Дозомидрон

№ 1

Знакомство.

:Вступление, напоминающее шум вертолёта, но позже на переднем плане звучала музыкальная, красивая гитара: Захватывающий зелёный лес ранним светлым утром. Солнце только вставало. Ветерок приятно обдувал. По нежному синему небу летела стайка белых птиц. Дозомидрон сидел на земле, поджав колени к груди. На нём чёрная футболка на размер больше, чёрная кожаная куртка вся в красных метках, как будто куртка – живое создание и её раны кровоточили. Чёрные брюки и ботинки. На лацкане куртки – смайлик с глазами-крестиками. Он выглядел небрежно, очень худой и с дикими волосами. Дикий зверь не в своей природе. Несколько рассеянных лучей солнечного света пробились сквозь густую зелёную листву на его синевато-серое лицо. Он размышлял, думал, выносил мусор из головы. Слушал музыку из радио – популярная песня какого-то херососа из Павориль правды, но музыка была правда красивой. Дозомидрон опустил усталые печальные глаза на речку объёмного синего цвета, плескающуюся вперёд-назад. Это очень подходящее полотно для сказочных существ, чтобы они просто мчались по лесу – фавн и тролль бежали, дракон летел низко над землёй. И тролль всё время бы оглядывался назад с мокрыми от слёз глазами, потому что он думал о своей матери. Он бы упал на колени на траве. Дракон подлетел бы к нему, чтобы утешить. А фавн сердито бы стоял в тени. :Гитара притихла. Электронный треск и искажённые звуковые эффекты заполнили пространство:

№ 2

Первый сэмпл.

Семьдесят три года назад.

«Мы вновь пробили вражескую оппозицию. В этот день война закончится! На путь победы наших солдат ведёт чистота, мощь и благословение во плоти, Паворили, которые собираются уничтожить невидящую гадь! Берегитесь, слуги демона, полковник Ирой идёт в наступление!» – произнёс голос ведущего из шумового радио.

Средний план: грязный солдат с винтовкой забрал патроны у создания, которого он застрелил ранее. Солдаты общались между собой.

— Твою мать, мне очень не хорошо…

— Я говорил тебе не продолжать есть эти отвратительные пайки. Залезешь на толчок как на свою жену.

— Поэтому я ем детское пюре, — сказал солдат.

Все посмеялись.

Раздался затянутый тревожный звук. На пасмурном небе самолёты летели над головой, а рядом держались летающие создания. Он прошёл вперёд несколько шагов с другими солдатами. Солдаты держались прямо, пока не увидели здание с стеклянными окнами. Это была маленькая деревня с выжженной землёй и руинами. С правой стороны они услышали механическое постукивание, а затем они увидели надвигающийся танк. Солдаты стремительно обошли постройку, башня танка повернулась…

…но в этот момент большое и высокое создание с мощным туловищем беззастенчиво поднял танк, хорошо потряс его и перевернул. Это Ирой, лидер Павориль правды. Он смотрелся слишком ярким и напыщенным на фоне спрятанных в тени пепельно-серых и коричневых городов.

— Полковник, с вами всё хорошо? — озабоченно спросил солдат. Он смотрел на героя как на самую яркую звезду во всей галактике.

Ирой задумчиво поднял взгляд на загубленное небо. Он думал о своих напарниках. У него плохое предчувствие, словно сегодня всё будет по-другому. Как будто эта битва на самом деле может стать последней для них.

Панорамный план с разбитым осколком от выстрела: сумерки. Многобур – это город похожий на Боснию и Герцеговину – не пережил четвёртый день войны. Застроенные городские районы заполненные разрушенными многоквартирными домами. На улицах пламя, тела солдат и куски бронетехники.

Большой рывок в один из многоквартирных домов в стиле Хичкока: верхняя половина самого высокого жилого дома. В каждой квартире есть балкон с раздвижной стеклянной дверью, за исключением того, что все стеклянные окна и двери здания выбиты или разбиты в результате обстрела. В стенах были пробиты отверстия. Целые квартиры были разрушены. Один угол на крыше здания отсутствовал. Уродливый многоквартирный дом.

Неожиданно Ирой вылетел из отверстия в стене, снёс в полёте угол крыши и приземлился на лопатки. Его костюм разорван, раны кровоточили, лицо опухло и стало серовато-фиолетовым. Он стонал от мучительной боли. Рядом с ним спустился суперсоздание стороны противника – Измер. Он выглядел ещё более силовым, с широкими плечами, огромными руками и длинными волосами. На нём видоизменённый костюм с нашивками, пылью и бетоном в ходе драки.

— Если бы ты знал, с какой необузданной страстью я презираю тебя, долниец, — сказал низким голосом Измер.

Ирой выплюнул кровь, затем на огромной скорости приблизился к врагу и с громоподобным звуком нанёс удар по лицу…

…но Измер внезапно схватил кулак Ироя – от удара сзади Измера земля пошла трещинами, деревья вылетели с корнем, развалины домов полностью рухнули, но Измер ничего не чувствовал. Ирой в шоке. Он пытался бороться с противником, и с пронзительным рёвом контратаковал апперкотом в корпус. Ударная волна прошла через тело Ироя, у него перехватило дух, его кости переломаны, множественные кровоизлияния внутри, он согнулся пополам и невзирая на агонию выкинул встречный удар по атакующей ноге противника лишив его равновесия, затем захватил его голову в свой локтевой сгиб и с титанической силой начал душить.

— Почувствовал вкус победы? — процедил сквозь зубы Измер. — Хер тебе! Это вкус твоей крови!

Измер вырвался из захвата, с яростью пробил защиту Ироя мощным шквалом ударов по корпусу и голове: Ирой пытался перебить противника; попытка оглушить соперника максимально амплитудным ударом с двух коленей провалилась – Измер с разворота ударил его ногой в лицо. Ирой пошатнулся, выбросил несколько ударов в ответ, потом нанёс высокий удар ногой, но Измер идеально уклонился, ушёл с линии атаки, с хрустом ударил противника в коленный сустав ведущей ноги, уклонился от контратаки Ироя с прожигающим ударом по рёбрам и выкинул локоть в подбородок противника, а потом снёс его прямым ударом в грудь, Ирой с грохотом отлетел в ближайшее здание. Повсюду хлестала кровь, каждый удар резал воздух создавая сильнейшие порывы ветра. Измер с горящими глазами рывком пробил Ироем стены здания, они вылетели из другого конца, а Ирой продолжил полёт и приземлился на грубую землю.

Крупный план: серьёзно раненный солдат наблюдал за впечатляющей битвой суперсозданий из позиции разваленного дома. В его руке граната. Он решался.

— Кажется, ты забыл, что по мере того, как путь становится ярче, он также становится темнее, — Измер подошёл максимально близко и удержал выпад Ироя. Он смотрел в его изнурённое лицо: кровоточащие рассечения, зубы вылетели, губы расколоты. Измер улыбнулся. — Я буду твоим проводником по кровавому пути агонии. Я буду кошмаром в твоих снах и снах твоего народа. Кошмаром, из-за которого ты будешь в слезах взывать о милости твоего лжехриста. Так написано, и сегодня это сбудется.

Внезапно с неба высыпал чистый снег. Сознание на миллисекунду вернулось к Ирою, когда он понял, что член его команды был убит. Ирой взревел словно раненный хищник, которого лишили стаи, размозжил головой нос Измера, завалил его быстрым градом свирепых ударов наотмашь – это на мгновение вывело Измера из центровки и он проглотил большую часть ударов. Ирою удалось пустить ему кровь. Затем Ирой замахнулся для своего сильнейшего удара, но Измер перехватил его запястье, одновременно подставляя голову под грудь, захватил внутреннюю сторону правой ноги, затем поднял противника на плечи и упал назад, утрамбовав Ироя в отверстие в расколотой земле.

— Никто не верил в твою победу. Ваши союзники – мои союзники!

Измер удовлетворённо плюнул в нашивку измочаленного Ироя.

— Теперь меня ничто не остановит. Эта планета принадлежит нам, — сказал Измер и замахнулся чтобы нанести последний удар.

— К-кто ты… такой? — в полусознании простонал Ирой.

В этот момент солдат запрыгнул на него со спины с гранатой в руках.

— За Долний! — крикнул солдат.

Измера обдала волна жара и крови. Он просто стоял там весь в крови и внутренностях протирая глаза от густой крови. Он даже не почувствовал взрыв. Ирой стонал вдавленный в землю почти не шевеля губами. Он тихо произнёс духовную речь жителей города перед отлётом. Он заплакал.

— Глупый малец, — без лишних эмоций сказал Измер. — Чтобы убить меня нужен взрыв помощнее.

Внутри кабины пилота все выглядели настороженными. Пилот поддерживал связь с генералом по рации.

— Посылка готова, генерал. Ждём приказа.

Пауза.

— Всем надеть очки! — громко заключил пилот. — Сейчас мы перевернём ход истории…

Плотный крупный план: бомба, почти как абстрактное изображение, со свистом отдалялась по поверхности неба вниз, прямо в город.

Измер поднял Ироя, но неожиданно услышал натужный свист и поднял голову. На его лице недоумение – это его последняя эмоция перед взрывом. Вспышка яркого света оставила лишь их тени. Затем с призрачным шумом могильный чёрный гриб поднялся из уничтоженной, стёртой местности. Здесь не осталось ничего, кроме смерти.

***

Наши дни.

Дождливая ночь в Многобуре. Здесь всегда жарко и стоял серый туман; капли дождя испарялись не коснувшись асфальта. Город на удивление очень чистый и спокойный. Спокойствие здесь граничило с паранойей: каждый житель словно заряженный пистолет, готовы выстрелить по неосторожности. Таков Многобур в новой вселенной.

Пара созданий в странно устаревшей одежде и с герметичными зонтами зашли в готический собор. Эта церковь возвышалась над разрушенным городским ландшафтом во время войны, как крепость, стойко противостоящая чужому разложению. Когда Набдев увидел её, пустую и безнадёжную, к нему пришло просветление, что Бог есть.

Он вернулся сюда с госпожой Гамаюн. Эта церковь была убежищем от преступности, кровопролития и нищеты, которые как никогда стали характерны для Многобура. В подвале стоял ужасный трупный запах. Было у Набдева чувство, что он совершал непростительную ошибку.

— Госпожа Гамаюн, мне кажется… я просто не знаю, нам стоит ещё раз всё проверить…

Гамаюн холодно подняла глаза на Набдева когда они спускались в сырой подвал.

— Мы долго ждали этого, Набдев! У тебя нет права на сомнения. Используй свои знания в магии и пробуди его…

Включился белый свет, целые углы были заняты высокотехнологичной компьютерной техникой и словно живыми проводами, на стене золотой символ, похожий на свастику, а в центре огромный резервуар с жидкостью. Внутри находился Измер с обнажённой задницей, подключёнными трубками и респиратором. То, чего Набдев боялся больше всего в жизни – Бог есть, и это его царство.

Набдев сначала начертил белый круг посередине, чтобы защитить их и отогнать всякое. Внутри круга, на юге, севере, востоке и западе он написал имена необходимых божеств, которые позже произнесёт компьютер. Потом встал у компьютера – он не прикасался к клавишам, но клавиши двигались внутренней силой. Он не любил это слово, «внутренняя сила», слишком претенциозно. Громкий компьютер – вся работающая на магии техника издавала узнаваемый шум, похожий на шипение дикой кобры вовремя броска – задействовал программу магической техники «изгнание», или простыми словами – устранение нежелательных сил и вмешательства. Рядом с аппаратурой на отдельном столике лежало устройство с файлами.

То, над чем он с Гамаюн здесь работали требовало максимальной осторожности именно в вопросе чистки, во-первых, своего тела и разума, во-вторых – оборудования и места работы. Набдев и Гамаюн надели респираторы и встали в круг. Картинка перед глазами немного переливалась DMT-волнами: на их глазах происходило гностическое вторжение в обыденную материю. Электронный голос компьютера с отвратительным шумом произнёс заклинание, можно было услышать имя одного из божеств – Берит. Набдев зажмурился, склонился к земле, он всё видел – в шкуре каркающего ворона, Набдев приземлился среди горящих руин древнего, потустороннего города, не имея возможности оторвать маленькие чёрные глаза от огромного чудовища, который держал за шею тлеющий, сожжённый огнём скелет. Обломки усеяны человеческими костями. Чудовище, невообразимая, несокрушимая сила разрушения, причина всего этого ужаса. Это была настоящая чертовщина.

— Госпожа! Я не могу дышать! — голос приглушён из-за респиратора. Его лицо покраснело, он надулся. — Я выполнил свою часть сделки, вытащите меня отсюда!

— Закрой пасть! — загипнотизированная прелестным криком своего Бога, Гамаюн подняла руки. Казалось, она видела что-то совершенно другое, чем Набдев. — Можешь уходить, но сначала выполни работу до конца.

Она вытолкнула обескураженного Набдева за круг. Чувство, будто он на вершине зубчатого пика чёрной скалы, глубоко в тёмном подземном мире, проиграл бой бесконечной орде агрессивных муравьёв.

Через мгновение кровь Набдева вскипела, как будто вода в стакане под невидимым герметичным стеклянным колпаком через вакуумный насос. Экстремальное давление ломало все кости в теле, рвало в клочья костюм, кожу и мышцы. Так от Набдева в целости остались лишь пара стеклянных глаз с лопнувшими сосудами, а не растеклись они только потому, что раньше выпали из отверстий.

Напуганная новым, неудержимым могуществом своего Бога, Гамаюн созерцала как стекло резервуара разбилось и вся жидкость выплеснулась на пол. Он открыл глаза, снял респиратор, вытащил все трубки и с хрустом по всему телу спустился к ней.

— Я умер несколько тысяч лет назад, а ты, должно быть, воскресила меня?

— Не совсем так, повелитель, — было глупо скрывать свой страх. Измер идеально чувствовал его, дышал им. — Вы пробыли в таком состоянии не так долго. С возвращением!

— Ясно, — Измер прошёл немного дальше, заметив отходы от Набдева. Его высокая тень прошлась прямо к компьютеру, а затем он встал у столика, включив устройство. — Значит, я первый. Будем расчищать путь для других.

Измер долго таращился на изображения семейства Нарита.

***

Следующий день в Высоком городе. Алмазный парк находился среди «славянского гетто», вокруг него обширный суровый ландшафт. Новые дороги и старые с несколькими старыми следами шин. Высокие здания и цивилизация. Сейчас позднее лето, так что вокруг всё зелёное. Сдавленные голоса из динамиков и изображения телеведущих определённых каналов на мониторах на всех многоэтажных зданиях:

«Толпа демократически настроенных суперсозданий-студентов с численностью десять тысяч созданий устроили шествие в сторону Высокого города с протестом против программы оптимизирования и Костяного Солдата».

Новый канал – «Это дневной выпуск новостей, я Одиди, со мной сегодня в студии Яна Слоуэн, модель и бывшая участница команды «Павориль правды». Яна, как ты себя чувствуешь?».

«Добрый вечер, неплохо, спасибо» – Яна спокойной сидела в уютном кресле в строгом костюме. По ней видно, что у неё всё под контролем.

«Три дня назад депутат Брэм Валентайн очень резко высказался об участниках Павориль правды, о работе Академии для суперсозданий, и в целом о следующем поколении. Какое у вас мнение на этот счёт?».

«Я думаю, господин Валентайн живёт в своей упрощённой реальности и не всегда замечает, что искажает действительность. Я, как и все, была подростком, когда торнадо наделило меня суперспособностью. Никто не говорил нам, как себя вести, или как жить с этим. Неудивительно, что это привело к большим проблемам. Академия для суперсозданий поможет им адаптироваться и показать созданиям, что мы тоже живые существа, а не оружие, как пытается убедить господин Валентайн и его коллеги. Мы просто хотим гуманного отношения к себе, поэтому я уверена, что открытие Академии необходимо в наше время».

Дерьмовая квартира Дозомидрона. На мониторе компьютера реклама суперсозданий, популярные видеоролики с битвы на других планетах, сцены с заливом нефти, взрыв птиц, мертвая рыба в реках, нефтяные пожары. Готическая подружка Дозомидрона выглядела скучающей, когда вышла из двери комнаты и собралась на выход.

— Жати, может останешься на вечер? — он улыбался как самый настоящий тролль. Улыбка мгновенно потрескалась как древняя ваза, когда Жати без шансов открыла входную дверь. — Нет, Жати, пожалуйста не уходи, не уходи, пожалуйста…

Ой-ой-ой-ой.

***

Квартира пухлощёкого друга Дозомидрона – Май Дикрика. Он сидел в кресле и сунув руки под голову смотрел в монитор, слушал колонки.

«Новый сингл Зрака на первой неделе попал в двадцатку лучших песен за последние десять лет!».

Май Дикрик переключил канал. Зазвонил дверной звонок. Через время Дозомидрон лежал на диване и смотрел в потолок.

— Жати ушла.

— Это хорошо. Честно, я с самого начала ваших отношений очковал её, — Май Дикрик ковырялся в носу.

— С ней эти худшие дни ещё были терпимыми. Жати ушла, я ушёл со стройки, силы тормозят. А в Академию меня, сука, просто не приняли! — сокрушался Дозомидрон.

— Пошути над этим.

Пауза.

— Нет. Нужно вернуться к тренировкам, или я совсем ебанусь.

Дозомидрон вскочил на ноги, повернулся к Май Дикрику.

— Я буду в команде!

***

Дневной переулок в средневековой деревне: мощеные улочки, грязь и ящики, архитектура в североевропейском стиле и настроении. Бой лицом к лицу. Могучий коричневый оборотень яростно зарычал в лицо Тровилля – дворфу с пистолетом, участника команды «Павориль правды». Поблизости также лежали тела оборотней поменьше. С его массивных зубов и челюстей капала жирная слюна. Двое сцепились в схватке, Тровилль крепко держал запястье оборотня, его длинные острые как бритва когти невероятно близко, но не в состоянии должным образом полоснуть дворфа. Размер, вес и сила оборотня неуклюже толкали Тровилля назад в проигрышную позицию, он стиснул зубы, пытаясь удержать захват. Оборотень драматично припечатал Тровилля в деревянную дверь.

— Давай, волчара, — откашлялся Тровилль и ушёл с линии атаки.

Морда оборотня ещё какое-то время угнетала его мозг; весь скрежещущий отвратительными зубами и брызжущий слюной, а лапы тянулись к дворфу…

…в этот момент дверь разнёс сгусток красной энергии, который ударил в морду оборотня.

— Этот волк настолько же туп, насколько жирен.

Напарники дворфа сработали в идеальный момент. Впереди Виталий – высокий, в бронекостюме, с широкими плечами и щитами на руках сделанными из особого железа. Рейзина – невысокая стройная девушка, её вещи выполнены в красно-белых цветах. Катсуёри Нарита – высокий жилистый японец в красном, в его руке вакидзаси с тёмным клинком.

Оранжевый всполох прорезал тени. Тровилль выстрелил в оборотня три раза: один раз в челюсть, один раз в горло и один выстрел прямо в его брюхо. Одним плавным движением Нарита поднял меч и рубанул оборотня, переместившись за спину. Удара не видно, только струйки крови брызнули на землю из того места, куда атаковал Катсуёри. Но этого оказалось недостаточно.

— Катсуёри, ты смотрел сегодня свой биоритм? — озабоченно спросила Рейзина. По тому, что она везде держалась рядом становилось понятно, что она его боец.

— Да, сегодня мои физические силы находятся в положительной фазе, — уверенно ответил Нарита. Он говорил с акцентом.

Рейзина с недоверием посмотрела на него, а затем наложила баф силы и выносливости на каждого напарника. Она держалась подальше от центра драки. Виталий тараном перебил рывок оборотня, закрывшись усиленными щитами. Он мог усиливать защиту на снаряжение своё и своих товарищей. Массивные когтистые лапы оборотня яростно отталкивали Виталия, и ему даже удалось отколоть кусок его щита. Тровилль обстреливал оборотня.

— Нарита, эта тварь так и будет кидаться на нас, пока мы не добьём его, — сказал Тровилль.

— Да, это грязная работёнка, — с азартом ответил Катсуёри, решив что это обычный дружеский разговор в разгаре смертельной схватки, а затем резко пришло осознание. — Оу, вы хотите, чтобы я использовал силу своего клинка?

— А чего ты ждал? — спросил Тровилль.

— Я думал, мы просто… весело проводим время.

Тровилль и Виталий неловко переглянулись. Рейзина отвела взгляд, когда Катсуёри повернулся к ней. Очень напряжённая и раздирающая пауза.

— Без обид, — внезапно сказал Виталий.

Подавленный, Нарита взял себя в руки и принял боевую стойку. Через мгновение красные молнии обиды ударили вокруг него, пространство исказилось. Он замахнулся и совершил резкий выпад; разрушительный столб энергии гулко пронзил оборотня, а затем он отлетел на несколько метров. Его шерсть сгорела, пар окутывал его тело. Оборотень не поднялся, чёрная кровь медленно растеклась по земле. На месте взрыва образовалась впадина, дома сильно пострадали.

Перед уходом местные жители со слезами поблагодарили команду, Виталий взвалил на себя тело оборотня и они открыли портал в свой мир через устройство ДЖО.

Позже, под звук электромоторов команда поднялась на платформе из нержавеющей стали, напоминающую гольфмобиль. Штаб-квартира занимала площадь размером с ангар для самолёта. Большая часть пустого пространства скрывалась в тени. На дальнем плане в центре помещения стоял прототип экспериментального малозаметного реактивного истребителя-невидимки в полуразобранном состоянии. Самолёт имел плоский прямоугольный реактивный выхлоп с «вектором движения» и поворотное крыло. Пока что без дизайна Павориль правды.

Когда открылась решётка, возле лифта стоял Зрак – создание с зализанной причёской, тёмными очками с крошечными драгоценными камнями в виде сияющих крестов, дерзким изгибом бровей, татуировками, в кожаной куртке с блестящими деталями и гранжевой футболке и джинсах.

— Зрак! Почему ты не пошёл с нами на задание? — радостно сказал Виталий.

— Отмечали с супер-тусовкой выход моего сингла. Но скоро я вернусь в строй. Мы с моим агентом решили, что новые миссии будут хорошей рекламой нового альбома. Давайте полетим в Шеффилд? Я знаю, где можно оттянуться.

— Да, засранец ты этакий! Иди сюда! — улыбнулся Тровилль и начал бороться с Зраком.

Нарита наблюдал в стороне, почти из тени.

— Слушайте, я знаю шикарное место…

Они проигнорировали его и зашли в лифт. Нарита тоскливо опустил голову и забыл, что осталась Рейзина.

— Я могу прогуляться с тобой, — с милой улыбкой сказала Рейзина.

— Закрой рот, — рубанул Нарита. Теперь стала понятно, что она у него на побегушках. — Ты заходила на мой сайт?

— Да! Я заблокировала много хейтеров.

— А сигареты мне купила?

Рейзина забила руками по телу, растерянно. Через миг – хлёсткая пощёчина прилетела по её щеке. Это неуважение. Лицо Рейзины покраснело, она низко поклонилась.

— Купи сигарет. И хрустяшек. Чем же заняться после тяжёлой миссии…

Бар. Нарита сидел с незнакомцами за одним столиком на диване с совершенно несерьёзным видом. В дальнем углу можно было заметить несколько красных брызг на стене, но зал плохо освещён и это просто сходит с рук. Катсуёри Нарита, как и все без исключения в «Павориль правды» своё место в составе купил. Единственная загадка и ответ на неё – деньги. Сама мысль, что он ненавидел деньги, эти переоценённые цифровые шифры без которых создание теряло всё и сразу – эта мысль звучала мега абсурдно. Семья думала что он окончательно сошёл с ума.

— Понимаешь, о чём я, тебе говорю, Фэг? Они не ценят меня, а я просто хочу быть частью команды. А я, типа, лучший в мире, — в уголках его губ притаился рассчитанный намёк на жалкую ухмылку.

Нарита сжал в руке стакан и влил в себя пиво до последней капли.

— Меня зовут не Фэг, а Рэчус.

— Да насрать. Наливай!

***

С того дня произошла его полная перемена. Дозомидрон научился другому виду силы, которая исходила от знания и эффективного использования частей своего тела и сложных мыслеформ, а не только от грубой, необученной силы и прямолинейных желаний. Его разум тоже менялся – Дозомидрон начинал полагаться на расслабленную бдительность, а не на разумное мышление, которое зачастую было медленным и не всегда помогало в пылу сражения. Каждый день Дозомидрон с серьёзным лицом вставал до рассвета, разбуженный ударом гонга своей мечты, когда ещё солнце не поднималось высоко над Высоким городом. После часовой пробежки вдоль чёрного хребта, часто после ледяного ветра, он съедал свой первый из двух приёмов пищи; обычно мясо с овощами и рис, зерно которого привозили с других планет. Пил специальный напиток из трав собранных на планете пустыне, но об этом лучше никому не говорить. На самом деле, самое главное – это множественность мозгов для выполнения параллельных процессов, а также усложнения примитивных, неразумных желаний и целей, в книжках это называют «запакованные символы». Когда они станут достаточно сложными, сверхсила сможет без сознания владельца, автоматически заряжаться и запускаться в определённом гностическом состоянии.

Через неравные промежутки времени утренняя пробежка заканчивалась, и Дозомидрон спускался по тропе в город, чтобы отточить свои бойцовские навыки. А ещё через время, он поднимался обратно на гору, созерцал природу вокруг чтобы сформировать свою системформу; магическая «система», которая изменяла создание внешне и внутри. Чем больше она развита, тем быстрее системформа сможет изучать новые факторы и выполнять запрограммированные задачи. Самая сложная системформа – безостановочная магическая сила. Так её нужно развивать – поддерживать связь с жизнью. Дозомидрон нацарапал детский рисунок в блокноте, он выглядел несколько пристыженным. Глаза закрылись, голова опущена.

***

— Вы не можете выгнать меня из команды, — Катсуёри отшатнулся от стола Директора, его лицо превратилось в комическую маску гиперотвращения. Директор в элегантном костюме, крупный, темноволосый, мутный.

— Вообще-то, я могу. И я это сделаю. Тебе следовало почаще читать свой контракт.

— Но я купил для себя это место! — совсем не весело процедил сквозь зубы Нарита.

— Концепция команды меняется. Ты свой рейтинг хоть видел? Извини, но компания сейчас в тебе не заинтересована.

— Это моё место! Просто отмахиваешься от меня как от голубя!? — Нарита на секунду взял себя в руки и угрожающе подвинулся к столу, смотря прямо в глаза Директора и прошептал: — Вы ведь не хотите проблем с моей семьёй, господин Директор?

Директор без интереса смотрел на него. Нарита сменил тактику, стал более почтительным и вежливым.

— Ладно, простите меня. Я… потерял самообладание. Дайте мне шанс!

Тишина. Директор скучно вздохнул и покачал головой.

— От тебя голова разболелась. Не нервничай, есть у меня один кусок работы за который никто не хочет браться – наноактивная катастрофа на другой стороне вселенной где даже космических шаттлов нет. Бесполезное дело. Но кто-то должен заниматься подобным, если возьмёшься – оставлю в команде и подпишем новый контракт.

Нарита представил себе, насколько ужасным будет новый контракт. Минимальные роялти, целый том ограничений. Но он уверен, что если выполнит миссию эффектно, как он умеет, его вознесут. Он троллеподобно улыбнулся.

На дальнем плане в центре помещения стоял прототип экспериментального малозаметного реактивного истребителя-невидимки «вертикального взлёта и приземления» в полуразобранном состоянии. Самолёт имел плоский прямоугольный реактивный выхлоп с «вектором движения» и поворотное крыло. Пока что без дизайна Павориль правды, выкрашенный в серый цвет с жёлтыми инженерными знаками и стремянкой, ведущей в открытую кабину пилота. Рядом стояли учёные в халатах, один из них похож на Фон Брауна. Мимо по коридору прошёл Нарита с одной рукой в кармане. Рейзина ходила за ним хвостиком.

— Договорись о встречах со всеми профессионалами, которых сможешь найти, — он ввёл себя беззаботно и непринуждённо.

Рейзина внимательно слушала его. В её блестящих глазах печаль, сочувствие, жалость к нему. Она знала, что Катсуёри серьёзно переживал, но ничего не могла сказать, чтобы помочь.

Однако заключить хорошее сотрудничество оказалось самым сложным…

— Ни за что! Это ужасная сделка! Я не собираюсь рисковать репутацией ради такого маленького кэша.

— Ты издеваешься? Сперва добавь ещё шесть нулей к авансу, потом поговорим.

— Без обид, но с такими говнюками как ты я не работаю.

— Тровилль мне всё о тебе рассказал. Найди кого-нибудь ещё.

— Эй, мы же только вчера об этом говорили! Что непонятного в слове нет?!

Следующий день в Высоком городе.

— Это абсурд! Я чувствую себя внутри работающей микроволновки… пошли, поищем тут мисо.

Рейзина при полном параде шла рядом с Наритой, слушая популярную песню из крыши многоквартирного дома. Рейзина снова подняла глаза на Нариту. На нём перчатки, элегантный двубортный красный костюм, неподвластный времени и стильный. Он держал между пальцами своё любимое лакомство – печенье «хрустяшка», откусил кусочек и смотрел вперёд. На её щеках появился румянец.

— Катсуёри, я…

— Тихо. Слышишь шум?

Впереди слышны крики, рык озверения и скрежет стали. Стая бешеных оборотней вооружённых ножами среднего размера и одетых в меховые туники устроила на дороге ужасную мясорубку; они набрасывались группами на жителей и патрульных, рвали на куски.

Нарита и Рейзина заледенели от ужаса.

— Какого чёрта?! — в замешательстве произнёс Катсуёри. — Как они попали в наш мир?

— Мы пришли за телом Ольфеонара! Мы будем забирать жизни, пока нам не отдадут его тело! — заявил лидер оборотней стоя на полицейской машине. Его язык представлял из себя неразборчивое рычание.

По всему Высокому городу гремели жёлтые всполохи взрывов. Создания с криками прятались и убегали от кровожадных зверей. Воспалённое красное небо с чёрными облачками дыма концентрировались на уровне пятидесятого этажа «Де кофт 24». Пространство выше было сдержанным в холодном жёлтом, синем, сером цветах; это удивительное соседство очень похоже на картины Доротеи Тэннинг.

В этой разрухе из тел, перевёрнутых почерневших машин, огня и пепла Нарита и Рейзина изо всех сил помогали мирным жителям продержаться на секунду дольше, защищая от групповых атак оборотней.

— Божечки, как много этих тварей! — сказала Рейзина, одновременно повышая силу Нариты и останавливая кровотечение гражданского.

Нарита отбился от ещё нескольких налётчиков; обманул одного, атакуя в лапу второго, и двигаясь по дуге полукруга, разрубил каждого сильнейшими взмахами. Затем он осмотрелся вокруг, увидел всю степень разрушения.

— Ну и жара здесь, — сказал Нарита и резко рубанул налетевшего на него оборотня, разрезав на рваные куски. — Чёрт, я даже не думал, что дело будет так плохо! Эти щенки меньше вожака, но они быстрые, умные… сплочённые.

Катсуёри повернулся на высокий голос Рейзины. Троица оборотней окружили её. Используя плавный блок, Нарита контратаковал в голову, а затем по среднему уровню, затем опустил левое колено на землю, выставив лезвие вперёд, и выполнил технику «кровавый бросок» – отрезал от противников куски и лишил конечностей. Все его движения отработанные и плавные. Современный Коджиро Сасаки.

— Ты в порядке? — спросил Нарита.

Рейзина с восхищением смотрела на Катсуёри. Она всегда чувствовала что-то странное от введения боя Нариты, но не могла понять свои чувства, которых было так много что она растерялась. Она кивнула.

— Их слишком много. Я отправила запрос Тровиллю, Виталию и Зраку, — ответила Рейзина. Она начала волноваться, просто думая о трагичности ситуации. — а пока.. будем делать всё, что в наших силах. Мы не можем допустить, чтобы ещё кто-нибудь умер!

Дозомидрон скрылся за полицейской машиной, когда оборотни словно стихийное бедствие сносили всё на своём пути.

«Эта драка не для меня. Звёздные мудилы оплошали, пускай сами разбираются. С другой стороны, волки пришли убивать. Это их удел. Ну так что? Пусть сами разбираются?» – спросил себя Дозомидрон.

Затем он увидел оборотня, который рвал руку орущего торговца.

«Не мой путь».

Он подбежал к оборотню и с наскока ударил кулаком в глаз – оборотень свалился на коробку с фруктами и овощами. Торговец схватился за окровавленную руку и встал на ноги.

— Иди спрячься, — сказал Дозомидрон.

Оборотень быстро вскочил на лапы и порезал уже его руку мечом. Дозомидрон сжал кулак, активировал свою ауру, и нанёс мощный апперкот – кулак заблестел от ауры и усиленный в два раза впечатал оборотня в стену. Фасад начал трескаться, а порывы ветра разнесли все коробки и мешки с провиантом.

Дозомидрон перепрыгнул лежащего волка и влетел ботинками в оборотня впереди, затем бил без всякой жалости серией «джеб, джеб, кросс, левый хук» «на вынос». Он повернулся к одному безоружному волчаре, который резко остановился опустив изодранные уши.

— Чё встал? — сердито сказал Дозомидрон и ударил его в глаз.

Заглядываем через плечо Дозомидрона: скопище оборотней окружила его. Они с маниакальной яростью подходили всё ближе и ближе.

«Если сегодня мой биоритм не шалит, я должен сконцентрироваться и ударить суперударом. Сконцентрируйся».

Нарита и Рейзина продолжали выполнять роль «мишени», отвлекая налётчиков от мирных граждан.

— Где остальных паворилей черти носят?

— Они ответили, что дерутся с волками на мосту Евдокимова, — ответила Рейзина.

— Ладно, если они нам не помогут, то поможет мой тинтиловый клинок, — сказал Нарита. — Божественное орудие непоколебимой чистоты моего рода, меч стороны света и чести…

Неожиданно меч Катсуёри вылетел из его рук и оказался в руках Дозомидрона. Момент тупика. Он опустил глаза в изумлении, но времени на обдумывание не было. Дозомидрон впервые в жизни держал в руках меч, так ещё и магический. Очень грязным взмахом он выпустил поток рваной энергии, который испепелил оборотней, а также разбил ближайший автомобиль всмятку и повредил здания. Биоритм сегодня просто слетел с катушек.

— Нихера себе!

Дозомидрон выглядел довольным собой, в то время как Нарита нетерпеливо подошёл к нему.

— Ты забрал мой меч. Верни, пожалуйста, — сказал Нарита с недобрым лицом.

— Я его не забирал. Он сам выбрал меня.

— Меч. Давай сюда, быстрее, — возмущённо произнёс Нарита.

Дозомидрон посмотрел на него как на ребёнка, который хотел обратно свою тыкалку, и переключился на бегущих оборотней. Нарита стоял на дороге, его лицо покраснело от ярости. Рейзина тем временем сидела рядом с ранеными, у них плохое состояние, она помогала им с помощью своих сил, читая медицинские книги по своей памяти. После этого она слыша восторженные голоса спасённых: «Рейзина, ты нечто!», «Рейзина, я люблю тебя!», «Вперёд, Рейзина!».

— Катсуёри, почему ты ничего не делаешь? — спросила Рейзина.

— Этот долниец украл мой меч! — пожаловался Нарита, наблюдая как Дозомидрон легко рубил одного волка за другим.

Рейзина выдохнула.

— Ты его даже держишь неправильно! — кричал Нарита.

Нарита отвлёкся от своей проблемы: он вытянул шею и увидел бегущего на всех парах оборотня, а впереди испуганного жителя. Ни секунды не мешкая Нарита выскочил навстречу, не сбавляя хода, толкнул оборотня, получив сильный удар мечом в живот. Он упал и покатился по асфальту, несколько раз сильно ударяясь головой. Нарита замер и потрогал свою рану: меч сломался, но остриё пробило живот, каждый вдох как будто разжигал в нём угли.

— Катсуёри!

Рейзина пролетела вперёд и остановилась рядом с ним, немедленно начиная исцелять. На её лице искренний ужас.

— Катсуёри, тебе очень больно? — испуганно спросила Рейзина.

— На восемь из десяти, — тихо сказал Катсуёри.

Толпа волков подобралась к ним. Рейзина подняла глаза, заледенев от ужаса. Когтистая лапа оборотня вытянулась вперёд для удара – видны лишь струи чёрной крови. Они увидели обрубок, истекающий кровью, лапа была ровно отрублена у локтя. Оборотень взвыл.

Остальные враги также отступали назад, разрывая дистанцию с Дозомидроном. Заметно, насколько тяжело ему давался контроль над клинком: после каждого удара его заносило от большого количества энергии которую он до этого момента не использовал.

Лидер оборотней прирезал создание, когда к нему подошёл волк.

— Нужно остановить мечника, иначе нам конец!

Лидер хищным взглядом посмотрел на Дозомидрона и отдал приказ.

— Чёрт, почему меч тяжелеет… — подумал Дозомидрон и стиснул зубы.

Как он не старался удержать его в руках, клинок склонил его к земле. Перед его глазами чёрно-серое полотно, всё расплылось в сером тумане…

…он слышал крики, визг невидимых в темноте монстров и грохот небес. И неразборчивый шёпот…

…неожиданно рукоятка меча обожгла его руку, прервав галлюцинацию. Тинтиловый клинок вернулся в руку Нариты, который превозмогая боль поднялся на ноги.

— Сука, эта штука проклятая? — произнёс Дозомидрон.

— Всё хорошо, маленький, — сказал Нарита. Он разговаривал со своим мечом. — Ты не знал, что он не избранный..

— Это «Алконост»! — крикнула Рейзина.

Из вычищающего жёлтого неба вышел ультратехнологичный боевой летательный аппарат «Алконост», а рядом с ним летела Оника. На ней кожаное платье, рукава, пояс для чулок, чулки – костюм в чёрно-синей раскраске. Светлые волосы собраны в длинную косу.

За панелью управления Дмитрий Дистал – «голова» команды Костяного солдата: он обеспечивал команду оборудованием. Этот самолёт его работа.

— Дамы и господа, мы снижаемся, — сказал Дистал.

— Убейте их! — скомандовал лидер оборотней и убежал прочь.

В этот момент «Алконост» был очень низко к улице и из него выпрыгнули остальные.

— Не бойтесь, создания! Святогор Непобедимый окажет подсобу!

Святогор Непобедимый – высокий и широкоплечий, со светлыми волосами. На нём кольчуга, золотой шлем, меч в одной руке и золотой щит в другой. Он спустился на своём верном белом коне Вихоре, а спустил их очень юный чернокнижник Идолище. Внешне он выглядел как тощий мальчик в чёрной робе, с синей кожей, кудрявыми волосами и острым носом. На его спине его лучший друг – рыжий кот Маркиз.

— Мы бы уже убили всю эту безмозглую скотину, если бы ты всегда не тащил за собой своего коня, старик, — надменно сказал Идолище. — Мне скучно. Смотрите, на что способна сила Переруга!

Под воздействием заклинания, волки внезапно стали бросаться друг на друга, отрывать куски, рвать шкуру, царапать до смерти. Идолище зловеще посмеялся.

— Видите? Восторгу нет предела?

— Взять этого мальчишку было не самым мудрым шагом, — вздохнул Святогор.

— Эта старая магия, Идолище, — произнесла Друида.

Женщина сбежавшая с картин Густава Климта. В её роль входила защита мирных граждан от прямых атак.

Святогор проткнул прыгнувшего на него волка и ударом назад разрубил череп другого оборотня.

— Ха! Как славно рубятся они! — крикнул Святогор.

Нарита и Рейзина наблюдали за происходящим. У них появилось время перевести дух.

— Почему Святогор так разговаривает? — спросила Рейзина.

— Ну, он же воин. Старая школа, всё такое, — ответил Нарита.

— Ты так считаешь?

— Так пишут на форумах, — он выдохнул.

С появлением команды Костяного солдата всё стало выглядеть почти абстрактным: они без шансов разгромили стаю оборотней, и мирные жители воодушевились. Каждый член команды действовал один, никакой командной работы. Наглядным примером будет Шараборин – создание с тренированным телом, в форме долнгвардии с бронежилетом, каской и щитом. Он в одиночку непрерывно клепал дубинкой сходящего с ума от дебафа оборотня.

— Скоты, думаете вы выше закона? Я и есть закон! — кричал Шараборин.

В этот момент создание, владелец соседнего газетного киоска, взял интервью у репортёра канала Высокого города.

— Высокому городу не доводилось такое пережить с последних дней протестов. Улицы горят, машины перевёрнуты, на дороге лежат тела. Команда Костяного солдата сдержала армию захватчиков в восточной части города, и сейчас они сражаются за его сердце, — сказал репортёр в микрофон.

Дозомидрон отбился от врагов блоком ауры, но еле держался на ногах. Он схватился за бок и тяжело задышал. Обычно его драки не настолько продолжительные, и он не посчитал важным распределять запас своих сил. Его тело кричало в агонии, но он старался не терять сознание…

…а затем лидер оборотней из ниоткуда порезал когтями его грудь и повалил на землю. Дозомидрон завопил.

Лидер оборотней смотрел на Дозомидрона. Дозомидрон избит и истекал кровью, напряжённый, стиснув зубы, изо всех сил пытался оставаться свирепым, несмотря на многочисленные ранения и различные рваные раны.

— Уродец, я убью тебя, — хаотично прорычал лидер.

Неожиданно хлопнули выстрелы. Дозомидрон бросил корчащееся тело оборотня на асфальт, его дымящаяся голова вырисовывалась в вое, когда он умирал. Костяной солдат – высокий как гора, шрамированный, с короткими волосами. На нём пальто, пистолеты собранные на заказ в каждом кармане.

— Это не бизнес. Это личное. Стало личным, когда вы вторглись на чужую землю, — произнёс Костяной солдат грубым низкий голосом.

Пока у команды Костяного солдата брали интервью, Дозомидрон дёрнулся и резко открыл глаза. Бормотание в голове, после того как он использовал силу тинтилового клинка, прекратились. Он чувствовал себя очень странно.

— Успокойся, — сказала Друида. — Иначе ты снова начнёшь кровоточить.

Дозомидрон в недоумении опустил глаза и увидел, что она частично исцелила его, хотя боль никуда не ушла. Он увидел полицейские, пожарные и автомобили скорой помощи. Если полиция заметит его, то заберёт в участок – тогда проблем не избежать. Он же тут кулаками размахивал без официальной карты суперсоздания.

— Спасибо, — сипло произнёс Дозомидрон. — Я пойду.

— Стой! Тебе нужно обследоваться в палатке у врачей…

Он скрылся в массе таких же раненных созданий. Дозомидрон прищурился, не найдя подходящих слов.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Рейзина.

— Хватит делать мне мозг. Побеспокойся о себе, — ответил Катсуёри зачищая свой клинок от крови.

Рейзина в смятении отвела взгляд и вернулась к жителям. Группа зачистки работала над утилизацией тел волков.

— Тебе лучше проверить свой меч, — сказал подошедший Дозомидрон. — Он проклят или типа того. У меня голова раскалывается от твоего меча, и мурашки по коже.

— Да пошёл ты! Меня вообще-то могли убить из-за тебя! А ещё ты оскорбил меня и мой род. Голова твоя раскалывается, потому что тебе рожу набили. Я не знаю, кто ты, но видно, что ты в никакой команде не состоишь. Не знаю, как такой лох смог сражаться тинтиловым клинком, но больше никогда не прикасайся к нему.

— Думаешь, ты лучше всех? Ты под конец валялся где-то, имей совесть! Ты позоришь свою команду.

— Всё, иди сюда! — Нарита встал и не смотря на произошедшее приготовился к следующему мордобою. Однако гнев позднее ослаб, его вытеснил здравый смысл.

«А ведь он смог использовать тинтиловый клинок. Откуда у него такая сила?».

— Кажется, нам нужно остыть, — смягчился Нарита. — Включим мозги. Меня зовут Катсуёри Нарита, боец команды Павориль правды. Хочешь поработать вместе?

— Ты стебёшься надо мной?

— До тебя не дошло? Я предлагаю тебе сотрудничество. Выполним с тобой одно дело на другой планете и я устрою тебе место в команде. И много денег получишь.

Пауза. Он с искренним отвращением смотрел на выскочку, который щегольством разыгрывал из себя беззаботного плейбоя.

— У меня нет к тебе доверия.

— Хорошо! Можешь дальше бегать по улицам весь в крови и остаться безликим самоучкой! — Нарита развернулся, взмахнув плащом, и собрался уйти, но мускулистая рука Дозомидрона схватила его за плечо, удерживая.

— Если это всё не брехня… меня зовут Дозомидрон. У меня есть одно условие. Я не хочу просто место в команде. Я хочу победить тебя, чтобы получить его!

Катсуёри в лёгком шоке таращился на избитую, но уверенную ухмылку на роже Дозомидрона.

— Договорились! — они хлопнули руками. У Дозомидрона вся кисть в крови и содрана кожа, а у Нариты – порванные пальцы на перчатке и кровавые пятнышки.

Продолжение следует…

№ 3

Второй сэмпл.

Один удар электрического тока заискрился в пульсирующем мире тьмы на полосатом мониторе – ещё пара электрических зарядов чистой идеи соединяли старое с новым. Света становилось больше – всё больше зарядов мозгового электричества, их можно взять в руки и поглотить. Холодела кровь – не осталось свободного островка для темноты в электрически оснащённом мире жестянок…

Яна Слоуэн вернулась на шаттле в Долний с показа мод в Паритании. Аликса Скиапарелли представила новую коллекцию с суперсозданиями. Там были модели, которые выглядели в точности как юная Яна, и от этого ей стало тошно. В тот же день она мило беседовала с господином Нарита, обсуждая её новое расписание. Через два часа ей позвонил её агент и рассказал о новом контракте; она снимется в документальном сериале про паворилей, как это было в прошлом. «Прошлое не отпускает меня». Она часто размышляла о своей карьере чудо-девочки. Она была «чудиком» в команде таких же чудных созданий, и главное, они всегда разделяли её увлечения. Они были свободны, чтобы делать то, что заставляло их смеяться и приносить счастье. Тогда она и представить себе не могла, что всё закончиться так, как оно на самом деле должно было закончится. Теперь она взрослая девочка, ей нужно кормить компанию. У неё сохранился молодой ум; что за извращенец заключил молодой ум в старую больную оболочку. «Невозможно сбежать от прошлого. Рано или поздно, оно настигнет тебя».

***

Станция Долнии. Внутри хаотичный шум голосов тысяч созданий со всех уголков галактики.

Обратное приближение: металлическая станция возвышалась невероятно высоко, пожарные лестницы поднимались вверх по её стенам словно стальные лозы. По сторонам модели космических кораблей, пилоты, их оборудование и полезный груз. Дозомидрон стоял на месте, как будто бактерия внутри своей микросреды. Позже его взгляд зацепился за Нариту и Рейзину, стоящих близко с кораблём с открытым крылом; он напоминал грубую треугольную форму сокола, с крыльями по обе стороны от выхлопной трубы, дюжиной двигателей и кучей модификаций брони. Экспериментальная разработка. За кораблём расположена похожая на огромного паука автоматизированная сервисная – множество управляемых компьютером гидравлически сочленённых рычагов, подобных тем, что на автомобильных заводах, предназначенных для заправки, перевооружения и ремонта транспорта без участия созданий-инженеров. Высоко на задней стене станции закреплён огромный корпоративный логотип. Нарита докуривал сигарету. — Ты думаешь безопасно лететь на этом? — спросил подошедший Дозомидрон. — Я думал, что ты не беспокоишься о таких пустяках, — Нарита бросил окурок на пол. — Лететь будем по короткому маршруту, поэтому нет повода для переживаний. — Почему ты не полетел со своей командой? — Всё… не так просто. Вероятно, компания ценит меня больше чем их: я слишком умный, тренированный, таинственный, сексуальный, грозный.. — Ты придурок. — Ты необъективен, — Нарита махнул на него рукой. — Рейзина, твоё слово? Она неловко гладила свои волосы, не задерживая взгляд ни на ком. — Нельзя устать от жизни… Дозомидрон и Нарита в недоумении посмотрели на неё с выражением лица «а это тут причём?». — Рейзина, ты всё время меня удивляешь, — выдохнул Нарита и покачал головой. Она виновато опустила голову. Дозомидрон нашёл момент закончить: — Я необъективен. Я ведь не пустое место в команде, — Дозомидрон победно ухмылялся. — Ты сейчас пытаешься вести со мной психологическую войну? — сердито спросил Нарита, нахмурив брови. Он достал хрустяшку из кармана. — Дай мне печенье. — Нет, — откусил с безмятежным лицом хрустяшку Нарита. — Что нет? Дай мне хрустяшку! — Я тебе плачу, и я решаю когда у тебя обед. — Слушай, я не буду терпеть твоей херни! Разговор прервался появлением экипажа корабля. Трое потрёпанных созданий в мешковатых костюмах. У всех убитые в засохшей грязи сапоги. Катсуёри вдруг стало тревожно: рожи всего состава словно сделаны из глины, лишённые особенных черт. Одинаковые будто стеклянные глаза нагоняли на него жути не меньше. — Готовы к отправке? — это сказал широкий мускулистый мужчина с бакенбардами, повязанным платком на шее и татуировкой анкха на руке. – Андерс. — Я Андерс, это Ошутик, — он показал толстым пальцем на костлявого с красной кожей, усиками, татуировкой на шее и золотой серьгой в ухе. — И Хмырин. Хмырин выглядел как лысеющий, с кривыми зубами, усами и большим животом. Честно, он не тот, с кем Катсуёри сел бы за один столик чтобы напиться. — Вы жёсткие, единицы пролетают через Гернуду. Вы ведь знаете легенду? — сипло заговорил Хмырин. Он бурил ненастоящими глазами каждого из них. Дозомидрон спросил: — Какая легенда? — О Стармироре, — голос Андерса жуткий. — Он творит необъяснимое с психикой созданий. Чем ты ближе, тем меньше света вокруг тебя. Гернуда – это его царство. Когда мы долетим до неё, мы попадём в другой мир. Опасный мир, в котором нужные ему создания навсегда пропадают. Все чужаки в том мире – жертвы. — Что за бред, — поморщил лоб Нарита, как будто он был готов прыгнуть в пасть акулы, и какие-то байки не могли поселить в нём ужас. Он же не маленькая девочка. Заметив негативную реакцию состава, Андерс быстро добавил: — Ты не видел того, что видели мы. У нас и опыта больше, поэтому, ребята, уважайте наши космические традиции. Или никто не будет в безопасности.

***

:Медленное пространственное пианино – словно сон, но в котором не снятся сны. Словно смех, но без улыбки. Потом звучал аккордеон и провёл время впустую – композиция блекла и расплывалась, уступая гулкому шуму тошнотворного вертикального взлёта. Звёзды пели в недолгой тишине, очень близко. Покидая орбиту с максимально громким звучанием, желудок бормотал что в нём некомфортно. Желудок всегда врал – и в его ложь все верили: Горели двигатели, мощные фонари освещали пространство впереди. Живые планеты далеко позади. Корабль летел на достаточно высокой скорости, однако с виду это было похоже на то, что его словно прибили к абсолютно чёрной стене. Пока ещё звёзды мигали повсюду. Космос разворачивался, сверкал. В какой-то момент он даже казался прозрачным. Стену корабля украшал призывной плакат, на котором изображён красивый пилот в синей форме, с поднятой головой, а на его лицо падал луч солнца. Дозомидрон видел состав корабля созданиями, которые всем своим существованием любили полёты. — Потом я спрыгнул с той твари и вскарабкался на балкон чужого дома, а там в зале стояла охранная установка, я еле-еле ноги унёс, потом ходил по верёвкой между домами как в цирке, залезаю в первый же балкон и там инопланетный вор сидел с двумя хорошенькими инопланетянками в горячем бассейне, я выбегаю к чёртовой матери, падаю на улицу, за мной гонится стража. В общем, всё это только для того, чтобы понять кто меня подставил, — заливал Ошутик молчаливому Дозомидрону. Последний погрузился в свои мысли, смотрел на сияющий космос через стекло. — И что? Понял? — Убил и понял, — Ошутик улыбнулся. Дозомидрон чувствовал у них мифическую преданность своей работе, словно они пролетели в глубины «шкафа», всегда продолжали полёт во тьму, потому что у них была сила духа и уверенность. Одной минуты Катсуёри хватило, чтобы расписать эти фанатичные лица в своих мыслях – все они неудачники, больные на голову, которые не смогли собрать «конструктор жизни». Совершенно неудивительно, что их рептильные мозги поверили в ахинею про бога в космосе. Эти поехавшие даже заставили всех зажечь свечу перед полётом. — Дай мне таблетки, — с начала полёта Нариту укачивало: из-за его болезни он тяжело переносил полёты. Чтобы печенье осталось в его желудке, он расчётливо взял с собой пузырёк таблеток. Рейзина обеспокоенно достала их и передала Нарите. Ничего страшного, скоро корабль приземлится на зоне высадки. Только это сейчас имело значение.

Пространство впереди становилось туманным. Теперь было ясно, насколько же ничтожный корабль по сравнению с великой Гернудой; полная тьма «держала во рту» звёзды и сам корабль. За стеклом ничего не видно. Неожиданно корабль что-то врезалось с чудовищной силой – все впечатались из одной стенки в другую. Пламя свечей едва не потухло. — Держитесь! Нас хорошо встряхнуло! — крикнул Андерс. — Что же ты теперь не смеёшься, красавчик!? Ты не верил в него и теперь он накажет нас! — резко разорался психованный Хмырин. Его глаза красные как у бешеного зверя, слюни текли по подбородку. От удара об стальную стену он разбил себе голову. — Я тут причём? — орал в ответ Нарита. Это не какая-то до совершенства отрепетированная сценка. Всё серьёзно. — Мы изолированы от вселенной! Наш рассудок уязвим, и крики паникёра не помогут на такой дальности! — Не нужно ссориться! Я попробую что-нибудь сделать… Рейзина хотела наложить бафы на весь состав, но неизвестный источник поблизости, который шёл волнами, блокировал связь её сверхсил. Хмырин посмотрел на стекло за плечом Нариты. Его глаза теперь полны страха и глубоким-глубоким оцепенением... ...кто-то размытый заглянул в стекло, придавив к ней конечность. Хмырин схватился за волосы и открыл рот. — Чёрт! Чёрт возьми! Боже. О Господи. Нарита, Дозомидрон и Рейзина развернулись – ничего. Ошутик тем временем пошёл за аптечкой, достал бинт и вернулся к составу, присев возле Хмырина. — Это всё только галлюцинации. Ты сильно ударился головой, не забывай дышать, хорошо, друг? — бинтовал его голову Ошутик. На секунду показалось, что Хмырин начал успокаиваться. Но потом он с ненавистью вскочил и полез на Нариту, однако Ошутик сдерживал того как мог. Андерс был прикован к панели управления, которая стала заметно хуже работать из-за перегруза энергии. — Сука! Ты погубил нас! — Успокойся, друг! — Ошутик обратился к ним: — Уходите в другую комнату! Вы ухудшаете его состояние.

В коридоре, Дозомидрон, Катсуёри и Рейзина в могильном молчании переглянулись друг на друга. В кабине пилота слышен пронзительный рёв. — Ты хоть что-нибудь видел? — спросил его Нарита, достав пачку сигарет, вынув одну. Сжал её зубами и прикурил. — Нет, — честно признался он. — Мне кажется, это был обычный астероид. Нарита сильно затянулся. Серый дым валился из ноздрей.

Много позже все снова находились в кабине пилота. Одинаково в смятении, напряжённые, дезориентированные. Мрачную тишину разорвал Андерс: — Мы всё обдумали и рекомендуем вам отказаться от этого маршрута. Техника до сих пор не восстановилась. Ещё один подобный трюк – и всё. Это гроб. — Послушайте, вы всё преувеличиваете, — ответил Катсуёри, колеблясь: «Не чересчур ли далеко я захожу? Для мужиков эта тема чертовски чувствительна. Я не собираюсь рисковать своим шансом…». — Как уже сказал Катсуёри, мы правда очень отдалены от всех планет. Перепады кислорода здесь не редкость, отсюда может случится приступ помешательства. Это научно, — вступился за него Дозомидрон. Хмырин скалился, стряхивая пепел от сигареты. — В жопу вашу науку. Вы понятия не имеете, сколько кораблей в этом месте похоронено. Андерс, расскажи им про Глаза! Все троя повернулись к Андерсу. Последний только печально вздохнул, дотронувшись до своего лица. — Корабль капитана Мубича пропал в Гернуде восемь лет назад. Наша первая миссия была отправиться на поиски его экипажа. Мы ничего не нашли. — Стармирор нашёл его! — становился более диким Хмырин. — Если полетим дальше, он нас не отпустит. Глаза Нариты неохотно оторвались от стекла и обратились к Хмырину. — Пожалуйста, перестаньте паниковать! Мы летим вперёд к цели, больше ничего слышать не желаю. — Ты безумец! Да никто не пойдёт за тобой, — его смешок был похож на предсмертный хрип. Тут вмешался Андерс. — Спокойно, Хмырин. Господин Нарита сказал, что выплатит всем премиальные после высадки. Всё так? Андерс без стыда соврал своему составу. Он смотрел прямо в глаза Нарите, будто предлагал выбор. Глаза Катсуёри в тени вспыхнули как костёр. Всё остальное показывать не стоило, и он не изменился в лице. — Всё верно, — согласился Нарита. После этого ему резко поплохело, Нарита с пожелтевшим лицом бросился блевать в уборную. Состав немного успокоился и больше открыто возражений не высказывал. Из Хмырина тихо выливались ядовитые колкости. Они летели дальше.

Много позже корабль снова столкнулся с чем-то. На этот раз удар был ещё сильнее. Белый свет заменил аварийный ярко-красный – броня корабля пробита. Свечи потухли. Дозомидрон упал на задницу и смотрел на остальных: они стояли к нему спиной, также застигнуты врасплох, и в этот момент их способности ничего решали. — Я теряю контроль! — с открытыми глазами и льющимся на панель управления потом говорил Андерс. Его костюм почернел от пота. — Мы не можем лететь дальше. Садимся в капсулы и убираемся отсюда! — Это ещё одна космическая традиция? — саркастично поддел Нарита. — Напомню, что это я вам всем плачу. — Сволочь! — Хмырин попытался повторно напасть на него, размахивая руками в стойке необразованной обезьяны. Катсуёри мечом в ножнах сломал рукояткой нос Хмырина и отправил на землю точным ударом в подбородок. — Не трогай мою команду! — злобно крикнул Андерс через плечо. Если бы ему не нужно было стоять за панелью управления, он бы тут же надрал ему задницу. — Катсуёри, лучше свалить. Включи голову, — изменил свой взгляд Дозомидрон. Однако Нарита только притворялся что стоял вне тени и сомнений, потому что не хотел показывать свой страх, не хотел откатываться назад, признавая поражение. Его веки отяжелели, но удары по кораблю не спешили прекращаться. Состав корабля дрожал, словно в холодном космосе они слышали тёплый шёпот. Он ещё раз посмотрел в стекло и вновь ничего там не увидел; его глаза, его мозги ничего не видели. Полная тьма. Всё висело на волоске. «Нет, нет, нет». — Бросайте всё и улетаем, — он раздавлен аурой отчаяния. Все уловили мимолётный момент ступора, прежде чем мелкая драма превратится в трагедию. Спасая свои шкуры и зубы, все выбежали прямо по коридору, залезли в две сегментированные капсулы и внутренний механизм с дымком вытолкнул их в космос. Кислорода хватит, чтобы долететь до ближайшей станции.

***

Сплошной углублённый кадр в стиле Войцеха Хаса: Дозомидрон, Нарита и Рейзина сидели в центре за столиком в обшарпанной таверне и ждали свою еду. Нарита курил. В музыкальном автомате играла безвкусная музыка из пятидесятых на инопланетных языках. За дверью таверны, в грязном коричневом окружении, ослы тащили телеги с испачканным в дерьме сеном, лаяли облезлые собаки, а местные с хмурым видом слонялись по делам. Дворф у стойки с красным от ярости лицом указывал на крепкого на вид наёмника в грязной броне, который стоял, вызывающе скрестив руки на груди. Другие странники не вмешивались в спор, пока бородатый бармен таверны вытирал старой тряпкой внутреннюю поверхность кружки, наблюдая за происходящим и улыбаясь, словно слышал это уже десятки раз. Все молчали. У ослов на улице вид более счастливый, чем у них. Затем Рейзина отошла и положила на стол порцию Катсуёри и свою. Дозомидрон сходил за своей миской сам. Около стойки на Дозомидрона пялился жёлтый упырь в волдырях и с пушкой на плече, что-то прохьюнул. Он проигнорировал его. Через мгновение Дозомидрон вернулся за стол, положил миску, сел на скамью. Нарита быстро посмотрел на его порцию. Потом Дозомидрон посмотрел на неё, снова встал и ушёл, а вернулся с порцией побольше. Нарита сказал единственное: — То есть, ты взял себе маленькую порцию вместо большой? — тёплый оранжевый свет упал на его удивлённое лицо. — По короткому маршруту не получилось. А если по длинному? — Дозомидрон начал есть. — Полетим по длинному, — без эмоций ответил он, ковыряя деревянной ложкой странную зелёную массу. — Корабль нам привезут. Нарита смотрел сквозь это место: он представил шокирующую новость во весь экран «КАТСУЁРИ НАРИТА ПРОПАЛ БЕЗ ВЕСТИ В ГЕРНУДЕ ВОВРЕМЯ ОПЕРАЦИИ ПО СПАСЕНИЮ ВСЕЛЕННОЙ!», и как после несомненно грустной потери создания начнут больше ценить его. — Ясно. Может расскажешь про свой суперкрутой меч? — Это орудие олицетворяет честь и справедливость. Тинтиловому клинку не нужен свет для силы, он сам создаёт его: сила клинка освещает тёмные времена. Мой прапрадедушка, император Бизен Нарита, сотворил это могущественное великолепие из крови вражеских семей, которые имели глупость пойти против него. Только член семьи Нарита может владеть им и защищать свет, — драматично и выразительно рассказал он, как какой-нибудь хайдзин. — Семья, — без красок проронил Дозомидрон, опустив взгляд. — Часто фамилия важнее способностей. Ты гонишь вперёд как поезд, а когда смотришь под ноги – там ничего нет. — Я не имел дело с подобным, — честно ответил Катсуёри. — Но я знаю, каково это, вести бой без поддержки. Быть одиноким. — Катсуёри, я всегда буду рядом с тобой… — Молодец, Рейзина! Ты снова всё испортила, — прищурился сквозь клубки дыма сигареты Нарита.

***

Внезапно горизонт уехал, а мягкое розовое небо расплылось как акварель. И пропала мигрень. Они вылетели с орбиты. За панелью управления – Рейзина. Новый космический корабль небольшой, серый и не привлекающий внимания.

Много позже. Планета Плюс – сложнейшая цель для захватчиков. Почти вся поверхность планеты покрыта электромагнитными передатчиками, все поселения и важные системы находились под слоями металла. При этом на поверхности было несколько островов, где расположены города для внешней торговли и дипломатии. — Сигнал идёт отсюда. Приземляйся, — подошёл Нарита с прибором в руке, когда железная земля была совсем близко. Корабль приземлился на нужную платформу, и к ним мгновенно подлетела служба безопасности. Плюс населяли два вида созданий: двадцать четвёртые и чунцили. Двадцать четвёртые – герметичные серебристые низкие создания. Не смотря на то, что они герметичные, они вполне спокойно дышали. Чунцили – герметичные металлические низкие создания. — Остановитесь. Я хочу знать, кто вы и с какой целью на мою посадочную платформу сел ваш корабль? — потребовал начальник, когда они спустились вниз с гулкими шагами. За их спинами поднялся пар. — Нет повода для беспокойства. Я из Павориль правды, Катсуёри Нарита, это мой отряд, — он достал и показал им свою карту. — Поступил сигнал о высокой наноактивности на вашей планете. Начальник вернул ему карту. — Наноактивность? — начальник задумался, а потом отправил сообщение на устройстве на руке. — Я отправил сообщение царю. Пока что мы проверим ваш корабль на особые модификации и не в сговоре ли вы с врагами Плюса. — Вы не читали мою карту? — с наглым, ушлым голосом спросил Нарита. — Читал. Мне нужно хорошо делать свою работу, как и вам. Пока я не узнаю ваших намерений, вы не покинете эту посадочную платформу.

Дозомидрон, Нарита и Рейзина в изумлении шли за царём Плюса – Фа-Элом, роскошным и колоритным. Очевидно, что у него есть серьёзные деньги, и он знал, как привлечь внимание. Царь ещё молод, он выглядел достойно и ухоженно. Он слегка улыбался и вежливо помахал им при встрече. — Не сочтите за грубость, сейчас для нас нехорошее время. Кажется, войны с орнаниэльцами не избежать. Внутри башни царя на всю стену статуи тёмных натянутых лиц, как резиновая перчатка, с длинными носами и двигающимися за их спинами зрачками. Компетентная стража всё время ходила за ними. — Какой у них повод для контролирования Плюса? — спросил Дозомидрон. У него мурашки. — У нас ценный мир. Наша культура, технологии. И у нас лучший в галактике балет. — Ясно. А кто такие орнаниэльцы? — это Нарита. — Орнаниэльцы требуют оборудование по цене ниже рыночной и по первому требованию. Орнаниэльцы могут забрать у нас всё и оставить без денег. Это всё равно, что забрать цвет из картины. Перед тем, как запустить целенаправленную пропаганду, чтобы мы сражались друг с другом, орнаниэльцы говорили что мы на одной стороне. Орнаниэльцы подлые лжецы. Нарита просто кивал головой. — А что вы знаете о высоких скачках энергии на вашей планете? — Мои инженеры ничего не обнаружили. Но, кажется, я знаю, кто важен нужен.

Один удар электрического тока заискрился в пульсирующем мире тьмы на полосатом мониторе – ещё пара электрических зарядов чистой идеи соединяли старое с новым. Света становилось больше – всё больше зарядов мозгового электричества, их можно взять в руки и поглотить. Холодела кровь – не осталось свободного островка для темноты в электрически оснащённом мире жестянок… …глаза робота Рэмада светились в пустом мрачном помещении. Каркас обвешен цепями, ему бы стоило озаботиться о новом теле. Но Рэмада это не касалось. В прошлом первый робот герой, а ныне поджавшая хвост зверушка из шестерёнок без безопасной своры, без создателя. Через мгновение чернота уступила ярким огням и живой плоти. — Чего это ты в темноте сидишь? — говорил Нарита. А вот и наноактивность. Рэмад посмотрел прямо на них, словно телевизор. — А почему ты подумал, что я не могу включить свет? — голосовой аппарат Рэмада повреждён, он проглатывал некоторые буквы. Катсуёри в ступоре, он не озвучил мысли в слух. — Ты прав. Я не могу. Я Рэмад, приятно познакомиться. Внезапно голова робота задёргалась и помещение осветилось пожаром искр. Дозомидрон, Нарита и Рейзина, казалось, не совсем понимали, что сейчас происходит. — О Боже, — вставил свою голову на место Рэмад, придерживая её. — Тебе нехорошо? — спросил Дозомидрон. — Да. Нет. Не знаю. Дайте мне пару минут. — Сигнал исходит от тебя, так что с тобой? — Наверное, это всё из-за того, что я тикающая бомба, — жестянка жутко посмеялась. — О нет! — разочарованно вскинул руки Нарита, ощущая себя дураком. — Я не верю, просто не верю… — Слушайте, если у вас есть время в запасе, я могу рассказать вам свою историю, — и он начал рассказывать: — Лет сто назад роботы в командах суперсозданий были популярны, и мой создатель собрал меня специально чтобы я стал участником Павориль правды. Сейчас единственную улыбку которую я могу вспомнить – это наша с ним фотография в рамке. И я сражался в неравных боях бок о бок с полковником Ироем, помните такого? А ещё я помню миссию в Многобуре, — робот резко захохотал, а затем его громкий парализующий крик раздавался в тёмных углах. Он взялся за голову, искры летели во все стороны, а вокруг него образовалась электродуга. — Мы убили полковника ракетами. Извините, я кажется ухожу от истории. После этого… пиздеца, честно говоря, мой электрический мозг свихнулся и я стал что-то видеть каждый раз, когда был в работе, и с каждым включением во мне становилось всё меньше от меня самого. Компания избавилась от меня, создатель переключился на другие проекты, а я? Я без денег прилетел на Плюс, помогаю с новыми разработками двадцать четвёртым и нашёптываю что-то в темноте самому себе. Долгая смущающая тишина. — Зачем ты нам это рассказываешь? — поинтересовался Дозомидрон. — Хороший вопрос. В пространстве-времени я перехватил сдвиг сознания древнего могущественного зла, как оно исходит слюной на вселенную и все души в ней. Все должны объединиться хотя бы раз, чтобы спасти мир! — С этого и нужно было начинать. Древнее зло может накинуться на нас, пока горячие! — дерзко ухмыльнулся Нарита. — Нет! Мне не хочется этого говорить, но эта сила убьёт вас на месте, это будет бессмысленно. Зло сделает на этот раз всё, чтобы победить. Возвышающиеся над бракованным роботом Дозомидрон и Катсуёри очень серьёзно посмотрели на него, потом переглянулись между собой. — Кто первый умрёт, тот лох! — показали пальцами друг на друга. Рейзина и Рэмад опустили головы почувствовав пробирающий стыд. Через долю секунды снаружи громыхнул инфернальный взрыв. Дозомидрон и Нарита выбежали на улицу. Вспышка – следующий взрыв. Город наполовину в дыму, их окружила стена неумолкаемого гула. Шаттлы в хаотичном чёрно-красном небе спускали на землю боевые отряды и военные машины ростом с четырёх созданий, одна платформа полностью объята бушующим огненным вихрем. Дозомидрон и Нарита раскрыли глаза от ужаса и открыли рты, осознавая, во что они только что вляпались. Орнаниэльцы напали на Плюс. Продолжение следует…

№ 4

Программа.

:Пока тело-марионетка лежало и исцелялось, с выкручиванием радио воздух рассёк агрессивный гитарный рифф – композиция рождения сверхновой звезды в электронном море очистительной мелодии. Это заняло одну секунду. Новое выкручивание радио – новые удары по натянутым струнам, инструмент взревел на пределе нагрузки. Две секунды. Выкручивание радио – на мгновение слышно музыку из телевизора, а затем знакомая замедленная, тяжёлая гитара разогнала тишину; как будто собственный душераздирающий крик. Композиция пламени «облизывающего» бессильно распростёртое создание. Три секунды. Выкручивание радио – в конце остался лишь немузыкальный, экстремально громкий шум завихряющихся океанов разбитого стекла:

№ 5

Третий сэмпл.

:В обширных просторах шума завихряющихся океанов разбитого стекла вдалеке слышны приглушённые удары:

Контуженный, чудом уцелевший Дозомидрон пошевелился. Острая боль пронзила плечо. Он подумал, что его глаза залиты кровью, но на самом деле верхний этаж заброшенного здания комплекса горел ярко-красным светом. Здание – каменное строение полностью захваченное силами природы. Натиск гниющих уродливых деревьев снаружи и внутри разрушили правильные архитектурные формы. Тугой ком застрял в горле, Дозомидрон содрогнулся.

Больше не нужно обретать мир. Не нужно учиться жить в компромиссах. Он не оружие и не число, терпеливо ожидающий пожирания в брюхо зверя. Собственный страх удерживал Дозомидрона там – и только его страх давал снайперам свободу действий. Ровные линии пуль пролетели сквозь панорамные окна, разнесли к чёртовой матери всю мебель позади него, оставили отверстия в стенах с разрушенной кладкой. Но Дозомидрона уже и след простыл: один кувырок вперёд и он исчез в густом чёрном дыму, теряясь в нём, как хамелеон. Потом он убежал через одну из дверей, спасая свою жизнь.

Дозомидрон попал в долгий коридор, краска на стенах поблекла и облезла, куски потолка падали на пол. Внезапно он услышал вдали голоса, которые становились громче. Дозомидрон насчитал десятерых. Из другого конца, отварив железную дверь, бросились не изысканно одетые орущие бойцы с арматурой. Варианта просто избежать их Дозомидрон не видел. Нужно было продолжать двигаться.

Нужна была только ярость.

Дозомидрон и группа бойцов побежали друг на друга, чтобы столкнуться; он в прыжке ударил усиленным аурой ударом главаря как раз в тот момент, когда другой замахнулся арматурой. Дозомидрон дрался что было мощи. Второй кинул ему в голову кусок металла, Дозомидрон согнулся, главарь схватил его за ноги, пытаясь завалить, но Дозомидрон отбился кулаками и атаковал бойца перед ним ногой в лицо. Ублюдки оказались живучие как старые сапоги. Дозомидрон застыл в воздухе, одной рукой затягиваемый в круг ломателей зубов: они пытались задушить друг друга, измочалить друг друга как ломоть мяса, их руки переплетены, как корни дерева.

Через минуту, уложив всех крох в колыбель, Дозомидрон встал у стены, переводя дух.

— Я знаю, у меня есть сила.

:Грязный, нестриженный, патологический шум развращал и подбрасывал тёмных мыслишек, делая паузы между царапаньем. А потом визжащий в истерике прибор как воздушный змей нарастал и приглушал угрожающую композицию – звук записанной мечты, которая воспроизводилась в хумаранной голове:

Отдышавшись, Дозомидрон поправил куртку и пошёл дальше исследовать океаническую безмерность этого комплекса.

Так он прокрался в корпус с окном, где пол и стены выложены истрескавшейся плиткой. Новая группа бойцов в экстатическом гнозисе развалили стену пулемётной очередью – Дозомидрон прыгнул ровно в тот момент, когда боеприпасы ушли в пространство рядом с ним; он сгруппировался, приземлился с другой стороны и резко выпустил ударную волну, из-за чего обломки потолка и пыль полетели в врагов. Дозомидрон протаранил корпусом ближайшего бойца, забрал ружьё и прибил ногами головой о пол с такой силой, что пол потрескался ещё больше. Дозомидрон не успел применить новое оружие, так как точечный выстрел снайпера попал в пушку и та взорвалась у него в руке. Над его головой пролетели осколки мерцающего стекла. Пострадал как сам Дозомидрон, так и его враги. Когда он открыл глаза, и в ужасе осознал что рука на месте, а сейчас же готовится ещё одна очередь пуль, Дозомидрон с помощью сверхсилы снова сделал открытое пространство тихим. Только стоны поверженных отдавались в ушах, когда он побрёл к выходу, стиснув окровавленные зубы.

Дозомидрон почувствовал, как участилось дыхание, как подскочил пульс, как выступил на коже пот.

«Нужно двигаться. Вперёд».

Продолжал двигаться, пока не увидел на севере крытый туннель. Когда он приблизился к нему, снайперы снова выстрелили, попав в потолок, добавив обломков, преграждая ему путь. Одним сосредоточенным всплеском он уничтожил препятствие, и скрылся в туннеле, осев там на некоторое время, слушая пчелиные пуль. Вслепую он шёл на минимальный источник света где-то вдалеке. Под ботинками влажный звук перегноя. Дозомидрон был начеку. Ближе к выходу он увидел свет с улицы, а значит там было ещё одно окно. Как только Дозомидрон вышел из туннеля ракета уничтожила часть этажа перед ним. Всё дымилось. Дозомидрон выругался, подождал, пока рассеется дым, потом увидел дыру в потолке с горящим пламенем и помчался к горке обломков, забираясь на неё и зацепившись за торчащую арматуру. Подтянувшись, осторожно прошёл мимо огня, перепрыгнул через огненную балку. Штанина воспламенилась, но Дозомидрон отделался только испугом, быстро потушив пламя. Затем с помощью ауры расчистил новый путь. Ещё две ракеты прилетели совсем рядом – взрыв разрушил пол. Преодолев страшные огромные отверстия в медленно разваливающимся полу, от куртки всё таки пришлось избавиться; один рукав полностью сгорел, а сейчас на неё перекинулось зловещее пламя которое невозможно потушить. Он не тратил времени и крушил все большие обломки на этаже, добежав до конца и спрыгнув в пустоту, не закрывая глаза. Дозомидрон устремился в тьму, падая как мешок. Приземлился он тоже не совсем элегантно.

— Я думал, что у меня есть сила…

:Ударный бой выдвинулся на первый план и в эффектном замедлении, а далее быстро набирал скорость. Шумовая композиция приобрела погребальное звучание. Мерные металлические удары создавали ощущение пролитых капель крови рыдающего пучеглазого ребёнка.

Повисла пауза.

А потом – визжащий в истерике прибор как воздушный змей нарастал и приглушал угрожающую композицию. Звук взлетал вверх, а затем прямо вниз. Вверх – и ещё раз вниз:

Постонав какое-то время, поднялся. Руки и ноги захватила жгучая боль. Дозомидрон был готов ползти на конечностях в неизвестном направлении, ведь сил совсем не осталось. Взрывов вроде совсем не слышно, но уже через мгновение начался хаос. Неожиданно, из ниоткуда в него влетели двое бойцов, пустив кровь локтем в зубы, вместе впечатали в стену и забивали на земле. Дозомидрон поднял руки, призывая к порядку, открыл рот но вместо каких-либо слов брызгала кровь и выпадали зубы. Их лица, внезапно, становились всё шире и шире пока не заполнили всё помещение. Дозомидрон завопил в агонии, как дикое животное повалил на лопатки одного, пробив голову гулким ударом об стену, и ногой в живот свалил на пол, полностью выводя из строя.

— Я до последнего думал, что у меня была сила, — тихо повторял и повторял себе, с каждым разом неуверенный. Невозможно хранить все свои мечты. А потом Дозомидрон закричал, его кровавый крик развернулся в пространстве до невероятных масштабов. — Никто не может справиться с этим в одиночку! — Слюни непрерывно брызгали из пасти. — Никто не может справиться с этим в одиночку! — Он как лающая собака. — Никто не может справиться с этим в одиночку!

После шума осталась лишь тьма.

Продолжение следует…

№ 6

Четвёртый сэмпл.

На глазах рвались разрушительные снаряды. Клоки туманных облаков сгустились на местах взрывов. Дозомидрон и Нарита взяли себя в руки, когда с востока в них стреляла военная машина; она полоснула огненными боеприпасами стражу Плюса, переключившись на Дозомидрона и Нариту, маневрировала, избирая наиболее удачный угол поражения. Дозомидрон влетел с вытянутыми руками в грудь Нариты, сбивая с ног и уходя от огня. Боеприпас взорвался в здании за их спинами, они услышали крики. Быстро поднявшись, Дозомидрон и Нарита рванулись в укрытие за металлической плитой. — Нужно найти царя. Я думаю, он сбежал на нижний уровень города, — пригнулся Нарита. — Нет, он точно в башне. — Ты думаешь, что царь настолько тупой? Или что я глупый? По-твоему, когда на планету спустили целый батальон, царь будет сидеть в башне? — Он не похож на того, кто оставляет своих созданий. Катсуёри не стал расспрашивать его, почему он так уверен, ибо мысли перешли на чрезвычайно яркое свечение за стеклом, а потом свет возвысился: острова оказались разделены, солдаты врага атакующие на стекле испарялись и, как казалось, умирали. Это слепящее свечение – защитный эффект нервной системы Плюса. Нарита вытащил тинтиловый клинок, выскочил из укрытия, принял боевую стойку и выплеснул лезвие энергии в мишень. Однако этого оказалось мало чтобы пробить броню. В этот момент Рейзина и Рэмад вышли на открытую местность. — Нужно остановить эту машину! — заявила Рейзина. Затем она повернулась к роботу, ища спасение у него. Последний снова заискрился и дёргался, схватился за дурную голову и согнулся пополам. Жестянка оказался раздавлен между двумя стенами шума войны, старой и новой: мир ослеп, взрыв за взрывом, приходилось принимать ответный удар, внезапные смерти. Рэмад всё ещё помнил, как упав в глубокое отверстие после взрыва мины рядом с ним в воздухе парил ангел-херувим. Буквально младенец с крылышками и светлыми ангельскими волосами, немного пухленький. Он выглядел раздражённым и курил сигарету, и сказал роботу спасать свой бампер. Сплошная темень. — Я могу, — жужжал Рэмад, медленно выпрямляясь. Он схватил цепи и сломал их, начиная волнующее возвращение павориля из стали. — Я могу включить свет! Я могу! Его вопль разошёлся по всей местности, Рэмад поднял руки, а его ноги резко оторвались от земли. Фон за его спиной стал простым и белым, словно чистый лист бумаги незагубленный вдохновением гниющего тела. Он выпустил яркие линии энергии, вгоняя уязвимую часть машины в корпус – через долю секунды враг полыхнул яростным пожаром. Мельчайшие частицы защитного материала распылялись в воздухе. Рейзина не двигалась, но её глаза резко открылись от увиденного. Пришла в себя только когда парни окликнули её. По приказу Нариты, она наложила на них бафы скорости и защиты. Над ними низко и с электронным грохотом пролетел орнаниэльский истребитель, прицельно скидывая всесокрушительные бомбы. Рэмад остался сдерживать истребитель, а остальные двинулись на север. Через время они добежали до поля битвы. Стража проигрывала, поэтому Нарита сказал Рейзине усилить его. — Осторожно! — предупредил Дозомидрон. Огненный снаряд пролетел мимо и взорвался позади. Усиленный, Нарита с боевым криком разрядил поток силы в машины и солдат. Первые взорвались с уничтоженной бронёй, а другие затерялись в дыму. В конце концов, через километры чёрных пепелищ, которые несколько часов назад были улицами, они добрались до двора и нескольких ступенек справа. Поднялись наверх, и увидели небольшой пруд сияющей энергии. Дозомидрон и Катсуёри перепрыгнули через него, а потом помогли Рейзине. В энергии тонули несколько кусков техники врага. Все повернулись лицом к пруду, с левой стороны был небольшой выступ и лестница. Поднявшись по лестнице и оказавшись в тупике, Катсуёри увидел рычаг на другой стороне, а его увидели подошедшие солдаты. Один рубящий удар – солдаты впечатались в стальную конструкцию, они были живы. Вместе с атакой Нарита с помощью силы тинтилового клинка повернул рычаг и мост выдвинулся к ним. Пройдя по мосту, все завернули за угол где их «принял» отряд солдат: в них выпустили длинные очереди пуль, но Нарита с тренированной реакцией отрикошетил четыре пули и в этот момент Дозомидрон своей аурой смял лестницу, словно банку. Солдаты с криками свалились вниз как игрушечные. Дозомидрон, Нарита и Рейзина проникли к Радару Плюса, который окружён силовым полем. На западной стороне находился ещё один рычаг, который Дозомидрон повернул чтобы снял силовое поле. Излучение в этом секторе начинало оказывать эффект: Дозомидрон почувствовал тошноту и головокружение, словно в миг потерял вес. Ничего не делать было нельзя. Рейзина наложила дополнительные бафы на всех. Стало немного лучше. После этого энергии вокруг Радара стало меньше на один уровень, и можно было спрыгнуть на выступ и пройти на другую сторону. Без малейших усилий вырубив одинокого солдата на пути, они прошли по тропе за пару поворотов, дойдя до арки с разрушенными статуями. Там стража глотала очередную серию пуль врагов. Не раздумывая, Дозомидрон, Нарита и Рейзина бросились на помощь. После перестрелки они поднялись по лестнице в изогнутое от ударной волны помещение, где нашли двух стражей с переговорным устройством. — Я павориль. Где царь? — спросил Нарита. — Царь в башне. Он не уйдёт, пока битва не закончится. — Мы не отдадим орнаниэльцам нашу планету!

***

В тронном зале царь Фа-Эл обсуждал с своими начальниками за круглым столом. Перед ним голограмма карты Плюса на которой отмечены вражеские силы. В данный момент они обсуждали эвакуацию мирного населения. — Царь Фа-Эл, пятьдесят процентов гражданских переведены на нижний уровень. Осталось немного. — Нужно продержаться. Главное, что население в безопасности. А затем я приму ответные меры. Может, на поверхности у них и есть преимущество, но внутри Плюса они окажутся беспомощны.

***

К тому времени полностью стемнело, лишь светилась энергия планеты и мелькали огоньки в столбе дыма и пламени. Нарита готов расплакаться. Момент огромного физического и психического напряжения – военные машины, солдаты, истребители и шаттлы захватили Радар. Сталь под ногами содрогнулась. Волосы обдало взрывной волной. На востоке ревущий танк выехал на линию поражению – танк за две секунды превратит их в месиво, если пойти на него в открытую. Поэтому, расправившись с ещё двумя солдатами и машиной, они вынуждены свернуть налево в механический лабиринт. — О нет, не люблю лабиринты. Какой технологический мудак это построил? — Катсуёри, может нам лучше спрятаться? — её глаза блестели. — Нахер! Тинтиловый клинок справиться с любой преградой! Лабиринт состоял из четырёх основных секторов. В каждом секторе есть вход и выход. Между секторами стояли толстые непробиваемые стены. По замыслу. Клинок засиял красным в ночном свете – Нарита суперударом разрезал стену. — Работайте ногами, малыши, — изогнул бровь и троллеподобно улыбнулся Нарита. Потом краски на лице Катсуёри в одно мгновение исчезли, пока он не стал похожим на призрака – пули с кошмарным завыванием промахнулись совсем рядом с ним. — Руками тоже можете поработать! — Нарита первый пролез через расщелину в стене. В это время автоматическая боевая машина и отряд солдат оккупировали главную дорогу. В углу Дозомидрон и Нарита вместе уложили семерых солдат, однако крайний враг держал в руке гранату. Рухнув на землю и разжав кисть, граната с звоном покатилась мимо, Дозомидрон, Нарита и Рейзина максимально далеко отбежали. Взрывная волна их не задела. Нарита использовал меч против всех чужаков, Дозомидрон позднее использовал винтовку. Рейзина думала о своей команде, которая очевидно им сейчас очень нужна. Исследуя лабиринт по тактике Катсуёри, все увидели, как на выходе из сектора горел искорёженный металл в стене чёрного дыма, и тут же за стеной лабиринта взорвалась ракета. Всё, казалось, застыло. Контуженный Нарита открыл глаза – всё тряслось, как будто рыба размахивала хвостом. Невероятный жар под костюмом, кости горели, словно сварился в аквариуме. Стена превратилась в решето. Катсуёри взирал, как Дозомидрон приводил в сознание Рейзину, а затем подошёл к нему и помог подняться. — Клянусь светом тинтилового клинка… что, Виталий? Хочешь сделать меня лидером Павориль правды? — как сквозь вату говорил Нарита подняв голову на Дозомидрона. — Не отключайся! Осторожно выглянув из-за укрытия и никого не увидев, Дозомидрон в одиночку сперва пошёл налево, чтобы по итогу найти выведенный из строя танк. Нарита и Рейзина были частично в безопасности за стенами лабиринта, но долго прогуливаться было нельзя. Справа плохо пахнущим сюрпризом оказалась армия врага и военная машина. Дозомидрон помчался к выходу лабиринта, снова увидев Катсуёри и Рейзину. — Ломай стену! Так они попали в следующий сектор, который был смещён в левую сторону. Во втором секторе вражеских рож было намного больше.

***

«Выпила две таблетки обезболивающего. Это помогло с мигренью. Но боль осталась». В квартире. Яна Слоуэн сидела на дорогом дизайнерском диване и слушала песню Зрака из радио. На туалетном столике фотографии молодой Яны в рамке, любимые пластинки, предметы заработанные вовремя активной карьеры. «И теперь этот день Будет длиться всю жизнь, Каждый день – день дурака» Яна мысленно прокручивала крайние дни. «Почему у меня такое чувство, будто я утюг не выключила?». Но внезапно её дверь взорвалась, она упала на колени, над её головой полетели обломки дома и штукатурка, теперь с мыслями точно не собраться. Она повернулась и заледенела от ужаса с открытым ртом. — Дверь была открыта, — голос Измера исходил из объёмной грудной клетки. — Убирайся из моего дома! — Тебя зовут Яна Слоуэн, ты павориль. Скажи мне, твои силы всё ещё при тебе? — Нет, у меня нет моих сил, — она напугана. — Превосходно. Яна вдруг узнала в незнакомом громиле оружие невидящей гади. Комната чувствовалась руинами замка, Яна – юная дама к которой приближался сияющий демонический паладин. А своего тёмного коня он сам же и сожрал. Измер надвигался на неё. Яна зажмурила глаза, пыталась ещё раз активировать свои сверхсилы. Плевать на боль, плевать на усиленную мигрень. По лбу стекали капли пота. Она почувствовала отвратительное дыхание совсем близко… …она открыла глаза в изумлении. Ей удалось зарядить электрическую ультрареструктуризацию: воздействовав на сенсорную динамику громилы, Яна создала перегруз в его мозге, как будто призрачная пятерня протянулась сквозь череп и мозг, а потом резко стала осязаемой, выворачивая реальность. — Ах ты лживая тварь! — вопил Измер. Она смогла застать его врасплох и этим нужно было воспользоваться в ту же секунду. Яна что есть мощи побежала на выход, и как только она перешла порог дома – ещё один сокрушительный взрыв. Её откинуло как тренировочный манекен на несколько метров, но она выжила. И злодей, скорее всего, тоже выжил. Яна не знала, куда ей бежать; её прошлое дымилось в пожаре, её безопасность вновь под угрозой. Ей нужно дозвониться до своего агента и предупредить паворилей.

***

Небо церемонно окрасилось в объёмные жёлтый и серый цвета, привыкая к новому миру, к новому следу войны. В другом секторе они наткнулись на троих раненных стражей. Один из них перезаряжал винтовку. Дозомидрон поговорил с ними и узнал путь на площадь. После скоротечного сражения с двумя солдатами, они покинули сектор, оказавшись за углом – главную дорогу заняла военная машина. За ней находился белый электрический забор. — Я выиграю время, а вы бегите за угол, — объяснил Дозомидрон. Выждав момент, взволнованный Дозомидрон словно на крыльях бросился к забору, перепрыгнул через него, потом как обезьяна вцепился в белый столб и вскарабкался на балкон. Там хранились ящики с боеприпасами. Машина не мешкала; сократила дистанцию и выстрелил. Столб рассыпался. Нарита и Рейзина побежали в открытую местность, на бегу повернув голову в сторону забора. — Мы же не бросим его? — Миссия есть миссия! — дышал Нарита. Впереди ударилась об здание с предупреждающим знаком о закрытой территории дымовая шашка – из засады выскочили солдаты, окружив со всех сторон. Ощутив мучительную боль в руке и спине от выстрелов, Катсуёри в шоке вскрикнул и выругался на японском. — Катсуёри! — испуганная Рейзина мгновенно использовала свои силы на нём. Нарита заряжал клинок для атаки. В этот момент, по крышам в их позицию передвигался силуэт, всё ближе и ближе: кувыркнулся на одну крышу, не останавливался и на на полной скорости спрыгнул с другой крыши, рассекая воздух в свободном падении и способный увидеть предупреждающий знак… …Дозомидрон могучей молнией ауры снёс всю линию врага спереди – Нарита резко развернулся и отправил в полёт солдат сзади. Один из солдат достал из пояса гранату и активировал – Дозомидрон заметил его, одним прыжком сократил дистанцию, пнул ногой в колено, заставив наклониться вперёд, а затем бросил к кучке поверженных. Солдат упал животом на гранату. Дозомидрон, Нарита и Рейзина кинулись за угол, услышали взрыв и почувствовали жар и боль, прокатившиеся под одеждой. — Я уж начал волноваться, — соврал Нарита. Благодаря бафам кровь перестала вытекать из раны. Дозомидрон не в духе, весь в пыли хмуро смотрел на Катсуёри. На площади Дозомидрон, Нарита и Рейзина подняли головы, все с удивлёнными лицами и по одной причине – из энергетических глубин поднялся острый, скрежещущий и тотально металлический дракон, который разваливал весь город и без шансов взрывал истребители. Уровень энергии на поверхности вновь поднялся и больше, чем прежде. Земля ушла из под ног врагов, никто из генералов понятия не имел что у Плюса есть подобное страшное оружие. Поэтому они проиграли. Орнаниэльцы испарялись в энергии вместе с разрушенными поселениями и военными машинами. Их шаттл сиял в небе как жемчуг, а потом рухнул в переосвещённую смерть, словно в костёр. — Миссия выполнена! Домой! — выдал правильный приказ Катсуёри, и самый первый побежал назад. Наиболее вероятно, их участь была бы такая же как и у орнаниэльцев, если бы Рэмад из воздуха не подхватил их и не доставил к кораблю. В полёте они с трепетом рассматривали ревущего дракона.

В корабле. Рэмад сидел за панелью управления. Остальные переводили дух. — Давно я себя так хорошо не чувствовал. Как будто небеса разверзлись, — настраивал голос Рэмад. — Я был как фавн без рогов. Это по-настоящему ужасно. — Летим в Долний. Покончим с древним злом, а потом я выделю время на себя. Может, схожу покупаться на пляж, — внезапно в его мысли проникли воспоминания другой жизни, без тупых войн, мечей и команды. Катсуёри улыбнулся – приятно знать, что у тебя была такая жизнь. — Катсуёри Нарита? Позовите его, я должна с ним поговорить! Я Яна Слоуэн, — прервал голос из переговорного устройства. Вызов по первому требованию из штаба Павориль правды. Дозомидрон и Рейзина внимательно слушали. — Что случилось? — Катсуёри, — тяжёлый вздох. — твои родители умерли. Старый враг убил их. — Что? — волна снесла его. Слоуэн говорила и говорила, но ему было плевать. Её голос отдалялся. Катсуёри упал на колени, схватился за лицо. Он плакал. Дозомидрону и Рейзине не нуждались в одобрении, поэтому они подошли к нему и без единого слова обняли Катсуёри. Четыре сломленных создания на одном корабле в изолированной и отрезанной части космоса, невообразимой дали. В холодной, абсолютной тьме.

Окончание следует…

№ 7

Павориль.

:Электронная гитара звучала как выхлоп боевого корабля прожигающий небеса. Звук в комнате без окон в середине комнаты. Играла одна нота, и это означало – осталось даже меньше времени, чем можно было подумать. Могучие чёрные крылья несли тело-марионетку над гибнущим, полыхающим миром, который горел не хуже бензина:

№ 8

Пятый сэмпл.

«Высокий город пахнет дезинфекцией. Этим улицам нужно больше огня и крови. В этом государстве много союзников культа, но у их планеты никогда не было шанса на существование. Я сказал некоторым, что выделю места для них в новом мире, если они отдадут мне всё что у них есть. Никто не осмелился возразить. Конечно же, я всё равно их всех убью как только прикончу последнего из рода маленьких японцев. Крики этих уродцев сливаются в единый мерзкий вой. Они считают это место новым Голливудом? Я устрою им Голливуд!» – Измер лицезрел результат своих трудов. Метро дрожало от грохота и было захвачено облаком пламени: горящие создания очень быстро падали на землю и переставали дышать. Повсюду белый пепел и истерзанные мертвенным огнём руины. — Эй, тупая горилла! — кричало одно насекомое из тех команд с суперсозданиями. Он и его груз стояли на выходе из метро с опухшими глазами, с настроем потрудиться в тронутом разрушением городе планеты, а Измер в их умах не более, чем бугай с большими руками и маленькими мозгами. Конец всегда одинаков для им подобных. Но сегодня всё будет по другому.

Вокруг мерцающие огни стонущего города, пустые автомобили, убегающие гражданские, рёв сирен и вдалеке раздавались взрывы. Измер двигался по грязной улице, все его мышцы напряглись. Параллельно валялись тела суперсозданий, военных и искорёженные в красном пламени бронетехника и вертолёт с разбитым прожектором. Все их боеприпасы сгорели. Звук разложения Высокого города настолько чувственный, как сахар насыпаемый в чай. «Да. Изливайте свой ужас наружу и растворитесь в нём. Ужас, который я незаметно открыл вам». Глаза Измера злобно блестели.

Высокие вертикальные кадры в стиле деревьев. Каждый удар Измера срубает их до самого пня: огня и крови стало больше, даже больше чем раньше. Оружие Тровилля взорвалось у него в руке – Измер молниеносно сократил дистанцию и выбил из него всё дерьмо. Щиты Виталия расколоты, вокруг него сплошные дрейфующие обломки. На нём пыль и грязь как будто могучий воин не сражался полвека. Броня скрипела, он выбыл из схватки. Святогор впечатался в здание без сознания, из рта вытекала кровь. Идолище попытался использовать заклинание сенсорного перегруза, но пошатнулся, не в силах побороть натиск врага, закричал, пытаясь прочистить голову. — Спасите меня! Заберите меня отсюда! — вопил Идолище, пока не получил по роже. Не было никакого желания говорить, что он сделал с Шарабориным. Охваченный хаосом город, все паворили раздавленные и мрачные – ни у кого из них не было силы чтобы сражаться с божеством. — Ваша смерть будет бесславной и унизительной. Я сотру все следы ваших жизней. Потом на Измера разрядилась огневая мощь ракеты из «Алконоста». Дым расплылся по району, тротуар вокруг него был весь в трещинах и обвалах. Он лишь дрогнул. Появившейся из ниоткуда Костяной солдат врезался в Измера и пробил им стену здания, оставив очень глубокую неровную дыру. Они прошли через электрическую сеть – посыпался фонтан искр. Костяной солдат с рёвом бежал по улице в спешке выискивая место для ещё одного столкновения, но не успел. Измер вырвался, всадил колено в корпус, ударил кулаком в челюсть и отшвырнул павориля в сторону. Не смотря на то, что Костяной солдат до выхода был усилен в шестьдесят раз, ему потребовалось время, чтобы вернуть голову на плечи. Как раз в этот момент Измер набросился сквозь пожары, полыхающие в автомобилях и домах. Два титана столкнулись – стёкла в витринах магазинов разлетелись вдребезги. Костяной солдат непрерывно колотил кулаками злое рыло, пробил комбинации «сбивающий удар ногой, удар ногой в голову» и «удар ногой в прыжке, добивающий удар ногой в воздухе», затем «обманный финт, правый оверхенд», «джеб, кросс, удар коленом», «джеб, кросс, лоу-кик», «удар локтем, кросс, джеб, кросс, удар локтем с разворота, прямой суперудар», шагнул за спину и разрядил ещё один ядерный суперудар с зелёной аурой. Измер заблокировал, перечеркнул каждую из атак. Настал его ход – чудовище ударил Костяного солдата в лицо с такой невероятной силой, что не смотря на все усиления павориль закрутился на месте, но достаточно быстро пришёл в себя. Парировав следующую атаку Измера, он что есть мощи выстрелил апперкотом. Этот удар прошёл точно в цель. Его милы должно хватить, чтобы Измер пронёсся сквозь три измерения и больше никогда не появлялся на этой планете. Однако божество лишь сделал несколько шагов назад, полностью готовый прибить Костяного солдата к земле. Неожиданно Виталий сделал попытку силовой атаки со спины – Измер увидел это своей силой, в последнюю секунду как тень переместился за спину Виталия и ударил в позвоночник. Тровилль массированным огнём из пистолетов вновь сбил атаку Измера, а потом Костяной солдат нашёл окно для выдачи своих убойных колотух. Отбиться помешала Друида, тесно обставив со всех сторон силовыми барьерами. Измер прорычал, зарядил свои руки и через долю секунды барьеры рассыпались, асфальт разорвался, кирпичи с домов падали вниз от взрыва фиолетовой ауры. Тровилль и Друида легли в нокдаун, Костяному солдату Измер «расстрелял» ногу резкими пинками – Костяной солдат согнулся в агонии, у него перехватило дух. Следом он провёл комбинацию из двух ударов коленями, потом коленями в прыжке, взлетел над головой противника, словно поднялся по призрачной лестнице, и без пощады утрамбовал в асфальт финальным ударом двух ног в грудь – «гетто стомп». Куски асфальта отлетели в стороны, в дороге образовалась дыра. Затем он плазменным лучом тёмной энергии сбил «Алконоста».

Пошёл дождь. Небо пасмурное, безжизненное. В свободном падении Костяной солдат приземлился на мусорный контейнер, превратив его в пыль. Потом Измер подошёл к нему, сдавил одной рукой горло, а другой ломал ему лицо. — Успокойся, я не стану тебя добивать. Сначала я сожру твою душу. Но его остановил знакомый перегруз в мозге. Яна Слоуэн, одетая в рабочий костюм, нашла их и решилась вступить в бой. — Не смей! — Сама пришла ко мне, трусливая сука. А когда появится сопляк? — Он крикнет тебе в землю когда всё закончится. Яна выиграла немного времени остальным. Павориль правды и команда Костяного солдата из последних сил давили Измера. Через некоторое время их голоса снова утихли. Но внезапно с воздуха линии энергии пронзили его тело. Измер закричал, над ним поднялся пар, в ноздрях запах горящей плоти. Прилетевший из космоса Рэмад на полной скорости снёс чудовище, совершил кульбит в полёте и жёстко воткнул его шеей в асфальт. — Тебе тут не рады, козлина! Рэмад всеми турбинами на своём каркасе, которые сам модернизировал, удерживал инопланетянина на лопатках. Влажная сталь поблёскивала. Собравшись, Измер без эмоций отшвырнул жестянку в каменную стену. Она разрушилась в ту же секунду, далее он сгенерировал поток сверхсилы в здание. Взрыв оказался настолько разрушительным, что Измер вспомнил шум бомбы семьдесят лет назад. Яна и все остальные с заледеневшим ужасом в сердцах взирали на свой кошмар. Рэмад превратился в золу. — Я смотрю, вы все здесь тупые, — стоя под ливнем произнёс Измер. — Ублюдок! — прогремел голос на другом конце улицы. Это был Нарита, напряжённый, словно готовившийся к прыжку. Он не сводил глаз с Измера, игнорировал дождь, достал из ножен меч, встал в боевую стойку и поднял клинок. Молнии сверкали вокруг него, а через мгновение пространство исказилось, а когда выровнялось – Катсуёри и Измер вот-вот должны были врезаться в друг друга. Нарита запомнил безумную демоническую рожу. Измер всё равно был быстрее него, поэтому сейчас Нарита повторит учесть Рэмада… …так думал сам Измер, ибо он не догадался о их плане. Дозомидрон воспользовался эффектом неожиданности, и усиленный в десяток раз попал коленом прямо в основание черепа злодея. Нарита смог увернуться, перенаправить сверхсилу и выплеснуть всю свою злость, ненависть и боль на убийцу. Волна Нариты испарила капли дождя на ходу, ударная волна разнесла район к чёртовой матери. Измер оказался похоронен под завалами. Все в удивлении таращились на них, не обращая внимание на подошедшую на помочь Рейзину. Не успели они перекинуться парой слов, как могущественная мускулистая рука вытянулась и ухватилась за угловатый край, раздавив камень своей хваткой. Измер восстал из под земли. — Сверхъестественная хрень, — устало выдохнул Дозомидрон. Катсуёри выпустил линию сверхсилы в ноги чудовища – Дозомидрон подлетел к нему и хотел ещё раз атаковать коленом. Но Измер наклонился вперёд, ушёл от удара и схватил другую ногу Дозомидрона. Тогда последний внезапно исполнил «чёрную магию»: развернулся и вернул ударную ногу в затылок Измера. — Вперёд, Нарита! Надери ему зад, — слышал ободряющий гул команды. Дозомидрон на мгновение поверил, что сможет замочить ублюдка без усилений. Всего лишь на мгновение. Поражённый Измер хотел было поаплодировать ему за скорость близкую к его собственной. Но больше всего Измер желал оторвать ему голову. Они бросились в атаку, превратились в сплошной вихрь ударов, не забывая уклоняться от всех выпадов. Закончилась суматоха когда Измер встал на мостик, сделал сальто назад и прописал противнику удар ногой точно в подбородок. Бедняга «выключился», его подбросило в воздух на два метра – Измер успел атаковать заряжавшегося для атаки Нариту и вернуться назад, ударив Дозомидрона в спину. Катсуёри как тряпичная кукла шлёпнулся в лужу, прикусил язык и кровь хлестала изо рта. Голова тряслась туда-сюда. — Позорище, — нависал над ним Измер. — Кажется, это ваша семейная традиция, ползать в ногах господина перед смертью. — Заткнись! Катсуёри схватил рукоятку тинтилового клинка двумя руками и раздал плавный удар снизу. Костюм Измера порвался, брызнула чёрная кровь на ключице. — Артефакт в твоих руках.. какая огромная сила! Пожалуй, его я тоже поглощу. Измер взорвался своей фирменной комбинацией: «удар ногой вверх, акс-кик, два удара в живот, удар в кость ноги, нисходящий удар ногой в голову». Нарита упал на живот, он корчился на расколотой земле от нанесённых увечий, у него перехватило дух. В этот момент Дозомидрон, команда Костяного солдата и Павориль правды получили возможность перегруппироваться и яростно кинулись на суперзасранца. Пока Рейзина лечила его, сдерживая слёзы, Дозомидрон сильнейшим правым хуком почти сбил врага с ног – Измер отдалился от психической угрозы Слоуэн и Идолища, сразу избавился от раздражающего и метко прицелившегося Тровилля разрядом плазменного луча, потом внезапным ударом по ногам уронил Виталия, после этого уклонился от всех атак Костяного солдата и Дозомидрона, закопав обоих нечеловеческой комбинацией «джеб, джеб, кросс, левый хук, сайд-кик, джеб, кросс, джеб, кросс с выпадом, левый хук, джеб, джеб, хук-кик, правый хук, левый хук, лоу-кик, подсечка с разворота, пуш-кик, удар ногой в голову». Хоть немного выровнять уродливую реальность поражения смог Святогор Непобедимый – он боролся с Измером, который наваливался сверху. Святогор защитил свою шею от захвата втягиванием головы в плечи и прижатием подбородка к груди. Чудовище толкал его, бил кулаками и коленями, выкручивался в сторону чтобы разорвать захват, но Святогор ни за что не упустит возможность наказать злодея. Святогор откусил ему пальцы, ударил головой в лицо и без малейших колебаний с хрустом бросил Измера через грудь, пробив ещё одну дыру в асфальте. Павориль почувствовал силу и уверенность, и собирался продолжать в том же духе, но Измер сразу захватил его шею ногами, Святогор закатил зрачки от нехватки кислорода и ослаб. Тогда то Измер полностью выпрямился, зверски втоптал противника в грязь, пнул по рёбрам с такой силой что тот отлетел – и взмыл в воздух, впечатывая тело заряженным энергетическим ударом. Все поражены, никакие мысли не могли охватить их чувств или проникнуть в мрачные глубины пошатнувшейся веры.

В следующий раз, когда все попытались одновременно атаковать врага со всех линий, словно на шахматную фигуру, ноги Измера оторвались от земли и он повис в воздухе. Его обняла фиолетовая аура – он «отменил» удары всех противников и сверхсилой переключил им сознание; чувство, как будто остался один на космической станции и последняя надежда – это детонатор в руке. Дождь закончился. Окрестности окутаны туманом. Дозомидрон и Нарита без пауз донимали его. Измер отразил их совместные приёмы, затем открылся для усиленного в восемьдесят раз «удара ногами-ножницами в полёте», Катсуёри порезал его спину быстрым ударом со спины, скорость их работы была поразительной. Они рвали друг друга, время от времени разбрасывались энергией, Измер оказывался на земле всё чаще, и чаще божество активировал защитную ауру. В какой-то момент Дозомидрон почти повёлся на уловку, едва не атаковал врага в тот момент, остановился и подождал когда аура развеется для нового удара по инопланетной заднице. Однако даже когда аура испарилась Дозомидрон не закончил атаку и в ступоре проглотил мстительный удар Измера. Суперудар Нарита последний таким же способом отменил, неожиданно развернулся кругом после двух шагов и сделал выпад своим суперударом… …кулак прошёл через живот насквозь, расщепив внутренности. Катсуёри смотрел на него взглядом марионетки. Катсуёри не слышал криков рядом с собой, вообще ничего. Из него только вырвался неживой хрип, когда изувер поднял тело над головой и в мгновение разорвал на части словно резиновую перчатку. Кровь змеилась по лицу и мускулам. Морда Измера жуткая, демоническая и ликующая. Всё это время Нарита крепко сжимал меч в руке.

Дозомидрон с невероятной быстротой влетел в Измера: он высвободил всю сверхсилу, вкладывался в каждый удар, своевременно уходил от захватов и изо всех сил держался на согнутых ногах от ответных ударов. Нужно было разгоняться, но при этом и соблюдать осторожность. — Почему твои силы не заканчиваются? — с крайним недовольством рычал Измер. Они обменивались ударами, бились головами. Изорванный, Дозомидрон светился аурой подзаряженный внутренним источником. Поймав нужную секунду, он сломал врагу шею, наконец-то разорвав петлю непрерывного безумства. Дозомидрон с пустым лицом наблюдал как тело противника подобно взрыву космического боевого крейсера свалилось в обломки.

На секунду он думал, что тоже умирает. Голоса паворилей затихли. Чувство, словно половина жизни осталась позади. Глаза настолько избиты, что он почти ослеп, но ещё мог видеть. Через мучительную боль проглотил ком в горле, пошатываясь, повернулся лицом к концу улицы – ничего не видно. Свет погас как в театре после последнего выступления. Много же ударов по голове он пропустил. — Какого, — шептал он. Потом Дозомидрон посмотрел широко раскрытыми глазами по сторонам. Чистейшая темнота. В темноте он отчётливо слышал каждый животный рык из сотен тысяч зубастых пастей. Они загнали его в губительное кольцо, и когда последнее светлое пятно исчезнет, они разорвут его на куски также, как и Катсуёри. А потом воскрес драгоценный враг, и теперь непобеждённый Дозомидрон мог разглядеть его настоящий облик как следует. Существо стало больше, с переплетёнными огромными мышцами, красной кожей. Длинные волосы превратились в острые шипы торчащие на голове в форме короны. Костюм стал элементами доспехов. Дозомидрон казался жуком рядом с ним. Измер говорил на неизвестном языке древней цивилизации, впечатал одним махом руки в стену и выжег отверстие в его теле плазменным лучом. Дозомидрон упал в лужу в агонии. После такого шансов на продолжение не оставалось совсем.

…он слышал крики, визг невидимых в темноте монстров и грохот небес. И неразборчивый шёпот. Дым выступил из-за яркого света, льющегося сверху. Меч в руке Катсуёри обнял его могучей синей аурой, восстанавливая каждую клетку в теле. Новый щегольный внешний вид и рвущаяся во все стороны магическая сила – он открыл системформу. — Пожалуйста, хватит ныть. Никому не интересно слушать нездоровое поедание душ дерьмовым демоном, ещё и на странном языке. Да, я знаю что тебя это бесит, а меня бесит твой идиотский план. И вот тебе за мою семью, за паворилей, за всех, древний уебан! Катсуёри первым всплеском энергии сбил ошеломлённого Измера с ног – следующими автоматическими массированными атаками сокрушил инопланетную тварь, и в конце одним идеальным ударом клинка разрубил его. Всё закончилось.

***

На деревьях начинали распускаться почки, а трава пробивалась к жизни. Вдали видно, что снега на вершинах гор осталось совсем мало. Медленно наступала весна.

Больница. Врачи и медсёстры слонялись по коридору. Гамаюн серьёзно пострадала в начале нападения повелителя оказавшись под обломками. Конечности подвешены, голова забинтована. Она выглядела так, будто только что хорошенько выплакалась. Она совсем не выглядела испуганной, только грустной и озлобленной. В следующую секунду у её кровати стояло несколько теней. — Вы подвели нас, госпожа Гамаюн. Ваша служба окончена. — Нет! Умоляю! Я ещё могу быть полезной культу! Я могу двигаться, смотрите. Еле-еле шевелилась. Одна из теней достала револьвер и приставил к её голове.

Ночь. Шикарный пятизвёздочный отель в Высоком городе. У входа можно было заметить новые отстроенные с нуля здания и дороги, которые выглядели ещё лучше прошлых, висели рекламные вывески, а вдали ещё работали строительные краны. Жители спокойно жили своей обыденной жизнью. Хорошо одетые важные персоны прогуливались по красной дорожке, их приветствовали швейцары. Смокинги и бальные платья. Шикарный бальный зал. Паворили и агенты болтали с бокалом шампанского, общались, веселились, налаживали связи. Среди них Катсуёри Нарита и Дозомидрон, оба в смокингах. У обоих висели на шее карты Павориль правды. Нарита курил. Он потратил часть своего наследства на отстройку города и его популярность, отношения взлетели до космических цифр. Правда, ненависти рядом с его именем по-прежнему не уменьшалось. На мероприятии все при чёрных галстуках, хотя у Дозомидрона красный галстук, развязанный на шее. — Эй! — чужая рука дерзко схватила его за плечо. Дозомидрон повернулся и увидел Нариту. Он протянул ему хрустяшку. Дозомидрон с мягкой улыбкой съел её. — Я хотел поговорить с тобой… Катсуёри слушал вполуха, вытягивая шею, чтобы увидеть, как мимо проплыла красотка в облегающем красном платье. Это Рейзина. Она сама подошла к ним. — Очень.. страстно. Что там с моим сайтом? Рейзина наклонилась ближе, чтобы говорить как можно незаметнее в переполненном зале. — Катсуёри, я больше не занимаюсь сайтом. Я ухожу из команды, я поняла, что это не для меня. Но перед тем как уйти навсегда, я хочу сказать тебе – ты козёл! Нарита в замешательстве смотрел ей в глаза. Рейзина апатично направилась в сторону выхода. Тем временем, Май Дикрик вместе с Зраком подошёл к Дозомидрону, сверкал своей самой обалденной улыбкой и размахивал пустым бокалом из-под шампанского, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Новый альбом Зрака стал самым продаваемым в галактике. Они пьяные и абсолютно беззаботные. Дозомидрон осторожно забрал шампанское из рук Май Дикрика, как строгий родитель. — Ну просто сучка! — в итоге прошипел Катсуёри, стряхнув пепел. — Катсуёри! Мы с тобой так и не сразились. — А сейчас это для чего? Ты получил место в команде и кучу денег. Что ты ещё хочешь доказать? — Это не мой путь, — ухмыльнулся Дозомидрон. Он взволнованно засиял. Катсуёри хихикнул и покачал головой, мысленно одобрив эту идею.

***

Вся ложь в моём желудке, я продолжаю жить. Я не хочу забывать о мечтах; если бы ты мог, ты бы сказал мне, почему твоё терпение закончилось? Времени не осталось. Что я получил? Кажется, с моим сердцем что-то не так – и моё тело на полу. Ты всё пережил, ты получил всё. Моё сердце больше не моё – должен кому-то сказать об этом. Но твоё время закончилось.

Конец.