Герой наших дней

Глава 1

20.03.2020

Я работаю целую неделю без смены и уже не выдерживаю. Старшая медсестра посоветовала мне найти какой-нибудь способ сублимации. У меня особо не было времени на себя, и не думаю, что будет. Так что, вышивание крестиком или изобретение нового рецепта пирога мне, взрослому, здоровому и уже заросшему мужчине, придется отложить на отпуск. Я подумал, подумал, и, в итоге, я здесь!

Утро началось с жалобы пациента на красные высыпание в области спины и зуд. Он сказал, аллергии у него никогда не было. В его медицинской карте я также ничего не нашел по этому поводу. На всякой случай прописал супрастин. Вдруг это побочные действия арбидола. Других пациентов попросил сообщить сразу, если они заметят высыпания или зуд.

Я только что вернулся от Второго пациента. Анализ крови стал сильно хуже, что странно. Я осмотрел его и тоже заметил высыпания. Но только на ногах и без зуда. Заставил медсестер взять анализ у Первого, чтобы сравнить. Результат будет завтра, и мне остается только догадываться, что будет написано в больничном листе. Осмотрел остальных пациентов палаты. Пока что без изменений.

Поговорил с врачами, которые заведуют другими отделениями. Никто пока не жаловался, но они проведут обследование. Пошёл к заведующему отделением. Тот сказал подождать до завтра: если ситуация ухудшится, перевернуть все справочники и посоветоваться с врачами из других диспансеров.

Во время тихого часа звонила мама. Отчитывала меня за то, что я в пандемию вызвался работать с больными Covid-19. Предложила приехать ко мне в диспансер, передать домашней еды. Но я убедил её, что со мной всё нормально и пусть сидит дома. Ну, вроде бы убедил.

После тихого часа всем измерили температуру - без изменений, кроме одного пациента. Его температура поднялась до 38.5 градусов и начался кашель, чего за ним до этого не наблюдалось. Нам было трудно добыть его мокроту, но на образец насобирали и отправили на экспертизу. Выписал пациенту курс респираторного фторхинолона. После этого медсестры раздали всем в палате по антигрибковой таблетке.

21.03.2020

Ночью все пациенты спали плохо, но я к этому привык. Мне даже удалось подремать пару часов.

Утром из лаборатории пришли результаты анализа крови Первого пациента. Они стали ещё хуже, чем были. Я осмотрел всю палату. Высыпания и зуд появились ещё у двух человек. Посоветовался с заведующим отделения и предложил увеличить дозу арбидола для всех, чтобы перестраховаться. Он дал добро и сказал главному врачу об использовании других лекарств. Арбидол уже помог вылечить шестерых пациентов нашей больницы. Они сейчас на курсе реабилитации. Оставшиеся четыре пациента моей палаты, у которых высыпаний пока нет, идут на поправку. Надеюсь, так оно и останется.

Когда заходил в палату, задумался, не успел пригнуться и ударился о дверной косяк. Теперь вылезла шишка.

Завтра должны прийти результаты экспертизы мокроты, которые были отправлены ещё три дня назад. Лаборатория перегружена и не может делать всё оперативно. Супрастин пока не дал никаких результатов. Я даже стал думать, что высыпания - новый симптом. Прочитал в медицинском справочнике всё, что связанно с бронхитом, гриппом, пневмонией и ангиной. Ничего про высыпания не сказано. Возможно, это вызвано на нервной почве. Но у четырех людей одновременно?

Чувствую слабость. Надо бы и себе прописать витамины.

22.03.2020

Пришли результаты экспертизы мокроты. Я не знаю, что случилось, но теперь вирусу нипочем арбидол и азитромицин, и он крайне слабо реагирует на хлорохин. Заведующий отделения уехал из больницы. Он по телефону сказал мне поговорить с главным врачом по поводу получения других лекарств: лопинавир и ремдесивир. Он сам уже говорил с ним, но ничего не смог добиться. Хотя, если такая просьба будет не от одного человека, а от нескольких, что-то да выйдет. Главврач сказал мне, что в больнице эти лекарства закончились, и нужно писать заявление на получение новых. Мне что, делать больше нечего?! Ну, да, нечего. Я написал заявление. Ответ придет через несколько дней. Остаётся только ждать.

Звонила мама. Жаловалась на сестренку, которая устала сидеть дома на карантине и просилась на улицу. Конечно, её никуда не пустили. После того, как умер отец с сестренкой всё труднее справляться и находить общий язык. Надеюсь, пандемия скоро закончится, я смогу больше времени проводить с семьей.

Врачи с других палат сказали, что у их пациентов высыпаний и зуда нет. Видимо, я единственный такой счастливчик. На самом деле, пусть всё так и остается. У четверых, более здоровых моих пациентов, температура сравнялась. 38 градусов. У остальных пока что скачет от 38.5 до 39.5.

Во время перерыва снова пролистал справочник. Ничего нового пока не нашел. Разве, что после трех часов сидения на одном месте у меня начали зудеть мышцы спины, как у подростка, переполненного гормонами. Пошёл к главной медсестре и попросил витаминов.

24.03.2020

Пришёл отказ на получение новых препаратов. Мы с заведующим, злые, пошли к главврачу разбираться, но меня быстренько выставили за дверь. Решать вопрос остался только заведующий. Вернулся ни с чем, потому что, видите ли, в министерстве свои заботы, многим диспансерам не хватает лекарств и наша больница не в приоритете. А если ещё будем ходить к главврачу с подобными жалобами, уволит всех. Завидующий пригрозил, что обратится к знакомым в СМИ, если хоть кто-то из персонала будет уволен. На большее он, к сожалению, не способен. Придется выкручиваться своими средствами.

Звонила мама. Сестренка сегодня отпросилась в магазин, а вернулась через полтора часа, хотя до него идти минут пять. Сказала, что встретила подругу. Теперь она под домашним арестом и до лета не выйдет из дома. Позвоню ей во время перерыва, поговорю. Может, получится убедить не рисковать своим здоровьем.

Когда пришел в сестринский кабинет за очередной порцией витаминов, стало трудно дышать и меня пробило на кашель. Сильный сухой кашель. Даже чуть на пол не свалился. Схватил банку с медицинским спиртом и сделал глоток. Идиот. После этого я и думать забыл по какой-то кашель, побежал за водой. Когда пришел в себя, кашля не было, но дышать стало ужасно трудно. Рассказал об этом заведующему, он посмеялся и сказал сдать анализ крови. Так как я - врач, мне сделают вне очереди. Томографию грудной клетки сделаю завтра утром.

Зуд у пациентов прекратился, но высыпания остались. Возможно, действует супрастин.

Только что вспомнил, что затрудненное дыхание у меня было ещё утром, но я, почему-то, не обратил на это внимание. Наверное, был слишком злой из-за отказа на получение лекарств.

25.03.2020

Нашел у старшей медсестры упаковку от лопинавира и его состав. Полночи провозился с лекарствами, пытаясь подобрать необходимые компоненты, чтобы разработать систему лечения от вируса. Нужно выбирать так, чтобы бороться и с вирусом, и с симптомами одновременно. В итоге, я отобрал препараты, которые совместно могут помочь, – ритонавир, арбидол, хлорохин, амоксициллин и фенилбутазон. Осталось только выработать дозировку, но этим я заниматься не буду. Просто не знаю, как. Передам эту эстафету фармацевтам в лабораторию.

Утром меня разбудила медсестра. Я уснул на кушетке в сестринской. Передала мне мой результат анализа крови. Он не сильно отличался от нормы, но не для меня. Мой иммунитет не позволял мне заболеть чем-то сильнее простуды, поэтому для меня это признак.

Ночью у меня начался непрерывный кашель. Мне сделали томографию вне очереди. На левом легком у меня появилось белое пятно, как при пневмонии. С этим результатом я пошёл к заведующему, он выписал курс антибиотиков. Предложил отстраниться от работы, но я отказался. Даже, если это вирус, хуже уже равно не будет.

Если мой анализ на коронавирус будет положительным, придется полностью изолироваться от других врачей и персонала. Не знаю, как именно, но что-нибудь придумаю. Наверное, придется занять место в палате с другими пациентами.

У Первого пациента прошёл зуд, но его высыпания в области спины увеличились. Я попытался его подбодрить. Сказал, что их форма похожа на формулу метамфетомина, которую я видел, когда смотрел сериал «Во все тяжкие». Он еле улыбнулся. У двух более здоровых моих пациентов начала снижаться температура. 37.5 уже. Остальные пока что без изменений.

Вечером пришли с лаборатории и передали мне дозировку для каждого препарата. Сказали, что опасно проводить такую систему лечения, потому что она не изучена и может привести к передозировке. Но я попробую, потому что пациенты теперь всегда под моим присмотром, а другого способа лечения нет. Надеюсь, всё будет хорошо.

С завтрашнего утра буду пробовать систему, но только на Первом и Втором пациентах, как на самых тяжелобольных. Капельницы будут ставить три раза в день каждого лекарства по очереди с отдельной дозировкой.

26.03.2020

Утро началось с того, что у Второго пациента насыщенность кислорода в организме упала ниже 93%. Пожилой мужчина был доставлен к нам уже в тяжелом состоянии, но нам удалось его стабилизировать. На протяжении семи дней была стагнация, но за ночь состояние ухудшилось. Не знаю, что случилось, но мы добавили к лечению немоноксацин и линезолид, которые можно давать только в самых тяжелых случаях.

Тогда же утром я применил новую систему. Не могу позволить, чтобы состояние моих пациентов продолжало ухудшаться. Медсестры сначала скептически отнеслись к этому список препаратов, некоторые их которых даже не помогали, но я убедил их, что так нужно. Выбирать всё равно не приходится.

Звонила мама. Они с сестренкой поругались. Какие-то мелочи, но мне всё равно не приятно. Мама заметила мой хриплый голос. Уговаривала вернуться домой. Не могу же я ей сказать, что нашёл у себя признаки вируса! Ей и так тяжело. Со мной ещё не всё ясно, поэтому пусть сидит дома и не переживает.

Уже под самый вечер принесли мой результат анализа на коронавирус. Его нет, но из-за постоянного стресса и недосыпа у меня вылезла пневмония. А ещё, может быть, из-за частых сквозняков в коридорах. Я обрадовал заведующего и коллег. Самоизоляция отменяется.

Мне сказали пройти курс капельниц и отказаться от ночных смен. От смен я не откажусь, но лечение пройду. Всё равно несколько дней мне не придётся бегать по этажам. Буду наблюдать за пациентами и надеяться на улучшение от новой системы.

На часах десять вечера, а только что в другой палате из-за нехватки кислорода у пациента отказали внутренние органы. За всё время пандемии это уже четвертый случай смерти пациента в диспансере. Теперь главврачу придется отчитываться. Искренне надеюсь, что это сейчас во мне говорит не злорадство.

30.03.2020

Прошло три дня с моей последней записи. Покоя мне, конечно, не дали. Но ничего стрессового не происходило. Состояние Второго пациента немного улучшилось. Ещё трое чувствуют себя относительно хорошо. Завтра будут их результаты анализов на коронавирус. Если они окажутся отрицательными, пациентов отправят на курс реабилитации. Остальные чувствуют себя неплохо. Не уверен, это из-за моего метода лечения, или вирус сам их отпустил. Всё же, я рад, что им лучше. Расслабляться мне не стоит - в палату завезут новых.

Кстати, этой системой теперь пользуется вся больница, и теперь процент общего улучшения постепенно стал увеличиваться. Совпадение? Не думаю! Но, к сожалению, действует система не на всех. В любом случае, заведующий отделением договорился с главврачом насчет моего отпуска с шестого числа.

Я вспомнил, что собирался позвонить сестренке и поговорить с ней. Разговор с самого начала не сложился. Но когда она спросила, что с моим голосом, мы договорились рассказать друг другу всё, что нас интересует. Я рассказал ей про пневмонию, она мне про скуку, всемирную обиду и что её никто не понимает. Я тоже был подростком и знаю, что говорить, чтобы успокоить. После сказал, что неделю вернусь домой и всё будет хорошо. А ещё мы договорились ничего не говорить маме.

Я только что сплюнул целый комок черной слизи. Он был настолько большой, что еле поместился в слив. Голос у меня всё ещё хриплый, но дышать стало намного легче. Мне делают капельницы два раза в день по 40 минут, и это уже даёт результат. А ещё это хорошая возможность вздремнуть.

Правда, один раз, когда я проснулся и ещё не пришел в себя, случайно согнул локоть и игла проткнула мне вену с другой стороны. Должен признать, что таким живым я не чувствовал себя уже давно...