Безопасное место

Глава 1

Андрей приподнял голову над подушкой и прислушался к предрассветной тишине, стараясь снова уловить звук, от которого проснулся.

— Слышал? — Надежда тоже проснулась.

— Да.

Несколько мгновений они лежали неподвижно, пока вдалеке не грохнул взрыв.

— Одеваемся.

Они одевались молча, прислушиваясь к улице сквозь шорох одежды и собственные шаги.

— Возьми документы.

Надежда кивнула, подхватила сумку с документами и вслед за мужем вышла в коридор. Сев на стулья, они торопливо обулись, а затем Андрей вернулся в комнату и поставил окно на проветривание.

— Зачем?

— Чтобы лучше слышать.

Надежда разблокировала телефон, и тот сразу зазвенел уведомлениями, приходившими одно за другим.

— Что там пишут?

— “Пошла работа по врагу, всем занять безопасные места в домах, квартирах!” — прочитала она. — “Будут заходить через город от реки!”

— Сколько времени?

— Четыре часа тридцать две минуты.

Сквозь приоткрытое окно донёсся далёкий гул, и пока они прислушивались, он стал отчётливее, постепенно заполняя комнату.

— Летит, пошли быстро!

Они выбежали из квартиры, заперли за собой дверь и поспешили вниз по лестнице. Снаружи короткими очередями заработал пулемёт, затем взрыв ударил по ушам, заставив обоих невольно присесть прямо на ступенях. Миновав последние два пролёта, они оказались внизу, в небольшом тамбуре у лестницы, где Надежда сразу взяла мужа за руку и прижалась к нему.

— А тут безопасно?

— Здесь лучше, чем на верхнем этаже, окон нет, а дверь железная, открывается наружу.

— Но если собьёт, то здесь безопасно?

— Сейчас нет безопасных мест.

Снова послышался звук, похожий на мотоциклетный, едва различимый поначалу. Он всё рос, приближаясь к дому.

— Давай сядем к стенке.

Они присели на корточки, Надежда обхватила руку мужа обеими руками, прижавшись к его плечу.

— Рот не держи закрытым.

Гул нарастал, отдаваясь в тесном тамбуре. Андрей чувствовал, как всё сильнее сжимаются пальцы Надежды на его руке. Он ждал, когда звук начнёт удаляться, но в нём вдруг послышались перебои: мотор то набирал обороты, то сбрасывал, и с каждым таким провалом казалось, что беспилотник падает прямо на них.

— Пролетел, — выдохнул Андрей.

Снаружи снова заработал пулемёт. Андрей весь напрягся в ожидании взрыва, однако очередь оборвалась, за ней прозвучала другая, уже с иной стороны, а мотор всё продолжал работать.

— Промахнулись, что ли…

От взрыва дрогнула железная дверь, посыпалась штукатурка, а у Андрея заложило ухо. Рядом засветился телефон, и голос Надежды, читавшей сообщение, доносился до него глухо:

— “Город и все близлежащие посёлки! Будет много. Всем занять безопасные места!”

— Вот они, действительно много.

Теперь гул доносился с нескольких сторон. Андрей повернул голову, пытаясь расслышать, какой из моторов приближается к дому. Справа короткими очередями заработал пулемёт, слева забухала пушка, заглушая всё остальное.

— Обалдеть, как рядом…

Следующий взрыв оказался таким сильным, что оба подскочили на месте, а снаружи разом завыли автомобильные сигнализации. Почти сразу рвануло ещё раз, чуть дальше, лампочка над лестницей моргнула и погасла, оставив их в темноте.

Надя вцепилась в руку мужа и сжалась у стены, вздрагивая при каждом новом взрыве, а он всё смотрел в потолок, словно мог увидеть сквозь него. Надежда повернула экран к себе, и Андрей опустил голову, стараясь расслышать, что она читает:

— “Проспект Ленина — пролёты. Никому не высовываться! Предельно внимательно и осторожны!”

— Когда же они закончатся…

Ноги затекли. Андрей осторожно вытянул одну, потом другую, однако при первом новом гуле снова подобрал их под себя и прижался к стене.

Взрывы продолжали греметь со всех сторон, сквозь пулемётные очереди донёсся звук взлетающей ракеты, а они всё сидели у стены, прижавшись друг к другу. Постепенно промежутки между взрывами стали длиннее, стрельба отодвинулась и остался лишь шум где-то вдали. Телефон подал очередной сигнал.

— “Основная часть атаки отражена. Возможно, остались единичные фиксации по области. Мы их ищем.”

— Слава Богу!

Они подождали ещё минут десять, вслушиваясь в тишину. Андрей почувствовал, что Надежда больше не сжимает его руку, хотя по-прежнему держится за неё.

— Пошли домой, что ли?

— Пошли.

— Который час уже?

— Шесть тридцать.

В квартире всё осталось как прежде.

Из приоткрытого окна тянуло холодным утренним воздухом.

Снаружи всё стихло.