Адресат

Глава 1

– Привет! У меня застопорился проект, не могу понять, что я делаю не так. Можешь порекомендовать, что почитать о маркетинге? Как работает, как на кого действует?

Я написала Дмитрию, устав тыкаться в разные стороны как слепой котёнок. У меня возникла совершенно конкретная проблема: в моём проекте началась просадка. Я уже месяц ломала голову, что происходит. Было ощущение, что реклама перестала работать. Просмотры сторис есть, а переходов по ссылкам – нет.

Или вот еще: два ролика, абсолютно одинаковые по содержанию, но у одного хорошее количество просмотров, а второго – в десять раз меньше. Почему так?

Цифры в рекламном кабинете издевались надо мной. Только я начинала думать, что я научилась их понимать, как все приходилось начинать сначала. Показатели я могла довести до нормы, но в деньги они не превращались.

Дмитрия я знала давно. Он много лет работал маркетологом.

– Привет! – прилетело сообщение. – Это очень широкий вопрос, тебе что важнее, разобраться во всём, начиная «от печки», или конкретные инструменты для твоего проекта?

Я в задумчивости смотрела в потолок, откинувшись в своём кресле руководителя.

– Очень хотелось бы разобраться от печки, – призналась я – но что-то мне подсказывает, что это будет катастрофически долго. А проект надо спасать прямо сейчас, иначе придется закрывать. Но опасаюсь, что просто инструменты мне не помогут. – и поставила грустный смайлик.

– Тогда предлагаю тебе упражнение. А пока делаешь, я поищу, что тебе почитать.

Ни фига себе! – подумала я, увидев список вопросов. Тут тебе и определение целевой аудитории, и кто конкуренты, что они предлагают, где уже давала рекламу, какой был эффект, и про экономику бизнеса.

Я подумала, что утону во всем этом.

***

– Нет, сегодня буду занят. – Я попрощался и положил трубку. Нужно было проверить сроки действия страховок, записаться на диагностику авто, в котором что-то сегодня застучало, и забрать сына из бассейна.

Булькнуло сообщение. Лариса. Я отправил ей список вопросов пару дней назад, и она не ответила. Я успел забыть об этом.

– Привет! Я сделала упражнение. Но теперь сижу и сомневаюсь. Что если я сама себе все придумала, а оно вовсе не так? Нужен критический взгляд со стороны, могу прислать? Буду ужасно признательна за вопросы, особенно неудобные.

– Конечно.

Я не верил, что она вообще будет этим заниматься. Мне, грешным делом, поначалу показалось, что она просто ищет повод написать.

В мессенджер прилетело длинное сообщение с подробными ответами.

– Вот смотри, – ответил я, прочитав. – Ты пишешь, что твои клиенты – женщины «сорок плюс» и делишь их на несколько групп. Это правильно, но возьми шире: твои клиенты не только тётки, это еще те, кто хотят выглядеть как женщины.

– Ты имеешь ввиду геев? Хм… я не смотрела в их сторону.

– Да, именно их. Подумай, где они тусуются, где берут информацию, куда ходят.

– Единственное, что я о них знаю, это что у них есть свой нудистский пляж.

***

Я действительно никогда не думала о клиентах с этой стороны. Я уже много лет жила в крошечной и очень патриархальной стране, где сексуальную ориентацию мужчины, судя по всему, определял исключительно Бог.

При этом, место было туристическое и для туристов имелся свой вполне официальный пляж, откуда охрана выставляла одетых.

Местные же, которые насчёт ориентации с Богом были не согласны, обычно уезжали из страны или хотя бы перебирались в столицу, чтобы быть в условной дали от любопытных глаз тети Зорицы и дедова кума.

– Ну в общем, наверняка есть какие-то тематические сообщества, сайты, форумы. По остальным пунктам позже отвечу, сейчас уже надо выезжать.

– Хорошо. Я потом могу к тебе еще вернуться с вопросами?

– Конечно.

Я снова задумалась. Уже не о геях.

Мне всегда были симпатичны люди, с которыми можно было говорить по существу.

***

Довольно скоро я обнаружил, что вопросы у Ларисы в голове имеют свойство размножаться. Не припомню, чтобы мне кто-то задавал такое их количество.

Она спросила, что почитать по моему профилю, а через какое-то время в диалоге появилось «я не уверена, что это можно считать репрезентативной выборкой для опроса. По-моему, это мало. И вообще, вот как определить, можно ли доверять результатам опроса?».

Я объяснял. Мне казалось, что я ответил. Но следом прилетал новый вопрос.

Я отправил ей фотку паучка на травинке, с капелькой воды на спинке. Отражавшийся в ней цветок выглядел как корона над головой. Прямо король всех восьмилапых!

– Смотри, какой очаровашка! Не правда ли?

– Миляга и душка! – ответила она.

Ну, уже неплохо. Женщины обычно не любят насекомых.

– Ты сам его снимал? А как? А где нашёл такое чудо?

Ну вот, блин. Какая ж ты любопытная!

***

Я вспомнила про его колено и спросила, как оно себя чувствует после травмы. С коленом, оказывается, всё налаживалось. Ему хорошо помогла фельдшер в травмпункте, отёк сейчас почти ушёл.

Зато Дмитрий теперь шипел. Потому что потерял голос.

Я сказала, что голос – дело поправимое, только молчать придётся по-настоящему, не переходя даже на шёпот. А потом всё-таки вернулась к колену: мне стало интересно, что именно сделала фельдшер. Каким методом пользовалась?

– Ну как это каким? Хочешь ноги – отдай голос. Метод морской ведьмы, не иначе.

– А ты, стало быть, Русалочка? Ой, то есть Русальчик? – хихикнула я.

– Ну почти)))

А однажды он прислал мне короткое видео, где на огромной льдине некто создавал гигантский женский портрет углём.

– Впечатляюще... Такую красоту создать на дрейфующем льду! – ответила я.

Оно и вправду впечатляло. Хотя для меня оставалось загадкой, зачем было так рисковать.

***

Вчера она написала, что к ней уже несколько раз приходил некий человек. Он очень настойчиво предлагает развивать бренд, чтобы проект стал сначала известным в городе, потом в стране, потом в Европе, а потом во всём мире. Я насторожился. Её проект был камерным, и если известность в маленькой стране ещё была вполне реальной, то в Европе уже выглядело сомнительно. Про весь мир и говорить нечего.

– А потом – чуть не во всей галактике. – продолжала она. – Мне кажется, тут что-то нечисто.

– Согласен.

– А знаешь, что самое подозрительное?

Я напрягся. Сколько, интересно, он попросил?

– Он готов работать бесплатно.

Я закашлялся, прочитав это.

– Я хотела узнать, как это в принципе работает? – продолжала строчить она. –Бренд ведь наверняка потом надо поддерживать на этом уровне. И что-то мне подсказывает, что это должно стоить денег не только на старте, но и в процессе.

– У тебя есть какие-нибудь данные о нём? Если хочешь, давай попрошу знакомого навести справки.

Через день мне позвонил знакомый. Человек, который обещал сделать Ларисин проект самым известным в галактике, не существовал. По крайней мере, те данные, которые она прислала, не проходили ни по одной из баз. И в интернете тоже не нашлось никаких следов.

Я посоветовал слить его. Аккуратно, чтобы не вызвать желания отомстить.

– Я поделилась с тобой, думала, тебя позабавит, какой настырный дятел меня тут атакует, – ответила она. – А могла бы вляпаться непонятно во что. Спасибо тебе.

***

Он выложил сторис, завершил обшивку дома.

– Всегда восхищалась людьми, которые умеют работать руками и создавать такое. Очень круто, – написала я в ответ.

-Спасибо. У меня все это длилось очень долго, поскольку все делал сам и не каждый день. Окна ставить попросил брата помочь, а все остальное – в одни руки.

– А ты дом сам проектировал или покупал проект?

– Не было проекта, дом я купил. Думал переселить родителей, а они решили, что не хотят уезжать из своего города.

– Ого. Покупка готового дома, мне кажется, полна сюрпризов.

– Не без этого.

– Какой косяк был самым неожиданным?

– Ну… когда вот у меня крыша гаража провалилась, выяснилось, что её стропила были оперты на стену дома без должного крепления. Ну и когда дом стал оседать… Да и вообще, я всегда считал, что дом надо либо строить самому, либо очень жёстко контролировать. Убедился в этом.

***

Мне всегда нравилось всё красивое. Эстетическая сторона меня волновала куда больше, чем то, что за этим стоит. Я наслаждался красотой мира, меня завораживали фотографии природных явлений, сочетания цветов, совершенство живых существ. Я мог залипнуть, глядя, как песчаный крабик чистит лапками свои глаза от налипших песчинок.

Интересно, что Ларису красота вообще не волновала. Как такое может быть? Она или пропускала подобные фотографии или, писала что-то в духе «красиво». Но стоило выложить где-то в сторис фотку чего-то, что хорошо сделано руками, – она тут же включалась. Начинался миллион вопросов, тема развивалась, вот как сейчас с домом. Только что спрашивала про самый большой косяк при строительстве. И уже успела расспросить меня, почему стройку нельзя «просто поручить профессионалам», обязательно надо разбираться самим. Рассказать, как повздорила со строителями, которые ей заливали фундамент. Я осторожно заметил, что возможно её строители не так уж были неправы, но выяснилось, что у неё сейсмоопасная зона. А потом вывалила на меня кучу примеров со строительными ошибками. Вот же неугомонная…

А когда я выложил фотку птицы, которая врезалась в мое окно, первое что она спросила, цело ли стекло?

– Стекло цело, хотя дятел сам чуть не убился. Я вышел посмотреть, вижу перья прилипшие, на веранде дятел распластался. Думал, всё, каюк. Ан нет, живой. Глаз заплыл, голова слегка набок. Свежо было уже на улице. Я его завернул в тряпку, отогрел, из пипетки отпаивал. А он, как пришёл в себя, начал башкой махать, клеваться.

– У тебя прям целая спасательная операция получилась, – ответила она. – Отогрел, напоил, в чувство привел… а эта зараза решила синяков тебе наставить?

– Типа того.

– Зато теперь у тебя есть история, как тебя чуть не съела тобою же спасенная птица.

– Ну, съела – это сильно сказано, но поклевала от души.

– Я надеюсь, что c тобой (и с дятлом) все хорошо.

Любопытно, а она бы стала заниматься с птицей, если бы та влетела в её окно? Неужели не пожалела бы?

– Слушай, а ты же хотел поехать в Узбекистан?

– Да, но не собралась компания. – Вот же память у неё. Мы об этом говорили сто лет назад, когда виделись на мероприятии.

– Ты не поехал только потому, что не было подходящей компании?

Странная она.

– Я уже не один раз бывал в Средней Азии. Вряд ли я бы увидел что-то прямо принципиально новое.

Как от разговора об несостоявшейся поездке мы перешли к советскому детству? Она, конечно, помнит СССР меньше, чем я. В девяностые она была подростком, а я уже закончил институт.

Не успел я оглянуться, как мы уже обсуждали национализм в бывших советских республиках. Я написал, что государство перестало вести политику, что «все люди – братья», она ответила, что сейчас возвышение титульной нации – это самая горячая тема для политических манипуляций. И кто хочет быстро стать заметным, начинает активно на ней спекулировать.

***

– Привет! Нужна консультация толкового юриста. Можешь порекомендовать кого-нибудь?

Он прислал мне контакт.

– Как лучше обращаться к ней? Можно только по имени? Или принято по имени-отчеству?

– Лучше по ИО, она не юная дева, – написал он и поставил улыбочку.

– Исходя из этого, тебе лет 25?

Ответ пришёл почти сразу:

– Мне ваще всего 15. В душе я ребенок!

Я развеселилась. Ну конечно, человек, с которым в течении нескольких лет можно обсуждать дятлов во всех их разновидностях, национализм, смерть, онкологию, и что нынешняя молодежь в длинной дороге не может сходить в придорожные кусты пописать, потому что им обязательно нужен цивилизованный туалет, никак не тянул на ворчливого старика.

Я так и не поняла, в какой именно момент он стал для меня тем, кому я могу написать вопрос, не объясняя сначала, почему этот вопрос вообще возник.

Просто однажды таких сообщений стало много. Я могла спросить, как работает городской каток, потому что мне хотелось по прилёту покататься на коньках. Иногда присылала удачные и неудачные рекламные баннеры или слоганы, чтобы просто посмеяться. Иногда рассказывала что-нибудь из повседневной жизни.

Он отвечал. Иногда в шутку, иногда серьезно. Иногда сам присылал что-нибудь своё.

***

Я никогда не думал о ней как-то по-особенному. Просто в какой-то момент заметил, что, видя что-нибудь, думал «О! Ей будет интересно».

***

Я открыла мессенджер и стала набирать сообщение:

– Дима, привет! Порекомендуй, пожалуйста, что можно почитать по…