An unusual, or perhaps completely ordinary, life (Необычная или, возможно, совершенно обычная жизнь)

Глава 1

Меня зовут Оливер Фарэнли, и у меня самая обычная жизнь. Я живу в большом отдельно стоящем двухэтажном доме с синей крышей на самом краю улицы. У меня есть своя комната, где я провожу большую часть времени, не считая школы. Каждый день вся моя семья собирается в гостиной за накрытым столом, чтобы снова узнать только о наличии друг друга и заметить периодически добавленный стул с новым, невесть откуда взявшимся членом семьи. На данный момент я насчитал троих братьев и двух сестер. Мы молча едим, а после все снова расходимся по комнатам или по своим делам. Я всё время пропадаю в виртуальной реальности, в общем-то, как и все остальные дети в нашем мире. Кстати, мне шестнадцать лет.

Вся моя жизнь радикально изменилась с приходом новенькой девочки в наш класс. На всей стене расположилась проекция, на которой мелькали картинки и параллельно зачитывалась лекция монотонным голосом. Но ни один ребенок не обращал на это никакого внимания, а если бы кто-то и слушал, то явно бы уснул. Каждый сидел в наушниках, уткнувшись в собственный многофункциональный телефон. Все... кроме новенькой. Ее глаза внимательно смотрели на экран проекции, и она записывала в тетрадь лекцию. Я с удивлением и интересом смотрел на девушку, пока она не глянула на меня в ответ. Для меня это было неожиданно, я испугался и не нашел ничего более подходящего, чем перевести взгляд на одного из учеников, поймав себя на мысли, что даже не знаю его имени. Я снова посмотрел на девушку, она опять писала, а на ее лице была легкая улыбка. Прозвенел звонок, и ученики стали неторопливо расходиться, также уткнувшись носами в экраны навороченных телефонов.

— Привет, — высоким звонким голосом произнесла девочка-подросток, можно сказать юная девушка.

Она улыбнулась и показалась мне еще очаровательней. Какой-то реальной и настоящей. Я сказал в ответ:

— Привет.

Но мой голос прозвучал как-то непривлекательно, с напрягом и хрипом. Я не привык разговаривать, как и многие другие. Мы редко общались вживую, наверное, большинство людей вообще разучились говорить. В конце концов, ведь есть волновые мысленные целенаправленные или текстовые сообщения. К тому же я ужасно засмущался, и мое лицо, по-видимому, залила краска, так как мне резко стало жарко. Она протянула руку, а я, как дурак, просто глупо пялился на нее.

— Меня зовут Эврика, а тебя как? — произнесла девушка.

— О... Оливер, — сказал я.

"Получилось еще и как-то заикающейся, какое же нелепое я произведу первое впечатление..." — мелькнуло у меня в голове.

— Приятно познакомиться, — сказала Эврика.

В конце концов я сообразил и пожал ее протянутую руку. Ладонь Эврики оказалась такой маленькой по сравнению с моей.

Уроки закончились, и мы вышли на улицу. Навстречу нам помахала какая-то женщина.

— Ладненько, пока, до завтра, — сказала девушка.

— Пока, — ответил я.

Эврика дошла до женщины, и они вместе пошли. Я видел, как они удалялись, переговариваясь и улыбаясь. Неужели его новая знакомая рассказывала женщине, скорее всего своей маме, как прошел первый день в школе? Делилась впечатлениями и новостями? Но так ведь никто сейчас не делает... Я бы с трудом мог ответить, интересовались ли когда-нибудь родные моей жизнью, или кто-нибудь еще... Спрашивали ли что-нибудь или сами рассказывали что-нибудь интересное...

***

Так мы начали общаться. Через несколько дней Эврика пригласила меня в гости. Они жили в многоуровневой квартире многоэтажного дома. Женщина действительно оказалась мамой девочки. Она довольно молодо выглядела, несмотря на то, что в ее внешности не проглядывались признаки искусственного омоложения. Темные волосы были собраны в хвост, по-видимому, чтобы не мешали. На столе, как я понимаю, вместо готовых блюд в пищевом блоке были заказаны сырые продукты. Закусив нижнюю губу, мама Эврики что-то усердно готовила: все перемешивалось, шипело и кипело.

— Посидите пока в комнате, пообщайтесь, я вас позову, когда будет готов ужин, хорошо? — Сказала она.

Мы, конечно же, согласились с заманчивым предложением. Меня удивило, как искусно женщина владеет ножом, да и остальными столовыми приборами. Но времени зациклиться на этом мне не оставила Эврика. Девушка схватила меня за руку и потащила за собой. Ее комната была маленькой, но светлой, наверное, из-за большого окна. Односпальная кованая кровать, стул, встроенный шкаф, стол с небольшим творческим бардаком, что немного странно для такой прилежной ученицы. Книги? В общем-то, какие-то бумажные экземпляры. Но всё-таки меня переполнял интерес. Я подошел к столу и взял одну. Так непривычно было держать в руках настоящую книгу в твердом переплете. Я прочитал: "Виктор Гюго «Отверженные»".

— Какая толщина... — покрутив увесистый том, сказал я.

— Еще бы... Это ведь роман. Кстати, в двух томах, — с гордостью произнесла девушка.

— За всю жизнь не прочитать... — покачал я головой из стороны в сторону.

— Это только кажется, — усмехнулась Эврика и слегка толкнула меня вбок.

Я пролистал страницы. С шелестом промелькали слегка пожелтевшие от времени страницы, испещренные черной типографской краской. Я ощутил непривычный запах книги.

— Раритет, — гордо сказала Эврика. — Мне нравятся бумажные книги. Их приятно читать, держа в руках, и они так вкусно пахнут: деревом, пылью и сухим сеном. Раньше были новые, мама рассказывала, что их страницы были белыми, как первый снег, и хрустящими. А пахли они сладковато: свежей типографской краской и клеем. Теперь вся информация на электронных носителях, и новые книги уже давным-давно не издают. Жаль, что мы никогда не сможем даже подержать новую книгу в руках...

***

Каждый день мы с Эврикой проводили вместе. Гуляли по пустым кварталам и аллеям, так как теперь они все были пусты. Брали в пищевом блоке заказ — чисто буханку белого хлеба. И ели теплый хлеб прям на улице, обгладывая хрустящие корочки. Я никогда этого не делал, это было настолько вкусно и ароматно на свежем воздухе, что не описать словами, в особенности когда при этом мы весело болтали. Мы бегали наперегонки и раскачивались на скрипучих, давным-давно заброшенных качелях с обшарпанной краской, аж почти до "солнышка", как выражалась Эврика. Даже как совсем малые дети играли в ладошки и смеялись до слез, а также прыгали в классики, которые мне тоже показала Эврика. Бывало, гуляли и бегали под дождем, промокая до самых костей. Всему этому ее научила мама. Они были очень близки, и мама рассказывала о многом, что раньше было обыденным, но теперь забытым.

***

Мы часто сидели на теплой земле, покрытой зеленой травой, и однажды Эврика научила меня плести из длинных стеблей желтых одуванчиков браслетики на руки и венки на голову. И мы, украшенные этими самодельными штуками, выглядели так красиво, необычно и смешно, словно в одной из сказочных детских мультимедийных игр.

— У тебя такой странный телефон, — произнес я, смотря на довольно допотопное устройство, что вывалилось из рюкзака девушки. — Я видел такие только на витрине магазина, но у нас никто такими не пользуется, и не покупают.

— Естественно, — ответила Эврика, — но меня устраивает. Главное, что я всегда на связи с мамой, в любой момент могу позвонить, есть интернет и довольно неплохая камера, а большего мне не надо, никаких наворотов и всего прочего. К чему гоняться за модой, для меня главное — функциональность.

Да, все дети каждый месяц меняют телефоны на новые, никто не будет ходить с устаревшей моделью. В этот месяц я не стал покупать новый... и даже я не умер, и моя жизнь вообще никак от этого не изменилась. Я потихоньку становился другим. Мои ценности изменялись. Я всё больше предпочитал живое общение, завороженно слушал смех и комментарии во время совместного просмотра фильма, шурша попкорном, чипсами и сухариками. Меня было не остановить, когда Арлет, так звали маму Эврики, спрашивала меня, как прошел день, что мне интересно, какие планы и многое другое. Я даже любовался, когда Арлет и Эврика мыли посуду вручную, я никогда такого не видел раньше. Естественно, у всех в наличии имелись и краны с водой на кухне, но по большей части это была просто бутафория, никто этим не пользовался в быту. Ведь, когда ничего не делаешь, и все вокруг безупречно чисто, то в этом нет особой необходимости.

***

Конечно же, мне тоже захотелось пригласить Эврику в гости. Ее правда, никто не заметил, каким-то, как мне показалось, пустым взглядом каждый посмотрел на незнакомку и, поужинав, просто, как обычно, разбрелись по комнатам. Я заметил, что Эврика чувствовала себя некомфортно, даже съежилась и стала как-будто меньше. Когда все разошлись, мне захотелось показать подружке свою комнату, и мы пошли мимо гостиной. Самый младший ребенок в моей семье сидел в манеже. Помощница-андроид еще не унесла его в детскую. Громко на большом экране показывали развивающую программу для малышей. Ребенок машинально повернулся на вошедших и посмотрел. Эврика сощурила глаза и состроила малышу хитренькую мордашку. Ребенок улыбнулся. Я никогда не видел, чтобы малыш улыбался, и очень удивился произошедшему.

— Какой хорошенький. Как его зовут? — спросила девочка.

— Я не знаю, — ответил я и пожал плечами.

— Ты не знаешь, как зовут твоего родного... это ведь брат? Больше похоже на мальчика, — произнесла Эврика.

Я молча развернулся и вышел из комнаты. Мама, стоя у открытого окна, как всегда стройная и молчаливая, смотрела в него пустым взглядом. Одновременно усердно работали очистители воздуха, чтобы окружающее пространство было безупречным. Андроид занималась уборкой, складывала тарелки и кружки в посудомоечную машину.

— Мама, как зовут ребенка в гостиной? — спросил я.

Мама очень удивленно посмотрела на меня и, слегка задумавшись, сказала:

— Его имя... Тиен.

Я вернулся к Эврике и рассказал всё, что узнал. Девочка погладила малыша по мягким, как перышки, светло-русым волосам. Ребенок потянулся к ней ручонками.

— Можно его взять на руки? — спросила Эврика.

— Наверное, да. Не знаю, — ответил я.

Мы обернулись, когда увидели в дверях мою маму. Она просто посмотрела на нас, ничего не сказала и ушла в свою комнату. Мы услышали, как захлопнулась дверь и щелкнул замок. К нам подошла помощница-робот, чтобы отнести ребенка в спальню. Она просто стояла и ждала. Я мельком видел, что робот приносит малыша и усаживает перед экраном, также переодевает и кормит его, уносит обратно в детскую и кладет. Ребенок сам засыпает. Как только дети научаются сами о себе заботиться, то сами строят свой распорядок дня, покупают и выписывают всё необходимое, у каждого есть свой счет в банке. Обязательным остается только посещение школы, да и то номинально. Компьютерная программа полностью управляет домом, уборкой и готовкой.

— Да, здесь очень развитые технологии, — сказала Эврика. — Здесь и шагу нельзя ступить, всё компьютеризировано, словно царство самообучающегося искусственного высшего разума. Действительно, стоит только выйти из комнаты, как она сразу полностью герметизируется и обеззараживается, полный санитарный контроль, чистота и порядок. Аж чувствую себя, как подопытная в какой-нибудь там научной лаборатории.

— Как вас сюда занесло? — поинтересовался я.

— Маме предложили новую работу, перевели сюда, так что приходится привыкать. Там, где мы раньше жили, все совсем по-другому, но таких мест осталось очень мало, можно пересчитать по пальцам.

— Это верно. Зато жизнь стала удобной и комфортной по большому счету, для большинства людей, — сказал я.

— Да, прогресс не остановить. Может, это и к лучшему, а может, и нет, — сказала Эврика.

— Рядом с тобой я чувствую себя живым... настоящим, — ни с того ни с сего, сам не понимая почему, произнес я.

Эврика улыбнулась и сказала:

— Мне тоже очень нравится с тобой общаться, Оливер. — Мы, можно сказать, настоящие друзья.

— Мы с тобой... — мелькнуло у меня в голове, как мне понравилось это сочетание слов, — как же хорошо не быть одному.

***

— На улице уже совсем стемнело, даже луны не видно, — наверное, небо затянуто тучами, — сказала Эврика.

— Твоя мама еще не вернулась с работы... — произнес я. — Не хочется оставлять тебя одну.

Резко выключился свет. Но это все же ничего, если бы не внезапный и яростный звук сирены, такой, что нам пришлось зажать уши.

— Что это такое? — в недоумении спросил я, но мой голос потонул в общем гуле.

Девушка нащупала системную панель. Она никак не отреагировала на манипуляции Эврики. Тогда девушка опустила какие-то рычаги, и стало относительно тихо — шум теперь раздавался только снаружи.

— Не работает, — покрутив в руке бесполезный на данный момент телефон, сказал я.

— И вправду, — согласилась с ним девушка. — Мой тоже.

Нас с Эврикой охватила темнота ночи.

— Сейчас, — опомнилась девушка и, вытянув вперед руки, пошла, что-то нащупывая, искать. Какой-то предмет глухо упал на пол, но это было явно что-то не бьющееся.

Эврика чиркнула спичкой, и загорелся огонек. Она запалила длинную белую парафиновую свечу, и та жадно занялась огнем. Парафин начал плавиться, образуя вокруг фитиля лужицу. Переполнившись, капли начали стекать по краям свечи, образуя подтёки, словно сталактиты. Оранжевый мягкий свет падал на наши лица.

— Так намного лучше, верно? — произнесла Эврика и улыбнулась.

— Да, — согласился я.

Мы выглянули в окно. Везде было темно, словно в одночасье весь мир выключили, хотя на самом деле оно так и было.

Я попытался налить в стакан воды, но безуспешно.

— Совершенно ничего не работает, — сказал я. — Немного волнительно и страшно.

— Волнительно и захватывающе, — сказала Эврика. — Стало бы страшно, если бы это осталось навсегда.

Но снова всё загудело, неожиданно включился свет, и все вернулось на круги своя.

— Что было бы, если бы всё не восстановилось? Мир бы сошел с ума... Считай, ни воды, ни электричества, ни еды, ничего... — задумчиво произнес я.

— Да, с одной стороны, это удобно — современные высокоразвитые технологии и структура, но с другой стороны, когда вся жизнь зависит только от этого, это может стать нереальной проблемой. В особенности для тех, кто к этому уже совсем не подготовлен, что приведет людей к жестокому выживанию и деградации, — произнесла Эврика.

Дверь отворилась, и вошла мама Эврики.

— Небольшие неполадки на работе, как вы уже заметили, — сказала Арлет.

— Вы, значит, работаете в этой сфере, — произнес я.

— Да, — ответила Арлет. — Я техник-программист. Здесь не хватало квалифицированных специалистов, и поэтому поступил запрос, и назначили меня и еще нескольких профессионалов в этой сфере. Теперь пытаемся наладить и отрегулировать возникшие проблемы, чтобы...

Свет снова погас. Но звука тревоги не последовало. Вокруг полная тишина... и кромешная тьма.