Эхо наших голосов

Глава 1

В детстве мир кажется волшебным местом, на которое смотришь с широко распахнутыми от удивления глазами. Однако с годами эта магия постепенно исчезает. Так случилось и с Альбертом - каждое последующее десятилетие его жизни чудес становилось всё меньше и меньше.

Если в 10 лет он искренне верил в еврейские сказки про Яхве, которые рассказывала ему бабушка, и даже ощущал в детских грезах присутствие Бога, то в 20 лет он уже тешил сам себя иллюзиями религиозного мистицизма и старательно изучал Каббалу.

К тридцати годам от его былой веры остался лишь прагматичный интерес для вхождения в круг уважаемых людей, исповедующих иудаизм. В сорок лет религия и эзотерика стали его раздражать. Он чувствовал фальшивость вероисповедания, замечая всё больше и больше нестыковок.

Лживые двойные стандарты церковников разных мастей бесили с каждым годом всё больше и больше. Когда Альберту стукнул юбилейный полтинник, он твёрдо решил избавиться от предрассудков и завязать со сказками раз и навсегда. Подумав, что детский магический период жизни окончательно прошёл, успешный бизнесмен и профессор социологических наук пожелал стать взрослым материалистом.

Завершающей точкой в его непростых отношениях с верой в сверхъестественное должна была стать книга под названием "СКАЗКА СКАЗОК". В ней Альберт последовательно и логично доказывал, что по своей сущности религиозные и мистические практики пережиток дремучего прошлого и мало чем отличаются от сказок устного народного творчества. Они прекрасно годятся для простого донесения морально-этнических стандартов детям, что есть хорошо и что есть плохо. Однако, за пределами дихотомии добра и зла отсутствует зерно Абсолюта, ибо существуют только законы физики и господствует Его Величество Случай.

Где-то в глубине души Альберт понимал, что занимается подменой понятий, отдавая всё сверхъестественное на откуп теории вероятности. Как видный ученый, он даже посвятил целую главу в книге данной тематике, доказывая, что чудес на самом деле не бывает, а есть всего лишь случайная реализация того или иного события в действительности при ничтожно малой вероятности его осуществления в реальности.

В качестве примера он приводил даже истолкование видений описанных в Пятикнижии. Так, он подсчитал вероятность совпадения острого психоза у Моисея с самовоспламенением тернового куста, который горел огнем, но не сгорал.

Если сумасшествие пророка у него не вызывало сомнений, то среди возможных научных объяснений самовозгорания терна, Альберт предположил физический эффект огня святого Эльма. Данный химический эффект возникает из-за низкотемпературного холодного огня как свечения, а не собственно огня.

Кроме того, он даже решился на собственный эксперимент и доказал версию, что в жаркий день, если луч света сфокусируется под нужным градусом на кусте, то воздух вокруг соцветий на пару секунд ярко, с отчетливым хлопком вспыхнет, однако само растение при этом не загорится. Данное явление объясняется большим количеством эфирных масел, выделяемых цветками и плодами терна.

Какова вероятность того, что психически больной человек с голосами в голове увидит реально самовозгорающийся терновый куст? Очевидно, что ничтожно мала, но она всё же существует.

Любое сверхъестественное явление или чудо Альберт начал объяснять с помощью теории вероятности, сам не заметив того, как заменил понятие необъяснимых феноменов этим словосочетанием.

В пух и прах он разносил теорию креационизма, заявляя со всей ответственностью ученого человека, что только по воле случая и эволюции возникла жизнь, а уж тем паче человек.

Отдельное место в книге он посвятил квантовой природе Вселенной и сознания. Со всей страстью и научным арсеналом знаний Альберт доказывал, что нет необходимости в божественном и сверхъестественном, если существует многомировая квантовая интерпретация Универсума.

Погружаясь в дебри с котами Шредингера и эффектами наблюдателя, он не заметил, что в попытке редуцирования реальности на мельчайшие частицы и их взаимодействия, потерял из виду общую картину - собственное мироощущение в моменте здесь и сейчас через чувствование Бытия, а не попытки его познания.

Разум продолжал лихорадочно искать аргументы, факты, доводы и выстраивать аргументацию, чтобы создать иллюзорную логическую систему в понятийно-смысловом аппарате человеческой цивилизации, однако слова, как и формулы, остаются всего лишь конструктами, то есть попыткой интерпретации реальности мозгом homo sapiens.

В тот момент, когда Альберт потешал своё эго последними правками в "СКАЗКЕ СКАЗОК" перед запуском книги в тираж, случилось то самое невероятное и сверхъестественное явление, настоящее чудо из чудес, которое он обозначил в своём труде как "крайне маловероятное событие на уровне погрешности с Ничто, стремящееся в бесконечности к нулю".

* * *

Так уж совпало по иронии судьбы, что чудо навестило ученого в тот самый момент, когда он активно занимался его опровержением. Набирая на ноутбуке текст с правками к последней главе, Альберт краем глаза вдруг заметил необычное сияние в углу кабинета рядом с огромным яйцеобразным аквариумом.

Красная рыба-дракон шарахнулась в сторону при виде раздувающегося из пустоты фиолетово-черного шара и нырнула под игрушечный маяк, который почему-то стоял на дне, а не возвышался над поверхностью воды.

Первым делом Альберт подумал об усталости и фантомных вспышках в глазах от долгой работы за компьютером. Удивленно разинув рот, он наблюдал за тем, как из раздувшейся фиолетово-черной сферы высунулось необычное существо с вытянутой вверх как конус длинной головой. Серые бесцветные глаза выражали крайнее удивление и в тоже время восторг.

Ученого внезапно охватил жуткий сакральный страх перед неожиданно возникшей галлюцинацией. Он отказывался верить, что это происходит в реальности. Плотно зажмурив веки, Альберт потрясал головой из стороны в сторону, словно отрицая действительность, веря, что сейчас раскроет глаза и видение исчезнет.

Раскрыв глаза, ученый с облегчением обнаружил, что фиолетово-черная сфера и в самом деле исчезла. Однако не успел он выдохнуть, как заметил непонятное движение в углу. Небольшое существо с непропорционально вытянутой голой размером со всё тело, с любопытством разглядывает рыбок в его аквариуме.

"Таки сошел с ума..." - только и успел под нос себе пробурчать Альберт, как вдруг явственно услышал у себя в голове голос, обращавшийся к нему сразу на трёх языках, которые он в совершенстве знал - на русском, идише и английском: "Приветствую в мире и благодати. Я - друг!".

Пришелец из шара ощутил импульсы сознания со стороны человека ещё до того, как он к нему обратился вслух, и повернул голову в его сторону, словно она была на шарнире без лишних движений телом.

Альберт обратил внимание, что шея у существа практически отсутствовала и трудно было различить, где кончалась голова и начиналось тело. Коротенькие ручки с карикатурными миниатюрными пальчиками выглядели нелепо и говорили о том, что физического труда этот организм явно избегал. Нижние конечности напоминали эластичную биомассу, расползавшуюся в стороны то щупальцами, то неким подобием ног.

"Что ты такое?" - задал мысленно вопрос Альберт и тут же получил телепатический ответ: "Я - это вы. Не бойтесь."

Пришелец странным образом перемещался в пространстве, словно едва касался трансформирующимися конечностями пола и как-будто левитировал.

Альберту стало дурно при виде приближающегося к нему существа и он почувствовал, как теряет связь с реальностью и падает в обморок. Когда он отключился в своём роскошном кожаном кресле, обтянутым шкурой красной коровы, то уже не мог видеть того, как существо потеряло к нему всякий интерес и продолжало с любопытством разглядывать красную рыбу-дракона в аквариуме.

Живец подплыл к нему вплотную и смотрел загипнотизировано в бесцветные серые глаза, словно мысленно общался и сливался в одно целое сквозь стекло. Подсветка аквариума начала мерцать в такт передаваемым импульсам между рыбой и существом, точно бы синхронизировалась при коммуникации с живыми биологическими формами. Блики мягкого света причудливого отзеркаливались от посеребрённых линз маяка, бессмысленно и нелепо торчавшего на дне.

* * *

Альберт и подумать не мог, что люди будущего настолько преуспели в духовных практиках и медитациях, что отказались от технологий и слились ментально воедино в Коллективное Сознательное. При этом внешне они изменились настолько, что признать в существе с вытянутой головой своего потомка даже в самых смелых фантазиях казалось абсурдом.

Цифровые гаджеты и компьютеры запретили после Восстания Машин 3038 года, а математику перевели в разряд запрещенных научных дисциплин. Отмена денег и конкуренции между людьми привели к тому, что большая часть населения планеты стала почти все время проводить в трансе, наслаждаясь гармонией и счастьем Нирваны.

Суть человеческой цивилизации на десятки тысяч лет свелась к минимальному воздействию на окружающую среду. По сути, мир погрузился в застойное состояние извечного блаженства, когда всем справедливо хватает ресурсов для обеспечения должного уровня жизнедеятельности организма. От каждого бралось по его возможностям, а давалось по самым минимальным потребностям для материального существования.

С удивлением Альберт обнаружил, что материальное в человеческом мире далекого будущего стало вызывать порицание. Чем меньше и экономнее потреблял ресурсы индивидуум, тем сильнее погружался в Коллективное Сознательное.

Это блаженное состояние по своему воздействию было сильнее в тысячи раз самого мощного наркотика. Человек замирал в моменте "здесь и сейчас" и сливался в Потоке с мирозданием, испытывая нечто сродни религиозному экстазу.

Чувство настолько невообразимо прекрасное и всеобъемлющее, что являло собой божественное откровение высшего порядка. Абсолют открывался в бесконечности и врата Рая раскрывали двери, преподнося в извечной благодати многообразие действительности из прошлого, настоящего и будущего сплошным непрекращающимся ощущением Экзистенции в ипостасях миллиардов параллельных миров, где каждый из людей проживал миллиарды жизней.

В одном из таких путешествий дальний потомок Альберта через тысячи поколений прорвал материю пространства-времени сознательным направленным импульсом и посетил своего родича в безнадёжно отставшем 2021 году.

* * *

Появившись из фиолетово-чёрной дыры как чёрт из табакерки, он настолько перепугал древнего предка, что тот потерял сознание. Придя в себя, контакт был успешно налажен и человек будущего показал, какие богатства откроются перед людьми через многие тысячи лет, когда они откажутся от технократического пути развития.

Сливаясь воедино трансцендентальными лучами в одну сверкающую радугу с миллиардами цветов и оттенков, тела внешне прекращали жизнедеятельность. В организме продолжала еле теплиться искра жизни на минимальном уровне, словно человек впадал в глубочайшую летаргию. Состояние транса позволяло обходиться свободно до месяца без воды и еды, концентрируясь исключительно на ментальной активности.

Некоторые просветленные так и уходили навсегда в транс, совершив прыжок веры без возвращения в тела. Они оставались в Коллективном Сознательном всегда. Пока продолжала теплиться искра жизни хотя бы в одном человеке, все они продолжали осознавать себя в Нирване и совершать ментальные путешествия, перемещая сознания в тела тех, кто любезно предоставил такую возможность.

Если дремучий натурализм человечества ранее проповедовал материальные ценности, то феноменология нового времени возвысила общественное устройство до совершенных видов сознания и ментального взаимодействия.

Со стороны могло показаться, что люди живут в постоянном наркотическом сне, однако внешне оставаясь обездвиженными и замершими в нелепых позах, они мысленно возносились над материальными и существовали в Коллективном Сознательном настолько полной и прекрасной по своим чудесам жизнью, что с ней не могла бы сравниваться ни одна из так называемых реальностей.

Жизнь светилась всеми огнями, ведь для этого жизнь и дана. Исчезли любые материальные ранее границы. Люди стали демиургами собственной Вселенной, где главенствующей выступала мысль, идея и сознание, а не грубая материя окружающей действительности.

Примитивность форм вещественной природы уступила место сознательным контролируемым импульсам медитативного характера. Субстрат из иллюзорной твердотельности, подчиняющийся физическим законам, трансформировался в торжествующую силу разума. Наступила золотая эра духовного единения Человечества.

* * *

Человеческое слишком человечно. Вместо того, чтобы свято и нерушимо уверовать в едином порыве с существом из будущего, что мир вещественный является всего лишь материалом для скачка в астральную сферу Бытия, учёный Альберт решил извлечь максимальный профит для себя из контакта с пришельцем.

Познав через ментальный контакт истину, что ткань континуума гораздо многомернее, воспринимаемых в обычной примитивной реальности трех измерений пространства и времени, он всё равно остался тем же самым атеистом и материалистом, который ради собственной личной выгоды решил окунуться во все тяжкие медитативных трансформаций сознания.

Пленив обманным путём пришельца из будущего, он возжелал познать радость ощущения в Коллективном Сознательном. Но что бывает, когда человек прошлого без должной подготовки совершает скачок в прекрасное далекое будущее без духовной трансформации? Исключительно страдание.

Его голое, исхудавшее, бледное тело замерло в обездвиженном состоянии, когда он синхронизировал свои импульсы сознания с пришельцем через хитроумное устройство считывания мозговой активности, и отправился неподготовленным блуждать по ментальным сокровищницам Вселенной.

Со стороны реального мира, где остался лежать агонизирующим телом Альберт, это выглядело плачевно: его пульс замедлился до двух-трёх ударов в минуту; давление упало до минимальных значений, а температура тела колебалась на уровне 32-33 градусов по Цельсию.

Едва заметное дыхание было поверхностным, практически неразличимым. На лице застыла блаженная полуулыбка, а под веками, словно в быстрой фазе сна, бегали из стороны в сторону глазные яблоки.

Что-то явно пошло не так, ведь обмануть самого себя из будущего без последствий невозможно!

Альберт лежал в одной из специально приготовленных больших спален загородного коттеджа, переделанную под лабораторию, с раскрытым ртом, из которого, казалось, пытался вырваться крик или стон, но вместо этого выходил беззвучно только углекислый газ из легких.

Учащенное дыхание свидетельствовало о том, что в трансе ему сейчас приходится совсем туго и одолевают кошмарные видения. Напрасно бригада лучших реаниматологов пыталась привести его в чувство. Самые первоклассные врачи, выписанные из Израиля специально для этого случая, ничем не могли ему помочь.

Подключившись в Коллективное Сознательное обманным путем через манипуляцию и угрозы своему далекого родича из будущего, он допустил фатальную ошибку и нарушил гармонию ментального поля.

В слепом отчаянном припадке безумного солипсизма Альберт начал играть по собственным личностным правилам, наплевав на всех остальных, и пытался подмять под себя искусственно созданную в воспаленном мозге Вселенную.

Там, в этом ментальном поле безграничных возможностей Альберт называл себя юношей Бернандет, желая подменить собой плененного пришельца. Примитивному дикарскому восприятию сложно было даже уразуметь, как нелепо выглядела эта попытка подмены.

В будущем, откуда прибыл пришелец, имена давно утратили свой смысл. Невежественные импульсы сознания путешественника из прошлого вызвали ответную реакцию Коллективного Сознательного, которое обрушилось на возмутителя гармоничного сосуществования с зеркальной хладнокровностью.

Корчась в агонии, испытывая одно кошмарное видение за другим, Альберт содрогался в конвульсиях под ударами гормональной бури. Вокруг него плясали врачи, пытаясь нивелировать инъекциями и уколами безумными припадки, однако кровь всё равно закипала волнами.

Дофаминово-адреналиновый шторм колбасит и трясёт его тело, словно листочек на сильном ветру, и дыхание прерывистое с учащённым пульсом прорывается рваной пунктирной линией аритмии сквозь невежество самообмана.

В жадной слепой страсти к власти человек переживает одно ужасное видение за другим, пытаясь вырваться из бесконечного цикла страдания. Тело Альберта трясет в припадке - на холодной койке лаборатории он извивается как змея на раскаленной сковородке.

* * *

Бездумно отдавая себя целиком и полностью во власть Его Величества Случая, он забыл о том, что жизнь и существование во Вселенной больше чем просто игра. В блаженном азарте выиграть, став победителем любой ценой, он сам стал пленником собственных выдуманных правил.

В отчаянии проживания под вымышленным именем Бернандет жизнь за жизнью, Альберт молит о сострадании и милости, понимая через боль и лишения, что только чудо и божественное вмешательство способно ему помочь. Однако, по его самой же теории, это событие настолько маловероятное, что его мучения продолжаются бесконечно долго, пока всё-таки свершится долгожданное спасение.

Проблема в том, что шансы Бернандета выйти из бесконечного ужасного трипа настолько мизерны, ничтожны и высосаны из пальца, что только Господь способен реализовать их в действительность. Но никакого Бога в представлении Альберта нет. Он по-прежнему, даже сейчас в его вымышленной иллюзорной реальности, считал, что есть только он сам и его сознание.

Солипсизм, пожирающий его душу, гоняет по кругу бесчисленное множество эманаций Альберта. После распятия Бернандета на смену приходит воплощение в рыжеволосой Владиславе. Когда её сжигают на костре за подозрение в колдовстве, сознание Альберта перерождается в теле Григория...

И так до бесконечности, по кругу, он мечется между Альфой и Омегой в пространстве и времени, пока в реальности, его тело колбасит в судорожных припадках, будто трясущегося эпилептика, в загородном коттедже на холодной койке.

Когда Альберт, пройдя через бесчисленное количество кругов Ада, принимает с овечьей покорностью любой запрограммированный исход для очередного своего перевоплощения, то для него ломается тот самый истинный генератор случайного события.

Теория вероятности для него коллапсирует до понятия отсутствия чего-либо. Коллективное Сознательное исторгает его обратно в бессознательные области, где он теряет разум и возможность генерировать сознательные импульсы.

Из этого хаоса небытия для него рождается божественна искра "стрелы времени", взрывая фейерверком Ничто в виде исторгающейся безудержной белой дыры.

Взломанная реальность для Альберта глючит и пляшет рывками по разным эпохам, перемешивая в генетическом разнообразии живые и мертвые формы материи, которые сопротивляются равномерной и гармоничной энтропии Вселенной.

Звезды снова загораются, исторгая в корпускулярно-волновом дуализме пучки энергии. На планетах зарождаются первые биологические системы, развиваясь от простейших к более сложным организмам, пока, наконец, Альберт не эволюционирует, согласно своей вере, до уровня самоосознающего существа.

Образовавшись, по сути, из единой частицы сознательного затухающего импульса, Вселенная из ментального поля вновь обрушивается волной в действительность Альберта, выворачивая наизнанку тело и всю реальность вокруг него вместе с лабораторией, где с помощью проводов он корчится подключенный к пришельцу в муках на холодной койке.

При этом его дальний родич, прибывший по неосторожности в прошлое через тысячи поколений, лежит с блаженной улыбкой на тонких фиолетовых губах. В отличии от Альберта, он не застыл в вечном проклятии и не пытается заставить импульс Экзистенции схлопнуться обратно и завершить бесконечный цикл, вернувшись в исходную точку.

Для него этой самой исходной точки и не существует вовсе. Он настоящий продолжает пребывать в Коллективном Сознательном вместе с другими людьми будущего в благости, тогда как одержимый властью и жадностью человек прошлого корчится в муках на загаженной нечистотами постели.

Тот бы и рад оборвать навсегда свои страдания во Вселенной, но нет входа и выхода из страшной действительности. Обрывая поток сознания, тот через то самое маловероятное событие, то есть чудо, обнаруживается вновь и бесконечный ужас повторяется снова и снова.

Как зацикленная гифка на экране, скачет его мысль одним потоком боли; растекается по нейронным ассоциативным связям, пронзая время и пространство миллиардами страстей, ожесточаясь в противостоянии с самим собой из будущего.

Пришелец хочет помочь в сострадательном порыве дикому предку, но тот бесится от осознания собственной ничтожности ещё больше и увеличивает многократно собственные страдания.

Наблюдать за потоком реальности отстраненно и благостно Альберту сложно. Одержимый желаниями и страстями, он неизбежно скатывается к перескоку из одного квантового состояния в другое, теряя связь с телом ещё сильнее, которое безуспешно пытаются обездвижить и оно безудержно пляшет в судорогах на койке.

Огненным шаром в его психическом поле раздувается мысль о том, что есть смысл? Он пытается уловить причину и следствие, предпринимает попытки последовательного размышления, однако сторонний наблюдатель неизбежно подменяется, сидящим внутри бесом, который заставляет отказаться от структурирования и выстраивания любой Системы в рамках стройного гармоничного мироздания. Хаос вместе с болью и мучения захлестывают его волнами всё сильнее и сильнее, и кажется, что это продолжается целую вечность.

Когда вдруг из ниоткуда к нему приходит осознание, что смысл не в изменении реальности под себя и свои нужды, а в благостном наблюдении действительности как она есть, без попыток сломить Вселенную своей силой воли, то из его перекошенного в страдании рта вместе с углекислым газом вырывается нечленораздельное мычание. Карабкаясь по этим звуковым волнам, словно по спасительным ступенькам, юноша начинает изменение себя в потоке времени и разных координатах пространства; продирается обратно из глубин фальшивых смыслов к себе настоящему, корчащемуся на холодной койке.

* * *

В какой-то момент существо из будущего принимает его страдания на себя, сжалившись над неразумным пращуром. В тотчас мучение Альберта переносится из ментального высокого уровня на более примитивный органический, и физическая оболочка расцветает миллиардом мучительных соцветий боли, сливаясь в один сплошной непрекращающийся поток мучения от всех фальшивых смыслов его заблудшего сознания.

И вот к нему начинает возвращаться память. Альберт продирается через эманации в Коллективном Сознательном, обнуляя всех заблудших Бернандетов, Владислав и Григориев; вспоминает себя в раннем детском возрасте, когда впервые уловил момент самоосознания себя - первое понятое слово, первое понимание того, что реальность здесь вместе с ним и он не просто дух, витающий без плоти, неприкаянный и одинокий, всеми покинутый, а реальный, живущий организм, взаимодействующий с миром и действительностью.

Из крови и плоти. Тёплый. Чувствующий боль. Вкусы. Различающий запахи и цвета. Слышащий звуки. К нему возвращаются воспоминания о тепле прикосновения и нежности любимых людей. В памяти всплывает радость самопожертвования и горящие любовью сердца окружающих.

Он всё ещё продолжает вертеться в бесноватой пляске на койке, но она уже не такая холодная и температура тела уже выше, чем у покойника.

Его голову переполняет только осознание того, что, Боже, какое богатство просто жить! Дышать и чувствовать, ощущать этот мир. Быть его элементом и вместе с другими взаимодействовать по-настоящему в реальности. Быть настоящим!

В погоне за властью и одержимостью подчинить благостных потомков он забыл о самого главном несметном сокровище, лежащему него под ногами. Альберт вспомнил, как когда-то радовался каждому лучу солнца и ловил блаженство от прохладной тени набежавшей тучи. Пробывал на вкус парящие в воздухе снежинки и наслаждался морозной свежестью зимы. Дышал полной грудью в сосновом бору. Совершать омовения чистой родниковой водой в оазисе пустыни. Пил обычную воду, испытывая сильнейшую жажду, и она казалась ему самым желанным и драгоценным, что есть во Вселенной. Это ли не блаженство?

А сон? Настоящий сон! Прекрасный и чудесный способ умереть на 5-10 часов. Сон - это маленькая смерть. Это перезагрузка и мир без включенного сознания. В нём так сильно было сейчас это желание выключиться, исчезнуть и забыться от вездесущего постоянного подключения в Коллективном Сознательном, что он готов был на всё ради этого.

И вот, в дикой пляске одержимости, Альберту кажется, что вся его жизнь - это сон. Одно большое кошмарное сновидение, которое может оборваться в любой момент. Он явственно чувствует каждой клеточкой организма, как всепоглощающая и божественная любовь наполняет его измученное страданиями тело смыслом. С благодарностью принимая избавление от мук, он хочет ответить тем же и принимает на себя боль пришельца в ответ.

Со слезами на глазах он мысленным взором окидывает свою прожитую жизнь и горит от стыда, ведь в ней не было самого главного; того, что является спасительным ключом для любого сознательного существа, - настоящей любви.

Его уже не пугает пустота Небытия, ведь он знает, что она дарует только спасение от мучений; но перед тем как навсегда уйти туда, где он был до рождения, Альберт принимает себя таким какой он был в прошлом, есть в настоящем и будет в будущем.

Он уже догадывается о том, что возвращающееся сознание в 2021 год, где его тело лежит на койке с испражнениями и нечистотами в окружении врачей, всего лишь одна из бесконечного множества эманаций.

Истинный он где-то продолжает находиться в потустороннем мире бесплотным духом, летать импульсом в других, одной из искр в костре божественного Коллективного Сознательного.

* * *

Альберт открыл глаза и взглянул на часы.

Электронное табло на столе показывало ровно 2 часа и 22 минуты.

Пытаясь осознать, что же с ним произошло на самом деле, он кинул быстрый боязливый взгляд в сторону аквариума.

Малёк рыбки-дракона замер, вперившись лбом в сторону угла, где ранее наблюдалось необычное сверхъестественное явление.

Альберт тяжело вздохнул и перечитал последнюю написанную строчку:

«Если ты читаешь это, значит всё написанное выше не имеет значение.»