.

Я подкатил к дяде Игорю, он даже не удивился. После быстрой беседы я был приглашён на берег реки, где своеобразный друган ИНФа (довольно пьяный к этому моменту) пытался что-то поймать на удочку. Условно будем называть его СС-рыбак…

После бессмысленного разговора СС-рыбак выдал мне дополнительных денег, и я сорвался с того берега (прямо перед появлением пары ментов, которые тут же пристали к ИНФу и рыбаку-благодетелю).

Отчалив по направлению к местному алкомагазинчику, где успешно прикупил себе ещё пивка, я расположился на тихих задворках этого пристанища пляжных алкашей.

Солнце накатывало не хуже крепчайшего пива.

Почти незаметно ко мне подошли четверо парней школьного возраста. Сначала я подумал, что с ними сейчас придётся драться. Но нет. Эти дети всего лишь попросили меня купить на их же деньги пару бутылок спиртного большого объёма плюс пачку сигарет.

Мне не хотелось опять идти в тот магазин. Я вежливо посоветовал школьникам оставить меня в пьяном покое, что они тут же и сделали с таким выражением лиц, будто сам Христос отказался висеть на кресте за их прегрешения.

Ещё немного пошатавшись по пляжу, я решил вернуться в центр города. Димке-Чипсету дозвониться почему-то не получилось, тогда имело смысл предпринять что-то другое.

На выходе из парка я наткнулся на следующую херню: у забегаловки при пивзаводе (одной из как минимум трёх, самой цивильной) из бака припаркованной синей иномарки противно капал бензин через пробоину; натёкшая уже лужа зловеще подбиралась к пивной палатке, в которой тупо бухали люди, не обращая внимания вообще ни на что.

Возможно, владелец «подтекающей» машины шарохался где-то поблизости (в поисках, к примеру, железной заплаты и суперклея)…

Я похилял домой, но там постепенно становилось скучновато. И появилась отчаянная идейка бухнуть с отцом. Он всё равно бы мне позвонил.

С ним мы встретились примерно через час, сняли деньжат в банкомате, а затем направились в одно заведение, где подавали суши и блины.

Непринуждённо беседуя, со вкусом выпивая, мы досидели почти до закрытия. Даже успели насладиться махито (вспоминая Хэмингуэя, я, вроде бы, пил этот коктейль впервые в жизни).

Вернувшись домой, изрядно пьяный, я спать не собирался… Дописывая первую часть вот этой вот статьи, я допивал пиво, прихваченное по пути из суши-блин-бара в очередном алкомагазе, а также смотрел отличный фильм «Великолепный» с Бельмондо.

Фильм про писателя, его красавицу-соседку и смешную, чуть-чуть раздвоенную жизнь.

Статья 8

Подсмотрено из жизни. Кое-что для девушек, о девушках, про них…

Первый момент «восприятия»: я стою выпиваю у окна одного из наших экс-боярских помещений (внутри него). Сверху спускаются по лестнице две замечательные девицы. Одна (в как минимум красном цвете футболки, прикрывающей упругий лифчик) базарит по мобилке. Обрывок разговора такой:

- Есть у вас там такой кремовый котик… Он мне просто в душу запал! Очень бы хотелось мою кошечку с ним свести…

Ах, так это девочка! Жалко…

(Я в это время подспудно думаю, что кошек-лесбиянок ещё никто не отменял.)

Другая херня: две мелкие девчушки в торговом центре на окраине центра города выясняют, кто пойдёт на свидание с каким-то парнем. Одна из них хвастается, что голову помыла. Другая её хвалит (в шутку).

И обе начинают судачить про какую-то «дуру», которая всех бесит, бесит весь класс, бесит подруг, бесит (наверное) даже трупы коммивояжёров, засушенные сто лет тому назад просто из принципа.

В итоге обе девчушки ушлёпали в ближайшую кофейню (а может быть, на остановку), так и не отымев ту «дурочку» словесно по полной.

Ещё: надписи на асфальте краской перед домом избранницы как будто бы все выполнены одним и тем же парнем (для одной и той же девушки, которая, такое впечатление, переезжает из дома в дом).

Другое наблюдение: для многих девушек (да и, конечно, женщин) мобильный телефон/смартфон/прочая хрень намного важнее родимого папы. По крайней мере впечатление именно такое…

Две явно колхозные тёти за соседним столиком обсуждают свою обыденную жизнь. Одна другой рассказывает про своего соседа-алкаша (ну, или почти такого) и сообщает подружке:

- Я его ненавижу ещё больше, чем своего мужа…

Многие девушки, которые выглядят красиво и спортивно, занимаются какой-нибудь силовой аэробикой гораздо больше множества парней. Приходится интенсивно следить за фигурой, поддерживать форму.

А многие парни в это время вообще ничем не занимаются; бухают, сидят за компами, фанатеют от тачек, жиреют и зарабатывают деньги, чтобы всех этих спортивно настроенных тёлочек купить…

Эмблема успешной жизни.

В пасмурном парке свадебная процессия. Невеста запуталась в подоле и орёт жениху (который убёг бухнуть с фотографом):

- Где вы, блядь, все?! Невесту раздевают!

И мне тут в почтовый ящик кто-то бросил 10 рублей с отпечатком следа от помады. Красивый такой след.

Статья 9

Еще в начале октября мы с Чипсетом (для тех, кто в курсе и не в курсе, - его настоящее имечко звучит как Дима и пишется так же) предприняли выезд в Академию, которая обучает сельским наукам и прочей ерунде. Она находится за городом, в нескольких десятках километров.

Было слегка морозное утро. Мы прикупили в КиБе бухла (Димка, конечно же, безалкогольного) и потихоньку двинули на чипсетомобиле по шоссе в никуда. Чипсетище всю дорогу нес какой-то бред про пробки, а я начал размеренно напиваться, слушая разное радио-музло.

Только мы приехали – сразу пошел снег, первый для будущей зимы. Наплевав на этот прискорбный фактик, мы попытались вылезти на крышу «агры» (самого высокого здания во всем проклятом комплексе). Но чердачная дверь, так удачно открытая нараспашку прошлые годы, в этот раз была заперта на замок. Ломать ее мы не собирались.

Мимоходом проникнув в какой-то темный кабинет для совещаний (там не было вообще никого), мы двинули в другое крыло здания аграрного факультета. Единственное, что оказалось действительно необычным, - несметное количество мерзлых мух, облюбовавших пространство «чердачной» лестницы.

По поводу увиденного бардака плюс насекомой экспансии я высказался в мистико-гностическом ключе, а Чипсет выхлебал первую банку ноль-алкоголя из заявленных им на эту поездку.

Затем мы, чуть побродив по главному корпусу (в котором что-то поменялось, но многое осталось по-прежнему), «телепортанулись» в прибежище животноводов.

Как раз рвущий душу звонок запустил перемену. Повсюду мимо нас сновали студенты обоих полов, спешащие в буфет или курилку.

В местном мини-музее, расположенном в коридорном закутке истинной тьмы, я надеялся на появление нового экспоната: какого-нибудь теленка-мутанта с тремя головами, курицы-бафомета с рогами и козьими копытами или хотя бы скелета преподавателя, не бравшего взятки при жизни. Но там лишь пропало стекло, ранее сдерживающее чучело гигантского орла-карлика от ночных полетов по пустому зданию.

Дальше мы пошли на СиС (стандартизация и еще какая-то хрень), где и «сняли номер» в пустовавшей аудитории. Чипсет говорил о жизни, пытаясь пересказать концерт Arch Enemy, недавно у нас побывавшей, а я весело напивался под нашу с ним болтовню…

Так могло пройти несколько часов, но нас выгнала к чертям какая-то бабка-вахтерша, на которую пришлось по-тихому наорать в ответ. Уже на улице к нам подбежал стеснительный юноша и спросил, как пройти на «военку». Я с улыбкой воспоминаний о времени, потерянном на военной кафедре, махнул куда-то вдаль.

На это молодой человек робко сообщил, что «военку» давно переделали в «пожарку». Возможно, он был нездоров, бредил.

Чипсетище и я прогулялись до дальних границ Академии – нескольких общаг и здания строительного факультета (ПГС). Тем временем погодка чуть наладилась; появилось слабое пока солнце.

На ПГСе было пустынно. Мы заняли еще одну большую аудиторию (и на этот раз разговорам про смысл бессмертия, теорию струн, астрофизику, фантастическую писанину и телок никто не посмел помешать).

Напоследок мы направились к стадиону: оттуда открывался чудный вид. Сразу за футбольным полем, опоясанным беговой дорожкой, я с удивлением заметил двух коров, степенно лежащих в не слишком высокой траве. Мы прошли мимо. Буренки снисходительно посмотрели на нас, а после – продолжили безмолвный разговор.

Полюбовавшись пейзажем (осенью он там особенно красив), я понял, что пора возвращаться в город.

Мы покидали Академию («сельхозку», как любовно-ностальгически звал ее я) с хорошим ощущением выполненной миссии, совсем ничего не украв на память. Потому, должно быть, что запоминать-то уже особо было нечего.

Но, дорогой господь и все святые, перед нами оставался практически целый день для полного (с моей стороны) безделья. Куда потратить бесхозное время двоим дуракам на послушной машине? Кстати, экипаж наш был наполовину пьян: водила-трезвенник Чипсет рулил по трассе, а я звучно подпевал наиболее приятным радио-песням.

Приехав в город, мы для начала снова затарились бухлом. Мне купили клевое пойло, а Димке бесполезное и безалкогольное пивко, зовущееся квасом (плюс какие-то там орешки)…

И поехали мы в «Рио». Это такой почти Пушкинский, такая же пустыня, только мы там пока не так засвечены (почти мечта Остапа Бендера). В общем, персонал «Рио» нас не боялся.

Любуясь с места у окна развалинами макаронной фабрики, затеяли базары про истинность Вселенной, сводящие с ума неподготовленных случайных посетителей/слушателей.

- Я этого не видела, - смущаясь еще больше меня, произнесла приятная уборщица, бегло глядя на мои жалкие попытки спрятать бутылку, когда Чипсет бросил нашу безалаберную дуэт-компанию и поехал по новым маршрутам (отвозить батюгу в садик).

Уже скоро (по прошествии пары быстрых часов) мне надоело в «Рио». Постепенно «причаливая» к центру, я наткнулся на неожиданность встречи высшего порядка случайности. Мне на пути попался мой добрый друг Виталий. Он, будучи человеком скрытным и чуть ли не засекреченным, бодро прилепившись ко мне, начал свое сопровождение…

Мы побывали везде, куда пускали людей с явно выраженным дефектом мозгов. Виталя благочестиво стрельнул у меня чипсетовский номер мобильного (до сих пор не понимаю – зачем). А после этого мы чуть не попались напуганному (упавшей на него ответственностью) следователю полисментуры, который, нервно размахивая ксивой, спросил: станем ли мы понятыми?

Мы ими не стали.

Зато, отойдя на безопасное расстояние, Виталя выдал мне лекцию о том, как плохо быть понятым.

- Ты же не знаешь, кто стоит за этим пойманным уголовником… - зловеще увещевал меня Виталий, пока мы шли через дворы к горсаду. Надо сказать, у библиотеки Югова он меня порядком достал своей болтовней. Я шутливо с ним распрощался, пользуясь моментом приятельской наивности, одолжил у него немного денег и поплелся за новой бутылкой (но уже в Метрополис).

А сразу на выходе из магазина меня тормознул еще один оперативный сотрудник полиции. И с вежливой улыбкой попросил принять участие в следственном мероприятии. Поняв, что (видимо) это судьба, и безуспешно попытавшись отмазаться под совершенно неправдоподобными предлогами, я решительно согласился.

Меня (чуть пьяного плюс с неоткрытой новой бутылкой) провели в центральный отдел. Опишу все происходящее вкратце: в тесноватом кабинете присутствовали мент-баба и мент-мужик, зевающая симпотяжка-адвокат лет сорока и несколько забулдыг, в том числе я, наверное.

Начали заводить потерпевших. Их оказалось ровно двое. Обе – молоденькие девушки (которых я где-то раньше видел). Первая (у нее, как оказалось, украли мобильник) опознала в одном из забулдыг злодея-похитителя и, слегка отклоняясь от протокола, обвинила его едва ли не во всех грехах смерти. Вторая, жутко заикаясь от волнения, обвинила негодяя еще и в физическом уродстве, отметив его лопоухость.

Мне было даже весело наблюдать весь этот процессуальный цирк…

Из ментовки я вышел уже в сумерках. И сразу же помчался в КГУ, пока его не закрыли.

В университете было пустынно. Я гулял по темным коридорам, пил в незапертых аудиториях, осмысливал события медленно уходящего дня, пока студентки проводили визгливую тренировку по баскетболу в спортзале.

На улице начинался долгий осенний вечер. Теперь можно было вернуться домой и продолжить работу над новой книгой.

Статья 10

Оторав на репетиции в кое-как запаянный микрофон (но в определенной степени все такой же новый, потому что использовался не так уж часто), я вместе с Чипсетом влез в машину-такси, которой правил сам Димка (Чипсет), будучи неоправданно заядлым таксистом.

Мы красиво двинулись к центру города, сначала истошно поколесив по Северному району кошмаров. Я болтал всякий бред, болтая недопитой бутылью излюбленной спиртяги, а Чипсетище понуро слушал немного нервное радио.

Доехав до общаги КГУ, мы постояли/посидели в тачке минут десять-пятнадцать, бездумно любуясь весенней вытяжкой заката, перешедшей в наступившую ночь. Я, конечно же, поведал Димке, что часто вижу здесь НЛО, когда хожу мимо по темноте. Он мне сразу поверил. Другого выбора у него не было. И слышал он эти истории уже не в первый раз.

Надо сказать, что рядом с КГУ и общагой расположена замечательная СС (студенческая столовка, та самая). На ее-то задворках почти всегда можно весело побухать минуту-другую, пока менты не нагрянули.

Да, дорогой господь, я пьяный хожу мимо столовой и наблюдаю всякие «тарелки».

Вот и в тот вечер, попрощавшись с Чипсетом (другом, таксистом и музыкантом), я решил слегка побродить по округе, подышать воздухом, допить репетиционную норму...

Изучая светлые окна студенческой жизни, я любовался чернотой юной ночи, приятным блеском лунных звездочек. Чуть вдалеке смешанная компания молодежи допила пивко и поспешила восвояси. А над СС опять появился «сигаретный ожог» (НЛО в форме огненного шара).

Правду писать легко и приятно. Я стоял в тени темноты и уже в который раз, мать его, лицезрел нечто, похожее на корабль пришельцев. Я больше не удивлялся, и не жалел о том, что на мой не «стивджобсовский» телефон (по которому можно только говорить или светить фонарем) нельзя снять этот космический объект, плавно (но слишком быстро для любого земного самолета) уходящий по небу в сторону дальних лесов.

Ночь только начиналась, а пойло почти кончилось. Умерив улыбку, я выбросил опустошенную в несколько «поцелуев» бутылку. И пошел за новой в ближайший алконочник.

А то без дозаправки до дому не долетишь.

Статья 11

Сплю я, и снится мне сон:

На улице чернота, но не страшно. Веселый выпускной или еще что… Я и несколько парней плюс девчонок на чердаке готовимся к чему-то важному. Они все мои фиктивные одноклассники (фиктивные ли?); мы сначала поколесили по городу, а затем заехали сюда, в Художественный Дом: это такая изящная двухэтажница, немного подразвалившаяся к моменту нашего выпускного и его последствий.

Я так понимаю, что начнется пьянка. Она начинается. Кто-то находит в Доме мяч.

Я ищу на чердаке кеды, появляется хозяин Дома и говорит, что я могу выбирать любые…

Неяркий уличный свет почти меланхоличен. Я и еще двое ребят вываливаемся из помещения: я выхожу последним и понимаю, что асфальтовая дорогая разрушена, провалилась ко всем чертям. И разлом этот идет через всю улицу, вообще через весь город, разделяя его надвое.

Мы пинаем друг другу мяч, он перелетает через городскую расщелину (один из нас перебрался на ту сторону). И в какой-то момент я уже сомневаюсь, долетит ли футбольная сфера до другого «берега» в очередной раз…

Сложности восприятия проходят, пока на экране монитора (в комнате, где я один) идет себе фильм «Дверь тумана» (сумбурный полуужастик какого-то К-рейтинга). В сюжет самым причудливым образом вплетена группа MuDvAyNe в свои лучшие годы. На музыкантах костюмы плюшевых зверят, а все инструменты (за барабаны не скажу, но микрофон с гитарами точно) пристегнуты к ним проводами, как детские варежки на резинках.

Я сразу пытаюсь написать твитт про это, но сайт каждый раз меняет содержание (свое и моей писанины)…

Очутившись в алкоотделе местного супермаркета (а где же еще?), я становлюсь едва ли не участником «живого» клипа довольно неплохой начинающей певицы.

Во время второго припева в зал заходят трое мужчин-алкашей (но в целом представительных, они же с телевидения) и громко начинают обсуждать напитки «на сейчас», не обращая внимание на выступление девушки; потом, затарившись, уходят.

Певица, закончив клип, просыпается. Она оказывается обычной работницей супермаркета, заснувшей на рабочем месте. Отдернув пепельную штору (за ней она и прикорнула), девушка проходит мимо меня и вклинивается в толпу покупателей, чтобы проверить товар.

Я подхожу к своему приятелю, который снимает в Сети программу, состоящую в основном из всяких приколов и ляпов. Он на спор вынес и вернул назад банку пива и еще какую-то фигню, наверно, шоколадку.

А вот сейчас, пока мы говорим, он снова что-то тырит.

У кассы, протянув руку за спину, передает «награбленное» мне. Это литровая банка довольно дорого пива.

Стараясь не особо дергаться, я проношу ее, не заплатив. И мы лихо выбегаем в двери, пока мелкий улыбчивый охранничек любезничает с женщиной-коллегой за мониторами обзора.

На улице, конечно же, была зима. Она же сопровождала меня всю дорогу до кинотеатра, ставшего моим домом в самом конце пути.

Проснувшись, я ничего не стал делать. Во всяком случае, ничего важного… Просто включил компьютер и посмотрел хороший клип про кошку.