Дневник миттельшнауцера Бэлси

Глава 1: два с половиной месяца

День первый

Новые запахи! Меня эти трое людей постоянно гладят и целуют. Особенно самая маленькая. Иногда кусаюсь — дайте всё понюхать-то хорошенько! Хотя, нет — за ушком поцелуйте ещё — нравиться очень… Двое других — совсем старшие, просто смотрят. Но, вроде пахнет от всех пятерых вкусно. Надула на большую тряпку, та что прямо посредине комнаты. Забилась под большой диван. Сколько тут пыли! Прочихалась хорошенько, а назад не смогла вылезти. Плакала. Вытащили. Что-то поворчали. Я ж только интонацию понимаю, а слова для меня просто бу-бу-бу. Облизала нос самой мелкой. Вроде не ворчат больше. Тут нет мамы, к кому я прижималась и грелась об её тёплый бок… И ещё эта собака — Тёма, не даёт свои игрушки… Пахнет он странно… старостью, наверно. Ночью плакала. Взяли под большое одеяло. Как тепло!..

День второй

Зачем убрали эту большую тряпку?! Э, там же мой запах теперь, а это моя территория! Ну, ладно — надую там, где от них сильнее пахнет… Тёма тихо рычит, а я не боюсь — тоже огрызаюсь и тявкаю. Чё он о себе возомнил? Окей, разберёмся походу… Кожаные и тряпочные съёмные лапы странные у этих людей: надевают, потом снимают… Зачем? Надо погрызть: вдруг пойму — зачем. Какие хрустяшки вкусные! Дай ещё! Ещё! Как это — нельзя на кровать? Вы же меня уже брали! На топчан — значит на топчан… Слово-то какое — «место»…

День третий

В миске Тёмы не такая же еда… И нечего рычать! Я же только кусочек попробовала. В принципе — сойдёт. Ничё так, буду знать. Мячик! Это моё! Тёма — метнись в ужасе! Я играю! А кусаться, кстати, прикольно. Главное успеть отскочить. Завтра попробую маленькую из пятерых тяпнуть. Весело же!

День четвёртый

Как, как?! Бэл си? Это чё такое? Эт я, что ли? Прикольно… Тёма, слышь — я Бэ́лси. Запомни и учи моё имя, выпендрёжник мохнатый! Тяпнула его за заднюю лапу. Пусть знает, что я шустрее. Но игрушку отнять не смогла. Ладно… охота началась! Мячик! Играть всем! Тряпочная лапа — это тапок, оказывается. Стащила его у самого большого. Тот что-то басовито бу-бу-букает. Смеётся. Бегает за мной. Весело!

День пятый

А тапком по морде, оказывается, больно… Ну, не то чтобы сильно больно, но как-то страшно… Обиделась… Плакала… Снова залезла под диван. Вот пусть теперь вытаскивают... Я же только немного погрызла тапок этот… Тёма радуется, что и мне наконец влетело. Ладно, запомню тебе. Знаю, как стащить твою резиновую собачку, с которой ты играть не даёшь. Посмотрим как ты будешь плакать. Ой! Это что — мне? Пищит как круто! Легла перед Тёмой и грызу свою пищалку. Звонко получается. Тот свою собачку лапой прикрыл. Так… манёвр — прыгаю в сторону. Жду. Тёма подходит нюхать мою пищалку, а я хватаю его игрушку и — дёру в комнату под диван! Ага! Получилось! Все болонки — лошары, Тёма! И ты такой же!

Вторая неделя

А где все? И тапки пропали… Да, ладно! Зачем в шкаф убрали? Тёма — ты настучал, что ли? Пойду-ка вылакаю всю воду из твоей миски… И не ворчи, всё равно с тобой спать буду… Ты тёплый… Тяпнула мелкую за пятку, когда та домой вернулась. И чего орать? Не больно же. Ну, может чуть-чуть. Стащила её тапок. Залезла с ним под диван. Вытащили. Целуют за ушком... М-м-м-м... Ещё, пожалуйста... Смеются, а я тявкаю. Ну, весело же! О, пищалка! Э, алё! А где звук?! Так, все большие пришли, значит пора сидеть на кухне — там всегда хорошо едой пахнет. Тёма — тебе строго в обратную сторону! Кухню я стерегу… Бегать — это круто! Три комнаты! Кухня! Коридор! Тёма — не тупи! Не видишь — я гоняю! Всё… Спать.

Третья неделя

Стащила тапок у мелкой и положила перед самым старшим. Смеётся. Гладит. Значит понравилось. Тёма — не рычи. Тяпну ведь! Ну, я тебя предупреждала… Догоняй, мохнатый курдюк! Научилась выбираться из-под дивана. Класс! О! Опять хрустяшки! Лапу? Да, пожалуйста! На ещё и эту… Принесла тапок своей старшей. Ого! Хрустяшки ещё и за это дают?! Так… Тёма — свалил по-быстрому с тапка! Ну и что, что он твоих хозяев! Делов то! Тяпнула. Не догнал. Тюфяк, а не собака.

Глава 2: четыре месяца

Первая прогулка

Тэк-с… Хозяин, ты меня не путай, давай! Лапу сюда и сюда, так ведь? А это вот висюлька — зачем? Меня держать?! Для чего? Я ж не Тёма-тупня, чтобы от тёплого топчанчика и еды отказаться. Это он нос воротит иногда, а мне и в радость. Трескаю из обеих мисок! Ну, ладно, ладно… Он тупня только когда я его играть заставляю. Реакция — как у пыли. А мне ржачно! Слышь, Тём, покажешь мне там на улице — чё и как! Уговор? Обещаю неделю не таскать твою игрушку под диван. Сопит… Обиделся, наверно. Ну и ладно! Сама разберусь. О! Круто! А это чё такое? Трава?! А её можно есть? Во! Пищалка какая здоровая! Э! Куда полетел! Голубь? А их есть можно? Тёма! Да харэ тебе лапу свою рахитичную задирать! А чё, мне тоже надо так? Не, лапу я задирать не буду. Смотрится вообще по-колхозному. Хотя ты, Тёма, точно колхозник — тебе можно. Это вокруг мало кто знает, но я-то в курсе. Расскажи про голубей лучше! Смотри! Боятся меня, улетают, когда тявкаю. Воняют прикольно, кстати, тухляком каким-то, м-м-м-м… Угу… Эт ты зачем под хвостом понюхал у той жирной кривоножки со скомканной мордой, Тём? Чё, мне тоже надо?! Да, ладно! Чё я там нашла?.. Какая такая вежливость? Не-не… Эт точно не ко мне, а к ветеринару… Мне когда укол в холку делали, я не орала, кстати. Но тяпнуть хотела. А вот если бы заставили нюхать у ветеринара — тяпнула бы точно! Стой! Куда? Не, голуби — это круто! Поймаю обязательно. Потом, как-нибудь…

Первые опасности

Ой, ёй-ёй!!! Давайте-ка меня на ручки, скорее!.. И за ушком целуйте… Вот так, да… ещё… Мне так страшно… Неадекват какой-то, а не пёс… Чёрно-рыжий, огромный… Да и первый раз меня без поводка отпустили. Бегала как угорелая. Весело же! Всё огорожено — можно. Ну, огрызнулась неудачно! Но Тёма?! Ну вот что ты меня не защищаешь? Забздел что ль, брюхан? Я сама забздела, не скрою. Но, я маленькая — мне можно. Но ты то старше! Ну и фигли, что он большой! Он же пахнет моложе, чем ты. Эх… защитник из тебя, как из меня голубь… Как же они так быстро летают? Но всё равно когда-нибудь догоню. О! Дырочка в заборе! Тэк-с… Голуби — шухерись! Бэлси на охоте!

Вот это я понимаю — бамс! Всем бамсам — бамс! Больно — не скрою. И страшно… Мой хозяин что-то кричит, а этот на большом вонючем железе тоже кричит, что собак надо держать на поводке. Себя на поводок посади, умник… Пла́чу и громко скулю. Лапка болит… Ну откуда я знала, что эти большие железные вонючки так больно толкаются. Всё… теперь точно за голубями прыгать не буду… И ещё Тёма, трухля собачья, не предупредил… Хотя, нет. Он что-то буркнул. Но я-то в азарте. Громче надо говорить, старожил-недомерок…

Вот теперь очень больно! Ветеринар, ничё такой — пахнет хорошо, добрый. Но всё равно тяпнуть пыталась, когда лапку мою крутил и укол делал. Дома скучно, когда бегать нельзя… Лапка ещё болит. Замотали чем-то. Воняет кислым и чем-то каменным… как забор на прогулках…

Дрессировки: начало

Всё. Теперь я не буду убегать далеко. Мой хозяин куда-то спрятался, а я даже не заметила. Потом, когда набегалась, поняла, что одна осталась. Опаньки… А вдруг тот неадекват чёрно-рыжий появится?! Вот это положеньице… И куда бежать? Э, народ собачий! Где мои? Бегаю, скулю… А, вот вы где! Ну вы что?! Как же можно меня до таких истерик доводить! Дай тебя вылижу в нос, хозяин! Я ж маленькая! Со мной так нельзя! Почему можно? Дрессировка? Эт чё за пытка такая? Тёма! Баллон лохматый! Это ты, что ль, навыдумывал? И ты вот так специально молчал, когда я тут бегала и рыдала?! Видел же меня из-за кустов! Не прощу! А месть моя не только с кусаниями будет! Заныкаю твою игрушку драную так, что никто не найдёт, даже сама забуду — где! Вот! Дрессировка ему… Лови себе ответочку вечером, а не дрессировку!.. Ох! Какое же всё-таки счастье, что нашла хозяина! Уф…

Дрессировки: дома

Интересно… И что мне делать? А, лечь надо! Ну, хорошо… Так? Круто! Хрустяшки — это что-то с чем-то! Ещё! Так. Села. Легла. Дала лапу. Другую. Ну, эт легкотня! А раньше за каждую команду хрустяшку давали, кстати… Ну, ладно… «Ко мне!» это вот так? Ага. Поняла. Тёма, слышь ты, олух кучерявый! Видал, как дрессировку надо проходить? То-то же! Ладно… Вот тебе хрустяшка… Ну ты что, как пень замер-то, а? Делюсь же с тобой! Так я и отдала! Шустрее надо брать, пока давала! Просто тоска, а не собака… Ни ума, ни реакции… как же всё запущено.

Первое лидерство

Тёма… я… сказала… отдай… палку… она… м-о-я… И… не… дёргай… Всё… равно… я сильнее… Так! А вот это подстава! Кто это меня куснуть решил? Поводки что ль перепутал, алёй! Тя как звать-то, шустрый? Кокер-спаниель — эт порода! Не тупее тебя. А, поняла — Бакс… Ну, получи! Тяпнула так, что взвизгнул, а я дёру! Теперь будешь знать, как меня исподтишка кусать! По запаху ты не сильно-то и старше. А теперь — палочка! Пум-пум-пум… Была твоя — стала моя! Реакция должна быть как искра! Р-р-р-раз — и всё! Тёма, пентюх, догоняй! Бакс, лови мячик! Фига се — рефлекс! А ну-ка, теперь я! Перегнал… Обидно… А ещё раз? Тыдым-с — мой мячик! Бакс — без подстав больше! Мир? Правильно. Я ж девочка… у меня свои закидоны — помни. И я волшебное слово знаю, собачье, правильное… Какое? Тяпну. Догнал по смыслам. Молодца! Дружим!

Встреча с мамой

А-а-а-а-а-а! Я знала! Я знала, что ты придёшь! Вот прямо знала! Дай! Дай морду вылижу! Мамочка-а-а-а! Так! Это за что? Ну, не при всех же! Всё, всё! Поняла, извинилась, отпрыгнула — держу дистанцию. Больше не надо меня за шею и к земле. Я сразу всё схватываю. Ма-а-ам… Ма-а-ам… давай погоняем? Ну и что, что ты взрослая! Я вполсилы буду. Не, с Баксом мы быстрее носимся. Ну я же соскучилась, честно! Хорошо. Отстала… Бакс! За мной по голубям! Только, чур, не за забором! А то я неделю прохромала от таких забегов…

Офиге-е-е-еть! Голубь! Лежит и не улетает! Какой вонючий, м-м-м-м-м!.. Ага! Щаззз! Плюнь… Так и отдала вам! Не догонишь! Не догонишь! Так — надо погрызть чуток! Ух! Какая вонища! Класс! Ма-а-а-ам! Ну за что опять-то?! Всё, всё! Отдала… На, самая поёрзай на нём! Запах — отвал башки! Не?! Нельзя? Почему?.. Почему — фу, то? А-а-а-а! Больно по спине поводком! Ну ты что, хозяйка! Почему — правильно? Ну ма-а-ам… Приходи ещё! Только не тыкай в землю больше. Пожалуйста… ма-а-а-ам…

Первое отравление

Ох, отстаньте все… Уже не знаю, чем меня тошнит, но стоять не могу… Голубь тот, видать, уж слишком вонюч был. Надо бы искать в следующий раз, что полегче воняет. Но запах, конечно, шикарен… Ой! Опять… буэ-э-э-э…

Опять что-то колят… больно… Ветеринар тот же… Лизнула руку. Пахнешь ты всё равно вкусно, хоть и больно делаешь… Спасибо. Уже полегче.

Ну, не знаю, не знаю… Голуби же, наверно, разные бывают… А-а-а… дохлых нельзя есть?.. Теперь поняла. Не хочу больше буэ-э-э… Всё, всё, уговорили… Хотя, поваляться в них можно, наверно. Запах то у них, м-м-м-м…

Глава 3: шесть месяцев

Новые знакомства

Ой! Смотрите — какая красота к нам идёт! М-м-м-м! Не собака, а кусок изогнутой сосиски на тонких лапках! А пахнет-то как! Давай дружить! Нет? Эт почему? А, типа порода, все дела… Ну, ну… Мы вроде как тоже породистые… Бакс, Тёма, а все левретки такие тупые, да? Не, не! Это я просто из любопытства, пополнить, так сказать, свою базу знаний… Милочка, я же не вас спрашивала… Ну, что вы, право слово… Ща тяпну же! Ну-ка, отпрыгнула в припадке! Истеричка под током! Чё затрясло-то? Я ж так, просто лидерство устанавливаю, не более… Ну вот и проходите к северу! Вам исключительно вдаль по забору от нас. А вот и чёрно-рыжий… Пум-пум-пум… Потихоньку делаем вид, что нам в другую сторону и неторопливо сваливаем… Хороший ход, замечу! Кого позвать? Меня как звать? Бэлси, а чё? Да, не, не трясусь я… Так, замёрзла малька. Хорошо, буду знать, Гранд. А вы какой рыжей породы? А, немецкая овчарка… Хорошо, очень интересно. Ну, я побежала. Фига се! Рыжий вроде и не страшный даже… Воспитанный — это точно. Тёма мне ворчит, что Гранд тут лидер на площадке. Ну и ладно! Мне то что с этого? Бакс! Айда голубей гонять!

Дрессировка совместная

Мне за всеми надо повторять? Зачем? А, воспитание… Не, я не против. Да и хрустяшки люблю. Так, эту команду «ко мне!» я знаю. А вот это как понять? Ага! «Нельзя» значит — это «фу» и «плюнь». Да и «нельзя» тоже. Угу… Так! Стоп! Не совсем поняла — мячик то мой! Почему мне нельзя? Да, фигушки, я отдам его. Мой мячик и всё! Э! Чего это ему хрустяшку за мой мячик! Где справедливость?! Да подожди ты со своим «ко мне»! Не видишь — я свой мячик вернуть хочу. Вот теперь «ко мне» — пожалуйста, я тут. Да что ж такое-то?! Опять ему хрустяшку. Я же прибежала. Это мне надо дать! Не? Опять не так… Вы сами между собой решите — что так, а что нет. А то я уже нервничать начинаю. Мину-у-у-уточку! Получается, мне нельзя хрустяшки брать из чужих рук? Что за правила у вас какие-то дикие! А, только после слова «можно»! Хорошее слово, однако… Стоять — это команда, поняла. А-а-а-а, садиться нельзя… Ну, всё… Тогда лягу. Утомили…

Дорога на дачу

Как же они ездят в этом железе едком! Хотя, вроде ничего так, когда не дёргает. Но дёргает как-то уж слишком часто… Что? Пробка? Ну, ладно, потерплю… Да… да… целуй за ушком… Вот тут… ага… Так! Пардонте, но меня… буэ-э-э-э… Ну, прости, что на колени… Всё! Не могу больше! Пустите на волю! И нечего бу-бу-букать. Укачало девочку, не видите? А, мы уже почти приехали… Не, всё равно — буэ-э-э-э Уф… Хоть подышать немного не в железке этой. О! А тут запахи другие! Вкусные… А это что такое? Какое вонючее-е-е-е-е!.. Ну и что орать-то! Ну мазнула шеей. Кто ж знал что это дерьмо коровье. Я даже слов таких не слышала. Но вонища — зачётная! Теперь буду знать… Ну, и ладно. Доеду в багажнике. Мне из-за сетки вас всё равно всех видно. Скулю, правда, иногда... Блин… буэ-э-э-э…

Дача

Здоров, Тёма, пехтель! Ой, ой, ой… морду отвернул, хотя носом так и тянет воздух… Оценил ароматец? То-то же! Если найду — позову. Поваляемся вместе… Как-то быстро меня отмыли… Я теперь вся такая благоухающая шампунями, но всё равно это как-то уж слишком сладенько. Но, ладно, потерпеть можно. Тёма! Будешь комментировать — тяпну…

Вот это да-а-а-а… Как, как? Куры?! А можно их погонять? Ну, ладно… Жаль, конечно. Громко так квохчут на каком-то своём, непонятном. Кстати, ничё так, по запаху. Добротная вонь.

Тэк-с… А это что за зверь? Ой, ёй-ёй! Больно по морде лапой с когтями! И шипит так страшно! Ты чего?! Я ж просто понюхать! Ну, и всё… сам тут сиди, а мне пройти надо. Ой, ёй-ёй! Ой, ёй-ёй! Уберите эту зверюгу! Ой, ёй-ёй! Уф… На ручки! Скорее на ручки! Ну, пожалуйста! Он мне клок шерсти выдрал… Пла́чу… Это кто — кот?! Барсик… Злыдень чёрный! За что он меня? Я же маленькая ещё. Или уже нет? Ну, да побольше него. Не, не страшно. Обидно очень. Ух, ты! А это что за собаки? Красивые… Высокие… только морды какие-то сплюснутые и складками скомканные. Барсик сразу дёру дал. Запомним этот ход…

Ника… Хорошо, рада знакомству… У вас цвет очень необычный… Как? Тигровый окрас? Да, очень красиво. Бэлси меня зва… Э! Алё! Вот не надо мне попу нюхать, когда я не готова. Вы муж Ники? Бой? Вот и замечательно, буду знать. Но я-то тут причём? Вот и правильно вы его шугнули, Ника. Очень я благодарная за это. Бегать любите?

Ника умная собака. Понравилась мне очень. Помогла мне ямку копать. А Бой всё попу мою нюхать пытается… Кобель, чё с него взять… О, к моей мелкой хозяйке ещё двое детей пришли. Орут! Бегаем вместе! Весело! Да… Здоровско на даче!

Лесная прогулка

Нам тут найти что-то нужно? Ничего?! А зачем мы здесь тогда? Да, ладно! Просто гуляем? Странная прогулка какая-то — бегать далеко нельзя, сразу «ко мне» зовут и «рядом» идти. Запахов куча и все необычные, новые, пахучие. А как шишки хрустят громко! Покруче палочек! Опаньки! А это что? Какая огромная вода! Озеро? Не, не! Ника, конечно, молодец, да и Бой — красавчик. С разбегу в заныр ушли. Но я пока лучше с Тёмой лапки помочу и полакаю водичку. Вкус у неё странный немного… Во! Вот это я понимаю — гонки! Бой сигает за раз, как три меня! Не догнать! Ника — тоже, но послабее. А, Тёма… Ну, что с него, малахольного взять? Лежит и носом уткнулся в вещи хозяина, а тот с палкой длинной на какой-то миске глубокой огромной поплыл зачем-то на середину озера. Ника снова с Боем в заныр. Ну, ладно! Я тоже рискну! Йи-и-иху! Вот это — да! Ох, как здорово! И сразу прохладно так, но мокро! На берегу отряхнулась и снова в воду! Плаваю, потом прыгаю, лаю — класс! Теперь — всё! Устала. Поваляюсь на солнышке. Спать…

Ника — умница, конечно. Как она команду «охранять» выполнила — ух, просто! Мужик чужой от нас дёру дал в миг, с криками. Хотя Ника только разок голову наклонила и ощерилась, с тихим рыком. А Бой за ней только повторяет. Поучусь у Ники детей и вещи охранять. Зачёт! Да, уж... Бой… Он и Тёма, точно без интеллекта родились. Оба, что ль одну академию закончили «Кобель-тупняк»? Что один — тормоз коротколапый, что второй — сначала бежит, потом думает. Ну вот как так можно? Бросили палочку в озеро. Ника первая рванула, а Бой сидит, башкой вертит. Ему потом палкой перед мордой махнули, но в воду не бросили. Но он сиганул в озеро и чуть ли не до середины доплыл, пока понял, что палочки нет… Тёма — гордись. Теперь тупня под номером один — Бой. Ты второй номер… Эх… даже тут второй. Ну, всё не ворчи. На тебе шишечку.

Новое зверьё

Стой! Лови! Лови это! Как оно дёргается! Это что такое? Рыба?! А почему она не убегает? Не умеет что ль? А, она в воде живёт… А как же она там дышит? Не важно? Ну и ладно… Вкусняшки — это прямо очень правильно! А то в животе уже урчать начинает. Фу! Как плохо! Дым совсем не вкусно воняет. Чихаю. Прячусь от дыма, а он, гад такой, за мной стелется. Ой! Кто это! Стой! Стой, говорят! Куда оно делось? Не, вы видели? Это чё за зверь? По дереву сигает так, что уследить невозможно. Хвост пушистый, морда мелкая. Даже понюхать не получается! Белка? А… ну, хорошо, нельзя её есть, наверно, но понюхать то… Ну и ладно… О! Опять белка! Хочу так же шустрить! Скорость — обалдеть! Да, уж… В следующий раз в лес надо у Тёмы всё из миски стрескать, чтобы голодной не сидеть. А то дали какие-то кусочки, и всё. Хотя, вкусные конечно. Даже у Боя один стащила. А тот морду свою брылястую наклонил и просто смотрел, как я быстро хрумкаю, что ему бросили. Тёма — гордись! Твой друг тупее тебя!

Попрошайничество

Я знаю, как просить еду правильно: садишься рядом с человеком, когда он ест; аккуратненько кладёшь ему морду на колено — ждёшь… Если не реагирует — надавливаешь чуть сильнее… Если опять нет реакции, то можно и совсем расслабить голову и всей тяжестью лечь мордой на колено. Но если и это не работает, то начинаю тихонечко ворчать. Потом поскуливать. И — оп: кусочек вкусноты у меня! Как вариант, а? То-то же! Работает! Правда не у всех… Хозяйка прогоняет рукой, а вот дочка их мелкая и хозяин, часто смеются и дают что-то стрескать. Ох, как же я люблю хрящики от куриных косточек! М-м-м-м-м… Даже покруче хрустяшек… Тёме старый хозяин чаще со стола вкусняхи даёт. Но я-то знаю, как этого олуха отвлечь. Раз, куснула — забрала, пока он мордой крутил; два — брявкнула ему над самым ухом; он дёрнулся, а я перехватила. Теперь старый человек даёт нам поровну. Значит, верная у меня тактика! Но шугать Тёму не перестану. Вдруг больше достанется?

Глава 4: восемь месяцев

Салют

Как же страшно! Мчу по лужам к дому … Или куда глаза глядят?.. Грохочет отовсюду! Где я?! Поводок болтается сзади. Чуть не зацепился за что-то, еле вырвалась. Мчу вся в грязи от луж и дождя… Грохот всё не утихает… Скулю… Забилась в какой-то подъезд. Громко скулю, пока грохочет… Даже не помню — звали меня хозяева или нет?.. Колотит меня сильно… Кто ты? Давай, забери меня отсюда, пожалуйста… Только подальше от этого грохота. Нет, пить не буду… Вот тут сяду под вешалкой. Здесь не так грохот слышно… Да, погладь меня, незнакомая бабушка, погладь… Одеялком укутала… Спасибо… Всё равно трясёт… Когда грохот прошёл, стала скулить в незнакомом месте. Тихо, тихо… Всё равно страшно без хозяев… Как я теперь без них… Тёма, наверно и не вспомнит обо мне… Ну, да… Столько раз его кусала и прогоняла с лежанки. Меня даже хозяйка стала звать не Бэлси, или Баська, а «Стерьвь»… Это, видать, какое-то плохое слово… Зло она его говорила… Ну и пусть «Стерьвь», лишь бы домой… Ничего есть не хочу. Хочу домой… Домой…

Шаги… Это чьи-то очень знакомые шаги… Хозяин!!! Дай! Дай лицо тебе вылижу! Прыгаю от радости! Скулю тоже от радости! А, так у меня на шлейке твой телефон, хозяин? Ах, спасибо! Ох, не могу нарадоваться! Домой! Скорее, скорее! Всех облизала и даже Тёму не кусала, а просто рядом попрыгала и в нос лизнула. Рад, пельмень, что я нашлась! А я-то как рада! Всё… Больше в тот грохот меня водить не будут. Уф…

Дети и новые друзья

Очень я с детьми играть люблю! Вот прямо очень. Не, я давно не кусаюсь, вы что?! Меня хозяин приучил к звуку, когда он резко воздух сквозь зубы втягивал. Сразу знала, что будет больно. Он меня за брыли щипал с этим звуком, сразу после того, когда я кого-то кусала. Больше не хочу. Да и звук противный… А дети меня любят и постоянно со мной играют. Не то что взрослые. Те только раза три мячик кинут, или верёвочку мою дадут повырывать пару минут, и всё. Ну, хозяин почаще, чем хозяйка, но всё равно маловато. А дети со мной гонять любят. Точнее за мной. Но я-то шустрее и могу под шкаф влететь, и выскочить из-под него с любой стороны. Только вот под диван уже не влезаю — выросла. Там, кстати, осталась одна штучка, которая меня до сих пор бесит. Вот что за штучка — так и не могу понять. Но она там лежит. Я же видела, когда под диван заглядывала. Скулила даже. Но не понимают меня хозяева… Ну и ладно. Бегать веселее! Да и Тёму можно с налёта шибануть. Он всегда так смешно пугается. Морда то вся шерстью закрыта, как у швабры. Пробовала один раз свою голову в швабру засунуть, поиграться. Уяснила, что Тёма вот именно так всё и видит. Понятно почему он тупит — не видно так вообще ничего. Теперь называю его ласково «слеподыр». А он всё равно ж не обижается. Или прикидывается…

А ещё я научилась команде «дорога». Значит надо сразу остановиться, сесть и ждать, когда хозяин или хозяйка подойдут. Потом они говорят «можно» и я мчу дальше. Кстати, я даже умею уже без поводка гулять. Горжусь этим очень. Ведь когда слышу «ко мне» и подбегаю, то почти всегда хрустяшку дают, или другую вкусняшку. Не всегда дают, конечно, но перепадает. Как-то на улице одного маленького карапуза, что еле ходить научился, за штаны схватила и не пускала к дороге, когда у него мячик укатился туда. Меня потом хвалили, гладили и даже «умничкой» называли. Вот. За голубями уже не так часто гоняюсь. Глупые они. Да и хозяйка их «помойщиками» называет, потому что больше всего их у помоек собирается. Наверно поэтому от них так воняет классно. Хотя, скорее всего, от этого они и туповатые. Ну вот сами посудите. Сажусь прямо среди крошек или каких-то там зёрен, что кто-то насыпал. Эти жирные птицы сначала боятся подходить, а потом видят, что сижу тихо, начинают приближаться и клевать по-быстрому. Вот тогда-то интереснее всего на них прыгать. Не, я не ловлю их. До сих пор помню свои буэ-э-э от дохлого голубя и повторять не хочу. Но погонять их иногда всё равно весело. Бакс вот только уехал куда-то. Давно его на площадке не было… Зато Руби появилась. Вот уж собака ураган! Джек-рассел. Даже я за ней угнаться не могу! Мчит так, что голуби отлетать не успевают. Да, да! Видела как Руби расталкивала этих помойщиков. Тех сначала отшвыривало по сторонам и только потом они взлетали. Ух! Вот это скорость! Да и дети с ней играть любят, как и со мной. Вот тогда мы гоняем, лаем, а дети визжат и смеются, так что уши закладывает! Только Тёма от этих визгов постоянно прячется, глупындрик…

Первый снег

Я вот честно, даже не знала, что снег — это так весело! Я по нему и бегала, я его и ела (ничё так, годится), и валялась в нём. Но всё равно всего не переделала. Правда у меня вся борода потом в сосульках была, но это всё равно здорово! Руби валяться со мной не стала, а начала забеги устраивать по огромному кругу. Так прикольно следы от лап на снегу оставлять! Потом по этим следам другие собаки нюхать начинали, а мы снова гоняли. Лапы замёрзли немного, зато набегалась как никогда! На следующий день снег почему-то пропал. Даже удивилась — неужели его кто-то весь съел? Тёма поворчал и сказал, что снег таять любит. А когда зима придёт совсем, тогда он и оставаться долго на земле будет. Странная она, эта зима. Зачем приходить и уходить то? Со снегом ведь веселее. А потом на прогулке я первый раз увидела, как снег падать начал! Так это красиво! Снежинки крупные! Ловила их пастью — весело! Потом опять с Руби гоняли и следы оставляли. Но я уже умнее была. Мордой по снегу не елозила долго, чтобы сосулек на бороде не отращивать. Бороду мою первый раз долго отмывали. А я это не люблю. Ладно — лапы от грязи отмыть. К этому я уже привыкла. Но бороду не очень люблю давать мыть. Тёма, пентюх, даже посмеивался тогда надо мной. Ну, что делать… тяпнула его, конечно.

Хозяин болеет

Да уж… плохо, когда хозяин болеет. Не, не! Мне даже лучше, что он со мной весь день, а не только два старых человека и Тёма. Но всё равно. Не поиграть с ним, не побегать. Хозяин лежит всё время и очень много запахов кислых и каких-то неприятных. Это от лекарств, как мне Тёма сказал. Зато я теперь выучила новые команды, за которые мне много хрустяшек доставалось. Вот, например, команда «попроси». Это я должна сесть на попу, а передними лапами перед собой махать чуть-чуть. Потом ещё «кувырок» — ложусь на живот и кувыркаюсь через спину. Очень мне понравилась эта игра. А когда кувыркаешься ещё и лаять можно. От этого хрустящек больше получала, как мне показалось. Но самая отпадная команда — «умри». Это я на пол ложусь боком и лежу, пока не скажет «всё». Но надо не ложиться сначала на живот, а сразу на бок падать. Так хозяину веселее. Смеялся, когда я сразу на бок плюхалась. Только кашлял потом сильно. Нос ему со щеками вылизывала, успокаивала. Потом научилась команде «умри, как следует». Это, значит, надо не только на бок бухнуться, но ещё и полежать чуть-чуть и задней лапой дёрнуть. Рада я, когда хозяин смеялся, а не кашлял. Даже когда соседка приходила ему уколы делать, я играть не просилась, а смотрела на него, а потом руки и щёки вылизывала. Знаю ведь, что уколы — это больно.

Потом он учил меня лаять шёпотом. Это было бы долго, но… Не, не из-за того, что теперь я подтупливала. Просто поняла, что с «умри» как-то быстро всё выучила и мне потом хрустяшки не давали так часто, как хотелось. Только когда просили. Хотя я и без просьб на кухне могла упасть и задней лапой дёрнуть, чтобы показать, что знаю команду. Смеялись. Сразу давали вкусняху. А потом перестали. Ну и я перестала — чё я, клоун что ли?.. Поэтому лаять шёпотом я специально решила долго учиться. Кто ж откажется от хрустяшек и вкусняшек! Надо ведь с грамотным ухищрением к обучению подходить. Но хозяин оказался тот ещё пройдоха. Позвал Тёму и стал и его науськивать, чтобы и он шёпотом лаял. Вот только коротколапый или прикалывался, или вообще не отдуплял. Сидел и башкой своей лохматой вертел или просто нюхал руку хозяина. Тот и вкусняшки ему давал, а не мне, и показывал как лаять надо… Эх… Тёма, Тёма… Ты вроде поумней меня должен быть за столько лет жизни то…Никакой тактики у собаки. Вообще ноль представления о правильном выманивании еды… Работать с тобой и работать… Поэтому шёпотом я тоже быстро научилась лаять. Чего это я должна Тёме свои вкусняхи отдавать? Но пару хрустяшек ему в миску всё же положила. Слупил попозже, поворчал. Думаю, он так спасибо сказал. Не, сосед мой вроде ничё так, пёсель, дружить можно. Ну, тормозок, и что? Не всем же таким, как я быть. Я-то вообще уникальная собака. Чё уж там…

Гости

Не знаю, как вы, а гости мне очень нравятся! Тут даже выпрашивать вкусняхи не нужно — сами дают. Правда, только после команды «можно» беру, за что хозяин или хозяйка меня хвалят особо. Так ещё меня и другие хвалят за это же и даже за ушком позволяю их поцеловать себя. Не всем, правда, позволяю, но мне же приятно, чего скрывать то… Раньше, маленькой, я глупой была. Как-то раз залезла через диван на праздничный стол, и утащила с тарелки картофелину, а не куриную ножку, которая рядом лежала. Почему? Да потому что торопилась очень. Картошку я стрескала, конечно — от неё ведь такой же аромат шёл, как и от курицы. Но мне не слабо «прилетело» за такое. Хотя просить вкусняхи никто не запрещал же. Именно поэтому с гостями — другая ситуация. Я, как воспитанная собака, легко подходила к любому и клала ему морду на коленку. Но хозяева меня всегда отгоняли и даже тихо ругали за назойливость. Тогда я по-другому стала поступать — более надёжно. Залезала под стол, немного сидела там и потом осторожно клала морду на колено самого вкусно пахнущего гостя. Под скатертью меня ведь сразу не видно. Вкусняху мне давали почти сразу, но я ждала команды «можно» и гости иногда сами наступали на вкусняху ногами. А вот дочка хозяев — просто умничка. Научила гостей тихо говорить мне «можно» и тогда я сразу брала угощение. Но раскрыв эту мою хитрость, хозяйка стала чаще прогонять меня из-под стола на место. Зато хозяин, за что люблю его всеми собачьими силами, просил меня выполнять команды. А что это значит? Верно! Вкусняхи давать мне можно было за дело — заслужила, значит. Гости после этого сами хотели, чтобы я команды выполняла. Вот тогда-то я наедалась по полной. Кто ж за такое их любить не будет, гостей этих? Потом убирали со стола и всё относили на кухню. Там у меня тоже была своя тактика — вылизывать самые вкусные тарелки. Это делать мне давала только дочка хозяев, пока никто не видел. Да и сам хозяин иногда позволял такое. Им почему-то смешно от этого было. Ну и пусть смешно! А мне-то вкусненько. Поэтому гостей я всегда любила и ждала. Вот.

Первый тримминг[1]

То что мне на даче злобный Барсик летом выдрал клок шерсти — вообще ерунда. Да, было больно, но больше от кошачьих когтей. Теперь же меня привезли к какой-то властной тётке, которая, не церемонясь, завалила меня на бок, прижала голову своей ручищей и начала выдирать из меня шерсть! Можете представить моё состояние?! Я сначала просто остолбенела от такой наглости! И ведь не куснуть её за это — собака я ж теперь воспитанная. Но быстро я не выдержала и просто вырвалась. Сиганула с высокого стола и запрыгнула на руки хозяину. Трясло меня, как от салюта. Ну не люблю я хамское обращение к себе. Гордость то у меня ещё есть и её никуда не деть. Со мной ведь как надо? Правильно — лаской. Не без строгости, конечно, но без ласки просто никуда. Второй раз тётка уже по-другому со мной начала своё издевательство: погладила меня, дала свои руки понюхать хорошенько и даже хрустяшку дала. Я от обиды сначала отвернулась, но хозяин сказал «можно» и я нехотя взяла лакомство. Посмеялись они вдвоём и опять на бок уложили. Хозяин стоял рядом и успокаивал меня, а я смотрела на него круглыми глазами и не понимала — за что он меня так наказывает. Ну, да. За зиму я обросла знатно. Мне даже вокруг глаз шерсть подстригали. Но чтобы вот так всю мою шерсть выдирать?! Не, больно сильно не было. Но очень уж неприятно. Терпела я это издевательство почти час, наверное, а потом взяла и прямо на столе этой тётки и надула. Да. Это была месть. Потому что нельзя меня так мучать какой-то незнакомой нахалке, которая хоть и пахнет вкусно, но всё равно ведёт себя хуже голубей… Поорала она, конечно, но тут уж извиняйте — наболело у меня. Закончили эту пытку — стрижкой. То ещё удовольствие, скажу я. По всему телу железной жужжалкой водили-водили, пока я опять трястись не начала. Изверг, а не тётка. Но потом… М-м-м-м-м… Какая ж я красивая стала — это что-то.

Бамбук

После стрижки меня даже Тёма не узнал. Ну, а как ему разглядеть мою красоту, если у него швабра на глазах?.. Но как все люди охали и ахали, глядя на меня на площадке для выгула!.. Я даже себя какой-то особенной красавицей почувствовала. Даже Гранд комплимент сделал, пророкотав негромко, что я очень милая крошка. О, данке шён, майн фройнд! Да и носиться с Руби стало как-то даже легче. Но самое расчудесное я открыла потом… Оказывается, та шуршащая шторка, что висела между коридором и кухней, очень даже чудесная штучка для… моих стриженных ушек. Выяснилось это совершенно случайно. Услышав, что кто-то захрустел пакетами (что означало только одно — на кухне едят вкусняхи), я по привычке рванула туда и замерла перед открытой дверью. И вот тут эта шуршащая шторка нежненько прошлась по моим ушкам и за ними у самой шеи. Сначала я подумала, что меня кто-то целует. Резко обернулась — никого. Потом снова шторка по ушкам скользнула и… я поняла, что теперь это будет моим тайным блаженством. Почти полдня я сидела и ласкала свои ушки этой шторкой. Даже Тёма пробурчал, что я застряла у бамбука, как приклеенная. Ну вот как ему объяснить, что ласкание этой шторкой стало для меня в один миг важнее, чем искромётное изъятие у него его потрёпанной резиновой собачки! Ну что ты, Тёма! Это же бамбуковое блаженство! Не заметила, как хозяин со старшим человеком тайно подглядывали за мной. А я потихоньку водила головой из стороны в сторону и шебуршала, и шебуршала этими бамбуковыми полосками. Они так нежненько перекатывались на ушках и за ушками…что наконец я не усидела и шлёпнулась на бок, как при команде умри. И даже по привычке лапкой дёрнула …

[1] Тримминг — процедура ухода и поддержания структуры шерсти собак определённых пород, которая заключается в ручном или инструментальном выщипывании отмерших волосков. У жёсткошёрстных пород (например, терьеров, шнауцеров) шерсть не выпадает естественным образом, а отмирает, оставаясь в волосяных фолликулах. Если её не удалять, она скатывается, вызывает раздражение кожи и ухудшает внешний вид собаки.

Глава 5: один год

Первая выставка: подготовка

Месяца три я с радостью гоняла на специальной площадке по разным лесенкам. Это было сразу после стрижки и я чувствовала себя просто идеальной собакой. Команды выполняла на раз. Грациозно прыгала на какие-то брёвнышки, бегала и по ним, и под ними, и между ними. Кто ж за вкусняхи не побегает и попрыгает, да когда тебе самой это нравится. Потом перестали давать лакомства, но я уже и так проходила без команд всю площадку. Хозяин очень радовался, когда у меня всё классно получалось. Вот только бежать с ним рядом не так быстро, как я люблю, да ещё и только вперёд смотреть, у меня долго не получалось. Ну а как вы хотели? У хозяина в руках хрустяшки и мне нужно было чётко следить, чтобы он их не выронил или отдал бы кому-то ещё. Потому и вертела мордой на него постоянно. У других собак это вообще слабо получалось, но мне как-то не до них было, потому что они все какие-то медленные подобрались. Вот когда на этой площадке появилась совершенно беспородная собака Бобрик, который стал все команды делать влёт, как торпеда, вот тут меня гордость и заела. Стала втихаря соревноваться с ним и очень быстро выучила всё, как надо. Боб, кстати (это сокращённо от Бобрик) очень даже клёвым пёселем оказался. Правда расцветка у него была — вырви глаз: жёлто-рыже-чёрно-бело-серые пятна мелкими кляксами рассыпались по всей шкуре в совершенно невероятных пропорциях. Лапки короткие, разноцветные. Тело длинное с крючковатым хвостом, которым Боб постоянно вилял. Нос, при этом выделялся розовым пятном на кончике чёрной морды, а озорные, бледно-голубые глаза расположились необычно — один в тёмно-сером пятне шерсти, а второй — в рыжем. Но, несмотря на свои короткие лапки, прыгал Боб ого-го как! Мы с ним забеги по горкам и брёвнам устраивали такие, что остальным собакам только ждать оставалось, пока мы не набегаемся. Правда, я по своей традиции, его разок тяпнула. Ну, просто для установки статусности и лидерства. Я ж девушка. Ибо не фиг. Игнорировать красоту даже дворняжкам недозволительно… Ну, да… Стерьвь… Осталась она во мне… немного.

Выставка

Хозяин с дочкой тряслись, наверное, сильнее чем я, когда мы в огромный павильон зашли. Хотя мне почему-то очень хотелось сразу на тот огромный манеж выскочить и начать гонять. Тут не только лесенки и брёвнышки были, а ещё и какие-то сеточки висели, палочки расставлены, между которыми надо пробежать быстро. Я пока смотрела, аж поскуливала от желания туда рвануть. А потом я увидела Гранта и просто обомлела. Вот это мастер! Он с такой легкой небрежностью прошёл всю площадку, что я сначала даже не поняла — он закончил, или ещё забег будет? Мне аж захотелось ему морду вылизать, в знак признательности, когда его хозяину грамоту вручали, а ему медаль на рыжую грудь повесили. Просто восторг! Пока мне расчёсывали морду и лапы, чтобы всё было пышненько и нарядненько, я всё косилась на эти лесенки и брёвнышки. Вот только погонять там так и не дали. Обидно… Я сидела рядом с хозяином и смотрела на его дочку, как мы и репетировали. Кто-то рядом лаял, повизгивал, а мне вообще не хотелось отвлекаться. Хотя меня чуть-чуть потряхивало. Но это точно от хозяина. Я же чувствую его запах, а в нём почему-то ощущалась ещё и тревога. Это меня слегка и отвлекало. Мы же, собаки, всё носом понимаем: когда вы, люди, радуетесь, когда печалитесь, когда ругаетесь или чего-то боитесь. Потом наша десятка вышла. Все сначала ходили по кругу, потом бегали: сначала вместе, потом каждый хозяин со своей собакой; садились, стояли в стойке, которую я уже давно хорошо делала. В общем утомляшечки, а не соревнования, как у Гранта. Стойку то я на отлично исполняла: смотрела ровно на хозяйку, не шелохнувшись и подняв немного морду. Мне потом их дочка это фото показывала и охала-ахала. Но я ж в этом ничего не шарю. Понюхала картонку, лизнула руку, пока хозяин что-то там забирал у судей, и мы уже хотели домой поехать. Но, видать я с такой тоской на эту площадку с брёвнышками смотрела, что хозяин втихаря отстегнул поводок и сказал «можно». Вот тут я как рванула сразу на лесенку! Потом, правда, и по палочкам прошлась, но вот с бревна свалилась… Испугалась даже немного. Вернулась к хозяину, присела рядом на нервяке, но потом он сказал «давай ещё» и я стартанула со второй попыткой. Вот тогда пролетела я всё на ура! Дочка с хозяйкой даже закричали от радости. А я уже рвалась дальше. Но мне не дали. Судьи хозяину что-то ласково пробу-букали и мы поехали домой. А вот дома нас ждали гости. Вот где праздник начался! Меня и гладили, и за ушком целовали, и вкусняхи давали. Кайф! Я со всеми фотографировалась, делала стойки, выполняла команды. Снова вкусняхи! Короче — объелась… А потом хозяин такой — раз, и медаль мне повесил на шею! Офигеть! Эт чё я взаправду выиграла?! Да ладно! Хотя мне медаль-то пофиг, а вот вкусняхи новые — это что-то с чем-то! Какое-то нереальное собачье счастье! Но я-то объелась уже… И что делать? Подумала и отнесла одну жилку пахучую Тёме. Тот сначала шуганулся (правильно я недотёпу научила — меня остерегаться надо), но потом вцепился в эту жилу и даже про собачку свою драную забыл. Ну, а я чё… Подумала секунду и спёрла её. Ну весело же смотреть, как этот простофиля лохматый будет по квартире рыскать. Ума то не хватает под матрац моей лежанки заглянуть. Эх… Ладно… Сжалюсь, конечно, через денёк, а он пока жилку пусть погрызёт своими зубами старческими. Добро ведь тоже надо делать. Люблю ж я этого ворчуна, что уж там…

Самое страшное наказание

Кто же знал, что у меня такое настроение будет?! Вот захотелось мне побегать с тем кобелём, такой же породы, как и я! Он ещё и палочкой своей поддразнивал — то отдавал, то отнимал. Короче, вскружил девичью голову, нахал эдакий. Да и дочка хозяев со своими друзьями на меня особо внимания не обращала, а сидела и смеялась чему-то. Сама не поняла, как унесло меня в другие дворы, где я даже не была ни разу. А кобеля этого за ошейник хозяева схватили и осталась я одна. Пум-пум-пум… Ну да ладно. Сначала переживать то особо не планировала. Понюхала хорошенько все деревья, да лавочки — ничего родного и близко нет. Начала немного нервничать. Побежала к дороге. Постояла, посмотрела — много машин вечером. Точно не побегу туда. Вернулась. Стала свои следы искать и нюхать. Толку ноль. Столько всяких ног их забили на асфальте — не разобрать. Побежала к какому-то магазину. Подумала: «Если кто выйдет из знакомых по запаху, я к нему прицеплюсь и до своих дойду». Но потряхивать меня уже начало заметно. Времени немало прошло, как я поняла, что заблудилась. Долго сидела у магазина и поскуливала, пока какой-то дядька передо мной кусок колбасы не положил. Я конечно понюхала, но брать не стала. «Можно» то не сказали… Потом дядька мою шлейку рассмотрел и за собой поманил. Пахло от него не так уж и плохо, но всё равно решила остаться. Когда дочка хозяев со своими друзьями прибежали, вот тут я и лаяла, и скулила от радости, но… Даже не думала, что есть такое наказание… Дома меня просто перестали замечать. Не, лапы помыли и еду дали, но потом… Ни хозяин, ни хозяйка, ни их дочка не подпускали к себе. Старые люди тоже… Когда я им игрушку принесла они просто отвернулись, а хозяин на место прогнал. Тёма что-то проворчал и я впервые услышала это слово: «игнор…» Лежала я на своём месте и думала: «Вот, за что они меня так? Ну, убежала… Но ведь нашли же!..» Потом поняла, что если я тряслась, то и они, наверно, тоже. «Вон, дочка их сидит, плачет. Видно и ей досталось, что я убежала, а она недосмотрела… И нафига мне этот кабель был нужен? Как он вообще к нам на площадку залез то? Эх, Бэлси, Бэлси… Вроде ж воспитанная ты собака уже… Даже медаль имеешь. Ну надо же было такую глупость сморозить?» Лежала, плакала тихо и уснула… Проснулась оттого, что Тёма мне морду вылизывал. Да, я плакала. Настоящими слезами… Потом он лёг со мной рядом и собачку свою положил перед моим носом… Люблю тебя, чучундер мохнатый!

На следующее утро меня с поводка не отпускали на прогулке. Даже на площадку не повели… Дела свои сделала и сама назад домой потянула… Хочу к Тёме… Полежим рядом и не так грустен будет этот игнор… А вечером после прогулки даже есть не стала. Села на своё место и… завыла от тоски. Так мне было горько, так сердечко моё разрывалось, что просто не могла по-другому… Недолго я выла. Первой не выдержала дочка хозяев, а потом и сам хозяин. Вот там мы и сидели — дочка плачет, я ей слёзы вылизываю, а хозяин за ушком меня целует. Ночью сама к Тёме пришла и легла с ним рядом. Моя лежанка ему никогда не нравилась почему-то. Ну и что, что жёстко на его коврике, зато тепло друг от друга. Это же важнее!

Переезд

Э, Тёма! Ты куда? Зачем люди твои игрушки и коврик забрали? А зачем вам другая квартира? Вместе же веселее! Не понимаю я этих приколов… Старые люди уехали совсем и Тёма с ними. А я уже так привыкла к нему. Он в последнее время даже несколько раз ко мне на лежанку приходил спать. Наверно знал, что скоро уедет, но так ничего и не сказал. Вот тихушник! И зачем надо было скрывать? А, теперь понятно… Дочка хозяев подросла и ей отдельная комната нужна. Странно… Есть же самая большая комната! Там и гонять веселее и места навалом. Её же только для гостей переделывают: стол, там, заносят большой, стулья выставляют с балкона. Не… не понимаю я этих людских приколов… Теперь в комнате Тёмы и его старых хозяев пусто и все стены ободраны. Я эти обои тоже пыталась отдирать, но меня хозяин прогнал. Только смеялся почему-то. Я ж помочь хотела! Ну, и ладно. Жилку пойду свою вкуснючую догрызу. Пусть свой ремонт без меня делают… О! Наконец-то ту штучку из-под дивана достали! Оказывается это старая игрушка: грибок-пищалка. А я и забыла про неё. Надо же — свистит ещё тихо… и Тёмой пахнет немного. Ну, да. Давала же ему поиграть с ней иногда. Потом сама под диван загнала в азарте и забыла. Интересно, как там мой пехтель поживает на новом месте?.. Опаньки! Это чё такое? Воняет противно… Клей? А зачем вы им стены мажете? Ой, ёй-ёй! Ну вот… Теперь задницу мою отмывают… Я же просто понюхать хотела и поскользнулась. Так, стопэ! Не надо грязи! Я не специально ваш тазик опрокинула. Ой, ну пардоньте меня все вместе! Это вам самим тут надо всё поаккуратнее расставлять. И незачем так орать! Всё. Мойте меня молча. Не виноватая я…

Ссора

Зачем они так кричат. Им что, обои наклеенные не понравились? Сами же покупали… Дочка меня в большую комнату отвела и играть заставляет. А я не хочу! Слышу же, что им плохо обоим. Пусти меня к ним! Я их вылижу и успокою. Ведь когда я щёки и нос хозяину облизываю, он почти всегда смеётся, а значит и сейчас злится не сможет. Хозяйка этого не любит, знаю. Но я могу и её вылизать, только бы они не кричали…

Теперь хозяин почти всегда злой почему-то… Целый день дома сидит и по телефону всё звонит кому-то… Даже вечером, когда их дочка из школы возвращается, а потом и хозяйка приходит, всё равно все молчат и разговаривают как-то странно — коротко, отрывисто… Я же чую, что плохо им всем троим. Днём хозяин иногда меня на кресло своё берёт, гладит и за ушком целует… Мне очень приятно, конечно, но от него такая тоска исходит, аж мой кирзовый нос щипать начинает… Вылизываю его, как могу, но всё равно надолго не помогает. Сидит и бубнит что-то. Только слово «работа» поняла. Мне его часто произносили, когда я хорошо команды выполняла. Ведь после того страшного наказания «игнор» я теперь только у ног хозяев гуляю. Даже трусь об них, когда идём, чтобы не подумали, что я убегу. Больше никакие дурацкие кобели меня застявят. Хватит! Набегалась… Нужны мне их палочки… Все команды выполняю сразу, и даже не за вкусняшки. Не хочу больше, чтобы они страдали. Я-то страдаю вместе с ними. Неужели они не чувствуют этого? Хорошо хоть не кричат друг на друга, но тоскливо всё равно…

Отпуск

Вот честно — я сразу почувствовала, что хозяин повеселел. Как только он домой тогда пришёл, то сразу меня тискать начал и смеялся по-настоящему: радостно и искренне. А я лаяла в ответ так же заливисто, потому что мне то, как раз, в первую очередь его счастье было нужно! Он даже носился со мной по площадке! Во как! А я гоняла и с ним, и с Руби, и даже с Бобом. Этот мольберт разноцветный часто к нам гулять стал приходить. А через несколько дней мы поехали на дачу. Теперь я уже не делала всю дорогу буэ-э-э, кстати. Мне какую-то таблетку в пасть запихнули и зажали морду руками, пока я её не проглотила. Зато всю дорогу в ногах хозяйки сидела и даже подремала немного. Я как первая из машины выскочила, то сразу Тёму увидела. Стоял мой баллон кучерявый, бубликом своим скрученным вертел, словно ждал меня. Погоняли даже с ним между грядок. Ну, как погоняли — я гоняла, а он только подпрыгивал на месте, когда я мимо него проносилась. Эх! Хорошо! Соскучились друг по другу! Правда потом мои хозяева уехали на следующий день и я даже немного нервничала, что их нет. Меня Тёма успокоил и слово новое проворчал «отпуск» — это когда люди куда-то далеко уезжают, а потом приезжают и от них чуть по-другому пахнет, и кожа у них темнее становится. Пару дней я сначала даже переживала, скулила немного — как бы мои совсем запах не поменяли. А то как я их узнаю-то? Но, потом я успокоилась, потому что старая хозяйка Тёмы меня стала часто на ручки брать и на диване сидеть со мной. Да ещё за ушком целовать. М-м-м-м… Только ругалась она сильно, когда я всё же одну курицу умудрилась погонять. Не, ну а чё?! Эта квохча сама как-то вылезла из своей конуры и ходила по огороду и всё клевала. Точно они родня с голубями — туповаты так же, только летать не умеют. Не, не! Курицу я не придушила. Просто подмяла под себя и та орать начала, как будто я её в клочья рву. Ну не дурища? Ещё и веником за эту орушку-несушку я же по заднице и получила. Обидно, конечно, но терпимо. Потом Ника с Боем в гости приходили и мы опять в лес отправились. Вот где круто гонять было! Я-то уже взрослая, могу носиться пошустрее. Бой только хромал всё время. Ника ворчала, что он решил с высокого крыльца спрыгнуть. Прыгнуть то он, прыгнул, вот только приземлился лапой на камень, и теперь хромает. Послушала я Нику, посмотрела на Тёму и ничего даже не хмыкнула. Но он и сам всё понял про Боя. Хотя тут и понимать нечего. Не, Тёма, я тебя тупняком уже давно не считаю, а вот Бой у меня строчку лидерства в этом определении прочно занял. А ещё я по огроменному полю гоняла и там нового зверя увидела. Заяц называется. Меня старый Тёмин хозяин аж охрип звать к себе, пока я носилась за этим реактивным чудовищем. А этот ушастый явно издевался — попетляет, отбежит подальше и ждёт. Вывел он меня из себя знатно. Потом всё же сдалась и прибежала назад. Выдохлась сильно. Никогда не думала, что есть такие звери, кого догнать почти невозможно. На даче я также со шлангом играть полюбила очень. Старая хозяйка им огород поливала, а я прыгала и струю ловила. Мокрая потом вся была, но уж очень веселая эта охота за водой. Вот так мои две недели пролетели. Считай, у меня тоже отпуск был. Во как! А когда мои приехали, вот уж я носилась и скакала от радости! И никакой запах они не поменяли. Так что, тетёха мой кудлатый, был не прав ты, Тёма. Всё! Поехали мы домой. Скучать по тебе буду.

Жених

О, боги мои собачьи! Что ж со мной творится? На всех кобелей я теперь смотреть начала как-то особенно. Да и они на меня внимание обращать стали иначе. Вот только хозяин постоянно их отгонял. Зачем? Я и сама девушка разборчивая и не каждого мохнатого к себе подпускать была готова. Цену то я себе знаю. Как-никак собака воспитанная, послушная да и с медалью. Вот. Но какой же красавчик этот Терри… Вот что я скажу, девочки мои: красота не всегда важна. Важен запах и ласка. Терри меня чуть ли не всю вылизал, когда мы с ним встретились в первый раз. Но, все подробности я опущу, потому что это моя интимная история, которая не для всеобщих ушей и глаз. Короче, Терри моя любовь навеки! А какие глазки у него с ресничками длинными!.. Это что-то с чем-то! Не говоря уже о его аромате. А как он мои ушки бархатные вылизывал, а? Словно знал, нахал такой, что я просто растаю от такой ласки. Покруче любого бамбуко-удовольствия… Эти три свидания — просто м-м-м-м-м… Слов нет! Всё было настолько прекрасно, что я даже пару дней скулила после них. Так мне в душу этот Терри запал… Но, жил он, оказывается, вообще в пригороде и к нам не мог так часто приезжать, как бы мне хотелось. Правда я поняла, что наши хозяева о чём-то там договорились и спустя месяц мы снова встретились. Ах, Терри…твои ушки всё такие же ароматно-пахучие и глазки длинноресничные очаровательно блестючие!..

Вот только через пару месяцев попала я в больницу и даже не поняла зачем меня там дышать каким-то вонючим газом заставили. Очнулась уже дома с забинтованным животом. Больно было. Даже уколы не такими болючими казались. Но… Зажило вскоре. Кто же знал, что в дальнейшем эта романтическая встреча так мою жизнь собачью изменит сильно. Но, ничего. Хозяева меня любят так же, и я их люблю ещё сильнее прежнего. Но Терри иногда до сих пор вспоминаю…

Глава 6: три года

Внезапные психи

Не знаю, бывает ли так у всех собак, но у меня иногда возникает какое-то дикое желание. Вроде лежишь себе, лежишь, и вдруг — бац! Погнали! Носишься по квартире, как угорелая и крутишься на месте. На круге пятом-шестом, обычно делаю перерывчик: водички, там, полакать, отдышаться. Но это ненадолго. Потом опять — гонки: кухня, коридор, комната, коридор, вторая комната, коридор, третья комната. Уф… Бывало, что и с налёта влетала головой в закрытую дверь, когда её перед самым носом захлопывали. Обычно, так дочка хозяев поступала, когда я своими психами ей уроки мешала делать. Но я не обижалась и мчала дальше. Вот когда хозяин с хозяйкой дома были, то мои гонки останавливали. Ну, как останавливали. Просто командовали «место». Но я и там мордой в матрац лежанки зарывалась и устраивала вывороты неудобно лежащей подкладки и одеялка. Потом и с одеялком могла носиться по тому же маршруту. Главное, чтобы преград не было. А то, как-то раз влетела в ноги хозяйки, когда она цветы поливала. Так, мало того, что меня водой окатили, так ещё она заорала так, что я сама испугалась и на место рванула. Потом сидела и тряслась от страха, а хозяин смеялся и гладил, успокаивал. Но у меня мой внезапный псих как раз прошёл тогда, и я сама ему на грудь лапки положила и ушко своё подставила. Целуй, давай… Ну, пожалуйста… Я вообще часто так делала, когда хозяин передо мной на корточки садился. Знала, что так он хочет меня расцеловать. Ну, а чё стесняться то? Нравится — целуй! Мне ж это тоже приятно. Да, да… Вот сюда за ушком, а не только в голову… М-м-м-м-м…

Сияющий ошейник

Какая я же красивая! Это что-то! Как только мне надели эту мигающую красоту на шею, я смотрела на ту, другую собаку в отражении большого зеркала в прихожей, и просто нарадоваться не могла. Отбегала. Потом замирала, припав на передние лапы, звонко брявкала, опять подбегала и любовалась. Та, в отражении за мной всё повторяла и это было так весело! А огоньки мигали и мигали, медленно перебегая с одной стороны ошейника на другую. Ну что за прелесть! Когда на площадку пришла, то сразу гонять не стала, хотя Руби с Бобом уже носились вовсю. Ходила неспешно, кустики и деревья нюхала и постоянно голову задирала, чтобы мою красоту мерцающую было лучше видно! Ну, а как вы хотели?! Нам, девушкам, внимание всегда нужно, особенно если на тебе такое великолепие. Меня даже Гранд почтительно обнюхал и хвостом повилял. А это, скажу я вам, очень даже серьёзное признание моей неотразимости. Ведь я одна была такая сверкающая на площадке, и меня просто невозможно было не заметить. Вот. Потом и другие собаки нюхали и даже Руби завистливо поскулила. Но я не обратила внимания и начала гонять. Я же как звёздочка, всем видимая, показывала свои перемещения и знала, что хозяин любуется моей грацией и красотой. Вот только когда домой пришли, с меня огонёчки мои сняли и они… сразу погасли. Я даже пару раз возмущённо полаяла, типа — поломали мой сияющий ошейник? Вы что?! Но хозяин посмеялся и показал, что огонёчки просто включаются и выключаются. Уф… успокоил. А то я уже хотела возмущаться и дальше, потому что несправедливо меня лишать такого очарования. Девушка я, в конце концов, или где?.. Правда, через пару дней, уже и Руби с этой задавакой левреткой были в похожих ошейниках. Но мне было абсолютно всё равно, так как моду на эту красоту задала именно я. Ха-ха, повторюшки…

Газовая атака

Мой хозяин иногда называет меня «пердушка-подружка». Может это и обидно — не знаю, но мне всё равно. Не, ну как вы хотели? Ну, скапливаются газы, а во сне ты же себя не контролируешь. Да, соглашусь, что обычно пук у меня молчаливый и удушающий. Сама пару раз чихать начинала. Такое часто после гостей происходило. Понятное дело, что это не от моего корма, который я с удовольствием и так ела. Но вкусняшки со стола — на то и вкусняшки! И нечего на меня так коситься. Сама знаю, что не подарок, то бурление в животе. Но не держать же его в себе, в конце концов! В первый раз аж сама удивилась, когда этот странный звук моя попа издала. Я аж выкрутилась и понюхала. Фу-у-у, конечно, но было интересно — как это из меня такое выдувается. Потом уже не удивлялась, а просто уходила в другую комнату. А за мной и все остальные выбегали. Может им такая игра тоже нравилась — не знаю. Но вот так часто заставлять попу пукать, чтобы всем весело было, я конечно не научилась. Возможно, нужны какие-то особые тренировки?..

Тапки и носки

Наверно оттого, что мне маленькой как-то крепко досталось за сгрызенные тапки, моя любовь к ним каким-то образом не угасла, а переросла в особую привязанность. В них же такой сильный запах от хозяев… Хотя я обувь уже не грызла и её даже в шкаф не убирали, как раньше, а оставляли в прихожей. И когда хозяин или хозяйка приходили, я тут же хватала по одному их тапку. Затем, виляя хвостом, прыгала перед ними, ждала когда они на вешалки свои куртки или пальто повесят, и тогда отдавала: хозяину всегда его тапок, а хозяйке — её. Но только хозяин меня целовал за ушком, поэтому я быстро поняла, что лучше подавать оба тапочка ему сразу. Потом меня он как-то пожурил, что хозяйке не подаю. Тогда стала я поступать иначе: хватала тапки хозяйки, клала перед ней и тут же подбирала тапки хозяина. А уж с ними кружилась, зная что меня точно расцелуют. Дочке хозяев я так же тапки подвала. Она ж меня тоже за ушком целовать любит. А вот когда она со своими подружками проходила, вот тогда я прямо купалась и в ласке, и в поглаживаниях, и в поцелуйчиках. Знайте — мы, девочки, гораздо больше ценим поцелуйчики, чем простое поглаживание. Тапки для гостей и им на радости подавала — выбирайте любые! Правда, они потом в комнате закрывались и музыку включали, а меня не пускали. Ну, а чё мне делать? Садилась под дверью и подвывала. Вроде красиво получалось. Они даже иногда выглядывали и хихикали, а мне нравилось петь под их музыку. Потом мы гоняли по квартире. Точнее, гоняла я, с чьей-нибудь тапкой в зубах, а они за мной бегали. Весело! Вот только носки хозяина я отдавать не хотела. Как-то стянула один из них и в своей лежанке под матрац закопала. Когда было отчего-то грустно, то доставала его и нюхала. Потом этот носок нашли и забрали. Но я-то хитрюшка та ещё. Пару раз утягивала носки очень тактично. Не, ну сами посудите. Положат их в стирку рядом с какой-то гуделкой в ванной, а они лежат там и так пахнут сильно, что нельзя просто так взять, и пройти. Ну и как их не стянуть? Вот и я о том же. У хозяина все равно носков много, а вот пахучие он почему-то не любит. Странные вы, люди…

Зеркало

Как-то в гости приехала моя мама. Она зашла и просто замерла, глядя на отражение в зеркалах раздвижных дверей шкафа в прихожей. Потом медленно крутила головой минуты две точно и ни шагу не сделала. Такое ощущение, что она никогда зеркала не видела. Ну, надо же!.. Не, я когда маленькой была, прыгала перед шкафом и брявкала от души на ту, другую собаку. Но потом успокоилась и только ошейником с лампочками любовалась, когда подарили год назад. Но скоро и по ошейнику остыла. Но сейчас… Вижу, что мои хозяева и хозяйка мамы наблюдают и посмеиваются. Короче… Решила показать, как надо с зеркалом играться. Замечу, что голосок у меня ещё тот — звонкий уж очень. Хозяйка иногда вздрагивала, когда кто-то в дверь звонил и я лаять начинала. Ну, чё… Пока мама моя стояла, не шелохнувшись, и нюхала зеркало издали, брявкнула я ей прямо в ухо, да ещё на передние лапы припала: типа — весело же! Вот зачем она сразу в комнату метнулась — я понять не могла. Только там она налетела на стул, опрокинула его с грохотом и у балконной двери застыла с огромными глазами. А хозяева мои с хозяйкой мамы стояли и ухохатывались. Я вот прямо сама прифигела, оттого, что мамка то у меня со странностями. Ну не всем же дано понять, что за зеркалом живёт хорошая собака. С ней просто надо поиграть иногда, что я теперь изредка и делаю. Правда маме я ничего не сказала, когда она уходила. Но та даже голову специально отвернула от зеркала. Да уж… а я ещё на Тёму грешила, ну-ну… Хотя… мамка то моя лет на пять меня старше и может это старость так проявляться начинает?

Старый человек и Тёма ушли…

Привезли к нам однажды Тёму и я его просто не узнала. Он еле ходил и старался сразу на свой коврик лечь. Уж как я его не расталкивала поиграть — ни в какую. А люди негромко что-то говорили между собой и плакали. Я же чувствую всё и поняла, что случилось что-то ужасное. Тёма даже есть ничего не стал. Я ему и вкусняшки свои носила, которые мне специально давал хозяин. Никакой реакции — так и лежали перед его мордой. Тогда я стала Тёме уши вылизывать, чтобы хоть немного его подбодрить и согреть — дрожал он мелко-мелко почему-то… Потом он мне и проворчал еле слышно, что его старый хозяин ушёл навсегда. Тогда я разглядела, что у Тёмы вся морда мокрая от слёз. Уж как я ему вылизывала морду, лишь бы он не плакал. Помнила, как он меня утешал во время страшного наказания. Спал Тёма почти целыми днями. С трудом выходил гулять и вообще не бегал, а просто ложился на траву и ждал, когда домой пойдём. Мне ещё Гранд сказал не тревожить его и не приставать. Откуда эти взрослые собаки что-то знают, что я не знаю? Потом сама себе представила, если бы мои хозяева ушли совсем и мне почти стало понятно, что Тёма чувствовал. Носиться даже сама как-то расхотела. Через неделю Тёма вообще встать не смог. Ему даже уколы делали, а он и не пискнул ни разу. Потом его увезли… Не знаю, почему, но в тот день я просто села и стала выть возле его коврика, потому что уже знала, что не увижу своего пехтеля кудлатого, своего друга со шваброй на глазах… Когда мои хозяева домой вернулись я даже тапки им подать не смогла — просто лежала в обнимку с потрёпанной резиновой собачкой Тёмы…

Глава 7: пять лет

Верность

Я всегда боялась оставаться в машине одна. Лаяла на всех и вся, да ещё и стёкла извозюкивала. Так хозяин говорил, когда возвращался и протирал заляпанные моей слюной окна машины.

Ну а что прикажете делать? Может вы меня бросить решили в этой коробке железной! Ещё душно в ней всегда и мне воздуха не хватало от той щёлочки, что оставляли. Никакие медали и дрессировки мои тут не в счёт! Просто я не могла сидеть внутри и всё… Поэтому скоро меня стали брать с собой. Добилась.

Но однажды меня в магазин не пустили. У них там, видите ли, правила строгие. Вот и осталась сидеть у входа. Поводок мой привязали, я уселась и глаз с дверей этих раздвижных не сводила.

Долго сидела, даже поскуливать начала. Потом устала, прилегла. И вот тут-то мне под нос конфету подложили. Ну, я как девушка воспитанная, понюхала, но есть не стала. Посмотрела на человека, который мне эту конфету подсунул и отвернулась.

Вот зачем провоцировать, если я и так на нервах. Ты же «можно» мне не сказал? Не сказал. И вот что стоять и пялиться?

Э! Аллё! Не надо трогать мой поводок. Ишь, чего удумал! Огрызнулась я грамотно!

Меня же охранять тоже учили и тот собачий тренер даже смеялся над моими выдумками. Ведь если кто нападает, то мы, собаки, обычно на руку бросаемся, что вперёд выставляют. Но я-то умнее придумала. Вместо руки я этого тренера за щиколотку тяпнула. Да ощутимо, как поняла. Он и смеялся и кричал, но наказывать меня никто не стал, а хозяин даже похвалил.

Вот и сейчас я этого дядьку шуганула, коротко бросившись к его ноге. Отскочил как миленький. А я снова села и на его конфету даже внимания не обращала.

Но уж очень настырным этот человек оказался. Всё стоял и что-то ласково бу-букал. Поняла только, что я хорошая собака.

Глупо было бы! Хорошая… Конечно хорошая. Только недавно оттриминговали и подстригли. Сама знала, что красотка. Я ещё и сидеть очень элегантно умею: одну лапку поверх другой кладу и сижу так на попе и опираюсь на одну лапку. Больно уж нравилась такая посадка моей хозяйке. Ну и я конечно не спорила. Мне самой нравилось.

А дядька этот всё не унимался — стоял и стоял рядом и всё конфету подсовывал ногой аккуратно.

Наконец мой хозяин вышел и свою дымную палку для рта зажёг. Вот уж я порадовалась и запрыгала сразу. Даже на дядьку этого приставучего не брявкнула ни разу. А они с хозяином о чём-то весело побу-букали ещё немного и хозяйка появилась. Когда уходили я специально задней лапой эту конфету отшвырнула подальше, чтобы показать тому настырному, что мою верность такой дешёвкой не купить. Хозяин заметил, кажется, и смеялся, пока до машины шли. Но даже если бы он «можно» сказал, всё равно бы отшвырнула. Сладкое зубы портит и фигуру — это все знают. Вот!

Когтерезка

В своей собачьей жизни я только несколько вещей боюсь.

Самое страшное — потеряться. До сих пор помню то наказание с игнором и ни за какие вкусняшки или игрища от хозяев отходить не хочу. Знаю, знаю эти приколы. Спасибо — сами себя накормите и наиграйтесь. Я теперь вообще без фанатизма на любые необузданности. Раньше — да: в поле ветер, в попе дым. Но сейчас я уже девушка солидная и меня на глупости не разведёшь.

Потом кончено салюты эти ваши меня до сих пор в ужас ввергают. До сих пор потряхивает, когда громыхать начинает. Дочка хозяев, правда, стала сама ходить и взрывать эти штуки, но хозяин меня всегда дома оставлял. А я и рада. Не надо мою нервную систему в такие шоковые экстремальности ввергать. Натура у меня чувствительная я и дома прекрасно посижу, подрожу.

Потом думала, что тримминг страшный, но со временем привыкла и уже не чудила. Когда мне первый раз когти стригли, я сначала даже не поняла — зачем… Вроде не боялась в следующие разы, пока какая-то кулёма на стрижке мне пол когтя не отрезала. Вот тогда я поняла, что это и больно. Ещё и чем-то прижигают вонючим, что меня чуть не выворачивало, да ещё и очень долго не проходит. Ходить было неприятно, не то, что бегать. А уж ямки копать — вообще невыносимо.

Поэтому когда я потом видела когтерезку меня трясти начинало не хуже, чем от салюта.

Уговаривать меня было бессмысленно. Хозяин меня и на руки брал, и за ушком целовал, и даже закрывал меня от тёток этих ужасных. Всё равно я вырывалась. Но потом мне один раз лапы намазали у когтей чем-то и я просто перестала их чувствовать. Даже не уяснила сначала: меня на стол этот высокий ставят, а я не понимаю — упираюсь я лапами или нет. На попу села и вылизывать стала одну лапу. Воняло от неё чем-то ужасным. Меня шуганули и я потом догнала — почему шуганули. Язык у меня тоже перестал что-то чувствовать.

Как растяпа какая-то сидела с высунутым языком, убирала его, а он опять сам вылезал из почти закрытой пасти. Мне даже хозяин его вытягивал побольше и смеялся, а я не понимала, почему мой язык такой дурной стал. Втягиваю его в пасть, а он вылезает сам. И слюни ручьём. Ужас… И вот пока я так развлекалась мне когти и подстригли. Вообще не заметила этого. Нюхала потом лапы, чихала от запаха этого странного и не понимала ничего, а хозяин с тёткой только хихикали.

Но с тех пор я только так когти давала подстригать. Ну и пусть хихикают — мне то не больно. Да хоть обхихикайтесь.

Прятки

Вот что-что, а в прятки я очень люблю играть, даже несмотря на свой уже немалый возраст. Не, скачки по квартире я периодически устраиваю, но прятки – прикольнее. Это же всем весело!

Ну вот сами посудите.

Залезаю я мордой под кресло и жду, когда меня найдут. А хозяин с дочкой ходят и только и говорят: «Где же Бэлси? А? Так спряталась хорошо…» Ну, это я так додумываю, что они говорят, вместе с моим именем. А сама, тем временем лежу под креслом и хвостом виляю со всей силы. Вот только когда чьи-то ноги рядом оказываются, я брявкаю звонко и резко вылетаю из-под кресла. Все смеются! Всем весело!

Ну и что, что у меня попа вся под кресло не помещается и торчит оттуда! Я же хорошо спряталась? Хорошо! Меня же они не так уж и быстро нашли. Даже когда я за шторой пряталась, меня не сразу обнаруживали, хотя я сидела и их видела в щёлочку между тканью. Ну, да, лапы торчали снизу, но саму то меня не было видно!

Знать надо места правильные!

Потом мы менялись и уже я их искала. Самая хитрая была дочка хозяев. Она и в шкаф забиралась, и на кровати под одеяло пряталась. Но только она не понимала, что я же по запаху могу найти очень быстро. И когда на кровать запрыгивала, зная что дочка хозяев там, я сначала лаяла немного, для острастки, и даже прыгала на одеяле, которым она укрывалась. Только потом я уже это одеяло стягивала и мы начинали играться или носиться и снова начинали прятаться по очереди.

Это не я

И вот ведь угораздило туда башкой полезть… Ну, да, там же хрящики и косточки куриные, а от них такой запах, м-м-м-м… Не, тухляк воняет зачётней в разы, но по вкусу как-то нет желания его пробовать больше. А тут — хрящики!.. Ну, чё чё? Выпотрошила ведро мусорное, слупила все косточки — с хрящиками и без, и не только их. Только вот крышка от ведра так и не снимается с головы. Лежу с ней и не понимаю — как её содрать то? И лапами пробовала, и шеей тёрлась — всё без толку… По всей квартире бегала, снять стараясь. Теперь вот думаю — что хозяева скажут?

Не, на кухне дверку, где помойное ведро прячут, они всегда на щеколду запирали. Но вот, удача — получилось у меня эту щеколду лапой сдвинуть. Уж как радовалась, и не передать! Видать, от радости мозги и закоротило, что мордой в эту крышку полезла. Нет, чтобы лапой её сбить с ведра, нет же — давай сразу башкой своей дурной туда нырять. Эх-хе-хех…

Кстати, в банке из-под сметаны очень даже много на стеночках осталось. Вот только до конца нормально вылизаться не могу. Вижу ведь, что часть сметаны сверху морды есть ещё, а вот как её оттуда достать — проблемочка… Лапой стереть не получается из-за этой дурацкой крышки на голове, а иначе её и не убрать…

Во… пришли хозяева… Все трое сразу…

И вот чего орать то? Ну, да… есть немного беспорядка по квартире. Ну, мне же надо было эту крышку дурацкую от ведра как-то снять! Вот и елозила везде, где могла, пока не уморилась.

Ничего не понимаю! Теперь стоят втроём и смеются надо мной, а я ушки прижала, взглядом виноватым посмотрела и отвернулась, типа — не я это. Чё хотите делайте, но доказательств никаких у вас нет. Так что — не я, это, не я…

Кресло

Ой, как же приятно валятся в этом кресле, потому что стало оно теперь моим! Моим местом!

Не, я раньше тоже в нём спала, когда хозяев дома не было. Но это же втихаря, чтобы не видели. А тут — на тебе! Получи, Бэлси, официально кресло и лежи на нём когда захочешь: хоть при хозяевах, хоть без.

Я даже стала не стесняться в разные позы удобные разваливаться.

Вот сами посудите!

Это же просто восторг полнейший развалиться так, чтобы лапы задние свисали, а морду под подлокотник высунуть и передние лапы вдоль тела вытянуть! А? Как вам?

То-то же!

А ещё можно на спину лечь, голову вывернуть так, чтобы она из-под одной передней лапы торчала, а задние лапы раскинуть в стороны. Блаженство неописуемое!

Могу ещё и между подлокотниками лапы вытянуть, а морду на подлокотник положить. И вообще — лежать вот так растянувшись, хоть на животе, хоть на спине. Для меня все позы идеальны!

Также люблю задние лапы на спинку закинуть, а голову свесить с кресла. Но так только тогда удобно, когда на спине лежу. На животе так не получается почему-то.

И что смеяться надо мной, не понимаю?

Правда, дочка хозяев иногда мне всякие игрушки подкладывает в лапы или под попу, и обхохатывается от этого. Ну а мне что? Продолжаю лежать, чтобы ей повеселее было.

Хотя она самая ещё не поняла этого удовольствия непередаваемого от таких поз. Да и сама вряд ли может повторить хоть одну мою асану. Может завидует? А может и пыталась, да не получается?

Ну, учить её я конечно не буду. Хотя, если сама попросит, то можно, наверное.

Пока же я буду и дальше совершенствоваться. Уж больно нравится мне вот такие выкрутасы делать.

Лужи

Вот скажите мне, пожалуйста — ну, почему? Почему лужи — это сразу «нельзя», да «фу, Бэлси»! Я же от вас никуда не убегаю. Вот она я — перед вами же! Ну, да, потом надо в ванной меня из лейки поливать и оттирать. Но зато сколько удовольствия всем, а мне радости!

Хозяева же любят меня купать, я-то знаю. Сколько раз помню, как они смеялись, когда меня мыли. Смеялись же? Смеялись! Значит весело и нравится.

Так я же для вас и стараюсь, неужели не понятно?

Не-не, не скрою — в лужах прыгать и валяться мне самой в первую очередь нравится. Там и грязь иногда жидка такая. Лечебная, наверно. Видела же как хозяйка другой какой-то грязью из баночки лицо мажет и сидит по полчаса. Вот и я так же хочу. Почему нельзя то сразу?

А как волшебно в жару, забежать в какую-нибудь огромную лужу и там брюшком своим окунуться и развалиться, м-м-м-м… Потом ещё повертеться, поваляться от души, отряхнуться, чтобы брызги с ошметками грязи разлетались подальше. Весело же! Сами ведь смеётесь и разбегаетесь, а я потом за вами гоняюсь.

Ну и почему же тогда «фу!» и «нельзя» по лужам-то?

Вообще не понимаю логику людей — им же весело, а мне нельзя, почему-то. Парадокс, честное слово!

Глава 8: восемь лет

Дочкин ухажёр

Ну как же мне её успокоить то? Эти слёзы дочки хозяев для мне самой, как худшее наказание… Уж я её и вылизывать старалась, и игрушки приносила, а она только сильнее плачет. Ну, вот что делать? А всё этот ухажёр её… Вот он мне сразу не понравился, хотя носки у него воняли зачётно — чуть-чуть напоминал запах, как от дохлого голубя… Даже несколько минут нюхала его кроссовки и раздумывала – может потереться шеей об них? Но, потом передумала, потому что не понравился сам хозяин этих кроссовок. Ишь чего удумал — рукой мне указал и сказал идти на место. Представляете? Да ты кто такой, чтобы мною тут командовать? Нашёлся мне, тренер собачий, хм… Вот кому-кому, а этому я тапки точно подавать не буду… Пришёл на следующий день, после слёз маленькой хозяйки, и цветы принёс. А она его даже не пустила в квартиру. Откуда знаю? Так я ж морду то просунула в щель двери! Квартиру то охранять никто не отменял. Ну и правильно, что не пустила! Не фиг тут своими носками вкусными вонять. Нам и без тебя хорошо. Только вот дочка хозяев всё равно плакала. Пусть и дверь закрыла, но я же чую по запаху тоску. Эх… Ещё и песни груснючие включала… Ну, а я что? Сидела под дверью и подвывала легонько. Надо же как-то помочь, сердце то у меня есть.

Подглядки

И вот что всё время смеяться и прогонять меня? Мне же всё интересно, что вы там делаете втихаря. Вдруг вкусняхи без меня едите? Обидно же. То, что двери можно закрыть — ладно, ваше право. У меня самой прекрасное кресло в большой комнате. Но я-то вам не запрещаю туда заходить! Почему же ко мне такая несправедливость, а? И зачем от меня в туалете закрываться? Что вам, жалко что ль, что я посижу там рядом с вами? Ну и что тут такого? Хозяин вообще на час там закрывается… А мне же интересно. Ну, как так-то?! Хотя я всё равно у двери ложусь и стараюсь хоть глазком под щель заглянуть. Не всегда получается что-либо увидеть, но всё равно — хоть что-то… Или вот, приходят подружки к хозяйке, а меня на место прогоняют, когда они там на кухне, за закрытой дверью что-то обсуждают, хохочут. И ведь едят же что-то вкусное! Абсолютно точно. А меня за дверь и на место… Несправедливо всё это! Мне же тоже интересно понюхать гостей подольше. Вдруг запахи новые уловлю. Ну, и вкусняшек поклянчу, конечно же, не без этого. И так целыми днями дома сижу… Игрушки уже надоели. Чего их грызть бестолку… Вот косточки и жилки магазинные, да! Те с удовольствием терзаю и подолгу. Ну, как подолгу… Полдня точно, пока не съем. А вот если игрушку с пищалками дарят, то сразу стараюсь эту звонкую злыдню выгрызть оттуда. Бесит страшно! Но прикольно пищит, всё равно. Но недолго пищит… Потому что бесит. Есть у меня одна любимая плюшевая собачка. Сплю с ней постоянно. Тёму мне напоминает чем-то…

Норки

То, что я люблю копать — это ничего не сказать. Норки — моя страсть! На каждой прогулке нахожу время порыть хотя бы немного. Меня это так увлекает, что иногда просто не слышу хозяев. Особенно было здóрово на даче копать. Там, под прорезиненной дорожкой, мы с Никой и Боем в жару один раз выкопали такую яму, что смогли в ней втроём уместиться и отдыхать в прохладе. Только вот родители хозяина ругались очень сильно. Тогда ещё старый человек был жив и вечером пошёл в туалет по этой самой резиновой дорожке. Конечно же он провалился по пояс и даже закричал от испуга. Нике с Боем — чего? Она уже у своих хозяев были, а я-то в этой норке сидела. Сама перепугалась и даже завизжала от испуга, вырываясь из-под человека. Короче — было страшно. Правда, сначала. Но потом — весело. Потому что мои хозяева, вытаскивая старого человека, смеялись очень громко и долго. Мне, после этого запретили норки копать на участке, но позволили помочь закапывать ту яму. А я и рада стараться. Но дальше работать пропахивательницей запретили. Молодцы… Ну а я что? Стала копать у гаража. Делов то! Там и Ника присоединилась, и мы ещё одну отличную норку выкопали. Её, конечно тоже засыпали позже, но я-то уже знала, что за сараем есть чудесное местечко с мягкой землёй. Меня, кончено, после каждого моего диггерства приходилось отмывать, потому что вычислялась я на раз — по грязным лапам и всей морде в земле. Но во время жары кто ж откажется от прохладных ванн. Поэтому у меня в такие денёчки было два удовольствия в одном флаконе.

Штаны

И как я раньше о такой прелести не додумалась? Это же просто ух и ах всё вместе и аж сто раз! Даже не улицу выходить не нужно, чтобы в норку залезть. Да, понимаю, копать тут нечего, но когда ты залезаешь в штанину прямо вся, то это так замечательно, что просто восторг! И ведь как удачно хозяин эти широкие штаны забыл убрать из комнаты! Я конечно же на них сначала полежала, понюхала их, а потом подумала — а не занырнуть ли внутрь? И вот — пожалуйста! Просто расчудесный тоннельчик вышел! Уж я и влезала сначала в одну штанину, а потом в другую. Выбираться, правда, было сложновато, но получалось. Но потом я, видать, что-то там затянула и к своему ужасу поняла, что выбраться уже не могу. Не, я конечно старалась не порвать эти штаны. Ведь такие удачные норки нельзя просто так уничтожать. Но вот выбраться теперь было нужно обязательно до прихода хозяев… Короче. Ничего у меня не получилось, признаюсь честно. Когда маленькая хозяйка пришла, то она сначала не поняла, почему я только задними лапами торчу из-под кресла. А вот когда вытащила меня оттуда, вот тогда и началось веселье. Не для меня — для неё. Вот уж она насмеялась от души, глядя на мою морду с глазами, еле высунувшуюся из одной штанины. Я ведь и назад не могла пролезть — лапы то в этом узком месте, вместо с мордой застряли. Когда хозяева пришли, я уже была свободна и подавала им тапки, как ни в чём не бывало. Только дочка их конечно же всё рассказала и хозяин (о, чудо!) достал эти штаны и торжественно разложил их на полу. Потом скомандовал: «Копай!» Сами понимаете, меня два раза упрашивать было не нужно. Показала им свой класс по пролезаниям. Дочка ведь те шнурки затянувшиеся уже развязала. В общем, обзавелась я с тех пор вполне нормальным занятием — штанинным туннелированием. И как бережливая дама, эти штанцы, всегда к себе на кресло уносила. Ну, мало ли… Вдруг и хозяевам захочется так же полазить. А вещи надо беречь, если они без пищалок.

Макияж

Ой, девочки! Красота — страшная сила! Каждое утро я люблю за хозяйкой наблюдать, когда она у зеркала краситься. Она так смешно рот иногда открывает когда свои глаза какой-то чёрной палкой вазюкает, что просто любо-дорого смотреть! Я ведь только на этот её момент покраски успеваю. Потому что меня хозяин с утра выгуливает и потом я быстро ем, чтобы этот утренний хозяйкин ритуал не пропустить. Напоследок она всегда свой рот чем-то мажет разноцветным и уходит. И от этой палочки малюсенькой всегда так невероятно приятно пахнет — это что-то! И вот однажды… Да, да! Это произошло совершенно случайно — клянусь! Так вот… Хозяйка всю свою раскраску для лица в ящик стола убрала у зеркала, а вот ту самую палочку с краской для губ и забыла… Я сначала даже не заметила такого подарка. Но когда все ушли начала обход квартиры. У меня же свои обязанности есть, в конце концов. Прошла на кухню, понюхала — что там на столе осталось? Ничего. Убрали всё. Просто был случай, когда оставили вазочку с печеньем и не подумали, что это же моё любимое, овсяное! Я конечно тогда полдня боролась с собой, чтобы не залезть на стол. Но потом… Не помню, как всё печенье стрескала… Очнулась тогда, когда вазочка на пол упала и разбилась. Но там уже печенюшек не было, так что мне переживать особо не стоило. Вот только за разбитую вазочку по морде моей лохматой мне настучали легонько. Не, не больно… Обидно. Ну, а кто вас просил забывать вкусняхи в легком доступе? Вот и не надо только меня тут обвинять… Но вот с этой палочкой для губ я реально лопухнулась. Надо было её просто понюхать и вылизать, но кто ж знал, что эта крышечка так легко соскакивает! А вот когда эта волшебно пахучая краска оказалась доступна… Вот тут я и полакомилась ей от души. И ведь вкус оказался ужасным — как не пойми что! Но запах!.. Правда вкус не был единственной бедой. Это я позже догнала, что собака с красной мордой выглядит, наверно, устрашающе. Потому что когда хозяева вернулись, то сначала перепугались жутко. Я даже сначала не поняла — почему они кричат, когда я им тапки стала подавать. Но потом хозяин засмеялся громко, а хозяйка ещё и на него накричала и ругалась долго. Я конечно же попыталась тут же на своём кресло шмыгнуть, но не тут-то было… В общем, отмывали мою морду час, наверное. И то, не отмыли до конца. И ходила я так, с лёгким макияжем бороды с лёгким розовым оттенком, еще пару дней. Не, ну а чё — красиво же, всё равно!

Тайник

У каждой порядочной собаки должен быть тайник. Нет, ну честно! Это же просто важная деталь в общении с другими четверолапыми.Вот посудите сами. Выходите вы на прогулку на площадку. Бегаете там, играетесь с другими, команды выполняете за вкусняхи, опять же. Но наступает момент, когда, помимо копания норок, кто-то что-то прячет. Сначала я думала, что та левретка сосисечная очень выпендрёжная штучка и ни с кем дружить не хочет. Но именно она как-то стояла и лапкой своей рахитичной пыталась что-то выкопать. Я, как вполне себе нормальная собака, подошла, посмотрела и показала этой трясущейся красотке, как надо копать. Но оказалось, что Жако (имя у неё такое — кошачье какое-то) старалась спрятать… куриную косточку. Где уж она её нашла — мне неизвестно. Но вот так совершенно неразумно прятать свои вкусняшки — это верх несообразительности. Понятно, конечно, что она вся из себя элегантность и буржуа, но мозги-то надо хоть какие-то иметь. В итоге помогла я ей эту косточку закопать и она даже промямлила что-то типа «мерси».

В общем, с того дня у меня ещё одна подружка появилась.

Если с Руби мы гоняли до упаду, и то, уже не так часто, то с Жако мы тайнички устраивали.

Она мне и раскрыла секрет, что на краю площадки есть небольшая дырочка в заборе. И та дырочка в аккурат возле помойки, рядом с небольшим кафе. Вот там-то как раз таких вкуснях, как косточки или даже куски булок, хлеба или ещё каких-то объедков — просто завались!

Действовали мы слаженно: Жако пролезала в ту дырочку (мне мой размер не позволял), и приносила мне добычу. Мы с ней втихаря немного съедали, а вот остатки закапывали.

Вот только найти эти тайнички, ни мне, ни Жако, так ни разу и не удалось…

Ну а кто будет помнить — в каком месте мы их заныкали? Вот и мы с ней не помнили. Но зато я её копать нормально хоть научила.

Только раскрыли наши хитрости очень быстро. Прибежала Руби и схватила кусок булки. Ладно бы тут же съела. Так, нет же! Рванула как торпеда к хозяину, типа, добычу показать. Ну, нас с Жако и накрыли именно в тот момент, когда она в эту дырку в заборе перелезала с парой куриных костей. Короче… Дырку заделали, а за нами с Жако стали смотреть более пристально. Эх, Руби, Руби… Сдала нас с потрохами. Теперь, ни косточек тебе, ни тайников…

Глава 9: двенадцать лет

Разоблачение

Поняла в зрелом возрасте одно – когда чем-то увлекаешься, нельзя терять из поля зрения хозяина. Нет, не из-за того, что он может спрятаться. Просто он сам может потеряться. Не верите? А вот вам доказательство. Гуляли мы всей семьёй на природе. Всё чин по чину: хозяева взяли еды, что на углях готовят, напитки всяко-разные, ну и конечно же вкуснях для меня. Поначалу всё было прекрасно. Хозяин начал угли разжигать, но сначала какой-то вонючкой их обрызгал, видать, чтобы лучше горели. Я, хоть уже и не гоняла как раньше, но вполне себе бодренько играла с мячом, который мне постоянно кидала дочка хозяев и её новый ухажёр (ничё такой пацанчик – не вонюч, как предыдущий, но добрый). Присоединились друзья хозяев на другой машине. Потом ещё гости приехали с Никой и Боем. Короче, набралось их человек десять. Ника, правда, не бегала совсем, а с достоинством охраняла вещи. Морда её брылястая уже почти вся седой была, но держалась она молодцом. А Бой, как был оболтусом, так и остался. Не, ну вы посудите – мне мячик кидают, а он через мою голову хочет его поймать. Как вам такое бесстыдство? Ну, а я чё? Пришлось вспомнить молодость и тяпнуть этого переростка «с детством под хвостом» за заднюю лапу. Сразу остепенился и ждал, когда я ему позволю свой мячик схватить. Тут, вероятнее всего, школа от Ники подействовала. А как иначе такого глуподыра воспитать? В общем, заигрались мы и я не заметила – куда пропал хозяин? Выяснилось это тогда, когда уже поели все и стали песни петь под гитару (есть у хозяина друг такой, голосистый, длинноволосый гитарист). И вот тут хозяйка стала искать мужа своего. А его-то и нет… Стали все гости кричать и звать хозяина по имени. Тишина… Вроде в начале всё в шутку было, но минут через десять я уже чувствовала, что от людей тревогой и страхом стало сильно пахнуть. Нам с Никой и Боем дали понюхать куртку хозяина и приказали: «Ищи!» Но, мне-то куртку нюхать даже и не нужно было – я ж запах хозяина и так знаю, и я рванула в ближайший лесочек. Побегала там и даже очень быстро услышала музыку, людские возгласы и… голос хозяина. Он что-то громко говорил и смеялся. Стартанула я на его голос и увидела, что стоит мой хозяин рядом с какими-то дядьками, хохочет и из бутылки пьёт что-то. А я-то знаю, что хозяйка постоянно ругалась дома, когда хозяин эту вонючку в бутылках приносил – ему, оказывается, после какого-то лечения, эту пенную жижу даже нюхать нельзя, не то что пить! Ну я и начала громко лаять и на хозяина прыгать. Он вроде сначала обрадовался, а потом, вероятно, понял, что прибежала я не просто так. Да и лаяла я не сильно-то и радостно, а скорее грозно. Как итог – привела я хозяина назад. Хозяйка сразу всё поняла и начала ругаться. Её успокаивали и радовались, что хозяин нашёлся. Но только хозяйку не проведёшь. Она-то знала причину, почему муж её втихаря куда-то сбежал. Вот и выговаривала ему всё и меня благодарила за это неудобное для хозяина разоблачение. Но потом все успокоились и… стали искать Боя. Да, да! Этот мордофиля тоже смог потеряться. Правда нашли его быстро, когда начали сигналить из машины. Ника проворчала, что Бой этот сигнал за версту слышит и прибежит. Так и вышло. Но даже после скорого возвращения Боя, я ещё раз удостоверилась, что он для меня как был балбесом, так им и остался.

Странная дружба

Вот кто бы сказал мне, что когда-нибудь я буду с котом дружить, не поверила бы ни в жизнь! Ан, нет – так и случилось. Было это в очередной мой заезд на дачу, к старой хозяйке, когда мои опять темнеть кожей куда-то уехали на отдых. Гуляла я себе по огороду, кур изредка гонять пыталась (не, ну а чё они квохчут так громко?), и ямки свои любимые рыла втихаря за сараем. И тут вдруг, откуда не возьмись, пролезает под забором крохотный котёнок и пищит так жалостливо. Я, было, бросилась к нему, а потом смотрю – он так просяще мяучит и ко мне бежит, в своих лапках маленьких путаясь. Подбежал, уткнулся в меня и ещё тише запищал. Видать силы кончались. Я-то по-кошачьи особо не смыслю – чё он там просит-мяучит и сначала даже не знала, что мне с ним делать? Потом легла и тот сразу к животу моему полез и мордочкой своей в него тыкаться начал. «Понятно… — догадалась я. — Голодный». Подтолкнула его к дому, где у меня миски с едой и водой стояли. Еды там, правда, не было, но я-то собака учёная. Полаяла немного и старая хозяйка вышла из дома. Увидела этот рыжий комочек, трясущийся и мяукающий, что-то тихо запричитала и взяла его в дом. Вот так началась моя дружба с этим рыжим котёнком, которого назвали конечно-же Рыжик. Ну, а как ещё-то? Имён других ведь не бывает для кошек. Не, это у меня сарказм такой. Есть кончено имена и другие, но старая хозяйка, видать, не стала особо заморачиваться. Да и Рыжик очень быстро на это имя откликаться начал. Через пару недель этот пушистый комок носился похлеще меня, да ещё и на деревья влёт залазил. Шабутной – сил нет! Меня за бороду когтями своими схватит и держится, пока я его не стряхну. Потом отскочит, замрёт, изогнёт спину, побежит боком и опять бросается. Смешной такой! Спали мы вместе. Рыжик забирался ко мне под шею и тарахтел там негромко, засыпая. А мне что? Тепло от него и мурлыкание его как-то особо успокаивало. Умывать себя он не позволял – не нравились ему такие процедуры. Но мне за ушами пытался языком своим шершавым вылизывать. Как-будто знал моё эрогенное место, шельмец. Когда хозяева вернулись из отпуска, то глазам своим не поверили, увидев, как рыжий котёнок на мне катается, уцепившись в мою бороду. По итогу я даже скулила, когда уезжала домой – жалко было Рыжика бросать. Но старая хозяйка забрала его с собой осенью и мы в квартире с ним ещё не раз гоняли: он по ковру и шторам, а я, сшибая табуретки и стулья. Весело с ним было, что уж там.

Кочерыжки

Самая большая вероятность того, что я просто обожала огурцы и капусту, особенно кочерыжки, крылась, наверное в том, что хрустели они на зубах так замечательно, что просто невозможно было оторваться. Ещё когда щенком была, попробовала, но как-то не зашло сначала. Вот яблоки и груши трескала с удовольствием. От них тоже хруст был великолепный! Да и вкус приятный — с кислинкой, но чаще просто сладкие. Огрызки я утилизировала влёт. Только палочки-веточки оставляла. Ну, и косточки иногда. За огурцами на даче я даже охотилась, когда старая хозяйка их выращивать начала. Меня, правда, не пускали в эту их теплицу. Но кто ж остановит умную собаку, если она почти чемпион по норкам? Правильно! Подкопы были сделаны грамотные и в местах, где они в глаза не бросались. Я ж опыта набралась не зря, со своим диггерством. А потом что-то у меня дзынькнуло и я поняла — кочерыжки от капусты невероятно вкусны и хрустны! Даже огурцы на грядке старой хозяйки мне уже не так нравились, именно после первой правильной кочерыжки. С тех пор меня аж потряхивало от нетерпения, когда хозяйка капусту шинковала. Я сидела рядом и ждала. Иногда даже поскуливала от нетерпения. Не, огурцами я тоже любила хрустеть. Но у них и вкус иной, не такой. А вот кочерыжки с какой-то особой горчинкой, от которой я просто слюной захлёбывалась. Правда был побочный эффект от этих кочерыжек, когда я сама уходила из комнаты, после своей «неуправляемой газовой атаки». Но разве ж это издержки? Так – мелочь.

Странные мысли

Однажды дочка хозяев переехала в квартиру старых хозяев. Я даже сначала не поняла – зачем? Да, снова были слёзы и по ушедшей старой хозяйке и по пропавшему в тот же день Рыжику. Но с того дня у меня всегда почему-то крутилась странная мысль – зачем люди разъезжаются? Им что – надоело вместе жить? А как же веселье и радости от встреч каждый вечер? А когда все за одним столом сидят и смеются – разве плохо? Дочка хозяев иногда приезжала со своим другом – тем, правильным. Но это становилось всё реже и реже. Я, кстати, даже с возрастом не могла понять те ворчания Тёмы, когда он недовольно бубнил, что очень шумно с детьми или от моих скачек по квартире… Да иначе ведь от тоски выть начать можно, когда не с кем повозюкаться, поиграть! Но пехтеля своего я иногда вспоминала и нет-нет, да заглядывала через швабру, чтобы понять – чем же ему вид такой нравился, что он шерсть свою на морде не разгребал? Потом ещё и моя подруга-ракета Руби заболела чем-то и пропала. Один Гранд ещё еле приходил и мы с ним часто сидели молча рядом. На молодняк особо внимания мы не обращали. Да и не было среди них таких заводил, как мы с Руби или Бобом. В общем, гулять вообще тоскливо стало… Эх…

Снова уколы

Что-то часто меня стали в больницу возить и какие-то уколы делать, да ещё и таблетками закармливать.

Да, что-то сильно начало у меня болеть в животе и часто ночами я тихонечко скулила от этой боли. Но тогда таблетки помогали. А весной стало просто невыносимо.

Опять мне маску эту вонючую на морду надели, и опять я проснулась с перебинтованным животом.

Вроде бы полегче было, когда сняли повязку, но я сама понимала, что даже быстро ходить мне всё сложнее.

А таблетки эти… От них вся еда какой-то безвкусной становилась. Даже хрустяшки не радовали – вкуса-то не понимала. Словно бумагу жевала какую-то…

Глава 10: шестнадцать лет

Вид из окна

Сидеть у окна мне понравилось, когда я ещё в повязках была. Там удобно стул был придвинут, а хозяин мне купил лесенку маленькую, с мягкими ступеньками, чтобы я в кресло, на своё место, могла забираться тихонько. А потом он оставил как-то эту лесенку у стула, и мне понравилось сидеть там у окна. Вид был обычный – улица с машинами, через дорогу школа, да угол нашей площадки для выгулов. Гулять меня туда водили теперь только вечером, потому что утром я дела свои делала и сама домой просилась. Уставала я сильно. Поняла однажды, что слезть с кресла по ступенькам я смогла, а вот подняться… Задние лапы просто не слушались. Полежала рядом с креслом, потом попробовала снова забраться. Еле получилось. А когда хозяева пришли, то я им даже тапки подать не смогла – упала, когда слезала с кресла и встать не смогла…

Радуга

Я видела своих хозяев как-то странно, словно я чуть выше них – над головами. На себя смотреть мне не хотелось. Да и не узнавала я ту собаку, с беспомощно болтающейся головой на руках хозяина – вроде бы я, но в то же время – нет… Но вот что странно – чувствовала, что силы вернулись ко мне и я снова могу бегать и лаять. Что я и делала, но… почему-то меня никто не слышал. Я старалась не чувствовать страх и боль, которые волнами исходили от хозяев и резали мой нюх, словно острыми ножами! Я не могла до них долаяться и доскулиться! Неужели меня не слышно? Ну вы что?! Я же здесь! Не надо плакать! Почему вы плачете, когда я тут, с вами? Та собака на железном столе врача – не я! Я здесь у вас над головами! Странно это конечно – смотреть на вас сверху, но ничего. Я привыкну. И вы тоже привыкнете! Поэтому не надо так грустить! Мне же от этого тоже плохо! Неужели вы не поняли, что все ваши мысли и чувства полны запахов, которые я всегда чувствовала? Ну, посмотрите же наверх, на меня! Я – здесь!.. Вот и укол мне делают, а я ничего не чувствую! Ну и пусть будет потом больно, но мне не страшна эта боль! Она уже стала привычной. Я справлюсь! О… Хозяин целует меня за ушком… Я помню! Помню это ощущение ласки и любви, которое получала от этих поцелуев. Такого тепла я не получала больше ни от чего. Никакие хрустяшки и вкусняшки не идут в сравнение с тем нежным касанием. Даже шторка с бамбуком не давала такого тепла и мурашек по всей шкуре… Но сейчас я не чувствовала касания губ хозяина за ушком, а только помнила это чувство… Ну, почему? Почему так несправедливо? Я не хочу уходить от моих хозяев и не хочу теряться. Даже уколы и таблетки я готова терпеть, только бы быть рядом с ними и чувствовать их запах. Нет, не этот с тоской и болью. А тот запах веселья, когда они приходили домой и мы радовались друг другу! Когда мы вместе играли бегали по лесу или на площадке. Я даже не хочу вспоминать запах тухляка от голубей, который мне всегда так нравился. Он же чужой, не как от хозяев. Я просто хочу втягивать носом их запах: его нельзя сравнить ни с чем, потому что он родной и единственный, и его просто страшно терять… Ну, вот… Теперь я ещё выше… выше… и выше… Красивая дорога наверх вся разноцветная. Так вот как выглядит радуга! Мои хозяева всё так же стоят над железным столом с той старой, усталой собакой… Но это уже не я… Кто-то позвал меня сверху?! Хозяин!!! Я бегу к тебе! Стой! Я здесь! Я же слышу твой голос и чувствую запах! О… Какие огромные руки обнимают меня и… я растворяюсь в облаке… В облаке запаха смеха и веселья своих хозяев, когда мы были вместе. Это как музыка под которую хочется сесть и начать подвывать… Нет, не от грусти, а от радости, что я внутри этого облака запахов своей семьи. Я терпеливая! Я дождусь вас здесь. Вы сами увидите, что я не забыла вас и вряд ли когда-нибудь забуду… Поэтому не плачьте обо мне. Мне нужны не ваши слёзы, а нужен запах вашего счастья, когда мы были вместе. И здесь, за радугой, я его сохраню для вас…