Бергамот и Гараська. Посвящается Леониду Андрееву.

Глава 1

Из воспоминаний моего детства, запомнился один случай. После которого я понял, что читать это не только интересно, но и может помочь в неожиданных и безвыходных ситуациях. Была обычная суббота. У нас в семье суббота — это банный день, когда мы приезжали в гости к бабушке в частный дом и мылись в бане. Бабушка очень любила готовить, вставала с утра и пекла пирожки и ватрушки. Такие вкусные, я больше в жизни никогда не пробовал.

Я в детстве не особо любил баню, это потом проникся и теперь стараюсь делать это как можно чаще. Поездка к бабушке, была радостным событием, т.к. там всегда угощали чем-нибудь вкусным. До бабушки нужно было ехать на автобусе шесть остановок, а автобусы в 80 – х годах ходили не так чтобы часто. Поездка туда и обратно занимала, где-то час.

По субботам, с утра я отправлялся в школу, грызть гранит науки. Вспоминая школьные годы, я очень удивляюсь себе, но мне нравилось учиться, узнавать что-то новое и я был старательным учеником. Как сказала, одна моя знакомая, я был настоящим пионером.

Вернувшись после уроков домой, я бросил портфель в своей комнате. Мама любительница чистоты сразу дала мне коврики и выбивалку и отправила на площадку, выбивать пыль. После этого, что нельзя было выбить руками, брался советский пылесос, при звуках которого, кот практически терял сознание, и засасывал оставшуюся пыль и мусор.

Потом был обед и уроки, пока не наступало 16 часов, время, когда нужно собираться и ехать в баню. Мы собрались, мама, папа и я, и пошли на вокзал. Подождав автобуса на остановке, благополучно доехали до военного городка, где был бабушкин дом.

От остановки нужно было, еще немного пройти по улице и дойдя до районной больницы повернуть на право. Около большого дуба приютился синий деревянный дом, где жили дедушка, бабушка и моя тетя Валя. У бабушки было трое детей. Старшая дочь жила вместе с бабушкой, средний сын, мой дядя Юра, так же с семьей, приезжали по субботам в баню. Семья собиралась и все шли мыться. Мы с моей сестрой Светой, хватали пирожки и шли играть в одну из комнат. Пока нас не звали по очереди в баню. После бани, накрывался стол, и все садились во круг. Во главе стола садился дедушка Миша, рядом с ним бабушка Тоня, а дальше кто как успел. Взрослые конечно выпивали. Ну а нам нужно было, чем вкуснее, тем лучше.

Очень любил, когда бабушка приносила торт “Кулич”, ну очень вкусный, никогда больше не встречал. Я все переживал, что у меня хрустят коленки, и один знакомый моего дяди, сказал, что нужно есть салат свекла с майонезом, и я постоянно просил у бабушки этот салат.

После ужина, мы с мамой и папой отправлялись домой. Шли на остановку и дожидались автобуса. Автобусы были длинные и я любил вставать в конце автобуса и смотреть на дорогу. Я вспоминал фильм Экипаж, когда при взлете самолета за ним образуются трещины и растекается лава и мне также казалось, что за автобусом на дороге трескается асфальт и течет лава и мы единственные, кто выжил на этом острове.

Вот так один раз мы и возвращались домой. Через две остановки в автобус ввалились двое подвыпивших субъектов. Один высокого роста с длинными волосами, другой был маленького роста. Начали шуметь и громко спорить между собой. Вовремя эти громких криков высокий обратил внимание на моего отца. И чем-то отец ему не понравился. Может тихо говорил.

Слово за слово, и я уже понимаю, что сейчас моего отца могут основательно побить. Но отец отвечает высокому “И мальчики кровавые в глазах”. Высокий не надолго замолкает и говорит отцу ,- ты читал Леонида Андреева?

Отец отвечает, - да читал. И вот уже через буквально через 5 минут мужчина высокого роста с моим отцом уже во всю обсуждают рассказы Леонида Андреева. И, конечно, запомнился мне самый главный рассказ “Баргамот и Гараська”, последние строки:

— Кушайте, Герасим Андреич.

Гараська старается проглотить, давится и, бросив ложку, падает головой на стол прямо на сальное пятно, только что им произведенное. Из груди его вырывается снова тот жалобный и грубый вой, который так смутил Баргамота. Детишки, уже переставшие было обращать внимание на гостя, бросают свои ложки и дискантом присоединяются к его тенору. Баргамот с растерянною и жалкою миной смотрит на жену.

— Ну, чего вы, Герасим Андреич! Перестаньте, — успокаивает та беспокойного гостя.

— По отчеству... Как родился, никто по отчеству... не называл...

Подошла наша остановка. Отец и высокий мужчина расстались друзьями. Мы вышли из автобуса и пошли домой. Я был под большим впечатлением от произошедшего и попросил отца найти мне книгу Леонида Андреева.