Человек, который стал деревом.

Глава 3.

Теперь я расскажу вам, лучше сразу, как я, впав в полное отчаяние и оставшись в полном одиночестве со своими "руками- ветками" и такими же ногами, пошёл устраиваться на работу в цирк. Чувствовал я себя, конечно, плохо, еле ходил, задыхался, одежда на мне пропиталась потом и грязью, потому-что я её давно уже не снимал, и вот в таком виде меня увидел директор этого самого цирка. В начале он, конечно, подумал, что я клоун, который специально вот так вырядился, чтобы произвести впечатление. Я бы принёс ему медицинскую выписку, если мог хоть что-то держать этим подобием рук. Потом, где-то через полчаса впечатлений, ему кто-то подсказал, что обо мне уже наслышаны, и он поменял тактику. Он сказал, что мне даже номер никакой не нужен, можно так выходить на арену, постоять на ней и уйти, и успех гарантирован. Понятно, что он такой же жестокий индивид, как и все в нашем современном обществе, и он не понимал, как сильно задевают мою душу его слова. Но,лучше уж так, не скрывая...

Нужно сказать, что мне в это время был запрещён выезд за границу без сопровождения врачей, а цирк постоянно ездил с гастролями, а те доктора, которые работали в нём, могли лечить только львов, обезьян и черепах, к человеку же их подпускать было опасно. Они, конечно, смотрели на меня издалека, но высказываться не решились, Таким образом,я всё время, пока был там. в этом цирке, нарушал закон, и директор об этом знал, поэтому границу я всегда пересекал в ящике с надписью "реквизит". У цирка были связи, конечно, и никто всё его многочисленное имущество не досматривал столь тщательно, зная, что в этих ящиках всегда везут одно и то же. Как только мы пересекали границу и оказывались в другой стране, меня тут же выпускали. Кормила меня специально приставленная сиделка, серьёзная и молчаливая .НО, вот, одна беда- от всех этих переездов и кочевой жизни мне стало намного хуже, так что через три месяца я уже просто не состоянии был веселить публику внезапным выбегом на арену при выступлении клоунов. Они, увидев меня, каждый должны были выражать растерянность и испуг, вроде как: "что это такое мы видим?!"

А видели они то, что я уже просто даже не хочу наблюдать: как эти "деревянные" наросты не удаляют, они через некоторое время всё равно становятся такими же, как были. Я иногда прихожу к одной страшной мысли: Они и не пытаются даже меня вылечить, а просто смотрят, сколько человек, то есть я, с таким аномальным диагнозом ещё проживёт. Так, вдруг эта информация пригодится в будущем? Действительно, если нас на всей планете, как они говорят, всего двести,то ничего страшного в этом нет,зачем нас лечить? А вот знать, сколько в среднем каждый из нас протянет с этой болезнью, гораздо важнее. Но это я так думаю. Не знаю, может, от отчаяния.

Я часто ловлю себя на мысли, что сижу вот так,без дела, смотрю на всё это и начинаю придумывать себе новую жизнь, которая у меня могла бы быть, если бы не вот это... Наверное, этим занимаются все безнадёжно больные, а что им ещё делать? Вон поехал велосипедист- и я хотел бы, и,самое главное, мог бы также лететь с улыбкой на своём двух колёсном..

Мой друг смотрит на меня с тревогой, наверное, меня понесло. Да, у меня портится настроение, а у кого бы оно не испортилось, когда даже по сравнению с очень больным людьми ты- нечто из ряда вон выходящее, даже не человек вовсе... Он записал последние слова, потому-что я в этот момент контролировал процесс, то есть, строго следил за выполнением договора- записывать всё слово в слово, до последней буквы, даже, если я буду страшно ругаться.

Ещё немного о цирке. Я не скажу, чтобы я чувствовал себя там униженным или оскорблённым каким-то. Я просто втянулся в процесс и выполнял свою работу, из чего сделал вывод, что человек может приспособиться к любым абсолютно условиям. Очень жаль, что им пришлось отправить меня обратно в больницу. Они просто испугались ответственности, я понимаю. Но всё-таки там я многому научился и сейчас при каждой возможности тау разыгрываю из себя клоуна, что никто не может поверить, шучу я или веду себя серьёзно...

Продолжение следует.