1-80-70KRIF #1

Глава 1

Пустыня освещалась сказочным лунным светом. Рядом с шатром потрескивал небольшой костер, заставляя огоньки пламени сливаться в танце. Двое мужчин сидели возле костра и выпускали густой дым. Искры из костра то и дело пытались вырваться и полететь дальше, но как только они выходили из центра то мгновенно исчезали. Пустынное безмолвие казалось, длилось целую вечность. Пустыня как будто бы ждала разговора этих двоих. Они сидели укутанные в черную одежду напоминающую рясу и в руках у каждого была длинная курительная трубка, переплетенная хитрой вязью. Их легкие с небольшой периодичностью наполнялись дымом и пустынным безмолвием. Это молчание давило. - Сколько ты готов потерять братьев, ради того, чтобы он, наконец, понял, что происходит? – вымолвил первый. Второй не спешил с ответом, он любовался красотой Луны, которая своим серебристым светом трогала верхушки дюн. Он выпустил клубок густого дыма и повернулся к первому. - В него верят – ответил второй. - Чем эта вера обоснована? – продолжал первый – нас стирают с каждым разом все больше и больше, скоро никого не останется. - Ты сам знаешь, что это План и он не подлежит разговорам – ответил второй. Последнее слово улетело куда-то за верхушку одной из многочисленных дюн. Пустыня приобрела еще одно слово, которое будет смаковать не одно десятилетие. Первый запустил в себя еще одну порцию дыма и закашлял. Его горло как будто бы хотело выхаркать что-то инородное. Второй привстал и намеревался сделать шаг к первому, но первый вытянул руку с ладонью и дал понять, что помощь не нужна. - Эта мерзость уже во мне – кряхтел первый. - Затяни трубку – советовал второй. - Ты сам знаешь, это уже не помогает, эта мерзость душу вытряхивает из тела, она изменяет нас. Ветерок пронесся над шатром, задев огоньки пламени, которые лихо завихрились. Мужчины сразу же сконцентрировали свой взор на костре. Они переглянулись и снова приняли свое первичное положение, усевшись рядом с костром. - Он глупец, пока он думает, нас стирают – негодовал первый. Второй с каким-то особым взглядом посмотрел на первого. Этот взгляд имел обличающую силу. - Ты помнишь, что такое сомнение? – спросил второй. - Я помню, что я сотни веков хоронил дома и братьев, я помню, как многие выбрали мерзость, потому что… - Потому что потеряли веру – перебил второй. Огоньки уже не плясали, а старались быть ближе к центру костра. Лунный свет редел, так как тучи начали свое движение по небосводу. - Отец сказал, что он сможет разорвать круг – сказав, второй затянулся трубкой. - Я так давно не слышал Отца, бывает я иной раз, думаю, что его и нет вовсе. - Это мерзость проникает все больше и больше, главное быть бодрым духом. - Какой твой путь будет? - Нельзя говорить о пути кому либо, даже братьям. - Знаю, я иной раз думаю, что я совершаю один и тот же шаманский обряд, надеясь, что он проснется, но каждый раз я встречаю лицемеров. - Хочешь помечтать? – снова перебил его второй. - О чем? - Вот если бы он проснулся, как бы ты хотел, чтобы он дал понять, что Игра началась? - Пусть скажет мне привет, этого будет достаточно. - Ты видел бессчетное количество людей и все они желали здравие на словах, как ты поймешь, что его слово отличается от их слов? - Брат всегда скажет нужное слово. - Наше слово мельчает, мы говорим больше, а смысла все меньше. В этот момент одна из искорок вырвалась лихо вперед и тут же растворилась во тьме пустыни. - Это мерзость, она поглощает душу. - А выбор делает тоже она? – второй затянулся и выпустил внушительный клубок дыма, который медленно стал оседать на землю. Первый не стал отвечать, потому что ответ был очевиден. Мерзость давно застряла в душах людей, поглощая и изменяя ее. Одна капля мерзости за считанные минуты изменяла все. Она переиначивала само естество. Внешне люди оставались привычными для обывательского взгляда, такими как они есть, но внутри происходили такие реакции, что первичное естество подменялось чужеродным. - Знаешь, он очень хотел быть похожим на тебя – заявил второй. - По мне он ни рыба ни мясо, ни как не может определиться с какой стороны начать. - А может это верный путь? - О чем ты? - Может он просто не хочет выбирать? - Выбор придется сделать все равно, всегда должен быть выбор, это самое трудное, ты и без меня знаешь. - Я к другому, может он хочет сделать свой выбор, который не предлагал ему никто, поистине свой выбор. - Как это? - Пока никто не знает, точно не я. - Истинный выбор, что это? - Я думаю это выбор, где тебя никто тебя не связывает и не навязывает. - Путы, сплошные путы. - Так как бы ты понял, что это он? - Не знаю, он отверженный, он по другому говорит, по другому смотрит на все, иной раз я его не выносил. - Где-то оставлял? - Да, один раз я выбрал его тропу, чтобы завершить цикл, в итоге понял, что я слишком другой. - Еще бы, у тебя дар Павла, ты сам по истине другой. - Знаешь, я бы хотел, чтобы привет был пламенным. Луна снова оголилась и обдала своим светом всю пустыню. Тихое безмолвное спокойствие вечных дюн, давала странникам какую-то надежду, что завтра может изменить все. Но как это бывает, иной раз завтра зависит совсем от других обстоятельств.

Вот тебе, вот тебе, вот тебе Вот тебе пламенный сала, салам алейкум Сала, салам алейкум Сала, салам алейкум Вот тебе пламенный сала, салам алейкум Сала, салам алейкум, сала, салам Вот тебе, ага, вот тебе, ага Во, о-о-о, во, о-о-о Вот тебе, ага, вот тебе, ага Во, о-о-о, во, о-о-о Вот тебе, ага Вот тебе пламя Вот тебе Вот тебе пламенный Как тебя хоронить, bitch? Ты же такой один, и В комнате пойдёт дым, и Как, как, как тебе такой мир, сын, нужно ли тебе жить здесь? Везде щас один пиздец, везде щас один пиздец Пиздец-пиздец, пиздец-пиздец Пиздец Пиздец-пиздец, пиздец-пиздец Вот тебе, ага, вот тебе, ага Во, о-о-о, во, о-о-о Вот тебе, ага, вот тебе, ага Во, о-о-о, во, о-о-о Вот тебе пламенный сала, салам алейкум Сала, салам алейкум, сала, салам (AYRYS - Пламенный)