Билеты вниз

Глава 1

С тяжелым вздохом Артур перевернулся на спину, но и это не принесло облегчения. Скрипнула пружина.

- не можешь уснуть?- не поворачиваясь спросила Гвиневра.

- да,- нехотя ответил мужчина.

- может таблетку выпьешь?

(Несколько секунд тишины)

- что-то не хочется,- ответил он.

В комнате было темно, но все-таки не достаточно. Шторы блэкаут скрывали тусклый уличный свет, но вот подсветка колонок… почему он никогда их не выключает?

Артур вновь поморщился от боли. Еще недавно с его спиной все было в порядке, что же случилось теперь?

- завтра на работу,- все так же не поворачиваясь сказала женщина. От ее слов исходило сонное тепло. Мягкий плед скрывал ее круглые бедра, оставляя спину открытой.

- я знаю,- сказал Артур,- но что я могу сделать?

- может я смогу тебе как-то помочь?

Гвиневра повернула к нему свое сонное лицо, затем развернулась и ее теплая грудь коснулась его руки.

«удивительно,- подумал Артур,- прошел всего месяц после нашего знакомства, а я уже не придаю этому значения. Интересно, у других это также?»

Женщина протянула к нему свою руку и перекинула ее через его грудь, положив свою голову ему на плечо.

«Не плохо»,- подумал Артур,- мне нравится так засыпать». Однако боль в спине снова дала о себе знать, и он понял: о сне на время придется забыть. И все же он не поднялся, решив потерпеть еще немного. Ему не хотелось ее тревожить. Может все-таки удастся провалиться в забытие.

- вряд ли я буду счастливым стариком,- сказал он после нескольких неудачных попыток уснуть.

- не думай об этом,- сказала Гвиневра, едва шевеля губами. Артур попытался. Но разум искал спасения от боли в действии. Он посмотрел: веки ее глаз были опущены, а приоткрытые губы касались его плеча.

- я думаю, что если в молодости, я не смог стать счастливым, то разве буду я счастлив, когда мое тело начнет разваливаться? Когда боль и слабость будут постоянными спутниками. Похоже это со мной и происходит. Начинается.

- угу,- сонно сказала она,- попытайся уснуть.

Он почувствовал на своем плече ее спокойное дыхание. Артур закрыл веки, под грузом свинцовой тяжести, но его ум продолжал хаотично бродить по кругу. Он думал:

«Надо взять себя в руки. Пора, пора, черт возьми. Взять и больше не выпускать ни на минуту, не давать себе повода быть слабым. Слабость ведет к неудачам. Что если после смерти значение будет иметь лишь две вещи: неудача и успех?» От этой мысли Артуру стало не по себе. Он знал, что мелких неудач в его жизни было намного больше, чем побед, за которые можно было бы гордиться собой. И не было никогда ничего крупного, значимого, как будто бы он просто был не способен на большое дело. Всегда боялся, держался в стороне. Паршиво это осознавать, если честно.

«Что если неудача- это билет вниз, - думал Артур,- и моя лень, которая и мешает мне быть счастливым, да, лень, не что-то еще, душевная лень, она и губит меня, утягивает вниз. Ставит палки в колеса, программирует на постоянный минус»

Гвиневра приподнялась на руках и посмотрела сквозь щелочки глаз на возлюбленного.

- ты не спишь, да?

- да,- ответил он, открывая глаза,- не получается.

- может хочешь чего-нибудь?

Артур шумно вздохнул. Она положила свою правую руку ему на живот, вернув голову на плечо.

- мы мельчаем, Гвиневра,- сказал он.

- да,- ответила женщина,- но мы все еще вместе.

(несколько секунд они оба молчали)

- мне страшно,- сказал Артур.

- это нормально,- ласково сказала она, открывая глаза,- всем бывает страшно.

Женщина приподнялась.

- я уже не знаю где правда,- Артур приподнялся и сел в постели,- чувствую себя совершенно сбитым. Как и твоя подруга, которая постоянно что-то не ест. Когда в поле ее зрения попадают новые рекомендации по питанию, она сразу переключается на них, оставив старые.

- бедняжка Ирэн, постоянно мечется,- тихо сказала Гвиневра,- таких людей мы встречали во все времена. Ты же помнишь?

Артур кивнул, но он не помнил. В отличии от Гвиневры его память почти полностью состояла из всплесков интуитивных прозрений. И хотя длились они секунды, то были вспышки ярче самого солнца.

Ее голова лежала у него на коленях, а глаза, все еще сонные, рассматривали его лицо. Его практически исчезнувший подбородок. Когда-то, много веков назад, он был совсем другим. Решительно выступающим вперед, волевым. И правда, что с ними стало?

Артур протянул руку и погладил ее лицо. Да и сама она тоже не мало изменилась. Растолстела. Если бы ее фрейлины увидели ее сейчас, в объятьях мужа, они ни за что не признали бы в них прежних хозяев замка. И как еще ее память умудряется хранить образ, молодой и красивой женщины, стоящей перед зеркалом в два человеческих роста. Это было нечто большее чем молодость, нечто более весомое, чем красота. Неуловимая одухотворенность, внутренняя сила, которая проявлялась в каждом движении. Она вспомнила свои густые светлые волосы, спадающие ниже спины и горько усмехнулась тому, что теперь от них осталось. Этот мир был как спичечный коробок, который положили рядом с шкатулкой из мрамора. А может все это иллюзии, густые чары сна, наложенные Морганой? Злое колдовство съедает их медленно, постепенно, как ржавчина сталь, пока они совсем не превратятся в ничто через нескольких нелепых жизней. И даже узнать друг друга при встрече не смогут. Гвиневра отметила, что последняя мысль теперь не вызывает у нее такого же беспокойства как раньше.

Артур склонился над ней и нежно поцеловал в губы. За окном раздался издевательский смех.