Обложка Элеонора

Элеонора

Валентина Яшина

0% прочитано
Стандартный
Валентина Яшина

Элеонора

Глава 1

Когда она шла вдоль окон к своему подъезду, все жёны, будто по команде задёргивали шторы...

‎‎Так рассказывала мне бабушка про свою подругу.

‎Её звали Элла - имя весьма необычное для всех времён. Для кого-то она была Эля, для кого-то Элька, но в особых случаях представлялась:

‎‎- Элеонора!

‎‎- Бог ты мой! - восклицала бабушка.- Какие у неё в этот миг становились ониксовые глаза и королевская осанка! Оппонент сразу прилипал к полу и терял связь с внешним миром!

‎‎Возможно, бабушка слегка преувеличивала.

‎Но тётя Таня - соседка и по совместительству бабушкина собеседница - тоже рассказывала про Элеонору такие вещи, что невольно начинали верить.

‎‎Например, однажды тётя Таня увидела с балкона, как Элеонора поздоровалась со Степаном - бравым полковником в отставке.

‎Сосед, видимо, всё ещё пребывая в уверенности, что он армейский командир в действии, никак не хотел переходить на гражданские интонации.

‎Когда он устанавливал порядки во дворе, все срочно расходились по своим делам, а его жена, Ольга Васильевна, с лисьими повадками, зазывала его в дом запахом борща и гигантских отбивных, широко распахнув кухонное окно.

‎И он шёл на запах.

‎‎Элла не жила в нашем доме, но иногда приходила к бабушке на чай.

‎Она появилась как раз в тот момент, когда полковник заставил безобидного пьянчужку Витьку с его заклятым дружком Колькой мести возле подъезда. Неважно, что жили они совсем в другом.

‎Степан считал, что если человек находится во дворе, то автоматически становится частью его хозяйственной системы.

‎Тощий Витька молча водил метлой по асфальту. Его слегка покачивало и он использовал черенок метлы как опору. А Колька вообще делал вид, что работает: соскребал невидимый мусор за лавочкой и постоянно сплёвывал скопившуюся слюну.

‎‎Степан стоял неподвижно, как памятник управдому, расставив ноги и заложив руки за спину, пытаясь преодолеть появившуюся с возрастом лёгкую сутулость. Он был преисполнен важности выполняемой миссии. Порывистый ветерок по-хулигански подхватывал клок его волос, зачёсанных на лысину.

‎‎День обещал быть плодотворным и не бессмысленным.

‎‎И тут появилась Элла.

‎‎Увидев её, полковник мгновенно выпрямился, словно перед маршалом, принимающим парад. Втянул живот и клацнул каблуками.

‎‎- У нас субботник. Вход - только после уборки!

‎‎И вдруг спохватился :

‎‎- Ой, извините. Степан. Полковник в отставке!

‎‎Элла, в элегантном белом костюме, в красных туфлях на высоких каблуках и с такой же по цвету сумочкой в тонких полупрозрачных пальцах, остановилась прямо перед ним.

‎Её глаза со вспышками надвигающейся грозы оказались на уровне его глаз. Спрятаться от них было некуда.

‎‎- Элеонора, - произнесла она мягко, будто с балкона дворца.

‎‎Полковник застыл.

‎‎Витька перестал мести.

‎Колька перестал притворяться.

‎И только через несколько секунд оба поняли, что могут сбежать.

‎Никем не замеченные, они тут же исчезли вместе с мётлами.

‎‎Степан ещё стоял, не шевелясь, словно ожидал команду «Вольно!», когда Элла уже пила чай с бабушкой - тогда ещё, конечно же, юной - и рассуждала о методах подсчёта звёзд и новинках сезона.

‎В её глазах уже был полный штиль. Весь внутренний ресурс усмирения на сегодня, казалось, был исчерпан.

‎‎На помощь Степану, как всегда, пришла Ольга Васильевна. Она распахнула окно, и запах котлет поплыл по кварталу...

‎‎Говорят, с того дня полковник потерял командный голос, хотя прорывы ещё случались.

‎Иногда он ещё мог громыхнуть:

‎‎- Ты слышишь, что я сказал?

‎‎Но уже без прежнего воинского достоинства, вероятно, тут же вспомнив усмиряющие ониксовые глаза Элеоноры.

‎Зато начал играть с мужиками в домино. Это считалось большим прогрессом.

‎‎Женщины же, кроме моей бабушки, избегали встречаться с ней взглядом, а некоторые даже тихонько перекрещивались. Что ими двигало - непонятно, ведь Элла не сверкала глазами при общении с ними, а на её лице при этом чаще всего читалось вежливое равнодушие.

‎‎Бабушка говорила, что Элька не использовала свой дар специально и вряд ли о нём вообще догадывалась.

‎‎Та и сама удивлялась - почему так реагируют мужчины, ведь она всего лишь произносит своё имя и смотрит прямо в глаза, что, впрочем, совсем нормально. И ничего больше.

‎‎Наверное, для этого нужно быть мужчиной, чтобы понять.

‎‎А что же Витька? - спросите вы.

‎А Витька бросил пить, устроился дворником и даже женился.

‎‎Порядок, тишь да благодать, как говорила моя бабушка, сохранялись в нашем дворе с тех самых пор ещё много-много лет.

‎‎Пока не сменилось поколение жильцов.

‎

<

Спасибо за чтение

Вернуться к книге