
Близость и дура
Я боюсь потерять ее. Я не надышусь на нее, просто не надышусь. Как она сумела сохранить в себе этот живительный источник глупости, гейзер идиотизма, фонтаны скудоумия? Как она пронесла дары убожества через жизнь, и не самую легкую жизнь, щедро позволяя им изливаться на всех не оскудевая?
И если близость — та цена, которую ты хочешь, я готова ее заплатить, изволь.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Я боюсь потерять ее. Я не надышусь на нее, просто не надышусь. Как она сумела сохранить в себе этот живительный источник глупости, гейзер идиотизма, фонтаны скудоумия? Как она пронесла дары убожества через жизнь, и не самую легкую жизнь, щедро позволяя им изливаться на всех не оскудевая?Кто еще обрадует меня так, как она? Ее фотографии в соцсетях я листаю с замиранием сердца, готовая в любую минуту расхохотаться до колик, закатиться под стол, громко ухая и утирая слезы: «Надо же! Ну и дура!»«Мои готовки», — и я любуюсь на ее кулинарные поделки. Где они, биточки, похожие на навозные лепешки? Вот они, мои золотые. Где каша? (Да-да, вам бы пришло в голову фотографировать кашу, размазанную по краям тарелки? Тут нужен особый дар).«Мой праздничный стол», — под этим заголовком объединены фотографии застолья, где каждое блюдо заботливо подписано: салат оливье, селедка под шубой, винегрет…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0