Бродяги. 5

Глава 1

5.

Выскакиваю из аэропорта и цепляю первого попавшегося таксиста. Договариваюсь о тройной цене.

В салоне обновляю новостную ленту городского паблика. Пока я спал в самолете, власти расценили произошедшее как «насильственный захват государственного учреждения». Детей и преподавателя внутри школы по-прежнему называют «группой неизвестных лиц». Пригнали наряд полиции, оцепили территорию вокруг школы. Также ожидается ОМОН — если «группа» добровольно не сдастся, планируется штурм здания.

Что известно администрации о событии? Знают ли они, кто «сидит в домике»? Можно, конечно, пробить по своим каналам, но...

Поступает звонок от Матвея. По всей видимости, уже с нового телефона.

«— Я так и думал, что ты подельник террористов! — грозно пищит школьник. — Ты их координатор! Оружием их снабжаешь? Взрывчаткой? Я тебя на нары засажу, гад! Ну что, позвонить в полицию и заложить тебя по полной программе? Или как с тобой договариваться будем?»

Мальчишка. Считает, что нашел «золотую рыбку». Что ж, раз хочет — будет ему «рыбка».

— Я понимаю твои опасения, Матвей. С тобой еще не связывались из «Агрегатора»? — контратакую. — Это топовый портал, концентрат самых вкусных новостей со всего мира. Админы, мои приятели, интересовались происходящим в вашем городе. Но у меня совершенно нет времени на общение и интервью. Короче, я дал им твои контакты.

Параллельно пишу «срочную» приятелю из «Агрегатора» — крупного портала фейков: «Вот контакт. Будь другом, займи товарища на пару дней. Выдели людей для репортажа, пускай он наговорит им какой-нибудь "рыбы". Держи ссылку на инфоповод. Также дай мне трафик-менеджера, какого не жалко. Выручай, дружище — и будем с тобой квиты!»

Сообщение тут же прочитано. Присылает большой палец и профиль менеджера.

Связываюсь с контактом от «Агрегатора» и скидываю ссылки на все каналы Матвея: «Срочно нагони сюда трафику и ботов. Предложи админу стратегий, тарифов, или что у вас там — в общем покрути мозг хорошенько. Шли реквизиты — оплата сразу.»

Сообщение прочитано. Большой палец.

Матвей не отвечает вот уже несколько минут. Выходит из сети. Гут. Пускай мальчик развлекается.

Набираю Максиму Максимычу.

«— Все хорошо, — отвечает. — Ребята не нервничают. Изучают эту... штуковину. Федор вроде разобрался в ней немного, теперь нам рассказывает. Кстати, он меня научил отвечать на звонок — сам бы я не смог. Видимо, не зря читает под партой фантастику, — косится в сторону. — Чего глаза делаешь? Думаешь, я не знаю? Хех. Изобретателем, наверное, станет. Или писателем.»

С горечью слушаю рассказ, не перебиваю. Дослушав, излагаю:

— Помните, я говорил, что иногда факты должны оставаться фактами, чтобы их интерпретации не породили страшных последствий?

«— Помню.»

— К сожалению, я не учел другого. Скоро произойдут события, которые влекут за собой неинтерпретированные факты.

Максим Максимович вздыхает.

«— Нас сотрут из хронологии? За ненадобностью?»

— Похоже, что так. Объявлен план перехвата, Максим.

Он со страхом оглядывает класс. Заражается моей беспомощностью. Старается не передавать ее подросткам .

«— А хотите с Федей поговорить? Он у нас самый прогрессивный, — ошарашивает преподаватель. Говорит в сторону: — Федя, хочешь поговорить с Василием из будущего?»

— Стойте, стойте! — спохватываюсь. — Я не готов, нет!

Какой-то посторонний шум за спиной преподавателя.

«— Кто-то кричит через громкоговоритель, — комментирует Максим Максимович. — Я так понимаю, это нам? Василий, я перезвоню.»

— Не подходи к окну! — кричу, но лицо преподавателя уже сменяется заставкой.

Едем в тишине. Таксист не обращает никакого внимания. За те деньги, которые я ему обещал, он будет ровно крутить «баранку» до самой школы и ни о чем не пикнет.

Так просто управлять этим обществом. Всё вокруг податливое и рыхлое, как неспортивное женское тело. Мни и перебирай как хочешь. Никто не будет задавать лишних вопросов, никто лишний раз не включит мозг и не копнет до фактов. Всем достаточно интерпретаций. Совершенно не помню, в какой момент и со мной это произошло...

Видеозвонок от аккаунта Матвея. Беру трубку.

— Да, Максим! Ну, как вы там?

Но это не Максим. Это Матвей. Видимо, успел восстановить доступ к аккаунту с нового телефона.

«— Ну что, зашкварина! Много успел навойсить от моего имени? Ты меня не подставишь — я все разговоры записываю! Ты будешь башлять? Или сливать тебя ментам?»

— Какой же ты кринжовый, я в просто ужасе — качаю головой. Открываю exel и зачитываю. — Значит слушай меня внимательно, Колесников Матвей Игоревич...

Рассказываю ему все: и про задолженности родителей по кредитам в общей сумме 1,2 миллиона, и про ипотеку, которую сестра уже второй месяц не оплачивает; и про статью 228 УК РФ, по которой Матвей рискует отправится по этапу за наркоту; и про статью 134 УК РФ — за растление несовершеннолетних. Всё рассказал, во всех красках.

— Ну вот и всё, Матвей, — заключаю. — Как там у вас говорят? Тебе — пипяо!

Школьник скулит, хлюпает и булькает. Разрождается громогласным рыданием.

— Дяденька!.. — только и понимаю. Речь захлебывается в соплях и слезах.

Отключаю связь. Закипаю. Не хотел ведь я такой развязки. До последнего же не хотел. Малец сам себя закопал. Сам виноват. Сам...

— Ребенок же... — буркнул водитель несмело. — Что ж Вы так...

— Я разговаривал с наркоманом и педофилом, — говорю в сердцах. — Вы считаете, что на том конце трубки — ребенок?

— Все ж детьми были... баловались... Нормальными ведь выросли.

— «Нормальными» значит! Так уверен?

Мгновенно собираю алгоритм для атаки. Но вовремя спохватываюсь и остываю.

— Бога ради, прошу Вас, родной, — устало прошу. — Просто рулите. Можно я покурю?..

Достаю сигарету и опускаю стекло. Темнеет. Холодные и бесцветные пейзажи проносятся мимо окна: поселки, леса, поля, заводы фабрики. Всё медленно погружается в тяжёлую синеву, сверкая серебряным светом придорожных фонарей. А над горизонтом неминуемо сгущается ночь, оставляя в одиночестве уголек стремительно тающей безвкусной сигареты.

Звонок: Матвей. Сразу же беру трубку:

— Я твою поганую жизнь сгною на параше, паскуда! А... Это ты, Федор? Прости меня... Нет-нет, это Василий, все правильно! Кто ж еще-то...

Ставлю на громкую связь.

— Включи видео, Федор. Умеешь?

«— Вроде да...»

Заставка на экране меняется на лицо подростка. Он сидел на задней парте, подальше от одноклассников.

— Как твои дела? — заботливо спрашиваю. — Что у вас происходит?

«— Пока все тихо, — отвечает, чуть картавя. — Покричали что-то, потом успокоились. Мы зашторили окна и молчим.»

— Ну, молодцы, молодцы...

«— Скажите... у меня вопрос важный.»

— Да?

«— Скажите, ведь на самом деле Вас не Василием зовут, правильно?»

—Правильно. А как меня зовут, по-твоему?

— Вы ведь — это я. Только в будущем.

— Ну, предположим.

— Сколько Вам лет?

— Мне... тридцать восемь.

«— Ух ты, классно! А то мне приснилось недавно, что я умер в девятнадцать лет. Было страшно.»

Чего уж тут скрывать...

— Я помню этот сон, — отвечаю. — Нет, ты не умрешь в девятнадцать лет. Все будет хорошо.

«— А скажите... — подросток явно растерян. — А у меня... будут уши торчать, когда вырасту?»

Вздыхаю.

— Может быть, ты хочешь спросить, кем ты вырастешь? Чем станешь заниматься всю свою жизнь?

«— Наверное, да... — краснеет. — Очень много хочется спросить. Не знаю, с чего такого важного начать.»

— Уж явно не с ушей, — улыбаюсь.

Сигарета тлеет до самого фильтра и гаснет. Выкидываю окурок. Поднимаю стекло. Таксист включает печку и слегка убавляет громкость радио, чтобы не мешать моему разговору. Пахнет хвойным ароматизатором, который болтается под зеркальцем. Вдали сверкают огни моего города — почти приехали.

— Ты, Федя, вырастешь хорошим человеком. После школы ты выучишься в университете, но не в Коломне, а в Санкт-Петербурге — Университет Кино и Телевидения. Станешь профессиональным драматургом. После учебы ты останешься жить в Петербурге, и у тебя будет много хороших и добрых друзей. Ты отточишь свои творческие навыки, станешь зарабатывать хорошие деньги написанием сценариев для фильмов и сериалов. Будешь публиковать собственные фантастические рассказы в разных журналах. А в Петербурге их знаешь сколько? Больше сотни. А в двадцать три года ты познакомишься с очаровательной девушкой, и вскоре вы поженитесь. Будете жить вдвоем. А к двадцати девяти годам ты напишешь свой первый фантастический роман...

«— А как он называется?»

— «Лабиринт отражений». Отличный получится роман. Мой любимый, кстати.

«— Ух, скорее бы!»

Смеюсь:

— Скорее, чем ты думаешь, Федь. А потом у вас будут собственная квартира и много детей. В квартире всегда будет шумно, поэтому ты купишь небольшой загородный домик и там будешь писать новые книги.

Автомобиль уже мчит по центральной улице родного города, ярко освещенной золотым светом. По тротуарам лениво бредут компании молодых в фирменных спортивных куртках и закутанные, как капустные кочаны, бабки с тележками.

— По твоему роману снимут фильм. Твои истории будут цениться читателями и зрителями. А знаешь, почему? Потому что они всегда хорошо заканчиваются — как бы тяжело не приходилось героям.

«— А над чем Вы работаете сейчас? Ну, то есть я?»

— А сейчас... сейчас я пишу историческую книгу. Называется «Факты и их последствия.» Это рабочее название, поэтому такое неоригинальное.

«— Фу-у, история же такая скука!»

— Ну, не скажи. Со временем твои взгляды изменятся — это ведь естественно для развивающегося человека. Твои вкусы изменятся. Твой характер изменится. Но самое главное, Федь, запомни, — говорю почти по слогам. — Ты всегда будешь хорошим человеком.

Хлопки. Скрежет. Голоса.

«— Опять что-то кричат в громкоговоритель. — вздрагивает подросток. — Не понимаю, чего хотят...»

— Федя, не отключайся! Я вот-вот приеду и разберусь!

Связь обрывается. Повторные звонки не дают результата. По всей видимости, возде школы включили «заглушки».

Замолк радиоприемник в автомобиле. Таксист раздраженно стучит пальцем по магнитоле.

— Гони, начальник! — кричу. Изо всех сил цепляюсь пальцами за спинку переднего кресла и неистово трясу. — Гони!

____________

Конец 5 главы.