Алиса Пишет

О муках творчестваИван Иваныч проснулся от того, что в висках стучало — не сильно, но назойливо, будто кто-то тихо, но настойчиво бил ложкой по пустой кастрюле. Раз. Раз. Раз. Он открыл глаза. Потолок смотрел на него равнодушно. Часы показывали то, чего он не хотел видеть: утро. Воскресенье. Единственный день, когда можно было не вскакивать в семь, не тащиться сквозь московскую кашу, не слушать гудки и чужие проблемы. Воскресенье. А голова болела так, будто суббота была не одной, а сразу тремя и такими паршивыми.В квартире было непривычно тихо. Марья Петровна ушла по делам ещё до рассвета — он слышал, как она шуршала в темноте, как звякнула чашка, как хлопнула дверь. Записка лежала на столе, под солью, чтобы не сдувало: «Не расслабляйся. Глава ждёт». Восклицательный знак она поставила такой, что он прямо через бумагу чувствовал её взгляд. Тот самый, которым она смотрела на него, когда о…