Фото на память

Глава 1

Уже и не помню, сколько лет я работаю ветеринарным врачом. Сейчас главный врач в частной клинике с хорошей заработной платой, а когда-то бегал из одного места в другое. Седина на висках делает меня старше. Возможно, поэтому коллеги относятся ко мне с таким уважением и часто прислушиваются к моим словам. Я много лет наблюдаю за тем, как животные относятся к своим хозяевам. Безусловно, собаки обычно самые преданные. Видел я очень любящих и преданных четвероногих, но такую сильную привязанность собаки к хозяину видел лишь раз. Звали этого пса Барханом и его стали частенько приводить к нам с жалобами на поведение. То был ухоженный палевого окраса лабрадор. Хозяйка Бархана стала для нас постоянным посетителем. Началось все с того, что пес мало спал, беспокойно ходил по дому, затем начал отказываться от еды. Разумеется, тому причиной могла быть болезнь, но ни один этап обследования не показал ее наличия. Оказалось, недавно случился несчастный случай - в аварии погиб хозяин Бархана. Пес ждал его, но он все не приходил, тогда у бедняги начался стресс. Это длилось несколько недель. Разумеется, ветеринарные врачи нашей клиники не могли дать собаке пострадать, поэтому принимали различные меры. Однако, этого было недостаточно. Собака возрастная - восемь лет. Для собак это возраст близкий к старости. Бархану становилось хуже и тогда организм его начал давать сбой в работе. Анализы крови были неутешительными, общее состояние пса становилось все хуже и хуже. Усугублялось все это тем, что хозяйка долго не позволяла оставить пса на стационар для лечения, пытаясь сделать все сама, и решилась в последний момент. Я лично присутствовал в тот отвратительный день на работе. Врачи занимались лечением и приемом, ассистенты бегали в стационар и докладывали обо всем врачам. Я время от времени проверял их работу. Тогда пришла хозяйка Бархана, ее звали Наталья. Высокая, светловолосая женщина с красным шарфом на шее. Ее маленькие глаза были покрасневшими, а в уголках их прорезались маленькие морщинки.

- Здравствуйте, Антон Михайлович, - обратилась она ко мне. - Добрый день, - сказал я, впуская ее в свой кабинет, - присаживайтесь.

- Как он? - с порога спросила женщина, глядя на меня своими маленькими черными глазками. - Мы следим за состоянием, он под капельницей. Прогноз дать не могу. Могу сказать, что он уже не молод и с таким состоянием трудно справиться, - ответил я. - Неужели нельзя какую-нибудь операцию провести? - ее голос дрожал, а вместе с ним и пальцы рук, которыми она время от времени заправляла пружинки своих светлых волос. - У него нет патологии, требующей оперативного вмешательства. Мы можем лишь поддерживать его состояние, кормить и стараться сделать так, чтобы он поправился, - ответил я, глядя ей в глаза. - Я так переживаю. Я ведь мужа потеряла, а теперь его пес болеет. Слишком много потерь - я не перенесу. С утра встала и решила сюда прийти. Нехорошее чувство у меня. Можно я сегодня здесь побуду? Я постараюсь не мешаться. Пожалуйста.

И я разрешил. Наталья действительно не мешала мне. Для начала мы вместе с ней пошли в стационар, где в клетке под капельницей лежал ее пес. Он лишь поднял глаза на хозяйку, когда та подошла к нему и позвала. Я заметил, что у пса в лапах был кусочек какой-то разорванной простыни. Врачи сказали, что забирать не стали, да и Бархан не подпускает никого к этому лоскуту. Возможно, он пахнет хозяином или связана с каким-то приятным воспоминанием у собаки. Время от времени Наталья сама подходила к стационару и глядела на Бархана. Я разбирался с документами и помогал врачам на приеме. Дело шло к вечеру и я предложил Наталье выпить со мной кофе во время моего перерыва. Она согласилась. Руки ее все также дрожали, глаза стали еще меньше и еще более красными. Вместе с тем, женщина стала выглядеть так, словно стала на несколько лет старше.

- Мы будем стараться, - попытался ее успокоить я. - Да, спасибо, - ответила Наталья, не успев сглотнуть кофе. - Может, вы лучше домой пойдете? - предложил я, - успокоитесь, отдохнете. - Нет. Мне как-то неспокойно. Я побуду тут до закрытия, если можно, - она взглянула на меня. - Конечно, только не переживайте, - едва я успел договорить в кабинет бесцеремонно ворвался ассистент Леша с огромными синими глазами. - Антон Миха-у-ыч! - выкрикнул Леша (он не выговаривал букву "л", поэтому всегда получалось что-то подобное), - ой, извините. - Чего такое? - спросил я, поставив чашку кофе на стол. - Там псу становится хуже, не знаем, что де-у-ать! - басом заголосил он. - Пойдем, - ответил я, не подозревая, о каком псе он говорит. Словно почувствовав, что речь именно о Бархане Наталья поплелась за мной в стационар. Я глянул на нее, затем на пса, вокруг которого собрались двое ассистентов и врач, Ольга Борисовна.

- Наталья, выйдите, пожалуйста! - резко сказал я, указывая на дверь. - Хорошо, - ее дрожащий голос прорвался сквозь ладони, которыми она прикрывала рот.

Когда женщина покинула помещение стационара, я закрыл за ней дверь, натянул пару перчаток на руки и приблизился к источнику паники. Пса уже подключили к аппарату искусственного дыхания. Я проверил состояние аппарата, подошел к собаке ближе, чтобы проследить за состоянием. Мой взгляд привлек скомканный лоскут разорванной простыни, которую пес сжимал в лапах. Даже сейчас, когда его жизнь висела на волоске Бархан охранял этот лоскут, словно это для него самое дорогое, что есть на всем свете. Длилось все около получаса. Мы немедленно старались предпринять все необходимые меры для того, чтобы сохранить ему жизнь, но не справились. Ассистенты уже начали убирать со столов и Леша таки вытащил из цепких лап пса лоскут простыни. Я забрал у него непонятный комок и отошел в соседнюю комнату с рентген аппаратом. Оказалось, в простынь была завернута фотография. На ней был мужчина примерно моего возраста, который сидел в парке на скамье и пес - Бархан, сидящий рядом с ним. Глаза вмиг стали наполняться влагой. Слеза со стуком упала на картонку с фотографией. Пес до последнего хранил рядом фотографию своего хозяина... Это тронуло меня очень сильно. Я протер глаза рукавом кофты, что была под белым халатом и выдохнул. Убрав фотографию в нагрудный карман кофты, я пошел на встречу с Натальей, чтобы сообщить ей горькую весть.

- Теперь вы снова встретитесь, - едва слышно прошептал я и тихо улыбнулся, стараясь скорее это скрыть...