Глазами художника

Глава 1

Подростком Александр был уверен, что художники всегда окружены поклонниками, что им легко заводить друзей и от девушек у них отбоя нет. Как же он ошибался. Нет, он любит живопись и не прогадал с выбором дела всей своей жизни. Только вот оказалось, что, пока он сидел в тихой, пропахшей едкой краской комнате, сгорбившись над холстом, вырисовывая яблоки, груши, чашки и прочую дребедень, его сверстники учились общаться друг с другом. Они дружили, влюблялись и ругались.

Его непохожесть оказалась еще более очевидной в художественном институте. Среди одногруппников он остался таким же отшельником как и в школе, и его оправдание рухнуло — дело было не в том, что он любит живопись. Тогда-то он и понял, что упустил что-то важное. Относились в группе к нему неплохо, скорее даже с каким-то уважением и теплотой, но любая беседа с ним умирала не успев ожить.

Ему нравилась София – талантливая художница из параллельной группы. Он не любил ее, но она была красива и с ней можно было разделить общую тягу к искусству.

Каждый раз, когда она попадалась ему на глаза – а такое происходило несколько раз в неделю – он собирался подойти к ней и заговорить. Ведь нет ничего сложного в том, чтобы подойти и сказать “Привет! Как дела?”. Он хотел пригласить ее на свидание: выпить кофе, посмотреть картины в музее, прогуляться в парке. Вот только что-то всегда мешало. А потом начинались занятия и момент был упущен.

На первом же уроке живописи с обнаженной натуры Александр почувствовал, что это то, что он всегда искал и что ему было по душе. Его поражала красота и многосложность, которая вдруг складывалась из костей, мышц и кожи позирующей модели. Он изучил строение человека и видел каждый мускул, составляющий композицию. Вот перед Александром позирует нагой человек – лучше конечно девушка – и на поверхность все так просто. Вот она стоит, выставив правую ногу немного вперед, левую руку положила на талию, а правой рукой почти касается затылка. Только он видит сложнейшую структуру, которая способна принять и поддерживать эту позу.

Он рисовал и женщин и мужчин, полных и худых, высоких и низких, тех кто постарше, и сверстников. Со временем он запомнил всех моделей, позирующих им. Он не знал их имен и никогда с ними не разговаривал, хотя одногруппники иногда общались с ними после занятий.

Когда на занятие пришла новая модель – спортивная девушка, ростом немногим ниже Александра, в плотно сидящих потертых джинсах и мешковатой кофте – он слегка удивился, увидев незнакомое лицо. Она явно опаздывала. Это было видно как по часам, так и по тому, как она зашла в класс. Елена быстро нашла взглядом преподавателя, коротко поздоровалась, бросила свою сумку в угол класса и начала раздеваться.

Прежде, модели всегда раздевались в укромном месте, где их никто не мог видеть. Странно, но по какой то причине считалось, что само раздевание перед другими людьми интимней и откровенней самой наготы. Теперь Александр на своей шкуре понял, что так оно и есть.

Она села на небольшой круглый подиум для моделей в центре класса, стянула кеды, затем джинсы, майку. Когда она снимала нижнее белье, сердце Александра уже колотилось в бешеном ритме, отдаваясь грохотом в ушах.

Учитель тоже оказалась смущена нарушением устоявшихся правил и, сумбурно, чтобы не затягивать начало урока, который уже должен был начаться, коротко представила модель – из этого Александр понял только то, что девушку звали Елена – и начала урок.

Елена встала на подиуме, выпрямилась в полный рост и, полностью голая, приняла какую-то простую, ничего не выражающую позу. Руки расслабленно, слегка согнутые в локтях, просто висели по бокам. Левую ногу она немного согнула в колене и перенесла вес на правую. И больше ничего. просто замерла и смотрела куда-то перед собой.

Все в классе прильнули к своим холстам.

Александр и прежде рисовал привлекательных и сексуальных девушек без одежды. И нельзя сказать, что он ничего не чувствовал. Но при этом ему легко удавалось настроиться на нужный лад и работать кистью. И получалось у него очень хорошо. В этот же раз она совсем выбила его из колеи.

Он принялся набрасывать на холсте композицию, разглядывал тело Елены – ноги, округлые бедра, талию, грудь, плечи. Он вспотел от волнения. Пока его руки выписывали обнаженную девушку, он думал о ней, о том как она спешно ворвалась в класс и спокойно разделась перед всеми.

У всех художников принято, что модель и художник, чтобы не смутить, не должны смотреть друг другу в глаза. Но ему нестерпимо хотелось нарушить это правило. Только столкнувшись взглядом можно узнать человека, увидеть его душу. А до этого вы лишь объекты в одном пространстве. Поразительно, но для этого ему требовалось больше смелости, чем для всего, что он хотел, но не осмеливался, прежде.

Он боялся смотреть выше шеи, но, когда масляные краски на его холсте сложились в карту ее тела, где вместо головы осталось единственное белое пятно, он осмелел поднять взгляд выше.

Сначала он рассмотрел ее выразительные, немного обветренные губы, затем слегка вздернутый нос, уши без сережек, темные волосы, которые так и остались собраны в пучок на затылке. И наконец он увидел ее глаза.

Она все время поглядывала на художников вокруг– бегала взглядом, что-то искала. А потом они посмотрели друг на друга и оба замерли.

Его мысли куда-то вдруг исчезли, утонули в ее глазах вместе с ним. Сначала он оттаял, но, когда пришел в себя, на него нахлынул такой порыв, что он принялся спешно наносить мазки один за другим. Он все возвращался и возвращался к ее взгляду и каждый раз они смотрели друг на друга. До самого конца занятия она так и не отвела глаз.

Картина была закончена как раз к концу занятия. Александр чувствовал внутри неисчерпаемый источник энергии и разглядывал картину в поисках недостатков, когда к нему подошел учитель взглянуть на работу.

– Потрясающе, Александр! Впервые вижу подобное, – вскрикнула она – Еще никто не рисовал так оригинально секусальное, притягивающее к себе тело молодой девушки. Удивительный акцент на глазах. Обычно первым замечаешь тело и тело становится главным объектом искусства, но вам удалось сделать так, что тело становится невидимым на фоне это чувственного, притягивающего взгляда.

– Спасибо, – он почувствовал, как жаром вспыхнули щеки.

– Елена, взгляните, – она рукой подозвала моделоь к работе Александра. – Великолепно! Продолжайте в том же духе.

Учитель пошла смотреть другие работы, а Александр остался рядом с Еленой, которая, заканчивая натягивать кофту, разглядывала себя на его холсте.

– Александр, да? Спасибо тебе, – она положила ладонь ему на плечо, – Все почему-то избегали смотреть на меня словно я какая-то прокаженная. Мне было так неуютно.

Он вежливо улыбнулся.

Она окинула взглядом класс и сбившихся в группки студентов.

– Не хочешь выпить чашечку кофе или чая? Я угощаю, – сказала она.

– С удовольствием, – ответил он. – А ты ведь раньше не позировала, да?