Дима Дайнеко

Баранов

Баранов.

Повесть.

На одной из окраин города, население которого составляло двести двадцать шесть тысяч человек, жила семья, состоящая из двух её членов – матери и сына. Женщину звали Ирина Сергеевна Баранова, а её сынишку – Сергеем, в честь деда по материнской линии. И хотя их дом был расположен на окраине города, несмотря на это, район был довольно-таки оживлённым, так как рядом с домом находились тарный завод, асфальтный завод, мясокомбинат, организация лесного хозяйства, звероферма. Кроме того, этот район, несмотря на то, что был расположен около черты города, характеризовался также своей развитой инфраструктурой. А вот с экологической точки зрения – оставлял желать лучшего.

Ирина Сергеевна за свои сорок четыре года в жизни, толком, ничего хорошего и не видела. Мама умерла, когда ей было всего лишь четырнадцать лет. Растил и воспитывал далее дочку родной отец, который всегда её любил больше жизни и желал ей только всего самого хорошего. Именно поэтому Ира ни в чём не знала никакой потребности, благодаря стараниям и усилиям своего отца, который, порой, работал по восемнадцать часов в сутки, и был готов сделать всё возможное и невозможное, лишь бы его доченька была счастлива. Благодаря отцу девушка получила высшее образование. Работала на тарном заводе бухгалтером. Но судьба послала на её долю одновременно несчастливые и радостные события.

Работая на заводе, на Ирину положил глаз её начальник – главный бухгалтер. Завязался бурный любовный роман, приведший к тому, что девушка забеременела, сообщив эту новость своему шефу. Однако, как это часто бывает, главный бухгалтер оказался подлецом. Будучи женатым, он не пожелал оставлять свою супругу и двух дочерей из-за какой-то девушки-простушки. Произошёл разрыв, никак неповлиявший на трудовую деятельность Ирины на заводе. Однако, все конторские работники узнали от кого именно беременна молодая девушка, и застыдили главбуха до такой степени, что ему пришлось уволиться с завода по собственному желанию в конечном итоге. Со своей стороны директор, вызвал Иру в кабинет и попросил не совершать неразумных поступков, отправляться в декретный отпуск, рожать ребёнка и ухаживать за ним в течение трёх лет.

- Знай, девочка моя, коллектив завода всегда тебе материально поможет, пока ты здесь работаешь, – сказал тогда директор.

Однако, в жизни Иры случилось большое несчастье, на первом месяце её беременности умер отец. Умер скоропостижно от обширного инфаркта. Эту трагедию, потерю близкого ей, и единственного человека, молодая женщина пережила с большим трудом. Помогло, в основном то, что молодая женщина под своим сердцем носила ребёнка, которому она в скором времени подарит жизнь и, ради кого она, вообще, будет жить дальше.

И вот родился мальчик. Родился большим и здоровеньким. Ирина назвала его Сергеем, в честь своего покойного отца, которого она очень сильно любила и всегда ценила его заботу о ней.

Рос Сергей не в роскоши, но и масштабной нужды не знал. Мать всегда старалась ни в чём не отказывать своему любимому и единственному сыночку. Помогала ему во всём и всегда. В целом, Серёжа был хорошим парнишкой, хорошо учился, занимался спортом, во всём и всегда старался помогать своей матери, которая так и не вышла замуж, оставшись навсегда матерью-одиночкой.

Получив в школе базовое образование, юноша не стал поступать в училище или техникум, сказав матери тогда:

- Я хочу после школы окончить институт и стать юристом.

Ира хорошо и отчётливо понимала, что для получения такого образования крайне необходимы деньги. И немалые. А для этого нужно найти какую-нибудь подработку, собрав необходимую сумму на обучение сына всего-навсего за каких-то два года.

Поиски по месту работы, на тарном заводе, желаемый результат не принесли. Другие организации города тоже дали свой отказ. И тогда Ирина решила заняться, так сказать, «нелегальным бизнесом» – самогоноварением, а также его реализацией .

Процесс пошёл довольно-таки успешно. Деньги потекли рекой в семейный бюджет, увеличивая с каждым месяцем сбережения. Вот только с сыном, однажды, приключилась беда.

Повадился Сергей воровать джинсы с балконов многоэтажных домов. Один раз его и застал милиционер за таким нехорошим занятием. Схватил за руку и сказал:

- Веди меня, молодой человек, к себе домой. Я хочу поговорить с твоими родителями.

- Дядя милиционер, так ведь у меня только мама есть, может быть не надо ей об этом рассказывать? – скромно, совсем по-детски спрашивал паренёк.

- Надо, Федя, надо!

- Я – Сергей.

- Тем более! – живо отозвался милиционер.

- Я больше так не буду, - просился молодой человек.

- Конечно, ты больше не будешь, потому что тебя посадят.

Расстроенный и напуганный чуть ли ни до самой смерти парень с милиционером направился в сторону своего дома.

Ирина, придя с работы домой, занималась домашнему делами. Дверь сеней открылась и, вслед за сыном, в дом вошёл человек в милицейской форме. Женщина насторожилась. Такой визит, уполномоченного гражданина не предвещал ничего хорошего. Что-то плохое натворил сынишка, а может быть, кто-то рассказал милиционеру о том, что Ира занимается самогоноварением. Работник милиции тем временем начал разговор.

- Добрый день вам в хату. Участковый инспектор, Соболь Сергей Михайлович.

- Здравствуйте. Ирина Сергеевна Баранова. Чем может быть полезна вам моя весьма скромная персона? – подавляя в себе нечеловеческий страх, жеманно заявила мать Баранова.

Участковый указал в сторону Сергея.

- Скажите, этот молодой человек – ваш сын?

- Да, - коротко ответила Ирина.

- Насколько мне стало известно, зовут его Сергеем?

- Совершенно верно, - Ирина положительно кивнула головой.

- Интересно, какое у вашего сына на зоне погоняло будет? Сергей – шустрый! Нет, Сергей – брючник! О! Серж – МОНТАНО! – Участковый обратился к молодому человеку. – Ты только представь, твоя грудь будет вся в наколках, зубы железные.

- А почему, железные, дядя милиционер? – полюбопытствовал слегка иронично Сергей.

- Ну как почему? Всякие там драки, разборки. Свои зубы тебе просто выбьют и всё. Первую неделю, если не сможешь за себя постоять, тебя сделают «петухом» и порвётся твоя мягкая точка, как фашистский крест. Также тебя там ожидает смерть либо от язвы желудка, либо от туберкулёза. От язвы, потому, что на зоне нет маминых супов, борщей и пирожков с капустой либо повидлом. Ну, а когда заболеешь туберкулёзом, ты это сразу же почувствуешь, так как у тебя будет страшная слабость, высокая температура, отсутствие аппетита, душераздирающий кашель до рвоты и вонючий, лошадиный пот. А всё это из-за, каких-то, паршивых джинс..

- Может быть, вы, мне объясните, что случилось? – прервала нотацию участкового инспектора милиции Ирина Сергеевна.

- Слушайте с повышенным вниманием наш диалог далее, и вам всё станет понятно. Ну, молодой человек, сколько ты украл? – продолжал свой допрос Соболь.

- Семь штук.

- Семь! А немного ли для одного тебя столько? Дальше что ты с ними делал?

- Отдавал на рынке оптовикам, а деньги тратил.

- На что тратил?

- Игровые автоматы, сигареты...

- Всё понятно. Ты знаешь, паренёк, мне очень жаль твою мать. Она растит тебя одна. Делает всё возможное и невозможное, чтобы ты жил в достатке. Ради тебя, она даже занимается тем, что является противозаконным.

От услышанного высказывания, у Иры затряслись руки и ноги.

А участковый, тем временем, далее развивал своё красноречие:

- Пожалей ты её, мой тебе совет. Давай сделаем так: то, что ты сегодня украл, вернёшь хозяину, а я, со своей стороны, всё забуду. Договорились?

- Договорились, - понурив голову, тихо произнёс Сергей.

- И учти, ещё раз что-нибудь украдёшь, посажу, - сделал последнее предупреждение участковый инспектор, строго погрозив указательным пальцем левой руки, как нестранно.

Ира стала благодарить милиционера за проведённую с сыном воспитательную беседу, оказанную помощь, предложила у них поужинать, но Сергей Михайлович, сославшись на обилие дел, откланялся. Едва за ним закрылась дверь, женщина, позабыв о своей чрезмерной усталости, о пережитом паническом страхе, привела в исполнение собственное, слегка позабытое наказание единственной родственной души.

Впрочем, это было только начало воровской деятельности Сергея.

Вечером в дом Ирины Сергеевны заглянула соседка – женщина лет сорока пяти, ведущая последние семь лет аморальный образ жизни. А если быть точнее, женщина, которая нигде не работала официально, осуществляла неформальную занятость, торговала, где бы то ни было семечками и, естественно, не платила за это никаких налогов. Ежедневно она не чуралась рюмок самогона и, таким образом, стала постоянным клиентом Ирины. И на сей раз без этого не обошлось.

- Валя, тебе как всегда наливать – пол-литра? – спросила Ира, едва та переступила порог дома.

- Да нет, Ирка, у меня к тебе сегодня есть предложение.

- Какое же?

- Давай сегодня посидим за стаканчиком вместе.

- Ты что, с ума сошла?! – Ирине на какой-то миг показалось, что она ослышалась.

- Ира, ну я же вижу, что у тебя неприятности. Это из-за сына? Да, кстати, чего к тебе участковый заходил? Это тоже как-то с Сергеем связано? – допытывалась Валентина.

- Да, с ним, - вздыхая, говорила Ирина.

- А я-то думала, что милиционер тебя разоблачил, узнав, что ты самогоном промышляешь.

- Да лучше б он меня с этим раскусил, чем такой позор пережить.

- И всё-таки, что случилось? Что же такого твой сынуля натворил? – допытывалась постоянная клиентка.

- Воровал джинсы в городе с балконов, сдавал на рынок, ну а деньги проматывал на всякую ерунду.

- Вот гадость! Ты его хоть отчистила его, как следует?

- Разумеется. Вот только не знаю, повлияет ли это на него положительно? А вдруг уже в привычку вошло? Что тогда? – Баранова посмотрела на Валю, пытаясь услышать от неё совета или хотя бы слова утешения.

- Всегда нужно надеется на лучшее, Ирочка, не думай о плохом.

- Постараюсь, только не так-то это просто.

- Я одного не могу понять, чего ему не хватает. Ты работаешь ежедневно не покладая рук, занимаешься даже противозаконной деятельностью. Лишь бы он жил в достатке и ни в чём не знал нужды, а ему выходит этого всё равно мало?

- Получается так, - пожала плечами мать Сергея. – Что слишком, то уже нехорошо.

- Хочешь, я с ним проведу воспитательную беседу? – предложила Валентина.

- Да надеюсь, ему хватило и моего воздействия.

- Да, Ирка, тяжело тебе без мужика-то.

- А я уже привыкла. Да и где его найти-то нормального мужика? Все хорошие, уже давно заняты. У них свои семьи, дети. А забулдонов мне ненужно. От них нет никакого толку, - махнула рукой Баранова.

- Ну ладно, давай-ка себе поднимем настроение. Вот увидишь, выпьешь, тебе, сразу легче станет. Как говорится, спьяну жизнь плоховато видна, даже легши жить.

- Ты считаешь, такой манёвр спасёт швах? – засомневалась Ирина. Не особая любительница она была сабантуев, лишь только изредка пристращалась к пагубному, когда жизнь уж совсем своими казусами порой выбивала из колеи, а если быть ещё точнее, пыталась её выбить.

Постоянная клиентка выжидающе глядела на Баранову во все глаза. Ей не столько хотелось помочь женщине морально, выдвинув дельный совет личностного характера, сколько поймать собственный кураж, не заплатив при этом ни гроша. Именно так и получилось. Экзальтации Валентины просто не было никаких границ.

- Погоди, я прикусить принесу чего-нибудь, - сказала Ира, направляясь в сени.

- Ага, ага, - продолжала радоваться женщина.

На улице Чапаева, в одном из элитных районов располагался ювелирный магазин, который вечерним часом привлекал внимание всех прохожих своими яркими огнями рекламы, информирующей всем людям свою, имеющуюся в наличии продукцию. Время близилось к закрытию. Продавец подсчитывал выручку от продажи за день.

Сергей надел чёрные очки и вошёл в помещение магазина. Продавец, завидев вошедшего молодого человека, вежливо спросил:

- Что вам угодно, молодой человек?

Сергей достал из кармана пистолет, похожий на настоящее огнестрельное оружие и заявил:

- Гоните все деньги и пошли к чёрту.

Продавец на мгновение опешил, затем, справившись с волнением, нажал на вмонтированную в пол кнопку. В департамент охраны, таким образом, пошёл сигнал о попытки ограбления. Сергей понял, что запахло жареным и, пора бы отсюда, как можно скорей, делать ноги. Направился бегом в сторону выхода из магазина. В это время, в дверях уже появился первый милиционер, остальные же, в это время, ещё только выходили из подъехавшего УАЗика. Встретившись в дверях тет-а-тет со сторожилой общественного порядка, Сергей сильно ударил милиционера ногой в живот, сбив его, таким образом, с ног. Выбежал из магазина на улицу, где в это время, в его сторону направлялись остальные пять милиционеров. Сергей выхватил из кармана штанов газовый баллончик и выпустил струю в лицо близко находившегося к нему милиционера, который взревел от боли и закричал:

- Только не стреляйте, он ещё совсем мальчишка.

Юноша же, в это время, бросился бежать в сторону близко расположенного сквера, где можно было скрыться среди кустов и деревьев. К счастью, способностью быстро бегать, Сергей никогда не был обделён. Он моментально скрылся от страж порядка и затаился, выжидая подходящий момент, чтобы направиться в сторону своего района, своего дома. Попытка завладеть хотя бы какой-нибудь частью выручки за день ювелирного магазина успехом не увенчалась.

Коваль Валерий Николаевич работал на тарном заводе уже более двадцати лет водителем, возил директора на «Волге». Сегодня вечером он уже отвёз руководителя предприятия домой и гнал автомобиль на территорию завода, чтобы поставить его в гараж. В центре города он на мгновение остановился, чтобы зайти в магазин и купить сигареты. Внезапно, взглянув в сторону, он заметил быстро бегущего прямо к нему молодого человека, в котором Коваль узнал сына одной из работниц тарного завода. Чтобы не ошибиться, мужчина решил окликнуть молодого человека:

- Сергей, ты, что ли?

- А, дядя Валера? Здравствуйте.

- Куда летишь как угорелый?

- Да, домой очень сильно тороплюсь, а то там мама одна, наверное, меня уже заждалась давно.

- Врёшь. Я же тебя очень хорошо знаю. Ты просто так не будешь переживать и волноваться, да тем более по такому поводу. Мама, видите ли, у него дома одна, так я тебе и поверил. Говори честно, что уже и где натворил? Глядите-ка, как у него глазки по сторонам бегают, и ручки трясутся! Что, ювелирный магазин пытался ограбить, только не получилось? Или, всё-таки ограбил магазин? А? Признавайся паршивец.

От таких слов Сергея бросило в жар. Коваль словно в воду смотрел. Справившись кое-как с волнением, юноша, как можно спокойнее, сказал:

- Ну что вы, дядя Валера? Я такими делами после джинс и близко не занимаюсь. Припугнули меня тогда предостаточно.

- Вот и хорошо. Смотри, сынок, не занимайся грязными делами, они тебя к добру не приведут.

- Конечно.

- Да и маму свою пожалей, она тебя одна растит. Думаешь это легко?

- Нет, нелегко.

- Вот видишь, ты сам всё знаешь и понимаешь. Пожалей её, она же у тебя лучше всех женщин, вместе взятых.

- А, вы, я вижу, по отношению к ней неровно дышите, - шутливо заметил юноша.

- Ладно, обормот, садись в машину, завезу тебя к маме. Погоди, только в магазин загляну.

- Нет, а, если серьёзно, нравится вам моя мама? – допытывался Сергей.

- Да, милый, и даже очень, - честно признался Коваль.

- Так в чём же проблема? Почему вы теряетесь, в чём здесь дело в чём? Я против вас ничего не имею. Наоборот, буду очень рад. Так что, всё в ваших руках!

- Ладно, юноша, садись в машину, я сейчас приду.

- Дядя Валера, купите мне пиво, пожалуйста.

- Что?! А ты, при этом, кое-что делать криво не будешь? – засмеялся водитель.

- Ну, я же волшебное слово сказал, умолял Баранов.

- Ладно. Какое тебе именно пиво купить-то?

- Любое.

- Хорошо, я быстро. Садись в машину.

Сергей сел в автомобиль, водитель закрыл за ним дверь, а сам направился к дверям магазина. В этот момент, сидящему в авто юноше, пришлось пригнуться, так как по встречной полосе дороги пронеслась, включив сирену, милицейская машина. Именно когда она скрылась в дали, Сергей вздохнул с облегчением, подумав, скорей бы дядя Валера вышел из магазина, и они отъехали от этого довольно-таки опасного для него, на данный момент, места.

В доме Ирины Сергеевны, хозяйка с соседкой Валентиной во всю веселились в своё удовольствие, до усталости поднимая рюмки с самогоном вверх и, произнося, при этом, тосты: за здоровье, за любовь, за дружбу и тому подобные. Первой спохватилась соседка, заметив:

- Слушай, Иришка, время то уже довольно-таки позднее, а твоего оболтуса до сих пор дома нету. Не случилось ли чего с ним? – тревожилась Валентина.

Мертвецки пьяная Ира с запинанием произнесла, что стоило ей уже больших усилий:

- А-а-а мне, по барабану уже, где он и, что с ним, - простодушно сказала женщина.

- Да ты что? Не ерунди. Держи себя в руках. Ты же всё-таки мать, - высказала своё мнение Валентина, которая, имея довольно-таки большой стаж употребления алкоголя, хорошо видела, в каком состоянии находится её соседка: ещё чуть-чуть и она свалится со стула. И она высказала своё предложение ей:

- Давай-ка ещё по чуть-чуть и по домам. А? Тебе же всё-таки завтра на работу.

Ира с трудом поднялась со стула и закричала во всё горло:

- А мне до лампочки эта работа. У меня вся жизнь наперекосяк. Надо же было связаться с этой гнидой, его отцом, который обесчестил меня. Я от него забеременела. А он, поддонок, узнав, что я от него беременна, бросил меня на произвол судьбы.

- Ну, всё, тише, успокойся, - пыталась утихомирить её Валя. Но Ирина продолжала кричать:

- Мне нужно было тогда прервать беременность, сделать аборт и не рожать этого выродка, который, видно, перенял все отрицательные черты у своего отца. Среди моих родственников никто не промышлял воровством. Никто. Слышишь?

- Всё перестань, хватит, - успокаивала хозяйку её соседка.

А Ирина продолжала:

- Но есть выход.

- Какой?

- Я с ним поступлю, как в старину с ворами поступали – отрублю ему обе руки. А ещё лучше спалю его вместе с этим домом, который мне от моего отца в наследство остался. Пусть сгорит в огне как шакал, от него в этой жизни всё равно ничего путного не будет. Скитается по тюрьмам. Именно там он и закончит своё жалкое существование.

- Угомонись же ты, наконец, - соседка нежно обняла Иру и та горько разрыдалась в её объятиях.

Минуту спустя Валентина с большим трудом дотащила свою собутыльницу до кровати, которая, почувствовав под своей головой подушку, сразу же заснула. Валя вышла из дома, захлопнула за собой дверь и шатающейся походкой, направилась в сторону своего жилища.

Легковой автомобиль марки «Волга» подъехал к воротам тарного завода, водитель предложил Сергею:

- Если хочешь, мы с тобой посидим, где-нибудь на природе. У тебя есть два литра пива, у меня тоже кое-что имеется в наличии. Ты только меня немного обожди, я поставлю машину в гараж и мы с тобой пойдём.

- Хорошо дядя Валера, я подожду, - сказал парень.

Буквально через каких-то десять минут Валерий Николаевич вышел с проходной тарного завода и окликнул Сергея:

- Ну что, мой юный друг, пошли, расслабимся слегка, а заодно и поговорим о жизни.

- А вы прихватили с собой то, что мы с вами будем пить? – немного заволновался Сергей.

- А тебя только это интересует?

- Да нет, не только это, но и выпивка в том числе. У меня есть одна давняя мечта и, надеюсь, сегодня она сбудется.

- И какая же у тебя, интересно мне узнать, давняя мечта?

- Да как бы вам так понятнее сказать?

- Ну, так скажи прямо, я человек простой и постараюсь тебя очень хорошо понять. Честное слово! – пообещал Коваль.

Немного помедлив, Сергей произнёс:

- Я давно хотел побеседовать с вами с глазу на глаз, где-нибудь на нейтральной территории, узнать как можно больше о вашей жизни, о жизни моей мамы перед моим рождением. Вы ведь её уже давно знаете? Правда? Но самое главное, я хотел бы узнать, почему мама растит меня одна? Где мой отец? Честно вам признаюсь, я не верю её словам, что он умер, когда она ещё была мною беременна. Вы ведь мне всё расскажите, ничего не утаите? Правда? – умоляюще смотрел молодой человек в глаза своему старшему, на сей момент, товарищу.

Валерий Николаевич на секунду задумался. А стоит ли парню об этом знать, вдруг он замышляет нечто нехорошее? И основательно подумав, под сверлящем взглядом юных глаз, ответил:

- Хорошо, мой юный друг. Но для начала мы должны добраться с тобой до одного очень красивого места, где можно посидеть и хорошо отдохнуть морально и физически.

- А это далеко?

- Пошли, максимум пять минут ходьбы и мы с тобой на месте, не волнуйся, то, что мы сейчас будем пить у меня в сумке. Не только выпивка, но и закусочка.

Через вышеупомянутое время мужчина с молодым человеком находились уже на месте. Сергей огляделся по сторонам. Эта была берёзовая роща с красивыми деревьями, встретившими пришельцев лёгким покачиванием ветвей. Здесь всё было очень красивым и чистым. И самое главное – тишина. Валерий Николаевич указал юноше на небольшой холмик, радостно заметив:

- Вот здесь мы с тобой и расположимся. Ну, как тебе здесь, нравится?

- Да, довольно таки красивое место.

- В таком случае, садись прямо на землю, здесь чисто и мы мусорить тоже не станем, всё за собой уберём. Ты согласен со мной?

- Кончено. Знаете, - признался откровенно юноша, - я, почему-то всегда хотел, чтобы у меня был такой отец или, хотя бы дядя, как вы, с которым я бы смог поделится своими секретами, посоветоваться, довериться во всём. Как вы на это смотрите?

- Да, сынок! Мечты, мечты, где ваши сладости? – грустно заметил Валерий Николаевич.

- А что?!

- Да ничего. Отцом я тебе точно не стану. Дядей тоже. А вот другом мог бы быть, которому ты б во всём, всегда и везде доверял. Но это, увы, невозможно.

- Почему? – удивился Сергей.

- Да потому, что ты мне не доверяешь. Ведь ты мне сегодня так и не сказал, что у тебя произошло, там, в городе? А почему? Потому, что ты мне не доверяешь. Вот и всё.

- Да всё у меня отлично. Честное слово, - успокаивал Баранов мужчину.

- Смотри сам. Ладно, сейчас я порежу закусочку и мы с тобой приступим к очень полезному делу. Только маме своей об этом ни слова, договорились?

- О чём?

- О том, что мы здесь с тобой выпивали. Понял?

- Это само собой.

Мужчина достал из сумки бутылку водки, пиво, закуску и принялся нарезать хлеб, сало, колбасу, стегно. В это время с веток деревьев вспорхнуло несколько мелких птиц, нарушив установившуюся тишину.

Валерий Николаевич протянул молодому человеку двухлитровую бутылку с пивом, сказав:

- Пей, молодой человек, только ум свой не пропей! Так ты хочешь, чтобы я тебе рассказал свою биографию и ещё кое-что, ведь так?

- Да. И желательно только правду.

- Сначала выпьем.

Мужчина налил себе в стакан водки, залпом выпил и стал аппетитно закусывать. Затем неторопливо начал свой рассказ:

- Родился я, мальчик мой, в конце пятидесятых годов в семье, где глава был в то время директором нефтебазы, а мама учителем начальных классов в школе. У родителей я был единственным ребенком, так же, как и ты у своей мамы. Да ты закусывай, не стесняйся, бери всё, что у нас здесь есть, – подбодрил Коваль своего юного собеседника после того, как тот сделал несколько глотков. - Учился в школе довольно-таки хорошо и отец мечтал о том, что я поступлю после школы в какой-нибудь технический вуз, а я к его глубокому огорчению пошёл учиться в автотранспортный техникум, так как с раннего детства любил технику и всё что с ней было связано, очень хотел стать водителем. Отец сразу очень на меня рассердился за то, что я не оправдал его надежд, но потом постепенно смирился с этим. Благодаря своему папе, мне даже удалось получить разрешение на осуществление перевозок особоопасных грузов. Затем, после армии, а служил я в войсках специального назначения, он меня пристроил на работу водителем на тарный завод. И вот уже много лет я вожу директора завода на «Волге». Работу я свою очень люблю и тебе советую стать тем же, кем и я.

- А мою маму вы давно знаете? – вопросом перебил рассказ Валерия Николаевича молодой человек.

- Да, чуть ли не с первого дня своей трудовой деятельности. Она и тогда была также изящна и привлекательна, как и сейчас. Понравилась мне с первого взгляда, и я в неё влюбился, пытался за ней ухаживать, но она просто меня оттолкнула, закрутила роман со своим начальником – главным бухгалтером. Куда уж мне было до этого – простому шофёру. Потом я узнал, что она беременна от своего шефа, который от мамы твоей отказался, так как сам был в то время семейным человеком. У него было двое детей.

- И вы знали об этом? И не пытались связать её судьбу со своей?

- Пытался, видит Бог. И не один раз, но она после такого предательства решила жить в одиночестве. Её можно понять.

- Какая же он всё-таки сволочь – мой биологический отец! – сжал кулаки Сергей.

Валерий Николаевич опрокинул, тем временем, второй стакан, а юноша задал вопрос, которого мужчина боялся больше чем какого-либо другого:

- А вы, часом не знаете, где он сейчас живёт?

- Зачем тебе это знать? Мстить собрался? Даже и не пытайся – советовал Коваль.

- Нет, просто хочу на него посмотреть. Взглянуть ему в его бесстыжие глаза. Какой он интересно сейчас?

- Ты – вылитая его копия. Даже голоса у вас одинаковые.

- Вот это да!

- Живёт он, мальчик мой, в деревне под названием Слобода, которая расположена в девяти километрах от черты города по Рогачёвской трассе.

Сергей задумался. Шофёр коснулся его руки:

- Да не думай ты о нём, забудь, он не стоит того, чтобы ты о нём думал. Ты лучше думай о своей матери, не огорчай её. Она у тебя замечательная женщина, с красивой душой! Причём, красота её души находится в таком изобилии, что постепенно и плавно переходит на её внешность! Ирина – женщина с глазами души, достойный подарок небес! А об отце забудь. Понял?

- Понял.

- Ну, вот и хорошо, давай ещё выпьем, может тебе водочки налить?

- Нет спасибо. Вы говорили, что служили в спецназе, значит, хорошо дерётесь?

- Очень хорошо. Когда-нибудь покажу. Ну, братец, будь здоров! – сказал Валерий Николаевич, поднимая свой стакан.

Собеседники принялись за выпивку и закуску, и именно в это время к их месту подъехала легковая машина, из которой вышли четыре, здоровенных кочка, лет так, около тридцати. Направились прямиком к отдыхающим на этом месте. Коваль, улучив момент, успел Сергею шепнуть на ухо:

- Сиди и не дёргайся, сейчас, я чувствую, мне придётся показать тебе, как я умею драться.

Тем временем один из подошедших спросил:

- Что вы здесь расселись?

- А что, нельзя? – ответил вопросом на вопрос Коваль.

- Нельзя. Это наше место.

- А где это здесь написано?

- Слышишь, ты, убирайся по-хорошему или я…

- Что ты? – спокойно продолжал разговор Коваль.

- По портрету так настучу обоим, что родная мать не узнает.

- А ты попробуй.

Качёк поднял правую ногу, чтобы нанести шофёру удар по голове. Коваль левой рукой поймал его ногу, а правой рванул врага со всей силы за место, расположенное у всех мужиков ниже пояса. Первый враг упал на землю и дико заорал от боли. В это время Валерий Николаевич вскочил на ноги и сильнейшим ударом левой ноги в переносицу, свалил на землю второго врага, который упал без сознания, обливаясь кровью. Два оставшихся решили совместными усилиями разобраться с водителем. Да не тут-то было! Одного Коваль перекинув через своё плечо, опустил на землю, заломал руку и резким, сильнейшим движением сломал её о колено своей ноги. Враг дико заорал от страшной боли. Что касается четвёртого, то с ним расправился, жестоко, сам Сергей. В тот момент, когда громила, схватив парня, попытался его задушить собственными руками. Сергей выхватил из кармана штанов нож и с силой ударил соперника в левый бок. Руки его отпустили шею парня и он, зашатавшись, упал, корчась от боли. Завидев это, Коваль пришёл в ужас, он дрожащими губами произнёс:

- Ты что, с ума сошёл? А, если ты его убил?

- Ну и чёрт с ним, на одного дурака меньше станет. Вы тоже одному из них руку сломали.

- Так, парень, собираем, как можно скорее, все наши манатки и сваливаем отсюда. И как можно быстрее, понял?

- Разумеется, - спокойно отвечал Сергей.

Они на скорую руку сложили все свои принадлежности в сумку и быстро побежали прочь от этого места. Лишь, находясь на достаточно далёком расстоянии от того уже злосчастного места, водитель и молодой человек остановились и, отдышавшись, оба залпом опустошили оставшееся содержимое своих бутылок. Первым начал разговор старший по возрасту:

- Вот что, сынок, об этом никому ни слова, понял? Если вдруг дело дойдёт до милиции, то я всю вину возьму на себя.

- Зачем вам это, виноват-то я?

- Не спорь со мной, я уже много прожил в жизни, а ты только начинаешь, не стоит из-за этого ломать свою жизнь и связываться с криминалом. Тем более, я больше чем уверен, те люди, которых мы с тобой побили – рецидивисты.

- А я уже сегодня связался с криминалом: пытался ограбить ювелирный магазин. Милиционеры видали моё лицо, так что мне этого не избежать и единственное о чём я вас сейчас попрошу, может мы с вами, уже в последний раз видимся, скажите мне фамилию моего отца, пожалуйста.

- Голубев.

- Большое спасибо, - отблагодарил своего старшего товарища Баранов.

- Ну ладно, шагай домой и никому, слышишь, ничего не рассказывай. Может быть, ещё всё обойдётся. Будь здоров, парнишка!

- До свидания, дядя Валера, спасибо вам за всё.

- Маме привет.

- Обязательно.

На следующее утро Ира проснулась со страшной головной болью. Её также очень сильно мучила жажда. Женщина потянулась за стоящим на тумбочке кувшином с водой и стала жадно пить. Головная боль от выпитого вчера была просто невыносимой.

«Неплохо было бы и похмелится, да на работу надо идти. Как мне уже всё это надоело» - в сердцах подумала женщина.

Она встала с кровати, вышла из своей комнаты в коридор. В это время в одно из окон дома кто-то постучал. Женщина открыла дверь, на пороге стояла Валентина, загадочно улыбаясь.

- Привет соседка, ну как самочувствие после вчерашнего застолья?

- Ой, не спрашивай. Заходи. Голова просто раскалывается.

- У меня, то же самое. Неплохо бы и похмелиться. Как ты на это смотришь?

- Ты что, издеваешься, что ли? Мне же на работу надо собираться.

- Жаль, а здорово было бы поправить пошатнувшееся здоровье. Ну ладно, я пошла, - Валя повернулась, чтобы уйти.

- Постой, - окликнула её Ирина, - заходи, давай по сто грамм для профилактики.

- Как скажешь! - ответила радостно Валентина.

Ира принялась накрывать на стол, открыла бутылку самогона и наполнила стаканы. Первая порция выпитого дурмана пошла довольно-таки легко и хорошо. Подруги почувствовали себя намного лучше и с повышенным аппетитом принялись завтракать. Поднялось настроение, завязался разговор. Ирина предложила ещё раз повторить сделанное ранее и, в конечном итоге, женщины не заметили как выпили уже целый литр. О походе на работу никто не вспоминал. Однако Валя невзначай предложила своей подруге.

- Слушай, а зачем тебе пахать, как проклятой, на тарном заводе, ты и на самогоноварении достаточно денег имеешь. Бросай ты этот завод и времени свободного будет больше. Согласись.

- Да, ты права. Завтра же напишу заявление на увольнение по соглашению сторон. Признаться тебе откровенно, это я так горбачусь, пашу, из-за своего отпрыска, который на улице, вне дома, занимается нехорошими делами. Не ценит он моих трудов. Видно, в своего отца пошёл. Раз так, пусть сам позаботиться о своём будущем, а мне и всего этого хватит, что я имею от продажи.

- Кстати, а, где он сейчас?

- Понятия не имею, я к нему в комнату не заглядывала ещё. Может, спит, а может быть, где-то уже осуществляет воровской промысел.

- Так пойдём посмотрим, - предложила соседка.

- Хорошо, только, сперва, выпьем, согласна?

- Да ты и так уже еле-еле на ногах держишься, а если мы ещё добавим, так тебя и домкратом не поднимешь.

- Не остри, давай ещё по стаканчику, - рассердилась Ирина.

- Ну хорошо, хорошо, с тобой спорить всё равно что против ветра кое-что делать.

Ира залпом опустошила свой стакан и, занюхав рукавом халата, шатающейся походкой направилась в комнату сына. Соседка, в этот момент, покинула дом, подумав, что не стоит ей вмешиваться в отношения матери и сыночка, прихватив, при этом, с собой оставшиеся половину бутылки самогона.

Вполне возможно, если бы Валентина этого не сделала, то вероятно, можно было бы избежать катастрофы. А так, случилось то, что случилось. Именно, когда Валя выпила весь самогон и мирно уснула прямо за столом,

Ирина в это время выясняла отношения со своим сыночком, облив, изначально, его спящего, холодной водой из пятилитрового ведра. Сергей от такой неожиданности вскочил с кровати, где он лежал полностью одетым и выкрикнул:

- Ты что, с дуба рухнула?!

- Я тебе сейчас рухну! Ты как с матерью разговариваешь, щенок?

- Иди отсюда, иди, проспись.

Сергей открыл шкаф достал из него одежду, чтобы переодеться в сухое.

Ира в это время, стоя у него за спиной, кричала во весь голос:

- Ты – вор, вредитель общественного благополучия, приносишь вред обществу в целом и, отдельно, каждому человеку. Я – твоя мать, я тебя родила, я тебя и жизни лишу.

- Попробуй.

Ирина, шатаясь, пошла в сарай и, взяв канистру с бензином, направилась обратно в дом. Прихватив с собой в сенях несколько газет со спичками, решительно устремилась в комнату, где находился Сергей.

Равнодушно отвернувшись от матери Сергей, открыв окно, стоял у подоконника и задумчиво смотрел вдаль. Звук чего-то разливающегося и сильный резкий запах бензина заставил парня вернуться из задумчивости в реальный мир и оглянуться. Мать уже выливала в это мгновение из канистры остатки бензина. Швырнув пустую металлическую ёмкость в сторону, женщина достала из кармана спички. Юноша испугался и в истерике закричал:

- Мама, уймись, что ты делаешь? – рыдал парень, крепко прижимаясь к окну.

Ирина зажгла сразу несколько спичек.

Вспыхнуло пламя.

Парень резким движением выпрыгнул из окна и, оказавшись на улице, в шоке от увиденного, бросился бежать, без оглядки назад, в сторону близ расположенного леса.

Огонь бушевал очень долго и жестоко. Перед ним была бессильна даже пожарная дружина, прибывшая на место пожара за считанные минуты после поступившего сигнала.

В огне сгорело всё имущество. В огне погибла и хозяйка, прожив, чуть больше сорока пяти лет.

Где и сколько времени бродил Сергей Баранов, выскочив из окна горящего, родного дома, и убежав в неизвестном направлении, знает только один Бог. Частные дома, зелёные насаждения, дороги, множество автомобилей, наезжавшие на него и чудом несмявшие молодого человека, так как он следовал в неизвестном для него самого направлении, порой прямо по проезжей части. На него ругались нецензурной бранью водители машин, некоторые из них, выйдя из своего автомобиля, даже пытались применить физическую силу. Но, видя в каком состояние юноша находится, при этом, они не решались наказать Баранова. Один из водителей даже высказал своё предположение вслух:

- Да он просто пьян! Но, не исключён и тот факт, что парень принимал наркотики и сейчас не отдаёт никакого отчёта своим действиям.

Однако наш главный герой не слышал этих слов и, непредавая никакого им значения, шагал дальше, следуя в загадочном, неопределённом направлении для самого себя. Шёл, куда смотрели его молодые, красивые глаза. Широкий луг сменился густым лесом и только здесь Сергей остановился. Подойдя к высокой сосне, парень возле ствола дерева опустился на землю и, только сейчас почувствовал во всём теле такую усталость, что, стиснув зубы, еле слышно застонал, толи от физической боли, толи от душевной усталости. Именно такое положение и привело его сознание в реальный мир его окружающий. В памяти всплыли события последних дней: беседа с участковым инспектором милиции по поводу краж джинс с балконов жилых домов, неудачная попытка ограбления ювелирного магазина, задушевная беседа с Валерием Николаевичем, в которой он узнал о существовании своего родного отца и его месте проживания, драка с подонками, в процессе которой Сергей ударил ножом одного из них и, вполне возможно, что и смертельно. Но, самое страшное, перекошенное от злости лицо родной матери, обливающей с канистры бензином половое покрытие комнаты Сергея. Вспыхнувшее огневое пламя и, падающую в огонь пьяную мать.

Баранов горько разрыдался. Он остался один на всём белом свете. Без жилья, без документов, без средств на существования, без родственников. Да, где-то в деревне живёт его отец, но признает ли он Сергея как своего сына?

Однако, даже самым горьким рыданиям когда-то приходит конец. Парень решительно вытер слёзы и произнёс вслух:

- Я в обязательном порядке просто обязан разыскать своего отца. И не только для того, чтобы как-то решить свою, создавшуюся проблему, но и для того, чтобы отомстить за свою маму, с которой, в своё время, он так жестоко и аморально обошёлся. И я всё сделаю возможное и невозможное для этого. Вот только, интересно, где я сейчас нахожусь? И в какую мне сторону дальше идти?

Сергей поднялся с земли, поправил на себе одежду и зашагал далее по лесу в сторону дующего ветра.

Церемония похорон Барановой Ирины Сергеевны проходила более чем скромно. Всего несколько человек шло за гробом, который даже никто не открывал, и понятно, по какой причине. Все расходы по ритуалу взял на себя тарный завод, поскольку женщина проработала на нём не один год. И этот факт был учтён руководством завода. Однако, среди присутствующих на похоронах, только один человек думал о сыне сгоревшей. Этим человеком был Коваль Валерий Николаевич.

Мысли об молодом человеке не давали ему покоя. Где парень? Что с ним? Куда он мог податься? Неужели решил разыскать своего отца? А может быть от пережитого потрясения лишился рассудка и ушёл в направлении известном только одному Господу Богу. Значит нужно что-то предпринимать для его поисков. Вот только что?

Коваль решил для начала посоветоваться со своим давнейшим знакомым – участковым инспектором милиции – Соболем Сергеем Михайловичем.

Мужчины встретились после работы возле тарного завода. Соболь внимательно выслушал Валерия Николаевича, вошёл, таким образом, в курс дела. Коваль, в свою очередь, поинтересовался у участкового:

- Что делать? Как поступить в такой ситуации?

- А что ты собираешься делать? Мне кажется это уже не твоя забота. Это уже работа нашей доблестной милиции, к которой, кстати, органы Министерства Внутренних Дел уже преступили. Объявлен розыск Баранова Сергея Сергеевича, так как этот человек совершил несколько уголовнонаказуемых деяний.

- А именно каких?

- Попытка ограбления ювелирного магазина – раз, оказание физического сопротивления работникам милиции – два, нанесение ножевого ранения человеку в берёзовой роще, недалеко от тарного завода – три. И, помимо этого всего, я больше чем уверен, за парнем кроются немалые воровские делишки. А сколько их? Только одному Баранову известно. Так что не волнуйся, милиция уже разыскивает этого проходимца.

Коваль промолчал. Хотя. Ему было, что рассказать участковому, особенно о случившемся в берёзовой роще. Однако, Валерий Николаевич и словом не обмолвился. В таких случаях обычно говорят: Господь Бог такому человеку и его поступкам судья. А в данной беседе двух мужчин ситуация была ясна и они попрощавшись, отправились каждый по своим делам.

Очень долго Сергей шёл навстречу солнцу, пока вдалеке не начали появляться просвет между гущей высоких сосен, а вслед за ним и близко расположенные друг к другу горы мусора, высота которых достигала от земли около шести метров. Подул прохладный ветер и до юноши стали доноситься довольно-таки резкие, специфические запахи. Баранов выбрался из леса и, поднявшись на одну из мусорных гор, стал осматриваться по сторонам. Это была городская свалка твёрдых бытовых отходов. Со всех сторон полигон обступал сосновый лес. Сам же полигон располагался в ограждении металлического забора, поверх обнесённого колючей, ржавой проволокой. Слева располагался кирпичный домик, рядом с ним деревянный сарай, возле которого стоял бульдозер, а второй, как заметил Баранов, в это время толкал груду мусора в сторону общей кучи. За бульдозером следовало несколько человек, которые ходили за ним с большими целлофановыми мешками и что-то в них собирали, поднимая с земли.

Молодой человек взглянул направо, до леса было около сотни метров, а на лесной поляне, расположенной совсем недалеко, стояло два маленьких домика, больше похожих на землянки. Сергей направился к ним и, уже подойдя совсем близко, стал эти жилища внимательно осматривать. Однако досконально изучить состояние и вид каждого дома не представилось возможности, так как в этот момент прямо к молодому человеку рванулась большая чёрная собака. Оказавшись прямо возле Сергея, пёс начал громко лаять, виляя хвостом. Из дома вышел мужчина неопределённого на вид возраста, весь в чёрном одеянии и окликнул пса:

- Мухтар, фу! Ко мне, нечего пугать человека, проявляя свою негостеприимность.

Пёс завилял хвостом, подбежал к хозяину и положил свои передние лапы ему на грудь. Мужчина, поглаживая пса по голове, обратился к Сергею:

- Что, молодой человек, заблудился, наверняка? Так спроси у меня, я подскажу. Куда тебе надо?

- Да уже никуда. И идти мне некуда.

- А где ты живёшь? – мужчина стал поближе подходить к молодому человеку, внимательно его рассматривая.

- Уже нигде. И дома у меня уже нет, - грустно ответил юноша.

- А куда же он подевался? – простодушно спросил местный абориген.

- Сгорел. И вместе с ним всё остальное сгорело: документы, деньги, одежда. Всё. Абсолютно всё.

- И, что же, в таком случае, ты собираешься делать?

- Пока даже и не знаю, но что-нибудь придумаю.

- Это верно. А пока, молодой человек, милости просим мы тебя с Мухтаром к нам в гости. Заходи в дом, вслед за нами. На первое время у тебя хоть крыша над головой будет. Соглашайся! От души предлагаю. Правильно, Мухтар? – обратился мужчина к собаке.

Пёс в ответ весело залаял.

- Большое спасибо, вам, за вашу доброту, - сказал парень растроганно, входя в дом.

Таким образом, разрешилась на какое-то время одна очень важная проблема Баранова – проблема жилья.

Коваль Валерий Николаевич вёз директора тарного завода на работу. На редкость, руководитель предприятия находился в отличном расположении духа и даже завёл разговор с водителем:

- Жаль мне Баранову, очень хорошая была женщина. И как специалист она тоже хорошей была. Я её не один десяток лет знал и, за всё это время, всегда старался помочь, чем только было в моих силах. Нелёгкую жизнь она прожила. В раннем возрасте лишилась матери, отец её тоже некстати ушёл из жизни, когда она была беременна от этого мерзавца – главного бухгалтера.

Директор тяжело вздохнул, продолжая:

- А какую смерть она приняла? Боже праведный. Могла бы жить и жить ещё много долгих лет. Но такова судьба и ничего с ней не поделаешь. Видно столько было ей отмерено прожить и уйти в мир иной именно таким образом. Да, кстати, а ты знаешь, что такое судьба? – поинтересовался шеф у своего водителя.

- Я даже об этом никогда не задумывался, - простосердечно признался Коваль.

- Валера, судьба – это река, которая течёт для человека в неизвестном для него же самого направлении. Именно поворот этой реки – это поворот изменений в жизни человека. Вот так, господин Коваль!

- Очень интересное определении, я запомню для себя, на будущее. Только я далеко не господин.

- А кто же ты тогда?

- Ну, скажем так, хотя бы товарищ.

- Товарищ, Валерий Николаевич, как мне стало на позапрошлой неделе известно, уже давно вышедшее в наше время из оборота обращение. Что-то ты отстал в этой области от жизни. Прессы что ли не читаешь или телевидения не смотришь?

- А есть ли у меня время этим заниматься, если я ухожу на работу, когда ещё темно, а прихожу с работы, когда уже темно? Времени на просмотр телевизора просто нет. Домой с работы пришёл, помылся, поел и на диван. Подушку под своей головой почувствовал и всё, полный провал в сон, до утра. И вот так изо дня в день.

- Да, это конечно печально, но меня на данный момент волнует совсем другой вопрос. Интересно, где сейчас находится сынишка Барановой по имени Сергей? Ты случайно не знаешь?

Коваль слегка занервничал при упоминании молодого человека, что не ускользнуло от директора:

- Понятия не имею, он куда-то пропал, всё равно как сквозь землю провалился. Я сам постоянно о нём думаю: где он, как он, что с ним?

- И всё-таки, сударь, если что-либо о нём узнаешь, сразу же поставь меня в известность, договорились?

- Извините меня за такой нескромный вопрос: а зачем вам это надо?

- Мне это крайне необходимо для того, чтобы оказать этому молодому человеку помощь, которая только в моих силах. Теперь тебе всё понятно?

- Вполне.

- Я хочу взять его на работу к нам на тарный завод, выделить жилую площадь в общежитии, устроить на заочную форму обучения в техникум лесной промышленности. Пусть Сергей будет иметь свои заработок, кров и кусок хлеба. Ведь помочь ему больше, я так понимаю, некому?

- Ваше решение вполне гуманно. Я – ЗА, двумя руками!

- Вот и прекрасно. Ты понял мою просьбу?

- Да, – коротко ответил водитель.

- Замечательно. Но, не думай, что я сам буду сидеть сложа руки и ничего не делать. Я к этому процессу подключу министерство внутренних дел.

Коваль на это заявление своего шефа счёл правильным промолчать. Уж он то хорошо знал о том, что милиция уже занимается усиленным поиском Баранова. И не сегодня, так завтра он окажется за решёткой. Но, лучше пусть директор сам узнает об этом от милиции, чем от него, от Коваля.

Автомобиль тем временем остановился у дверей конторы тарного завода. Директор вышел из «Волги» и направился в здание.

Сергей вошёл вместе с хозяином в дом и оглянулся. Обстановка здесь наблюдалась не из шикарных, никаких излишеств. Всё только самое крайне необходимое. Посередине дома стояла буржуйка. Среди мебели имелись здесь в наличии две кровати, стоящие у стен, шкаф, два кресла, четыре табуретки, большой стол у окна. Освещения в доме не было, радио тоже отсутствовало. Парень направил свой взгляд на хозяина, который подмигивая, спросил:

- Ну как тебе здесь, земляк? Нравится?

- Спасибо, очень мило.

- Есть хочешь?

- Я бы не отказался. Тем более, что сегодня у меня во рту ещё ничего не было.

- Садись за стол, я как раз картошку сварил, сало и колбасы нажарил, так что, милости прошу. Тебя как звать-то, паренёк?

- Сергей Баранов.

- А лет тебе сколько?

- Восемнадцать.

- Понятно, а меня зовут Иван. Я живу здесь уже около восьми лет и вот это жилище своими собственными руками выстроил. Ешь, ешь, не стесняйся, мало будет, я тебе ещё положу, - сказал Иван парню.

Сергей с таким аппетитом стал жевать положенное ему в тарелку, что пёс при этом даже облизнулся. А юноша удивлённо говорил:

- Я даже и не знал, что люди, живущие на свалке, так хорошо питаются.

- О, ещё бы! Я вот, между прочим, себе ни в чём не отказываю. Захожу в магазин и покупаю всё, что моя душа желает и, при этом, на цену не смотрю.

- Неужели у вас так много денег?

- Денег, мой мальчик, много никогда не бывает, их у меня столько, что я могу себе ни в чём не отказывать. И ты не думай, что на столе у нас еда с помойки. Ничего подобного. Всё свежее и всё из магазина.

- А где же вы деньги зарабатываете?

- Где? А вот здесь, на свалке.

- И каким же это интересно образом?

- Собираю стеклотару, аккумуляторы, цветной металл. Сдаю, взамен получаю денежки. У меня даже в заначке доллары имеются. Несколько раз, бывало, я даже доллары находил.

- Вот это да! В самом деле?

- Естественно, мне абсолютно нет смысла тебя обманывать.

- А каким образом вы сюда попали?

- Это целая история.

- Расскажите, пожалуйста. Мне просто очень интересно.

- Я, в своё время, отсидел в тюрьме за убийство. Освободился, вернулся в родную деревню, пошёл работать в колхоз трактористом, семьи у меня никогда не было, а зарплата в колхозе такая, что лучше об этом и не вспоминать. Однажды собирал в выходной день по лесу грибы, заблудился, вышел прямо на свалку. Стал осматриваться, вижу, люди ковыряются в мусоре и найденное отдельно откладывают. Подошёл, поговорил, вошёл в курс дела и в свободное время сам начал приходить, собирать то, что может приносить доходы. После уволился с работы, поняв, что здесь я буду иметь на много больше, чем работая в колхозе. Продал дом. И вот уже несколько лет здесь живу. И неплохо живу. Жаловаться не приходится. Здесь – полная свобода, ты сам себе хозяин, куда захотел, туда и пошёл, что захотел, то и сделал. Никакого графика, никакой ответственности. Что нашёл, то и твоё, вот так. Да и люди здесь хорошие, с начальником свалки у меня нормальные отношения. Все работают по одной системе – собрал баул пластика спецавтопредприятию, всё, работай на себя. Самое главное ни с кем на рожон не лезть. Вот так, друг мой! Ну, а теперь ты мне расскажи о себе, мы ведь, жить вместе будем и, я должен знать о тебе всё.

- Хорошо, охотно сделаю это. Я рос на окраине города, жил с мамой, отца у меня не было. Мама работала на тарном заводе бухгалтером. Делала всё возможное и невозможное, чтобы я не знал, что такое нужда. Но мне хотелось большего и, поэтому, я занимался чёрными делами - воровал одежду с балконов домов, сдавал на рынок, а деньги тратил на свои нужды. Один раз пытался ограбить ювелирный магазин, но попытка успехом не увенчалась. А последний раз, недавно, на днях, пырнул ножом одного мерзавца так, что и сам не знаю, убил я его или просто ранил. И сейчас за мной милиция гоняется по всем пятам.

- В таком случае, сиди здесь и не рыпайся особенно. По крайней мере, тут у тебя будет и крыша над головой, деньги, еда. Вернешься обратно в город, окажешься на нарах. Я только не могу одного понять: как ты оказался без жилья?

- Очень просто, моя мать занималась самогоноварением. Начала сама выпивать. Будучи пьяной, воспитывала меня за аморальный образ жизни. Затем облила половое покрытие в доме бензином и подожгла. При этом она была настолько пьяна, что упала и сгорела в огне. Вот такие у меня дела. Не зря говорят, что нельзя на чужом несчастье своё счастье строить, очень это плохой поступок – продавать самогон и наживаться на скандалах и слезах тех людей, которые его приобретают для дальнейшего употребления. Господь этого никогда не прощает.

- Да, тебе можно только посочувствовать. Но ты не переживай, такова твоя судьба, от неё никуда не уйдёшь.

- И вот именно сейчас я очень хочу разыскать своего отца.

- А где он проживает?

- В деревне Слобода.

- Да ты что?! Это же совсем рядом, три километра от полигона. я, кстати, тоже с этой деревни. А фамилию отца знаешь?

- Голубев.

- Да! Мир тесен, старик. Юрка Голубев – мой давний знакомый, мы с ним неоднократно выпивали по стакану. Он и сейчас живёт там же, в деревне. Жена его давно уже умерла, а дети разлетелись по всему свету, так что живёт он один, совсем один, если есть желание, можем с тобой завтра к нему сходить. Познакомишься со своим отцом.

- Согласен!

- Ну вот и хорошо, договорились. А сейчас, давай-ка пойдём, поработаем.

Иван указал на угол:

- Бери-ка вон те мешки и грабли, пойдём, поковыряемся, авось, что и ценное найдём? Пошли!

Оба вышли из дома, вслед за ними направился и Мухтар.

Для Сергея постепенно становился привычным смрад гниющего мусора. Что поделать? Человек ко всему постепенно привыкает. И к плохому, и к хорошему. Но, самое главное, что радовало Баранова – он завтра увидит своего родного отца и Иван ему в этом поможет.

Директор тарного завода решил не откладывать дело в долгий ящик и сам занялся поиском сына покойной Барановой. И хотя Коваль обещал ему помочь в этом, однако, директор решил для себя, что он сам лично должен заниматься поисками и они, при этом, вероятнее всего, принесут более эффективный и быстрый результат, чем просто сидеть и ждать новостей от кого-либо. Первым делом он обратился к своему давнему знакомому – участковому инспектору милиции Соболю Сергею Михайловичу.

После взаимного приветствия, узнав о том, как идут повседневные и служебные дела, директор заявил:

- Я пришёл к тебе с очень большой просьбой.

- Но мне кажется это вполне нормальное явление. Тем более, что я просто обязан откликнуться и удовлетворить любую твою просьбу, - живо отозвался участковый.

- На этот раз у меня к тебе очень серьёзная просьба, я пришёл просить тебя о помощи и даже не знаю с чего начать.

- А ты начни с главного, - предложил Соболь.

- Дело в том, что у меня на заводе много лет проработала женщина, которая растила и воспитывала одна своего сынишку. И вот совсем недавно она погибла, а сын её куда-то исчез, я хотел бы его отыскать, чтобы оказать свою моральную и материальную помощь, привлечь к работе у себя на тарном заводе. А как это сделать? Понятия не имею. Может ты, что-нибудь подскажешь или посоветуешь?

- Назови мне его фамилию, имя и отчество.

- Баранов Сергей Сергеевич.

- Минуточку!

Соболь открыл одну из полок стола и, порывшись в ней, достал небольшую фотографию, протянул её директору, спросив:

- Взгляни-ка, уж не этот ли?

Директор завода удивлённо поднял брови, взглянув на фото:

- Да! Он самый! Но как…

- Так вот, уважаемый, этот человек, то есть Баранов Сергей Сергеевич, на данный момент находится в уголовном розыске. Как не печально, но это факт.

- За что?

- За этим парнем имеются грешные дела и немалые.

- Какие именно? Ты мне можешь об этом сказать? Или это какая-нибудь служебная тайна?

- Вовсе нет. Этот парень промышлял воровством джинс с балконов жилых домов, пытался ограбить ювелирный магазин и, в процессе этого, оказал сильное физическое сопротивление сотрудникам милиции, применив газовый баллончик. Кроме того, Баранов нанёс ножевое ранение человеку. пусть он даже и рецидивист, но всё-таки…

Директор стал поглаживать рукой подбородок, затем задал свой очередной вопрос участковому:

- И что теперь ему за это светит?

- Для начала, его нужно отыскать, заключить в следственный изолятор, а там уже суд решит, какой ему срок назначить.

- Ну а по твоим подсчётам, прогнозам?

- Затрудняюсь ответить, но мне кажется, мало ему не покажется.

Директор тяжело вздохнул.

- Жаль, а я так хотел предложить ему свою помощь, хотел, чтобы он в жизни шёл только по хорошей дороге. Но…

- А зачем тебе это? Может быть, Баранов сам этого не хочет. Как видишь, молодой человек пошёл по своему иному пути, название которому – криминал. Вполне возможно, что это гены, которые, как известно, пальцем не раздавишь.

- Жаль, очень жаль, но ничего не попишешь. А может быть, выкупить парня в суде? Да и дело с концом! Как ты на это смотришь?

- Тебе это надо?! Мой тебе совет – не марай ты свои пока ещё чистые руки об это довольно-таки грязное дело. Тебя в городе многие знают. Ты имеешь очень хорошую репутацию, так что не стоит её же портить из-за какого-то там будущего рецидивиста. Я сейчас тебе высказываю вполне логичные суждения. Ты согласен со мной?

- Да, пожалуй ты прав. Ну что ж, в таком случае, я не смею у тебя отнимать более времени. До свидания.

Директор ещё раз взглянул на фото молодого человека и, пожав напоследок руку Соболю, вышел из кабинета.

Да, помочь молодому человеку он не сможет, но, тарный завод за многолетний и добросовестный труд, за свои же средства, приведёт в порядок могилу и установит на ней роскошный памятник Барановой Ирине Сергеевне. Это решено. Окончательно и бесповоротно.

Иван с Сергеем проработали на площадках свалки около пяти часов. За это время ими было найдено и собрано в мешки столько стеклотары и цветного металла, что нести в собственных руках не представлялось никакой физической возможности. Поэтому они, погрузив всё найденное на специальную тачку, направились в сторону своего жилища. По дороге к дому у Ивана все местные обитатели свалки спрашивали: откуда это у него, с каких таких краёв, появился хорошенький и симпатичный парнишка, что он собой представляет, надолго ли он здесь собирается задержаться и, где он будет жить? Еле отмахнулся от них всех Иван.

Но, слух о новом постояльце на полигоне дошёл до его начальника и тот решил взглянуть собственными глазами на молодого человека и заодно познакомиться с ним поближе. Поэтому, ближе к вечеру, начальник отправился к дому Ивана. Его радостным лаем встретил Мухтар, который уже достаточно много времени знал этого человека и считал его своим другом, так как шеф неоднократно угощал собаку своими деликатесами, в виде косточек. Мужчина потрепал пса по шее и именно в это время на улицу из дома вышел его хозяин.

- Ну привет, Иван! Как ты тут жив, здоров? Рассказывай!

- Здравствуйте Александр Владимирович! Спасибо, с божьей помощью. Всё у меня просто замечательно, жаловаться не на что.

- Чем сейчас занимаешься?

- Да вот, собирался перебирать найденное сегодня, а завтра буду осуществлять сбытовую деятельность.

- Ты в доме сейчас один был?

- Нет.

- Говорят, у тебя тут появился сожитель, какой-то молодой человек?

- Да, так оно и есть.

- А можно мне на него взглянуть, познакомиться? Ты не против этого?

- Какой может быть разговор, Владимирович?! Конечно можно!

Начальник вместе с Иваном вошёл в дом и увидел сидящего на табуретке Баранова. Очень долго смотрел на парня, затем заговорил:

- Ну здравствуйте, молодой человек, я начальник полигона – Медведев Александр Владимирович. А как вас величают?

- Баранов Сергей.

- А каким же таким образом вы попали в наши места, откуда вы, где вы раньше проживали, где ваши родители и, в конце концов, что вам здесь, вообще нужно?

Медведев желал получить ответы на все свои заданные вопросы. Но здесь вмешался в разговор Иван:

- Владимирович, я вам сейчас всё расскажу и объясню.

И Ваня поведал начальнику всю историю жизни Баранова.

Медведев слушал очень внимательно, не проронив ни единого звука, не сказав не одного слова. Сокрушённо покачал головой, отметив, какая всё-таки тяжёлая судьба у молодого парня: остался один на всём белом свете без жилья и средств на существование. Но, когда Иван сказал, что парень связан с криминалом и за ним милиция гоняется по всем пятам, насторожился, заявив:

- Я прямо сейчас позвоню местному участковому и сдам тебя со всеми потрохами.

Ивану очень долго и упорно пришлось уговаривать шефа, чтобы он, ни в коем случае не делал этого:

- Вы ведь даже не знаете, кто этот человек?

- И кто же он такой?

- Внебрачный сын Юрки Голубева, который однажды здесь у вас работал. Помните?

- Вот это да! И что же, в этой связи, ты с ним собираешься делать?

- Завтра же отведу его в деревню, познакомлю с отцом. Надеюсь, он его признает, войдёт в положение парня и примет в свой дом.

- И я надеюсь, что так оно и будет. Только проживёт он в отцовском доме недолго.

- А это почему? – подал голос до этого примолкший Баранов.

- Да по кочану! За тобой милиция гоняется повсюду. Не успеешь войти в отцовский дом, как на тебя тут же наручники наденут.

- Это верно, - заметил Иван.

Медведев минуту помолчал, затем подал очень ценную на его взгляд идею:

- Вот что, Баранов, если не хочешь оказаться за решёткой и на нарах, тогда живи здесь на свалке и за её приделы лучше не высовывайся. Делай то, что делает здесь Ваня, живи с того, с чего живёт Иван. Это лучше чем тюрьма. Иногда сюда заглядывает участковый. Если это будет происходить, прячься при этом куда угодно и как только можешь. Понял?

- Понятно. А как я узнаю, что поблизости меня находится милиция?

- У Вани есть мобильный телефон, я ему позвоню.

- Хорошо. Спасибо вам большое.

- Пока рано меня благодарить. Потом, как-нибудь при случае. Ладно, отдыхайте, да и мне уже пора домой. Салют!

Начальник покинул жилище Ивана, направившись в сторону проходной полигона.

Иван, оставшись в доме с Сергеем тет-а-тет, сказал:

- Я же тебе говорил, что это добрейший души человек. Вот ты в этом и сам убедился! Правда? Медведев подкинул довольно-таки неплохую идею в отношении твоего здесь проживания. Согласен ты со мной?

Сергей в ответ лишь весело засмеялся.

Начальник милиции общественной безопасности – подполковник Огнев Олег Владимирович, вызвал в свой кабинет участкового инспектора по фамилии Соболь. После взаимного обмена приветствиями начальник перешёл к делу:

- Я пригласил тебя сюда, Сергей Михайлович, для того, чтобы поручить в твоё ведомство новый участок.

- А чем мне плохо на моём участке? Тем более, что у меня там, в последнее время, идеальный порядок.

- Вот именно по этой причине я и хочу тебя перевести на другой участок для наведения там общественного порядка, который там, на данный момент, к сожалению, отсутствует.

- И что же это за участок, если не секрет?

- Не секрет. Участок на районе, три деревни: Бабино-1, Бабино-2, Слобода. Особенно хромает общественная дисциплина в первых двух деревнях. Этому способствует тот факт, что рядом располагается городская свалка, которая и развратила жителей до невозможного. Многие из них пьют, дебоширят в общественных местах, устраивают местные разборки, а на свалке, порой, скрываются настоящие уголовники. И, кстати, удачно скрываются. Их частенько милиция разыскивает очень долгое время, но всё тщётно, так как эти люди, скрываясь на городской свалке, как правило, меняют там свой человеческий облик до неузнаваемости. Есть там и лица, уклоняющиеся от уплаты алиментов, которых крайне необходимо привлекать к общественным работам и отработкам. Так что всё в твоих руках. Ты согласен с моим решением?

- Не знаю даже, что вам и ответить?, – вопросом на вопрос ответил Соболь.

- Я понимаю, тебе нужен стимул. Насколько мне известно, на данный момент у тебя звание лейтенанта милиции.

- Так точно.

- Так вот, наводишь там полный порядок в течении двух месяцев и, считай, что старшего лейтенанта ты уже получил.

- Предложение выглядит вполне загадочно.

- Учти, я слов на ветер никогда не бросаю. Будешь ты старшим лейтенантом, будешь, только дай мне своё добровольное согласие, не заставляй меня действовать в приказанном порядке.

- Хорошо, я согласен. Может быть, там я найду и как в воду канувшего Баранова Сергея Сергеевича, которого, кстати, разыскивает милиция за грешные дела.

- А за Баранова, этого поддонка и проходимца, я тебе сразу же присваиваю капитана.

- Вот как!

- Я тебе серьёзно говорю.

- Хорошо, я всё понял, со всем согласен. Это всё?

- Да.

- Разрешите идти, товарищ подполковник?

- Разрешаю. Действуй!

Соболь покинул кабинет начальника весьма довольный результатом разговора с подполковником Огневым. Что ж, данное предложение стоило свеч и сулило хорошие барыши. Особенно в отношении Баранова. А вдруг он и в самом деле обитает сейчас на городской свалке, притаился там, затихорился, а Соболь его там отыскал и наручники надел со словами: «Вы арестованы, молодой человек…».

Вот будет анекдот! И при этом по четыре звезды на каждом пагоне у Соболя! Звание капитана!

Уже, шагая по улице, от таких мыслей Сергей Михайлович широко улыбнулся, а на душе стало как-то очень хорошо и тепло.

Сергей на утро проснулся от того, что до него доносился вкусный запах жареной картошки. Едва открылись глаза, как ротовая полость тут же наполнилась слюной, разыгрался зверский аппетит, сразу очень захотелось есть. Только молодой человек спустил ноги с кровати, как в дом со скворчащей сковородкой в руках вошёл Иван, взглянув на своего сожителя, заметил:

- Ага! Проснулся уже? Хорошо! Айда за стол, завтракать будем, а потом на работу. После обеда я на пару часов отлучусь в соседнюю деревню, сбуду то, что мы вчера с тобой насобирали, ну и заодно куплю всё то, что нам крайне необходимо по состоянию на сегодняшний день в магазине. Сигареты, водка – это самое главное, их приобрести я не забуду ни в коем образе! Что тебе купить? Что тебе нужно? – поинтересовался мужчина у Баранова.

- Да я даже и не знаю. Покупайте тоже, что и себе.

- А ты куришь или выпиваешь?

- Делаю, а если быть ещё точнее, то люблю делать и то, и другое.

- Молодец, я это только приветствую! Потому что жить здесь без выпивки и курения, просто невозможно.

Сергей не стал вдаваться в подробности, почему именно так происходит, а не иначе, только, как бы невзначай, поинтересовался:

- А в какую деревню вы собираетесь направиться за покупками?

- В Слободу.

У Сергея перехватило дыхание, сердце забилось сильнее прежнего, обычного своего ритма. Спустя минутную молчаливую паузу, он проговорил:

- Возьмите меня с собой, пожалуйста.

- Ты что, забыл, какой совет тебе вчера давал начальник полигона?

- Ну я вас очень прошу.

- Сергей, для тебя это очень опасно и не настаивай.

- Дядя Ваня…

- Да ты сам представь такую картину: шагаем мы с тобой, значит, по деревне, а в это время на своей же машине следует участковый. Что дальше?

- Что? Да ничего особенного! Я от него убегу, да и дело с концом.

- Не глупи, парень, ойкнуть не успеешь, как на тебя наручники наденут. Да и у меня из-за тебя могут быть неприятности, а мне этого не особенно хочется.

- Я должен увидеть своего отца, чего бы мне этого не стоило.

Баранов был до такой степени настойчив, что Иван спустя некоторое время сдался:

- Хорошо паренёк. Только мы с тобой поступим следующим образом: по лесу будем идти рядом друг с другом, а выйдя на трассу, я пойду немного вперёд, а ты будешь следовать за мной. Понял?

- Конечно понял, абсолютно всё.

- Вот и молодец. А сейчас, пошли на работку, - сказал Иван Баранову, выходя из дому и направляясь вместе с ним в сторону разгрузочных площадок для поиска чего-либо полезного, с финансовой точки зрения.

Медведев Александр Владимирович, удобно расположившись за столом в своём рабочем кабинете, составлял табель учёта рабочего времени своих же подчинённых за прошлый месяц. В дверь постучали, нарушив стоявшую до этого момента тишину, что заставило Медведева даже вздрогнуть.

«Интересно, кого это уже там принесло ко мне с утра пораньше?» - в сердцах про себя бросил начальник полигона:

- Войдите. Какого чёрта, интересно мне знать, там принесло?

Дверь распахнулась, и на пороге появился человек в милицейской форме. Улыбаясь, лейтенант отметил:

- Хорошо ругаться умеете, очень хорошо! Здравствуйте!

- Доброе утро, - без всякой радости ответил Медведев.

- Ну что ж, давайте знакомиться что ли? Соболь Сергей Михайлович, я ваш новый участковый инспектор с сегодняшнего дня.

- Очень приятно. Медведев Александр Владимирович – начальник полигона. Чем могу быть полезен я вам?

- Вы давно здесь работаете?

- Да вот уже без малого тринадцать лет.

- Отлично!

- Ничего отличного я здесь не вижу. Если вы думаете, что это место очень почётное, то вы очень сильно ошибаетесь. Меня здесь терроризируют все кому ни лень. Пожарная служба, экология, санитарная станция, руководство предприятия, да и вы – милиция, тоже вниманием не обделяете. И каждому из вас нужно только одно…

- И что же это интересно?

- Что? Дизельное топливо. А где я вам его наберусь всем, если в последнее время руководство спецавтопредприятия урезало дневную норму для работы бульдозера? Рожу, что ли? Нам самим не хватает на полную расчистку разгрузочных площадок от твёрдых бытовых отходов и буксировку мусоровозов, а тут вы ещё вымогаете. Будь я помоложе чем сейчас на самом деле, убежал бы отсюда давно. А так, приходится терпеть, ведь мне чуть больше года осталось до пенсии доработать.

- Ну, начнём с того, что у меня автомобиль работает на бензине, так что, ваше дизельное топливо мне абсолютно ни к чему. У меня к вам будет несколько вопросов. Вот и всё, что мне требуется.

- Хорошо, - смягчился Медведев, - задавайте свои вопросы, чем смогу, тем помогу.

- Скажите, у вас здесь, в подчинении, сколько человек работает?

- Всего двенадцать.

- А на свалку, сколько человек ежедневно приходит, чтобы, так сказать, поковыряться в мусоре?

- От пятнадцати до тридцати человек.

- И все они лица без определённого места жительства?

- Нет, только шесть человек живут в лесу возле свалки, а остальные – жители ближайших деревень.

- Вы каждого из них знаете в лицо?

- Да, у меня с ними со всеми очень хорошие отношения, они все меня уважают. Я в курсе всех дел каждого пришедшего на полигон.

- Как они себя ведут?

- Хорошо.

- А те люди, которые здесь проживают, они живут под открытым небом что ли?

- Нет, в лесу, возле свалки имеется два домика, больше похожие на землянки, конечно.

- Прекрасно!

Участковый достал из своего портфеля фотографию, положил её на стол перед начальником свалки и задал свой очередной вопрос:

- Скажите, пожалуйста, а знаком ли вам этот паренёк? Посмотрите внимательно на фотографию, пожалуйста.

Медведев взял фото в руки и, едва завидев на ней нового сожителя Ивана, выронил её от неожиданности из рук. Затем достал из пачки сигарету и закурил. Участковый терпеливо ждал ответа, повторив свой тот же самый вопрос:

- Так знаком вам этот молодой человек, вы его здесь встречали?

- Нет, - решительно и коротко ответил Медведев.

Однако Соболь заметил его волнение и, ухватившись за это, добавил:

- Послушайте, давайте вы не будете сейчас маневрировать, регрессировать, вы же взрослый человек, а просто скажите мне правду.

Медведев молчал и думал, вспоминая вчерашний разговор с Барановым и Иваном. Что делать, как поступить в такой ситуации?

Участковый с выжидательным выражением лица смотрел на начальника полигона, затем сам спросил:

- Так что, вы видели его здесь?

Медведев отступил:

- Вы только не говорите, что это я вам об этом рассказал.

- Это само собой, анонимность гарантирована, значит, вы его знаете.

- Да.

- И как давно вы с ним пересекались? При каких обстоятельствах?

- Люди, которые приходят на свалку стали мне рассказывать, что у местного обитателя по имени Иван появился сожитель, какой-то молодой человек. Вот я и решил с ним познакомиться, побеседовал, узнал всю его жизнь, парень на меня произвёл довольно-таки неплохое впечатление.

- Вот как. А знаете ли вы, что за парнем водятся криминальные делишки?

- Да, я в курсе. Иван мне рассказывал.

Немного помолчав, Соболь попросил:

- Вы меня сейчас проведите к месту обитания Баранова. Хорошо?

- Я сам не могу вас туда сопровождать, так как потом на меня все подумают, что именно я его заложил милиции, но вам расскажу как туда пройти. Сложного ничего здесь нет.

- Я очень рад этому.

И Медведев стал подробно объяснять милиционеру, как пройти к жилищу Ивана.

- И ещё, чуть ли не забыл, товарищ лейтенант, будет лучше, если вы наденете мою куртку.

- А это зачем? – удивился участковый.

- Баранов вас в милицейской форме увидит издалека и убежит в неизвестном направлении, а вы останетесь с пустыми руками.

- Это верно вы подметили, я с вами согласен.

Так Соболь и поступил, как советовал ему начальник полигона. Однако, задержать Баранова не удалось. Дом был пуст. Его хозяин и Сергей были в это время в Слободе, изменив свой дневной график, они решили, сперва, сходить в деревню, а затем уже поработать на свалке.

Соболь внимательно осмотрел жилище и ни с чем вернулся обратно. Поблагодарил от всей души Александра Владимировича за предоставленную информацию. А дальше ему ничего не оставалось делать, как сесть в свою же машину и удалиться. Но самое главное, чем успокаивал себя участковый и был этому бесконечно рад – это тот факт, что он, благодаря начальнику полигона уже хорошо знает, где можно поймать за руку Баранова и отправить его после этого в следственный изолятор.

Огнев Олег Владимирович, куря сигарету, расхаживал по своему кабинету, о чём-то загадочно размышляя и, бормоча себе что-то поднос. Из задумчивости его вывел стук в дверь, на который он тут же откликнулся:

- Да-да, войдите!

- Разрешите, товарищ подполковник?

- Заходи лейтенант. Что тебя ко мне привело? Докладывай.

Огнев сел за стол и указал Соболю рукой на стул, предлагая тем самым тому присесть.

- Я выполнил вашу основную доведённую до меня задачу, - перешёл сразу к делу Соболь.

- Говори конкретно, - посоветовал подполковник.

- Хорошо, скажу коротко и чётко. Я нашёл Баранова.

- Ты шутишь?

- Никак нет товарищ подполковник. Это же не игра, а служба – серьёзное и ответственное дело.

- Молодец, лейтенант, чётко сработал, пять балов! Я надеюсь, ты его отправил в следственный изолятор?

- Нет, - немного сконфузившись ответил Соболь.

- Что значит, нет? Я что-то ничего не понимаю. В чём дело, лейтенант?

- Я его не видел, я только узнал, где он на данный момент обитает.

- Слушай, ты что, меня за дурака принимаешь? Говори яснее, что у тебя сегодня произошло? – подполковник перешёл на крик.

- Да вы не сердитесь и не кричите, всё в полном порядке, я вам сейчас всё по порядку объясню.

- Докладывай, только всё по существу.

- Есть, товарищ подполковник! Я сегодня поехал с самого утра на городскую свалку, побеседовал там с начальником, показал ему фотографию Баранова…

- Что дальше? – нервно перебил Соболя подполковник.

- Начальник свалки мне рассказал, что этого молодого человека он видел буквально вчера, познакомился с ним. Молодой человек произвёл в процессе беседы на него очень хорошее впечатление…

- Меня это не интересует, какое там на кого впечатление произвёл этот мерзавец. Где он? – рявкнул Огнев.

- Начальник мне рассказал, что Баранов проживает с одним лицом без определённого места жительства в домике, расположенном в лесу возле свалки.

- Бред какой-то, - небрежно бросил подполковник.

- Я сам лично проследовал к тому месту и собственными глазами увидел теперешнее жилище Баранова, напоминающее, конечно, больше землянку, чем дом. Однако, Баранова там не оказалось.

- Да! Хорошую ты мне сейчас басню рассказал. Я вот только одного не могу понять: ты что, во мне видишь человека с задержкой психического развития?

- Никак нет, товарищ подполковник.

- А чем вот ты мне можешь доказать тот факт, что Баранов живёт именно там?

- Поедемте прямо сейчас вместе со мной и вы в этом сами же убедитесь. Заодно его и арестуем там же, прямо на месте. Только при этом нам надо быть в гражданской одежде.

- Это ещё зачем? – недовольным тоном спросил Олег Владимирович.

- В милицейской форме Баранов увидит нас за версту и убежит в неизвестном направлении…

- Если он там, вообще, есть, - вновь перебил лейтенанта Огнев.

- Он там товарищ подполковник, - уверенно сказал Соболь.

Какое-то время начальник милиции общественной безопасности сидел в глубокой задумчивости, но потом, наконец-то, подал голос:

- Ладно, лейтенант, поехали, но учти, если его там не окажется, погоны с плеч посрываю там же, на месте. Так что, подумай хорошенько, может тебе, всё-таки не стоит рисковать? А?

- Я полностью уверен в том, что я делаю и отдаю своим поступкам отчёт.

- Смотри сам, - сказал подполковник, поднимаясь с кресла.

Вскоре они уже оба садились в машину Соболя, чтобы поехать на полигон. На лице у Огнева было отчётливо написано, что он крайне недоволен этой процедурой, которую затеял Соболь Сергей Михайлович.

Юрий Алексеевич Голубев жил в центре деревни Слобода всю свою уже далеко не короткую пятидесятитрёхлетнюю жизнь. Именно здесь прошло его счастливое детство. Он всегда был окружён материнской любовью и заботой даже, несмотря на то, что родного своего отца в жизни видел очень редко и при коротких, ничем непамятных встречах, очень длительное время не мог вспомнить.

Отец Юрия прожил шестьдесят лет, тридцать три из которых провёл в местах лишения свободы, то есть был рецидивистом высшего разряда. Он при жизни не принимал никакого участия в воспитании сына, так как имел девять судимостей и, в основном, за кражу, а умер, как это часто бывает у заключённых от туберкулёза.

Воспитывала же Юрку его родная мама, и она имела все основания, чтобы гордиться своим сыном, так как её сынуля всегда был послушным мальчиком. Такое тоже бывает! Он всегда, везде и во всём помогал своей матери, прилежно учился, увлекался математикой. Его маме никогда ни один человек не сказал плохого слова в адрес сына.

Юрий закончил успешно среднюю школу, получил диплом с отличием в институте народного хозяйства. Работал около пяти лет в родном колхозе, затем его пригласили в город на тарный завод, где он после трёх лет работы стал занимать должность главного бухгалтера. К тому времени у него уже была своя семья – жена, две дочки, в которых он души не чаял. Но! Нет на всём белом свете ни одного мужчины без греха и Голубев исключением не оказался.

Работая на тарном заводе, на должности главного бухгалтера, завёл интрижку с одной из своих подчинённых, которая, в конечном итоге, от него же и забеременела. После таких событий Юрию Алексеевичу пришлось оставить тарный завод. Работал на городской свалке бригадиром по сбору вторичного сырья до тех пор, пока не предложили в родном колхозе занять должность заведующего фермой. И вот уже более пятнадцати лет он там работает.

Вспоминал ли он за этот вполне не малый период времени о той женщине, которую когда-то обесчестил? Думал ли о том, что у него родился сынишка и его растит одна любящая мать? В каких условиях растёт его ребёнок? И кем, в конечном итоге он стал? Скорее всего – нет. Иначе, предпринимал бы по этому поводу какие-либо меры.

А так жизнь, на сегодняшний день, шла своим чередом. Дети выросли, получив образование, разъехались по разным уголкам страны. У Юрия Алексеевича были все основания, чтобы гордиться своими дочками. Одна из них жила в Минске, имея свою семью, детей, работала юристом. Вторая же, будучи незамужней, проживала в Москве, работая начальником отдела сбыта на одном из заводов российской столицы.

Жена – земля ей пухом, царство ей небесное.

Сам же Юрий держал себя в руках, ведя вполне приличный образ жизни. Работал, а дома у него было приличное хозяйство: конь, две коровы, шесть свиней, тридцать три курицы, пятьдесят гусей, восемнадцать индоуток, собака и кошка. В конце двадцатых, начале тридцатых годов двадцатого века за наличие такого хозяйства, Голубева точно б раскулачили. Но в наше время ему это несколько не угрожало и, он успешно занимался своим хозяйство, не робея, но иногда, все-таки, мечтая о хорошем помощнике. Однако это было, что-то такое, из области фантастики. Правда, несколько раз ему вызывались помогать местные, деревенские алкоголики, но от их помощи больше было вреда, чем пользы. И он, в скором времени, от услуг данного контингента отказался.

Жил Голубев во все времена, и при любой экономической обстановке в стране на широкую ногу. У него на счету в банке, также как и дома в тайнике имелись немалые суммы денег в долларовом эквиваленте. Своим детям, внукам, при их же просьбах, помочь, он никогда не отказывал, как свойственно хорошему папочке и дедушке.

В этот день Юрий был выходной и занимался во дворе своими хозяйственными делами. Солнце светило высоко и тепло, дул лёгкий ветерок, приятно пахло сеном, домашние животные каждый по-своему издавали свои, подаренные им сомой матушкой-природой, звуки.

В калитку кто-то громко застучал, собака, сидящая возле будки на цепи, залилась громким лаем, услышав этот стук. Хозяин подал голос, направляясь открывать калитку:

- Тише Рекс, тише, не шуми!

Открыв калитку, Юрий Алексеевич очень обрадовался, увидев своего давнего знакомого – Ивана. С ним рядом также стоял какой-то молодой человек, которого Голубев видел впервые:

- Привет Ваня! Давненько я тебя не видел. Заходи, гостем будешь. Вы тоже, молодой человек, проходите пожалуйста.

- Здорово, Юрка, как твои дела? – поинтересовался Иван заходя во двор.

Едва гости оказались на территории частной собственности, как пёс начал на них лаять своим барским голосом.

- Нельзя, Рекс, в будку и веди себя прилично у нас гости, - произнёс хозяин.

Пёс перестал лаять, но улёгся на земле возле будки, смотря на пришедших людей и изредка виляя хвостом.

Баранов с любопытством рассматривал, бесспорно, красивую собаку, кавказскую овчарку, больше похожую и напоминающую здоровенного льва, а не пса.

А хозяин, тем временем, вёл беседу со своим давнишнем знакомым:

- Ну, расскажи мне, как ты живёшь?

- Спасибо Юра, жаловаться не на что.

- Всё там же обитаешь?

- Да, а где же ещё?

- И не надоел тебе такой образ жизни?

- Нет.

- А может всё-таки вернуться к нормальному существованию? Работать в колхозе или ещё где-либо?

- А зачем? Там везде чёткий и установленный график, а я сам себе хозяин – птица вольного полёта. Да и документов у меня нет.

- Ну это не проблема, - возразил Голубев.

- Я знаю, только это мне ненужно.

- Ты хоть о своей старости думаешь? Что тебя ждёт, когда ты достигнешь пенсионного возраста?

- Я до тех времён не доживу. Умру намного раньше.

- Хорошо бы, ну, а если смерть всё-таки тебя не заберёт, что тогда?

- Примет, куда она денется?

- Ладно, поступай как знаешь. Ты в своей жизни сам себе хозяин и свои мозги я тебе, в твою голову, не вставлю.

- Это верно.

- Одно только могу сказать: если тебе когда-нибудь будет совсем невмоготу, обращайся ко мне, я тебе помогу. Вот на данный момент можешь ко мне каждый день приходить на подработку, помогать мне по хозяйству. Я, конечно, понимаю, очень большой объём работы. Но, каждый день я тебе буду платить десять долларов и два раза в день кормить. Так что, на мой взгляд, это вполне нормальные условия. Как ты думаешь?

- Согласен. Я подумаю над твоим предложением.

- Думай. Это намного лучше, чем ковыряться в мусоре.

Во время их разговора Сергей не сводил глаз с Голубева, стараясь не пропустить ни одного его слова, ни одного его жеста. Жадно вглядывался в его ещё пока молодое лицо, пытаясь отыскать в нём схожие с собой черты. Прислушивался к его голосу, который звучал спокойно и ровно.

Юрий Алексеевич, закончив свой разговор с Иваном, сосредоточил своё же внимание на молодом человеке.

- Так расскажи мне, Ваня, кто этот симпатичный паренёк?

- А ты внимательно посмотри на его лицо, оно тебе никого не напоминает?

Голубев сосредоточенно стал всматриваться в черты лица Баранова, которые ему абсолютно ничего не подсказывали, он задал свой простой и короткий вопрос:

- Как тебя зовут-то хоть, парнишка?

- Сергей.

А сам ты откуда, с каких мест?

Баранов промолчал, а вместо него голос подал Иван:

- Неужели его лицо тебе никого не напоминает?

- Абсолютно никого, - равнодушно ответил Голубев.

- Значит, ты очень редко на себя самого смотришь в зеркало.

- Это почему?

- Если б частенько на себя в зеркало смотрел, то заметил бы, что этот молодой человек – вылетая копия тебя

- Что ты говоришь?!

- А если быть ещё точнее, Баранов Сергей – твой внебрачный сын, - сказав это, Ваня облегчённо переведя дух.

Для Голубева эта новость была как гром среди ясного неба. Немного придя в себя, он сказал:

- Забавно, а с чего бы вдруг ты решил, что именно он мой сын?

- Когда ты работал на тарном заводе, крутил там любовный роман с одной из своих подчинённых. И вот она от тебя забеременела и родила этого молодого человека. Сергей, назови свою фамилию, - попросил Иван.

- Баранов Сергей Сергеевич, - отозвался парень.

- То есть ты сын Ирины Сергеевны Барановой? – поинтересовался Юрий Алексеевич.

- Да, это моя мама.

- Ты знаешь, Ваня, похоже ты прав, всё сходится, - подвёл свой итог Голубев, - и как сейчас поживает Ирина, где работает?

- Её уже нет в живых, - спокойно сказал Баранов.

- А что случилось? – насторожился Юрий.

И Сергей стал спокойно и не спеша рассказывать:

- Когда вы решили не связывать свою судьбу с моей мамой, она очень переживала. Об этом мне неоднократно рассказывали соседи. В своей жизни она замуж так и не вышла, у неё даже не было никаких связей с мужчинами. Работала всё время на тарном заводе, гнала и продавала самогон для того, чтобы я рос в достатке и ни в чём нужды не знал. Потом, толи от отчаяния, либо по какой-то другой причине стала выпивать, бросила сама работу. В один прекрасный день, недавно, хотела меня спалить, облила мою комнату бензином и подожгла. Я выпрыгнул в окно и убежал, а она, настолько была пьяна, что там же в комнате упала на пол и сгорела в огне. В сорок пять лет ушла из жизни.

- Какой ужас, - промолвил Голубев, - то есть, я так понимаю, ты остался без жилья, может я чем-то могу помочь?

- Мне от вас абсолютно ничего не надо, - чистосердечно признался Сергей.

- Не кипятись парень, я же тебе помощь от чистого сердца предлагаю, тем более, что я твой отец.

- Вы меня за все эти годы даже и не пытались вспоминать, отыскать, всё равно как меня и не существует, так пусть и дальше также всё останется. Всё. Точка.

- Но зачем, в таком случае, ты ко мне пришёл?

- Пришёл за тем, чтобы посмотреть вам в ваши же бесстыжие глаза, уверенно заявив о том, что вы самое слабое звено. Прощайте.

Баранов направился к воротам и моментально скрылся за ними, Иван быстро поднялся со своего места:

- Я, пожалуй, тоже пойду. Будь здоров, Юрка, до скорой встречи

Юрий Алексеевич остался один, сидеть на скамейке в глубокой задумчивости. Встреча отца с внебрачным сыном состоялась, только вот оказалась она на самом деле не из приятных для обоих. В одном был уверен отец, что эта встреча точно не последняя и, если его Сергей когда-нибудь попросит о помощи, то он обязательно ему во всём поможет, а иначе и быть недолжно.

Огнев и Соболь подъехали к воротам городской свалки. Подполковник милиции молча вышел из машины и огляделся. Подул ветер и до милиционеров долетел специфический запах гниющего мусора. Из своего кабинета на встречу подполковнику и лейтенанту вышел начальник полигона, чтобы поприветствовать приехавших на свалку:

- Здравствуйте, товарищи милиционеры, чем могу быть вам полезен?

Первым отозвался на приветствие Соболь:

- Здравствуйте, Александр Владимирович! Как вы поживаете?

- Спасибо, хорошо. Опять приехали? Ещё что-то у меня хотели спросить?

- Ну, скажем так, не спросить, а попросить об одном одолжении. Вы не могли бы нам на какое-то время одолжить какую-нибудь спецодежду, например, две куртки или два пиджака?

- Конечно, какой может быть разговор?! Идёмте со мной.

Медведев завёл милиционеров в бытовое помещение и указал жестом правой руки в сторону висевшей на вешалках спецодежды:

- Пожалуйста, выбирайте всё, что ваша душа пожелает.

Огнев и Соболь быстро на себя одели первые попавшиеся им под руки куртки с надписями на спине «БУДК САП» и, оставив фуражки в кабинете Медведева, направились к жилищу Ивана.

Оставшись в кабинете один, Александр Владимирович стал набирать номер телефона Ивана. Но его постигла неудача – телефон Вани был отключён.

Медведев произнёс вслух:

- Извини меня, Сергей Сергеевич, я не смог тебя уберечь от милиции. Придётся тебе отвечать за свои совершённые аморальные поступки.

В это время лейтенант со своим начальником уже подходили к дому Ивана, но, их здесь ожидала полная неудача: в доме никого не было. Увидев такую картину, Огнев залился громким смехом:

- Ну, так что, лейтенант, с тебя сейчас погоны сорвать или по прибытию в город? – говорил он смеясь.

- Товарищ подполковник, я предлагаю подождать хозяев этого жилища.

- И сколько же мы будем их ожидать? Час, два часа, сутки? Сколько?

- Я, больше чем уверен, Баранов скоро должен здесь появиться.

- Слушай, Соболь, ты зачем меня сюда привёз? Хотел мне показать помойку во всей её красе или свой тупой юмор продемонстрировать, который, заметь, здесь абсолютно неуместен?

- Если б я не был уверен в том, что Баранов обитает именно в этом месте, я бы сюда вас никогда не привёз. Давайте подождём, - ещё раз настойчиво попросил Сергей Михайлович.

Огнев, скорчив гримасу, тяжело вздохнул, но всё-таки дал добро на ожидание. Видно, непросто так лейтенант настаивает на нём.

Ждать пришлось недолго. Едва подполковник достал сигарету и с наслаждением закурил, как совсем близко послышались шаги и приближающиеся к ним голоса. Соболь оживился:

- Вон он! Баранов, за которого вы мне обещали капитана.

- Так! А чего мы здесь стоим? Давай пока спрячемся в кустах, предоставим им возможность зайти в дом и там Барановавозьмём, тёпленьким. Согласен?

Лейтенант одобрительно кивнул головой. Они спрятались в густорастущем кустарнике и затаились, выжидая удобный момент, чтобы пробраться к дому. Соболь достал из кобуры пистолет и снял его с предохранителя.

Иван с Барановым подошли к дому, мужчина открыл двери, заметив при этом:

- Заждался видно нас Мухтар, небось по нужде уже давно захотел, пускай бежит, погуляет.

И в самом деле, пёс пулей выскочил из дому и быстро побежал в сторону разгрузочных площадок.

- А мы с тобой сегодня уже на работу не пойдём, будем пьянствовать до потери пульса, как говорят медики, - продолжал говорить Иван.

Он выложил из сумки всё содержимое, которое было приобретено по дороге домой в магазине, налил водки в стаканы, но выпить молодой человек с Иваном не успели, входная дверь отварилась. В дом быстрым шагом вошёл человек с пистолетом в руке и громким своим голосом дал команду:

- Руки вверх, оба! Сопротивление бесполезно.

- Да мы и не собираемся сопротивляться, начальник! – живо отозвался Иван, поднимая руки вверх.

- Вот и прекрасно. Собирайся, умник, - обратился Соболь к молодому человеку, - на курорт поедешь отдыхать. А курорт твой, называется тюрьма.

- Да мне нечего брать с собой, я весь здесь, - сказал Баранов.

- Вот и замечательно, сейчас мы на тебя наручники оденем и поедем на машинке с ветерком.

Стоящий в это время на улице, возле дома, подполковник вызвал милицейский УАЗик. Соболь кивнул на прощание Вани, выходя из дома вместе с арестованным:

- Всё, папаша, будь здоров и не поминай лихом, живи и дальше в своё удовольствие.

Иван долгим взглядом провожал уходящих и про себя подумал: «Хорошо, что Мухтара в это время тут рядом нет. Он милиционеров терпеть не может, на них набросился б и получил бы пулю в голову. И что б я потом без него делал, как бы жил? А что касается Сергея, так ясно одно – за что боролся, на то и напоролся. Туго ему продёться на зоне, факт»

Мужчина вошёл в дом, залпом опрокинул оба стакана с водкой и с аппетитом стал закусывать салом со свежим чёрным хлебом, который был ещё тёплым после недавней выпечки и во рту словно таял.

В это время возле проходной полигона милиционеры усаживали в машину Баранова. УАЗ тронулся, оставшиеся Огнев и Соболь вернули обратно Медведеву взятые вещи и собрались тоже возвращаться в город. Подходя к машине, подполковник попросил Соболя:

- Погоди, давай спокойно постоим и покурим.

Оба закурили, Огнев, сощурив левый глаз и улыбнувшись, отметил:

- Молодец, товарищ капитан, чётко сработал, поздравляю!

- Никак нет, товарищ подполковник, я – лейтенант.

- Договор дороже денег, Сергей Михайлович, я своих слов никогда на ветер не бросаю. С этого момента ты – капитан, поздравляю!

- Спасибо, - широко улыбнулся Соболь.

- На здоровье! Носи и не стаптывай! Поехали.

Стражи порядка сели в автомобиль. «Волга» тронулась, удаляясь всё дальше и дальше от городской свалки. Своей цели Сергей Михайлович достиг. Баранов за свои тёмные делишки, в скором будущем, получит по заслугам.

Следователь Ковнер Наталья Романовна в прошлом году окончила академию министерства внутренних дел. За год службы в милиции уже имела неплохие успехи, заслуги и пользовалась хорошей репутацией у своего начальства. Именно ей и было поручено вести уголовное дело Баранова. Наталья Романовна вызвала арестованного в свой кабинет и начала вести допрос:

- Фамилия, имя, отчество?

- Баранов Сергей Сергеевич.

- Дата рождения?

- Первого марта 1982 года.

- Место проживания?

- Без определённого места жительства.

- Место учёбы или работы?

- Не работаю и не учусь.

- Судимости уже имеются?

- Пока нет.

Следователь какое-то время молча что-то записывала, затем продолжала задавать вопросы:

- Ну, так расскажите мне, уважаемый Сергей Сергеевич, как вы докатились до такой жизни? Ведь ещё совсем молодой, а уже на данный момент у вас нет ни жилья, ни работы, плюс ко всему вы связались с криминалом. Воровали джинсы с балконов жилых домов. Лейтенант Соболь по этому поводу проводил с вами разъяснительную беседу, пытался направить вас на истинный и правильный путь, по-хорошему. Однако на вас это положительно не подействовало. Наоборот, вы после этого пытались ограбить ювелирный магазин. Здесь вам сопутствовала неудача. Прибывшие сотрудники общественного правопорядка, не позволили вашей желаемой цели осуществиться. И тогда вы, убегая, одного сотрудника ударили ногой в живот, а второму брызнули газовым баллоном прямо в лицо. Такие действия, совершённые вами, квалифицируются как оказание сопротивления сотрудникам милиции при попытке совершения ограбления с применением элементов разбойного нападения. Но, и на этом вы не остановились, в придачу, ещё умудрились нанести ножевое ранение в область брюшной полости одному из лиц, недавно освободившегося из мест лишения свободы. Так что, Баранов, давай напрямоту, всё как было, рассказывай всё как есть и по порядку.

И Сергей не спеша начал свой рассказ, иногда делая паузы и, предаваясь своим определённым воспоминаниям:

- Меня растила одна мама, отец с нами не жил и, даже знать ничего не хотел о моём существовании. Я родился вне брака и ношу фамилию своей матери. Моя мать работала на тарном заводе бухгалтерам и, всегда мечтала и хотела, чтобы я жил в достатке, ни в чём не знал никакой нужды. Именно по этой причине, а также из-за нехватки в семейном бюджете денежных средств, мама стала заниматься противозаконной деятельностью – самогоноварением. Деньги потекли к нам в дом рекой, но мне и этого оказалось мало, захотелось ещё большего. Именно поэтому я стал воровать джинсы с балконов, которые затем сдавал оптовикам на рынке, получал от них за это деньги. Полученные деньги тратил на спиртное, сигареты, игровые автоматы.

Ковнер с интересом смотрела и слушала Баранова, до чего же он красиво и грамотно излагался, прямо заслушаться можно.

А Сергей тем временем продолжал:

- Затем, как, вы, верно отметили, участковый инспектор провёл со мной воспитательную беседу. Я, в присутствии своей матери, пообещал ему вести себя как полагается законопослушному гражданину, но, увы, не смог. Привычка воровства меня словно засосала. И тогда я решил завладеть дневной выручкой от продажи ювелирного магазина. Подробности этой процедуры вы уже сами знаете.

- Хорошо, это всё понятно. Но я не могу понять одного: каким же это таким образом и при каких обстоятельствах тебе ещё понадобилось наносить ножовое ранение рецидивисту?

Молодой человек решил не ставить следователя перед тем фактом, что с ним тогда рядом находился Коваль, не вдаваться в подробности групповой драки. Пускай Валерий Николаевич живёт спокойной жизнью, Баранов всю вину возьмёт на себя. И, не моргнув глазом, он заявил следующее:

- Я тогда один отдыхал в берёзовой роще, недалеко от тарного завода. Ко мне подошёл сзади какой-то здоровенный бугай и грубо сказал, чтобы я убирался с его территории. Я ему ответил, что здесь нигде не написано, что эта территория именно его. Между нами вспыхнула словесная перепалка, перешедшая в драку. Он схватил меня двумя руками за глотку и стал душить. Я выхватил из кармана нож и ударил его в бок. Он упал на землю, а я, выбросив нож в озеро, убежал домой.

- В какой именно бок ты нанёс ему ножом удар, можешь сказать?

- Нет, я не помню, честное слово.

- Верю, охотно тебе верю. Твоё счастье, что его тут же обнаружили люди, которые вызвали бригаду скорой медицинской помощи и он остался жив. Но ты кое-что от меня скрываешь. Сам признаешься или мне тебе рассказать?

- Я, не понимаю, о чём вы говорите?

- Рядом с этим человеком, оказались лежащими на земле, ещё трое рецидивистов. У одного из них было сотрясение мозга, у второго – сломана рука, а у третьего сильно разбито лицо и сломан нос. У тебя был сообщник? Это его рук дело?

- Нет, я был один, это результат моей работы.

- Слушай, ну ты и зверь! – воскликнула Наталья Романовна. – Вся твоя беда, парень заключается в том, что при совершении тобой преступлений, тебя в лицо видели многие люди, в том числе и сотрудники милиции. Так что, составить твой фоторобот, не составило особого труда. Гораздо труднее было тебя разыскать, определить твоё местонахождение. Ведь ты же остался без жилья. Как это получилось?

- Моя мама была пьяна, стала меня воспитывать с самого утра. Я попросил её уйти из моей комнаты. Она взяла в сарае канистру с бензином, облила половое покрытие в моей комнате. Подожгла. Я выпрыгнул в окно, а она была настолько пьяна, что упала тут же на пол и сгорела в огне. Таким образом, угрожала мне, что сожжёт, а вышло так, что сгорела сама в огне вместе с домом.

- Да уж… - только и смогла сказать Ковнер.

Она ошеломлённо смотрела на Баранова. За год службы в органах министерства внутренних дел ей неоднократно приходилось выслушивать различные трагические истории, но такое, слышало впервые, чтобы мать при попытке сжечь своего родного сына, сама же сгорела в огне.

- А как милиции стало известно, где я обитаю? – тем временем задал свой вопрос допрашиваемый.

- Начальник полигона помог, - не скрывая этот факт, сказала Наталья Романовна.

- Вот сволочь, да я его за это прирежу, а ведь обещал ничего не говорить милиции.

- Поскромнее, парень, с угрозами. Плюс ко всему, пока ты выйдешь на свободу, не исключено, что этого человека, к тому времени, в живых уже не будет, дай Бог ему здоровья.

- А сколько мне за всё это содеянное светит?

- Сколько? А, ты, как думаешь?

- Понятия не имею.

- Двенадцать лет. Это как пить дать. Всё решит суд, всё в его руках.

Баранов побледнел от такой новости.

Допрос был окончен. Наталья Романовна вызвала в кабинет дежурного и приказала увезти Баранова в камеру.

Прошло девять лет. За это время многое изменилось в жизни каждого героя.

Директор тарного завода находился на заслуженном отдыхе, то есть на пенсии. За годы его руководства на заводе, а это без малого сорок два года, многое было сделано на заводе и самое главное, что был сохранён сам завод с его многочисленным коллективом, а также вся имеющаяся социальная сфера или другими словами – непроизводственные фонды, как говорят экономисты, содержащиеся на балансе предприятия. Особенно радовал директора и тот факт, что он сдержал своё слово и на могиле Ирины Сергеевны Барановой был установлен за средства тарного завода добротный мраморный памятник, который был хорошо заметен издалека и на всём кладбище был самым роскошным и лучшим.

Юрий Алексеевич Голубев работал в родном колхозе деревни Слобода на должности председателя. За эти годы он сделал много хороших дел людям, работающим в коллективе, который он возглавлял. К нему многие относились с уважением за то, что он был настоящим хозяином, у которого было всегда всё схвачено и везде за всё вовремя заплачено. Несмотря на свою полную занятость, он продолжал держать у себя дома большое хозяйство как и во все времена и дети, внуки с большим удовольствием приезжали к нему в гости, так как у отца и деда всегда было, что взять и чем поживиться, получив при этом колоссальное удовольствие.

Соболь Сергей Михайлович – майор милиции, заместитель начальника милиции общественной безопасности. То есть, Соболь, на данный момент, был заместителем у Огнева Олега Владимировича. Благодаря их добросовестной службе и эффективному руководству в городе многое изменилось в лучшую сторону. По крайней мере, любому гражданину можно было чувствовать себя вполне безопасно в любое время суток.

Подруга покойной Ирины Сергеевны Барановой, по имени Валентина, жила в том же доме, что и ранее. Вот только женщина в последние годы образумилась, взялась за ум, по своей же воли бросила пить, устроилась на работу на тарный завод, но в выходные дни продолжала торговать семечками возле магазина.

Валерий Николаевич Коваль находился на пенсии, но без дела не сидел, подрабатывал, занимаясь частным извозам на собственном автомобиле марки ВАЗ 2106.

Иван продолжал жить возле свалки на прежнем месте и никуда не собирался оттуда уходить. Продолжал осуществлять такую же деятельность, что и ранее, зарабатывая, таким способом, себе на проживания, оставаясь, по-прежнему, законопослушным гражданином, не имеющем на руках никаких документов, подтверждающих его же личность. На свалке работал до сих пор Александр Владимирович Медведев, только уже не её начальником, а просто сторожем.

Наталья Романовна Ковнер также работала в милиции следователем, только уже находилась в звании капитана.

В этом году Сергей Сергеевич Баранов вышел из тюрьмы, освободился досрочно за хорошее поведение. Не дай Бог никому пережить то, что пришлось пережить Баранову, находясь в тюрьме. Дело в том, что он оказался совершенно не способным за себя постоять и защитить своё собственное достоинство. Именно поэтому, находившиеся, вместе с ним в камере, пропахшей потом и мочой, зеки, очень быстро опустили его на очень низкий уровень. Издевались над Барановым как хотели. Мало того, что частенько Сергею приходилось страдать от физических расправ и побоев, так ещё зеки, лишённые в тюрьме женского общества и возможностей удовлетворять свои сексуальные потребности, насиловали Баранова целым камерным скопом, сделав, таким образом, его «петухом». Однако, в один прекрасный день в камере появился авторитетный пахан, по клички Гром. Именно он и подмял под себя Баранова и все остальные сокамерники от него отступила, видя, что Сергей находится под защитой Грома. Больше молодого человека уже никто и пальцем даже не трогал и он сумел вздохнуть с облегчением. Гром же его называл по свойски – Сержи.

За эти годы, проведённые в тюрьме, главный герой не получил с воли ни одной передачи, ни одного письма, поддерживал диету на тюремной баланде и был одет в казённую одежду. Муки, испытанные и пережитые в тюрьме, озлобили его в отношении одного человека, который Сергея в своё время сдал милиции, то есть в отношении Медведева. Поэтому Баранов дал самому себе честное слово, после освобождения и выхода на волю, отомстить, как следует обидчику, по полной программе с элементами страшного издевательства.

И вот наступил день освобождения. В этот день никто не встречал Сергея у ворот тюрьмы, никто, кроме Грома, подъехавшего к тюремным воротам на собственных «Жигулях». Он посадил Баранова в машину, которая тут же двинулась, постепенно удаляясь от зоны. Гром задал свои два коротких вопроса:

- Где собираешься жить и чем заниматься?

- Жить буду возле свалки, на том же месте, где жил до тюрьмы. Надеюсь, Иван не откажет мне в этом, а наоборот будет этому очень рад. Ковыряясь в мусоре, буду зарабатывать себе на жизнь. Также я хочу побывать на месте нашего сгоревшего дома и у мамы на могиле.

- Всё это конечно очень хорошо, но я тебе предлагаю жить со мной, у меня на квартире, а также надо провернуть одно хорошенькое дельце.

- Какое дельце?

- Нам ведь, нужны деньги, правда?

- Конечно. А кому они, интересно, не нужны?

- Так вот, мы с тобой сейчас ограбим один супермаркет, у которого дневная выручка, мама не горюй, страшное дело. Ну, так как, ты согласен?

- Да, но…

- Что?

- Не голыми же руками мы его грабить будем? Надо в руках иметь хотя бы какие-нибудь биты.

- Биты, это несерьёзно. Держи! – Гром протянул Сергею пистолет, - Стрелять умеешь?

- Умею.

- Вот и молодец! А теперь, давай поговорим о процедуре ограбления.

И такая процедура совершилась довольно-таки успешно для грабителей. Уложив всех посетителей и сотрудников супермаркета на пол, они, будучи в масках, завладели огромной выручкой и сразу же скрылись с места преступления. Лишь за чертой города Гром остановил автомобиль и они вместе с Барановым стали считать украденные деньги. Улов был немалым и составлял более восьми тысяч долларов. Гром поинтересовался:

- Ну, так что, поделим деньжата пополам? Это справедливо, правда?

- Нет, Гром, все эти деньги достанутся мне.

- И почему же это? С какой это такой стати?

- Потому что ты сейчас умрёшь.

Баранов навёл на Грома пистолет и хладнокровно выстрелил ему в лицо. Вышел из машины, прихватив с собой здоровенный мешок с деньгами и, направился на свалку, зайдя по дороге на кладбище, посетив могилу матери, а также место, где когда-то располагался их сгоревший дом. От всего имущества остался до сих пор только один кирпичный туалет, одиноко стоявший на бывшем жилом участке. От такого зрелище сердце болезненно сжалось у Баранова. Нахлынули воспоминания. Как же всё-таки он был счастлив когда-то здесь, живя со своей мамой, а сейчас, увы, этого уже ничего обратно не вернуть. А если б это было только возможно? Но увы, чудес на свете не бывает.

Не мог не радовать Сергея тот факт, что на могиле у матери был установлен хороший памятник. Он догадывался, что это всё результат оказания внимания со стороны руководства тарного завода. Ведь его мама проработала там не один десяток лет.

Сергей произнёс вслух:

- Все дела, которые я планировал сделать сразу же после своего освобождения, уже сделаны на все сто процентов, а теперь мне надо успеть добраться до свалки пока окончательно не стемнеет.

И он, двигаясь по лесу, ускорил шаг.

Но одного важного момента Баранов точно не знал и был уверен, что он застрелил Грома. Однако тот оказался, в конечном итоге, раненым. Остался без правого глаза, но с сильным и уверенным желанием отомстить Баранову за его предательский и вражеский поступок, что очень скоро и произойдёт.

Прошло полтора месяца. Баранов жил на городской свалке бесшабашной жизнью вместе с Иваном, который очень был рад его возвращению из мест лишения свободы. Иван неоднократно говорил Сергею, что он искупил свою вину за те грязные дела, которые натворил в прошлом и теперь может жить дальше со спокойной совестью.

Баранов вместе со своим задушевным другом сорил деньгами, заходя в деревенский магазин покупал всё то, что ему нравилось и было необходимо на данный момент. Одевал себя и своего друга в одежду, явно непохожую на одеяние типичного бомжа. Иван этому искренне радовался и даже при этом не задавал своему сожителю простого вопроса: откуда у него столько денег? Ведь ему было нужно от этой жизни только одно: как можно посильнее и подольше залить этим хмельным зельем своё сознание, а вместе с ним и всё остальное, что имелось в наличии, в его беззаботной жизни.

Но, многого Иван, всё-таки, о Баранове не знал: ему было неизвестно, какое чёрное дело провернул Сергей со своим дружком, с которым он познакомился в тюрьме и откуда у него взялись такие большие деньги, которые он имел на данный момент в своём расположении? И которые, в конечном итоге, остались Ивану после кончины главного героя. Он не знал, что у него имеется огнестрельное оружие, которое он собирается предпринять в отношении бывшего начальника свалки – Медведева Александра Владимировича. Ему также не было известно и то, что Гром уже вышедший после месячного лечения из больницы, с настойчивой твёрдостью и упрямством, с чёрной повязкой на лице, прикрывающей его простреленный глаз, разыскивает Сержика, чтобы свести с ним счёты.

Вечерело, солнце постепенно прятало свои лучи, исчезая из поля зрения каждого человека. Над свалкой в небо возвышался дым от костров, которые на разгрузочных площадках жгли бомжи. Иван после принятого спиртного спокойно отдыхал, лёжа на кровати, в своём жилище.

Сергей очень хорошо и отчётливо знал, что сегодня на смену из сторожей заступил Медведев. Именно поэтому он опустил пистолет в карман своих штанов и направился спокойной, но слегка шатающейся от выпитого спиртного походкой к проходной полигона.

Медведев, как ни в чём небывало сидел на лавке возле ворот полигона и с наслаждением курил сигарету. Завидев Баранова, приближающегося к нему, он приветливо кивнул головой, предложив присесть и также в спокойной обстановке выкурить сигарету. Однако Сергей вместо радушного приветствия наставил на сторожа пистолет и заорал так, что его голос, скорее всего, слышали в близлежащей деревне:

- Ты, когда-то мне давал стопроцентную гарантию, что никогда не заложишь меня ментам, но, в конечном итоге, ты это сделал. Это из-за тебя я на протяжении девяти лет, сидя в тюрьме, не получил ни письма, ни посылки. Это из-за тебя надомной там все издевались, как хотели. Ты даже и не представляешь, какое унижение мне пришлось в тюрьме пережить. Но теперь, ты мне за всё заплатишь, потому, что сейчас твои дни будут сочтены.

Медведев испуганно молчал, а Баранов с удовольствием положил указательный палец правой руки на курок пистолета.

Но вдруг за его спиной раздался выстрел.

Пуля угодила Баранову прямо в правую руку, держащую оружие. Пистолет со звоном упал на землю. Сергей оглянулся, корчась от боли. Позади его с повязкой на глазу стоял Гром и с жестокой ухмылкой на губах спрашивал:

- Ты узнал меня, Сержик?

- А, Гром! Я ранен?!

- Нет. Ты уже мёртв. – Гром трижды нажал на курок пистолета, выпуская пули прямо в грудь Баранова.

Сергей судорожно упал на землю.

В его сознании не было уже городской свалки. Перед ним на скамье уже не сидел Медведев, которому он так хотел отомстить на протяжении последних своих девяти лет жизни.

В его сознании уже больше ничего не было.

Он ушёл в мир иной так же как и когда-то его мать – Ирина Сергеевна, умерев насильственной смертью.

Март, 2011 год.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге