Драное ухо

Глава 1

Чуткий слух на каждый шаг жертвы. Тонкое чутьё на её страх. Рычание такой частоты, которая создаёт и держит ощущение, что хищник всегда прямо у тебя за спиной, что подпитывает ещё больше ужаса.

И вот из травы вырывается целая стая хищников, грациозно окружая жертву. Круг замыкается. И несчастный теряет сознание, страх одолевает. И волку более ничего не нужно. Дело подходит к концу. Делят сегодняшний пир всей стаей.

И только предводитель стоит на возвышении. Следит за окружением: ночь подозрительно тихая. Шерсть его у одного переливается в лунном свете. Вокруг левого глаза от рождения светлое пятно. Символ его мудрости, силы для каждого волка из стаи, который посмеет занять его место предводителя. И каждый уважает его как лидера, приносит долю мяса с пиршества. Но меченный не торопится приступать к еде. Долг перед стаей для него прежде всего. И только когда все уснули, а птицы вернулись на близстоящее дерево, предводитель успокоился и вкусил несколько кусков чей-то мягкотелой плоти. Однако интуиция хищника, защитника стаи подсказывали, что в эту ночь ему спать нельзя.

Маленький летящий огонёк виднелся вдали, нарушая устои природы. «Что бы это ни было, оно нездешнее, - думал вожак, бросив последний взгляд на свою стаю, - А значит, должно быть ликвидировано!»

Сквозь заросли травы он бросился, скалив зубы, в сторону света. Мчался быстро, но так ловко и бесшумно пробирался чрез траву. И вот она, цель: на открытой опушке у большого костра сидел на ещё сыром бревне человек. Волк видел этих существ ещё до этого, но только один раз и мельком. Они приходили в долину только, когда хотели забрать у неё что-то для себя, унести в тот мир за тремя вершинами на западном краю долины. И не давали ничего взамен, а оставшееся уничтожали забавы ради, что волку было трудно понять. Знал он только одно: это паразиты, а от паразитов надо избавляться. И как можно раньше, пока они ничего не натворили.

Волк грациозно напрыгнул на жертву, смешавшись с потоком ветра. Но вместо плоти и крови человек был наполнен соломой. Страшная боль пришла прежде, чем волк успел одуматься. У «бревна» выросли острые зубы. Холодное железо впилось в переднюю лапу. Шок поразил некогда самого сильного хищника в долине. И он сам стал жертвой, потерял первое место в цепи питания. Цикл природы был нарушен. Не видать здешней земле его тихой от старости смерти, не отдаст он почве то, что некогда брала дичь, которую он ловил всей стаей.

Стая! Что же будет со стаей?! Если здесь и сейчас он просто сдастся?! Нет. Всё так не должно закончиться!

Тёмные тени двуногих существ подбирались к долгожданной добыче, смотрели на её переливающуюся от луны шерсть как на свою. Жаждали. Восторгались своей собственностью и воображали лица завистных прохожих. Волк от боли уснул. По крайней мере, они так думали.

- Вожака выманили – остальных предупредить некому. – переговаривались между собой существа.

Один из них снял с израненной ноги хищника железные «зубы». Взял укол с подозрительной жидкостью.

Предводитель представил, как вместо его жгучей крови по телу течёт лишь эта холодная забирающая жизнь жидкость. Он оскалил зубы. Пламя загорелось в глазах. Он почувствовал этот поток ветра свободы и то, что больше всего не хочет лишиться его, дать людям даже возможность забрать его у стаи. Он схватил зубами шприц и разбил его о землю – яд разлетелся во все стороны.

Хищник подскочил и зарычал с новой силой. Тени с испугом спрятались за спиною посиневшего пламени. И только после чей-то команды схватились за оружия, отправились в погоню за упущенной дичью. Не смотря на раненную ногу волк бежал так быстро, как мог. Успеть! Главное, успеть! Предупредить стаю во что бы то ни стало!

Защитник подбежал на свой слегка возвышенный пост, громко завыл на луну, дал стае сигнал. Хищники очнулись от сна, услышали из послания предводителя, что кто-то ведёт на них охоту. И не могли поверить, что в долине есть кто-то сильнее их настолько, чтобы сделать из стаи мишень и жертву.

Раздался выстрел. С ужасом проснулись самые маленькие из стаи, в испуге побежали они в сторону скалы вожака укрыться у её подножия. Раздался второй выстрел. Железные зубы поджидали их. Маленькие волчата выли от боли, звали на помощь. Матери, отцы бежали за ними. Железные зубья забирали и их. Они были повсюду.

Лидер не мог поверить своим глазам. Один за другим они теряли членов стаи. Он приказал оставаться в кругу и лечь как можно ниже, скрыться среди травы от выстрелов. Очередь пуль проносилась в сторону ночлега волков. И после всё затихло.

Вожак спустился в горячую точку, чтобы найти выживших. Неизвестный ему запах проносился в округе. И звуки текущей воды. Это был керосин. Вдали вновь появился огонёк, но в этот раз такой маленький. И держала его тень в толстом защитном костюме. Он бросил огонёк на землю. Золотое переливающееся в алый цвет при каждом вопле волка пламя быстро заполняло пространство, создавая идеально очерченный круг, а потом расходясь во все стороны. Даже сухая трава не разгорается так быстро, как это странная для волка «вода» с жутким запахом. Одну за другой он перепрыгивал огненные стены в надежде найти хоть кого-то из своей стаи, семьи, которую он защищал всю жизнь и никогда не был готов так просто отпустить.

Тени усмехались, смыкались. В их руках было оружие куда сильнее волчьей пасти, быстрее ветра. Их образы всё больше окрашивались в красный при каждом убийстве. Пламя играло их душами. Они принадлежали ему, этому духу разрушения, тёмной стороне огня. Не осталось никого. Последняя жертва загнана в угол. И наказание ей за хамство отказаться от лёгкой смерти – участь увидеть смерть каждого, кого он защищал.

А ночь ближется к завершению, чего больше всего боятся тени, не желающие быть видимыми свету. Лучи проснувшегося в рассвете солнца сжигают их образы, ослепляют мелкие жестокие давно искривлённые зеркала душ. На свету и в тени мы ведём себя иначе. Люди замешкались, волк бросился в бегство.

Солнце стремительно просыпалось, лучами указывая ему дорогу к последней надежде. Впереди река. Если сильно разогнаться, преодолеть возможно. Последний волчий представитель долины приготовился к прыжку. Раздался выстрел. Тень метилась в сердце, но от страха в дрожи попала лишь в ухо. Волк, слившийся с ветром, ничего в этот момент не почувствовал, преодолел реку. Однако вдали раздался иной выстрел. Раненный волк пал в воду и его понесло течение.

Боль от пули не могла сравниться с той болью, которая резала тоска по ещё недавнему прошлому. Тем более речные волны так крепко усыпляли его. Тени прекратили погоню: река вела в те земли, которые им посещать не стоит.

Течение выгнало некогда великого вожака, а ныне одинокого волка на каменистый берег. Ещё немного и его бросило бы о близлежащие скалы. Сил больше не было. Волк открыл один глаз, чтобы осмотреть чужую землю. Вдали стояло странное сооружение из дерева. Поля, деревья, травы не росли, как того хотели, а прижимались к земле под чьей-то силой.

Вдруг волк почуял вблизи чьё-то тепло. Но из-за ранения встать уже не мог. Тёплая рука обхватила его и понесла в сторону хижины. Единственное, что мог теперь бывший великий хищник – смиренно поддаться судьбе, больше ничто не держало его в этом мире: семья украсит стены логова браконьеров, стая погибла и больше не возродится, долина ветров превращена в один пепел. Тени забрали у него всё, не оставили ничего.

Но все ли люди тени? Быть может, есть те, кто не боится находиться в свете? И есть ещё искорка надежды (та тёплая искорка, светлое в образе доброго пламени), что не все люди отдали душу пламени разрушения.