Глава 3. Печальный рыцарь

Глава 1

Полдесятого утра. Она, как всегда, опаздывает на работу. Бежит по платформе родной станции метро, не замечая лиц. Она еще не совсем проснулась, хотя уже успела плотно позавтракать. Утром Она старалась есть много, потому что потом уже не получается. Сколько же народа! Толпа. Как Она ненавидит утреннее метро: это давка, суета, серые, ничего не выражающие лица! Хотя у нее, пожалуй, лицо не лучше.

Она останавливается у «своей» колонны, ждет поезда. Боковым зрением, слева от себя замечает Его. Он снова Ее ждет, как вчера, как неделю назад, и Она уверена, что будет ждать и завтра. Невероятно, а точнее странно. Видеться каждый день и при этом даже не здороваться. Ехать в одном вагоне, украдкой смотреть друг на друга, потом Он выходит, а Она едет дальше и чувствует себя полной идиоткой.

Во что может перерасти старая симпатия? Они не виделись 5 лет, и вот три месяца назад совершенно случайно столкнулись в метро. Случайно ли? Она, вообще-то, в случайности не очень верила. Их глаза встретились, и воспоминания о таком возможном, но так и несбывшемся романе накрыли с головой. Тогда, в первый раз, Она смущенно опустила глаза. А ведь Она то думала, что стесняться мужских взглядов Она уже разучилась. Мелькали лица, сменялись декорации, слова, надежды, разочарования, а необыкновенное притяжение к этому парнишке осталось неизменным. Тогда, в школе, Он смотрел на Нее таким же грустным, влюбленным, по-собачьи преданным взглядом, как сейчас. Тогда Ему было пятнадцать, а Она заканчивала школу.

И вот теперь они встречаются каждый день, на том же месте, в то же время. Ему двадцать. Он красив, как Бог. Хотя прилагательное «красивый» Она редко применяет относительно к мужскому полу, считая красоту сугубо женской привилегией, но... Он – это приятное исключение. Высокий, стройный, широкоплечий. Красивый профиль, красивые руки… Да, руки... Грустные, глубокие глаза на уставшем лице. В них такая тоска! Почему? О чем он думает? Порой Ей кажется, что Он никогда не улыбается и никогда не смеется. Мальчик Пьеро, как сказала бы Ее подруга, Печальный рыцарь. Как бы Ей хотелось знать, о чем Он грустит...

Она чувствует, как его взгляд скользит по Ее ногам, поднимается выше, задерживается, еще выше, гладит Ее волосы, рисует Ее профиль. Она поворачиваю голову, их глаза встречаются на какое-то мгновенье, Она судорожно решает, улыбнуться или нет, и снова отводит взгляд. Сердце начинает выпрыгивать из груди. Блин, Она ненавидит себя в этот момент. Неужели Она стесняется? С любым другим парнем Она без проблем бы заговорила, а с ним никак. Язык прилипает к небу, а в голове полный бардак, хочется убежать куда-нибудь, спрятаться. Зачем Он так смотрит? Почему не подойдет? Почему даже не улыбнется? Зачем Ее ждет? Сколько вопросов, и ни одного ответа!

Подошел поезд. Он заходит в вагон, Она быстренько запрыгивает в свой, расталкивает всех, чтобы видеть Его профиль сквозь толстые стекла окон. Вот Он, Ее рыцарь, стоит и смотрит в темноту подземного туннеля, не зная даже, что из соседнего вагона на него смотрят влюбленные зеленые глаза с надеждой, что встретятся с его синими. В эти пять минут пути весь Ее мир – это Он. Она старается мысленно сфотографировать Его лицо, запомнить Его черты, чтобы прокручивать их затем в голове целый день.

Она ничего не ждет от Него. Ей не надо. В Ее жизни было не мало романов, но никогда Она не чувствовала ничего подобного, никогда не думала, что всего лишь один взгляд любимого человека может дарить такие сильные эмоции. Обычно все было очень быстро: познакомились, пороманились, разошлись. Все чисто конкретно. А сейчас Ей просто хорошо от мысли, что Он есть, что Он живет, что в их таких разных и чужих друг другу судьбах есть те самые пять минут в метро, что делают их ближе, тот ничтожный промежуток времени, который принадлежит только им. Она боится сделать что-то не так, боится разорвать ту тонкую, едва уловимую ниточку, что их соединяет. Она ничего не хочет менять. Ей всего лишь нужно точно знать, что завтра Он будет на том же месте, чтобы заглянуть в Ее глаза, печально улыбнуться и снова промолчать о том, о чем молчать так трудно…