1. В поисках реки Бердь - экспедиция.

Пролог

Август 1986 года. Как же пойти в поход по-настоящему – пешком, с рюкзаками и ночёвками! В книгах об этом очень интересно пишут, и мне самому давно хочется проверить, а как это на самом деле: просто взять и выйти из дома рано утром с друзьями, пешком, в неизвестность и отправиться по дорогам земли, где мы ещё не бывали.

В этом рассказе мы с моим другом отправляемся в путь, как выяснилось позднее, полный приключений и опасностей.

А всё началось с книг о путешествиях Джека Лондона и Жюля Верна. И нет, мы не живём рядом с морским портом, и золотой лихорадки у нас не предвидится. Хотя и наши места, да почти, как и любые на нашей планете, чем-то по-своему интересны, есть своя история, ничем не хуже других. А неподалёку от нас – ну, если измерять по прямой, то километров 45–50 – начинается Салаирский кряж, древнейшие горы на планете, оттого сильно разрушенные. И тут-то уже давно добывают и золото, и мрамор, и уголь, и много чего ещё. А природа! Учёные называют Салаирскую черневую тайгу «дождевым тропическим лесом Сибири» из-за богатой, непроходимой, буйной растительности, высокого биоразнообразия, в том числе из-за сохранившихся здесь с доледникового периода уникальных реликтовых растений. По юго-западной границе кряжа протекает правый приток Оби – река Бердь. Салаирский кряж образовался как горное сооружение в результате слабых неравномерных поднятий в неогене на месте затопленной равнины, и тем не менее это горы. Происхождение гидронима «Бердь» пока не имеет убедительного объяснения, хотя есть мнение, что название происходит вовсе не от тюркского слова, как это чаще всего пишут исследователи, а от древнеславянского и означает вроде как «река, где живёт много медведей».

Не то чтобы я никогда не был в походе. В какие-то небольшие походы мы с отцом ходили, например за грибами на весь день или на рыбалку с ночёвкой, но вот так, чтобы самостоятельно, самому всё делать, – такое впервые. И конечно, для похода нужен компаньон – человек надёжный, который не сдастся после первых километров, и достаточно серьёзный. И кто, как не мои лучшие друзья Серёга, Саня или Костя, подходит для этого лучше всех? Но летом сложно кого-то застать дома, а вот Серёга Портнягин, один из моих лучших друзей, как раз дома, неотложными делами не занят, а значит, с ним-то мы и отправимся в поход! Нам с Серёгой ещё только по пятнадцать лет, и мы учимся в одной группе.

Итак, для начала нам нужен маршрут. А поскольку я главный инициатор похода, то и маршрут разрабатываю я. И вот я предложил Серёге отправиться пешком на реку Бердь. Потому что только на Берди, в нашей местности, можно увидеть непередаваемо красивые места: черневую тайгу, где непроходимые дикие заросли кустарника и травы выше человеческого роста, а по берегам реки в августе много спелой ежевики и кое-где встречаются поляны, сплошь заросшие иван-чаем. А сама река Бердь берёт своё начало где-то далеко в горном массиве Салаир, на границе Кемеровской области и Алтая.

Cборы рюкзака заняли у меня совсем немного времени: одеяло, одежда на ночёвку, консервы, купленные в «стекляшке», котелок, кусок полиэтилена на ночь от дождя. Воду найдём на месте, хотя солдатскую фляжку с питьевой водой в рюкзак нужно закинуть.

Я сказал домашним, что мы с Серёгой Портнягиным идём в поход с ночёвкой, и меня отпустили без вопросов. А вот Серёгина бабуля сильно ругалась: недолюбливает она меня за то, что я Серёгу часто куда-то тащу, хотя это и не так на самом деле. Ну да ладно.

Итак план похода: во-первых, дойти до легостаевской трассы, по которой ходят КрАЗы в горловский карьер; во-вторых, доехать автостопом до горловского карьера; в-третьих, выйти на реку Выдриху и уже по берегу Выдрихи дойти до Берди. На этом пока всё, дальше – по обстановке. Время у нас есть, каникулы, значит, можно не спешить.

Глава 1

Наступило утро, на которое намечен поход. Я закидываю рюкзак на плечи и выхожу из дома. По пути захожу за моим другом Серёгой, и вместе с ним мы выходим из посёлка на дорогу в сторону Листвянки. Уж сколько по этой дороге мы в детстве катались на велосипедах купаться на речку Шипуниху! А сейчас просто идём около километра по этой асфальтированной дороге и, чуть дальше треста НЭС, сворачиваем влево, в поле, взяв направление напрямую на деревню Ургун. Где-то справа остаются река Шипуниха и дачи за речкой. Нам же нужно пройти прямо к деревне Ургун, потому что мимо неё проходит хорошая дорога до села Легостаево, на которую нам и нужно.

Интересно, почему, когда выходишь из дома в поход, появляется такое приятное ощущение необыкновенной свободы или подъёма? Может, потому что свободен в выборе пути, а может, потому что отправляешься в неизведанное, или потому, что увидишь новые места и появятся новые впечатления. Точно не знаю, но это очень хорошее ощущение. Вот ради этого и стоит собрать друзей и однажды отправиться в путешествие: пешком, по реке или ещё как-нибудь – в общем, кому как захочется.

Ну а мы довольно быстро выходим на полевую дорогу и делаем привал. Рюкзаки уже становятся всё тяжелее. Отдыхаем минут десять и двигаемся дальше.

Полевая дорога проходит через суходольные луга, поросшие всякими травами, и выходит на асфальтированную дорогу ближе к деревне Ургун, чуть выше моста через реку Шипуниху. Мне давно знакома эта дорога, ещё с тех пор, когда мы переехали в эти места из города Омска. Пару лет мы с родителями жили в деревне Ургун и часто ездили по этой полевой дороге на мотоцикле в Линёво. Похоже, что и сейчас дорога не сильно-то изменилась. Тогда у нас в Ургуне была своя избушка, скорее всего, конечно, колхозная, и участок под картошку. На участке за домом и теперь, наверное, растёт очень большая, старая, развесистая черёмуха, а под ней у нас висел огромный гамак. Но где всё это теперь, я уже, наверное, не смогу найти, да нам это и не нужно.

Идём уже часа полтора, не меньше. Это только по карте расстояния кажутся небольшими, а на местности всё оказывается совсем по-другому: идёшь-идёшь, а идти всё ещё далеко. И если, например, по асфальту без груза пешеход может легко развить скорость пять километров в час, то с рюкзаками она сильно меньше. И вроде бы старались брать с собой по минимуму, но всё же набралось прилично: это и дополнительная одежда на ночь, и одеяло, и по несколько банок консервов, и всякие продукты, а также армейская алюминиевая фляжка с водой, топор, котелок, кружка, чашка, ложка, нож – в общем, набирается. Для воды Серёга захватил с собой специальную трёхлитровую канистру, но в рюкзак мы её не клали, а несём по очереди в руках, и надо отметить, что оттягивает она руки довольно быстро.

Перед выходом на асфальтированную Легостаевскую трассу делаем ещё один привал, чтобы перекусить. Съедаем по банке консервов, кладём пустые банки в рюкзак и выходим на трассу. Как раз по этой дороге и ходят КрАЗы в Горловский разрез, а это нам и нужно. Стоило только поднять руку, как первый же водитель КрАЗа, увидев нас с рюкзаками, сразу остановился. Мы с Серёгой радостно запрыгиваем в широченную кабину, где пахнет машинным маслом и дизтопливом. Усаживаемся на широкий диван – красота!

Да, ехать – это не идти. Пока едем, болтаем с водителем. Он сначала подумал, что мы идём на рыбалку на искусственные пруды на реке Шипельке. Но мы объясняем, что нам бы до Горловского разреза доехать, а там уже мы хотим выйти к речке Выдрихе.

Если немного сказать о реке Выдрихе, то вряд ли на ней сейчас живут выдры, но, поскольку название очень старое, возможно, раньше они тут обитали.

Когда-то давно в этих местах побывал известный путешественник Пётр Паллас.

Паллас, Пётр Симон, – один из наиболее выдающихся естествоиспытателей всех стран и времён, немецкий и русский учёный, путешественник. На русской службе (1767–1810). Так вот, во время путешествия Пётр Паллас остановился на ночёвку в Медведице (ныне село Медведское), а затем отправился в деревню Беловскую (ныне Белово). И вот что он пишет: «Здесь вёрст за 15 до деревни Беловской, где течёт речка Выдриха, лежат прекрасные поля, на которых хлеб от каждого зерна даёт от 25 до 30 зёрен. А на другой стороне деревни Беловской возвышаются большие холмы, переехав кои, приедешь к большой реке Бердь, на песчаных берегах коея инде находятся прекрасные леса из соснягу».

Получается, что название Выдриха в XVIII веке уже было. И хотя мы, конечно же, не знаем маршрут известного путешественника, нам всё же интересно пройти похожим путём.

Глава 2

Прямо перед самым карьером водитель КрАЗа притормаживает и останавливает машину. Мы с Серёгой, сказав спасибо, выпрыгиваем на дорогу. Водитель гудит нам сигналом и уезжает, а мы стоим на обочине, осматриваемся, в каком направлении нам нужно идти.

– Ну и где тут эта Бобриха? – смотрит по сторонам Серёга.

– Выдриха, – поправляю я.

– Тфу, блин! Да, Выдриха.

– Да вот, прямо тут, рядом, внизу, – показываю я направление. – Дорогу только перейти, и вот там, внизу, она и течёт. Ну что, идём?

– Идём! – бодро отвечает Серёга, взваливая рюкзак на плечи.

– В наших с тобой планах, выйти к берегу Выдрихи, – поясняю я, – а уже по берегу дойдём до Берди. Такой план! Мне кажется, будет интересно! Как считаешь?

– Отличный план! – соглашается Серёга.

И мы отправляемся в путь. Но на деле оказывается не всё так просто. Река протекает в низине, и вся эта низина настолько заросла кустарником, что нам с трудом удаётся пробиться к берегу, а уж идти по нему и того сложнее. Часа три мы упорно продираемся сквозь кусты, но получается плохо, и становится понятно, что так мы вообще никуда не дойдём.

– А в книгах так красиво иногда пишут: «Пройдите берегом реки до устья…», – отмахиваясь от комаров, замечает Серёга.

– Ага, на деле не всё так красиво. Что-то пока не получается идти.

К сожалению, идти вдоль берега, как мы планировали, не выходит. Скорость нашего передвижения приближается к нулю, и нужно что-то с этим делать. Приходится корректировать маршрут на ходу.

– Может, попробуем пойти подальше от берега, там, где повыше? – предлагаю я. – Выйдем на чистое место. Хоть и не по берегу, но будем двигаться вперёд, а тут совсем засада.

– Наверное, придётся, – соглашается Серёга, вытирая лоб. – Какая же заросшая эта Бобриха, просто сплошная стена.

– Это Выдриха, но кто ж знал.

– А, точно! Выдриха, – хлопнул себя по лбу Серёга и прибил с десяток комаров.

– Ещё и комарья тучи в этих зарослях, – я яростно отмахиваюсь веткой от пищащих насекомых. – Да, надо выбираться отсюда.

Мы берём направление, по возможности, на повышение местности, хотя в зарослях ивы и тальника это определить не так-то просто. И всё же через какое-то время мы выходим на старую, узкую дорогу, проходящую сквозь заросли кустарника. Или, скорее, это направление, чем дорога: по ней если и ездят, то очень редко. Но для нас важно то, что теперь мы можем хотя бы нормально двигаться вперёд. И хотя вся эта дорога заросла травой, трава невысокая, а главное – продираться сквозь заросли не нужно.

Как нашли дорожку, сделали привал минут на двадцать и, отдохнув, неспешно двинули уже по ней, тем более направление как раз для нас подходящее. Так мы идём ещё час-полтора, пока не выходим опять к реке Выдрихе. В этом месте дорога пересекает реку вброд, а дно, похоже, хорошее, каменистое – наверняка можно перейти на ту сторону, просто закатав штаны.

– О, к Выдрихе, кажись, вышли, – говорит Серёга, скидывая рюкзак. – Или как она правильно называется, Бобриха, да?

– Выдриха, – отвечаю я. – Интересно, сколько мы вообще прошли после того, как высадились – из машины? Как думаешь?

– Не знаю. Похоже, не очень много. А вот если от дома считать, то в такую даль уже забрались.

– Да, это точно, – соглашаюсь я.

И действительно, когда идёшь с рюкзаком, расстояния кажутся очень большими. Ну что ж, вот они, приключения: хотели – получите. Но, по-моему, так даже интереснее. Если бы всё было просто, что это за поход тогда?

– А далеко ещё до Берди? – спрашивает Серёга.

– Сам не знаю, – задумываюсь я. – Мне кажется, ещё очень далеко. Но на сегодня предлагаю остановиться на ночёвку прямо тут на Выдрихе.

– А может, ещё пройдём? – предлагает Серёга. – Место получше поищем.

– Где тут искать лучше? Да и зачем? Вот река, вот поляна. Можно и тут переночевать.

– Рановато ещё вроде для ночёвки. Да и прошли ещё мало.

– Это так кажется, – отвечаю я. – А пока расположимся, пока костёр, пока приготовим что-нибудь уже и вечер наступит. Да и отдохнуть ведь нужно.

Итак, сегодня делаем большой привал. Ноги очень устали, а рюкзак все плечи оттянул, пока мы сквозь кусты продирались. Ну и всё же мы прошли пешком немало, а вместе с тем, что нас подбросил водитель КрАЗа, вообще очень прилично получается.

Справа от дорожки, по которой мы пришли, на берегу как раз подходящее место для стоянки – небольшая полянка. На ней и располагаемся.

Снимем дёрн под костровище, а потом перед уходом уложим дёрн обратно, чтоб выжженой земли не осталось, как будто тут никого и не было, – будем сохранять природу. В первую очередь насобираем сухих веток на дрова, и побольше, чтобы приготовить ужин.

Разводим костёр, устраиваемся возле него поудобнее. Я сходил к реке, зачерпнул воды в котелок, поставил на огонь. Есть уже так охота! На ужин я предлагаю сварить спагетти со сливочным маслом – обожаю их на природе. Специально захватил с собой из дома спагетти и небольшой кусок масла, как раз всё это было. Помню, нам с отцом на рыбалке так понравилось варить макароны с маслом, что, когда его не было, использовали даже маргарин, и то вкусно. И вот с собой в поход тоже взял.

Сварили спагетти, пообедали, а заодно и поужинали. Теперь пьём чай с плавленым сыром «Дружба» и хлебом.

Пока мы этим занимались, уже начало темнеть. Будем готовить ночлег. Нарвали травы, нарезали тоненьких тальниковых веток, чтобы не на земле лежать. Пока готовили ночлег, уже и стемнело. Посидели ещё у костра, потихоньку подкидывая ветки в огонь, и легли спать.

Я улёгся на заранее приготовленную лежанку, закутался в одеяло. Но уснуть оказалось не так-то просто. Несмотря на усталость, сон никак не идёт. И всё же, покрутившись с полчасика, я постепенно задремал. Но вдруг посреди ночи, не знаю во сколько, меня разбудил Серёга.

– Саня, что это за звук?

– Блин, Серёга, ты чего не спишь? – спрашиваю я. – Какой ещё звук?

– А вот, слушай.

Я осмотрелся. Темнота такая, что ничего вообще не видно. Ночь тёмная, ни луны, ни звёзд, и в этой тишине где-то вдалеке действительно раздаётся страшный звук.

Глава 3

– Этот? – спрашиваю я.– Да! – шёпотом говорит Серёга. – Что это?

– Серёга, да это же обычная выпь кричит, – сонно отвечаю я. – Давай спать уже. – И снова накрываюсь одеялом.

– А мне страшно! – честно говорит Серёга. – Слушай, а волки тут есть?

– Конечно, нет. Откуда тут волки?

Я собираюсь спать дальше, но уснуть теперь никак не получается: непроизвольно прислушиваюсь к звукам в лесу. И действительно, кроме крика выпи, в ночи ещё очень много странных звуков: то где-то ветка хрустнет, то ещё что-то произойдёт совершенно непонятное. Мои мысли теперь сами собой крутятся: а вдруг и правда волки где-то рядом? Никто ведь не даст гарантии, что их тут не может быть. А мы ещё так неудачно остановились на ночёвку: в низине, и совсем близко к нам со всех сторон подступает плотная стена кустарника. Хищники, если они есть, могут незаметно подкрасться к нам вплотную, а мы их даже не заметим. Вот же блин! И как будто этого мало, вокруг нас ещё и тучи комаров, которые непрерывно пищат и кусают. Они прокусывают, кажется, вообще всё и так противно пищат, что это начинает уже не на шутку подбешивать.

Поворочавшись минут пятнадцать, я понимаю, что теперь точно не усну. Серёга тоже не спит, тихо ругается себе под нос на комаров.

– Серёга, может, костёр разведём, накидаем свежей травы, устроим дымокур? Хоть как-то от комаров спасаться надо.

– Меня тоже уже взбесили эти комары, – отвечает Серёга. – Как тут вообще можно уснуть? Кто-то воет, комары пищат, в кустах что-то трещит.

– А ты спал хоть сколько-нибудь?

– Да, сначала уснул, а потом вдруг проснулся, не знаю отчего, а тут этот звук. Кто, говоришь, это кричит?

– Это выпь. Птица такая есть, небольшая совсем, водоплавающая. Типа дикой утки, хотя скорее ближе к цаплям. Я думал, ты знаешь.

– Никогда не слышал, – задумывается Серёга. – А ты точно уверен?

– Конечно, точно! Я этот крик ни с чем не спутаю. Я и днём его тысячу раз слышал. На озёрах особенно часто, каждое лето. Сам я, правда, не видел эту птицу, только на фото в книге, а вот отец видел. Говорит, что такая вот птичка: встанет на одной ноге в камышах, шею вверх вытянет – её и не заметишь даже, а кричит как раненый бык.

– Да уж! Посреди ночи в лесу от такого звука обделаться можно.

– Ну, если не слышал раньше, то да, – соглашаюсь я. – Но ты прав, жутковато что-то.

Как отмечает этнограф С. В. Максимов: «В Одоевском уезде, в зарослях реки Упы, поселилась птица водяной бык, или выпь, невиданная здесь до тех пор и неслыханная. Не было сил разуверить крестьян в том, что этот ночной рёв, похожий на рёв коровы, не производит водяной чёрт».

Я окончательно решаю вставать, скидываю с себя одеяло, поднимаюсь и подсаживаюсь к потухшему костру. Беру ветку, ворошу ею в костровище: угли ещё есть. Я подул на них, из-за чего в воздух взметнулась туча искр и белых хлопьев пепла. Мы с Серёгой стали потихоньку подбрасывать в угли тонкие веточки и раздувать их, пока огонь наконец не разгорелся. Ну вот, теперь можно поискать в округе сухих веток для костра. Хотя в потёмках это не так уж и просто, но от огня есть немного света, и нам удаётся насобирать дров. Ветки в основном тальниковые, или ивовые, горят плохо и щёлкают, разбрасывая искры, но других тут нет. Развели огонь, накидали сверху травы – повалил густой дым. Комары действительно такой дым не любят. Пока двигаемся, мы разогрелись, освоились в ночи, уже не страшно, да ещё и огонь горит.

– Может, перекусим чего-нибудь? – предлагает Серёга. – Тогда и уснуть проще будет.

– Да, давай. – поддерживаю я эту идею.

– Сейчас консервы откроем, хлеба нарежем. Пожуём и спать. – потирает руки Серёга.

Так мы и делаем. «А всё-таки как хорошо, что у меня есть такой друг – Серёга! Без него я бы не справился», – думаю я. А мы достаём банку консервов, хлеб и перекусываем, глядя на огонь и болтая о том о сём.

– Вот теперь гораздо лучше, – бодро говорит Серёга. – Давай ещё чайку заварим, а? Попьём горяченького.

– Согласен. Горячий чай сейчас очень хорошо пойдёт. Я за водой.

Я беру котелок – хорошо, что с вечера отмыл его. Иду к реке, тут буквально три шага, хотя в такой темноте к воде подходить как-то даже жутковато, но вида я не подаю. Зачерпываю воды, ставим котелок на огонь. Пока вода закипает, ещё дровишек поискали. А у Серёги с собой оказалась ещё и баночка варенья – запасливый. Попили горяченького, и снова в сон потянуло. Но сначала ещё рвём зелёную траву, подбрасываем на костёр, чтоб дымокур отгонял комаров, и спать.

И вот только я закутался с головой в одеяло и собрался уснуть, как понял, что опять начинаю прислушиваться ко всяким звукам в ночи: «Ну нет, так нельзя, так совсем не уснуть. Нужно прекратить прислушиваться, а просто спать, тем более сейчас костёрчик горит рядом, дымок по земле стелется». И я не знаю есть тут где-то поблизости волки или нет, но я задремал.

Глава 4

Проснулся я резко от холода. Так сильно замёрз, что слегка потряхивает. Хотя вроде лето на дворе, но на земле ночью всё равно холодрыга. Пытаюсь получше закутаться в одеяло, но, естественно, не помогает. Похоже, придётся вставать, а так неохота, поспать бы ещё. Я скидываю с себя одеяло, а вокруг-то, оказывается, уже совсем светло, хотя солнце ещё и не взошло. Я поднимаюсь, осматриваюсь вокруг: небольшой туманчик, сыро. Надо бы срочно разводить костёр, согреться у огня. Собираю веточки, что валяются вокруг, складываю в костёр: сначала тоненькие, потом те, что побольше. Углей почти не осталось, поэтому чиркаю спичкой, кладу её в середину хвороста, и веточки начинают разгораться.

Проснулся Серёга, резко скинул одеяло.

– О! Уже светло! – удивляется он и поёживается. – Холодно. Бррр.

– Да, холодно, – подтверждаю я. – Я от холода-то и проснулся, хочу вот костёр развести. Ты как, поспал?

– Еле уснул, всё казалось, что волки где-то близко в кустах, – Серёга засмеялся низким басом. – Гы-гы-гы.

Серёга говорит с хрипотцой и таким густым басом, что, наверное, за километр слышно. Такая уж особенность голоса и могучие лёгкие.

– Какие волки?! О чём ты, Серёга? – я делаю вид, что сильно удивился. – Ты тут ночью так всхрапывал, как будто разъярённый медведь ревёт. Все волки от страха до сих пор бегут, наверное.

– Ха-ха-ха! – захохотал Серёга. – А ты-то давно проснулся?

– Да буквально минут за пять до тебя. От холода, а то бы спал ещё.

Серёга поднялся и подсел к костру поближе, а я пошёл поискать ещё сухих веток, костёр надо развести посильнее.

– Давай чайку вскипятим, – предлагает Серёга, – чтоб согреться, а потом уже завтрак будем готовить.

– Да, можно. Зачерпни водички в реке. Да и умыться хорошо бы, пока вода кипятится.

Попили горячего чаю, согрелись. умываемся холодной водой из реки и снова ставим кипятиться воду. Серёга достаёт из рюкзака пару картофелин и идёт к реке, почистить их, а я слежу за костром. Когда вода закипела, закидываем сначала порезанный картофель, а чуть попозже – пару суповых пакетов «Суп вермишелевый с мясом».

Когда суп сварен, сначала охлаждаем котелок в воде, потом раскладываем суп по чашкам, присаживаемся возле костра и неспешно едим, да побольше, впереди ведь поход, а хочется вроде и полежать ещё, а может, даже и вздремнуть. Но мы собираем рюкзаки и в путь, по холодку, как говорится.

Сейчас раннее утро, вода в реке холодная, неохота в неё лезть, но нам нужно перейти на другую сторону.

– Неохота в холодную воду! – говорит Серёга. – А давай жребий тянуть на спичках.

Кто короткую вытянет, тот переносит через реку другого.

Я слушаю Серёгу и понимаю, что перенести его через реку у меня вряд ли получится, ведь он весит намного больше меня, но всё же соглашаюсь, думая: «А вдруг мне повезёт?» Серёга тем временем достаёт четыре спички, обламывает одну из них и зажимает в кулаке. Мы начинаем тянуть. Я вытягиваю длинную, а Серёга следом за мной сразу достаёт короткую и с досадой бросает остальные в воду.

– Эх, не повезло. А ведь мог и ты проиграть, и тогда мне не пришлось бы разуваться. А вообще, так и так бы пришлось переходить, но попробовать стоило.

Серёга разувается, закатывает штаны и берёт ботинки в руку.

– А давай сразу рюкзаки наденем, чтоб не переходить обратно уже, – предлагает он. – Возвращаться – плохая примета.

– Можно попробовать, раз сам предложил. Если утащишь. Или, может, давай уже каждый сам, ну его, этот жребий.

– Утащу, тут идти-то… Не разувайся.

Надеваем рюкзаки, я запрыгиваю Серёге на спину. Всё-таки Серёга, можно сказать, тяжеловес, мой вес ему как пушинка, наверное. Серёга ступает в холодную воду, но тут вдруг я начинаю сползать и крепко хватаю его за шею – мне в холодную воду неохота, я ведь даже не разулся.

– Саня, не дави на шею! Дышать нечем, – Серёга хватает меня за руки и останавливается.

– Не дави, а то мне нехорошо.

– Серёга, иди быстрее, мне твой рюкзак, капец как, на живот давит, а у меня живот полный.

– Я не могу идти, ты мне шею сдавил!

– А я сейчас свалюсь в воду, если ты будешь так стоять.

– А если ты будешь возмущаться, я тогда назад поверну.

– Серёга, да иди же уже куда-нибудь, мне пузо совсем сдавило твоим рюкзаком!

Серёге это показалось смешным, и он начал хохотать.

– Жрать меньше надо было! – продолжает хохотать Серёга.

Мне тоже становится смешно, но от смеха у меня совсем ослабли руки, и я начал сползать ещё сильнее. Стоим посреди реки и хохочем. Серёга всё же собрался и быстро дошёл до берега.

– Уф-ф-ф! Ну и приключение получилось. Я чуть в кедах в воде не оказался. Больше такие жребии не тянем. Тем более я бы тебя совсем не смог перенести, оба бы просто в воду свалились, и всё.

– Рюкзаки надо было оставить. Я, когда предлагал это, не подумал про них.

Серёга быстро обувается, и мы отправляемся в путь. Мы берём нужное нам направление и три часа топаем без остановок: сначала по дороге, потом сворачиваем с неё в лес, пересекаем ещё какую-то другую дорогу, выходим ещё на одну, попутную нам, идём немножко по ней и снова сворачиваем в луга.

Не знаю, сколько мы прошли километров, но местность идёт на понижение. Примерно километра через три – совсем низина, за которой начинается плавное повышение, и так до самого горизонта. И вот в чём вопрос: там, внизу, уже Бердь или просто ручеёк какой-нибудь, а до Берди ещё топать за горизонт? Мне представляется наиболее вероятным, что ещё придётся топать за горизонт, но тогда наш поход растянется на несколько дней, а мы на столько не рассчитывали: запасов у нас с собой ещё на одну ночёвку максимум. Что ж, не будем гадать, просто идём вперёд, там и узнаем. Идём ещё с полчаса лугами, потом пробираемся сквозь заросли ивняка, и вот…

Да, это незабываемое впечатление: вид, который нам открывается сейчас, выглядит нереально, фантастически. Ведь мы с Серёгой не знали точно, выйдем к Берди или нет, а только предполагали, и вдруг – удивительный пейзаж! Река Бердь, вот она, прямо перед нами, с шумом несёт свои быстрые воды. Вокруг на десятки километров никого, только каменистый берег, усыпанный плоскими камнями, и хвойная тайга на противоположном берегу. Вот оно, сбылось! Даже не верится, что мы дошли. Реку Бердь я ни с какой другой не спутаю, да и нет тут других таких.

День сегодня солнечный, и солнце уже прилично припекает, поэтому мы скорее бежим купаться в реку, чтобы освежиться с дороги. Потом Серёга предлагает попить чаю. Я поддерживаю, и мы, быстро насобирав прямо на берегу сухих веток, разводим на камнях костёр. Я зачерпываю в котелок воды из Берди и ставлю его на огонь. Завариваем чай, а Серёга достаёт из рюкзака мешочек с пряниками и мешочек с конфетами. Запасливый человек – это здорово, есть с чем чаю попить!

Ну что ж, попили чаю и двинулись дальше по берегу вдоль Берди, вниз по течению. Идём, может, час, не больше, любуемся видами природы. Заметили на склоне заросли ежевики, сбросили рюкзаки и навалились на ягоды – вкуснятина, хотя и кислит немножко.

Прошли ещё по берегу реки и вот очень хорошее место нам встретилось, подходящее для привала. Высокий, обрывистый, чистый берег, а внизу река. Слева по берегу заросли ивняка, всё остальное пространство – луг с низкой травкой, только вдалеке видны три дерева, такие необычные, что точнее всего про этот пейзаж сказал позднее наш друг Саня Пчельников: «как в пампасах», и это самое точное описание местности.

На противоположном берегу – гора, поросшая высокими соснами, там начинается реликтовый бор. Чуть правее, под тем берегом, – огромный песчаный пляж, а растительность расположена как будто ярусами: от реки сначала идёт осока, потом заросли тальника, затем просто склон горы, поросший травами, и наконец, наверху – высокие древние сосны.

Нам понравилось это место, остаёмся тут на привал, на чистом высоком берегу. Приготовим обед и будем сидеть над обрывом, обедать и смотреть на красоту.

В этой части рассказа, забегая на пару лет вперёд, хочу заметить, что впоследствии это место на реке Бердь стало нашим с друзьями любимым местом отдыха. И мы тут побываем ещё много раз. А удивительно то, что каждый раз, идя разными путями, мы всегда выходим на Бердь к этому высокому обрывистому берегу – вот так как-то само собой получается. Но это я отвлёкся, вернёмся к нашему походу.

Температура воздуха всё выше, уже началась настоящая жара, солнце нещадно печёт, поэтому после обеда мы – в реку, чтобы охладиться, да и просто поплавать. Вода в Берди кристально чистая, а дно такое приятное, песчаное, без камней и коряг, что не хуже, чем на морском курорте. Только вот слепни больно кусаются, да и вода не солёная. В остальном – чистый курорт, даже лучше: чистейшая природа.

После купания нас всё же разморило на жаре, очень спать захотелось, да и неудивительно: ночью-то не удалось толком выспаться. Вот и завалились теперь спать в тени берёз, которых тут на берегу всего несколько штук, а в основном идут заросли ивы, поэтому тенёк в разгар дня совсем небольшой.

Подремал я, наверное, всего около часа. Проснулся и чувствую, что мне стало ещё хуже, чем было до сна. Тень ушла, солнце печёт, а организму от этого совсем нехорошо. Хотя я и накрылся перед сном одеялом с головой, чтоб не сгореть на солнце, но от этого стало только жарче. Мне срочно нужно охладиться. Доплёлся я кое-как до воды и погрузился в реку – ух, хорошо! Заходить в реку было вроде некомфортно, но теперь – самое то. Можно немножко посидеть в воде, упираясь ногами в песок, чтобы течением не унесло. И вот тут мне в голову пришла идея – наверное, оттого, что голову напекло. А идея такая: зачем идти пешком? Построим плот и поплывём по Берди на плоту! Я разбудил Серёгу, чтобы он не спёкся на солнце, и поделился с ним идеей.

Пока Серёга приходит в себя в реке, я уже приступил к поиску материала для постройки плота: обследую заросли кустарников, что расширяющейся полосой идут от нашего места стоянки и вдоль берега вниз по реке. Потом вместе с Серёгой в зарослях ивняка мы отыскиваем сухие ивы и рубим их. Некоторые уже давно повалены от старости, слегка трухлявые, и приходится их вытаскивать из-под слоя старой травы. Брёвнышки, конечно, тонковаты для плота, да и корявенькие, но других на этом берегу просто нет. Рубим и таскаем их на песчаный берег, который начинается за кустами, где и будем строить наш плот.

Глава 5

И вот плот готов. Брёвнышки уложены в два слоя, хотя, по правде сказать, связаны они кое-как, потому что верёвки у нас с собой не так много, чтобы вязать плот. Да и совсем небольшой он получился, размером, наверное, метр семьдесят на метр, но должен заметить, что даже сам процесс постройки стоит того, чтобы этим заняться. Река тут не бурная, поэтому плот не развалится. Пройдём на нём сколько-то, может, до вечера, а там уже оставим его и пойдём пешком.

Мы загружаем на плот рюкзаки, аккуратно устраиваемся сами, отталкиваемся – и плот пошёл по реке, а мы отдыхаем на нём, болтая ногами в воде.

Вот это да! Приключения продолжаются. Мы плывём по реке на плоту.

– А куда мы вообще идём по реке? – спрашивает меня Серёга. – И как оттуда выбираться будем?

– Всё по плану, – стараюсь объяснить я. – Согласно моему пространственному мышлению, мы вчера ехали на КрАЗе по дороге, а потом перпендикулярно ей пошли к Берди. Дойдя до Берди, мы теперь как бы движемся по ней в обратную сторону. Ну а потом пойдём от реки условно перпендикулярно, пересечём поля и луга и выйдем к Ургуну. Такой вот план.

– Получается, та дорога и река, хоть и далеко друг от друга, но идут параллельно? – уточняет Серёга.

– Думаю, да, но, как я уже сказал, это условно, и если, конечно, меня не подводит моё пространственное мышление, – подтвердил я догадки Серёги.

– А если не так?

– Ну, выберемся как-нибудь, – пожал я плечами. – Нельзя просто так взять и не пойти по Берди на плоту, когда река вот она. Это же здорово, да и пешком надоело.

– Да, это точно! – согласился Серёга. – Классно!

Так мы и плывём. Развязываем рюкзаки, достаём припасы: проголодались уже, пока плот строили, хочется пожевать чего-нибудь. А плот идёт сам по себе, мы смотрим по берегам, разговариваем о том о сём. Сначала течение было быстрое, но, как только мы прошли поворот, река стала такой широкой, что скорость совсем упала. А мы открываем консервы, отрезаем по куску хлеба и наслаждаемся путешествием – плыть по реке куда лучше, чем идти пешком.

Река в этом месте широкая, и как-то даже немножко не по себе становится: как бы ко дну не пойти, по ощущениям глубина огромная. Но, как оказалось, глубины никакой нет, а дно совсем близко: плот вдруг неожиданно стал скрести по нему и скоро совсем остановился. Вот блин, приплыли! Я встаю с плота, а вода и до колена не достаёт. Дно ровненькое, песчаное, и, если присмотреться, его хорошо видно. Вот и пришли. Теперь стало понятно, в чём дело: там, где река была более узкой, русло промыло течением глубоко, а тут ширина метров пятьдесят, течение распределяется по всей этой ширине, и русла нет, а река совершенно мелкая – можно легко перейти с берега на берег, максимум по колено в воде. Что же делать? Мы провели разведку, но впереди ещё мельче. Стало понятно, что на нашем плоту дальше никак не пройти, придётся его оставить. Вот так быстро закончился наш сплав. Плавучесть плота, как и ожидалось, получилась очень низкой – это мы поняли ещё на этапе строительства, а под нагрузкой он сильно погружается в воду, и корявые брёвнышки торчат где вверх, а где и вниз, цепляя дно реки, как якорь. Если с него встать, то он вроде плывёт, а стоит нам присесть на плот – он сразу садится на мель.

Ну и ничего страшного, зато это было интересно. А сейчас нам остаётся только подтащить плот к берегу и тут его оставить – кому-нибудь на дрова сгодится. Дальше пешком. Теперь идём вдоль реки, но через полчасика сворачиваем в поле и берём примерное направление на деревню Ургун. Никаких средств навигации, карты и компаса у нас нет, ориентируемся просто по пространственному представлению о местности. Идти стало уже совсем тяжело, еле плетёмся, но нужно двигаться. Так прошли максимум минут сорок, и тут у меня появилась идея.

Глава 6

Мы как раз вышли на колхозное поле и пересекаем его. Поля тут небольшие, между низинами и зарослями кустарника.Не знаю, что тут выращивали, сейчас поле уже убрано, и я заприметил на краю копну соломы. Край поля ограничивается плотным густым кустарником и болотистой местностью. Я подумал, что это неплохое место для ночёвки, тем более уже пора присматривать, где переночевать, и предлагаю Серёге остановиться на ночёвку прямо тут. Хотя может показаться, что это очень странное место для ночёвки, но сил идти дальше уже просто нету, а переночевать в копне сена, на мягком и в тепле – это, мне кажется, наоборот очень хорошей идеей.

– А может, ещё пройдём? – засомневался Серёга, у которого сил ещё полно. – Получше место поищем!

– Серёга, мы сегодня уже ничего не найдём. Ещё максимум час, и темнеть начнёт, тогда нам придётся ночевать просто в лесу. Конечно, хорошо бы ещё пройти и остановиться на берегу реки, но тут поблизости нет рек, а до Шипунихи ещё очень далеко, не дойдём.

Серёга задумался, а я продолжил приводить свои доводы:

– Вот послушай, как мы можем сейчас поступить. Мы разведём костёр на краю поля, у кустарника, подальше от копны сена, метрах в четырёхстах-пятистах. Поужинаем, а как стемнеет, соберём рюкзаки и пойдём к копне, зароемся там в солому и нормально поспим. Я ночевал разок в копне сена: мы как-то раз с отцом так делали, когда за грибами ходили. Хороший вариант. Только вот в тот раз копна была почти вся из полыни и запах был такой бодрящий, но и то мы нормально переночевали.

Подумав, Серёга признал, что это и правда хороший вариант. Так мы и поступили. Единственный недостаток в том, что рядом нет никакого водоёма, а у нас с собой мало воды, но всё же нам должно хватить на сегодня, да и с утра по кружке чая выпить. А завтра уже дойдём до Ургуна или до Шипунихи и наберём там воды.

И вот мы разводим костёр, ставим на огонь кипятиться воду для чая. Серёга – запасливый человек – достаёт из рюкзака на ужин литровую банку овощной солянки. Мы не знаем пока ещё, что это за солянка такая, но Серёга купил её на пробу, и вот теперь, когда попробовали, то оказалось, что она отлично подходит для похода: очень вкусно, и готовить не надо. После мы пьём чай и сидим ещё у костра. Печём в углях остатки картошки, пару штук съедаем, а ещё пару штук оставляем на завтра. А когда совсем стемнело, идём на ночлег к копне соломы. Сначала идём по траве вдоль кромки поля, чтобы не оставлять следов, а потом по полю, причём задом наперёд, чтобы казалось, будто люди вышли из поля, а не наоборот. Это может показаться смешным, но ночью в неизвестном месте вам будет не до смеха: безопасность в походе – не последнее дело. Как у Кости Кинчева в песне, там правда смысл более глубокий, но всё же:

Ночь шуршит над головой, как вампира черный плащ. Мы проходим стороной – эти игры не для нас. Пусть в объятьях темноты бьется кто-нибудь другой, Мы свободны и чисты, мы проходим стороной. Вот и я до звона в ушах посмеяться не прочь, Лишь пока светло в небесах, лишь пока не наступит ночь. (Константин Кинчев)

Копна – это не стог, конечно, но нам попалась довольно объёмная: высотой метра два и диаметром таким, что места и на троих бы хватило. Аккуратненькая такая, видно, что вручную метали. Ну ничего, завтра мы её опять поправим, и никто даже не заметит.

Надеваем куртки и забираемся наверх. Я предварительно натянул воротник свитера на нос и надел капюшон брезентовой ветровки: солома сухая, пылит сильно, да и колется – нужно, чтобы за шиворот не попала.

Взобравшись на копну, разгребаем солому, достаём одеяла из рюкзаков и полностью закапываемся, положив рюкзаки под голову. Вот это очень хорошо: ночью будет мягко, тепло, и комаров тут практически нет. Красота, да и только! И никто нас тут не заметит, отлично поспим сегодня.

Сначала мне стало даже жарко – день-то жаркий был, – но ночью будет нормально, то что нужно. Я ещё какое-то время смотрю на звёзды, потом накрываюсь одеялом с головой, а поверх одеяла – соломой, и сам не замечаю, как засыпаю. Отлично проспал всю ночь.

Проснулся я уже утром от того, что Серёга шуршит соломой, выбираясь из копны. Небо уже светлое. Мне пока неохота вставать, посплю ещё немножко, но через некоторое время слышу: Серёга уже где-то там, у костра, ломает ветки для огня. Я понял, что больше не усну, и тоже выбираюсь, вытаскиваю рюкзак за собой и иду к костру. Мне ещё лень двигаться, иду потихоньку: хоть и отдохнули нормально, но усталость накопилась, и я пока ещё не проснулся толком. А Серёга, я смотрю, с утра уже бодрячком – костёр развёл. Подхожу к костру.

– А хорошо ты, Саня, с копной-то придумал. Ночью тут какие-то люди проходили по краю поля. Я голоса слышал. У костра останавливались, нас искали, недоброе задумали. Конец бы нам с тобой пришёл! Но не нашли нас. Ты не представляешь как мне было страшно.

– Что?! – обалдел я. – Какие ещё люди тут могут быть, тем более ночью? Тут ведь ни дороги, ни тропы никакой нет.

– А кто их знает, что за люди. Но ясно одно: намерения у них были недобрые. Они специально искали людей, и у нашего костра стояли. Хорошо, что ты тут вчера вечером местность исследовал и тропу в сторону болота протоптал, они и решили, что люди туда ушли, но идти следом не рискнули. Один сказал, что, мол, опасно, вдруг из дробовика пальнут. Хорошо, что мы с тобой вот так замаскировались в копне.

– Да уж, это точно! – соглашаюсь я. – Вот ведь повезло нам с копной! Слушай, Серёга, что ж мы тут сидим, надо уходить отсюда!

– Да ладно тебе. Думаешь, они где-то тут ждут? Это вряд ли. Вот сейчас чаю попьём и в путь. А ты-то, наверное, вчера проспал всё и не слышал ничего.

– Я спал, да.

– Я так и понял, что ты спишь. Только думал, хоть бы ты не захрапел и не заворочался во сне. Но всё обошлось.

Вот ведь приключение! А похоже, что в этом нашем походе нас оберегают высшие силы, потому что сказать, что повезло, – это ничего не сказать. Такое стечение обстоятельств вряд ли можно назвать случайностью: святые или кто, не знаю, но очень нам помогают, и всё не случайно. И действительно, ну кому тут ночью ходить и зачем? А вот пожалуйста. Разве что, может, хотели спросить, как пройти в библиотеку, но это вряд ли.

Ну а сейчас мы с Серёгой кипятим последнюю воду, завариваем чай, доедаем на завтрак пряники и конфеты. Теперь у нас из запасов только одна банка консервов, ну и ещё по паре глотков воды во фляжке осталось.

И вот мы снова выдвигаемся в путь, взяв направление, как мне представляется, на Ургун. Но сначала, конечно, поправили копну, сгребли обратно солому – ту, что съехала вниз, когда мы выбирались из неё.

Идём долго. Идём по полям и холмам. Стало скучно. Серёга предлагает включить музыку на его электронных часах Levis: там всего две мелодии для будильника и такой звук – пик-пик, пик-пик, но всё же. Сначала нам кажется даже прикольно: идём, музыка играет. Но через полчаса нам это, конечно, надоедает, и Серёга отключает музыку. А ещё минут через двадцать Серёга говорит: – Блин, заела теперь эта мелодия в голове. И, что интересно, проигрывается одна мелодия, потом другая, а потом начинается этот звук: пик-пик, пик-пик. И так крутиться не переставая.

– У меня то же самое, – отвечаю я. – Заело так заело.

– А у тебя сейчас какая мелодия играет?

– Первая.

– И у меня. Значит, одинаково.

И идём дальше.

Через какое-то время мы выходим ровно к деревне Ургун, прямо в конец улицы, а для нас это получается начало. А вот как раз и колонка с водой, прямо с краю тут стоит. Мы первым делом к колонке – напиться. Я нажимаю на рычаг, а Серёга собирается пить, но сначала ничего не происходит, а потом вода как шибанёт напором – Серёгу чуть не смыло. Прямо из колонки напиться не получится, очень высокое давление. В общем, набираем воду в канистру, умываемся прямо тут, у колонки. Вот теперь совсем другое дело, можно продолжать путь. А людей по-прежнему никого.

Через деревню не пошли, идём в обход, по левой стороне. Выходим снова на Легостаевскую дорогу, по которой ехали на КрАЗе. Останавливаем КрАЗ, и он нас подбрасывает до того места, где мы позавчера так же загружались в такой же КрАЗ. Теперь идём уже порядком уставшие через поле, потом выходим на асфальтированную дорогу в посёлок. Ещё немножко – и вот он, мой двор и дом. Добрались. Я предлагаю Серёге зайти ко мне чаю попить, но он решил идти сразу домой. Но ничего, завтра зайду к нему в гости: чаю попьём, поболтаем, обсудим поход, а на выходных, может, с отцом моим на рыбалку рванём.

Эпилог

Вот такой вот поход получился: без компаса и карты, а всё же направление мы выдержали правильно. Маршрут был рассчитан так, что мы в любом случае выходим либо на дорогу, либо к реке.А если же, например, двигаться по тайге, где не к чему привязать ориентиры, то там легко и заблудиться, и уже без предварительной подготовки – карты местности и составления маршрута в пути не обойтись. Ну а мы будем готовиться к следующим походам. А теперь уже скоро начало учебного года, встретим всех наших друзей из группы, которых летом не видели, так что всё отлично.

В следующем коротком рассказе о загадке советских часов Электроника. Не так они просты как кажутся.