Двадцать ли до тебя

Глава 1В тот год лошади в уезде Гаоми ещё не перевелись, хотя трактор давно стал хозяином на полях, и даже самый бедный двор считал за стыд запрягать кобылу в телегу. Лошадей держали либо старики, привыкшие с ними разговаривать — потому что трактор не отвечает, — либо такие люди, как мой дед, для которых лошадь была не средством передвижения, а, если так можно выразиться, продолжением совести.Дед мой, Лу Гуй, слыл человеком особенным: он умел так выстучать копыто, что лошадь потом выздоравливала от одного его присутствия, и так выругаться, что у самого норовистого жеребца отвисала челюсть от изумления перед богатством родного языка. Коня своего, которого звали Кроликом за необычную манеру дёргать ушами и неожиданную резвость, дед любил больше, чем собственных детей, а уж тем более внуков. Дети, говаривал он, это стрелы, которые рано или поздно улетят от лука и исчезнут под чьими-то рёбр…