Аборт

Глава 1

Я вот не знаю, как относиться к абортам, с одной стороны это убийство уже начатой свой путь личности, с другой - возможность этой же личности не испытать на себе тяготы мира с его недружелюбными обитателями - людьми. Вокруг этой процедуры столько споров и толков, уйма мнений, общество разделилось на два лагеря – одни за, другие против. Я же постараюсь рассказать историю, не принимая никакой стороны, выбор пусть каждый сделает сам, и не судит тех, кто выбрал иной путь, а это самое трудное – промолчать и принять чужое мнение. В общем-то вот сама история, которая началась с телефонного звонка:

- Алло, Дэнчик, ты свободен?

- Привет, когда?

- Сейчас.

- Свободен.

- Ты можешь сходить со мной в клинику?

- Могу, а что случилось?

- Да, ничего особенного, аборт надо сделать.

- Ёлки-палки, как это так?

- Так сможешь? Мне будет плохо, одной не стоит потом домой идти.

- Да, смогу, скоро зайду за тобой.

Это был солнечный летний день, с утра отличное настроение прям било неиссякаемым потоком, за окном пели птицы, играли дети, я пил кофе, слушал Led Zeppelin и писал рассказ, когда зазвонил телефон. Тогда-то мне и позвонила моя приятельница, знаком я с ней был постольку поскольку, она в общем подруга подруги друга, как это обычно бывает. Откуда у неё мой номер телефона, ума не приложу. После звонка настроение перестало быть отличным, день был всё тот же – солнечный и летний, птицы и дети ни о чём не подозревали, а вот мне предстояло странное приключение, почему странное, да потому что раньше я таких чувств не испытывал, я не задумывался об абортах, для меня это было не больше чем просто слово, а тут такая просьба. Я собрался с силами, допил залпом кофе, натянул выходные джинсы, футболку и бейсболку, обул кеды, и вышел в этот прекрасный мир в котором суждено было сегодня таким тёплым летним днём прерваться одной малюсенькой жизни, и я вызвался сопроводить её на эшафот. От этой мысли меня чуть не вывернуло наизнанку, но что делать, я пообещал, а слово для меня закон, назад пути нет. Я дошёл до остановки, дождался автобуса, сел в него, оплатил за проезд кондуктору, проехал три остановки, вышел, прошёл квартал до многоквартирного дома, поднялся на третий этаж, постучал в дверь и всё как во сне, как в тумане. Я испытывал какие-то новые чувства, странные ощущения, должно было произойти, что-то из ряда вон выходящее, вроде убийство, но так можно, это нормально – «А почему же эвтаназия тогда запрещена?» - меня донимала эта мысль – «В чём же разница?» - в голову мне приходили странные доводы типа – «Что стар, что млад. Если зародыш можно убить, почему старик должен мучиться до последнего, наоборот было бы справедливее, этот ещё не родился, ему надо дать шанс, а старик уже воспользовался своим шансом, и пора теперь просто, спокойно уйти» - в таком духе и много ещё всякого лезло в голову, но история не об этом. Дверь открыла уже собранная пациентка.

- Привет. – Я ещё раз поздоровался. – Уже идём?

- Привет, да, до обеда надо успеть.

- Далеко идти или ехать?

- Нет, тут рядом совсем, минут за десять дойдём.

- Волнуешься?

- Немного, в первый раз сильно волновалась.

- Это какой раз?

- Седьмой.

- Ёклмн… Да ты многодетная мать прям… Ну… Могла бы ею быть… Если бы…

- Да. Могла бы, но не хочу.

Мы уже спустились по лестнице и шли по аллее в тени каштанов среди четырёхэтажных серых домиков, построенных ещё в советское время, на улице играли дети, гуляли мамаши, я как-то до этого не обращал внимания на них, а теперь только их и замечал.

- А что отец? Он знает вообще?

- Нет, он не в курсе, зачем ему это?

- Ну, я думаю он имеет право знать и на моём месте должен быть он, или я чего-то не понимаю?

- Зачем мне это всё, а если он захочет оставить ребёнка, начнёт канючить. Нет уж! Не надо мне этого! Проходили, знаем.

- А ты точно решила?

- Что решила?

- Аборт сделать? Может не надо, вдруг ты убьёшь сейчас нового Моцарта или политика, который выведет нас из кризиса или…

- Вот этого только не надо, а! – Она меня перебила. – Я тебя не за этим позвала.

- А зачем? Я вообще не понимаю, что происходит, что мне делать и как вести себя в этой ситуации.

- Пока ничего не делать, если мне станет сильно плохо после процедуры, тогда будешь действовать по ситуации.

Дальше мы шли молча, я чувствовал себя соучастником убийства, почему именно я попал в эту ситуацию, просто дело случая, просто я отозвался пойти, интересно скольким она уже позвонила, хотя это не имеет никого значения. Мы дошли до клиники – большое серое здание, с мраморными ступенями и тяжёлыми деревянными дверьми, мы вошли, поднялись по бетонным ступеням на второй этаж, прошли по длинному коридору, в котором сидели редкие пациенты напротив кабинетов. Остановились у двери с табличкой «процедурная», она вздохнула и постучала.

- Войдите, крикнул мужской голос.

- Ты точно решила? – Спросил я.

- Точно.

Я остался один в коридоре, и тут на меня обрушилось всё это и раздавило, сейчас там в «процедурной» погибал человек, не рождённый, погибала надежда, гибла вера в добро, разрывалась на части холодными инструментами судьба. Стены давили на меня своей серостью и безнадёжностью. Я стоял один на один со всем этим кошмаром, который неожиданно свалился на меня таким солнечным летним днём. Я пытался себя убедить, что это абсолютно нормальная процедура по убийству нежеланного, случайного, ребенка, получившегося по неосторожности, так может лучше, чем если бы он жил и был нелюбим, а может он стал бы для этой девушки единственно опорой в будущем. Дверь открылась, не знаю сколько я стоял в коридоре и гонял по кругу одни и те же мысли, из кабинета вышла уже другая девушка, убийство в её утробе отпечаталось грустью на лице. Следом вышел низкорослый мужчина в белом халате с густыми усами под носом.

- Вы отец? – Спросил он, увидев меня.

- Нет! – Воскликнул я. – Боже упаси.

- Он друг. – Ответила грустно девушка.

- Ей надо отдохнуть, пешком лучше сегодня не ходить.

- Понял. Ты посиди, а я такси поймаю.

Я выбежал из клиники как ошпаренный, мне хотелось убежать от этого кошмара, что люди творят, но собрался с мыслями, подошёл к такси на другой стороне улицы, договорился о цене, водитель подогнал машину ко входу. Я поднялся на второй этаж, помог дойти до машины девушке с разбитым материнским сердцем, доехали молча до подъезда, я расплатился за такси, помог ей подняться на её третий этаж, уложил на диван, сбегал с рецептом в аптеку, принёс пакетик с лекарствами. Посидел пятнадцать минут у её ног на диване, повздыхал, пару раз невпопад пошутил, а потом ушёл, я сделал всё, что от меня требовалось.

Иллюстрация: Юлия Юдина