60-я параллель
Часть I
Г. Караев, Л. Успенский
60-я ПАРАЛЛЕЛЬ
Когда, десятилетие назад, «60-я параллель» впервые увидела свет, действие этого романа, посвященного самому трудному и одному из самых славных подвигов Ленинграда, первой блокадной зиме, начиналось в июне сорок первого года, накануне войны, и заканчивалось весной года сорок второго, когда измученный голодом и непрерывными боями город Ленина впервые смог перевести дух: «Выстояли! Самое тяжкое — позади».
Прошло десять лет. Мы воочию увидели, за какое будущее пожертвовали собою лучшие сыны Родины в том памятном году: если бы не их героизм, не было бы ни освобожденной Африки, ни свободных стран социалистической части мира, ни атомных электростанций на советской земле, ни голосов советских людей, доносящихся из космической дали. Не было бы нас.
Для второго издания романа авторы написали эпилог, соединяющий апрель сорок второго года с маем года сорок пятого, с великими днями победы и ведущий действие к нашим временам. Мы узнаём, что случилось с героями романа на протяжении этих десятилетий. Перед нами раскроются дальнейшие судьбы тех, с кем мы сроднились, читая книгу, а вместе с тем и величавая, светлая судьба всей нашей страны.
«Романы, даже самые длинные, — говорится в эпилоге, — приходят к концу. А жизнь не кончается никогда».
В эту жизнь, ради которой сражались, умирали и побеждали ленинградцы сорок первого — сорок пятого годов, ми можем заглянуть с последних страниц «60-й параллели».
НА РУБЕЖЕ
Глава I
«Зеленый луч»
— На редан![1] На редан! Смотри, сейчас на редан выйдет! — с восторгом и умилением закричал Лодя Вересов, и отголоски далеко побежали над вечереющим взморьем. — Как идет, Кимка! Ты видишь, как он идет? Даже барсит…[2]
Кимушка Соломин усмехнулся не без самодовольства. Твердой рукой опытного водителя он подал сектор движка еще на одну зарубку вперед. И «движок», ненаглядный, капризный «С-101», покорно запел тоном выше.
Лоде было известно, почему он зовется так: «С-101», этот движок. Такая хитрость была применена, чтобы все думали, что у его конструктора, Кима Константиновича Соломина, за спиной уже сотня столь же превосходных моторов. «Так многие делают!» — подмигнув, объяснил Лоде Ким, и Лодя удовлетворился этими словами.
«С-101» пел, очень довольный, по-видимому, тем, что наконец-то ему позволили родиться на свет. Скутер «Зеленый луч», гонимый его напором, набирал скорость. Гладкие, скользко-студенистые на вид «усы» протянулись от него по воде — к Лахтинскому берегу и к стрелке Крестовского. За кормой — точь-в-точь как в описаниях морских войн — побежала пенясь кильватерная струя… Киль-ватер-ная! Как за линкором!
Сердце Лоди билось учащенно: «Нет! До чего же хорошо всё кругом! Всё, всё!»
Ким Соломин, морща лоб, вслушивался в голос своего моторчика. Некрасивое умное лицо его светилось гордостью. Идет скутер!
— Что-то есть в зажиганье… — пробормотал он все же озабоченно. — Хватит гонять! — И резко убрал газ.
Тишина. Легкая, свежая, водяная…
«Шлеп… Шлеп!!» — залопотали о борта скутера крошечные волны штиля.
Мертвая рыбешка, вверх белым брюшком, неторопливо проплыла за корму. Солнце, садясь, коснулось теплым огнем Кимкиных буйных вихров; оно точно хотело сравнить, кто же из них, в конце концов, рыжее: Ким или оно, солнце?
Ребяческим, срывающимся от сильного чувства голосом Ким Соломин, десятиклассник, конструктор и изобретатель, надежда школьных физиков, заикаясь как всегда, произнес с приличествующей случаю торжественностью:
— За… за… запиши, брат… В двадцать ноль семь, двадцать пе-первого июня 1941 года мотор «С-101» был испытан с-с-с-строителями!..
Мгновение он еще старался сохранить спокойствие, но неодолимая волна юного счастья вдруг захлестнула его.
— И конструктор, — закричал он, внезапно вскакивая на банку скутера, — и конструктор не выдержал такой удачи!.. Безумец неожиданно…
Ноги его мелькнули у самого Лодиного носа. Скутер отчаянно качнуло; вот так всплеск! Бешеными саженками строитель, как был в трусах и зеленой майке, устремился к недалекому бую.
Коснувшись его, он, видимо, хоть отчасти охладил свой восторг. Куда более правильным брассом, уже неспешно он вернулся обратно.
Увлеченный таким примером, Лодя начал было стаскивать свою голубую майку, но вдруг замер. Глаза его широко открылись. Он оцепенел, не отнимая пальцев от ворота, не в силах пошевельнуться…
Что случилось? Решительно ничего! Ничто не изменилось вокруг. Просто на большое зеркало залива, на всё его огромное, ослепительно лучащееся пространство налег вдруг такой невыразимый покой летнего вечера, что сердце не могло не остановиться.
На левой раковине[3] «Зеленого луча», за зданием яхт-клуба, в мерцающем мареве туманился Ленинград. В парке культуры, за Стрелкой, чуть слышно играл оркестр. Из трубы лесопилки, справа, вылетали и таяли с легкими хлопками аккуратные крендельки газолинового дыма.
Далеко впереди, как встающий из моря мираж, тянулся лесистый мыс Лахты. По шоссе к нему катились грузовики; их фары и ветровые стекла на каждом вираже бросали быстрый красноватый «зайчик».
Рядом шел битком набитый людьми поезд — в Сестрорецк. Розовый дымовой султан поднимался косо — вверх и назад; блестели окна. Высоко над ним, в голубой бездне «крутил петли» чуть зримый самолет. Его почти не было видно; но время от времени из-за золотисто-белых облаков доносилось сюда, вниз, могучее звонкое рычание. «И тут — я! И тут человек! Советский Человек! — казалось, говорило оно. — Вольный! Смелый! Счастливый!»
Кимкина мокрая голова блеснула у борта подобно медному скафандру водолаза.
— Теплая до п-п-противности! — с наслаждением объявил он, подвешиваясь к борту скутера (течение тотчас же властно и мягко унесло его длинные ноги под киль). — Эх, Лоденька! Погляди, брат, как здорово! Да вот, всё вообще! Ну до чего я люблю это всё! Ты бы мог жить без моря, Лодечка, а?
Лодя отрицательно покачал головой.
— Ну и я нет! — твердо сказал Ким. —Ты толковое дитя, Лодька, хотя тебе только одиннадцать. Ты понимаешь! Чтоб человеку жить, человеку простор нужен… Горизонт! Чувствуешь? И вот смотри на меня: я… я — всё могу! Вздумал — буду строителем. Захочу — в летчики пойду. Нам
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Лана Ежова
ВАМП. ПРАКТИКУМ ПО ЦЕЛИТЕЛЬСТВУ
Глава 1
СТУДЕНТКА И АВАНТЮРИСТКА
Посмотрев под партой на амулет вызова, не спешу выбираться, всей кожей ощущая внезапную тишину в аудитории.
— Адептка Близард, что вы делаете? — неожиданно близко раздается спокойный голос Каррая, искусника, который читает лекции по спецкурсу «Паразиты. Условно высшие формы».
— Я карандаш уронила… достаю, — отвечаю все так же из-под парты, спешно пряча амулет за воротник ученической мантии.
— Не слишком ли долго достаете, в то время как другие записывают признаки заражения?
Красная, как вишня, усаживаюсь на скамью. Готова усваивать материал, но преподаватель не унимается:
— А пять минут назад что вы делали, Близард? Мечтали? Надеетесь, что упырь сам бросит жрать пациента и сбежит? — Вопросы Каррая пронизаны иронией. — Такое возможно только в ваших грезах. Будете спать на моих занятиях — пойдете паразиту на закуску.
Его слова звучат, видят святые покровители, не как предостережение, нет, — как угроза, и внутри меня все сжимается в холодный клубочек.
Я люблю предмет Каррая, необычную манеру искусника подавать материал, но сам он слишком въедлив и придирчив. Особенно это проявляется в отношении меня. Впрочем, буду честной, сейчас я достойна порицания. Но что поделать, если не могу настроиться на лекцию? Во-первых, в расписании она стоит последней, когда усталость дает о себе знать, а желудок корчится от голода. Во-вторых, именно этого искусника я боюсь до дрожи в коленках, а он, как назло, сегодня не сводит с меня задумчивого взгляда. В-третьих, меня ждут в другом месте, и я не без оснований опасаюсь, что могут и не дождаться.
Пока я краснею и набираюсь смелости для достойного ответа, поток веселится. Смешки рассыпным горохом катятся по аудитории, студиозусы, преимущественно сокурсницы, наклоняют головы, пряча улыбки. Быть жертвой Каррая никому не хочется, и тот факт, что благодаря мне их эта участь миновала, многих радует. Как поговаривают старшекурсники, преподаватель с боевого факультета выбирает кого-то одного и придирается в «воспитательных» целях до самого выпуска. Раньше в «любимчики» целители, к тому же девушки, не попадали, поэтому могу собой гордиться — для меня сделано исключение.
Эх, и чем же я заслужила сию честь? С учетом того что на факультет целителей попала сразу после зимней сессии. Неужели у мага настолько сильная интуиция, что он правильно выбрал идеальную жертву?
— Простите, искусник Каррай! Но я не замечталась, — сжимая под партой кулаки, возражаю с вызовом, громко.
Ну как громко? В моем представлении произнесла отчетливо, а в действительности жалко пропищала.
— Да что вы говорите, Близард? А было так похоже! — наигранно огорчается Каррай. — Что же вы тогда делали, позвольте узнать?
Когда преподаватель произносит мою фамилию, его четко очерченные уста кривятся, словно он откусил кусок кислого-прекислого, да еще и червивого яблока.
— Давала отдых руке, я не привыкла настолько быстро писать.
— Тренируйте руки, адептка, для целителя они…
— …главный инструмент работы, — невольно вырывается у меня любимая фраза преподавателя, ведущего практикум по зельеварению.
Седовласый преподаватель, мотыльком порхающий по лаборатории, неустанно повторяет, что хилый целитель правильно не сварит декокт и не перетрет травы в порошок нужной консистенции слабыми ручонками.
— К вашему сведению, главный инструмент врачевателя, да и любого другого мага, — это мозг, что бы там ни говорил искусник Вогар.
Мои сокурсницы, преданно заглядывая в рот своему кумиру, вновь хихикают.
— Тишина в аудитории! — Каррай поднимает руку, и хохотушки подчиняются приказу. — Отдам должное адептке Близард, которой хватило смелости признаться в своей слабости.
Я стискиваю зубы. Вроде бы и похвалил, а на деле снова уколол.
— Вижу, многие не успевают за мной записывать? Хорошо, предоставлю возможность перевести дух. Заодно узнаете, что вас ждет на практическом занятии.
Каррай подходит к большому, почти в рост человека, черному ящику, который уже стоял на столе, когда мы вошли в аудиторию. Положив загорелую руку на стенку загадочного вместилища, Каррай мастерски выдерживает паузу, добиваясь необходимой концентрации внимания слушателей. Подвернутые до локтя рукава белой рубашки позволяют рассмотреть легендарные руны, покрывающие предплечья преподавателя. Рисунки, если верить слухам, в знак преклонения перед доблестью врага нанес шаман орохоро, пока искусник находился в плену.
Невольно с защитных знаков мой взгляд перемещается дальше, бродя по фигуре Каррая. Форменную мантию он обычно игнорирует, предпочитая принятую в среде боевых магов удобную одежду. Кожаный жилет, рубашка и штаны из плотной материи подчеркивают хорошо развитую мускулатуру. Неудивительно, что высокий, статный, с горделивым разворотом плеч, грациозно двигающийся искусник, несмотря на колючий характер, волнует не одно и не два девичьих сердца.
Я рассматриваю преподавателя искоса, из-под ресниц. Несправедливо, что такой привлекательный мужчина — и невыносимый гад. Впрочем, о чем я? Жизнь вообще часто несправедлива.
— Первый, кто угадает, что за существо сидит в этом ящике, получит допуск к зачету. У вас несколько секунд, пока я открываю замок.
Часть драгоценного времени уходит на то, чтобы студенты осознали услышанное. Затем следует шквал предположений:
— Упырь!
— Химера!
— Миражник!
— Волкодлак!
— Шестилап!
— Жигун!
— Щетинник!
— Орохор! — долетает с заднего ряда, и учащиеся смеются, упуская шанс легко получить допуск.
По-моему, последний ответ наиболее вероятен. Я готова увидеть муляж представителя кочевого народа четырехруких, но уж точно не какое-то опасное существо, жаждущее сожрать человека. Мы целители, не боевики, к тому же первокурсники, поэтому искусник не должен подвергать нас опасности. Если он, конечно, не сошел с ума. А он не сошел, иначе бы не преподавал в ВАМП.
— Увы, все ваши предположения пролетели мимо цели. — Каррай снисходительно улыбается. — Итак, темой нашего следующего практического занятия будет…
Дверца ящика распахивается, и перед нами предстает восьминогое волосатое нечто. Две пары глазок злобно зыркают с треугольной морды, которая практически растет из округлой туши. Нереально быстрая кровососущая тварь. Один укус — и человека парализует на несколько часов, как раз достаточный срок, чтобы в него отложили яйца и немного съели…
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 134
Спасибо за чтение
Вернуться к книге