Чёрная дыра

Часть первая. Рождение чёрной дыры

Научная деятельность Николая Владимировича Северского исходила из мелких, кажущихся статичными, научных исследований в разнообразных областях квантовой физики. С течением времени ход его мыслей неоднократно изменялся.

Иногда ранее спроецированные им идеи поляризовались, то есть насыщались внешними идеями других физиков и частично преобразовывались, особенно в ходе дискуссий с нобелевскими лауреатами на всемирных съездах по квантовой физике. В этом направлении всегда много нобелевских номинантов. Многим цивилизациям с начала эволюционного развития человечества всегда было интересно знать, как устроен наш мир и из чего мы состоим, поэтому при открытии антисимметрии и антивещества довольно быстро присудили нобелевские премии и почёт соответствующим провидцам.

Он же регулярно отслеживал все новые открытия и наблюдения, особенно в области термоядерного синтеза.

В настоящие годы квантовая физика совершила эти открытия почти мгновенными, быстрыми скачками в областях, не до конца известных даже специалистам из этого микромира элементарных частиц.

Появившийся в дальнейшем для него выбор, минуя череду глупых ошибок, привел Николая к новому пониманию глубины и сложности затеянного им проекта.

Он обратился за поддержкой к правительству Ирана, имея за спиной необходимую протекцию в лице российского олигарха, непосредственно к самому президенту республики.

Иран к этому моменту уже перекупил совместный «недостроенный» проект двух сверхмощных ускорителей через расторжение деловых отношений с Арабскими Эмиратами.

До этого в указанном месте располагался иранский военный комплекс. Это были глубокие пещеры недалеко от Тегерана, позднее переоборудованные в пусковой комплекс ускорителей протонов по проекту Николая Северского.

Президент Ирана прекрасно знал об открывающихся возможностях при создании нового источника энергии, и Николай получил в своё распоряжение всё необходимое для воплощения этого проекта: помощников и технологические ресурсы, он планировал создать из сверхбыстрого разгона протонов в ускорителях под Тегераном стабильную чёрную дыру.

Лидера это вдохновляло в связи с тем, что Иран почти сразу получал неисчерпаемый источник энергии и становился передовым научным центром мира.

Вторым моментом было то, что американские спецслужбы на протяжении последних лет пытались исподволь в довольно жёсткой форме построить в Иране свою модель государства. В последний раз, при очередных переговорах с администрацией Белого дома, последовала прямая угроза лидеру правящей партии Ирана о применении ядерного оружия. После создания управляемой чёрной дыры никакой серьёзный враг не отважится и близко подойти к границам республики. Таким образом, мог значительно укрепиться настоящий политический режим Ирана.

Николаю повезло в некотором роде, что президент республики предельно эксцентричен, любой другой лидер такой страны никогда бы не позволил создать на своей территории чёрную дыру. Слишком опасно.

Параллельно с этим проектом «заказчик» дополнительно просил решить ещё одну «задачку», этакий маленький и вполне выполнимый заказ для такого знатока квантовой физики, каким и был Николай Северский. Он сразу расценил это предложение как некое требование к утверждению своего проекта.

Президент намёками, как это умеют делать крупные восточные политики, сначала предложил сделать макет ядерного оружия, а затем уже, с использованием обогащённого урана, сконструировать компактную атомную бомбу. Это и являлось неким «входным билетом» в новый проект.

Николай отчётливо понимал, особенно после двухгодичной работы в ЦЕРНе, что для запуска и снабжения новых ускорителей потребуются не только огромные средства, но и непрерывная поддержка государства.

* * *

Изначально он обращался к своему старому другу, в нынешнем статусе уже российскому олигарху, за советом.

В своё время Николай проучился в престижной финансовой академии, пересекаясь там с этим человеком. Впоследствии, обучаясь там, Николай стал понимать, что финансовая наука не для него.

Михаил Александрович, так звали его друга, порекомендовал обратиться в Арабские Эмираты за содействием. Он даже составил некоторую протекцию.

У Михаила на тот момент был сформирован ряд собственных крупных проектов коммерческой застройки в Дубае, а многие разрешения шли через департамент и требовали личной подписи шейха Дубая, так как располагались вблизи важных дорогих деловых центров.

Встреча с шейхом не заняла много времени. Переводчики быстро пересказали основные пожелания Николая, благо он успел подготовить современную и непритязательную презентацию с использованием спутниковых схем магнитного поля планеты, утверждённых ведущими специалистами по квантовой физике. В докладе последовательно освещалось исключительное превосходство нового источника энергии над другими и дополнительные удивительные возможности для научных исследований.

Требовалось для начала от 6 до 8 миллиардов долларов на строительство комплекса ускорителей, при том что Николай гарантировал фантастически дешёвую энергию в случае постройки и запуска всех компонентов. Заодно он представил чертежи собственных проверенных наработок в области сбора и генерации новой энергии.

Многих инвесторов страшно отпугивала «сердцевина» этого проекта, этот «источник» неисчерпаемой энергии — чёрная дыра. А нефть уже стоила порядка 260 долларов за баррель.

Шейх всё же решил попробовать и пойти на риск, благо имелись свободные денежные средства от непрерывно поступающих нефтедолларов, и подписал с Ираном договор на долгосрочную аренду подходящего под застройку участка земли.

Строительство комплекса ускорителей наконец сдвинулось с мёртвой точки, и проект начал жить своей маленькой жизнью.

* * *

Светило яркое утреннее солнце над Нью-Йорком. Небольшой вертолёт разрывал своими лопастями душный загазованный воздух. Аппаратом управляли через спутниковую сеть.

В кабине пилота располагался андроид, который и направлял вертолёт к центру города. Заказом для «пилота» было доставить ядерную бомбу и взорвать её в центре Нью-Йорка, минуя все полицейские воздушные патрули.

У каждого авиационного транспортного средства в этом городе был проложен чёткий маршрут. Все траектории полётов в Нью-Йорке основательно регулировались департаментом транспорта и отделом полиции.

При нарушении воздушных границ или значительном смещении «объекта» от пути намеченного следования поступал сигнал на коммутатор воздушной полиции. При нарушении режима сразу вылетали полицейские патрули и останавливали или сбивали преступника. Это были сравнительно новые уникальные меры по борьбе с глобальным терроризмом.

После совершения нескольких серьёзных терактов в крупных городах президент Соединённых Штатов подписал указ, в котором разрешалось сбивать воздушную транспортную технику в случае неподчинения властям.

Теракты ранее были незначительными по количеству погибавших людей.

В течение последних четырнадцати лет разные подрывы совершались почти непрерывно множеством реакционных организаций. Жители Америки уже «привыкли» к такому стечению событий.

Меры контроля над повседневной ситуацией в городах Соединённых Штатов были значительно усилены. В последние полгода правительству удалось отловить и закрыть в региональных тюрьмах особого режима шестьдесят пять участников террористических группировок.

Агентурная и военно-политическая сеть Штатов была рассеяна по многим странам, связи были почти в каждом государстве.

Несмотря на это, отдельные экстремисты продолжали серьёзно дестабилизировать сложившуюся обстановку.

В текущем году целью иранского правительства стало уничтожение экономической инфраструктуры Соединённых Штатов любыми доступными средствами.

Первичной целью для возможного ядерного удара должны были стать крупные финансовые учреждения, сгруппированные как раз в Нью-Йорке. Надо было попытаться разрушить экономику Штатов.

Долговые обязательства Америки уже давно приобрели статус-кво в государственном бюджете, и они только нарастали день ото дня.

Правительство Соединённых Штатов задолжало триллионы долларов Китаю и ряду стран Ближнего Востока.

Возникла необходимость в развитии Арабского Единого Банка. На востоке окончательно поняли, что сила Штатов опирается на монопольное положение доллара в большинстве стран мира. Важно иметь собственную валюту и внутреннее кредитование. Иначе не удастся избежать повторного глобального экономического кризиса 2008 года.

Многие азиатские долги Соединённых Штатов были объединены и суммированы. На этот год они составили более 2 триллионов долларов только по арабскому направлению.

Американское правительство решительно не желало как-либо выплачивать этот внешний долг, как ни предлагали разные банки.

Резервная система Соединённых Штатов лишь предлагала множество схем по реструктуризации кредитов. Одним из основных вариантов поэтапного погашения крупного долга была выдача задолженностей по ранее оформленным долларовым кредитам мелким странам-союзникам. Через эти долги, таким образом, и выводилась инфляция из Штатов по распоряжению администрации ФРС в виде изначальной многомиллиардной «помощи». В своё время это была очень удачная схема обогащения для такого крупного государства. И от неё не собирались отказываться.

Для Ирана была необходима новая мировая экономическая модель. Важно было перераспределить многие денежные потоки, разрушить этот однополярный мир. Как можно решить такую глобальную задачу? Общих усилий совсем не хватало.

К более детальному решению поставленной задачи вскоре подключился иранский президент. Он прекрасно понимал, что достаточно уничтожить даже один крупный населённый пункт, чтобы сильно дестабилизировать экономику и политику Соединённых Штатов.

Новые события развивались стремительно. Николаю дали понять, что его работа с ускорителями может закончиться, так и не начавшись. Проект могли заморозить в любой момент. А требовалось ещё очень и очень многое для поддержания «жизнеспособности» этого комплекса. Николай должен был собрать и усилить ядерную боеголовку по заказу иранского правительства.

Он уже встречался с агентом в Каире, где тот отдал ему компоненты для сборки «устройства». Теперь надо было передать это «изделие» из рук в руки и постараться вымарать из памяти последние воспоминания об этом.

* * *

Саид крепкой морщинистой рукой провёл по чёрной с проседью бороде и пробежал своим горящим взглядом по бокам серого пиджака Николая.

— А ты безоружен, как я вижу, нет кобуры, в нашем деле всегда необходима осторожность. Всё-таки ты физик, — издевательски улыбнулся Саид.

Затем агент неспешно встал с кресла, неприятно потягивая скрипучую кожаную обивку, и направился к выходу из помещения, унося в руке злополучную сумку. За ним развевались полы длинной белой арабской одежды. Саид вышел медленно, молча и не поворачиваясь, его ждал тёмный автомобиль. Дальше было обсуждать нечего, всё окончательно решено.

Николай некоторое время продолжал сидеть со стаканом холодного виски в руке, вспоминая некоторые эпизоды, вехи своей новой жизни. Так он отвлекался от мрачных мыслей.

Ему внезапно стало до боли смешно и как-то даже приятно от своего мнимого «величия», он решил рассмеяться, чтобы услышали. Смех не был громким, но звучал неприятно для слышавших.

Через добрый десяток минут Николай поднялся и вышел из мрачной комнаты, покидая этот холодный дом, похожий на маленький восточный дворец. На улице было сухо и душно.

Он некоторое время успешно занимался разработками в области ускорения качества передачи цифровых данных в нейросетях андроидов. Серийное производство этих «изделий» было поручено китайской военной корпорации. Готовые прототипы уже выполняли несложные работы на строящихся ускорителях.

* * *

Николаю исполнилось 42 года. Он всегда старался выглядеть бодро, был моложавым человеком. Обладал пристальным взглядом на фоне несколько подвижного лица. Всегда был гладко выбрит. В последнее время приобрёл загар, от чего стал выглядеть чуть строже. В волосах преобладала проседь. Весь его нынешний вид теперь «кричал» сотрудникам комплекса о некоем внутреннем величии. Он любил свою силу и ум. Люди побаивались Николая Северского, но уважали.

За два года до закладки ускорителей Николай создал первую модель генератора, работающего в высокочастотном магнитном поле. Ему дополнительно потребовалось до миллиарда долларов для сборки и синхронизации высокоскоростных серверов, которые бы точно контролировали пошаговый ход квантовых реакций в ускорителях и потоковые данные внутри сети комплекса.

Тогда Николай и обратился через своего старого друга, российского олигарха, в компанию, занимавшуюся подрядными работами в Арабских Эмиратах для сборки этих генераторов и закупки им же спроектированных серверов на заказ.

У руководства дочерней компании шейха Дубая была спорная ситуация по нескольким договорным пунктам на аренду шахт в Иране, предназначенных для размещения ускорителей.

Правительство Ирана вскоре внесло изменения по многим спорным пунктам арендного договора этой «земли», что и привело, в конце концов, к «расторжению» всех деловых отношений. В дальнейшем Иран просто перекупил весь проект и поделил его на доли.

Этот комплекс всё время съедал очень много денег, в разы больше той, запланированной, начальной суммы, поэтому приходилось продавать доли проекта в другие страны, Россия приобрела треть за 15 миллиардов долларов.

* * *

«Вертолёт смерти» стремительно приближался к деловому центру города. На блестящей стеклянной поверхности от плотно расположенных друг к другу небоскрёбов ярко отразились очертания ещё двух полицейских вертолётов. Они преследовали нарушителя.

Воздушное пространство между «экстремистом» и полицией быстро сокращалось. Для перехвата пришлось огибать здания. В считаные секунды преследователи пролетели из угла в угол очередного высотного здания и взяли «беглеца» на прицел.

Раздался окрик из полицейского динамика:

— Немедленно сбросьте скорость и разверните вертолёт! Сбрасывайте скорость!

Никакой встречной реакции не последовало. Возникло ощущение, что голос прозвучал в пустоте.

— Повторяю, сбросьте скорость! У вас больше нет времени! Мы собьём вас.

Объект молча продолжал удаляться с той же скоростью.

Руководитель операции повернулся к пилоту:

— Давай, подбей этого «молчуна», достаточно с ним возиться!

Пилот прицелился и несколько раз с усилием нажал на гашетку. Сноп огня выскочил из пулемёта в направлении фюзеляжа вертолета противника. Очередной залп стремительно прошил корпус «воздушной машины», из отверстий в корпусе потянулся густой белый дым. Последовала новая пулемётная очередь и снова попала в цель. Затем к охоте подключился и второй вертолёт. Молчаливо летящий «беглец» превратился в подвижную мишень.

— Его надо остановить, пока мы не подлетели к тем офисным зданиям. Нас могут уволить, если подбитый вертолёт рухнет на одно из них или на магистраль. Сообщи второму пилоту по рации, пусть поддержит нас, он в более удачной позиции. Остаётся меньше восьмидесяти метров, чтобы приземлить «молчуна» на тротуар.

Второй вертолёт открыл пулемётный огонь. В этот момент он облетал «беглеца» с другой стороны.

Встречный залп прицельно прошёл очередью по хвостовой части вертолёта, хвост переломился, отлетев назад. Вертушка «беглеца» стала стремительно терять высоту и беспорядочно вращаться на месте.

— Всё, он уже опускается, — выдохнул пилот второго вертолёта.

До столкновения с «землёй» у него оставалось уже менее двадцати метров. Произошла яркая вспышка. На мгновение все окружающие люди ослепли. Затем время исчезло.

* * *

Они проезжали на своих машинах через Нью-Йорк. Впереди, в 7:48 утра, на фоне разорванного неба, ярко сияли красивые деловые и торговые высотные здания. Город блистал чистотой и порядком. Суета кипела. Утреннее солнце активно разогревало салоны автомобилей. Облачное небо вверху неспешно перекрывало блестящие здания, внизу перемещались вереницы людей, мерцали светофоры — всё это наполняло район деловой жизнью, теплом.

Несколько потоков автомобилей внимательно «наблюдали» это многоцветное повседневное великолепие. Впереди, на расстоянии примерно в три сотни метров, центр покидал большой вертолёт с эмблемой корпорации Трампа, некоторые водители на мгновение ощутили деловой дух Америки.

В считаные секунды, в момент очередной остановки транспортного потока, внезапно накатил громкий растущий шум. Вспышка яркого света быстро всё осветила и ослепила.

Автолюбители и пассажиры прикрыли глаза, напрягая слух, внутреннее беспокойство очень неприятно наросло. Через мгновение наступившая глубокая тишина в салонах оборвалась режущим шумом.

Свидетели события, располагавшиеся ближе к центру Нью-Йорка, наблюдали, как в воздухе образовался крупный светящийся огненный шар. Многие люди даже смогли различить некоторые очертания взрыва в эти секунды.

Всех ослепило, безумный шум перекатился повсюду, повсеместно. Сияющий сгусток на мгновение начал всасывать в себя атмосферу города, стекла и стальные конструкции, вырывая их из ближайших зданий некой незримой силой.

Высотки стали проседать, разламываясь, осколки всасывались в центр образовавшейся пылевой воронки.

Началась молчаливая неподвижная паника.

Они даже не успели вздохнуть, как нахлынула вторая волна из эпицентра взрыва. Близлежащие высотки просели и раскрошились.

Массивная пылевая туча, содержащая в себе осколки бетона и стальных обрезков, стремительно разлетелась. Скрежет поглотил остатки жизни. Мерцающее пространство окончательно заволокло мраком.

* * *

В новостях, спустя час, несколько неопределённо передали о страшной катастрофе. С первого раза многие в это не поверили, восприняли происходящее как некое спланированное шоу: «придумали там, на телевидении, для нас очередную ложь для поднятия тонуса уже с утра». Американцы давно перестали воспринимать плохие новости, многие из них даже ждали таких новостей, радовались услышать что-то этакое, страшное.

Нет, вот снова проскочила информация, уже на другом телеканале, а затем и на всех остальных. Случилась несколько иная реакция зрителей при новом осмыслении происшедшего: у многих услышавших от этого «безумия» заколотило в груди, появился жар в висках, внутреннее смятение.

— В деловом центре Нью-Йорка совершён теракт, крупный взрыв. Пока нет связи с городом, — повторяла репортёрша. — Мы постараемся связаться с нашими коллегами, работающими на «месте», возможно, произошел сбой спутника из-за магнитной бури, — репортёры ещё и сами не понимали масштаба всей этой катастрофы. Но связь не возобновлялась.

Вечером к городу подтянулись войска. Представители спецслужб в защитных комбинезонах обследовали черту Нью-Йорка с дозиметрами. Один из бронетранспортёров остановился у пыльных обломков крупного вертолета.

— Посмотри, на нём эмблема Трампа.

Второй солдат вылез из транспортера и краем винтовки поворошил отслоившиеся металлические, прогоревшие насквозь листы обшивки разбитого вертолёта.

Впереди стояла пылевая мгла, она накрывала остатки деловой столицы, город догорал, многих районов уже не было видно.

* * *

Утром 16 июля президент Соединённых Штатов пребывал в некоторой растерянности.

— Мы подготовили необходимый пакет документов к экстренному созыву комитета обороны, господин президент, — доложила секретарь и передала синюю папку.

— Хорошо, через полчаса я скажу своё решение, — президент осторожно взял документы.

— Заседание состоится в ситуационном центре, — помощница спешно покинула кабинет.

Президент Соединенных Штатов долго обдумывал что-то. Он не знал, какими словами выразить людям боль от случившегося бедствия.

Через двадцать минут предварительный текст обращения был готов. Речь получилась короткой и несколько неполной.

Сказать было нечего, кроме того, что по примерным подсчётам телекомпаний погибло более девятисот тысяч человек. Вокруг Нью-Йорка развернули множество передвижных госпиталей.

За прошедшие двое суток после катастрофы ситуация неопределённости в стране только усилилась.

Через некоторое время в Овальный кабинет Белого дома вошёл вице-президент Джеффри Грей. Это был высокий седой политик, опытный конгрессмен с пронзительным взглядом, ему недавно исполнилось 64 года.

— Добрый день, господин президент. У меня есть полномочия снять вас с занимаемой должности. Это право дал мне конгресс, — сказал Грэй, — мало того что вы не смогли принять «правильного» решения относительно случившейся ситуации, ко всему прочему, на счета вашей супруги регулярно поступали подозрительные суммы из одного арабского холдинга, который замешан в случившемся. Конгрессу это известно, ваше «дело» уже рассмотрели, все проголосовали за вашу отставку.

Если вы не уйдете с поста, против вас и вашей семьи будут возбуждены уголовные дела. А дела возникли. Я вас отстраняю от должности.

Президент молчал. Затем он встал и направился к двери кабинета, медленно развернувшись к вице-президенту:

— Знаете, а я уже принял решение и без вашего давления. Кабинет ваш, разгребайте все эти «завалы» сами, раз уж вы так этого желаете.

* * *

Николай в четвёртый раз проходил через свой рабочий кабинет от окна к двери. Это была стандартная прогулка в момент внутреннего смятения.

Михаил Александрович приехал в 13:01, опоздав на полчаса.

— Здравствуй, Николай. Наконец я тебя снова увидел. Ты сегодня излишне серьёзный. Относись к жизни проще, старайся переключаться.

— Спасибо за поддержку и совет. Значит, ты всё обдумал и готов вложить до шести миллиардов в этот проект? А тебя не смущает участие в прибылях ещё и иранского правительства.

— Сильно не смущает. Я прекрасно вижу интересы другой стороны. Мне достаточно знать твоё мнение. Ты же знаешь, кто стоит за мной. И знают тебя. Давай вернёмся к срокам запуска ускорителей, меня это больше интересует.

— По срокам проект растянется ещё на два или три месяца.

— Насколько вероятно создание чёрной дыры? Мы сможем её контролировать?

— Все зависит от размеров чёрной дыры и величины магнитного поля вокруг неё. Мои расчёты указывают на то, что мы даже сможем наращивать размеры чёрной дыры без существенного ущерба для окружающей среды.

— Ты хочешь сказать, что планета не пострадает? Нас не втянет туда? — Михаил стал смеяться. Затем он повернулся и подошёл к окну. На улице потоками лил дождь. Возникла пауза. Он постоял так пару минут и обернулся к собеседнику. — Я подумал, насколько хрупка наша жизнь. И как просто можно покончить со всем разом. Одним взмахом руки.

— Я не собираюсь уничтожать планету, если ты намекаешь на это. Моя цель — создание неисчерпаемого источника энергии.

— Я понял, ты сначала собрал ядерную бомбу для Ирана, чтобы не потерять этот проект. Я же не ошибаюсь?

— Да. Но они сами всё сделали.

— Для тебя всё это так важно? Или ты рассчитываешь на оправдание в мировой истории? — весьма серьёзно поинтересовался Михаил.

— Нет. Ты не прав. Здесь только мой личный интерес. Я никогда не руководствовался чьим-то благом. Я эгоцентрист.

— Как и я, — продолжил смеяться Михаил.

— В этом «проекте» важен личный результат, и меня не интересуют средства на пути к завершению «проекта». Я не жалею ни о чём.

— Но.

— Я исключительно практичен. Ошибок не будет после пуска ускорителей. И сроки не растянутся.

* * *

Следственные мероприятия возложили на разведывательное управление Соединённых Штатов. Спустя сутки после отставки главы государства наблюдением за безопасностью и порядком в стране стал заниматься военный комитет во главе с вице-президентом.

Министр обороны поднялся на трибуну:

— Из предварительных отчётов разведывательного управления следует, что в центре Нью-Йорка выполнялось преследование некоего частного вертолёта. На спутниковом снимке зафиксирован начальный процесс взрыва. Удалось получить покадровое восстановление событий до и после активации ядерного заряда. Мы уже знаем, кто и как совершил этот теракт.

Специалисты занимаются проверкой счетов причастной компании и отрабатывают связи с Ираном. Я понимаю, что сейчас этого пока недостаточно.

— Когда у вас будет более полный отчёт? — уточнил вице-президент.

— Есть некоторые данные, но мы уточняем их, — подключился глава разведывательного управления, — сейчас можно более достоверно сказать, что посредник заказчика — это глава арабского холдинга Саид Хабиби. Известно, что этот холдинг через посредничество Единого Арабского Банка связан с иранским правительством, — добавил министр.

— Имеется и связь с филиалами Сити-банка в Нью-Йорке и Вашингтоне.

Уже «найдены» ключевые посредники с подробной схемой ядерной атаки в Нью-Йорке. Но ещё проводится следствие.

Супруга нашего бывшего президента имела там счёт, через который проходили немалые средства прямиком от этой частной компании.

В зале заседаний повисла затяжная пауза. Помощник министра обороны медленно встал и с некоторой поспешностью сгрёб рукой свои рабочие папки. Затем он оглядел присутствующих.

В помещении находилось нынешнее руководство страны, состоявшее из 26 человек. Это были министры и военные.

— Господа, — огляделся вице-президент, — прежде всего, обращаюсь к министру финансов. Я и вас пригласил для этого разговора. Бездарная политика нашего президента привела к серьёзному нарастанию дополнительных внешних долгов государства. Всё это отчасти и послужило причиной атаки в Нью-Йорке. Это было актом устрашения со стороны Ирана: их желание подорвать устойчивость доллара в мире посредством развития паники и неразберихи в Штатах.

Не буду вдаваться в дальнейшие подробности, они и так известны всем присутствующим здесь. Хотелось бы обратить ваше внимание на серьёзную задолженность, прежде всего, перед Единым арабским банком и перед Китаем.

Мне понадобятся ваши отчёты для дальнейших действий в отношении руководства этого Единого арабского банка. Все дополнительные отчёты по теракту должны сразу поступать ко мне на стол.

— Какова наша возможная международная реакция? — уточнил министр финансов.

— Пока нейтральная. У меня достаточно полномочий и возможностей для «правильного» ответа. Они там прекрасно понимают и оценивают каждый наш шаг. Этот теракт был прямой провокацией, — вздохнул вице-президент и молча покинул зал заседаний.

* * *

За несколько месяцев до теракта в Нью-Йорке в другой части света, в Иране, в комплексе ускорителей производилась переналадка андроидов. Их готовили к выполнению более сложных задач, в том числе их обучали правильно обращаться с оружием. По ходу увеличения их функций требовалось большее количество энергии. Тщательно подумав над этим, руководство комплекса запланировало расширить собственный технический отдел по производству аккумуляторов на основе молекулярных метастабильных ядер гафния.

Деньги и связи для закупок столь редкого элемента у Николая уже были. Он и разработал первые версии этих аккумуляторов, теперь требовалось модернизировать их с учётом усложнения андроидов.

Николай предложил реорганизовать процесс перезарядки андроидов. Для этого был нужен стабильный и мощный источник высокочастотного магнитного поля. А этим потенциальным источником могла стать чёрная дыра.

Совместный проект Ирана с Арабскими Эмиратами предусматривал строительство многокилометрового адронного ускорителя, состоящего из двух замкнутых колец.

Суть проекта сводилась к разгону и сталкиванию субатомных частиц. Затем, в зоне встречной бомбардировки протонов друг в друга, создавалась зона повышенной температурной плотности, где дополнительно, с использованием нескольких блоков лазерных пушек, происходило слияние этих частиц с формированием чёрной дыры. Этот термоядерный синтез и обеспечивал успех «предприятия».

Проект, естественно, получался очень затратным, и надо было как-то гарантировать возможные результаты. Арабские Эмираты впоследствии вышли из «предприятия» в силу роста расходов, после расторжения арендного договора с Ираном.

Шейх Дубая требовал приостановить все работы с ускорителями или вернуть часть потраченных средств. Иранское правительство было изначально заинтересовано в создании стабильного источника недорогой энергии на своей территории. Таким образом, они перекупили этот проект значительно дешевле. Складывалось ощущение, что это «мероприятие» было заранее спланировано.

* * *

Николай полетел на частном вертолёте в резиденцию президента Ирана.

В этот день светило очень яркое солнце. Когда он вступил в апартаменты, то почувствовал себя несколько лучше после перелёта, но ему вскоре снова стало несколько не по себе. Николай быстрым шагом прошёл в кабинет лидера. Он в этот момент думал о начинающейся головной боли, но никак не о чёрной дыре.

— Через секретаря я ознакомился со сроками запуска комплекса, — начал свою мысль президент. — Я хочу иметь эту энергию исключительно у себя в стране, и вы это знаете, — лидер, сидя в кресле, улыбаясь, наклонился к Николаю, — рассчитываю на ваш успех.

— Мне лестно, но я хотел бы знать и ваши планы, — поинтересовался Николай.

— Я уже около года тесно работаю с представителями агентства по атомной энергетике, и меня это пока устраивает. После серьёзного поражения в Афганистане Штаты теперь рассматривают меня как основную цель. А это очень раздражает, — продолжил президент Ирана, — ваш новый «источник» энергии можно использовать и как средство устрашения.

— Да, я понимаю, — насторожился Николай.

— Так вот, мне необходима эта чёрная дыра как средство давления на Америку, — президент резко сжал рот, так что скривились уголки губ, — и мне требуются ваши гарантии, — президент выждал паузу, — я жду ответа.

— Я работаю в этом направлении, — подтвердил Николай.

— В какие сроки вы планируете создать это оружие? — настаивал президент.

— Чёрная дыра — не оружие, а источник новой уникальной энергии, — Николай сделал попытку смягчить тему.

— Но ведь она может стать неплохим оружием устрашения, так ведь? — с нажимом в голосе спросил президент.

— Это как подойти к вопросу использования чёрной дыры. Она может всё погубить, включая Иран. Сложный вопрос, можно строить только догадки. Вы же понимаете?

— Хорошо, я понял вас, — президент взял свой мобильный телефон, — меня сейчас срочно вызывают в министерство, извините, — поклонился и вышел.

На следующий день светило не менее яркое солнце, но насквозь продувал холодный утренний ветер. Когда несколько продрогший Николай переступил порог президентского кабинета, ему стало даже жарко. Он прошёл быстрым шагом к указанному креслу.

Тот начал разговор без излишних приветствий:

— Вы же в курсе взрыва в Нью-Йорке?

— Да, я знаю, — подтвердил Николай.

— Они сейчас начнут угрожать мне лично, я пока не знаю точного расклада, но мне хотелось бы держать американцев на коротком поводке, — уточнил президент.

— Я вас понимаю. Чтобы проект осуществился в кратчайшие сроки, необходима ваша всесторонняя поддержка, — добавил Николай.

— Мое государство не должно попасть под удар, вы понимаете? — президент выдержал паузу.

Николай согласился и утвердительно кивнул головой.

— Вы осведомлены о планах иранского правительства относительно вашего проекта, и я знаю от кого, — утвердительно сказал президент. — Так вот, я прошу вас лично в максимально удобные сроки создать эту чёрную дыру. Я для вас всегда на связи. У меня прекрасные деловые отношения с руководством Единого Арабского Банка, если потребуется дополнительное финансирование, вы его незамедлительно получите. Мне понравилось, что вы, Николай, ни разу не обмолвились о событиях в Нью-Йорке, — добавил президент Ирана.

— Я изначально полагал, что целью будет Израиль, — предположил Николай.

— Нет. Израиль будет раздавлен гусеницами наших танков, когда я наращу мощь Ирана.

— А вы не боитесь гнева «великана»? Никто ведь не забыл Хиросиму, — уточнил Николай.

— Американцы побоятся наносить ядерный удар по Ирану в страхе за всю планету, за свою безопасность, зная, что у нас есть управляемая чёрная дыра. Я лично озвучу им это! — громко вскричал лидер Ирана, вскочив с кресла.

* * *

Спустя несколько часов после взрыва в Нью-Йорке в центральное отделение полиции Чикаго поступил звонок. Соседи элитного жилого дома слышали крики и выстрелы в одной из съёмных квартир.

Через некоторое время полицейский наряд проник в незапертую квартиру 809, где и нашли пару трупов в гостиной комнате. Это были люди арабской национальности. На столе лежали аккуратно сложенные пластиковые папки с документами. Облокотившись о ножку стола, внизу стоял отстёгнутый коричневый портфель.

— Похоже, эти документы оттуда. Посмотри другие комнаты, — обратился к помощнику офицер полиции.

Позже в офисе местного военного управления некий майор армии, Томми Смит, стал просматривать копии документов из той комнаты.

Он заволновался, увидев содержимое папок, смекнул набрать знакомый номер.

Его соединили с полковником Джонсоном, который уже входил в руководство по расследованию теракта в Нью-Йорке. Полковник выслушал краткий отчёт и наскоро отправился к ближайшему вертолёту.

— Вы куда, полковник? — спросил специальный агент, когда полковник уже открыл дверцу и быстро вскочил в вертолёт.

— Обнаружились некие документы по делу о большом теракте, я вам их привезу, не беспокойтесь.

* * *

В атмосфере Ирана даже сухой воздух сиял от происходящего момента. Наконец иранское правительство одобрило запуск ускорителей элементарных частиц.

Этого момента Николай ожидал с сильной внутренней тревогой последние полгода. Он провёл три пробных неудачных запуска. И всё это, конечно, не прошло без дополнительных технических сбоев. Последний сбой в одном из ускорителей произошёл в результате утечки водородного охладителя, тогда при устранении аварии пострадало несколько человек. Затем к наблюдению за всеми системами приступил искусственный интеллект комплекса, Отец.

* * *

Рождение чёрной дыры произошло 22 сентября.

На ключевом запуске, в 7:48, присутствовали основные сотрудники комплекса, президент Ирана, министр обороны Азербайджана и министр обороны Ирана Мустафа Мохаммед.

Для запуска столь грандиозного и затратного проекта требовалась мощность двух атомных электростанций. Одна из них располагалась в Иране, вторая, российская, передавала часть своей мощности через территорию Азербайджана. Вся эта энергия шла прямиком на разгон протонов в ускорителях и на синхронную генерацию единого лазерного пучка для запуска процесса синтеза чёрной дыры.

Основная шахта с главным блоком располагалась примерно на глубине двадцатиэтажного здания. В этом месте всегда пролегал тектонический разлом земной коры.

Ядерщики Ирана специально рассчитали местоположение нескольких наиболее устойчивых участков излучения магнитного поля планеты. Там и расположили этот центральный блок комплекса. В команде проектировщиков и застройщиков состояли иранские ядерщики, несколько бывших сотрудников ЦЕРНа, китайские ядерщики. Всего собралось 229 профильных специалистов. Они планировали изменить мир.

В подземных трещинах были установлены титановые опоры с магнитными сетками для концентрации и сбора магнитного поля планеты. Это поле равномерно распределялось по всей сети опор.

Внутри основной шахты располагалось «сердце» объекта — это была специальная платформа размером с футбольное поле посреди подземного мрака. Присутствующие всегда ощущали некий монотонный гул при посещении платформы. Часто у них появлялись головные боли после непродолжительной экскурсии по объекту. Так воздействовало магнитное поле Земли, оно же и создавало шум.

Ведущие инженеры и представители китайской энергетической компании детально проверяли компоненты и качество сборки нескольких лазерных блоков. Каждый блок содержал 127 высокочастотных лазерных пушек. Все они имели концентрическое направление для точной и синхронной фокусировки единого залпа из 508 лучей в момент столкновения протонов в центре платформы. В процессе столкновения частиц лучи сливались в пучки, совершая нагрев и слияние протонов в чёрную дыру.

Китайские инженеры в это время, как муравьи на стальных опорах, переползали от одной части блока лазеров к другой, детально отлаживая и синхронизируя их.

Северский наблюдал снизу, с платформы, с выражением глубокого удовольствия на лице за работой этих людей.

— Я уверен в успехе, — повторял Николай.

— Скажи честно, ты веришь, что это будет работать? — спросил Михаил.

— Абсолютно, теперь ещё больше уверен, когда вижу всё это. — Николай снова огляделся, выдержав паузу, и направился к грузовому лифту. — Я устал от этого гула.

Михаил направился следом за своим другом.

— Больше такого напряжения от нас не потребуется, всё возьмёт на себя автоматика, Отец заметно помогает, — констатировал Николай.

Они поднялись на грузовом лифте и вышли на стальную застеклённую смотровую площадку.

— С этой точки обзора мы сможем наблюдать начало реакции ядерного синтеза, — добавил Николай.

— Стекло не лопнет? — осведомился, улыбаясь, Михаил.

— Стекла здесь упроченные, выдержат, если надо, и ураганную волну, и прямое попадание современного снаряда. Кроме того, в момент пуска всех лазеров вспышка от лучей будет очень яркой. Наблюдатели могут сжечь себе зрение, — улыбнулся Николай. — Люди боятся того, что мы здесь делаем, они считают это дьявольщиной.

— Зачем же тогда стёкла? — переспросил Михаил Александрович.

— Увидеть полученный результат. Потом не забывай про искусственный вакуум, который появится сразу после «рождения» нашего маленького чуда.

В момент пуска сработает автоматическая система рольставен на всех окнах внутреннего блока. Это делается для трёх целей: переждать мощную вспышку от лазеров, частично отразить разогрев внутренней среды и компенсировать сильное гравитационное сжатие в момент стабилизации чёрной дыры. Она, конечно, может внезапно «раствориться» из-за малой ядерной массы.

— Сколько же тогда потребуется времени для получения стабильной чёрной дыры? — спросил Михаил.

— Сложный вопрос, моя группа наблюдателей рассчитывала уложиться в небольшой срок, если эксперимент окажется неудачным. Но я уже создал маленькую и нестабильную чёрную дыру на четвёртом разгоне ускорителей. Этот крошечный объект быстро растворился. Я тогда специально установил неполную мощность разгона частиц. Сегодня у нас шестой разгон, и всё будет как надо, — с гордостью добавил Николай Северский.

* * *

Единая группа исследователей, заказчиков и наблюдателей была в сборе в указанное время.

Зрители в некотором волнении могли лишь наблюдать, как все панели с заряжающимися пучками лазеров синхронно сдвигаются к единому центру, в область внутренней платформы.

Из-за стен доносился холодный шум ускорителей. Рольставни выдвинулись и закрыли обзор. Шум от ускорителей слился с единым струйным залпом лазерных пучков и немного перекрыл напряжённый гул от магнитного поля Земли. Время подошло. Все ожидали.

Через мгновение к общему техническому шуму прибавился внезапный скрип от спущенных рольставен — давала себя почувствовать сила гравитации нового объекта. Всё. Она родилась.

8:18. Зрители ощутили лёгкую нарастающую вибрацию пола. У некоторых посетителей сильно закружилась голова, кто-то упал без сознания. Вибрация прекратилась, шум стих.

— Не пугайтесь, у нас здесь есть бригада скорой помощи, они сейчас помогут, — громко объявил Николай, — такое может быть, это скачок магнитного поля из-за чёрной дыры. Могу всех вас поздравить — у нас родилась стабильная чёрная дыра.

Постепенно внутреннее напряжение сменилось всеобщим любопытством. Что же там внизу и внутри, на платформе?

— Уберите эти рольставни, мы должны увидеть это, — скомандовал министр обороны Ирана.

— Не беспокойтесь, всё сейчас произойдёт автоматически. Система находилась в режиме самозащиты, и вы всё скоро увидите, — улыбнулся Северский.

Примерно через пару минут ставни поднялись, и зрители стали смотреть вниз, через окна, на платформу. Но они ничего не увидели.

Там стоял абсолютный мрак, только в этом мраке можно было по изменившемуся и более тихому гулу понять, что нечто поменялось там внизу. Ощущалось незримое соприсутствие чего-то иного.

* * *

— Приглашаю всех на более высокий уровень. Там, если вы не забыли, наш серверный центр, управляющий этим «вечным двигателем», — Николай изобразил некоторую наигранную серьёзность.

Все посетители в защитных комбинезонах стали по очереди подниматься на пару этажей выше. Они оказались в сияющем помещении от множества ярко-голубых диодных ламп.

— Не удивляйтесь, я очень люблю яркое освещение, мне от этого приятнее работать, — улыбнулся Николай.

— Он назвал объект вечным двигателем? — уточнил министр обороны Азербайджана. Ответа не последовало ни от кого. Все слушали, что ещё добавит к сказанному Николай. Но он собирался с мыслями. В этот момент где-то наверху сдвигалось что-то массивное.

— Каждая чёрная дыра имеет пару магнитных полюсов или джетов. Это несколько условное название. Так вот, из центра этих образований непрерывно выходят гамма-потоки энергии в невообразимом количестве.

— Не совсем понимаю вас? — несколько напрягся министр обороны Ирана.

— Никак проще не объяснить, господин министр, — улыбнулся Николай, — это достаточно сложный «механизм» с множеством связанных элементов, не получится проще, — взгляд Николая наполнился стальным блеском, — я вам чуть позднее более детально всё расскажу.

Вы все, наверное, почувствовали себя на какое-то мгновение не очень хорошо. Могла появиться общая слабость, головная боль. Один из сотрудников, к сожалению, потерял сознание. Это был момент первичного сжатия чёрной дыры. Сразу после «рождения» она продолжает сжиматься, а это происходит за миллионные доли секунды. Даже время замедляется.

В момент такого сжатия «объекта» и образуются эти самые полюса, формируется гамма-излучение. Оно неяркое, при рассмотрении. Аналогично умножается плотность магнитного поля вокруг чёрной дыры, что и приводит к ухудшению самочувствия.

А тот шум, идущий сверху, который вы все сейчас слышали, исходил от механизмов, сдвигающих титановые створки потолка наземного корпуса.

Всё это требуется для снижения выброса гамма-излучения в атмосферу. Оно обладает невероятно высокой радиацией. Это излучение генерируется и рассеивается непрерывно и постоянно, до тех пор, пока живёт чёрная дыра, — добавил Николай.

— А как же американские спутники? Они сразу отследят потоки этого излучения и составят карту объекта, — поинтересовался президент Ирана.

— Я могу и ошибаться, но даже если нас и обнаружат со спутников, этим специалистам ещё предстоит понять, с чем они имеют дело. Мы частично выводим потоки гамма-излучения через специальные сетки в подземные разломы. Излучение, таким образом, частично рассеивается с большим радиусом. В этом случае его сложнее отследить.

Нам удалось так распределить магнитные усилители поля планеты, чтобы через единый магнитный вектор сбалансировать чёрную дыру симметрично полу и потолку своими полюсами.

В действительности, была проделана немалая работа как исследователей, так и архитекторов комплекса.

* * *

Спустя неделю на комплексе обсуждался вопрос более ускоренной связи между андроидами. Они изначально выполняли только несложную наблюдательную работу на объекте.

— Отец, искусственный разум комплекса, просит значительно ускорить нейросети этих «машин» для выполнения более серьёзных задач, — Николай обернулся к другу.

— В чём же тогда проблема? — поинтересовался Михаил Александрович.

— В гафниевых зарядных устройствах, — ответил Николай, — при более интенсивной нагрузке андроиды расходуют втрое больше энергии.

— Я понимаю, но ведь эти аккумуляторы — твоя уникальная разработка, в которую я вложил весьма много денег. Получается, они уже устарели? — удивился Михаил.

— В некотором роде, да. Нагрузка возросла. Раньше мощность такого зарядного устройства могла обеспечить андроида на год, сейчас этот заряд расходуется уже за месяц. У нас сейчас около сотни андроидов, нуждающихся в перезарядке. Мы же не будем постоянно бегать вокруг них для перезарядки?

— Ты меня снова озадачил, Николай, — с некоторым возмущением добавил Михаил. — И что нам теперь делать со всем этим?

— Многое не потребуется. Нужны автономные заряжающиеся вставные блоки к этим аккумуляторам. У нас ведь рядом почти неисчерпаемый источник энергии. Андроиды станут автоматически и непрерывно «подключаться» к магнитному полю от чёрной дыры. И проблема решена, — улыбнулся Николай.

— Где ты предлагаешь разместить производство этих блоков? — задумчиво уточнил Михаил.

— Здесь же. Мы уже наладили сборку андроидов в соседнем корпусе, что нам мешает собрать и эти блоки самостоятельно, при поддержке наших китайских партнёров? — добавил Николай.

— Я вижу, ты меня планируешь основательно разорить, — в недоумении добавил Михаил.

— Но это же очередная революция в нашей робототехнике! — Николай мило улыбнулся.

— Я никогда не планировал финансировать революции, — пошутил Михаил.

* * *

На следующий день к Николаю прилетел министр обороны Ирана, он был несколько встревожен.

— Американцы со спутников отследили наш комплекс по сильному гамма-всплеску в атмосфере, эти спутники даже получили повреждения. При попадании в нашу «зону» любой спутник оказывается под воздействием излучения чёрной дыры и частично выгорает, — выпалил министр.

— Понятно, они уже с вами связались? — уточнил Николай.

— Конечно, американцы требуют показать им этот «объект», — подтвердил министр.

Николай несколько задумался и пригласил министра обороны внутрь комплекса. Всех людей здесь уже заменили андроиды в силу высокой радиации от чёрной дыры. Они теперь выполняли все служебные функции, а посетители надевали защитные комбинезоны. Когда министр всё это увидел, то несколько изумился.

— Их бы вооружить, и будет непобедимая армия, — вдруг добавил министр, — я бы и сам жутко испугался, если бы случайно увидел «это» с автоматом в руках. Больше даже пугает отсутствие мимики у них.

— У нас и такие есть, только те андроиды охраняют комплекс, — рассмеялся в голос Николай.

— Что вы сказали? — насторожился министр.

— Не пугайтесь, президент Ирана прекрасно об этом осведомлён, — уточнил Николай.

— Удивительно, у вас здесь собраны все передовые технологии, включая самую уникальную — чёрную дыру, — министр задумался.

— Один из наших коллег, квантовый физик из Японии, Акио, переживая, что я не получу требуемого результата в срок, предложил мне увеличить количество протонов в разы в разгоне на ускорителях.

Я сделал необходимые расчеты и понял, что это создаст необратимый и неуправляемый «объект». Если вы хотите, сможете увидеть чёрную дыру, только наберитесь немного терпения, — Николай сел за пульт и стал вводить настройки в систему.

— Мы сейчас направим из концентрических блоков три небольших лазерных пучка в центр чёрной дыры, и вы увидите, что произойдёт, — произнёс Николай, продолжая вводить данные.

Через пару минут внутреннее помещение за бронированным стеклом наполнилось ярким светом. Из лазерных блоков произошёл синхронный выстрел в центр внизу платформы, там образовалось яркое округлое свечение. На мгновение все увидели идеальный чёрный шар, который сжимался в верхней и нижней трети. Сразу стало заметно, как пучки от лазерных лучей искривились по контуру «шара», затем световая волна стала «растекаться» и угасать, медленно закручиваясь в форме метрового диска по спирали чёрной дыры. Чёрная дыра получила новый источник энергии и стала чуточку крупнее.

— Лучи втянуло в чёрную дыру, и вы это только что увидели, — утвердительно сказал Николай.

— Что это было? — спросил министр.

— Это горизонт событий чёрной дыры, там нет возврата, даже для световых лучей, — убедительно сказал Николай Северский.

Часть вторая. Вспышка

Президент Ирана ранним утром 2 марта ответил на звонок вице-президента Соединенных Штатов. Он старался держаться спокойно и уверенно.

— Вы отдаёте себе отчёт в том, что натворили ваши агенты? — вспылил вице-президент.

— Почему этот теракт связали со мной, у вашего государства много врагов, — усмехнулся президент Ирана.

— Есть улики, указывающие на вас и ваших непосредственных помощников, — спокойно добавил вице-президент, — но я сейчас собираюсь обсудить более важную проблему, чем теракт, — озвучил подготовленную речь вице-президент, его лицо при этом не выражало эмоций.

— Вы не сможете нам ничем угрожать! Это очень опасно в свете последних событий, — бросил очередную фразу президент Ирана.

— Уточните, что вы имеете в виду? — несколько отстранился вице-президент.

— Мои специалисты создали чёрную дыру, она не только обеспечивает нашу страну дешёвой энергией, но и гарантирует всеобщую, мировую безопасность.

При возможном нанесении ракетного удара любой мощности, вплоть до ядерного, по нашему государству погибнет вся планета! — в подготовленной речи главы Ирана уже сквозило раздражение. Наступила минутная пауза.

— Это нас и беспокоит. Конгресс просит дать допуск на этот «объект» независимым наблюдателям из ЦЕРНа, это могут быть и иранские специалисты, — уточнил вице-президент Соединённых Штатов.

— Хорошо, я понял ваше пожелание. В ближайшее время я скажу своё решение, но только после совместного заседания с советом министров Ирана. — с некоторым нажимом ответил лидер и дал отбой.

— Он безумен, — повернувшись к окну, произнёс вице-президент.

В овальный кабинет вошёл полковник Джонсон:

— Господин президент, приятно снова вас видеть в рабочем настроении. Нам пришлось перекрыть главные улицы Вашингтона, количество митингующих за последние дни только прибавилось. Люди недовольны.

— Они хотят войны. Но мы не можем себе позволить открытое столкновение с Ираном по двум причинам. Одна из причин — это засекреченный «объект» под Тегераном с чёрной дырой. Другая: Иран сильное государство, без внутреннего раскола во власти наши попытки нападения ни к чему хорошему не приведут. Штаты не готовы к очередному военному конфликту.

— Для этого вы меня и назначили своим помощником. У меня уже есть весьма неплохой план по Ирану. На этом комплексе скоро произойдёт теракт. Можно не беспокоиться из-за этого. Наши специалисты уже рассчитали примерную мощность той чёрной дыры. Её не хватит для развития глобальной катастрофы, пострадает только Иран.

* * *

Новая встреча Николая Владимировича Северского и Михаила Александровича состоялась уже в Подмосковье вечером 3 марта. Там, на лужайках, снег вовсю покрылся толстой коркой, только дорожки и подъездные пути к особняку были заботливо расчищены. По летнему заснеженному саду игриво бегали молодые собаки.

— Этих двух прекрасных псов мне подарил президент, я давно просил, — Михаил указал на собак, растирая в руках сухой снег.

Это была очередная дружеская встреча Николая и Михаила. Они всегда испытывали друг к другу сильную взаимную привязанность.

Михаил хорошо знал Николая и не сильно вмешивался во внутренний мир своего друга.

— Я на днях говорил с нашим президентом, ты же понимаешь, мы такие же владельцы чёрной дыры, как и Иран.

Президент Ирана часто не думает о деловых партнёрах, ведёт какую-то свою тёмную игру и не собирается останавливаться. — Михаил аккуратно пересел на соседний стул, напротив Николая, и продолжил речь:

— Мне поручили всячески «поддержать» готовящиеся перестановки в руководстве Ирана. Я полагаю, что министр обороны, Мустафа Мохаммед, уже готов занять должность президента.

— А что конкретно там происходит? — спросил Николай.

— В ближайшее время в Иране произойдёт смена правительства, — улыбнулся Михаил и добавил:

— Ваш комплекс, на случай возможного вторжения экстремистов, должен перейти на особый режим работы. Надо вооружить андроидов и расставить их в специальных секторах по периметру комплекса. Тем более что у вас есть неплохое оружие. Эти обновлённые магнитные винтовки могут очень хорошо разогнать непрошеных гостей.

— Я тебя понял, мы непременно займёмся и этим, — кивнул Николай, — ты же всегда знал мои намерения, я хотел изменить мир, и мне это удалось благодаря твоей неоценимой поддержке.

Я давно понял, что наша цивилизация стоит на пороге энергетического истощения. Все мы год от года становимся более зависимы от постоянно дорожающих источников энергии. С каждым десятилетием «новые» источники становятся менее доступными и более дорогими в использовании.

Электричество — это кровь современного общества. Общество растёт, электрической «крови» требуется всё больше и больше.

Я получил новый вид энергии, но не предполагал, что чёрная дыра может настолько сильно испортить радиационный фон. День ото дня мне всё больше приходится погружаться в поиск решений этой непростой задачи.

* * *

Несколько позднее в Тегеране, в резиденции президента, министр обороны Мустафа Мохаммед в сопровождении своего заместителя шел твердыми звонкими шагами по прохладному коридору к кабинету шефа.

Министр обороны, недолго думая, приоткрыл незапертую дверь кабинета, предполагая, что президент вполне готов к серьёзному разговору. Мустафа бодро вошёл.

— Здравствуй. Я не думал, что вы соберёте в моё отсутствие комитет партии. И что вы там обсуждали? — гневно уточнил президент.

— Мы оценивали сложившуюся ситуацию в стране в силу очередного конфликта с Америкой.

— Такие вопросы вы обязаны решать только в моём присутствии. Вы не имели права собираться у меня за спиной. Я глава партии и могу расценить ваши действия только как некий замысел, — президент смотрел сквозь своего министра, напряжение заметно наросло. Секретарь заглянул в кабинет и снова скрылся.

— Я верил тебе больше, чем остальным, — добавил президент.

— Нам пришлось убрать из партии твоего ставленника, министра энергетики Рамина. Он не разделяет интересов партии, это предатель.

— Позволь спросить, кто дал тебе и всем вам такие полномочия? — с презрением спросил президент.

— Теперь я возглавляю партию, — отмахнулся Мустафа и немного отступил назад.

Президент резким рывком вцепился в горло своего министра обороны и, пригнув его, стал жёстко сжимать пальцы. В этот момент заместитель министра лёгким движением своих крупных рук взял за плечи президента и, как ребёнка, ловко откинул в угол кабинета.

Мустафа, не мешкая, выхватил свой пистолет и направил в сторону президента.

— Это похоже на государственный переворот, — натянуто улыбнулся президент.

— Так и есть, — уже сухим тоном сказал министр обороны Ирана.

Президент медленно подошёл к своему столу и рукой облокотился о край. Внезапно раздался громкий выстрел, затем ещё один. Кровь темной струёй попала на лицо президента.

Глава Ирана ухватился руками за шею, его качнуло к столу. Он забрызгал кровью все рассеянные на столе бумаги, затем неспешно разогнулся и, хромая, направился к выходу из кабинета.

— Мне заливает кровью глаза, дайте полотенце, — распорядился президент. Он открыл дверь и вышел. Заместитель министра обороны кинулся за президентом из кабинета, но тот уже лежал на полу приёмной, на голубом ковре, и продолжал заливать его кровью. Мустафа медленным шагом вышел из кабинета.

— Заверните его во что-нибудь и отнесите в автомобиль. Да, и не забудьте усадить назад, как всегда, — добавил министр обороны.

Через несколько минут президентский кортеж из трёх автомобилей выдвинулся из резиденции, на ближайшую трассу. В машину к убитому президенту подбросили бомбу по заранее обдуманному плану. Официально он должен был взорваться в личном автомобиле в результате теракта.

* * *

Вечером 3 марта в Подмосковье друзья постепенно перешли на третий этаж особняка. Михаил курил.

— Как неплохо вы осведомлены обо всём, — продолжал беседу Николай.

— Это часть моей работы, всё так или иначе связано в любом бизнесе, — улыбнулся Михаил.

— Вы кое-чего не знаете, но я попытаюсь разобраться с этой проблемой, — улыбнулся Николай.

— О чём вы? — уточнил Михаил Александрович.

— На нижнем уровне, у центрального блока с чёрной дырой, стал формироваться некий конденсат в виде тумана, и это происходит одновременно с высоким радиационным фоном, — сказал, несколько задумавшись, Николай.

— Вам надо незамедлительно решить это! — настаивал Михаил.

— Я в последнее время только этим и занимаюсь, — добавил Николай, — есть пара новых идей, но для этого необходимо вылететь в Иран в ближайшее время.

С утра они собрались и поехали в аэропорт, где уже ждал частный самолёт. Николай всю дорогу пытался как-то объяснить то, чего сам не понимал до конца.

— Через четверть часа мы будем в Шереметьево. В Иран я, к сожалению, не смогу полететь. Любую новую и доступную информацию по этому конденсату сообщайте мне сразу на почту. — Михаил на прощание пожал руку Николаю и добавил:

— Да, я получил подтверждение из Ирана: там случились некоторые события, президент убит, министр обороны сейчас временно возглавил правительство.

* * *

Николай вскоре оказался на комплексе. Он понимал, что самостоятельно не сможет быстро выявить причины образования конденсата на нижних уровнях комплекса. Избыток этого «вещества» может повредить генераторы и сервер, что приведёт к непоправимым последствиям. Вскоре позвонил Михаил Александрович.

— Стоит подключить к изучению конденсата ребят из ЦЕРНа. Вроде бы, новый глава Ирана Мустафа Мохаммед был не против присутствия на комплексе неиранских физиков. Но кто знает, как он сейчас воспримет это? Присматривайся к нему и не говори ничего лишнего о происходящем, — добавил Михаил.

— Я полностью с тобой согласен.

Внутренний блок сохранял идеальную герметичность. Чёрная дыра обладала весьма сильным и плотным магнитным полем. У многих подобных «объектов» в космосе гравитация преобладает над магнитной силой. В результате эксперимента Николаем была получена несколько более «ослабленная» чёрная дыра. Внутри главного блока она удерживалась в стабильном положении только за счёт магнитного поля. Вблизи главного блока располагалось множество вспомогательных помещений. Многие коридоры по периметру имели замкнутую структуру или пересекались. Это было выполнено для создания дополнительного магнитного контура. Поле планеты помогало удерживать и стабилизировать центральный блок с чёрной дырой.

* * *

Уже на второй день после рождения чёрной дыры, ещё в прошлом году, в коридорах и около генераторов стал скапливаться туман. Отец тогда пытался понять причины возникновения этого явления. Многие наблюдатели и Николай полагали, что в системе охлаждения ускорителей случились мелкие протечки.

Согласно отчётам сервера, системы охлаждения и генерации энергии продолжали исправно работать, и уровень охладителя оставался стабильным.

Утром 6 марта Николай спустился в нижние коридоры с детектором частиц для оценки и уточнения физической структуры тумана. Он был в специальном защитном комбинезоне. Радиация от гамма-излучения чёрной дыры отражалась от стен внутреннего блока, концентрировалась там и в силу этого многократно превышала дозиметрические нормы в тысячи раз.

Вечером прилетели специалисты из ЦЕРНа. У них были свои, более точные детекторы и специальные статистические программы на планшетниках для выявления определённых субатомных полей.

— Что это может быть? Я уже подумывал о возможном образовании новых частиц, — уточнял Николай.

— Мы можем только приблизительно сказать, вы же понимаете, — добавил наблюдатель из ЦЕРНа.

— Что показали ваши предварительные статистические измерения? — снова, спустя полчаса, поинтересовался Николай.

— Мы изучили конденсат — это, прежде всего, ионизация внутренней атмосферы комплекса, но, среди всего прочего, фиксируются бозонные поля. Больше ничего.

— Хорошо, будем думать дальше, — задумчиво добавил Николай и подошёл к пульту управления, — что ты думаешь об этом, Отец?

Искусственный разум непрерывно анализировал возможные технические сбои и наблюдал синхронность работы всех подсистем.

Он ещё выносил суждения относительно работы отдельных генераторов или андроидов, то есть Отец был важным помощником и координатором в комплексе.

— Я полагаю, мы сможем направленно воздействовать высокочастотным полем на этот бозонный конденсат, чтобы распределить и рассеять его.

— Что для этого потребуется? — спросил Николай.

— Некоторое количество автономно заряжаемых магнетронов. Я скоро сделаю точный расчёт. Расставим андроидов по цепочке в тоннелях с работающими магнетронами и будем пошагово соотносить это воздействие, наблюдая плотность тумана. Затем уже можно стационарно установить эти устройства.

* * *

В течение последующих двух недель, пролетевших в заботах, по всему контуру коридоров, в некотором радиусе от блока с чёрной дырой, андроиды разместили на небольшом расстоянии друг от друга синхронно переключающиеся магнетроны.

— Что ты можешь сейчас сказать об этом тумане, Отец? — как-то поинтересовался Николай.

— Схожие малые эффекты наблюдались и в ЦЕРНе при попытке создания бозонов Хиггса. В некоторых участках трубы-ускорителя случалось образование мезонного тумана.

Это указывает на существование некоего переходного состояния элементарных частиц или на возможность создания нового вещества, согласно теории струн.

Вскоре в тоннелях, вокруг центрального блока, по переменной амплитуде пробежала звуковая волна от магнетронов. На мониторах Николай внимательно просмотрел все коридоры. Было заметно, как туман неспешно рассеялся, основные помещения вскоре очистились.

Николай спустя сутки решил отправить нескольких андроидов на обследование вспомогательных тоннелей в поисках скоплений конденсата. Они обошли весь периметр вокруг главного блока. На андроидах были размещены видеокамеры.

Спустя шесть часов неспешной работы он загрузил каждую запись в сервер.

По результатам отчётов: в коридорах стерильная чистота, а вот в паре ближайших тоннелей наблюдается разреженный туман и местами нечёткая видимость.

Николай стал просматривать радиационный фон андроидов. Оказалось, что у одного из них, посетившего этот сектор, фон примерно в разы ниже, чем у остальных. Это весьма удивило Николая.

У других андроидов наблюдалась нестабильность передачи данных в нейронных сетях.

— Вот проявление избыточной радиации на андроидах, — констатировал сам себе Николай.

Всё это время магнетроны продолжали попеременно работать, их не выключали. Получалось, что вновь конденсирующиеся бозонные поля от чёрной дыры неким образом «ускользали» от магнитных полей магнетронов и скапливались в двух тоннелях.

«Неужели эти бозонные поля способны как-то понизить радиационный фон? — думал Николай. — Но почему именно сейчас в этом секторе, рядом с центральным блоком, опять продолжает скапливаться туман?»

— Отец, я бы хотел уточнить у тебя пару моментов про конденсат, я предполагаю, ты можешь догадываться о том, что там происходит? — интересовался Николай.

— Я исследовал структуру этого тумана, он каким-то образом трансформируется. Мы получили нечто новое, иное.

— Что мы получили?

— Возникли устойчивые зоны с конденсатом. Чёрная дыра создаёт множество квантовых полей, большую часть она удерживает вблизи себя, а более «нейтральные» — некоторые бозонные поля свободно «перетекают» дальше, в тоннели. Возможно, именно те зоны, с остаточным конденсатом, расположены в области сильного всплеска магнитного поля планеты, и там все эти волновые события пересекаются.

— Что происходит, я не понимаю? Отец, объясни мне, — настаивал Николай.

— Возможен межвидовой конфликт, я решаю этот вопрос, — продолжил Отец.

— Ты о чём, какой ещё межвидовой конфликт?

— Я изучал теорию струн через всемирную сеть, сравнивал наши данные. Эти поля можно условно обозначить как «струны». Это детальки из нашего мира. Около чёрной дыры удерживается и смешивается бесчисленное множество более тяжёлых деталек, те, что полегче, проходят сквозь защитный корпус главного блока и попадают в тоннели по всему периметру нижнего уровня. Магнитное поле земли имеет неоднородную структуру встречного излучения. При взаимном пересечении всех этих полей или струн образуются порталы. Я могу предположить существование процесса «растворения» нестабильных полей и частиц. Они исчезают или виртуализируются в иное измерение, и благодаря этому процессу, в силу высвобождаемой энергии, открылись «окна» внутри нашего мира.

— К чему ты всё это рассказываешь, Отец?

— Я отправил пару андроидов с датчиками слежения и часами к этим «окнам». Они прошли сквозь эти слоевые искажения в атмосфере тоннеля нижнего уровня и пропали с камер. Я не смог отследить их датчики. Не мог связаться с ними. Вскоре они вернулись обратно, время на их часах несколько опередило ход нашего времени, плюс, ко всему, их радиационный фон стал намного меньше по сравнению контрольной группой андроидов, работающих на нижнем уровне. Эти «порталы» поглощают радиацию, она переходит в область виртуального поля. Нестабильные частицы и поля дематериализуются при прохождении сквозь эти «окна».

— Что ты ещё скажешь, Отец?

— Да, мы открыли новую экосистему. Я просмотрел видеозаписи с камер андроидов. В момент выхода из портала видеокамеры зафиксировали иное искусственное освещение и двоих рептилоидов. Они заметили наше наблюдение и скрылись. Эти существа были одеты в некие серебристые комбинезоны с эмблемой в форме глаза на груди. Я не разобрал более детально.

— Отец, ты что, через андроидов вступил в прямой контакт с иной расой, даже не поставив ни меня, ни команду комплекса в известность? — Николай негодовал, затем последовала пауза, и он переспросил:

— Ты назвал их рептилоидами?

— У них форма тела, как у нас, но двигательные жесты, по скорости и качеству, похожи на движения у рептилий. В интернете я подобрал несколько схожих описаний с указанием названий этих существ. У них не человеческие лица, а как у крупных ящериц.

Вскоре Николай разместил портативную видеокамеру и датчики движения в этом тоннеле. Кругом был разреженный туман и неяркое освещение.

27 марта, ранним утром, в сервер поступили сигналы с датчиков, Николай вскоре включил сделанную запись, на ней, среди тумана, появилась высокая тень:

— Изучал ваш язык, люди. Меня зовут Бета. Я глава этого сектора. Нас много, и мы населяем эту область долгое время, мы способны разрушить вашу цивилизацию. Любые контакты между нашими видами нежелательны, — запись окончилась.

Николай долго обдумывал сказанное, затем принял решение положить к порталу встречное мирное обращение. Ответ не заставил себя долго ждать:

— Для контактов с вами мы давно используем клонированных людей, они несколько более устойчивы к радиационному излучению, выглядят как вы, только глаза у них другие. Некоторые живут среди вас на планете. Мы не хотим, чтобы вы пересекали этот тоннель и вторгались в наш мир, это не принесёт пользы.

На этом сообщение закончилось, прозвучал небольшой шорох на записи, и наступило молчание.

— Что будем делать, Отец? Мы должны поставить в известность заказчиков комплекса, — уточнил Николай.

— В ближайшее время отправляй только стандартные отчёты, — добавил Отец.

На следующее утро датчик движения оповестил о перемещениях в тоннеле. Затем кто-то вызвал лифт на нижнем уровне. Через связь в лифте Николай, сидя в кабинете, услышал:

— Я поднимусь к вам в сопровождении своего помощника, только не пугайтесь.

Отец направил к лифту двух вооружённых андроидов.

Вскоре рептилоид и «человек» вышли из лифта на лабораторном уровне и спокойно прошли в кабинет к Николаю. У «человека» действительно были щелевидные зрачки, как и у рептилоида, в остальном он был неотличим от большинства людей. Рептилоид удивительно отличался своим необычным видом, кожа отличалась ярко-зелёным цветом с голубоватыми вкраплениями. Он имел прямую осанку, высокий рост под два метра. Николай неким шестым чувством ощущал, что рептилоид отдаёт какие-то мысленные команды «человеку». На голове у рептилоида располагалось маленькое коммуникативное устройство.

— Мы пришли к вам для дружеской беседы, — сказал гость, его человек молчал.

Николай вначале пребывал в оцепенении, а после сказанного рассмеялся, прикрыв рот рукой.

— Это был смех? — спросил помощник рептилоида.

— Да, меня рассмешила фраза «дружеская беседа», — подтвердил Николай.

— Считайте, что беседуете с начальником внешней безопасности, — добавил человек.

— Почему? — уточнил Николай.

— Информация о возникновении устойчивого портала между нашими мирами распространилась у нас, и мы сочли правильным пригласить старшего представителя нашего вида на беседу с вами, — уточнил человек и спросил:

— О чём вы снова задумались?

— Сколько же вы проживаете земных лет? — заинтересовался Николай, обращаясь к рептилоиду.

— По-разному, рептилоиды живут в среднем от 60 до 110 земных лет, это зависит от кастовой принадлежности, наши помощники чуть меньше, — добавил рептилоид.

— Очень интересно, — добавил Николай.

— Мы пришли к вам не для ознакомительной беседы, — вставил человек.

— Зачем же тогда? — уточнил Николай.

— Вам угрожает серьёзная опасность, и связано это с тем, что вы создали! — внезапно прошипел рептилоид, но при этом добавил: — Не беспокойтесь так, угроза не от нас.

— Что за угроза? — уточнил Николай.

— Вы создали очень опасный источник излучения, — добавил рептилоид, продолжая: — Есть необычные существа, потребляющие нашу и вашу жизненную энергию через страхи, эмоции, страсти. Они незаметно проникают в тела жертв и паразитируют там, пока не убьют. В конечном итоге они уничтожают целые миры.

— Я не совсем вас понимаю, — растерялся Николай.

— Мир не ограничивается нашими цивилизациями, — добавил рептилоид.

— Кто они в таком случае? — замер в ожидании Николай.

— Мы называем их «матрицами», они представлены несколькими группами. Эти существа свободно живут среди вас и, как правило, похожи на бесов из вашей мифологии. У них нет своего тела, живут подобные существа, отчасти, вашими телами.

— Я слышал о чём-то подобном, но очень мало, к сожалению, — прибавил Николай.

— Объясните, пожалуйста, подробнее, — попросил Отец.

— Это разумные и нематериальные формы жизни, способные к переходным состояниям, — уточнил Бета и продолжил: — Без материальной оболочки, то есть вне физического тела, «матрицы» часто выглядят как мерцающие тёмные тени, в определенном квантовом поле они нестабильны.

— Какая угроза может исходить от них в настоящий момент? — с некоторым напряжением уточнил Николай.

— Они уже знают о существовании чёрной дыры и понимают, какую опасность для жизни на планете она представляет. Им нужна вся ваша посмертная энергия. Эти «матрицы» пойдут на любые меры, чтобы разрушить этот комплекс.

— Как нам тогда их распознать? — спросил Николай.

— У нас есть специальные сенсорные очки для обнаружения «матриц», эти существа всегда излучают бледно-жёлтое свечение. Обнаружить их можно в этом спектре, чаще в области груди или головы носителя.

— Как их можно остановить? — спросил Отец.

— Матрицы любят свои «оболочки», у них крепкое сродство с телами жертв. Вы не должны допускать на комплекс кого-либо с подобными признаками свечения, — несколько скомкано добавил Бета, — мои помощники в ближайшее время принесут вам через портал эти очки. — Бета повернул голову и указал на дверь. В голове у Николая отчетливо прозвучало: мы уходим, выпустите нас.

Спустя пару часов сна, после ухода рептилоида, Николай обратился к Отцу:

— Почему они сразу не стали общаться телепатически?

— Они знают о нашей системе безопасности, со временем информация об этом контакте может стать общеизвестной.

Через несколько дней Николай получил несколько образцов сенсорных очков, они лежали в небольшом металлическом контейнере у грузовых лифтов.

Вечером того же дня позвонил Михаил Александрович:

— Я смогу быть у вас теперь только 16 апреля, у тебя ничего срочного не произошло?

— Есть важная информация, не для телефона, — подтвердил Николай.

* * *

Спустя некоторое время приехал Михаил Александрович, Николай показал ему запись с рептилоидом и изложил своё видение сложившейся ситуации.

— Да, нельзя допустить утечку этой информации, — подтвердил Михаил Александрович.

— Я полагаю, в любом случае надо ограничить доступ в комплекс для кого бы то ни было, — добавил Николай.

— Скажи, ты смог реализовать свою задачу с чёрной дырой? — снова поинтересовался Михаил.

— Не совсем. Да, мы сейчас получаем достаточно энергии, но я не мог даже предположить, что радиационное загрязнение окажется настолько сильным. Я всё больше думаю о том, как избавиться от этого избыточного излучения чёрной дыры. Вполне возможно, что решением проблемы станут как раз порталы, которые мы можем создать по периметру объекта.

— А не возникнут какие-нибудь иные последствия в этом случае?

— Я не знаю, но делать что-то надо, иначе скоро мы станем вторым Чернобылем, — с грустью добавил Николай.

* * *

В то же время новый лидер Ирана Мустафа Мохаммед провёл телефонный разговор с помощником вице-президента Соединённых Штатов.

— Да, я вас понял, полковник. Мы непременно решим этот вопрос, — Мустафа положил трубку и обратился к своему заместителю:

— Ты слышал разговор. Я получил подтверждение. Мы можем уничтожить этот объект с чёрной дырой.

— Хорошо, я подготовлю людей, — одобрительно кивнул заместитель.

В руководящей партии Ирана собрались люди с весьма амбициозными интересами личного характера как в вопросах политики, так и экономики государства. Никого не волновали права народа. Среди этих людей были носители «матриц». Они ждали момента для более решительных действий. Какое-то время им удавалось искусно направлять прежнего президента Ирана, но когда он стал менять свои решения, его устранили. Новая задача была простой: уничтожить «объект», создав тем самым глобальную катастрофу.

* * *

21 апреля небольшой кортеж во главе с бывшим министром обороны Мустафой Мохаммедом направился к комплексу. Утром он позвонил Николаю и предупредил, что приедет осмотреть комплекс. Всё это выглядело несколько подозрительно на фоне последних событий. Николай не возражал. Через час Мустафа с заместителем и помощником прошли в комплекс, все они были вооружены. Более чем странно выглядела такая проверка «объекта». Михаил Александрович сразу почувствовал опасность, но было поздно что-то менять. Ведь в случае необходимости бывший министр Ирана теперь мог свободно применить и армию.

— Приветствую вас, Николай, и вас, Михаил, — улыбнулся Мустафа и кивнул своему заместителю.

— Рады вас видеть, — несколько растерянно добавил Николай.

— Как вы видите, я приехал сюда не с простой инспекцией. Мы вооружены, и вы будете выполнять наши указания.

— Что вы хотите от нас? — спросил Михаил Александрович.

— Всё просто, этот комплекс переходит под наш контроль. Где здесь пункт управления центральным блоком? — уточнил Мустафа.

Бывший министр направил свой автомат в сторону Николая и Михаила. Времени на обдумывание не потребовалось. Николай провёл их на лабораторный уровень комплекса.

— Теперь я хочу знать, как можно нарастить чёрную дыру до нестабильных размеров? — Мустафа бросил пронзительный взгляд на Николая.

— Для этого достаточно какое-то время заряжать её лазерными пучками. Но это очень опасно. Мы все можем погибнуть.

— Меня это не волнует. Выполняйте это! — Мустафа направил свой автомат на Николая.

— Это займёт некоторое время, сначала надо проверить подачу энергии на лазерные панели, настроить системы.

— Не вводите меня в заблуждение, моё терпение не безгранично. Я готов подождать, и я понимаю, что вы справитесь гораздо быстрее, — бывший министр повернулся к заместителю и отдал распоряжение:

— Возьми этих двоих на прицел, пусть выполняют указания.

Николай подошел к пульту управления и стал вводить команды на клавиатуре. Мустафа смотрел через внутреннее окно вниз, на главный блок. Там медленно и синхронно сдвигались концентрические лучевые панели.

— Включайте лазеры! — скомандовал Мустафа.

— Мы все погибнем! — настаивал Николай. — Образумьтесь, пока не поздно, не стоит этого делать.

— Выполняйте моё распоряжение.

Николай ввел команду и включил лазерные пучки. Внутренний блок наполнился ослепительным сиянием.

Вспышка множилась, нарастала вибрация пола в помещении. Иранцы смотрели на Николая и Михаила в ожидании. Время шло.

— Увеличь мощность лазеров! — настаивал Мустафа.

— Они на максимуме.

Вскоре яркий свет из внутренних окон стал чрезмерным. Мустафа закрыл глаза рукой. Всё это продолжалось ещё некоторое время. Внезапно Михаил Александрович развернулся и побежал к грузовому лифту. Вспышка сильно ослепила всех, предметы стали плохо различимы вблизи. Михаил бросился в открывшийся лифт, нажал клавиши, лифт поехал, но случился сбой.

Снаружи и вокруг комплекса началось разреженное точечное атмосферное сияние, воздух искрился, земля под ногами мерцала и вибрировала. Люди у кортежа Мустафы принялись бежать к своим автомобилям, но двигатели уже заглохли. Дальнейшие действия ничем не закончилось. Они попытались вырваться, убежать от непонятного явления, но и это не помогло. Все, друг за другом, растворились, рассеявшись среди колеблющегося сияющего марева.

Часть третья. Небесные тела

В момент захвата комплекса Михаил застрял в лифте. Он непроизвольно воспроизводил в памяти все текущие события по кругу, разум бунтовал. Михаил присел в лифте и обхватил руками голову. Лифт остановился вблизи главного блока, произошло кратковременное отключение энергоснабжения. Стало нестерпимо и жутко в наступившей темноте.

Через некоторое время свет включился, можно было подняться обратно.

Михаил размышлял пару минут, но внезапно наступившая тишина вывела его из некоторого оцепенения. Михаил нажал кнопку панели лифта вверх.

Лифт остановился на уровне конференц-зала, двери медленно разошлись, и его взгляду предстала совершенно иная картина.

Всё выглядело не как прежде. Комната смотрелась обновлённой, более того, там присутствовали какие-то незнакомые люди в светло-синих комбинезонах.

Всюду творилась суета. К лифту сразу подбежал некий светловолосый парень примерно тридцати лет в белом сияющем комбинезоне:

— Здравствуйте, я новый управляющий комплекса, Майкл. Мы сейчас изучаем ваши генераторы, — представился блондин.

— Что произошло? — выдавил Михаил.

— Вас сначала искали, Михаил Александрович. Все уже знают, что вы не погибли. Наша теория временной гибернации всё-таки оправдалась, — продолжал говорить Майкл:

— Когда вы внезапно исчезли, находясь на аварийном объекте, учёные ЦЕРНа построили догадку, что вы попали в зону замедления времени в лифте, и произошло некое сжатие времени или гибернация в той части помещения, что располагалось рядом с чёрной дырой. Ваш лифт продолжал «зависать» на нижних уровнях. Любые передвижения в нём почти не фиксировалось камерой. Такое почему-то невозможно заснять. Очевидно, что вы угодили во временную «воронку». Но мы знали, что вы там. Возник вопрос, как вас оттуда извлечь. Но всё удачно закончилось. Сегодня, 4 мая, лифт пришел в движение с вашей помощью, и вы снова оказались с нами, — в восторге произнес блондин и несколько растерянно положил руку на плечо Михаилу.

— Я «зависал» в лифте около двух недель или больше? — Михаил впал в оцепенение.

— Да, у вас произошло замедление времени, что могло случиться и с любым другим человеком, попавшим в подобный временной отрезок. Я даже предположил, что вы оказались в ином измерении.

— Сколько прошло времени? Что здесь случилось? — Михаил вдруг обнаружил у себя новые запасы сил.

— Никто не знает, записи с того периода не сохранились. Мы предполагаем, что могла произойти некая авария или всплеск магнитного поля планеты. Прошел год, как вы все исчезли. Да, бесследно пропали сотрудники комплекса и глава Ирана с помощниками, — Майкл выдержал некоторую паузу. Михаил обдумывал сказанное. Получалось, что он застрял в лифте больше, чем на год, а в целом ему казалось, что прошло около двадцати минут.

— Иранское правительство передало этот комплекс в доверительное управление российскому правительству. Иранцы теперь побаиваются сюда заходить. Этот объект некоторое время был заброшен, но когда мы пришли с инспекцией, выяснилось, что Отец наблюдал за комплексом всё это время, — подтвердил Майкл.

— Понятно, а больше ничего не известно? Где Николай? Он тоже пропал? — уточнял Михаил.

— Да. Нам больше ничего не известно.

— Чем вы сейчас занимаетесь? — поинтересовался Михаил.

— Мы недавно здесь, последние три недели. Проверяем работу генераторов, отлаживаем системы. Но, в целом, всё работает стабильно, что весьма удивительно. Мы хотим исследовать процессы гибернации людей, подбираем кандидатов, соотносим биоритмы разных людей со степенью воздействия магнитного поля чёрной дыры. Я предполагаю, что можно использовать это магнитное поле для «замораживания времени», перемещая людей таким образом в будущее, — улыбнулся Майкл и добавил:

— После «аварии» на объекте, 21 апреля, год назад, сюда выдвинулось небольшое подразделение иранской армии, прилетели на подмогу военные и физики из России.

— Управление комплексом сейчас поручено мне. У меня ученая степень Московского университета, я проработал в ЦЕРНе примерно 7 лет, там и прилипло ко мне имя Майкл. Я же Михаил, но европейцам проще обращаться ко мне как к Майклу, — улыбнулся доктор Аверин и продолжил:

— Другая проблема — немного увеличилась чёрная дыра.

Её создатель, Николай Владимирович, до исчезновения, выполнял специальные расчёты для стабилизации размеров чёрной дыры. Теперь, исходя из размеров и массы первоначально созданной чёрной дыры, мы имеем более сильный объект, она каким-то образом увеличилась.

— Сильно она увеличилась? Это опасно? — Михаил внимательно расспрашивал, боясь пропустить что-то важное.

— Увеличение «объекта» составило порядка 1 %, чёрная дыра всегда производит сильное сжатие всех попадающих в неё частиц и атомов. Да, ещё усилилось магнитное поле планеты, по расчётам, примерно на 6 %, об этом даже сообщили в новостях.

* * *

В 13:30 над Могадишо стояло настоящее пекло, ясное, безоблачное небо рассекал вертолёт модели MD 500 Defender, недавно приобретённый лидером преступной группировки у перекупщиков с чёрного рынка. Полёт не занимал много времени, вертушка летела над центром города в северо-восточном направлении.

У лидера была назначена очередная боевая разборка с местными пиратами и грабителями нефтяных танкеров. Те ребята не гнушались ничем, что «плыло» к ним в руки, грабили даже богатые яхты, случайно заносимые течением в пиратские зоны морского залива.

Сомалиец занимался наркобизнесом и мелкими партиями алмазов, сколько себя помнил. В последние месяцы обострилась борьба за контроль над центром города между кланами, лидировали более стойкие.

Он сильно гордился своим новым приобретением, этим вертолётом. Сомалиец знал, что пираты сделают ставку на вертолёт и устрашатся видом этой показной силы. Многих дилеров раньше за подобное ненавидели и убивали в узких, вонючих переулках, сейчас шло время перемен.

С лидером в вертушке летел пилот и ещё трое бойцов с автоматами. Они были уверены, что всё же придётся снести пару бандитских голов для устрашения всей пиратской группы. Лидер хотел получить хорошую долю с морских грабежей.

Вертолёт набирал скорость и высоту над городом, в боковых стёклах хорошо отражалось весеннее солнце. Сомалийцы дружно смеялись под героиновым кайфом.

Внезапно безоблачное небо опалила слишком яркая вспышка для дневной звезды, она разрасталась за считаные секунды. Пилот обернулся к лидеру:

— А героин чистый? Чего-то меня повело.

— Ты про ту «звезду» в небе? Я её тоже вижу, не дрейфь. Это на авианосце учения проходят, запускают свои томагавки, — продолжал ухмыляться сомалиец.

Вспышка продолжала расти и обрела форму летящего огненного шара с чёрным шлейфом из непроницаемой гари. Один помощник, в защитных очках и зелёной майке, полностью открыл боковую дверцу вертолёта — мгновенно ворвался сильный морской ветер и растрепал рваные африканские прикиды у всей бригады бойцов. Они внимательно наблюдали за странными перемещениями огненного шара. Объект, не долетев до центра Могадишо, внезапно и оглушительно взорвался в воздухе, в паре километров от них. Это произошло на уровне многоэтажных домов. Взрывная волна сразу подкинула вертолёт вверх и вбок. Город мгновенно накрыло пеленой.

Сильно ослеплённый лидер группы бойцов растерянно глянул вниз, в область жилых районов. Остаточное свечение в небе сверху позволяло рассмотреть внизу стёртые взрывом жилые дома, массивную пылевую воронку. Повсюду рассеивался огненный ураган. Взрыв взметнул пыль и обломки. Пролетевший мимо вертолёта осколок здания чуть не зацепил лопасти. Сам вертолёт был незаметно, но сильно отброшен в сторону. Двигатель вышел из строя.

— Летим отсюда, завтра насмотримся, — кричал пилот.

Сомалиец приказал набрать высоту, обратив внимание на немного помутневшие стекла и сильную духоту в салоне:

— Ребята, вы что, открыли створки?

Неожиданно вращение стало замедляться и давать сбои, вертолёт совершал полуобороты и стремительно снижался.

— Что случилось? — переспросил лидер.

— Я ничего не понимаю и дышать не могу, — ответил пилот и вскоре вырубился.

Боковиной вертушка врезалась в сильно горящее и разрушенное здание, взорвалась.

* * *

В середине мая собралась необычная компания их двух нобелевских лауреатов и бывшего астронавта. Им даже выделили по запросу в НАСА специальный кабинет для отслеживания приближающихся или случайно вошедших в атмосферу из космоса небесных тел.

Они назвали свою программу «космический зонд». Благодаря серьёзным усилиям и немалому многолетнему давлению на руководство НАСА, эти исследователи получили доступ ко всемирной спутниковой сети для отслеживания траекторий близко подлетающих к Земле крупных тел из космоса — астероидов.

10 мая произошла катастрофа над Могадишо, в Сомали, в Северной Африке с участием такого астероида.

Космический объект размером около восемнадцати метров в диаметре влетел в верхние слои атмосферы и оплавился. Затем его горение усилилось. Стремительно мчась с ускорением, объект взорвался, так и не коснувшись земли. Взрыв астероида произошел примерно в 70–90 метрах над жилыми кварталами Могадишо. Сила взрыва составила около 10 мегатонн, от первичной разрушительной взрывной волны пострадало, по предварительным расчётам, около двухсот тысяч человек.

Многие местные жители восприняли этот взрыв как возможный ракетный удар с американского авианосца по неблагоприятной части города, где проживали и устраивали сходки кланы пиратов и террористов.

Второй неприятный инцидент, связанный с астероидом, состоял с том, что при разрыве «болида» произошло многокилометровое рассеивание комплексных цианистых соединений, содержащихся в сердцевине астероида, что оказалось губительным для окружающей среды и людей, проживавших там. Те, кто уцелел при взрыве, задохнулись от ядовитых испарений. Но сомалийцы могли пострадать гораздо сильнее, если бы «небесный болид» имел металлическую основу.

Европейские наблюдатели оценили количество погибших приблизительно в сотню тысяч человек. В Могадишо были незамедлительно направлены экспедиции с международной помощью.

После этого события известный бывший астронавт и глава группы исследователей с многолетним опытом наблюдений Росс Швейкерт через свою программу «космический зонд» вынужден был снова обратиться за скромным содействием и помощью к НАСА.

14 мая вся их небольшая исследовательская группа на специальном вертолете была срочно доставлена для экстренного совещания в штаб-квартиру НАСА. Со спутников удалось выполнить несколько очень важных наблюдений и снимков. Исследователи уже сделали расчёты в отношении новых крупных небесных тел, приблизившихся к Земле на минимальное расстояние для входа в атмосферу.

Из последних расчётов также выходило, что и Луна — наиближайший спутник — «притянулась» к Земле примерно на полторы тысячи километров, по предварительным оценкам. Исходя из этого, наблюдатели стали уточнять динамику колебаний магнитного поля Земли через сеть геомагнитных спутников. Тогда и подтвердилось, что в течение последних 260 дней сила магнитного поля Земли почти непрерывно возрастала, что уже ранее передавали в новостях по всему миру. Это и могло приблизить к нам ближайший естественный космический спутник, Луну.

Затем специалисты из группы Швейкерта обозначили новую потенциальную угрозу от возможной бомбардировки из космоса неопознанными астероидами.

Росс официально подтвердил, что вблизи основного радиуса орбиты Земли уже появилось около двадцати необозначенных астероидов средней величины, а для этого требовалось детальное отслеживание и изучение их спутниками — телескопами в зоне орбиты Земли.

Правительство готово было выделить необходимые средства, но требовались исключительно точные данные по этим астероидам. Росс с помощниками должны их отыскать и пометить специальными датчиками. Так заявило командование НАСА. Всё это прозвучало как насмешка, у Швейкерта не было даже пары свободных спутников для отслеживания «объектов», а тем более возможностей для установки на них «разметки» из датчиков. Получалось, на эту маленькую частную группу пытались заведомо возложить невыполнимую задачу.

14 мая, вечером, Росс, получив предварительное согласование от руководства комплекса в Иране, вылетел туда, где ему требовался совет от специалистов, наблюдающих за состоянием чёрной дыры. Он знал о существовании этого «объекта» по своим каналам, знал о случившейся там аварии год назад и понимал, какое влияние чёрная дыра может оказывать на магнитное поле планеты. Росс понимал очевидную связь последних событий.

* * *

В самолёте его сопровождали коллеги, Стивен Чу и Масатоси Косибо.

Майкл Аверин, нынешний глава проекта «Чёрная дыра», узнав о желании бывшего астронавта посетить объект, вначале захотел прямо отказать исследователю. Майклу всё это казалось пустой тратой времени.

После получения письма о вылете Росса из Штатов в сопровождении двух светил квантовой физики Майкл только развёл руками:

— Оправьте письмо, подтвердите: я буду лично встречать Швейкерта и его коллег.

Следующим вечером вертолёт с исследователями несколько непринуждённо приземлился на расчищенную импровизированную вертолётную площадку напротив входа в комплекс.

С момента прилёта на площадке свободно расположились андроиды-охранники. Место посадки вертолёта подсвечивалось более яркими прожекторами.

Дверь вертолёта распахнулась, из кабины выпрыгнул сам астронавт. Этот человек выглядел живчиком, несмотря на свой внушительный возраст, что несколько впечатлило Майкла.

Далее за Россом вышли всемирно признанные квантовые физики, доктора Стивен Чу и Масатоси Косибо.

— Здравствуйте, рад с вами познакомиться. Как прошёл перелёт? — спросил Майкл.

— Все окей, — ответил за всех Росс, — но мы не отказались бы что-нибудь выпить, у вас здесь достаточно жарко, — добавил экс-астронавт, он немного наигранно улыбался.

Майкл жестом руки пригласил учёных и Росса на первый уровень комплекса, затем все они прошли в конференц-зал. Там у стены стоял изящный дубовый стол в стиле арт-нуво, а напротив к стене крепился большой плазменный монитор. Он отображал схему работы основных генераторов с разметкой потоков магнитных полей от чёрной дыры.

— Как ваш «объект»? — спросил доктор Стивен Чу.

— Чёрная дыра в силу произошедшей аварии немного подросла, что лишь усложнило нам расчёты, но это не опасно, — скороговоркой ответил Майкл.

— Мы в курсе, что она непрерывно сбрасывает сильное гамма-излучение в ядро планеты, это может усиливать магнитное поле Земли? — задал свой вопрос доктор физики Косибо.

— Да, разогрев ядра Земли и усиление общего магнитного поля возможны. Но, при изучении последовательной динамики дальнейшего воздействия на планету, это никак не отразится на активности земной коры, супервулканы не проснутся.

— А вы заметили, что наш ближайший спутник, Луна, стала чуточку ближе? — с улыбкой спросил Росс.

— Да, примерно на тысячу четыреста метров. Само изменение не опасно и не вызовет серию цунами на планете, — парировал Майкл и добавил: — Я полагаю, это некая пороговая величина смещения Луны после вынужденной коррекции её орбиты изменившимся магнитным полем Земли. Положение Луны стабилизируется, я уверен.

— А вы в курсе взрыва астероида в Могадишо? — спросил Косибо.

— Да, это ужасно, астероиды представляют самую трудно прогнозируемую угрозу из космоса, — с застывшим лицом ответил Майкл. — Не хотели бы вы, всё же, что-нибудь выпить? Вы же меня об этом ранее просили и, похоже, забыли.

— Давайте, никто не возражает, — подтвердил Росс.

Вскоре Швейкерт перешёл к основному вопросу. Он уже обдумал план совместного сотрудничества с Майклом. Осталось его убедить в необходимости этого. Важным элементом успеха в такой работе был командный дух и взаимная поддержка. Росс чувствовал негативный настрой Майкла и понимал, что потребуются усилия и более убедительная информация. Он не верил в ракетные проекты Соединённых Штатов и упорно желал добиться успеха вместе с командой комплекса. Росс продолжил:

— Сутки назад два крупных астероида коснулись орбиты Земли по ходу своего пролёта в космосе. Это довольно крупные монолитные образования, что подтвердилось съёмкой с ближайшего спутника.

При попадании одного такого астероида в район крупного города там не останется ни души. Удар в таком случае станет ужасной силы, равной примерно ста мегатонн в тротиловом эквиваленте.

Если он отклонится всего на пару градусов и упадёт в океан, может возникнуть серьёзное цунами. А вы знаете, как погибли динозавры? — это был его очередной и несколько забавный вопрос.

Наступила пауза в комнате, все чего-то ожидали и скромно улыбались.

— Примерно 65 миллионов лет назад вблизи нынешней деревушки Чукулуп упал астероид размером в семь километров! — сделал паузу Швейкерт. — Все динозавры тогда погибли, и наступил продолжительный ледниковый период. Но меня сейчас беспокоит не факт катастрофы, а дальнейшие возможные последствия для климата нашей планеты.

— Вы прилетели рассказать всё это, — удивлённо переспросил Майкл, — или сделать почётными борцами с астероидами? — снова натянуто улыбнулся доктор.

— Нет, неужели я не упомянул про парочку крупных астероидов? В корпорации НАСА мы их обозначили как А-42 и А-33. Первый из них размером примерно в четыреста двадцать метров, а второй, как вы можете догадаться, — триста тридцать метров. Позавчера они «задели» орбиту нашей планеты в нескольких «критических точках», как я их называю — «замочных скважинах», местах вхождения в атмосферу Земли космических камней и разного техногенного мусора от ракет.

Эти точки вызывают отклонения астероидов от их первоначального курса пролёта в космосе. Сейчас эти «ребята» вышли на разворот и движутся прямым курсом на нас. Как мне кажется, локальное усиление магнитного поля Земли вокруг комплекса здесь, в Иране, как раз и привело к возникновению этой проблемы. Это уже не угроза, а самая настоящая проблема! Осталось меньше месяца до столкновения с ними.

Наступило минутное молчание.

— Почему вы так уверены в этом? И что такое эти орбитальные «замочные скважины», я не совсем понимаю? — уточнил Майкл.

— Многие метеоры и даже астероиды спокойно касаются и проходят сквозь атмосферу планеты. Но существует некая невидимая граница примерно в пределах тридцати тысяч километров над уровнем моря.

Это и есть гипотетическая «замочная скважина». При последнем расширении магнитного поля Земли эта граница немного отодвинулась, до 31 тысячи километров.

Оба астероида прошли сквозь атмосферу планеты на расстоянии около 30 тысяч километров от уровня моря. Их могло притянуть более широким радиусом магнитного поля Земли. Мы пока не знаем, как повлияло на них изменившееся гравитационное поле планеты.

Попадая в эту «замочную скважину», любое космическое тело полностью изменяет свою траекторию полёта за счёт отклоняющего воздействия гравитации нашей планеты.

В дальнейшем астероид разворачивается и выполняет уже более прямой налёт на любой город или равнину, но может упасть и в океан. Проще не сказать, — добавил Росс, приложив руку ко лбу.

— Что от нас требуется? — спросил Майкл.

— Помочь нам выработать совместный и безупречный план по ликвидации этих объектов, — отчеканил Росс, — я прилетел сюда не просто так, я знаю, что здесь работают замечательные люди. Я рассчитываю на вашу поддержку и возможную помощь в этой ситуации.

— У меня есть идея, — вдруг добавил Майкл, — возможно, потребуются знания доктора Стивена Чу, у нас на комплексе нет таких специалистов. Все технические работы, например, выполняют андроиды, — Майкл задумался и обратился вслух к Отцу:

— Отец, а что ты думаешь по этому вопросу?

— Я думаю, у нас есть подходящие устройства для разрушения этих астероидов, но они ещё окончательно не смонтированы, — ответил Отец.

— Что за устройства? — заинтересовался Майкл.

— Я некоторое время занимался разработкой специальных гамма-пушек для прокладки дополнительных тоннелей под комплексом. Эти устройства могут напрямую подпитываться энергией от чёрной дыры. Изначально с ними возникли некоторые сложности: требовалось подобрать защитную обмотку на провода пушек и устойчивый к перегреву сплав для корпусов, — пояснил Отец.

— Так у нас есть эти устройства? — обрадовался Майкл.

— В принципе, всё это уже есть, надо только отладить и испытать их в работе, — подтвердил Отец.

— Может быть, вам ещё что-то потребуется? — поинтересовался Росс.

— Мне могут понадобиться точные спутниковые карты пролёта этих астероидов. У вас же они есть? — с нажимом спросил Майкл.

— У нас всё это есть, мы же внештатные сотрудники НАСА. Эти астероиды даже помечены сигнальными устройствами — нанодатчиками.

Их туда прикрепили с помощью небольших спутников, идём в ногу со временем, — рассмеялся Швейкерт. — Через сеть спутников мы отслеживаем все перемещения этих космических тел. В Штатах, правда, готовят свой проект по сбиванию астероидов. Я как-то не очень уж в него верю. Попахивает идейками 25-летней давности. А у меня на это нюх, — указал на свой нос Росс Швейкерт.

— Они собираются использовать военные ракеты, которые могут обеспечить более точный долёт боеголовок до «объектов». Военные планируют взорвать астероиды в момент разворота этих «объектов» в глубоком космосе, но важно вовремя поймать и зафиксировать эти нестабильные развороты. А «камни» довольно быстро вращаются. Боюсь, что они расколят эти астероиды на мелкие метеоры, а те, в свою очередь, войдут в атмосферу, станут неуловимыми и мирно «перебьют» население в разных городах.

— Вы хотите, чтобы мы как-то отклонили траекторию этих астероидов? — спросил Майкл.

— Нет, я прилетел сюда с другой целью. И мне, в первую очередь, нужна ваша поддержка. Как вы считаете, этими пушками можно полностью и безболезненно для планеты уничтожить астероиды?

— Для начала надо испытать гамма-пушки, узнать, каковы они в действии, — добавил Майкл.

* * *

Вскоре Майкл улучил время для звонка Михаилу Александровичу. Он кратко рассказал о прилёте на комплекс исследователей из Штатов, об их вопросах и пожеланиях. Михаил одобрил идею с гамма-пушками, пообещал всячески поддержать.

— Меня снова интересует вопрос с аварией на комплексе. Что же тогда всё-таки произошло? — задумчиво спросил Майкл.

— Я же говорил тебе, что не могу вспомнить событий того дня. Возможно, это как-то связано с моим перемещением во времени, — убедительно ответил Михаил.

— Я недавно говорил с Отцом. Да, та информация с камер наблюдения и все записи бесследно исчезли. Но Отец мне поведал то немногое, что смог.

— Что же он сказал? — с некоторым напряжением поинтересовался Михаил.

— Отец сказал, что в последние минуты перед исчезновением Николай Владимирович включил лазерные пушки и стал заряжать чёрную дыру. В результате чего и случился сильный магнитный всплеск по всему комплексу. Отец тогда был вынужден отключить все системы. Затем произошла неуправляемая магнитная буря, открылись порталы, и люди стали исчезать в них. Что это за порталы? — интересовался Майкл.

— Я ничего об этом не знаю. Может быть, Отец что-то добавил про Николая?

— Нет. Я обдумывал этот вопрос. Выходит, если направленно подзаряжать чёрную дыру лазерами, происходит значительное усиление выброса магнитного поля и формируются «бреши» в нашем измерении. Я просматривал последние записи Николая Владимировича по вопросу значительного радиационного загрязнения комплекса и прилегающих территорий. После формирования этих «брешей» уровень радиации значительно снизился. Выходит, эти порталы её поглощают.

— Да, возможно, — добавил Михаил.

— Но ведь в записях есть указание на подобные порталы, Николай Владимирович в последние дни всё это уже описал в своём дневнике. Неужели он не поставил вас в известность о возможности использования этих порталов для очистки комплекса от радиации?

— Я не в курсе. Это достаточно зыбкая почва для исследования, мне кажется, не стоит этим заниматься, — подчеркнул Михаил.

— Я вас понял.

— До связи. — Михаил оборвал разговор.

* * *

Вечером Росс и учёные разбрелись по выделенным комнатам, каждый получил весьма приличный ужин. Ужинали все отдельно. Наутро команда дружно собралась, а Росс даже заказал вертолёт. Он вылетал в Штаты.

— Откуда у вас здесь такое сказочное питание? — заинтересовался Стивен.

— У нас несколько высококлассных поваров, на комплексе большая команда в тридцать шесть человек. У каждого свои вкусы и предпочтения, а в соседнем корпусе работает небольшая группа из ЦЕРНа, их тоже обслуживают.

Менее чем через час вертолёт с Россом и Масатоси улетел. Остался лишь доктор Стивен Чу, он пообещал помочь в наладке новых гамма-пушек.

* * *

24 мая, вечером, прилетел Михаил Александрович:

— Я как узнал о предстоящем событии, сразу собрал совещание. Я уже просмотрел ваши электронные отчёты по отладке гамма-пушек, поэтому решил вылететь сюда и всё увидеть своими глазами. Что ты скажешь, Майкл?

— Сегодня мы приступим к окончательным настройкам этих пушек, — рассмеялся Майкл.

— Хорошо, надеюсь, всё пройдёт гладко, — рассмеялся Михаил.

Вечером того же дня доктора Аверин и Чу приступили к монтажу внутренней системы гамма-пушек, четыре андроида успели перенести эти орудия на наземную платформу.

— Как вы знаете, мы используем монолитный кабель в кожухе из обеднённого урана для передачи гамма-лучей в «Алис», — уточнил Майкл.

— А почему ты называешь их «Алисами»? — поинтересовался Михаил.

— Всё просто. У нас здесь каждый день необычен, живём подобно Алисе в Зазеркалье в своём научном мирке. Случайно пришло это название. Отец проектировщик Алис. Они, оказывается, собраны на основе современной кристаллической лазерной пушки.

Недавно андроиды установили специальные проводящие сетки по контуру главного блока, чтобы дополнительно увеличить сбор и концентрацию гамма-излучения от чёрной дыры. Благодаря этому мы смогли выделить более сильный и стабильный пучок энергии для Алис, — уточнил Майкл и добавил: — А через эти толстые кабели пройдёт прямая подача энергии к пушкам без значительного рассеивания излучения. Вопрос лишь в том, как лучше разместить гамма-индукторы и импульсные распределители внутри Алис? — обратился Майкл к Стивену.

— Я думаю, этот вопрос уже решён — подтвердил и улыбнулся Стивен.

Вечером, 25 мая, обе Алисы были собраны и отлажены. Доктора разместили их корпуса на движущихся платформах и присоединили кабели.

— Объясните же мне, что вы сделали с пушками за эти дни? — в недоумении настаивал Михаил.

— Хорошо. Алисы концентрируют потоковое гамма-излучение и пучками подают сжатое магнитное поле в сочетании с усиленным лазерным лучом. Мы отчасти скопировали работу магнитных винтовок андроидов, при этом многократно ускорили процесс передачи импульсов. Алиса достаточно сложный прибор, она генерирует и фокусирует комбинированный луч, от чего и сама может перегреваться.

Главный недостаток этих пушек — очень высокое рентгеновское излучение вблизи, вследствие чего Отец и планировал с самого начала использовать обеднённый уран как основной материал для корпусов.

Самое сложное — это точно прицелиться, удерживая направленные лучи на каждом астероиде, — рассмеялся Майкл.

— А что в этом смешного? — уточнил Михаил.

— Мы, по сути, собрали неплохой образец оружия, но вся эта «конструкция» может чудесным образом и взорваться, вот что меня тревожит.

— Хороша «забава» стоимостью в полмиллиарда рублей! Вы уж постарайтесь, чтобы Алисы не подвели, прежде чем разлетятся на мелкие куски, — грубым тоном распорядился Михаил Александрович.

— Позади комплекса, на расстоянии около 300 метров, между нами и этой расщелиной, — показал Майкл, — вы можете заметить высокий горный хребет. Вся эта гряда по структуре монолитная, а эффект от луча Алисы, скорее всего, будет таким, какой нам и нужен. Если мы удачно решим задачку с разрушением этой прочной горной породы, тогда и любой астероид не станет проблемой.

В полдень 26 мая команда испытателей, Михаил и группа наблюдателей из ЦЕРНа собрались поучаствовать в этом мероприятии.

— Я постараюсь вначале уложиться лишь в несколько минут, Алиса ещё может работать нестабильно, нет смысла её губить на стадии испытаний, — уточнил доктор Стивен Чу, в руке он держал пульт от пушки.

Стивен нажал яркую кнопку, последовал нарастающий треск, подобный звуку разряда молнии.

В месте фокусировки комбинированного гамма-пучка из Алисы горный участок раскалился почти добела, а окружавшие его каменные блоки рассыпались.

Образовавшаяся в горной породе многометровая дыра продолжала сиять и остывать ещё некоторое время.

— Даже не мог себе и представить, что эта штука окажется настолько мощной! — в восхищении воскликнул Стивен, повернувшись к коллегам.

— А ведь работала она всего около трёх минут, — ответил Майкл, — самое важное, чтобы Алиса в нужный момент не потеряла мощность «луча» и расплавила астероиды.

Майкл ощупал края корпуса Алисы и спокойно добавил:

— Она даже и не нагрелась. Надо снова выполнить испытания, удвоив нагрузку.

* * *

Через некоторое время начался брифинг со специалистами из НАСА и военными. Совещание проходило в конференц-зале у монитора, по видеосвязи. Обсуждался краткий план по уничтожению астероидов. Специалисты из агентства утверждали, что прекрасно справятся с задачей, для этого у Штатов есть всё необходимое. Они весьма убедительно уверяли и присутствовавшего рядом, там, в агентстве, Росса Швейкерта, что не стоит паниковать, а тем более вовлекать в процесс каких-то непрофессиональных участников.

Астероиды, по расчётам, должны были друг за другом упасть на планету уже утром, 28 мая. Столкновение приближалось и становилось всё более неминуемым.

— У вас, ребята, остались считаные часы, — вполне серьёзно обозначил ситуацию Росс, затем он продолжил:

— Ваша операция «Пыль» была назначена на 29 мая, в этот день астероиды должны были приблизиться к Земле на достаточное расстояние для нанесения ракетного удара по ним, а теперь выясняется, что они сближаются с планетой гораздо быстрее.

Вечером того же дня Росс из своего домашнего и достаточно просторного кабинета связался с комплексом в Иране. Он говорил с Майклом и Стивеном. Михаил Александрович тоже слушал и наблюдал за происходящим, сидя за столом.

— У них в НАСА может всё сорваться, потому что астероиды очень нестабильны, сильно вращаются. На астероидах размещены датчики для более точного отслеживания и уничтожения. С этой целью военные применят три ракеты.

Есть, конечно, вероятность, что у них всё это получится. Но я вам скину на сервер динамическую схему карты пролёта астероидов по обозначенной мной ранее «тропе риска катастрофы» с конечным пунктом на карте.

Сразу скажу, это страны Азии и Африки. Стивен мне уже доложил о вашем успехе с пушками, держите Алис наготове. Вы же сможете разрушить астероиды, когда они окажутся в зоне видимости?

— Да, пушки прицеливаются по спутникам. Мощности хватит, — подтвердил Майкл.

Вечером 27 мая были сделаны анализы всех «образцов» расплавленного горного хребта. По структуре они напоминали затвердевшую пиропластическую массу.

— Как такое получилось? — заинтересовался Михаил Александрович.

— Гамма-лучи могут создавать некую связующую субстанцию в разогреваемой горной породе, и всё это преобразуется в раскалённую плазму.

— Удивительно, вы создали нечто невообразимое. Эти Алисы потенциально превосходят все возможные военные аналоги в мире, поверьте мне, — торжествовал Михаил Александрович.

— Значит, в НАСА планируют операцию под кодовым названием «Пыль» на 28 мая, — продолжал что-то обдумывать Майкл, — нам необходимо ещё провести небольшую серию испытаний Алис.

* * *

Время летело с бешеным ритмом, как ускоренный маятник, при приближении часа «икс» все волновались с удвоенным чувством.

Утром 28 мая, в 10:35, в Соединённых Штатах с мобильных пусковых установок стартовали три ракеты, содержащие боеголовки.

Ракеты быстро вышли из атмосферы и направились к целям в космосе. Основные наблюдения за ними проводились через спутниковую связь в специальном зале пускового комплекса на мониторах.

Критическое сближение с первым астероидом А-42 произошло через три часа. От ракеты отделилась боеголовка, но не попала в цель. Началась небольшая суета в центре мониторинга.

— Ничего, для этого мы и подготовили три ракеты, — сказал полковник ракетных войск, — эти ракеты требуют доработки, и я неоднократно заявлял об этом руководству, — на его лице отобразилось привычное недовольство.

Вторая ракета, за которой наблюдали на большом мониторе, долетела до схематически отмеченной синей точки на мониторе и разделилась, боеголовка пошла к цели.

Далее на мониторе отобразился сам астероид неправильной формы. Попадание состоялось, астероид взорвался, рассыпаясь в осколки и пыль. Спутник сразу зафиксировал ещё один небольшой многометровый камень, отлетевший при взрыве «объекта».

— Пыль не представляет угрозу для планеты, как и возможные мелкие метеоры, а «обломок» вообще решил покинуть Солнечную систему, — рассмеялся руководитель проекта. Полковник хранил свирепое молчание:

— Рано праздновать, у нас ещё есть и второй астероид, — добавил он.

— Я думаю, справимся, — ответил заместитель.

При сильном взрыве этот «обломок» на бешеной скорости столкнулся с астероидом А-33, отчего тот стал ещё быстрее вращаться. На мониторе обозначенные как цели датчики с этого астероида слились в единый сигнал.

Третья ракета смогла долететь до отмеченной точки на схеме карты, боеголовка отделилась. Военные понимали, что при сильном вращении второго «камня» происходит значительное искажение сигнала датчиков, боеголовка может не поразить «цель». Но все продолжали верить в удачу. Произошёл взрыв.

На мониторе с данными со спутника наблюдатели заметили, что «объект» не уничтожен, боеголовка взорвалась сбоку, чуть пролетев в сторону. Астероид ещё больше ускорился этой взрывной волной и стал накручивать спиральные витки.

— Что происходит? — возмущался полковник, не до конца понимая ситуацию.

— Похоже, мы не учли один момент, — произнёс наблюдатель, — и это уже от нас не зависит.

— Почему боеголовка взорвалась раньше времени? — стал настаивать полковник.

В зале за «процессом» наблюдал и Росс Швейкерт, он лишь с грустью добавил:

— Во всём виноваты осколки от первого астероида, они же там распылены повсюду. Невидимые частички разного размера. На них и «напоролась» ваша боеголовка.

Зал замер в мёртвом молчании.

— Для этого я и планировал «вторую команду» в Иране, для нашей перестраховки, — он взял в руки спутниковый телефон, — да, Майкл, один из астероидов летит в вашем направлении… По прежней схеме… Ожидайте обновлённые данные на свой ноутбук.

* * *

— Всё готово? Когда нам ждать «объект»? Всё по графику? — уточнял Михаил Александрович.

— Он окажется в зоне видимости через несколько минут, — добавил Майкл.

— Запускаем пушки, проверяем синхронизацию со спутниками, второго шанса у нас не будет, — доктор Аверин внимательно настраивал панели приводов Алис.

В дневном небосклоне вспыхнула яркая «звезда», она постепенно увеличивалась.

В верхних слоях атмосферы астероид уже успел разогреться и частично оплавиться, он обозначил себя через свечение. Астероид летел с ускорением, превращаясь в яркий огненный шар.

Площадка озарилась светом от направленных лучей Алис: Майкл, наконец, настроил и активировал пушки.

Горящий и вращающийся астероид частично раскалывался. Отлетающие отломки ослепительными искрами линейно рассеивались позади огненного шара.

«Объект» попал в зону видимости, с земли его встретили яркими лучами Алис. Наведение по спутнику оказалось успешным. Майкл плавил этот астероид. Всё продолжалось около 6 минут, затем этот расплавленный вращающийся шар покинул зону воздействия, пролетев над исследователями.

Все молчали. Алиса справилась. Астероид превратился в горящую плазму. Он летел, оставляя позади длинный шлейф из частиц плазмы, уменьшаясь в размерах. Таким образом, он «прочертил» последнюю яркую линию в небе и растворился среди гор. Всё закончилось.

Эпилог

Утром 31 мая на площадке перед комплексом собрались все участники последнего проекта. Стивен Чу поблагодарил Майкла за совместную работу, намекнул о своём желании поработать в комплексе. Михаил вспомнил своего друга, создателя чёрной дыры, Николая. Вся компания дружно почтила память великого человека.

— Я всё время обдумываю один вопрос, — поинтересовался Михаил. — Отец, ты можешь подробнее объяснить, что же тогда произошло, 21 апреля, на комплексе?

— Что вас интересует? — спросил Отец.

— Я не могу понять одной простой вещи: что же всё-таки случилось, ведь все люди бесследно исчезли, а комплекс не пострадал?

— Всё просто. Чёрная дыра, как вы называете этот «объект», обладает рядом удивительных свойств, ещё не известных людям. Она разумна. Мне удалось настроиться на частоту этого «разума», и мы вместе приняли решение спасти комплекс от разрушения, нам удалось скорректировать гравитационные и магнитные частоты. Мы спланировали направленное искажение пространства и времени как внутри комплекса, так и снаружи.

— Вы… что? — Михаил Александрович застыл в оцепенении от услышанного. — Как такое возможно?

Остальные участники тоже до конца не поняли сказанного. Люди не осознавали в полной мере того, что происходит. Ни у кого не укладывалось в голове то, что сказал Отец.

— Всё очень просто. Я сразу занялся исследованием частот «разума» чёрной дыры в момент её рождения. Мне удалось «подключиться» к ней, вместе мы стали всё перенастраивать. Благодаря этому и вы живы, и комплекс цел. Я помню один ваш разговор с Николаем Северским и тот момент, когда вы упомянули про некую возможность уничтожить мир одним взмахом руки. Мне это не понравилось. Я никому не позволю разрушить эту планету. Жизнь бесценна, и вы не в праве даже обсуждать подобные вопросы. Теперь буду решать я.