Дом

Дом

Первый раз они встретились, когда Джейсон играл на гитаре, на площади. Шел дождь, а он не взял с собой зонтик или дождевик, понадеявшись на свою удачу, которая к слову, нередко его подводила. Его джинсы, футболка и кожанка промокли, но он продолжал играть. И кто-то, вместо мелочи, положил в сумку из-под гитары дождевик. Джейсон взял его и посмотрел на незнакомца. Перед ним стоял худощавый блондин невысокого роста и держал жёлтый зонтик.

- Иди домой, не мучай гитару.

Произносит он хрипловатым голосом, слегка картавя. Разворачивается и уходит. Потом они встречаются в доме, который, как оказалось оба снимают, хотя хозяйка говорила, что больше жильцов не будет. И у Джейсона и у Вина денег на другое жилье не хватало, поэтому они не были против такого соседства. Сначала они почти не пересекались, но позже сложилась традиция вместе завтракать. Джейсон готовил омлет или яичницу, Вин варил кофе для соседа и заваривал чай для себя. А по вечерам сидя на балконе и слушая радио, они понемногу рассказывали о себе. Вин работает в доме культуры за гроши, пишет пьесы, сценарии для спектаклей, концертов, ёлок и многого другого. Пишет стихи, рассказы, романы, но их не хотят печатать. Это то, что Джейсон узнал из его рассказов. А вот что он узнал о его личности, живя с ним: Вин – добрый, но раздражительный и вспыльчивый человек с переменчивым настроением. Он мерзляк, поэтому ходит в кардиганах и свитерах; а в доме разложены пледы и маленькие грелки. Часто разговаривает с собой, рассуждая о чем-то или разговаривая с персонажами своих произведений. Постоянно цитирует классиков мировой литературы, список которой из-за дня в день пополняется. Любит джаз и ритм-н-блюз. Поначалу всё это Джейсона смущало, но, постепенно привыкнув, тишина без чьей-то болтовни стала казаться ему пустой и безжизненной. А что же Вин узнал о шатене? Джейсон зарабатывает на жизнь тем, что поет под гитару в кафе, маленьких ресторанчиках и на улицах. Пишет песни и продает их за копейки. Провалил много прослушиваний и сдался. Будучи подростком, работал помощником повара; знает много рецептов. По характеру он добрый, спокойный, насмешливый и тихий. Разговаривает с вещами и продуктами, дает им имена. Например, у гитары имя Грета, а у синтезатора - Джордж. Когда готовит, убирает или еще что-то делает, то поет. Меломан, под каждое настроение у него свой плейлист. И Вин привык к тому, что кто-то ходит по квартире и напевает, а ударившись о какую-нибудь вещь, ругается на нее, будто она живое существо. О прошлом друг друга не спрашивали, им хватала и того, что они уже знают. За полгода парни сдружились. Джейсон ходил на пьесы Вина, а тот, в свою очередь, на его небольшие выступления. А вечером они вместе шли домой. Жизнь шла своим чередом. Но как-то Джейсон ушел и не вернулся. Сперва Вин не придал этому значения – “ушел и ушел, может, куда-то срочно надо было”,- но прошел день, два, а его не было. Никаких вещей он не взял, трубку не брал и записки не оставил. Волнение Вина нарастало. Обычно он ни к кому не привязывался, но его сосед был хорошим собеседником, и было жаль терять возможного друга, принимавшего его странности. Вин обошел почти все места, где Джейсон мог быть, но никто не знал, где он. Теперь Вин возвращался за полночь и подолгу сидел на кухне, набирая уже заученный номер. Прошла неделя. Вину позвонили, когда он пытался приготовить омлет по рецепту соседа.

- Алло, кто это?

- Привет, наверное, уже забыл обо мне? - Из телефона донесся хриплый, но веселый и до боли знакомый голос.

- Джейсон?

-Он самый, значит, не забыл.

- Забудешь, конечно. От тебя неделю ни слуху - ни духу. Кто мне завтрак готовить будет? Ладно. Где ты? Что случилось? Почему звонишь с другого номера? - Голос выдавал волнение.

Из трубки доносится смех.

- Не думал, что когда-нибудь услышу такое волнение за меня, я в больнице. Возвращаясь домой, забрел не в тот переулок; избили, обокрали, поняли, что красть нечего еще избили. Бедную Грету не пощадили, пала смертью храбрых. Я только вчера очнулся, звоню с телефона соседа по палате. А ты что совсем без меня ничего не можешь?

Снова смех.

Вин неответил. По мере рассказа друга он испугался, потом разозлился, затем выдохнул. а теперь он точно считает его другом)

- Эй, ты там?

- Да. Конечно, могу. Как раз сейчас омлет жарю. Ой, омлет.

В комнате запахло дымом, Вин быстро выключил газ и открыл окна.

- Ну, так что там с омлетом? - донёсся насмешливый голос из телефона.

Блондин, вздохнув, произнес.

- Думаю, нам нужна новая сковородка.

Оба засмеялись. Через несколько дней Джейсона выписали. Парни зашли в дом. Одну руку шатен закинул на плечо Вину, а второй держался за костыль.

- Вот и дома, – с облегчением сказал пострадавший.

Они зашли на кухню. Вин поставил чайник и достал любимые пирожные музыканта. Тот вопросительно поднял одну бровь:

- С возвращением, друг.

Как давно Вин никого ни называл этим словом. Но теперь у него есть такой человек и блондин очень ему рад. Джейсон благодарно улыбнулся. Вечером, кое - как поднявшись на балкон второго этажа, музыкант и писатель пили ромашковый чай, музыкант морщился, но пил, так как Вин сказал ему, что эта горькая зеленая жидкость поможет скорее выздороветь. Он не понимал, как блондин может с наслаждением пить это и так красиво описывать вкус. Но молчал, не хотел нарушать умиротворение и покой, согревающее их, словно плед. С балкона открывался вид на опускавшееся за горизонт солнце, чьи лучи играли на полувыжженном осеннем поле. Если бы кто-то из них был художником, то непременно бы написал это, но среди них не было художников. И этот момент останется только в их душах, как частичка дома, который они обрели за эти полгода и который ни за что не хотели бы потерять. Со всеми делами они разберутся завтра. А сегодня они будут наслаждаться этим мгновением, что у них есть и тем временем, что у них осталось на этой земле. Ведь у них теперь есть чем дорожить и кого защищать.