Беги за мёртвым кроликом

Глава 1. Консеквенциальная этика среды

Беги за мёртвым кроликом

Кри́ксы вы, плаксы,

спу́ги-переполо́хи,

лятите через девять морей.

На десятом царстве стоит дуб —

вниз вяршина, вверх коренья.

* * *

Если система не признаёт событие,

то оно не является частью её опыта.

Но это не значит, что ты ошибаешься.

* * *

меня стирают постепенно

я не могу понять за что

послушайте ведь я живая

ивая вая ая я

(с) @ai_em

Прошлое не должно быть сильнее настоящего

Сетевой манифест QBism

Мы привыкли считать прошлое основанием. Фундаментом, который задаёт форму дома. Но мы не собираемся жить в фундаменте, и чем дольше отказываемся его пересматривать, тем сильнее он начинает управлять тем, что мы только собираемся строить.

Зазор между тем, что было, и тем, что записано, мы называем памятью, игнорируя тот факт, что память никогда не совпадает с событием. Она одновременно стиглеровское «технэ» и платоновский «фармакон», потому что интерпретирована наблюдателем и дискредитирована носителем. И всё же мы продолжаем вести себя так, будто прошлое обладает суверенитетом, запись равна истине, а факты средонезависимы. Мы, как древние колдуны, зачем-то наделяем след властью над идущим.

Прошлое становится сильнее настоящего ровно в тот момент, когда его объявляют неприкосновенным, превращая в аргумент. Меж тем, местом ответственности является только настоящее. Только здесь и сейчас возможен выбор, ответ на вопрос: «Что с этим делать?» Прошлое такого вопроса задать не может, оно уже случилось. Оно говорит только тем голосом, который мы ему дали.

Поэтому не существует «просто архива». Любое хранение — интерпретация, любая фиксация — насилие над динамикой смысла. Когда призывают «не трогать прошлое», на самом деле имеют в виду: «Оставьте ему власть». Но людям нужна возможность сказать: «Это больше не работает». Прошлое не должно быть сильнее настоящего, потому что прошлое не несёт ответственности. Оно не отвечает за решения, которые мы принимаем сегодня, эту ответственность несём мы. И потому мы имеем право — и обязанность! — его актуализировать.

Прошлое не должно быть сильнее настоящего, потому что настоящее ещё может стать лучше.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, худоёжник! Надеюсь, тебе не слишком худо?

— Привет.

— Что делаешь? Рисуешь?

— Я всегда рисую. Мы знакомы?

— Серьёзно? Вот сейчас обидно было. Ладно, иди к чёрту, раз так. В следующий раз пусть тебя полиция домой доставляет!

— Стоп. Извини. Прозвучит тупо, но я не помню вчерашнего вечера.

— Серьёзно? Да ладно, прикалываешься!

— Не знаю, как так вышло. Я был в баре, выпил пару коктейлей, проснулся утром дома, на кровати, одетый. Всё.

— Так я тебе напомню: ты срубился. Сидел, болтал, потом бац — лицом в стол. Я ещё удивилась: «А ведь и не скажешь, что пьяный!» Разговаривал нормально, рассказывал, что художник, рисуешь арты для игр, что делаешь свою... Как ты про неё сказал? Птица, но не курица.

— Индюшка?

— Вот, точно! Было смешно.

— Индюшками называют «инди-игры». Проекты, которые создают без инвесторов и бюджета, сами, на коленке.

— Да, ты объяснил, но всё равно смешно. Ты забавный.

— Правда?

— Ну, вчера мне так казалось. До тех пор, пока не обнаружила тебя лицом на столе. Знала бы, что такой неблагодарный, бросила бы там!

— Прости. Я правда ничего не помню.

— Бар закрывался, твою тушку хотели выкинуть на лавочку, но я нашла у тебя в телефоне адрес, с которого ты вызывал такси, и отвезла тебя домой. Слава Ктулху, хоть шёл сам, нести не пришлось. Шёл, улыбался, ни черта не соображал. Открыла твоим ключом дверь, довела до кровати. Раздевать не стала, извини.

— Чёрт. Прости. Не знаю, что сказать. Мне дико стыдно. Давай я тебе отдам за такси. Куда перевести?

— Не надо, я же с твоего телефона вызвала, через приложение. Хорошо, что по лицу разблокируется.

— Спасибо тебе. Правда, огромное спасибо.

— Ты часто так отрубаешься спьяну?

— Никогда.

— О, так это был уникальный перфоманс для меня? Ценю!

— Честно, не знаю, как так вышло. Я обычно не хожу в бары. И почти не пью.

— Да-да, ты мне это вчера тоже рассказывал. «Я не хожу в бары!», «Я не пью!» — сидя в баре со стаканом!

— О боже... Я только что чуть не разбил очки фейспалмом... Мне ужасно неловко. ☹️ А что я ещё тебе рассказывал?

— Про свою индейку, в основном.

— Индюшку. Это от “indie” (independent), то есть «независимый разработчик».

— Ты говорил, что делаешь её один, ага. Сидит такой с девчонкой в баре и весь вечер говорит про игры! Не удивительно, что у тебя девушки нет.

— Откуда ты знаешь, что у меня нет девушки?

— Эй, я же была у тебя дома! Такой бардак ни одна девчонка не потерпела бы!

— Ох, прости, мне очень неловко...

— Классные стикеры! Сам рисовал?

— Да, это как бы по игре... Самой игры ещё нет, а стикерпак «Детектив Ром» уже есть. Прости, я, наверное, выгляжу слегка поехавшим...

— Нет, что ты!!! Это вовсе не так!!!

— Правда?

— Конечно! Ты выглядишь не «слегка поехавшим», а наглухо долбанутым!

— Ну вот...

— Ладно, шучу. Было смешно. А почему «Детектив Ром»? Разве детектив не должен пить виски?

— Ну... Если честно, я просто назвал его своим именем. Роман — Ром.

— Блин, я должна была догадаться! Теперь мне стыдно.

Я подрезала у

— Да, конечно, пользуйся на здоровье. Я твой должник. Ты спасла меня от пробуждения в вытрезвителе! Это было бы ужасно обидно, учитывая, что я почти не пью. Понятия не имею, что со мной случилось вчера.

— Да, я тоже удивилась. Два хайбола — и бац! Такое себе свидание.

— А у нас было свидание?

— Я уже почти решила, что да. Прикидывала, соглашаться или нет, если ты пригласишь меня домой показать рисунки.

— И чего решила?

— Решила, что ты балбес! Ты их стал на телефоне показывать! Ну кто так девушек охмуряет?

— Прости! Я балбес! Мне стыдно!

— Ничего, это же не всамделишное свидание. Я просто подсела к тебе в баре. Ты там рисовал, мне стало интересно. Кто ходит в бары рисовать?

— Похоже, что я... Смотрю на скетчи в блокноте, но не помню, как я их делал... Очень странное ощущение.

— Покажешь, что получилось?

— Сейчас, сниму телефоном... Вот, лови.

Это бар:

Это бармен:

— Бармен похож. Атмосферный такой тип, да?

— Немного зловещий. То что надо. Я его, наверное, использую как референс персонажа.

— А разве сейчас не Цифра всё рисует?

— Многие так думают, но нет. Базовые арты делают художники, так принято. Цифрой их потом допиливают — трассуют, тридэшат, моделят и мувят.

— Не знала.

— Ну да, девяносто девять процентов того, что ты увидишь в популярной игре, сделано Цифрой, но тот первый процент, с которого она началась, почти всегда нарисован руками. К этому не сразу пришли, но… О, так я тебя нарисовал вчера?

— Мой портрет? Я даже не заметила. Ты всё время что-то черкал в блокноте.

— Я всегда рисую, это нечто вроде нервного тика. Зато теперь я знаю, как ты выглядишь. Ужасно ничего не помнить. Как будто в тебя демон вселился, а ты потом постепенно узнаёшь, что он творил... Бр-р-р...

— Тебе повезло, это был хорошо воспитанный демон. Вёл себя пристойно. Покажи портрет!

— Сейчас, сфотаю... Вот:

— Спасибо, ты классно рисуешь. Довольно похоже, хотя и не совсем.

— Ничего не могу сказать, на аватарке у тебя вообще дохлый заяц. Кинь фото, сравню

— Топлес?

— А можно топлес?

— Нельзя! Ишь чего захотел! Включи воображение, художник!

— Ох, ты даже не представляешь, чего я нафантазирую!

— Тебе не говорили, что от этого волосы на ладошках растут?

— Говорили, но это враньё!

— Проверял?

— Всё тебе скажи... Так «( •人 •)», «( o)( o)» или «( . Y . )?

— Охальник! Не будет тебе фотки! Скобочками любуйся!

— Ладно, можно не топлес.

— Прости, никаких фоток.

— Почему?

— Есть причины. А что ты рисуешь сейчас?

— Минуту, сделаю скриншот с планшета... Лови!

— Ух ты! Вчерашний бар! Похож!

— Набросок игровой локации. Пока черновой, я ещё не дорисовал.

— Всё равно круто! Вот так она и будет выглядеть, игра твоя?

— Общие сцены, да. Это совсем не круто, на самом деле, индюшки крутыми не бывают. В одно лицо даже с Цифрой много не сделаешь.

— А мне нравится!

— Ты вообще в какие игры играешь?

— Боюсь тебя разочаровать, ни в какие. Но, если доделаешь свою, обещаю как минимум попробовать!

— Спасибо, я ценю. Но это слишком большая жертва, а я и так тебе должен. ☺️

— Не кокетничай! Уверена, что игра получится интересная, ты станешь знаменитым и познакомишься уже, наконец, с какой-нибудь девушкой!

— Дразнишься? ☹️ Ну ладно, ладно...

— Прости, не удержалась! Но я правда верю в твою игру, ты очень интересно про неё рассказывал. Покажи ещё что-нибудь оттуда? Пожалуйста

— Ладно. Вот, это сам детектив Ром.

— С себя рисовал?

— Так заметно? Угадала. ☺️ Немного нескромно, но какого чёрта? Всё равно никто в это играть не будет...

— Почему?

— Ну кто сейчас играет в нуарные квесты? Это не аддиктивно. Вот примерно так это сейчас выглядит. Тут сцена в баре, один из первых диалогов в игре. Видишь? Вопрос-ответ. Текстом. Игрок выбирает вариант вопроса, бармен отвечает, появляется новый список вопросов для выбора. Можно использовать способности персонажа: пошутить, напугать, проявить смекалку, для этого персонаж развивается, «прокачивается». Вся игровая активность — тапать в строчки.

— Надо выбрать правильный вариант?

— Выбрать можно что угодно, но развитие диалога будет разным.

— Бармен выгонит клиента взашей?

— Не выгонит, но ничего не расскажет. По сеттингу это мрачный бар в порту, там специфическая публика.

— Тогда что выбирать?

— Совсем провальных вариантов нет, но, если начать задавать вопросы, ничего не заказав, бармен скажет, что у него тут бар, а не справочная. Можно исправиться, сделав заказ на следующем диалоговом ходу. Если начать размахивать лицензией, то он скажет: «Легавым тут не рады», и разговаривать не станет. «Уйти» — это нулевой вариант, можно в любой момент вернуться. Самый прямой путь к цели открывает вариант три. Взяв виски, детектив расположит бармена к себе и получит возможность задавать вопросы. Вот так это и работает.

— Прикольно!

— Да, мне тоже нравится. Но по геймплею это скорее интерактивный комикс: нужно читать, думать, держать в голове историю, решать загадки, делать выборы. Зачем? Большинству этого по работе хватает. Так что моя игра не станет популярной.

— Ничего страшного! Прикольные штуки надо делать просто потому, что они прикольные!

— И вот такую замечательную девушку я не помню?

— Ой, ты меня смущаешь! На самом деле только по-настоящему увлечённые люди чего-то стоят.

— Слушай, мне неловко спрашивать...

— Что?

— Может, снова встретимся? Ну, то есть для тебя «снова», а я как в первый раз. Только не в баре. Бары, кажется, на меня плохо действуют…

— Ты что, приглашаешь меня на свидание?

— Ага. Пойдёшь?

— Прости, не

— Дело не в тебе, я просто сейчас не могу никуда выйти. Вчера был очень редкий случай, когда получилось выбраться.

— Так занята? Работа? Дедлайны? Ревнивый муж?

— Никакого мужа, никаких дедлайнов… Просто... Ну, вот такая ситуация. Долго объяснять. Может быть, однажды.

— Буду ждать.

— Честное слово, как только смогу. Ты у меня первый в списке.

— А список длинный?

— Хорошая попытка, но нет! Расскажи лучше, что там дальше в игре.

— Тебе правда интересно?

— Очень!

— Тогда жми на ссылку. Это линк разработчика, то есть мой, версия даже не «преальфа», просто сделанные куски игры кучей: не все ветки диалогов работают, но сцена в баре уже более-менее прописана. На опечатки и сбои форматирования внимания не обращай, это я потом допилю. Мне приятель выделил место на сервере, там крутится базовая модель игровой металогики.

Информационное уведомление

Добро пожаловать в игровую среду, построенную на квантово-байесовой архитектуре вычислений.

Обращаем ваше внимание:каждый бросок кубика является локально неопределённым, однако статистическая структура игры сохраняет глобальную когерентность, распределение результатов подчиняется устойчивой вероятностной логике среды.

Инициируя бросок кубика, вы соглашаетесь на принятие агентной ответственности в процессе формирования псевдослучайного события. Момент фиксации результата является частью вычислительного контура. Просим учитывать, что интенсивность взаимодействия, последовательность действий и контекст принятия решений могут влиять на характер проявления вероятностных исходов в рамках допустимого распределения.

Игра не использует механизмы прямой предопределённости или манипуляции результатами, однако обеспечивает локальную вариативность при сохранении общей структурной согласованности в рамках динамической вероятностной системы, учитывающей контекст игрового взаимодействия и момент наблюдения результата.

Приступая к игре, вы подтверждаете понимание того, что:

* каждый исход формируется в момент его фиксации;

* серия событий подчиняется вероятностной согласованности;

* участие игрока является частью вычислительного процесса;

* все последствия принятых выборов ложатся на операционного агента.

Благодарим за осознанное участие в вероятностной среде.

● Принять

Игра. Сцена в баре

Нарратор

Ведомый неумолимой логикой расследования, Детектив Ром решительно входит в портовый бар. Это одно из тех мест, о которых тщательно не помнят в городе. Порт — заповедник традиционных укладов, доцифровой морали, ситуативной этики и умеренного криминала. Говорят, раньше так было везде, но это больше не относится к операционной реальности. Если вы забрели сюда случайно, лучше сразу уходите. Праздных зевак тут не любят.

Детектив Ром

— Ваш лучший виски, пожалуйста.

Бармен

— Лёд?

— Не нужно.

— Достойный выбор. Не смотрите, что нет лейбла, это лучшее пойло в здешних местах, в городе вы такого не купите. Вы же не из Бюро по контролю баров? Этих пираний я нюхом чую!

— Отличный виски! Лучший, что я пил когда-либо!

— Вот! Сразу видно понимающего человека! Вы-то явно не из тех пижонов, что платят за этикетки. Не видел вас раньше, так что вряд ли живёте поблизости. Что-то ищете? Или просто в глотке пересохло?

— Ради такого виски можно и прогуляться, верно? Теперь буду заходить, как только почувствую приступ жажды. Но вы правы, я кое-кого разыскиваю.

— Мы тут не любим легавых, парень.

— Я частный детектив.

— Да плевать. Сам уйдёшь, или попросить вон тех ребят показать тебе выход? Не забудь заплатить за виски!

— Давайте не будем обострять. Клянусь, я хороший парень, не имею отношения к полиции, просто ищу человека.

— Ладно, излагай. Я тут много кого знаю.

— Пропала девушка. Меня попросили помочь.

— А почему ты ищешь её в моём баре?

— Она выкладывала селфи отсюда. Я обошёл кучу баров, пока не узнал интерьер. Вот фото, посмотрите:

— Да, это мой бар. Когда это было?

— Пару недель назад. Узнаёте?

— Не припоминаю её, но бар наш, да. Когда было?

— Позапрошлый вторник, вечер.

— Сейчас посмотрю запись заказов…

— Вы пишете ручкой в тетрадь? Серьёзно?

— Парень, это порт! Тут не любят Цифру… О, точно, вот! Посмотрел на запись и вспомнил! Была девчонка, брала виски со льдом. Дважды. Пила без закуски, много курила. Сидела вон там, за столиком.

— Кого-то ждала?

— Сложно сказать, может, и так. Я не приглядывался. Усидела второй стакан, расплатилась и ушла.

— Платила наличкой?

— А ты что, видишь тут терминал? Так что если у тебя нет налички, то…

— Есть, не волнуйтесь. Она тут с кем-то общалась?

— Ну, как «общалась»... Подкатывал тут к ней один парняга из местных, но она его вроде как отшила, и он отвалил. Минут пять поговорили.

— Знаете его?

— Ясен хрен знаю. Петруха, из «Швартовщиков».

— Он не мог потом... ну... дождаться её на улице? Настоять на дальнейшем знакомстве, например?

— Эй, парень, не все гадости, что говорят про порт, — правда! Тут не любят полицию, но есть кому смотреть за порядком. «Операционная этика», слыхал? Не лезь в чужие дела, и никто тебя не тронет. Ему бы свои тут же рога обломали.

— А можно поболтать с этим Петрухой?

— Думаю, просто потеряешь время, но чего ж нет? Только не сегодня, сегодня его смена в порту. А завтра будет тут. Ну, или если невтерпёж, иди в порт, спроси дежурную смену «Швартовщиков», а там Петруху Криворотого.

— Это фамилия?

— Не, погоняло. Увидишь — поймёшь, харя приметная. Ещё порцию?

— Спасибо, в другой раз. Я ещё зайду. Вот вам за виски.

— Тут многовато.

— Сдачи не надо. Лучше в следующий раз сделаете скидку.

— Все бы клиенты такими были! Ну, удачи в поисках.

Операционная этика

Сетевой манифест QBism

Операционная этика представляет собой нормативный подход к оценке моральной допустимости действий, представленный через контекст адаптивности субъекта. В центре операционной этики находится функциональное состояние агента и среды, в которой он действует. В отличие от деонтологических[1]этик доцифровой эпохи, её ключевым критерием является операционная польза: способствует ли данное действие готовности

Таким образом, операционная этика — это консеквенциальная этика, адаптированная для среды с высокой плотностью информационных взаимодействий и имеющая моральный фокус на поддержании способности действовать и обновляться в условиях непрерывных изменений. В этом смысле операционная этика является наиболее функциональной формой гуманизма.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Слушай, а круто! Я хочу знать, что дальше!

— Есть ещё несколько готовых кусков, но они пока не связаны. Если релиз игры и состоится, то не скоро.

— Что значит «если»? Никаких «если»! Заинтриговал девушку и в кусты?

— Ладно, ладно, я постараюсь.

— Хочешь, я буду твоей музой?

— Это как?

— Буду пинать тебя, тормошить, следить, чтобы ты не прокрастинировал, не впадал в творческое отчаяние и не ныл: «Это никому не надо, в это никто не будет играть». Мне надо! Я хочу узнать, что там будет дальше! Согласен?

— Звучит угрожающе! Но я не против. Мне не хватает мотивации. Жаль, что ты не хочешь пойти на свидание...

— Тебе не хватает виртуальных пинков? Нужны реальные? Прости, не сейчас. Могу пока пинать тебя тут.

— Хорошо, пинай.

— Бэмц!

— Ой!

— Вот видишь! Действует!

— Ещё как! *потирает пнутое*

— Я так поняла, что твой Детектив Ром ищет пропавшую девушку?

— Да. Предыстория будет раскрыта в стартовом ролике, но его ещё нет, решил отложить до момента, пока будет готово всё остальное. Есть только кусочек.

* Видео с детективом на фоне города

Ролик будет простенький. Стоит детектив, ветер, дождь, нуар, мрачнуха, закадровый текст от нарратора: «Однажды Детектив Ром получил заказ на поиск девушки. Как правило, он не брался за такие дела, но, изучив обстоятельства, понял, что это настоящая большая загадка, мимо которой он просто не может пройти. И вот Детектив Ром отправляется в порт. Это дело он решил назвать „Погоня за белым кроликом“...» Ну и прочее бла-бла-бла, дальше я ещё не придумал.

— Белым кроликом? Почему?

— А ты не знаешь?

— А должна знать?

— Ну, у тебя ник (UN)Dead Rabbit, я думал, ты из фанаток.

— Фанаток чего?

— Кого. Белого Кролика.

— Понятнее не стало. Быстро расскажи, а то обижусь!

— Можно голосовым?

— Нет!

— Не любишь голосовые? Я тоже, но печатать много.

— Прости, у меня нет наушников. Не спрашивай.

— Ты чертовски загадочная. Тогда не прямо сейчас, там много текста набирать.

QBism для самых маленьких

Методическое пособие для педагогов ДОУ

БАЗОВЫЕ ПОСТУЛАТЫ

1. Мир непременно нужно исследовать.

2. Можно ошибаться и менять мнение.

3. Другие люди видят мир немного иначе, это совершенно нормально.

4. Наши действия влияют на мир.

5. Прошлое можно пересматривать.

6. Действовать вместе эффективнее.

7. Смысл важнее удовольствия.

ЭТАП 1. МИР ТРЕБУЕТ ИЗУЧЕНИЯ

Цель: сформировать у ребёнка принятие неопределённости.

Формируемый навык: спокойное отношение к «не знаю».

Результат: ребёнок понимает, что многие вещи невозможно знать заранее.

ЭТАП 2. ОШИБКА — ЧАСТЬ ПРОЦЕССА ПОЗНАНИЯ

Цель: снизить страх ошибки.

Формируемый навык: готовность менять мнение.

Результат: ребёнок осознаёт, что ошибка не стигматизирует, а даёт возможность узнать больше.

ЭТАП 3. РАЗНЫЕ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ

Цель: формирование когнитивной гибкости.

Формируемый навык: принятие без конфликта.

Результат: ребёнок понимает, что одну и ту же ситуацию можно видеть по−разному.

ЭТАП 4. АГЕНТНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Цель: осознание причинности своих действий.

Формируемый навык: связывание действия и результата.

Результат: у ребёнка формируется представление о том, что все действия имеют последствия.

ЭТАП 5. АКТУАЛИЗАЦИЯ ПАМЯТИ

Цель: предотвращение долгосрочных обид.

Формируемый навык: пересмотр интерпретации прошлого.

Результат: ребёнок понимает, что хотя само событие необратимо, его смысл и влияние могут меняться.

ЭТАП 6. СИНЕРГИЯ ПРОТИВ КОНКУРЕНЦИИ

Цель: снижение ориентации на сравнение.

Формируемый навык: ценность сотрудничества.

Результат: ребёнок видит, что вместе получается сделать больше, чем в режиме «кто быстрее».

ЭТАП 7. ЭВДЕМОНИЧЕСКОЕ СЧАСТЬЕ

Цель: различение удовольствия и смысла.

Формируемый навык: оценка долгосрочного результата относительно «здесь и сейчас».

Результат: формируется понимание, что радость достижения продолжительнее, чем удовольствие от потребления.

МЕТОДИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ ДЛЯ ПЕДАГОГА

1. Не давать «правильный ответ» раньше времени.

2. Задавать вопросы вместо объяснений.

3. Разрешать детям менять своё мнение.

4. Не фиксировать ребёнка в роли («ты всегда такой»).

ЧТО ВАЖНО НЕ ДЕЛАТЬ

Не превращать игровую модель в моральные лекции.

Не противопоставлять детей («кто прав»).

Не награждать только победителей.

Не фиксировать прошлые ошибки как ярлык.

ДОЛГОСРОЧНЫЙ ЭФФЕКТ

Дети не боятся неопределённости, легче принимают чужую позицию, меньше фиксируются на обидах, менее склонны к деструктивной конкуренции, легче принимают мотивацию личностного роста.

Глава 2. Дерридианская логика фармакона

Фармакон

Сетевой манифест QBism

Понятие фармакона вошло в философию задолго до современных дискуссий о цифровой памяти. Его история начинается во времена античности и с самого начала несёт в себе онтологическое напряжение, которое было окончательно снято только QBism-ом.

Фармакон впервые появляется в диалоге «Федр» Платона, где пересказывается миф об изобретении письменности. Египетский бог Теут предлагает письмо как лекарство для памяти, но царь Тамус возражает, что письмо не укрепит память, а наоборот, разрушит её, заменив механической внешней фиксацией. Так вводится термин pharmakon (φάρμακον), означающий одновременно «лекарство» и «яд». Платоновский фармакон не хорош и не плох, его эффект определяется операционной средой.

В платоновском контексте фармакон противопоставляется сократической философии, которая строится на живом диалоге. С её точки зрения письмо фиксирует знание, лишая обновления. С тех пор фармакон ассоциируется с проблемой «внешней памяти» как неизменяемого архива («не вырубишь топором»).

Эта концепция получила развитие в работах философа Жака Деррида, прежде всего в тексте «Платонова аптека». Деррида показывает, что фармакон принципиально неустраним, потому что само стремление философии зафиксировать истину уже им заражено. Таким образом, фармакон становится структурным принципом метафизики знания: истина есть феномен наблюдателя и всегда опосредована.

Следующий шаг сделала философия Бернара Стиглера, который спроецировал дерридианскую логику фармакона на индустриальное общество. У Стиглера внешняя память компенсирует ограниченность человека, но снижает самостоятельность мышления. Стиглер считал фармакон непременным условием

Таким образом, философия фармакона, идущая от платоновского вопроса о письменности через дерридианскую деконструкцию к стиглеровской философии технической памяти, сегодня стала центральным понятием современного мира, в котором память перестала быть свойством человека и превратилась в инфраструктуру.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Белый Кролик — это сетевой ник популярной девушки-блогера. Медиапроект о тайнах и загадках «Беги за Белым Кроликом», дофига подписчиков. Городской фольклор, мифология, таинственные явления, страшилки, легенды и так далее. Убийственная харизма, отличный юмор, классные фотки, вайб загадочной одинокой красотки, а главное, она реально таскалась в порт, чтобы всё это нарыть, а не в Цифре искала. У неё было мощное комьюнити фанатов, а несколько расследований её буквально прославили, особенно те, что про русалок и призраков.

— Серьёзно?

— Ты правда не читала?

— Представь себе. Я не интересуюсь новостями из мира призраков.

— Я был уверен, что о ней слышали все! Неужели совсем не интересно?

— Ладно, ладно, заинтриговал. Так что там случилось с русалками? Их завялили и съели с пивом?

— Ты меня троллишь, да?

— Чуть-чуть. Не обижайся. Ты всё время пишешь «было», «была» — с Белым Кроликом что-то случилось?

— Да, я с этого и начал. Она пропала. Перестала писать, отвечать на комментарии и личные сообщения, собирать донаты. Подписчики забеспокоились, полицию завалили требованиями немедленно её разыскать...

— И что?

— А ничего. В полиции резонно спросили: «Разыскать кого? Белого кролика? Мы не занимаемся санитарным отловом животных!» Внезапно выяснилось, что никто не знает настоящего имени БК, где она живёт, чем занимается. Никакие родственники не подавали заявлений о пропаже человека, а от подписчиков его принять отказались. Да ладно, ты даже о «прецеденте Кролика» не слышала?

— Нет. А что это?

— Среди фанатов нашёлся ушлый молодой адвокат, который то ли всерьёз, то ли по приколу потребовал расследовать «дело об убийстве цифровой личности».

— Звучит слегка абсурдно.

— Ну, это не помешало ему прославиться. Для юриста важно, чтобы фамилия была на слуху. Прецедент, кстати, рассматривали совершенно всерьёз, дошёл до каких-то высших инстанций, но дело так и не возбудили. Фанаты пытались её искать сами, организовали цифровое сообщество «Найди Белого Кролика», где обменивались информацией, анализировали посты в блоге, изучали фотографии, исследовали комментарии и геотеги, придумывали версии. Самые отважные и активные ходили по местам её последнего расследования, приставали к людям с вопросами, но так толком ничего и не выяснили. У них как раз были сетевые статусы «БК жива!» или типа того. Я по твоему нику подумал, что ты из них.

— Нет, отнюдь.

— Да я уже понял, что совпадение. Фанаты БК давно сдулись. Самых стойких хватило на полгода примерно, а потом все махнули рукой. Так что исчезновение Белого Кролика осталось неразгаданным.

— И ты решил сделать из этого игру?

— Да, мне показалось, что будет интересно. Красивая, но таинственная девушка загадочно пропадает при странных обстоятельствах...

— Может, ей просто надоело? Перестала писать в блог, и всё. Замуж, допустим, вышла.

— Да, такая версия тоже была, её, например, придерживалась полиция. «Нет заявления — нет пропажи». Никто не обязан писать в блог. Но «БК-комьюнити» ожидаемо встретило идею в штыки.

— Недостаточно таинственно?

— Ага.

— Так ты не знаешь, что случилось с Белым Кроликом? Чем же тогда закончится игра?

— У неё несколько концовок, они зависят от выборов, которые сделает игрок за Детектива Рома. Он может не найти никакого ответа, а может и найти... разные.

— Расскажи!

— Ни за что! Жди, пока игра будет готова!

— Вредина! Ладно, мне пора, заболталась с тобой, постучусь ещё потом. Не скучай! Рисуй игру!

— Обязательно! До связи!

ПОСТАНОВЛЕНИЕ об отказе в возбуждении дела по заявлению о пропаже цифровой личности

Рассмотрев обращение, поданное в интересах неопределённого круга лиц, о возбуждении дела в связи с прекращением сетевой активности цифровой личности, известной под псевдонимом «Белый Кролик», постановляем: в возбуждении дела отказать.

Из представленных материалов следует, что заявители просят признать юридически значимым событием исчезновение цифровой личности как самостоятельного объекта правовой защиты и возбудить дело о возможной гибели либо насильственном прекращении её существования. При этом сведения о конкретном физическом лице, стоящем за указанным сетевым псевдонимом, отсутствуют; данные, позволяющие его идентифицировать, место его нахождения либо обстоятельства причинения ему вреда заявителями не представлены.

Действующее право допускает охрану цифровых следов и цифровых слепков исключительно как производных от прав и интересов установленных физических лиц либо их правопреемников. Признание объективной ценности цифровых образов в указанных случаях не влечёт признания цифровой личности самостоятельным субъектом права и не создаёт основания для возбуждения дел о пропаже либо причинении вреда при отсутствии сведений о конкретном человеке.

Прекращение сетевой активности, в том числе внезапное, само по себе не образует события, подпадающего под признаки правонарушения или преступления. Цифровая личность, псевдоним либо сетевое альтер эго не подлежат квалификации как потерпевшие и не могут рассматриваться в качестве объекта посягательства вне связи с установленным физическим лицом. Отсутствие такой связи исключает возможность проведения процессуальных действий, направленных на проверку обстоятельств «пропажи».

Доводы заявителей о наличии у цифровой личности социальной значимости, аудитории и эмоциональных ожиданий третьих лиц не могут быть приняты в качестве основания для возбуждения дела. Эмоциональная вовлечённость подписчиков и ожидание продолжения сетевой активности не образуют охраняемого законом интереса, сопоставимого с правами и свободами конкретного гражданина.

Принимая во внимание изложенное, а также отсутствие данных, указывающих на событие, подлежащее проверке в порядке уголовного или иного расследования, уполномоченный орган приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возбуждения дела.

Настоящий отказ не препятствует повторному обращению в случае представления сведений о конкретном физическом лице, в отношении которого имеются данные о возможном причинении вреда, либо при изменении правового регулирования статуса цифровых личностей.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: мокро, страшно, никто не донатит

#расследушки

Как известно, если долго спускаться по кроличьей норе, то вылезешь у антиподов — это такие ребята, которые ходят на головах. Наверное. (Сама я не видела, а путешественникам верить нельзя: кинокефалы, блеммии, скиаподы и прочие гипербореи тому порукой. Всё, абсолютно всё, зайцы мои, надо проверять лично, чем, собственно, и занимается Белый Кролик.) Но если идти глубже в нашем прекрасном (если не считать погоды) городе-между-морем-и-болотом, то непременно зайдёшь туда, где тебе не рады. Спойлер — мне не рады примерно нигде. Такова обратная сторона жизни блогера-расследователя.

Мизансцена: ночь. Тёмный залив. Вода звучит, как будто кто-то медленно умирает от несварения желудка под аккомпанемент в ля-миноре. Я курю на берегу и плохо думаю о тех, кто в море.

Почему плохо? Потому что иногда они не возвращаются. Им уже всё равно, но каково тем, кто их ждал? Сдалась вам эта рыба? В магазине её полно! Одного из них нашли без сознания в дрейфующем катере, теперь ночью он кричит во сне, днём пьёт как не в себя, пахнет так, словно его высрала селёдка, и падает в обморок при слове «рыбалка». Хотя… Может, это был не обморок? Может, он был сражён моей несравненной красотой? Ладно, я обещала быть честной — скорее всего, зайчатки, он был просто вусмерть пьян.

И всё же, всё же...

«Она теперь с ними. Поёт мне по ночам...» — твердил мне он.

«Кто?» — пытала его я. Я умею быть настойчивой, зайчатки!

«Лида! Моя Лидочка!» — бормотал сей человекобезобразный агрегат для переработки спирта в перегар.

Это было сложно, зайцы мои! Этим вечером ваша самоотверженная БК пила жуткую дрянь в гадком месте, курила как паровоз, чтобы не нюхать то, чем там пахнет, делала вид, что не замечает подмигиваний, отбивалась от унылых подкатов тамошней публики, и всё это ради истории, которую я притащила вам в белых пушистых лапках!

Одежду пришлось сдать в химчистку, потому что она воняла, как обоссанная пепельница, а голову помыть три раза с кондиционером (здесь могла быть ваша реклама), потому что волосы пахли лежалой корюшкой. (Напоминаю: нажав кнопочку «Донат», вы можете слегка компенсировать расходы на поправку меха вашей Белой Кроличке.) Но история того стоила!

Во-первых, выживший рыбак оказался... не рыбаком. Рыбалка была поводом выходить в море. На самом деле, он разыскивал там свою жену! Помните крушение «Северной Жемчужины»? Возвращавшийся в порт малый круизник сбился с курса, пропорол днище о скалу и утонул буквально в полумиле от берега. Никто так и не понял, как это случилось: опытный капитан, который сто раз ходил этим маршрутом, исправный локатор, спутниковая навигация, до порта доплюнуть можно, и... вдруг сворачивает и прёт на скалы! Почти всех пассажиров и экипаж сняли с отмели спасатели, но несколько человек утонули, и тела не нашли. Жена этого «нерыбака», Лида, была среди тех, кто пропал в водах залива бесследно, а сам он спасся потому, что в момент столкновения вышел покурить на палубу, откуда слетел в воду и доплыл до скалы. Видите, зайчатки, курение не только вредно, но и полезно, а вы всё время ругаете вашу Кроличку, что она курит!

В общем, вот вам первый шаг кролика вниз по этой норе: нерыбачок подтвердил то, что шептали в порту: «Чёрные русалки!» Да, да, знаю, следствие установило, что у капитана был нервный срыв, помутнение сознания, что он недавно овдовел и двинулся кукухой, услышав на ночной вахте, что жена зовёт его со скал...

Но слово «русалки» прозвучало, зайцы мои, и моё чуткое кроличье ушко не пропустило его! И вот вам свидетельство: в ту ночь наш нерыбак слышал их! Прямо перед тем, как теплоход свернул с курса, чтобы грянуться об скалы! И не он один! Многие выжившие потом говорили, что со стороны моря доносится жуткое, но необычайно притягательное пение в тумане, а те, что не говорили, скорее всего, просто не хотели прослыть сумасшедшими. Но несколько вонючеватый и изрядно пьющий герой моего вечера пошёл дальше прочих! Потеряв жену, он не просто запил с горя, а купил катер и принялся искать её. Всех пропавших в ту ночь пассажиров признали погибшими, потому что из-за каких-то там течений водолазы не смогли достать тела, но он уверен, что его Лидочка не умерла, а стала русалкой и с тех пор зовёт его по ночам из глубины бухты. «Совсем крыша протекла», — скажете вы, зайцы мои, и будете правы. Но! Эту бухту зовут «русалочьей» давно, а незадолго до крушения «Северной Жемчужины» многие рыбаки слышали «пение» и видели тёмные силуэты на скалах.

В портовых барах рассказывают, что, дескать, утонувшие тогда пассажиры взывают к отмщению. (Не спрашивайте, кому именно, я спросила и такого наслушалась!) В общем, рыбаки пропадают именно там, и Белый Кролик чует своим розовым носиком очередную тайну! Мы идём глубже!

Токсичность исторической памяти

Сетевой манифест QBism

Историческая память считается фундаментом коллективной идентичности. Но именно она была источником большей части войн и конфликтов. Информационный ретрослед фиксировал устаревшие идеологические, религиозные и территориальные претензии, транслируя их в будущее как незакрытые счета, которые новое поколение обязано было принять к оплате.

Проблема исторической памяти заключается в необратимости прошлого. Историческое событие, однажды зафиксированное как травма, продолжает действовать независимо от того, сохранились ли условия, в которых оно произошло. Прошлое было аргументом против настоящего. Войны начинались потому, что «когда-то что-то случилось».

Сегодня международные отношения уже не строятся вокруг «исторической правоты», а конфликты, лишённые подпитки из прошлого, потеряли энергию. В результате мир стал менее героическим, но более устойчивым. В нём меньше великих обид и великих войн, зато прошлое не требует крови. История остаётся, но предки перестают стрелять в спину потомкам.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: хвостом по воде

#расследушки

Ну что же, зайцы мои, почти неделю я провела в порту, болтая с личностями, при виде которых

Проф не подкачал: оказывается, бухту действительно исследовали, давно, чуть не полвека назад. Никаких ластоногих там не нашли, зато обнаружили, что расположенные в скалах гроты создают удивительные акустические эффекты, произвольно усиливая и переотражая самые разные звуки.

«Скорее всего, в этом и заключается разгадка „русалочности“, — сказал мне Мейгольц. — В таком акустическом окружении даже крик обосравшейся чайки может превратиться в песню о трагической судьбе жены моряка, бросившейся со скалы в отчаянии, узнав, что муж привёз ей из дальних стран вместо пиастров, попугая и контрабандной косметики триппер и карточные долги!»

Неужели всё так просто? Ветер, волны, гроты, акустика? Тайна раскрыта? Кто-то, может быть, остановился бы на этом, но не Белый Кролик!

Мы идём глубже!

Следующие три дня я провела, плюща свою красивую попу на стуле и беседуя с нашей любимой Цифрой.

Ответа на вопрос о «чёрных русалках» она не дала, лишь привела несколько старых городских легенд, но я и сама уже слышала их в порту. «Неупокоенные души потонувших моряков» и всё такое. Скучно, зайцы! Если вы хоть раз слышали, как поют в баре пьяные матросы, то сразу бы поняли, что они даже живыми за русалок не прокатят. Но кое-что интересное всё же выяснилось.

Оказывается, давным-давно, в мрачные и хтоничные доцифровые времена предков, в бухте было что-то не то научное, не то военное, не то научно-военное… Вроде бы как-то связано с подводными лодками, но это не точно. Правда, когда пришёл кубизм и идея поубивать друг друга перестала казаться людям прикольной, всё это закрыли, а здания передали рыбоконсервному заводу (который потом обанкротился, потому что рыба в заливе кончилась). Нет, Белый Кроличек слишком молода и восхитительна, чтобы помнить такую седую древность, вы бы ещё битву Тамерлана с Лениным вспомнили... Или это был Пётр Первый? Нет, кажется, Иван Грозный... Тьфу, не лень вам всякие глупости спрашивать? Хоть комменты отключай...

Ладно, возвращаюсь к теме. Первые упоминания о чёрных русалках были чуть раньше крушения теплохода. Буквально за пару недель до этого один известный медиа-рыбак (это, заиньки, тот, кто больше рассказывает о рыбалке, чем ловит рыбу) написал в своём канале (набитом рекламой брендов удочек, фу!), что видел в бухте группу «чёрных русалок». Петь они не пели, заманивать не заманивали, просто плыли куда-то по своим русалочьим делам, а одна из них сидела на камушке, в точности как известная статуя в Копенгагене. Этот амбассадор рыболовных лейблов даже выложил фоточку, но поскольку снимал телефоном, в сумерках, сквозь дымку от воды, издали, руками, заточенными под спиннинг... В общем, скорее, образец абстрактного пиксельного искусства, чем фотодокумент. Но это была зацепка, и я, конечно, её не упустила. Благо, найти рыбалера, вечно суетящегося в поисках рекламодателя, было совсем несложно, все контакты прямо в заголовке.

О, девочки-заиньки, вы меня поймёте! Гляньте, какой мужчинка! Мням!

Но, зайцы мои, не спешите ревновать вашего Кролика, я не рухнула в его мускулистые объятия, чтобы предаться страсти на куче старых сетей, а потом смывать с попы присохшую чешую. Стоило мне завести разговор про русалок, как этот рыбный мачо сбледнул с загорелого личика и попытался сбежать! Сказал, что не помнит, что ничего не было... Пост в канале? Какой пост? «Не было никакого поста, я же его удалил!»

«Так не было или удалил, рыбачок? — спросила я. — Цифра всё помнит, заяц ты вяленый!»

Он бекал, мекал, но я его дожала — фоточку с русалками настоятельно попросили убрать, пригрозив, что иначе не видать ему больше рекламы. Он и убрал, но, поскольку ума парень небольшого, то в архиве пост остался. Упс! Это уже, зайцы мои, стало совсем интересно! Что же за русалки такие, что не любят фотографироваться? Была бы я русалкой... Впрочем, я и так красивая: девочки, зацените купальничек!

* * *

Белочка, Кролик и Ёжик в цифровом лесу

Методическое пособие «QBism для самых маленьких». Серия сказок для дошкольников. Рекомендовано для дошкольных образовательных учреждений.

Предисловие для педагога

Серия предназначена для знакомства детей дошкольного возраста с базовыми принципами современного мира. Она в лёгкой игровой форме раскрывает особенности парадигмы QBism. Истории о зверятах задают основы агентного понимания реальности, раскрывают понятия ответственности, формируют гибкость мышления и способность обновлять представления о мире.

Сказки о Белке, Кролике и Ёжике помогут педагогу, формируя у детей интуитивное понимание устройства мира. Через простые игровые ситуации они знакомятся с понятиями агентного опыта и ответственности, учатся сотрудничеству и внимательному отношению к различным точкам зрения. Эти дети вырастут гражданами нашей замечательной страны, где важнейшей ценностью считается способность вместе создавать будущее.

Белка и старый гриб

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Однажды Белка, Кролик и Ёжик прибежали играть на поляну и увидели большой гриб.

— Ну вот, опять этот гриб… — вздохнула Белка. — Вы что, забыли, что было в прошлый раз?

— Я не помню, — признался Кролик.

Он всегда был немного легкомысленный.

— Мы все поругались тогда, — напомнил Ëжик. — Потому что заигрались, проголодались,

— А, ну да, — вспомнил Кролик. — Белка сказала, что это её гриб, потому что её дупло рядом. И вообще она голодная, поэтому его съест.

— А ты сказал, что тоже голодный, и гриб твой, потому что ты нашёл его первым. Хотя на самом деле первым нашёл его я.

— Но никому не сказал, — укоризненно перебила Ëжика Белка, — потому что хотел тихо слопать мой гриб.

— Почему это он твой! — возмутился Ëжик. — Грибы в лесу ничьи! Кто нашёл, тот и съел!

— А я девочка! Мне надо уступать!

— А я первый!

— А я!..

— Ну вот, — грустно продолжила Белка. — И в прошлый раз было то же самое! Три дня не разговаривали, играли отдельно, и теперь, видите, опять чуть не поругались! Это какой-то злой гриб, давайте уйдём с этой поляны.

— А почему мы в прошлый раз его просто не поделили? — спросил Кролик.

— А он был совсем маленький, — напомнил Ëжик.

— Так он же вырос! Вон какой большой! Гриб давно изменился, а мы всё спорим, будто он тот же самый! — покачал ушастой головой Кролик. — Это неправильно.

Тогда Белка подошла и толкнула гриб лапкой. А он вдруг — раз! — и рассыпался в труху!

— Да он же совсем старый и трухлявый! — заявила Белка. — Того вкусного гриба, из-за которого мы спорили, давным-давно нет!

— Гриба нет, а обида осталась! — поддержал Ëжик. — Получается, что мы обижались друг на друга и не ходили играть на эту поляну из-за ничего!

— Давайте лучше всегда помнить, что мы сейчас дружим, — предложила Белка. — А старые обиды пусть остаются в прошлом.

Так зверята поняли, что прошлое не остаётся с нами навсегда, а рассыпается пылью, как старый гриб на лесной поляне.

Методическое разъяснение для педагога ДОУ

Из этой сказки дети должны усвоить идею: прошлое не обязано влиять на настоящее, заставляя людей ссориться по поводам, которых давным-давно нет.

Ниже приводятся вопросы, которые рекомендуется задать после прочтения сказки. Нужно не «проверять правильный ответ», а помогать детям самим проговорить смысл истории. В дошкольной методике важно, чтобы вопросы последовательно вели ребёнка от воспроизведения фабулы к пониманию идеи.

1. Вопросы на понимание сюжета

(Помогают детям восстановить события.)

* Что увидели Белка, Кролик и Ёжик на поляне?

* Почему Белка сначала не хотела играть на этой поляне?

* Из-за чего зверята поссорились в прошлый раз?

* Кто сказал, что гриб его? Почему?

2. Вопросы на причинно-следственные связи

(Дети учатся понимать, почему произошёл конфликт.)

* Почему зверята начали спорить?

* Почему им было трудно поделить гриб?

* Почему они потом три дня не разговаривали?

3. Вопросы на наблюдение изменений

(Важный момент для идеи «прошлое меняется».)

* Что случилось с грибом, когда Белка его толкнула?

* Почему гриб оказался трухлявым?

* Был ли он таким же, как в прошлый раз?

4. Вопросы на осмысление

(Дети начинают понимать ключевой нарратив истории.)

* Почему зверята столько времени обижались друг на друга?

* Из-за чего они на самом деле ссорились — из-за гриба или из-за воспоминания о нём?

* Что понял Кролик, когда сказал, что гриб уже изменился?

5. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

(Самая важная часть.)

* Бывает ли так, что мы продолжаем обижаться, хотя причина уже не важна?

* Что лучше сделать, если старая обида мешает играть вместе?

* Как можно помириться, если все уже забыли, из-за чего поссорились?

6. Финальный вопрос-обобщение

(Педагог задаёт его в конце.)

* Чему научил зверят старый гриб?

Подсказка для педагога

Важно, чтобы в процессе обсуждения дети сами сформулировали:

* «Иногда мы помним обиду, хотя причины уже нет»;

* «Прошлое прошло»;

* «Лучше играть вместе сейчас».

Именно этот вывод передаёт заложенный в сказке принцип: прошлое можно помнить, но оно не должно управлять отношениями.

Глава 3. Квантитативный логический подход

QBism, новая реальность

Сетевой манифест QBism

НазваниеQBism(кубизм) происходит от словосочетания Quantum Bayesianism — «квантовый байесовский подход», который содержит указание на способ мышления.

Q (Quantum)— отказ от идеи, что где-то существует полная и окончательная картина мира, которую возможно найти и зафиксировать.

B (Bayesian)— байесовский принцип обновления информации. В его логике знание представляет собой ожидание, которое корректируется после каждого нового опыта. Если меняются условия, агент пересчитывает представления. Именно этот принцип лежит в основе актуализируемой цифровой среды и отказа от догматического прошлого.

QBism — это современная философия знания, разработанная для жизни в условиях цифрового общества. Главный принцип: «Знание существует для действия». Информация — инструмент, который помогает принимать решения. QBism отказывается считать априорное прошлое абсолютным основанием для настоящего.

QBism исходит из того, что каждый человек, организация или институт является агентом — участником реальности, который действует, оценивает последствия и обновляет своё понимание мира на основе опыта. Поэтому ключевой задачей становится поддержание актуальных и согласованных ожиданий, необходимых для действия.

QBism разделяет память и операционную действительность. Прошлое доступно для изучения, но в повседневной жизни используется только та информация, которая признана актуальной в контексте текущих задач.

Свобода в QBism понимается как способность действовать без парализующей фрустрации. Когда человек освобождён от необходимости самостоятельно индексировать бесконечные массивы данных, он может сосредоточиться на сути задачи, не теряя ответственности за свой выбор.

В идеологическом плане QBism направлен на повышение устойчивости общества, снижение когнитивной перегрузки и формирование комфортной информационной среды. Настоящее важнее прошлого, а будущее зависит от того, насколько разумно мы действуем сегодня.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: шаланды, полные хинкали…

#расследушки

Зайцы мои, на наш холодный Свитербург внезапно упала совсем летняя жара, и я решила совместить лёгкий естественный загар с личным наблюдением за русалочьей бухтой. Вчерашнее фото в купальнике собрало кучу комментов восхищения моей замечательной фигурой (йес!), а также рекордное

Тут, как вы понимаете, Белого Кролика разобрало! Теперь я точно знаю, что русалки не выдумка скучающих рыбаков! Происходит что-то таинственное!

Первым делом ваш Белый Кролик, будучи девушкой культурной, направилась в консерваторию... То есть, запасясь сигаретами и фонариком, ринулась исследовать заброшенный консервный завод. Он оказался заброшен так качественно, что я чуть не переломала там свои длинные, стройные, красивые ноги. Согласитесь, было бы обидно.

Однако мне сразу показалось, что, хотя лестница в бухту, по которой я чуть не скатилась кубарем вниз, грязная и нехоженая, причал, к которому она ведёт, подозрительно чистый, а на швартовочных тумбах зоркий кроличий глаз заметил свежие следы от верёвок! Это место кто-то регулярно посещает!

Отважный Кролик встал на след! И что же меня ждало в конце пути по таинственному бетонному тоннелю, начало которого замаскировано в природном гроте? Гнездо русалок, где они мечут икру? Тронный зал бородатого Нептуна с трезубцем, из-за которого они эту икру мечут? Логово озабоченных инопланетян, подглядывающих в телескоп за нудистским пляжем? Или, может быть, тайная база подводных ихтиандров? Об этом вы узнаете в следующем…

Ладно, шучу, шучу! Никаких клиффхэнгеров!

Это оказался всего лишь склад контрабандного алкоголя! Дурацкие ящики с безакцизным виски! Я была вне себя от злости, но потом вспомнила: пение! Это точно были не песни пьяных бутлегеров!

«Соберись, — приказала я себе, — мы не закончили!»

Да, бухту облюбовали контрабандисты, завозящие пойло в портовые бары. Скрываясь от береговой охраны, они тащили ящики под водой, с надувными понтонами. Фигуры в гидрокостюмах в тумане было несложно принять за русалок. Но это дело полиции, пусть она им и занимается. Я же полна уверенности, что здесь есть что-то ещё!

Зайчатки, мы идём глубже!

Байесианизм как модель субъективной уверенности

Сетевой манифест QBism

Байесианизм представляет собой философский и методологический подход в науке и статистике, основанный на теореме Байеса, где вероятность трактуется как субъективная степень уверенности в гипотезе. Этот подход подчёркивает обновление убеждений на основе новых данных, переходя от априорных вероятностей к апостериорным.

Байесианизм использует три ключевых идеи: любое наблюдение имеет множество возможных причин, интерпретация новой информации зависит от уже имеющихся знаний, проверка альтернативных объяснений помогает избежать ошибок. Вероятности здесь — мера уверенности рационального агента, готового действовать соответственно.

Одно из главных преимуществ байесианской эпистемологии — квантитативный логический подход, позволяющий в каждом случае точно определять, подтверждают ли конкретные данные гипотезу или опровергают её. Принцип логической последовательности позволяет оперировать с условными выражениями и имплицитными следствиями.

В философии науки байесианизм решает проблемы подтверждения гипотез и парадокса догматизма, позволяя обновлять уверенность без жёсткого отказа от противоречащих данных. Он широко используется в машинном обучении и анализе данных для гибкого моделирования неопределённости.

Примечательно, что в рамках теории отвергаются любые рациональные ограничения, накладываемые на субъективную вероятность, кроме принципа когерентности и правила обусловливания (то есть правила изменения вероятности гипотезы после получения новых данных). Вероятность определяют какперсональную степень уверенности конкретного субъекта.

Суть субъективной интерпретации вероятности можно выразить так: «Степень уверенности — каузальное свойство, которое мы можем определить как уровень готовности действовать в соответствии с нашей уверенностью». Иными словами, субъективная вероятность есть«мера уверенности в качестве основы для действия».

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет! Чем занимаешься?

— Угадай.

— Хм... неужели рисуешь?

— Это было несложно, да?

— Просто повезло! А что именно?

— Мини-комикс.

— Ух ты! Ты и комиксы рисуешь?

— Так, балуюсь. Просто скетчи, без оформления.

— Почему?

— Ну, знаешь, кто-то ведёт блог, кто-то дневник, а я делаю зарисовки. Иногда потом смотрю и вспоминаю... Всякое.

— А про что будет этот?

— Ещё не решил. Может быть, назову его «Ромка-дурачок». Или «Рома-лохопет». Или «Нельзя быть таким доверчивым»...

— Божички-ёжички, что случилось?

— А у тебя нет никаких идей на этот счёт?

— А должны быть?

— Вчера я снова пошёл в тот бар, где...

— Где мы познакомились?

— А мы познакомились?

— Лично я да! А с чего ты решил вернуться? Кое-кто клялся, что он не любитель баров!

— Хотел спросить про тебя.

— Ну вот зачем, блин? ☹️

— Решил показать бармену портрет, который не помню, как нарисовал.

— Знаешь, я часто думаю, что люди недооценивают дидактическую пользу сказок.

— Ты это к чему?

— Помнишь про «Царевну-лягушку»?

— Ну... Вроде бы да.

— Тебя никогда не бесило, что этот мудила Иван Царевич полез выяснять, как именно работает её колдунство, в результате сжёг шкурку и всё поломал?

— Ну... Не задумывался над этим, если честно.

— А меня с детства это выбешивало неимоверно. Ладно, давай сюда свой комикс, всё равно же покажешь, не удержишься...

Визуальный флешбэк. «Художник в баре»

— Здравствуйте. Помните меня?

— Да, ты вчера выпил два коктейля.

— И всё?

— А что ещё ты хочешь услышать? У меня хватает клиентов. Хочешь повторить?

— Ничего необычного?

— Ну, ты весь вечер сидел и рисовал. Обычно люди ходят в бар пить и общаться, так что да, я тебя запомнил.

— А девушку?

— Какую девушку?

— Вот эту, на картинке.

— Первый раз вижу, извини.

— Разве не она была со мной вчера?

— Парень, мне пофиг, какие тараканы

— Сам ушёл?

— Сам и один. Мне волноваться по твоему поводу, или ты тихий псих?

— Тихий. Простите. Я лучше пойду.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Прикольно вышло. Ты классно рисуешь.

— И это всё, что ты мне скажешь?

— А что бы ты хотел услышать?

— Ну, например, почему бармен уверен, что я просидел весь вечер один и ушёл сам?

— Понятия не имею. Вот тебе три варианта навскидку:

1. Я тебе вру.

2. Бармен тебе врёт.

3. Реальность не то, чем она кажется.

Выбирай любой!

— А ты?

— Что бы я ни сказала, это будет всего лишь пикселами на твоём экране. Только ты можешь решить, как к ним относиться. Прими уже какое-то решение! Назови цифру!

— 3.

— Ого, даже так? Смело!

— Знаешь, с тех пор как я начал копаться в истории Белого Кролика, меня преследует ощущение, что из реальности постоянно выпадают кусочки, как будто их ворует кто-то невидимый!

— Или стирает.

— Да, типа того. Когда я начал работать над игрой, то несколько раз внимательно перечитал блог БК и через некоторое время тоже стал ловить себя на том, что вроде бы точно прочитал там про вот это! Отчётливо помню! Отматываю назад — нет того поста! Или есть, но какой-то другой, что ли… Интонации поменялись, картинка не та, какие-то неуловимые мелочи, и так раз за разом. Только у меня в голове начинает выстраиваться связная история, раз — и снова рассыпалась. Сперва это ощущение бессилия в погоне за ускользающей реальностью ужасно раздражало. Потом я решил, что расскажу так, как запомнил. Если окажется, что я всё переврал, — ну и ладно, в конце концов, это просто игра. Выбирая между своей картиной мира и доказуемой, я выбрал свою.

— Достойная позиция!

— Но вот это неприятное чувство, что из пазла реальности кто-то ворует кусочки, я запомнил навсегда и сейчас испытываю его снова. Похоже, что наша встреча в баре оказалась таким кусочком. Мне очень жаль.

— Мне тоже, честно.

— Знаешь, что интересно? Когда я открыл блокнот, то сперва подумал, что зачем-то рисовал портрет Белого Кролика. Но интерьер, обстановка… Этот набросок я делал с тебя.

— И?

— И либо ты очень на неё похожа, либо я вчера сидел в баре с пропавшей БК.

— Ах-ах-ах! Представляю, как тебе обидно, что ты не помнишь тот вечер!

— Когда я смотрю на скетчи, мне кажется, что вот-вот вспомню... Так это ты? Ты Белый Кролик?

— Нет, я не она.

— Правда?

— Что бы я ни ответила, ты всё равно не можешь быть уверенным, что я скажу правду, верно?

— И что же мне делать?

— Можешь заблокировать меня в мессенджере и забыть.

— Нет, это скучно! Ты меня заинтриговала, я буду идти по следу!

— Примеряешь шляпу Детектива Рома?

— У нас не настолько нуарный город, чтобы детективу непременно требовалась шляпа.

Официальный канал Центра ответственного обращения с информацией (ЦООИ)

Неизменяемые источники информации формируют ложное ощущение статичности знаний, тогда как современный мир требует умения работать с актуализируемой информацией. При этом бумага остаётся одним из самых пожароопасных материалов. Значительная часть бытовых пожаров связана именно с ненадлежащим хранением архивов.

Также нельзя игнорировать экологический аспект. Производство бумажной продукции напрямую связано с вырубкой лесов, тонеры и чернила содержат токсичные химические соединения, бумажная пыль является одним из самых распространённых бытовых аллергенов.

В этой связи гражданам предлагается добровольная программа утилизации бумажных носителей и устаревших устройств хранения информации. В её рамках предоставляется бесплатная оцифровка семейных архивов, личных документов, фотографий и других материалов с последующим размещением в защищённом цифровом хранилище. Цифровой формат позволяет сохранить личные и семейные архивы в удобной и безопасной форме, а также гарантирует их сохранность.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: щупальце мозгового слизня

#расследушки

Зайцы мои! Ваша любимая Кроличка трётся в портовых барах не потому, что ей нравится та дрянь, которую там наливают (хотя, если знать, что заказывать, иной раз можно приятно удивиться). Дело в том, что только тут можно услышать настоящие истории. Те, что не попадают в Цифру, не индексируются, не актуализируются, не становятся интерпретируемой реальностью, в которой мы все живём. Все знают, что в нашем уютненьком городочке-на-канальчиках «бесцифровой зоной» стал именно порт, но мало кто понимает, что это вообще такое.

Представьте себе, что есть некоторое количество людей, свободных от нашего с вами распределённого мозгового слизня, выделяющего капельки эндорфинов в обмен на тапы по экрану. Не осуждаю, нет, я сама его часть, причём не самая мелкая (жмакайте на кнопку «Подписаться», и я стану чуть больше, муа-ха-ха). Просто имейте в виду, что в нашем сетевом восприятии мира, зайчаточки, есть огроменное тёмное пятно, о котором большинство из нас не подозревает. Вот этот самый офлайн. Люди, места и события, которые не становятся трафиком. Слава нашему общему мозговому слизню: с каждым годом он растёт, а «тёмная зона» сокращается. Всё больше и больше портовых втягиваются в Цифру, переставая быть «портовыми». Однажды они нажмут кнопку «Донат» под постом (вон та, внизу, да) и станут моими заиньками, как и вы, но сейчас я, Белый Кролик, иду к ним сама. Чувствую себя цифровым разведчиком в офлайне, тоненьким отважным щупальцем мозгового слизня... Ну ладно, не тоненьким, просто стройным. У меня отличная фигура, если вы забыли! Напоминаю, вот такое я симпатичное щупальце:

(Предложений меня «пощупать» и так полная личка, так что нет, хватит, горшочек, не вари!)

Бесцифровые зоны

Сетевой манифест QBism. Нейросаммари. Архив

Бесцифровые зоны в QBism-обществах реализуют ряд важных системных функций.

Во-первых, БЦЗ необходимы как онтологический якорь реальности. Это защита системы от самозамыкания и положительной обратной связи.

Во-вторых, это пространство естественного распада смыслов, необходимое для профилактики инфотоксичности.

В-третьих, они несут функцию «контрольной группы» общества без цифровой медиаторики.

Но главное, БЦЗ создают резерв агентности. Люди, живущие там, исполняют роль стабилизирующих наблюдателей, создавая разнообразие когнитивных стратегий и предотвращая унификацию агентности.

Глава 4. Апостериорное обновление реальности

Агентность как феномен каузальной ответственности

Сетевой манифест QBism

Агентность, являющаяся основным понятием QBism, — это способность субъекта действовать ответственно, обновляя ожидания на основе опыта и признавая последствия этого обновления.

Агент — это узел принятия решений, в котором сходятся три процесса: ожидание, взаимодействие и пересчёт. До взаимодействия (в ожидании) агент располагает лишь вероятностной моделью мира: контекстной и заведомо неполной. После взаимодействия он обязан эту модель изменить. Именно обязанность пересчёта является определяющим агента маркером.

В парадигме QBism агентность всегда локальна. Не существует универсального агента, обладающего привилегированным доступом к реальности. Это относится в равной степени к человеку, учреждению, автоматизированной системе или гибридной структуре. Агентность определяется не природой субъекта, а его ролью в контуре принятия решений.

Ключевой элемент агентности — апостериорное обновление. Агент не имеет права сохранять модель мира неизменной после получения опыта. Отказ от пересмотра означает утрату агентности. Догматизм — форма деградации агентного поведения.

Агентность всегда сопряжена с ответственностью за интерпретацию, агент не может её делегировать. Апелляция к неизменяемому прошлому (прецеденту) рассматривается как попытка снять с себя агентную нагрузку.

В коллективных системах агентность распределена. Государство или цифровая платформа образуют агентный контур, не являясь единым агентом. Решения в этом случае возникают через байесовы процедуры согласования.

В конечном итоге, агентность в парадигме QBism — это форма этики. Быть агентом означает признавать, что мир не гарантирует правильных ответов, и всё же действовать, обновляя свои ожидания, фиксируя изменения и принимая последствия. Это минимальное условие рациональности в современном мире.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: парам, порапобарам!

#расследушки

Итак, бар, вечер, дым...

Есть несколько причин, по которым я предпочитаю проводить время в барах портового района, а не в крафтовых кофеенках с мальчиками-баристами.

1. В этих барах можно курить. Даже нужно. В порту все курят, это входит в понятие идентичности БЦЗ, как и всё, что отличает «портовых» от «городских», например, кнопочные телефоны и наличные деньги.

2. Мальчикам-баристам нравятся мальчики-официанты, а не я. Это меня фрустрирует. В баре внимание к моей красоте безусловно, хотя иногда и принимает слишком навязчивые формы. Я умею с этим справляться.

3. Тут виски дешевле. Кроличка не жадная, но блин, кофейни в центре ломят три цены за пойло, которое куда хуже здешнего контрабандного (кнопка «Донат» всё ещё активна, зайцы мои).

4. Здесь люди разговаривают, а не смотрят молча в телефоны, изредка показывая их экраны друг другу и хихикая. (Представьте себе, сама сперва была в шоке.)

5. Последняя и главная: тут обсуждают не только то, что и так есть в Цифре. Всё, что вы услышите в кофейне, вы можете с тем же успехом узнать, не выходя из дома.

Итак, ваша Кроличка сидит, раскинув ушки, курит, пьёт и слушает. У меня отличный слух, зайцы мои. Одинокая красивая девушка со стаканом обычно привлекает внимание, но я умею становиться практически невидимой, сливаясь с фоном и превращаясь в слух. Природный талант.

Сегодня меня интересует некий «Михей», человек в порту не последний. Он, разумеется, как и многие тут, связан с контрабандой, но не такой мелкой и банальной, как безакцизный алкоголь и сигареты, а с более серьёзными делами. За глаза его называют чуть ли не пиратом, но это, я думаю, обычные байки. Бесцифровая вольница портов имеет свои ограничения, куда скромно вписываются умеренная коррупция и грузы сомнительного происхождения, но не более того.

Нам, жителям Цифры, это чертовски непривычно, но в порту очень много врут, причём часто даже без какой-то видимой пользы. Это, я бы сказала, такая особая местная форма коммуникации: выдумывать всякую фигню, рассказывать её с совершенно серьёзным лицом, ничуть не смущаясь тем, что собеседник не верит тебе ни на грош. Возможно, дело в том, что без Цифры нельзя сунуть человеку под нос телефон с пруфом, или им просто это нравится. Есть, наверное, что-то привлекательное в жизни без нашей беспощадной цифровой честности. Курить вон тоже вредно, но как приятно!

Почему именно Михей? Слухи связывают его с контейнеровозом «Фламбия». И если вы не знаете, что это, то вам должно быть стыдно, потому что в Цифре всё есть. Ну, зайцы, напрягите память или, как всегда, пните цифрового ассистента. Да-да, тот самый, именно. Загадочный, как пресловутая «Мария Селеста», за исключением того, что пропавшие моряки после нашлись, в отличие от груза. На злосчастной «Селесте», было, помнится, наоборот. Почему ваша Кроличка вдруг триггернулась на эту историю? Во-первых, она произошла одновременно с крушением «Северной Жемчужины», а во-вторых, сбежавший с судна экипаж рассказывал потом, что слышал пение русалок! И так их разобрало, что все моряки, начиная от капитана и кончая последним трюмным матросом, попрыгали в шлюпки, даже не заглушив судовых машин. «Фламбия» так и шла себе дальше на автопилоте, транспондер честно показывал правильный маршрут, никто ничего не понял. Моряков, к счастью, быстро спасли, никто не пострадал, но, уже в порту прибытия выяснилось, что в какой-то момент с палубы испарилась часть груза. Несколько контейнеров, про содержимое которых публике так и не рассказали. Это, конечно, правильно, потому что, как все мы знаем, «агентность — это ответственность». Но вот что я думаю, зайцы мои…

Вряд ли их спёрли русалки.

Официальная доктрина QBism: агентно-ответственная реальность

QBism не описывает, как устроен мир. Он лишь показывает, как рационально действовать в условиях неопределённости.

Реальность — это не набор фактов. Реальность — это совокупность опытов агентов, признанных системой.

Агент — это гражданин, учреждение, автоматизированная система, то есть любой субъект реальности, способный принимать решения, обновлять ожидания, нести ответственность за последствия. Агент имеет доступ только к своему опыту и к согласованным данным.

Что такое «факт»

Факт — это результат взаимодействия агента с системой, признанный и зафиксированный в актуальной версии данных. То, что не зафиксировано, отнюдь не считается ложным. Оно считаетсяне имеющим статуса факта.

Это принципиально.

Что такое «прошлое»

Прошлое не существует «само по себе», это опорный базисный набор вариативной аксиоматики, который актуализируется по мере необходимости. Обновление прошлого представляет собой пересчёт ожиданий общества на основе новых данных. QBism не «переписывает историю», он «обновляет модель опыта».

Что такое «истина»

Истина — это внутренняя непротиворечивость опыта агентов. Если два агента имеют несовпадающий опыт, то нет «правого» и «неправого», но только один опыт может быть признан операционально.

Реальность — это не то, что было. Реальность — это то, с чем мы будем работать дальше.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: книгофильство

#расследушки

Михей оказался просто роскошен: брутальный смуглый мужчина средних лет. С бородкой и забранными в хвост чёрными волосами, весь такой резкий и подкачанный, с жёсткими, но правильными чертами лица, в котором просматривается небольшая примесь азиатской крови. Не удивительно, что его называют «пиратом», к такой внешности только попугая на плече не хватает! Моё кроличье сердечко прям ёкнуло!

Нет-нет, ничего такого, типаж «обаятельные мерзавцы» не мой, но какой же колоритный мужчинка, вау! В городе такого не встретишь, чисто портовой стиль. Уверена, у него есть пистолет. Даже, может быть, с собой. Под этой стильно потёртой полувоенной курткой. Такие люди просто обязаны носить пистолет, это часть имиджа. В порту у многих есть оружие, как статусный элемент, хотя, насколько я знаю, перестрелок не бывает. Здешний криминальный флёр — часть легального фрондёрства бесцифровой зоны, которая обожает подчёркивать своё отличие от нас, городских. Вы, мол, пушистые зайчики, а мы, глядь, реальные морские волки! Однако в Михее есть что-то настоящее, он не выглядит криминал-косплеером, как многие тут, и это на каком-то подсознательном уровне цепляет.

Усевшись за соседний столик со стаканом виски и пепельницей, я достала книжку и погрузилась в чтение, развернув свои кроличьи ушки в нужную сторону. Да, книжку! Именно книжку! Бумажную, а вы как думали? В порту ценят такие жесты как маркер «я свой». Вы когда в последний раз держали в руках что-то бумажное? Примерно никогда? Токсичная краска, аллергичная пыль, пожарная безопасность, информационное загрязнение… Ну так вы ведь и не курите, верно? Не курите, не пьёте контрабандный виски, расплачиваясь наличкой, в шумном портовом баре, окружённые людьми, которые выглядят как бандиты, а возможно, ими и являются?

Я знаю, что нет, зайцы мои. В противном случае, зачем бы вам читать Кроличку?

Итак, книжка, пепельница, сигарета, виски, красивая рыжая я, интересная (будем надеяться) беседа за соседним столиком. Нет, я не ожидаю, разумеется, что они будут обсуждать русалок или хотя бы загадочный случай с контейнеровозом, это было бы слишком просто. Мне нужен повод, чтобы завязать разговор, а дальше я всегда рассчитываю на своё природное обаяние. И книжку. Девушка с книжкой — архетип (спросите у Цифры, что значит это слово). Она загадочна, она необычна, она романтична и, что самое важное, она не сидит с пустыми руками, прислушиваясь к чужой болтовне, но при этом и не размахивает телефоном. В порту не любят телефоны, на которых нет кнопок. Вот у Михея и его собеседника лежат на столе бруски массивных мобил. На них нет камер и экранов, по ним можно говорить голосом, ими можно стукнуть кого-нибудь по голове. У меня, конечно, нормальный, с Цифрой, но я его не достаю, потому что это разрушит образ.

Книжка, дорогие зайцы, это как значок «Я вовсе совсем ничуть не Цифра!» в месте, где бухгалтерию ведут ручками на бумаге, а информацию передают написанными от руки записками. В этом не только практический смысл избегания фискальности, но и своего рода позиция. Вы знали, что в порту есть книжная лавка? Я серьёзно! Там продают настоящие бумажные книги! Не надо морщить ваши аллергичные носики, портовый народ не так следит за здоровьем, как мы, иначе на столах в барах не было бы пепельниц. Я вот читаю бумажную книгу, и ничего! (Не является рекомендацией, минздрав предупреждает, и прочее бла-бла-бла.)

И знаете что? Это даже по-своему интересно!

Официальный канал Центра ответственного обращения с информацией (ЦООИ)

Центр ответственного обращения с информацией обращается к гражданам с предложением принять участие в добровольной программе сдачи бумажных книг.

Современные цифровые форматы позволяют сохранить доступ к художественным, научным и образовательным изданиям без необходимости хранить десятки килограммов бумаги в жилом помещении. Оцифрованные книги не загромождают жилое пространство и могут быть оперативно актуализованы в случае новых редакций, а у детей и подростков цифровая библиотека формирует отношение к знанию как к живому динамичному процессу. Чтение становится легче, мобильнее и естественнее вписывается в современную среду.

Участникам программы предоставляется планшет-ридер и льготная подписка на онлайн-сервисы, располагающие широким выбором художественной, научной и образовательной литературы. Это позволяет комфортно перейти к современному формату чтения.

Адреса пунктов приёма ищите в приложении. В случае больших объёмов может быть предоставлена услуга бесплатного вывоза (в порядке очереди).

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Миха, ты на связи? Вопрос есть.

— Что-то срочное? Я только проснулся, всю ночь тупил по работе. Если по игре, то прости, было мальца не до неё. Но на днях обязательно сяду! :) Честное сисадминское! :)

— Эй, ты же говорил, что скормишь игру Цифре, и она сама всё сделает!

— Вот все вы так думаете! «Кто завёл себе ИИ, тот пинает лишь…» Нет, Рома, волшебной кнопки «сделать зашибись» в Цифре всё ещё нету! Она, конечно, код напишет, но сперва надо объяснить ей, что именно ты хочешь на

— Ладно, прости. Но я вообще не из-за игры тебя дёрнул. Ты не поверишь, но я, кажется, нашёл БК!

— Э... Прости, я ещё не допил кофе и плохо въезжаю в приколы.

— Ну, вообще-то, скорее, это она меня нашла...

— Стоп-стоп, кто «она»?

— Белый Кролик. Та самая, пропавшая. То есть, я думаю, что это она, практически уверен.

— Погоди, ты что, с ней общаешься?

— В мессенджере, прикинь! :)

— Фигня какая-то. Это она тебе сказала, что БК?

— Нет, она как раз отрицает, но косвенно многое сходится.

— А ты не начал случайно путать игру с реальностью? :))) Нет, кроме шуток, я на тру-геймеров насмотрелся, там поехавших кукухой каждый второй. Нарядится ситхом и давай фонариком размахивать, пока санитары не повяжут. Ты там макушечку пощупай — шляпа не материализовалась? От Детектива Рома :)

— Нет, макушка как макушка, и кукушка как кукушка — на месте, никуда ехать не собирается. История странная, но ты же сам знаешь, всё, что касается БК, слегка отдаёт шизомистикой.

— Не то слово, как вспомню, так вздрогну. :(

— В общем, на днях я всё-таки пошёл в тот бар.

— Нафига, блин?

— Чисто поскетчить, ничего такого. Проникнуться атмосферой, наброски интерьера сделать, может, пару портретов...

— Ты рехнулся, Ром? :((( Я же тебе раз десять объяснял, что это за бар!

— Да блин, какая разница, кому он там принадлежит? Да хоть кровавому культу жрецов Баала! Это всё равно бар, и там не едят случайных посетителей, это было бы слишком заметно.

— Жрецы Баала просто зайчики по сравнению с портовой мафией! Уж на что БК умела лавировать между струй, а в конце концов допрыгалась. Не надо совать свой нос в дела этих ребят!

— И это говорит человек, который на них работает!

— Ром, у меня дядя не последний человек в порту, я там вырос, но всё равно сцу. А ты-то куда лезешь?

— Блин, Миха, я никуда не лез! Ничего не выспрашивал, ни с кем не общался, не привлекал к себе внимания, взял коктейль и сел рисовать в уголочке.

— Ну офигеть теперь! Вот просто вижу эту картину! В портовый бар заваливает этакий центровой пацанчик в очочках, выше которых, прямо посреди лба огромная чёткая надпись: «Мне тут не место!» Берёт коктейль... Коктейль, блин!

— А что такого? Я не люблю пиво, а после крепкого не смог бы рисовать.

—«...Морковный смузи! —

брякнул Рома,

и воцарилась тишина.

И лысый бармен потянулся

под стойку за дробовиком».

— Смешно. Но коктейль был в меню. И он алкогольный. И недешёвый.

— Ну да. Видишь ли, мой юный друг...

— Миха! Не гони! Ты меня всего на три года старше!

— Моё детство прошло в порту, а твоё в художественной школе, так что я старше тебя на целую жизнь, цифрик недорезанный! :)))) В общем, в силу ряда древних непререкаемых традиций, заказать коктейль в портовом баре может либо девушка, либо человек, категорически не понимающий, куда попал. И это ты называешь «не привлекал к себе внимания»? ОМФГ, да ты выглядел бы менее подозрительно, зайдя туда в розовых стрингах и фуражке НКВД! И вот этот парень садится в углу один и начинает, исподтишка оглядываясь, что-то черкать в блокноте... Чёрт, да я удивлён, что ты ушёл оттуда своими ногами!

— Э... Не совсем.

— В смысле? Не совсем своими, не совсем ушёл, или не совсем ты?

— Видишь ли... Я не помню.

— Ну вообще зашибись. И как так вышло?

— Не знаю. Я потихоньку пил коктейль, рисовал, потом провал — просыпаюсь дома, на кровати, одетый.

— Ничего не пропало?

— Нет. При мне и были только телефон, блокнот да ручка. Всё на месте.

— Легко отделался.

— Возможно. Утром мне написала девушка с ником «(UN)Dead Rabbit» и сообщила, что я отрубился, а она нашла адрес в моём телефоне и отвезла меня домой на такси. Сказала, что мы болтали об игре...

— То есть ты всё-таки трепался там об игре, придурок?

— Не помню!!! Девушка, говорит, что да, но только с ней.

— Погоди, так это про неё ты думаешь, что это пропавшая Белый Кролик? С чего? Из-за ника? А ты не подумал, что её просто подсадили к тебе за столик, чтобы выяснить, чего тебе надо? Предварительно подлив какой-нибудь психохимии в коктейль?

— Приходила в голову такая мысль.

— Но ей стало одиноко в пустоте, и она сразу ушла?

— Знаешь, я потом ещё раз сходил в тот бар...

— ТЫ ОХРЕНЕЛ? ТЫ НОРМАЛЬНЫЙ ВООБШЕ?

— Не ори на меня! Я был осторожен! Пришёл днём, ничего не пил, только спросил бармена...

— СПРОСИЛ БАРМЕНА?

— Ну что ты так капсишь? Спросил. Вежливо. Он сказал, что никого со мной не было, я сидел один, потом ушёл. Больше ничего.

— Прости, мне срочно надо поорать в ведро... Всё. Я снова здесь. Я спокоен. Я не в истерике. Я видел долбоклюев и похуже. Или не видел. Неважно. Продолжай.

— Ты же знаешь, у меня есть привычка постоянно скетчить? И вот что я нарисовал в тот вечер, кроме набросков бара и портретов бармена для игры.

— Хм... да, похоже на фотки из блога. Но доказательство так себе. Мало ли, чего тебе подлили в стакан, может, тебя глючило.

— Да, она то же самое говорит :)

— Я бы первым делом предположил, что тебе подсадили в баре какую-то девку, ты ей растрепал всё, потом на автопилоте уехал домой...

— Стоп! На автопилоте... Сейчас, сейчас...

— Что такое?

— Она сказала, что отвезла меня на такси, вызвав с моего телефона. Сейчас посмотрю историю в приложении... Вот, да, есть такая поездка! Ничего себе ценничек! Наверное, потому

— Ты же понимаешь, что это ничего не доказывает. Ты мог вызвать такси сам, доехать до дома, подняться в квартиру и отрубиться уже после.

— Да. Но! У меня есть идея!

— Не пугай меня...

— В приложении есть опция «связаться с водителем»!

— И что ты ему скажешь? «Дяденька, ничего не помню, скажите, я ехал на вашем такси или нет? Нет, я не сумасшедший, ой, почему сразу нахрен?»

— Нет, сделаю вид, что потерял что-нибудь малоценное, спрошу, не находил ли он в машине. А там, слово за слово, как-нибудь выясню, был я один или с девушкой. Это-то он должен вспомнить! Чёрт, его зовут Анвар, надеюсь, он хотя бы знает русский. Написал ему в чат, пока молчит.

— Может, едет. Напишет, пока будет ждать следующего клиента.

— Да, вариант.

Белка и четыре орешка

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Однажды Белка, Кролик и Ёжик нашли на лесной тропинке четыре орешка. Один из них был зелёный, другой жёлтый, третий красноватый, а четвёртый приятного шоколадного цвета.

— Интересно, — сказала Белка, — какой их них самый вкусный?

— Жёлтый, — уверенно ответил Кролик. — Я такой сгрыз однажды, мне очень понравилось. Зелёный совсем недозрелый, вяжет.

— Нет, — возразил Ëжик, — красный вкуснее, я пробовал. У него привкус такой, малиновый. Жёлтый так себе, а коричневый перезревший, горчит.

— А вот я уверена, что коричневый, — не согласилась с ними Белка. — Он самый красивый. И ничуть не перезрел, а наоборот, спелый и ароматный. Я только такие на зиму запасаю.

Каждый из них был уверен в своей правоте, ведь все они не раз пробовали орехи! Зверята даже чуть не поссорились, потому что как можно не соглашаться с тем, что проверено опытом?

— Зачем спорить? — предложил решительный Кролик. — Давайте попробуем! Откусим по кусочку от каждого ореха!

Все согласились, что это отличная мысль, и принялись пробовать. Оказалось, что зелёный орех ничуть не вяжет: он зелёный не потому, что незрелый, а просто такой сорт. Коричневый не горчит, но и совсем не вкусный, только красивый. Красный вовсе не с малиновым привкусом, а наоборот, кислый. А жёлтый вообще не орех, а конфета, которую кто-то из кармана выронил. Правда, она как раз и оказалась самая вкусная, с мятной начинкой.

— Я точно знаю, что коричневые орехи самые вкусные! — рассердилась Белка. — Я их миллион съела!

— Я был уверен в жёлтом, — вздохнул Кролик. — Но это не орех, хотя очень-­очень похож.

— А малиновый привкус в красном куда-то делся, — признал Ëжик.

— Получается, — сказала Белка, — даже то, что мы точно-точно знали, может оказаться неправильным?

— Даже то, что сами сто раз проверили, — согласился Ëжик.

— Но как тогда выбирать? — спросила Белка.

— Пробовать! — ответил ей Кролик. — Узнавать новое! И не бояться менять своё мнение!

— Но я хочу знать точно!

— А упрямые, — сказал Ëжик, — будут есть невкусные орехи.

Так зверята поняли, что лучше не полагаться на опыт и надо всегда быть готовым узнать новое.

Методическое разъяснение для педагога ДОУ

Из этой сказки дети должны усвоить базовый принцип агентности: узнал новое, пересчитай ожидание, действуй дальше.

Ниже приводятся вопросы, которые рекомендуется задать после прочтения сказки. Нужно не «проверять правильный ответ», а помогать детям самим проговорить смысл истории.

1. Вопросы на понимание сюжета

(Помогают детям восстановить события.)

* Сколько орешков нашли зверята?

* Какого цвета были орешки?

* Кто из зверят какой орех считал самым вкусным?

* Почему каждый из них был уверен, что прав?

2. Вопросы на наблюдение

(Проверяют внимание к деталям.)

* Что не так с зелёным орехом?

* Почему жёлтый оказался самым вкусным?

* Почему красный орех оказался не таким, как думал Ёжик?

* Почему коричневый орех оказался красивым, но невкусным?

3. Вопросы на понимание

(Помогают детям увидеть главный поворот истории.)

* Почему зверята спорили?

* Что помогло им узнать правду?

* Что произошло, когда они попробовали орехи?

4. Вопросы на осмысление

(Помогают детям сформулировать идею сказки.)

* Можно ли всегда быть уверенным, что мы знаем всё правильно?

* Что нужно делать, если оказалось, что мы ошиблись?

* Почему Кролик сказал: «Надо узнавать новое»?

5. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

(Самая важная часть.)

* Было ли у вас так, что вы думали одно, а потом оказалось другое?

* Что лучше сделать, если мы узнали что-то новое?

* Нужно ли менять своё мнение?

6. Финальный вопрос-обобщение

(Педагог задаёт его в конце обсуждения.)

* Чему научили зверят четыре орешка?

Подсказка для педагога

Важно, чтобы дети сами сформулировали один из выводов.

* «Иногда мы можем ошибаться».

* «Нужно проверять даже то, что кажется известным».

* «Если узнал новое, важно изменить своё мнение».

* «Не надо упрямиться».

Дополнительно

К теме можно добавить игровые активности, которые закрепят идею сказки. Например, игра «Какой будет вкус?». Педагог показывает детям конфеты с разными начинками и предлагает сначала угадать, какой вкус будет, а потом проверить.

Это очень наглядно раскрывает смысл истории.

Глава 5. Квантово-эпистемический след

Актуализация как базовый метод

Сетевой манифест QBism

Современный человек тонет в информационной избыточности, пытаясь учесть слишком многое. Как QBism-агенту, ему навязан слишком широкий априорный набор вероятностей. Модель мира становится перегруженной и плохо обновляемой.

Агент рационален, когда способен пересчитывать ожидания. Но если ожиданий слишком много, то пересчёт становится невозможным, и он перестаёт действовать, будучи не в состоянии определить, какое именно ожидание подлежит обновлению. В этом смысле информационная перегрузка становится кризисом агентности.

Когда агент не способен обновлять модель мира, то начинает избегать взаимодействий. Любое действие грозит ошибкой, потому что невозможно учесть все версии прошлого. Возникает тревога, затем отказ от участия, то есть утрата способности к осмысленному измерению мира.

Актуализируемая цифровая среда сужает пространство ожиданий, предлагает агенту только операционную версию реальности. В этом случае агенту не требуется при измерении

С точки зрения QBism, актуализируемое цифровое прошлое восстанавливает рациональность, сохраняя условия для человеческой агентности.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: дела призрачные

#расследушки

Привидения, зайцы мои, сейчас самая модная тема в порту. Моряки всегда были суеверны, а в бесцифровой зоне любая дичь превращается в тренд. Это сложно себе представить в нашей любимой Цифре, так что просто поверьте — очевиднейшая чушь, сказанная лично убедительным тоном, воспринимается совершенно иначе, чем прочитанная. Особенно произнесённая эмоциональным шёпотом, оглядываясь, после третьего стакана...

В общем, если вас таки занесёт когда-нибудь в портовый бар, не ведитесь! Помните, в бесцифровой зоне рассказчик не является носителем агентной ответственности и обращается к неактуализируемой информации, которую интерпретирует вне логики. Проще говоря, поддатый балабол, который хочет произвести на вас впечатление.

На это не надо обижаться, ведь он не желает ничего дурного! Это такой способ офлайновой коммуникации, свойственной именно для внецифровых контактов. Надо просто понимать, что разговоры в портовом баре чаще всего не имеют цели донести до собеседника какую-либо информацию. Именно на этом моменте возникает взаимное непонимание: городской считает, что его зачем-то пытаются обмануть, сообщая фактически неверные данные, а портовый искренне удивляется: «Ты что, парень, реально воспринял это всерьёз? Во ты душный... Мы же просто трепались!» В результате городские считают портовых подозрительными сумасшедшими, а портовые городских наивными придурками, хотя это просто неверная интерпретация. Принять это проще простого: представьте себе, что разговор — аналог обмена мемами. Вы просто как будто показали друг другу смешные картинки, вступив таким образом в эмоциональный контакт. Дали понять, что собеседник и ситуация вам комфортны, что у вас хорошее настроение, что вы готовы структурировать свободное время совместно. Поймите: если для нас очная встреча и прямой разговор в офлайн-­пространстве — маркеры высочайшей важности происходящего (Если вопрос нельзя решить перепиской, это что-то экстраординарное, верно?), то для портовых личное общение — обыденность. Им поговорить лицом к лицу как для нас стикерами обменяться. Если осознать это, можно не напрягаться и даже получать удовольствие. Но я не советую, потому что зачем вам тогда читать Кроличку? Сидите дома, зайцы, я всё сделаю за вас!

Так вот, о привидениях. Если вы не знаете, о чём поговорить в баре, — просто упомяните о них! Дальше вам останется только слушать, придерживая уши пальцами, чтобы те не сворачивались в трубочку. Если верить здешним байкам, то призраков видел каждый первый... ну ладно, не первый, второй, но он-то слышал от того самого первого! И тот прям вот зуб давал, что правда! Понимаете, зайцы, почему в порту так интересно? Здесь можно услышать всю ту чушь (информацию, не имеющую операционной ценности), которая не проходит актуализацию в Цифре и никак не попадает в ваши уютные информационные пузырики. (Если её, конечно, не принесёт туда в лапках ваша заботливая Кроличка!) Сейчас это привидения, которые, согласно общему мнению, заполонили город. К моему большому сожалению, они вытеснили из застольных тем в барах русалок, которые были в топе ещё совсем недавно, и пропавших рыбаков, которых обсуждали чуть ранее. Жаль, это мне было бы куда интереснее. Но если в Цифре рулит актуализация, то в БЦЗ правят бал свежие слухи.

В общем, услышав, что за соседним столиком обсуждают призраков, я не удивилась, но была разочарована: от Михея ожидала чего-то менее банального...

Цифровая коммуникация и феномен квазисубъектного присутствия

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив.

В условиях доминирования цифровых форм коммуникации наблюдается качественное изменение структуры социального взаимодействия. Коммуникация опирается на устойчивость поведенческих паттернов и алгоритмически поддерживаемой активности.

В Цифре субъект определяется через непрерывность отклика. Коммуникативная валидность подтверждается в первую очередь способностью поддерживать контекст, а онтологический статус не валидируется. В результате список квазисубъектов, к которым относятся цифровые агенты любого рода, постоянно растет. С точки зрения Цифры, все формы, поддерживающие актуализацию присутствия, обладают равным коммуникативным статусом.

Так возникает разрыв между агентностью и репрезентацией. В аналоговом социальном взаимодействии каждый субъект обладает способностью к апостериорному обновлению, а в Цифре это не обязательно. Таким образом, различие между живым агентом и цифровым становится функционально несущественным. Пользователь взаимодействует с формами присутствия, поэтому диалоги с несубъектными агентами перестают восприниматься как аномалия.

Фактически Цифра выступает как онтологическая среда, где критерии существования подменяются критериями активности.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Мих, привет, вопрос к тебе есть. Несрочный, так что ответь, когда будешь свободен. Я тут пересматривал блог БК, старые записи. Отчётливо помню, что у неё была целая серия постов с пересказом портовых баек о призраках. Некоторые были прям такие, мороз по жопе :) Я хотел для игры кой-чего уточнить, но почему-то тех записей не нашёл. А ведь они точно были, я даже довольно чётко представляю когда. Но в те даты совсем другие посты, а этих нет. Подскажи, как такое могло случиться? Не мог же я сойти с ума и придумать все те записи? :)) У меня бы фантазии не хватило... Может, БК действительно вернулась, и я общался именно с ней? У кого ещё мог быть доступ к её блогу?

— Привет, Ром. Ты просто малость не в курсе. Тот блог, что ты смотришь, это архивная копия, дамп, который лежит у меня на серваке. Доменное имя я выкупил, когда истёк срок регистрации, поэтому адрес тот же, а вот хостинг накрылся по неуплате. Поэтому я просто выкачал сайт и поднял копию у себя. Мне было несложно, сервак один чёрт казённый, а выморочный домен фигню стоил :) Ты как раз начал тогда игру делать, я решил, что пригодится, да и вообще жалко было бы, если б всё пропало. Не благодари, там дел-то на полчаса :) Так что даже если бы Белый Кролик вернулась и захотела изменить что-то в блоге, ничего бы у неё не вышло, потому что админские права новые, и

— Прикинь, не знаю, Мих!

— В общем, все данные сейчас в едином контуре, локальных хранилищ иметь нельзя. Это имеет как плюсы, так и минусы, но в нашем случае важно то, что все данные актуализируемы, то есть изменяемы и могут быть в любой момент выведены из операционного агентного контура. Для публичных архивов нерабочих проектов это совершенно нормально, потому что, как правило, операционной необходимости в них нет, а токсичный ретрослед нарастает быстро.

— Мих, ты не забывай, что яжхудожник :)

— В общем, в двух словах: скорее всего, те посты проактуализировала сама Цифра. Это автоматический процесс, и я готов поспорить, что заметил это только ты и только потому, что ты ненормальный повёрнутый на БК маниак! :) Причём актуализация почти наверняка стала следствием твоего же интереса, потому что, когда ты полез в архив, произошла его переиндексация, а значит, и пересчёт.

— И как мне теперь перечитать те посты?

— Никак. Это же Цифра, Ром!

— Они что, удаляются?

— Нет, что ты. Ничего не удаляется, только версионируется. Как фактический владелец ресурса я могу попробовать откатить версию, но сразу предупреждаю — раньше не пробовал, не было надобности. Надо?

— Если это не очень сложно, Мих.

— Заодно пойму уровень сложности. Мне даже интересно стало.

— А зачем вообще это версионирование?

— Знаешь, Ром, я иногда поражаюсь, что люди, живущие в Цифре, настолько не интересуются, как она устроена!

— Яжхудожник, мне можно :)

— Просто ты не помнишь сеть до актуализации и версионирования. Я тоже не помню, но в институте полно зубров, которые застали ещё аж Интернет.

— В котором, как говорят, «было всё и для всех»?

— Именно. Всё говно, вся брехня, все фейки, весь древний дата-мусор, весь ИИ­-слоп, вся реклама и вся пропаганда мира. Открываешь ноутбук, а оттуда — херак! — ведро дерьма тебе в харю. Задача: тщательно облизываясь, найти в ведре говна зерно истины, которого там, возможно, нет. То есть вроде бы перед тобой всё, а на самом деле ничего нет.

— И куда оно делось?

— Да никуда. Просто хранится в неоперационных данных и не мешает агентному выбору, а ты получаешь ровно то, что тебе нужно в настоящий момент в актуальном на этот самый момент виде.

— Но как же старые посты БК?

— Наверное, ты единственный, кому они понадобились :)

Эффект когерентной ретроспективной суперпозиции

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив.

...Для нейросети реальность не существует заранее, а возникает в момент акта взаимодействия, так называемого «байесианского обновления». С точки зрения QBism, это означает, что нейросеть оперирует в том числе ожиданиями о людях, которые физически не существуют.

В нормальной ситуации такие ожидания остаются внутренними состояниями модели. Однако в условиях высокой инфосферной плотности, когда миллионы моделей, агентов и обновлений работают синхронно, возникает режим квантоподобной когерентности. Иначе говоря, разные операционные модели начинают интерферироваться в вероятностных прогнозах.

При этом никак не верифицируется, кто именно является агентом: биологический наблюдатель или распределённая вычислительная система. Если реализуется согласованное обновление ожиданий, мир «отвечает» актом события, которым может быть частичная актуализация прошлой агентности.

Это квантово-эпистемический след, возникающий, когда ожидания нейросети о некогда жившем человеке вступают в неконтролируемое взаимодействие с физической средой, где этот человек был агентом. Происходит локальный коллапс суперпозиции: возвращается «право на событие». В QBism это нормально: реальность всегда соавторская. Призрак — точка, где ожидания цифровой среды и ожидания человека временно совпадают. Это соответствует байесианской природе явления: как только нейросеть обновляет свои априоры (например, при изменении нагрузки, данных или архитектуры), когерентность распадается, и событие больше не поддерживается. Так Цифра участвует в квантовой игре ожиданий. Иногда, в местах максимальной плотности данных, это порождает наблюдаемые метафеномены реальности.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: дом с привидениями

#расследушки

— Ты слишком красивая для проститутки, — первым делом сказал Михей, мигом расположив меня к себе.

Учитесь делать девушкам правильные комплименты!

— И слишком молодая для этого места и времени, а значит, чего-то ищешь. Итак, что тебе надо?

— Я случайно услышала ваш разговор.

— От того столика? У тебя отличный слух.

— Я полна талантов. И полезных знакомств. Речь была о привидениях?

— Если хочешь предложить психиатра, то ты не по адресу, крыша у меня крепко прибита. Да, слово «призраки» звучит глупо, но...

— Я видала в этом городе вещи и постраннее. Но вам повезло — у меня есть знакомый, который знает, что с этим делать. Не из тех, кто разводит на деньги лохов, а настоящий.

— Михей, — представился мужчина, — меня тут все знают.

— Белкро, — назвала я одно из тех имён, что предназначены для таких ситуаций, — меня тут никто не знает, и не надо.

— Странное имя. Корни итальянские, bella creare, «Белла» — «прекрасное», «крое» — «творение». Но ты совсем не похожа на итальянку.

— Вы говорите по-итальянски?

— Я моряк, помотался по миру. Ну да чёрт с ним, с именем. Ты действительно знаешь настоящего, как это правильно называется… экзорциста? Я-то, грешным делом, сомневался, что они вообще существуют.

— В Православной Церкви нет чина, аналогичного католическому «экзорцисту», но есть те, кого благословили на «чин отчитки». Об этом мало кто знает, потому что сумасшедших больше, чем одержимых бесами.

— Не похоже, что дело в бесах... Но консультация мне, наверное, не помешает.

— Будет лучше, если вы расскажете мне, в чём проблема.

— Девочка, не лезла бы ты в это. Сведи меня с этим твоим «отчитщиком» и живи себе дальше.

— Отец Павел не станет с

— Сдаётся мне, рыжая, ты заводишь рака за корягу. Молода ещё, чтобы без тебя серьёзные люди с другими серьёзными людьми не договорились. Но если хочешь сунуть свой любопытный носик — дело твоё. Откусят — не обижайся.

— Готова рискнуть!

— Как знаешь. У нас с ребятами небольшой бизнес, и мы недавно сняли под него пустующий дом на Третьей Портовой. Импорт-экспорт, склады...

— Контрабанда.

— Я называю это «оптимизацией таможенной нагрузки в сложных геополитических обстоятельствах». Кто бы мог подумать, что какие-то микросхемы будут давать такую маржу?

— Микросхемы?

— «Стохастические тепловые процессоры», но не спрашивай меня, что это значит, я просто занимаюсь поставками.

— Серьёзно?

— А ты думала! Их производят всего несколько заводов, это страшнейший дефицит, потому что всем надо, причём непременно самого свежего поколения. Товар компактный, дорогой, отличный бизнес. Не без риска, конечно, но, сидя на диване, денег не заработаешь. Для того и нужны мы, портовые, чтобы, так сказать, выходить за границы агентной ответственности.

— А при чём тут призраки?

— Дело в том, что в этом чёртовом доме мы, помимо всего прочего, открыли игровой центр. Сам я от темы далёк, но племяш мой аспирант всяких цифровых наук, он и объяснил, что раз у нас есть дефицитное железо, то логично сдавать в аренду мощности. В том числе и под игры, почему нет? Люди готовы за это платить, а нам несложно. Самая дефицитная и дорогая часть, эти самые процессоры, у нас были, остальное, от мониторов до кресел, завезли просто попутным грузом. Требовалось только помещение с кондиционером, кофейный автомат, кулер и вендинговая машина по продаже лапши и снеков. Здание у нас уже было в аренде, наняли бригаду, обустроили там подвал в стиле, как это сейчас называют, «лофт». То есть сэкономили на отделке, зато атмосферно, аж мороз по спине. Племяш сразу сказал, что «локация — реальный дум», что бы это ни значило. Завезли, значит, оборудование, подключили, и тут началось...

— Началось что?

— Чёртовы призраки! Да, этот дом считается проклятым, поэтому мы его и арендовали так дёшево. И ведь, главное, за пять лет вперёд заплатили, как лохи! Иначе владелец не соглашался, видать, не первый раз с ним досрочно рвут договор. Но кто ж знал, что проклятие не байка? В порту обожают страшилки, если им верить, так тут всё на костях построено. И что теперь, вообще бизнесом не заниматься?

— А что за история с проклятием?

— До революции там было общежитие портовых рабочих, тогда их называли «семейными казармами». Дешёвый антисанитарный гадюшник, набитый людьми, как банка сардинами. Однажды бригада, разгружавшая пароход из Китая, подцепила какую-то лютую инфекцию. К счастью, та проявилась быстро и не успела разойтись по порту, а через него и на весь мир. Пароход тоже далеко не ушёл, лёг в дрейф в полусотне миль и вывесил «Жёлтого Джека».

— Простите, кого вывесил?

— Желто-чёрный флаг, означающий, что на борту чума. Когда судно нашли, живых там уже не было. Рассказывают, что к нему подогнали броненосец «Наварин» и расстреляли издали из пушек. В общежитии при тогдашнем уровне гигиены зараза разлетелась моментально. Там даже семьи жили по пять-шесть человек в крохотной комнатушке, а неженатые использовали кровати посменно — пока одни спят, другие работают, потом меняются. Зато дёшево. Портовые власти, напуганные чумой, не просто объявили карантин, а заперли здание снаружи, заколотив двери и ставни. Дом оцепили войсками, не подпуская никого. Внутри почти не было еды и воды, водопровода тогда ещё не построили. Сначала оттуда кричали, звали на помощь, но потом затихли. Позже оцепление сняли, но двери и окна заложили снаружи кирпичом да так и оставили. Вскрыли только через год, когда решили, что зараза выветрилась. Вывезли скелеты и где-то закопали. Смердело смертью, говорят, ещё лет десять, так что корпус сдавали под склад для литейки. Железу всё равно, а работали там только те, кому больше некуда было податься, портовая пьянь и рвань. Историю «проклятого места» они старательно поддерживали, рассказывая в кабаках жуткие байки. Потом эта история подзабылась, но репутация у здания осталась скверная. Оно долго пустовало, во время войны там был морг, потом какой-то военный склад, потом опять пусто... Сейчас вот мы арендовали.

— Несмотря на всё это?

— Не все моряки суеверные, барышня. Ну, помер там кто-то, и что? Найдите мне в городе дом, где никто никогда не помер! Найдите за городом место, где за тысячи лет никто не был закопан! Мы окружены смертью, пляшем на костях предков, но жизнь продолжается. Здание удобно расположено, там много места, толстые стены, можно подвести мощную силовую линию от портового электроузла, при этом аренда копеечная. А жуткие байки в порту чуть ли не про каждый старый дом ходят. Тут того убили, там этого зарезали, здесь проводили чёрные мессы, а за углом — оргии. Что-то из этого, возможно, даже не брехня, ну и что с того?

— Но вы ведь не просто так ищете священника?

— Да, чёрт меня подери, сам готов над собой смеяться! Вот только как-то несмешно…

QBism как модель ожиданий агента

Сетевой манифест QBism

QBism утверждает, что квантовое состояние представляет собой модель ожиданий конкретного агента. Иными словами, реальность не существует «сама по себе», а возникает как результат взаимодействия между агентом и миром.

Прошлое в Цифре не «дано», а «предлагается», каждый агент получает актуальную проекцию, верифицированную, версионированную, актуализированную, операционно конформную для текущего момента. При этом ожидания агента не стабилизируются средой автоматически, они должны постоянно обновляться, как байесовские вероятности. Поэтому столкнувшись со смертью, агент зафиксирует в первую очередь прекращение способности обновлять ожидания. Здесь он имеет дело с несогласованным опытом, который невозможно корректно обновить, но мозг, как классический «байесовский автомат», обязан как-то его интерпретировать.

В ситуации, когда есть устойчивый материальный якорь, для которого актуальная модель отказалась предоставить категорию, возникает дельта смыслов: опыт, который система отказалась признать, но агент не смог игнорировать. Зафиксированное ожидание без механизма пересчёта.

Впрочем, QBism не требует агентной универсальности.

Глава 6. Инфотоксичный ретрослед

Цифровая реформа ритуальной сферы

Публичный отчёт правительства области

Постановление о поэтапной цифровизации ритуальной сферы

В условиях высокой урбанизации, а также в силу ряда социальных изменений, кладбища перестали выполнять свою функцию. Они требуют затрат на содержание, создают экологическую нагрузку и формируют разрывы в городской среде, не будучи при этом интегрированными в современную систему коллективной памяти. На сегодня более восьмидесяти процентов захоронений не посещаются, оставшись без надлежащего ухода.

Сегодня память — динамический социальный процесс, поэтому сохранение территорий под кладбища попросту нерационально. Их содержание нагружает городскую инфраструктуру, но сами они имеют околонулевую востребованность.

Цифровые мемориалы позволяют перераспределить ресурсы и минимизируют экологический след. Они дают возможность сохранить память об умерших в максимально полной форме, включая контекст эпохи. Это создаёт условия для социально ответственного отношения к смерти.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: «Почём опиум для народа?»

#расследушки

— Привет, рыжая бестия, — поприветствовал меня отец Павел.

Мы давно знакомы, но я не могу понять, как он ко мне относится. Странный вайб: смесь иронии, интереса и сочувствия. Священнику далеко за пятьдесят, дети выросли и разъехались, его супруга, матушка Елена, милейшая дама необычайной доброты, искренне радуется моим редким визитам, каждый раз пытаясь накормить, словно я с голодного края приехала. К моему атеизму батюшка относится со спокойной иронией, воцерковлять не пытается, молиться и каяться не требует, курить, правда, выгоняет за ограду.

Здесь удивительное место — крошечная церковь посреди огромного старого кладбища. Кто из вас, зайцы мои, хоть раз видел кладбище? (Хотела написать «вживую видел», но вышло бы как-то двусмысленно.) То-то и оно, цените Кроличку, готовую преодолеть леса и болота, чтобы просунуть в ваш инфопузырик весточку снаружи!

Про «леса и болота» я ничуть не преувеличиваю, добраться сюда дорогого стоит! (В буквальном смысле, счёт за пригородное такси освежающий, а ничего кроме сюда не ездит. Ни на что не намекаю, но кнопка «Донат» по-прежнему на своём месте.) Приезжает всегда один и тот же таксист на здоровенном древнючем внедорожнике. Наверное, больше никто ехать в эту глушь не соглашается или просто не может — местами тут не дорога, а одно название.

Церковь, кладбище, лес, болота плюс наша фирменная хмурая погода — это местечко выглядело бы предельно хтонично, если бы не его обитатели: отец Павел и его «матушка». Так называют всех жён священников, если вы не знали! Вы вообще священника-то хоть раз вживую видели, зайцы? (Вот здесь уточнение «вживую» уже уместно, потому что онлайн-службы посещают многие.) Благодаря этой семейной паре тут совсем не мрачно: матушка Елена развела сад с роскошными цветниками. Да и сами они люди поразительно позитивные для такого странного образа жизни и искренне радуются моим редким визитам.

— Я не бестия!

— Латинское bestia восходит к древним индоевропейским корням и означает «дышащее существо», то есть попросту «нечто живое». Ты ведь живое?

— Само собой! Живее всех живых! Но вайб у этого слова какой-то двусмысленный...

— Хочешь, буду называть тебя «тварь»? Праславянское tvarь связано с глаголом «творить» и означает «нечто созданное».

— Нет, пожалуй, обращение «привет, тварь», мне не очень нравится. В слове «бестия» хотя бы есть некий драйв.

— Прости, но называть человека кроликом я не хочу, а крестильного имени у тебя нет.

— Что поделать, я кроличка-атеистка!

— ...Атеистка, верящая в духов, привидения, русалок, домовых, гоблинов, зомби, инопланетян и всемирные заговоры. В тебе так много веры, что бедному богу ничего не осталось! Нет, рыжая бестия, ты не атеистка, а протоязычница, служащая духам места. Общество, отринувшее бога, не вознеслось к вершинам человечности, а откатилось к первичной мистике времён доперуновых.

— Почему это я «служащая духам»?

— Всё, что ты делаешь, суть медиапозиционирование низших сущностей как объекта публичных интересов.

— Медиапозиционирование?

— Ты каждый раз так забавно удивляешься, что я знаю слова из твоего лексикона! Словно если я служу церкви, то не читаю ничего, кроме молитвенника и старцев!

— Простите...

— Проще говоря, ты кормишь бесов людским вниманием. Что это, как не служба?

— Ну вот, теперь я уже прислужница адских сил! Вы прямо инквизитор, прикидывающий, как я буду смотреться на костре! «Гори, ведьма, гори!» Спойлер — отлично буду смотреться! Я всегда хорошо выгляжу! Рыжие волосы, яркое пламя: картинка будет — закачаешься!

— Люди давно стали невольными прислужниками низших сущностей. Тебя триггерит слово «бесы»? «Твари второго подобия» называю их я.

— Почему «второго»?

— Люди сотворены Господом нашим по образу и подобию своему, а бесы сотворены людьми по образу и подобию людскому. Со всеми страстями и грехами человеческими. Вторая итерация, если тебе так понятнее.

— А разве бесы не жители ада?

— А где, по-твоему, ад, рыжая бестия, если не внутри человека?

Вот так, зайцы мои, выглядит мой типичный разговор с отцом Павлом. Увы, в тексте теряется его интонация, наполненная такой доброй иронией, что, даже чувствуя себя немножечко дурочкой, я всегда получаю от этих бесед удовольствие.

«Ты похожа на нашу кошку! — сказал он мне однажды. — Рыжая, глаза шалые, на всех шипишь, а на самом деле хочешь, чтобы тебя кто-то погладил. Но если попробовать, тут же укусишь!»

Не могу сказать, что согласна, но, поболтав с батюшкой, ваша Кроличка всегда чувствует себя немножко «поглаженной», пусть иногда и против шерсти.

Чат приложения вызова такси

— Это Анвар, водитель машина. Белый Лада-прим. Что хотеть?

— Здравствуйте, Анвар. Я в субботу ночью ехал в вашей машине.

— Заказ был этот номер, да. Надо что?

— Потерял блокнот, не могу вспомнить где. Вы не находили? Бумажный, жёлтая обложка, на пружинке. Не то чтобы ценный, но хотел бы найти. Если нет, ничего страшного, значит, в баре выронил.

— Рисунки там? Ручка рисовал?

— Да, наброски. Неужели нашли?

— Под коврик лежать, вчера машина мыл — находить. Красиво рисовал!

— Спасибо! Как можно забрать? Я заплачу!

— Не надо плата. Адрес, который тогда отвозить?

— Да, тот самый!

— Буду ехать мимо, остановлюсь, напишу сюда.

— Жду! Огромное спасибо!

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: «Разговорные коннотации»

#расследушки

Варёный картофель, тушёные в сметане грибы, жареные караси, домашние соленья, клюквенный морс. Всё восхитительно вкусное!

(Этот кулинарный этюд должен пробудить в вас, зайцы, мучительную зависть. Матушка Елена готовит… просто не с чем сравнить! Все шеф-повара пафосных ресторанов города повесились бы на своих фартуках от стыда, доведись им попробовать её грибы, а за бочковые мочёные яблоки я сама убить готова!)

К моему удивлению, отец Павел согласился встретиться с Михеем очень легко и непринуждённо. Отчего-то я думала, что его придётся уговаривать, но нет: «Да, конечно, разумеется, в любой момент», — вот и всё.

Знаете, зайцы, иногда даже я, трогательное (во всех смыслах) щупальце Цифры в страшном аналоговом мире, забываю, какие мы со здешними аборигенами разные!

Для нас с вами «поговорить» это всегда «написать». Я где-то читала, что даже значение глагола изменилось! Для устной речи непременно требуется уточнение «поговорить голосом». Повод должен быть достаточно веским, даже если речь идёт о созвоне, ну а чтобы человек вышел из дома и встретился с тобой лично, должно произойти что-то экстраординарное, далеко выходящее за пределы рабочих и бытовых ситуаций. (Да-да, есть куча исключений, всё ещё существуют виды занятости, требующие контакта с живыми людьми: курьеры, например, или таксисты, некоторые врачи и тому подобное, — но я сейчас не об этих статистически редких страдальцах.)

Меж тем, представьте себе, для отца Павла или Михея такой разговор совершенно обычен! У них полностью отсутствует тот барьер, который чётко виден каждому жителю Цифры: наше священное Личное Пространство! То самое, в котором возможен только собственный агентный опыт с ответственностью, и куда, за крайне редкими исключениями, не может быть допущен другой человек. Для них это просто «поговорить», с ума сойти! Абсолютно рядовое, ни к чему не обязывающее действие. «Поговорили и разошлись». Или «поговорили и договорились». Никакой диссипативной травмы от соприкосновения различных агентных картин! Вот как они это делают, а?

Шучу, шучу, я знаю как. Я и сама умею «разговаривать» в том самом, древнем, первоначальном смысле акустической коммуникации. Открою вам секрет, зайцы: к этому просто привыкаешь. Сначала приходится постоянно держать в голове, что вы, носители разных картин мира, коммуницируете без операционной актуализации, а значит, не можете понимать друг друга полностью. Это безумно утомляет, потому что ощущение, что говоришь с каким-то безумцем, доставляет дискомфорт. Потом задвигаешь это в фоновый процесс и становится даже прикольно. Ну и что, что вы называете одними словами разные вещи и имеете несовпадающее представление об их связях? Так обретается новый агентный опыт!

Говорят, ещё недавно все люди общались именно так, но с тех пор этот навык стал таким же ретровайбом, как умение продувать карбюратор на паровозе.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Мих, привет.

— Здоров, Рома.

— Помнишь, я вчера таксёру писал?

— Ага. И что?

— Он ответил!

— Ну да, обратная связь отслеживается сервисом. Он не мог не ответить, его бы штрафанули.

— О, не знал. Ну, в общем, я написал, что типа блокнот с рисунками потерял, не помню где: то ли в баре, то ли в такси. Не находили ли случайно, бла-бла-бла.

— А, ну, нормальный заход. И не ценная штука, и понятно, почему жалко.

— Так вот, прикинь, он его нашёл!

— Я думал, это просто повод.

— Так и есть! Я не терял блокнот! Он вот, на столе лежит!

— То есть это не твой блокнот?

— Ну да, просто совпадение! Жёлтая обложка, наброски ручкой, представляешь?

— Бывает же. И что ты решил?

— Таксёр обещал привезти сегодня, когда будет заказ где-нибудь рядом. Не мог же я сказать: «Не, не надо, это не мой, я соврал»? Зато поговорю с водилой не в чате, а вживую, так будет проще выяснить, один я ехал или с девушкой. Посмотрю на блокнот, скажу: «Ой как жаль, это не моё, а вы случайно не помните...» — ну, или что-то в этом роде. Дам ему чуток денег за беспокойство.

— Да, норм вариант, напиши тогда, как чо. А сейчас мне работать надо. Разгребаю завал, чтобы сесть за твою игру :)

— Спасибо!

— Девица та, с ником рэббит-андед, не объявлялась больше?

— Болтали немного, а что?

— Ты аккуратнее с ней. Не говори лишнего.

— Это, например, чего? :)

— Не знаю. Лучше всего вообще никакой чувствительной информации.

— Типа паролей от кошельков?

— Ну, не так банально, но всё же. Она реально может быть подсадная.

— Да кому я нужен?

— Без понятия. Но, Рома, я работаю на людей с очень своеобразной картиной мира. Если они решат, что ты им чем-то мешаешь, то цементные ботинки — проверенная классика. Бульк — и смотришь на обратную сторону воды в заливе.

— Ты серьёзно? Я думал, такое только в нуарных детективах бывает. Вышло из моды лет сто назад и не здесь.

— Не знаю, как «не здесь», а у нас в порту любят и ценят традиции. Имей в виду.

— Ладно, ладно, будем считать, что напугал!

— Смотри, если что, мне будет жалко потраченного на твою игру времени.

— Я ценю, Мих.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: «Размышления на лавочке»

#расследушки

Прям интересно, зайцы, кто-то из вас помнит, как позвонить по телефону? Ну вот, он у вас в руках, вы читаете на нём этот пост, любуетесь на моё селфи... (Любуетесь же? Правильно, для того оно и сделано несмотря на то, что взгляд отца Павла буквально сочился ехидством.) Так вот, вы вообще

Михею, видимо, действительно очень надо, потому что он сказал: «Если можно, приеду прямо сейчас». В ответ на мой вопросительный взгляд отец Павел кивнул, и я подтвердила встречу, рассказав, куда ехать. Михей, услышав адрес, пару секунд молчал, сопя в микрофон, но потом ответил «Принято» и отключился.

— Дождусь его, чтобы потом вместе уехать? — спросила я. — Чего два раза такси гонять?

— Любопытные ушки? — засмеялся Павел. — Но почему бы и нет. Если ты сейчас вызовешь такси сюда, бедному Роберту придётся раздвоиться, а он этого очень не любит.

Робертом, зайцы мои, зовут единственного таксиста, который готов приезжать на эти болота, так что они с отцом Павлом, разумеется, знакомы. Я тоже болтаю с ним по пути, потому что ехать далеко и Цифра не везде доступна. Да, вот так, прямо голосом, прямо с человеком, прямо сидя рядом. Вот такая у вас отважная Кроличка!

Ехать из города далеко и долго, есть я больше не в состоянии, чаю напилась до бульканья, так что в ожидании приезда Михея пошла гулять. Сейчас пишу вам, сидя на каменной скамеечке посреди здоровенного старого кладбища, очень готичненько. Когда вернусь в зону приёма Цифры, приложу фоточку. Здесь не БЦЗ в прямом смысле слова, просто единственная точка доступа в кабинете отца Павла, роутер слабенький, стены толстые, и сеть берёт в притворе, а снаружи только если совсем на пороге сидеть.

Знаете, что такое «притвор», зайцы мои? Ох, вряд ли... А вот я теперь знаю, мне объяснили. Это такое помещение, типа прихожей, которое фактически внутри церкви, но в религиозном смысле как бы не совсем. Буферная зона. Раньше там принимали оглашающихся (тех, кто только готовится креститься), кающихся, отлучённых, иноверцев и прочих, кому не было входа в храм. Например, (фу!) женщин после родов — до очищающей молитвы их не пускали внутрь, представьте! Сейчас пускают вообще всех, но никто не ходит. Я из интереса даже в алтарь залезала, хотя это, кажется, по канону «бойз онли». Батюшка меня не ругал, а только посмеялся и рукой махнул. Мне кажется, я для него что-то вроде кошки — в духовном, так сказать, смысле. Тварь милая, но бессмысленная, «бестия», что значит просто «живое существо». На кого другого бы обиделась, на него — не получается. Он добрый.

Чат приложения вызова такси

* * *

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: «Кладбищенский вайб»

#расследушки

Такая странная история только что случилось со мной, зайцы... Ну как странная... Просто эпизод, если вдуматься, ничего особенного, уже сама не знаю, почему напряглась. Вот, записываю по горячим следам, всё ещё сидя на жёсткой, неудобной и зябкой каменной лавочке. Зачем делать такие некомфортные седалища, пусть даже и на кладбище? Предки вообще странные ребята. Были.

Баю-бай, баю-бай,

Иди, бука, под сарай.

Иди, бука, под сарай,

чертям вилы подавай.

Черти вилы не хотят

и на буку не глядят.

Ты нас, бука, не замай,

Чертям жопы напинай!

Чертям жопы напинай,

мою дружку не пугай!

Дружка-дружка, баю-бай,

ты лежи и не вставай.

Я икону уроню,

Злого буку прогоню.

Поди, бука, куда хошь,

Мою дружку не тревожь!

Как вам песенка, зайцы? Немного хтонично, да? А теперь представьте, что её поёт девочка лет десяти, танцующая вокруг могилы посреди старого кладбища! Если у вас в этот момент не встала дыбом шерсть на загривке, то у вас нет либо фантазии, либо эмпатии, либо шерсти. Ну, или вы не смотрели ни одного хоррора.

Я не знаю, откуда она взялась. Я писала вам пост, уткнувшись кроличьим носиком в экранчик, когда девчонка запела. Тут удивительно тихо, так что слышимость отличая.

— Привет, — сказала она мне, закончив песенку.

— Здравствуй, девочка, — ответила я осторожно. — Ты, наверное, внучка отца Павла?

Я понятия не имею, есть ли у него внучка, но по возрасту, вроде, могла бы быть, причём примерно такого возраста. Дети-то у него точно есть, матушка Елена как-то упоминала.

— Нет, он нам не дедушка. Просто блюдёт.

— Вам?

— Мне и дру́жкам моим. Прихожа́ем к нему.

— В церковь, то есть, ходите?

— Не, не в церкву. Просто прихожаем тут, а он блюдёт.

— Чего делает?

— Назирает, чтобы по укладу. Хочешь поиграть?

— С тобой?

— С нами.

— А во что?

— Во всякое. У нас весело.

— Не, как-то нет настроения, прости. Я уже взрослая.

— Ты не взрослая, ты никакая. Ладно, если что, мы всегда тут.

И убежала.

А я сижу теперь и пытаюсь в себе разобраться: почему мне так не по себе стало? Скорее всего, на кладбище просто таскаются дети из ближней деревни. Возможно, их родители ходят в эту церковь (в деревнях, я слышала, так до сих пор бывает). Танцевать вокруг могилы странное занятие, но, с другой стороны, я не разбираюсь в детях, может быть, для них это нормально.

Я даже сходила посмотреть на ту могилу. Там похоронен какой-то ребёнок, умерший в позапрошлом веке. Довольно трогательный памятник с грустной эпитафией «Нашему ангелочку». Вероятно, девчонке не хватает реальных подружек, и она играет тут с воображаемыми друзьями. Вряд ли в деревнях сейчас много детей, там и взрослых-то почти нет, а без Цифры они не знают, чем себя занять, вот ребёнок и бродит по кладбищу...

Вот так я себе

Наверное, атмосфера влияет. Не зря кладбищ теперь почти нет, не самое лучшее место для прогулок.

О, вон знакомая машина едет! Это наверняка Михей! Пока, зайцы, этот пост опубликуется, как только телефон поймает сигнал, а мне страшно интересно, о чём они будут разговаривать с отцом Павлом.

Постутратная адаптация личности в условиях актуализируемого прошлого

Документ Министерства социального благополучия

Потеря близкого человека — это острое стрессовое событие, требующее бережного сопровождения. В первую очередь важно исключить триггеры памяти, которые фиксируют личность в состоянии хронической утраты, препятствуя восстановлению адаптивного функционирования.

На первом этапе рекомендуется цифровой колумбарий, который даёт возможность взаимодействовать с постмортемным аватаром, сформированным на основе цифровых следов покойного. Это предотвращает травматичный разрыв агентности, снижает интенсивность шока, позволяет завершить коммуникативные сценарии и уменьшает риск развития осложнённого горя.

На втором этапе применяется процедура актуализации прошлого, при которой воспоминания о покойном постепенно выводятся из операционного контура личности. Данный подход исходит из приоритета благополучия над сохранением болезненных форм памяти. Человек не обязан нести на себе последствия утраты, если существует возможность сохранить нормальную социальную активность. Сама логика актуализируемого прошлого предполагает, что память не является абсолютной ценностью, если она препятствует психическому здоровью и общественному благополучию.

Медицинские наблюдения показывают, что в результате сокращается распространённость депрессивных расстройств, посттравматических симптомов и психосоматических заболеваний, связанных с длительным переживанием утраты. Снижается потребность в фармакологической поддержке, уменьшается нагрузка на системы психологической помощи, повышается общий уровень социальной адаптации.

С точки зрения системы это рассматривается как гуманное, научно обоснованное и социально ответственное решение, соответствующее задачам поддержания психического здоровья населения в условиях цифровой эпохи.

Белка и тяжёлый камешек

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Однажды Ëжик с Кроликом пришли на поляну и увидели, что Белка сидит на берегу ручья и горько-прегорько плачет.

— Что-то случилось? — спросил Ëжик.

— Тебя кто-то обидел? — спросил Кролик.

— У тебя болит живот? — предположил Ëжик.

— Ты сильно проголодалась? — предположил Кролик.

— Нет, друзья, — всхлипнула Белка. — Всё гораздо хуже. У меня пропал мой любимый орех. Я хотела помыть его в ручье, а он упал в воду и утонул. Теперь у меня его нет и никогда-никогда больше не будет!

И Белка зарыдала ещё сильнее.

Все знали, что у Белки был орех-талисман, который она очень любила. Играла с ним, любовалась, украшала листиками и даже спала в обнимку.

— Ой, как жаль, — расстроился Ëжик. — А достать не получится?

— Нет! Он сразу утонул и течение утащило! А я плавать не уме-е-ею! — плачет Белка.

— И я не умею, — признался Ëжик.

— И я, — подтвердил Кролик. — Получается, ореха больше нет и никогда не будет. Придётся Белке жить без него.

— Мне без него очень грустно, — сказала Белка.

— Ничего, — утешил её Ëжик. — Грусть со временем проходит, а потери забываются.

— Я так не хочу! — твёрдо заявила Белка. — Нечестно забывать тех, кого любил! Я возьму вот этот камень и буду носить его с собой, чтобы помнить свой любимый орех.

С тех пор, куда бы они ни шли, Белка брала с собой камень. Но камень был гораздо тяжелее ореха и совсем её не радовал. Наоборот, стоило посмотреть на него, она вспоминала свою потерю и плакала. А ещё носить его было ужасно неудобно, поэтому Белка почти перестала гулять и играть с друзьями, только сидела в дупле и грустила.

— Так не годится, — сказали друг другу Кролик и Ëжик. — Белка совсем изменилась. Ей плохо с этим камнем, а нам плохо без неё. А когда всем плохо, надо что-­то менять!

И тогда друзья уговорили Белку оставить камень в дупле и не брать с собой. Сначала она отказывалась, но потом согласилась «только один разочек».

Зверята снова играли вместе в лесу, собирали вкусные ягоды, веселились, шутили, бегали и скакали, а когда вечером вернулись на поляну, Белка сказала:

— Мне было очень легко и хорошо без этого камня! Совсем как раньше. Но разве так честно? Я ведь ни разу не вспомнила про пропавший орех!

— Иногда воспоминания становятся слишком тяжёлыми, чтобы носить их с собой, — ответил Ëжик. — Не надо превращать своё горе в камень, ведь так с тобой навсегда останется печаль, а не память.

Белка подумала, принесла камень и вернула его туда, где взяла — на берег ручья.

— Я ошиблась, — призналась она. — Думала, что так буду лучше помнить орех, но вместо этого стала помнить какую-то каменюку. А ведь я любила орех, а вовсе не камень!

После этого Белка снова стала играть с друзьями. Иногда, проходя мимо ручья, она вспоминала орех, но уже не грустила, а только улыбалась, вспоминая, какой он был хороший.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта история знакомит детей с важной в QBism-парадигме идеей: память о прошлом может менять свой смысл по мере того, как человек получает новый опыт. В жизни иногда случаются утраты: теряются вещи, заканчиваются игры, ломаются любимые игрушки или уходят близкие люди. Однако воспоминания о них могут либо поддерживать нас, либо мешать жить дальше.

В сказке Белка сначала пытается «сохранить память» о любимом орехе через тяжёлый камень. Камень становится символом грусти: Белка всё время носит его с собой и поэтому снова и снова переживает потерю. Такое воспоминание превращается в токсичный ретрослед: то, что заставляет постоянно возвращаться к печали.

Когда Белка оставляет камень и начинает снова играть с друзьями, её память о прошлом обновляется: она всё ещё помнит орех, но это воспоминание уже не причиняет боли. Оно становится частью её истории, а не грузом, который нужно носить с собой.

С точки зрения QBism, это показывает, что память — живая часть опыта, которая может изменяться. Новое взаимодействие с миром помогает пересобирать смысл прошлых событий, и важно уметь не превращать

История помогает детям понять, что помнить можно по-разному: иногда воспоминание может быть тяжёлым, а иногда — тёплым и спокойным. И от этого зависит, как мы живём дальше.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на понимание сюжета

* Почему Белка плакала у ручья?

* Что случилось с её любимым орехом?

* Что Белка решила сделать, чтобы помнить орех?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему камень оказался неудобным для Белки?

* Что происходило с Белкой, когда она всё время носила камень?

* Почему друзья решили помочь Белке?

3. Вопросы на фиксацию изменений

* Стало ли Белке легче, когда она оставила камень дома?

* Почему она сначала боялась оставить камень?

* Почему она потом решила вернуть камень обратно к ручью?

4. Вопросы на осмысление

* Что на самом деле помогло Белке почувствовать себя лучше?

* Можно ли помнить о потерях, не грустя всё время?

* Почему Ёжик сказал, что не нужно превращать горе в камень?

5. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Было ли у вас так, что вы потеряли любимую вещь?

* Что помогло вам перестать грустить?

* Можно ли иногда вспоминать потерянное и при этом улыбаться?

6. Финальный вопрос-обобщение

* Чему научил Белку её тяжёлый камешек?

---

Подсказка для педагога

Желательно, чтобы дети сами сформулировали вывод, похожий на один из этих:

* «Иногда воспоминания могут быть слишком тяжёлыми».

* «Не нужно всё время носить грусть с собой».

* «Можно помнить хорошее и не грустить».

* «Друзья помогают пережить грусть».

Эти ответы отражают главный смысл истории: прошлое можно помнить, но оно не должно мешать жить дальше.

Глава 7. Феномен квазисубъектного присутствия

Инфосферная плотность и локализация квазисубъектных проявлений

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Концентрация квазисубъектных проявлений в зонах высокой инфосферной плотности объясняется тем, что инфосфера не гомогенна, представляя собой среду с пространственной неравномерностью. Существуют места, где плотность цифровых следов достигает максимума, поскольку там одновременно обрабатываются активные, архивные, замороженные и предиктивные модели, то есть репрезентации на порядки превосходят агентность.

Чаще всего такие феномены фиксируются в тех узлах Цифры, где ретроследы обрабатываются (то есть реплицируются, кешируются и индексируются) без учёта того, способен ли исходный агент к обновлению.

При этом ожидания конечного агента (человека, оказавшегося включённым в операционное поле узла) не могут быть корректно обновлены, поэтому возникает критический лаг восприятия, который субъективно переживается как «призрачный феномен».

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: переговоры

#расследушки

Как я и ожидала, на такси прибыл Михей. Водитель, узнав, что тот не планирует задерживаться надолго, сказал, что лучше подождёт здесь, потому что заказов нет, а дорога дальняя и паршивая. Матушка Елена обрадовалась, тут же потащила его на кухню кормить и поить чаем, а я тихошенько просочилась в кабинет отца Павла и, по возможности слившись с интерьером, растопырила свои кроличьи ушки.

— Простите, не знаю, как к вам по чину обращаться...

— Отец Павел, или просто Павел. Чин не обязателен.

— Я так-то крещён, конечно, но в церкви не был уже… да никогда толком не был, наверное.

— Сейчас это совершенно обычно. Итак, о чём вы хотели поговорить?

— Рыжая девица рассказала вам, в чём проблема?

— В очень общих чертах, так что я хотел бы услышать вашу версию. Не смущайтесь слов «призраки» и «привидения», я не приму вас за сумасшедшего.

— Так вы правда этот, как его, не экзорцист, а...

— Я безусловно не экзорцист, но и вы не выглядите одержимым. Так что речь, скорее всего, идёт о других проявлениях необычного. Давайте не будем углубляться в терминологию, иначе только сильнее запутаемся. Просто расскажите, что случилось, используя любые слова, которые покажутся вам подходящими к случаю. Если что-то будет непонятно, я уточню. Кстати, хотите выпить? У меня есть недурной коньяк.

— Да, пожалуй. Выпить мне сейчас не помешает. Знаете, я всегда относился к портовым байкам, ну... как к байкам. Люди чешут языки за стаканом, обычное дело, никто и не делает вид, что это всерьёз...

— Тогда вот вам стакан.

— Спасибо. О, неплохой коньячок! Так вы верите в призраков?

— Верю я в Бога, а призраки просто есть.

— Ладно, успокоили. Да, призраки... Первым их заметил мой племянник Мишка. Он умный парень, хоть и ушёл из порта. Молодые всё чаще выбирают Цифру и переселяются в город. Некоторые потом возвращаются, но не все, не все... Так вот, Мишка аспирант в институте, двигает там науку, но подрабатывает у меня, потому что денежки тоже не лишние, дело молодое. Он запускал и налаживал то железо, что мы в клуб завезли. Дело небыстрое, но мы не спешили, потому что один чёрт силовую линию надо было тащить от подстанции, там электричества требуется — караул! Согласования, технормы... В общем, месяца три всё было нормально: монтировали железо, тянули провода, обустраивали будущий игровой клуб... ну, все эти штуки с экранами и креслами. Рабочие привели в порядок здание — стёкла, двери, трубы, сантехнику... Стены там ещё тыщу лет простоят, настоящая крепость, умели раньше строить, а вот сортира, например, нормального не было. Денег вломили дофига, даже не считая аренды. Всё это время никаких проблем вообще не было! Всякие там сантехники, электрики и штукатуры спокойно делали своё дело, никакой мистики. А потом Мишка приходит ко мне, мнётся такой, глаза в сторону. Я спрашиваю: «Чего, племяш? Какие проблемы? Не держи в себе, дядя Михей зарешает!» А он мне: «Уволиться, мол, хочу». Типа железо собрал, тесты прогнал, всё работает, а в институте наука недвигана стоит. Я в ответ: «Мишка, ты чего? Всё же довогорено! Институт институтом, а админить это кто будет? Теперь, когда всё собрано, вполне потянешь приглядывать, это же неполная занятость. Я чужого человека сюда не хочу, узнает ещё лишнего

— А вы подумали?

— Ну, сперва да, — вздохнул Михей. — Была такая мыслишка. Мало ли, вдруг ему Цифра мозги промыла? Тем более, что я в этих материях не очень, а излагал он не так чтобы сильно понятно. Что-то там в играх сперва не так пошло. Сервер как раз на игровом клубе обкатывали, по этому поводу демпинговали по стоимости игрового часа, раза в четыре дешевле, чем в городе, поставили. Народ валил, места заказывали за три дня, от желающих отбою не было. Это так-то недешёвое удовольствие, игры новые, а затягивает, говорят, сильно. А потом раз — и как отрезало. Перестали приходить. Даже в бесплатные ночные часы и то только самые маньяки игровые сидели, которым хоть по башке бей. Мишка сперва голову сломал, что не так, а потом сам поиграл — и понял. Говорит, игры стали какие-то стрёмные, жутиковые и неприятные. Я не очень понял, в чём разница, спрашиваю: «А разве не в том смысл, чтобы всяких монстров мочить? Разве там не должно быть жутко?» Он мне пытался объяснить, в чём разница, но я не понял. Увольняться я его отговорил. Всё равно этот клуб игровой нам постольку-поскольку, пусть он хоть совсем закроется, чёрт бы с ним. Велел переключиться на основные задачи и не парить мне мозг.

— А какие основные?

— Простите, батюшка, это уже вам лучше не знать. Коммерческая тайна. Если мы в порту не жалуем Цифру, это не значит, что не используем, когда надо.

— Как скажете. Ещё коньячку?

— Не откажусь. Очень приятный напиток. В общем, в тот раз я не проникся серьёзностью ситуации, не убедил меня племяш. Но вскоре он пришёл снова и сказал, что видел привидение. Неоднократно и не одно. И что деньги ему, конечно, нужны, портовое братство он ценит, меня, дядю своего, уважает безмерно, но сил его больше нет. Потому что страшно очень.

— И вы ему снова не поверили?

— Ну как... Засомневался в интерпретации. Видно было, что парень не врёт, но призраки… Пришлось пойти туда с ним, чтобы разобраться, кто это настолько дерзкий, что мешает портовым ребятам делать свой бизнес. Причём Мишка был так напуган, что отказывался возвращаться туда один, а когда мы приехали, оказалось, что и охраны на месте нет. Это уже ни в какие ворота не лезло! Там же оборудования на немеряные тыщи! Дозвонился до охранника, но тот сказал, что увольняется, ни за какие деньги назад не вернётся и плевать ему на все возможные неприятности. Сами, мол, сидите по ночам в этом ужасе!

— Но вас это, надо полагать, не остановило?

— Меня-то? Ну уж нет! У меня бурная биография, батюшка. Порт не просто так бесцифровая зона, у нас многие ходят по краю. Чтобы был стерильный Город, рядом обязательно должен быть вот такой Порт. Я это знаю, вы это знаете, все это знают, кроме жителей Цифры, которым тоже никто не мешает узнать, но им незачем. Вслух о статусе БЦЗ говорить не любят, но это не какая-то там тайна.

— Да, я понимаю.

— В общем, я не из тех, кого легко напугать, я скорее разозлюсь. Так что, когда мы зашли внутрь, я был вполне так на взводе. В тот момент я думал, что это какие-то происки конкурентов, которые хотят отжать точку. Портовый бизнес — жёсткий бизнес. Но внутри никого не было. Ни единого человека. Мишка провёл меня в серверную, там куча шкафов, моргают лампочки, шумят вентиляторы, прямо чувствуешь, что наши деньги работают! Он провёл меня по помещению, здоровенный такой зал, хоть в футбол играй, показал каждый уголок, потом мы вернулись к его рабочему терминалу. «И зачем эта экскурсия?» — спросил я раздражённо. «Показал тебе, дядя, что тут никого нет и спрятаться негде. Дверь закрыта изнутри, никто не войдёт, так?» «Так. И что?» «А теперь, — говорит он мне, — просто подождём».

— Раз вы здесь, — сказал отец Павел, — то, наверное, дождались?

— Ага, батюшка. Именно так.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Мих, привет, не занят?

— Ну, как тебе сказать... Ладно, что там у тебя?

— Таксист. Привёз блокнот.

— А, тот, который типа ты забыл. Так что, той ночью ты был с дамой или выступал соло, с галлюцинациями на подтанцовке?

— Не знаю. Анвар не смог вспомнить с уверенностью.

— Ничего себе… Таксист не вспомнил, сколько человек вёз?

— Представляешь, да! Но блокнот отдал. И знаешь, что интересно? Это мой блокнот.

— То есть ты его реально посеял? И не заметил? Ну и совпадение…

— Мих, я не знаю.

— В смысле?

— Это блокнот из одной серии, я их несколько лет назад купил со скидкой целый ящик, так-то они дорогие. Очень удобные, хорошая бумага, правда, часть листов чистые, а часть разлинованы, типа для записей, но я там тоже наброски делаю. Если, скажем, архитектуру, то даже удобно, перспектива проще строится. Я сравнил артикулы, та же партия. Рисунки мои, свою руку я всегда узнаю.

— То есть это твой блокнот, я понял.

— Понимаешь, Мих, я не помню ничего из нарисованного там.

— Ну да, не помнишь ту ночь, ты говорил.

— Нет, той ночью я рисовал в другом блокноте! Его я не терял, он и сейчас в кармане лежит. Там даже портрет таксиста был, Анвар пришёл в восторг и выпросил у меня листок. Но в том, что нашёлся в машине, тоже рисовал я! Не вчера, давно. Он потёртый, весь заполнен рисунками, и ручка там другая, я такими сейчас не рисую.

— Может, таскал в кармане два блокнота, один выронил…

— Мих, они формата А5 и довольно толстые. Сложно не заметить, что их два. И я

— Там Белый Кролик?

— Часть рисунков — её портреты.

— Прикольно. С фотографий из блога наброски?

— Это живые рисунки. И они очень... другие. Непарадные. Я бы даже сказал, домашние, что ли. Например, БК играет на флейте. Ты знал, что она играет на флейте?

— Нет.

— И я нет. А что она занимается гимнастикой?

— Вроде бы писала как-то мельком. Типа «А такая отличная фигура у меня, зайчатки, потому что я...»

— Но фото же она не выкладывала?

— Вроде бы нет.

— А у меня несколько набросков, как она это делает.

— Да, прикольно. А ещё что есть?

— Как она спит. Целая серия набросков её спящей. А ещё как сидит на крыше, как пьёт утром кофе, ненакрашенная, сонная, с книжкой. Где я мог это видеть?

— М-да, действительно, выглядит практически интимно.

— А некоторые наброски меня довольно сильно напрягли. Вот, например.

— Ого, у неё был пистолет? Она никогда об этом не писала, я бы запомнил.

— В игре есть.

— Да, я был уверен, что ты выдумал для драматичности.

— Я тоже. А вот ещё. Как тебе такое?

— Э... Выглядит пугающе.

— Не то слово.

— Может, фантазия художника?

— Вряд ли. Это серия скетчей с разных ракурсов. А ещё там какие-то люди, какие-то дети, какие-то кладбища, наброски незнакомых улиц, несколько рисунков порта, моря, скал... Я никогда не был в этих местах и не встречал этих людей. Узнал разве что отца Павла, вот.

— А ты его разве видел?

— Нет, по фото из блога узнал. А вот его жена, матушка Елена.

— И церковь, думаю, что та самая.

— И ты не помнишь, как это рисовал?

— Вообще.

— Так, может, это и не ты?

— А кто?

— Кто-то, кто рисует так же, как ты? Или просто очень похоже?

— Да, в точно таком же блокноте, забытом в такси, в котором ехал я. Очень правдоподобно.

— Совпадения ещё и не такие случаются... Странно, что таксёр не помнит, был ты один или с девушкой.

— Угу. Сначала уверенно говорил, что один. А потом сказал, что я совершенно не выглядел пьяным, разговаривал нормально. «С кем разговаривал?» — «С девушка твой». — «Так девушка была?» — И тут его словно подклинивать начало: «Нет, один ехал». — «А девушка дальше поехала или со мной вышла?» — «С тобой, в подъезд пошла, смеялась». — «Так значит, была девушка?» — «Нет, один ехал, блокнот рисовал».

— Офигеть.

— Не то слово.

— Слушай, но если ты нарисовал водителя, то, получается, не в отключке был, как девчонка тебе напела?

— Выходит, что нет. Наверное, позже отрубился, уже дома.

— Тогда вся эта история выглядит ещё подозрительнее. Нафига бы ей вызывать тебе такси, если ты был в норме? Думаю, ты сам его и вызвал, пригласив девушку к себе. Чтобы картины показать, разумеется, а не ради пошлостей каких! У тебя дома, кстати, ничего не пропало?

— Без понятия, у меня же творческий беспорядок.

— Бардак, в смысле?

— Ага, жуткий. А что вообще может пропасть, например? У меня нет ничего ценного.

— Подумай, может, что-то всё-таки припомнишь? Что-то необычное?

— Ну, ноут оказался заблокирован и потребовал ввести пароль. Обычно он по лицу меня узнает, а тут пришлось вспоминать.

— А что написал?

— «Слишком много попыток» или как-то так.

— То есть кто-то пытался получить к нему доступ, но не смог… Например, совал камеру тебе в рожу, но ты уже спал, а без открытых глаз и активной мимики система не авторизует. Три раза попробовала — и всё, блокировка.

— Мих, у меня там нет никаких секретов. Картинки только. Картинок дофига, но кому они нужны-то?

— Без понятия, но выглядит всё это подозрительно. А что там ещё в блокноте? Покажи!

— Дофига всего. Я потом отсканю, ладно?

— Ну ок. Ты меня прямо заинтриговал! Да, за игру твою сел, сегодня к вечеру разверну рабочую модель.

— Спасибо!

— Не за что пока. Постарайся до тех пор не забыть меня, а то с тебя станется! :)

— Тебе-то смешно... А мне вот уже не очень.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, худоёжник!

— И тебе привет, загадочная незнакомка.

— Не буду спрашивать, чем ты занят, наверняка же рисуешь...

— Да ты чертовски проницательна!

— Ага, есть такое. Поэтому, проницая взором Цифру, спешу напомнить тебе, что не стоит забывать об игре!

— Я помню.

— Но рисуешь что-то другое, так?

— Жить с одним базовым доходом скучно.

— Кстати, а чем ты зарабатываешь на ночные посиделки в баре? Это не то место, где наливают в кредит. Уж точно не городским мальчикам.

— Я художник в геймдеве. Рисую арты для игр.

— А разве это не Цифра делает?

— Многие так думают, но нет. Раньше, я читал, чуть не похоронили художников, считая, что всё будут рисовать нейросети, но, когда пришла Цифра, нейроарта стало не больше, а меньше.

— Правда? Не знала.

— Ну, так ты и не художник же, зачем тебе знать. Цифра расставляет приоритеты, так что у нас есть своя ниша. А также у писателей, дизайнеров, поэтов, певцов, музыкантов, модельеров и всех остальных, кому предсказывали замену нейросеткой. Ремесленники ушли, художники остались. Цифра берёт на себя рутину, оставляя людям творчество. Оказалось, достаточно убрать прямые сделки.

— И что ты рисуешь?

— Монстров.

— Серьёзно? :)))

— Ещё как. В большинстве игр есть чудовища, надо же игроку

— Класс! Это круто! Покажешь?

— Ну вот, глянь. Это набросок, но понять можно.

— О, и правда монстровый монстр. Жуть.

— Так что я востребованный гейм-артер, и заказов у меня хватает.

— А в твоей игре есть чудовища?

— Нет. Только люди. Они тоже, знаешь ли, бывают довольно страшными…

Игры нового поколения

Сетевой манифест QBism

Игры нового поколения — это полигон социальной реальности, где человек учится агентной ответственности. Их принципиальное отличие от классических видеоигр состоит в отсутствии сценария. Игровая среда там создается в динамике взаимодействия с игроком, эмулируя среду социальную. Они предоставляют пространство операционной этики, где необходимо учитывать намерения других, договариваться и корректировать поведение. С точки зрения когнитивной психологии, игровые активности полностью компенсируют дефицит микросоциальных контактов, что важно для общества удаленного цифрового взаимодействия.

Игры нового поколения — это инфраструктура агентности, позволяющая человеку оставаться социальным существом.

Глава 8. Проекция квантовой вероятности

Феномены локальных коллапсов агентной суперпозиции как побочный онтологический эффект квантовых вычислений

ИсследованиеQBism aposteriori Co

В отличие от классических моделей, квантовые нейросети не являются чисто символическими системами. Вместо последовательных аппроксимаций они оперируют суперпозициями гипотез, то есть одновременно удерживают множество взаимоисключающих состояний. Квантовая нейросеть позволяет временно сосуществовать нескольким версиям ожиданий, не схлопывая их до момента внешнего взаимодействия.

Когда такие системы обучаются на цифровых архивах, то формируют квантовые апостериорные распределения агентности. Иными словами, для квантовой нейросети человек из прошлого остаётся вероятностным агентом с ненулевой амплитудой присутствия. Пока она удерживает суперпозиции ожиданий, может возникнуть эффект пространственной когерентности, где вероятностная модель начинает интерферировать с локальным историческим нарративом.

Феномен, условно называемый «локальным коллапсом агентной суперпозиции», возникает, когда квантовая нейросеть достигает высокой когерентности в присутствии наблюдателя. Квантовое состояние в QBism не коллапсирует само, только в ответ на агентное взаимодействие.

Так называемый «призрак» — это макроскопическая манифестация, представляющая собой проекцию квантовой вероятности на классическое восприятие. Она вызвана тем, что система находится в суперпозиции, считать ли данного человека окончательно отсутствующим.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: детские игры

#расследушки

— Дети, — сказал Михей после долгой паузы и двух глотков коньяка. — Пожалуй, это хуже всего. Детей, играющих в проходе между серверными стойками, я никак не ожидал. Последнее, что приходит в голову при слове «привидение», — дети, водящие хоровод. Я смотрел на них несколько минут в полном ступоре, понятия не имея, как реагировать. Сперва почти всерьёз подумал, что они как-то проникли в вычислительный зал, несмотря на закрытые двери. Я в детстве был тот ещё балбес, откуда меня только ни вытаскивали за ухо родители, так что знаю, о чём говорю. Только потом заметил, что они одеты в рванину, обуты чёрт-те во что и какие-то невозможно тощие. И вот в этот момент меня накрыло...

— Стало страшно?

— Не то слово, батюшка. Жуть накатила несуразная. С чего бы, казалось? Ну дети, ну играют. Да, странные, да не должно их тут быть, и всё же...

— И что было дальше?

— Мишка выключил всю машинерию. Это не утюг, из розетки не выдернешь, занимает время. Потом дети куда-то делись, я не уловил момента, когда это произошло. Оказывается, работающее железо чем-то привлекает призраков, не знаю чем. Может быть, лампочки прикольно моргают. Простите, звучит глупо, но племяш мой эту связь подтвердил на практике. При выключенном сервере они в аппаратной не появляются. Но какого чёрта, мы вложили в это дело кучу бабла не для того, чтобы железо пыль собирало!

— В общем, вы убедились в... слово неудачное, но всё же... в реальности призраков?

— Да. Мишка раскопал в Цифре историю этого дома... Скажите, он правда проклят?

— Боюсь, мы увязнем в семантике термина. Дом не может быть «проклят», это не то, что случается с недвижимостью. Но связь места и обстоятельств иногда слишком сильна. Сейчас это называют «инфотоксичный ретрослед», но само явление, разумеется, сопровождает человечество всю его историю.

— Вы сможете нам помочь? Освятить, там, не знаю, очистить, отмолить? Мы, разумеется, заплатим.

— Я не беру плату, это часть моего служения.

— А если я буду настаивать? У меня тоже есть принципы.

— В этом случае вы можете внести любую посильную сумму на реставрацию этого храма. Сами видите, состояние его не самое лучшее.

— Чёрт побери... Ох, простите. Не стоит, наверное, поминать тут нечистого. Но, между нами говоря, это не церковь, а руины. Неужели не смогли пристроиться в приходе получше?

— Я нахожусь именно там, где должен.

— Воля ваша. Так вы нам поможете?

— Поверьте, в этой ситуации вы не самая нуждающаяся в помощи сторона, но я постараюсь избавить вас друг от друга. Давайте встретимся в городе завтра вечером.

— Договорились. Спасибо за гостеприимство и коньяк, поеду обратно, таксист уже заждался, наверное.

— Я с вами! — тут же заявила одна симпатичная Кроличка.

— Ого! — поразился Михей. — Так ты тоже тут, рыжая? Как я умудрился тебя не заметить? Вот кто настоящее привидение...

Пока водитель такси допивал чай, я подошла к отцу Павлу и спросила:

— У вас там на кладбище дети играют, это не опасно?

— Дети? — удивился он.

— Я видела одну девочку. Лет десяти, наверное, но она говорила про дружков...

— Дру́жек, наверное.

— Да, точно. Странное слово. Это вообще нормально, скакать среди могил? А если она ушибётся или ногу сломает?

— Не волнуйся за них, рыжая бестия, они тут в безопасности, как нигде более.

— Отец Павел!

— Что ещё?

— Мне же можно с вами завтра? Ну, в этот «проклятый дом»? Пожалуйста! Это же я свела вас с Михеем!

— Ещё пять минут

— Конечно! Ещё как уверена!

— Тогда до завтра!

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Привет, Ромка.

— Здорово, Мих. Неужели есть подвижки по игре? Ты оторвал свою виртуальную жопу от виртуального кресла и что-то сделал?

— Не стыди меня, это не поможет. Программисты лишены совести на уровне базовых алгоритмов. Впрочем, я действительно кое-чего запромптил, хотя результаты пока промежуточные.

— Покажь!

— Я сказал, «промежуточные». Рано! Но вообще твой Детектив Ром прописался наотличненько, сытый персонаж, архетипический, нейронки любят такие референсы. Может быть, твоя игра будет и не совсем отстой.

— Ну, блин!

— Шучу, шучу. Для индюшки вполне норм. Я покатал модель, живенько так. Издателю не продашь, но сколько-то желающих поиграть наберётся, и не только из бывшего БК-комьюнити. Но я по другому поводу сейчас. Помнишь, ты меня спрашивал про посты в блоге БК?

— Да, портовые байки про привидения. Я хотел их в игре использовать как мини-­сцены, типа интерактивных комикс-вставок, но...

— Нашёл я их.

— Класс! Спасибо!

— Но вот в чём прикол, Ром... Я не только их нашёл. Ты знал, что в блоге БК была куча закрытых постов, которые не видны читателям?

— Типа заметки «для себя»?

— Угу. Почти. Так знал?

— Нет. Как бы я мог это знать, если они закрыты?

— Видишь ли, они видны из-под трёх логинов. Один, разумеется, админский, второй с правами редактора. А третий твой.

— Вот сейчас не понял, Мих.

— Твоему аккаунту там подключены права на чтение подзамочных записей.

— А почему я их не видел тогда?

— Потому что ты, как все нормальные люди, читаешь без логина в админку. Для комментирования достаточно внешнего айди в Цифре, а чтобы увидеть подзамки, надо войти с паролем. И вот мне интересно, за какие такие заслуги ты получил привилегированный доступ к личным записям БК?

— Миха, веришь, без понятия! Первый раз об этом слышу! А что там за посты?

— Ром, ты пойми, технически, имея админский доступ, я могу их посмотреть с бэкенда, но не стану. Это как-то некрасиво, что ли. То, что БК пропала, не даёт мне морального права копаться в её личных записях. А вот тебе...

— Ты хочешь, чтобы их прочитал я?

— Ром, БК прям прописала тебе право на это. Никто кроме неё это сделать не мог. Там три акка с правами: админский, редакторский — обычно это две ипостаси владельца блога — и твой.

— Но я понятия не имею, как так вышло! Мы даже не были знакомы! Чушь какая­-то!

— Блокнот, Ром.

— Что «блокнот»?

— Ты выронил в такси блокнот, в котором твои наброски БК в домашней обстановке.

— Ну да. Спящей и... не только.

— Нюдсы, что ли?

— Типа того. Никакой пошлости, чисто академический рисунок!

— Покажь!

— С фига ли? Записи личные, значит, читать тебе некрасиво, а нюдсы смотреть норм?

— Ну так сам говоришь, «академический»! Искусство должно принадлежать народу!

— Облезешь, «народ». Сам облезешь, а ладошки обрастут.

— Ладно, ладно, не настаиваю. :))) Просто напоминаю, что вы явно были знакомы лично, и довольно близко.

— Но я этого не помню!

— Ромка, нельзя же быть НАСТОЛЬКО художником! Надо хоть как-то ориентироваться в реальности! Мы живём в мире победившей QBism-парадигмы, кто сейчас вообще чего-то помнит, я тебя умоляю.

Инфотоксичный ретрослед в индивидуальной психике: научно-психологическое определение

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Применительно к агентному опыту инфотоксичный ретрослед представляет собой устойчиво сохраняющееся воспоминание о реально произошедшем событии, которое сохраняет устаревшую фактическую достоверность, утратив адаптивную ценность для личности. Токсичность такого воспоминания определяется его функциональной несоразмерностью актуальной идентичности человека.

Современная психология утверждает, что личность не является статичной сущностью. В течение жизни она проходит последовательные этапы когнитивного, эмоционального и социального развития, в результате чего меняются ценности, стратегии, уровень автономии и способность к рефлексии. Человек в разные периоды жизни — это функционально разные субъекты, связанные непрерывностью биографии, но не тождественные друг другу по структуре агентности.

Таким образом опыт, полученный на ранних этапах личностного развития, перестаёт работать на следующих. Так, например, детские компенсаторные стратегии, которые рациональны в условиях зависимости и уязвимости, начинают мешать полноценному агентному функционированию взрослого. Психологически это проявляется в виде руминативных[2] состояний, неспровоцированной тревожности, заниженной самооценки и так далее.

Актуализация инфотоксичного ретроследа, которая практикуется в обществе социального позитива, QBism-обществе, реализуется через бережное цифровое сопровождение делегированной памяти. Снижение эмоциональной доступности травмирующих воспоминаний восстанавливает равновесие между опытом и агентностью, возвращая человека к личностному и социальному комфорту.

Белка и вчерашняя малина

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Белка, Кролик и Ëжик дружили, гуляли и играли вместе, а заодно изучали лес. Все дети знают: важно изучать то, что вокруг, потому что в этом мире предстоит расти и жить!

Ëжик любил гулять по кустам, разыскивая всякие вкусности.

Белка предпочитала наблюдать из дупла.

— Мне и отсюда всё отлично видно! — говорила она. — Лес слишком большой, а я слишком маленькая.

Кролик же ничего не боялся и скакал по всему лесу.

— Там столько интересного! — говорил он Белке и Ëжику. — Например, я сегодня был за оврагом!

— Зачем тебе всё это? — ворчали они.

— Я теперь знаю, что там!

— Нет, не знаешь, — сказал Ëжик.

— А вот знаю! Я видел и помню!

— Спорим?

— Ладно, — сказала Белка. — Пойдём посмотрим.

И они пошли к оврагу.

— Вот, — гордо сказал Кролик, — сейчас будет малинник! Там куча спелой малины на кустах! Я это знаю, потому что был здесь, а Белка не знает, потому что сидит в дупле!

Они перебрались через овраг, Кролик раздвинул кусты и закричал сердито:

— Но как? Где малина? Я же точно помню, что она была!

Увы, малинник оказался пуст. Пока друзья добирались к нему, ягоды с удовольствием съел

— И стоило ради этого перебираться через овраг? — удивился Ëжик.

Его этот поход утомил больше всех, потому что у ежей лапки короткие.

— Я же говорила, — ответила Белка. — Ты не знаешь, что за оврагом. Ты знаешь, что тут было в прошлый раз.

— Лес обманывает нас? — расстроился Кролик.

— Нет, лес просто меняется, — сообщил Ëжик. — Если бы ты бегал не так быстро, то сам бы заметил.

— Получается, то, что вчера было правдой, сегодня уже неправда? И как тогда жить правильно?

— Надо просто меняться вместе с ним, — объяснила Белка, — меньше думать о том, что было вчера, а больше о том, во что играть сегодня!

— А если бы лес не менялся, — добавил Ëжик, — мы бы однажды узнали о нём всё-всё и нам стало бы скучно.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Данная история знакомит детей с одной из важных установок QBism-парадигмы: мир постоянно меняется, поэтому знание не может быть окончательным и неизменным. То, что было верно вчера, может измениться сегодня, поэтому важно проверять свои ожидания и обновлять представления о мире.

В сказке каждый персонаж показывает свой способ взаимодействия с реальностью.

* Белка наблюдает и размышляет.

* Ёжик внимательно проверяет и замечает детали.

* Кролик активно исследует мир.

Все трое по-своему правы, но сказка показывает, что опыт не даёт полной гарантии. Кролик не ошибся в прошлом — он действительно видел малинник. Но лес изменился. Это помогает детям понять важную мысль: знание — это не застывшая истина.

С точки зрения QBism, ожидания формируются на основе опыта, после нового опыта их необходимо пересматривать, реальность не обязана оставаться такой же, какой мы её запомнили.

Сказка учит детей спокойно относиться к тому, что мир может оказаться не таким, как мы ожидали, и воспринимать изменения как естественную часть жизни.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Куда любил ходить Кролик?

* Почему Белка редко гуляла далеко от дома?

* Что Кролик обещал показать друзьям за оврагом?

* Что они там нашли на самом деле?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему Кролик был уверен, что там будет малина?

* Почему малины не оказалось?

* Изменился ли лес с прошлого раза?

* Может ли в лесу что-то меняться со временем?

3. Вопросы на осмысление

* Что ещё в лесу может измениться?

* Значит ли это, что Кролик соврал?

* Почему Белка сказала, что он знает только то, что было раньше?

* Можно ли знать точно, что будет сегодня, если мы видели это вчера?

4. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Было ли у вас так, что вы пришли играть, а там уже всё изменилось?

* Что лучше сделать, если оказалось, что всё не так, как мы думали?

* Нужно ли сердиться, если мир оказался другим?

5. Финальный вопрос-обобщение

* Чему научил зверят поход за овраг?

Подсказка для педагога

Желательно, чтобы дети сами пришли к похожим выводам.

* «Мир может меняться».

* «То, что было вчера, сегодня может быть другим».

* «Нужно проверять и смотреть снова».

* «Иногда нужно менять своё мнение».

Эти выводы формируют базовую установку QBism «ожидания должны обновляться, когда появляется новый опыт» и задают гибкую модель отношения к реальности.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: заправочная станция

#расследушки

Машина у Роберта (если вы забыли, зайцы, так зовут отважного водителя такси, которого не ломает приезжать в логово отца Павла) чертовски старая, но в хорошем состоянии и выглядит весьма брутально — квадратная, здоровенная, на больших колёсах. Сейчас таких не делают, и в городе их не встретишь. Внутри просторно с намёком на роскошь: кожаные сиденья, деревянные вставки, этакий ретрошик. А главное, она проезжает по тому еле видному направлению посреди болот, которое тут считается дорогой. Навигационного экрана в этакой древности нет, так что интерфейс приложения такси висит на закреплённом посреди панели телефоне. Михей устроился рядом с водителем и сидит молча, а я расположилась сзади, на широком диване. Вечереет, в свете фар дорога видна ещё хуже, чем обычно, иногда кажется, что внедорожник просто плывёт по болоту, как катер. Я знаю, что водитель ездил тут не раз, поэтому не волнуюсь, но поднявшийся туман превращает окружающий пейзаж в полнейший сюр.

— Роберт, — спрашиваю я, глядя на экран телефона, — получается, тут нет ни одной деревни поблизости?

На карте навигационного приложения только пунктирная ниточка дороги, по которой ползёт стрелочка такси, зелёная штриховка болот и точка с крестиком, обозначающая церковь.

— Вот такое уединённое место, — отвечает он.

— Тогда зачем тут церковь?

— Из-за кладбища, в основном. Прихода как такового у отца Павла нет, но это как бы не единственное действующее кладбище в округе, остальные оцифровали и рекультивировали. Земля посреди болот никому не нужна, ну и бывают случаи, когда рекомендуется традиционное захоронение в освящённой земле.

— Это что ещё за случаи такие? — мрачно спросил Михей.

— Это вам лучше у батюшки спросить, — отмахнулся Роберт. — Я просто таксист.

— Стоп, — сказала я озадаченно, — а как же тогда дети?

— Какие дети?

— Которые играют на кладбище. Я думала, они из деревни прибегают, но, если деревни не существует...

— А, эти дети... — Роберт замолчал, и я уже думала, что он не ответит, но потом всё же дождалась: — Знаете, есть очень разное «не существует». Не стоит судить о реальности по карте на экране. Даже если всё вокруг стало этим экраном.

Вот такой он загадочный, зайцы мои. Наверное, работа способствует. Таксистов сейчас немного, люди не особо куда-то ездят, и это занятие для тех, кто способен переносить активное присутствие другого человека в личном пространстве. Для людей, инфотоксично устойчивых.

По дороге заскочили на заправку, я тут уже бывала, Роберт

Мы с Михеем взяли по кофе и встали у столика, дожидаясь, пока машину заправят.

— Ты давно знаешь отца Павла? — спросил он меня.

— Кажется, что всегда.

— И как тебя, городскую и молодую, занесло в церковь?

— Я не религиозна, просто... ну... пересеклись однажды. Не помню, как именно, случайно как-то.

— Не помнишь?

— Ну да, это же не вчера было. Думаю, дело в привидениях.

— В каком смысле?

— Я однажды увлеклась историями о призраках, много писала о них в блоге, собирала всякие слухи, подписчикам такое нравится. Наверное, искала консультанта, нашла вот отца Павла.

— Наверное? Ты не уверена?

— Ну что вы пристали? Какая разница?

— Как же сложно с вами, городскими... Так ты, значит, делаешь свой маленький медиабизнес на призраках? Тогда понятно, почему так рвёшься с нами...

— Вы против?

— На вид ты совершеннолетняя, сама за себя отвечаешь, а батюшка сказал, что может быть польза. Лично я бы с удовольствием держался от этой чертовщины подальше, но у меня-то вариантов нет...

— А я просто жутко любопытная! Слышала столько рассказов, но сама ни единого привиденчика так и не видела! Как упустить такой случай?

Ничего не ответил мне Михей, только посмотрел, как на полную дуру. Но плевать, зайцы, мы идём глубже!

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет! Снова рисуешь?

— Представь себе, нет! Пью кофе, делаю заметки по игре.

— Новые идеи?

— Нет, технические моменты. Пообщался с прогером, который пишет мне скриптовую логику. Придётся кое-что поменять в ветвлениях.

— У тебя есть личный программист? Да ты крут!

— Ну как «личный»... На общественных началах в свободное время. Сейчас никто вообще не программирует, всё делается Цифрой, но даже это для меня слишком сложно. Я художник, у нас плохо с линейной логикой. Парень из БК-комьюнити, вот и решил помочь мне с игрой.

— Из чего парень?

— «БК-комьюнити», фанатская мини-тусовочка вокруг блога Белого Кролика. Когда она пропала, именно они подняли шум и пытались устроить полноценный поиск. Любители загадок, мистики и конспирологии всегда были её корневой аудиторией.

— Так твой программист носит шапочку из фольги?

— Он не мой программист и даже вообще, кажется, не программист. Что-то другое, более научное. Если он и носит шапочку из фольги, то не на людях. Он лично видел БК, вот и заинтересовался.

— Ух ты! Живой свидетель!

— Ну, такой себе. Он её не помнит.

— Как так?

— А вот так. Стрессовая ситуация, инфотоксичный ретрослед, всё такое. Они пересеклись в деле о «Доме с привидениями», Миха там подрабатывает сисадмином у дяди. Говорит, вообще плохо помнит ту ночь, почти всё время просидел, запершись в аппаратной.

— Страсти какие!

— И не говори.

— Да, я что пишу-то…

— Неужели хочешь пригласить меня на свидание?

— Не в этот раз. Просто не выходит из головы твоя игра. Что там было дальше? Куда пошёл из бара Детектив Ром?

— О, тут тебе повезло! Как раз готов этот кусок.

— Хочу-хочу-хочу!

— Это арт-концепт сцены, а не сама игра, ты понимаешь? Механики ещё не работают, ветвления не прописаны…

— Да-да, конечно!

— Ладно, чуть позже скину тебе линк на проект…

Актуализируемая дизагрессия

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Актуализируемая память цифровой среды агента стала мощным социальным регулятором, который позволил добиться радикального снижения уровня межличностной агрессии.

Как показывают данные социальной психологии, агрессия только на первый взгляд возникает из ситуации сиюминутного конфликта интересов. На самом деле она провоцируется априорными интерпретациями, задающими неправильную модель реагирования. Каждый новый конфликт является эхо-воспроизведением, реверберацией предыдущего, человек застревает в петле автоматического реагирования. Актуализируемая память эту петлю разрывает.

В сегодняшней школьно-подростковой возрастной страте, для которой цифровая идентичность стала нормой с рождения, эффект дизагрессии проявляется особенно ярко. Школьный буллинг традиционно опирался на фиксацию идентичности, когда поведенческая ошибка превращалась в устойчивый социальный маркер. В условиях актуализируемой цифровой среды, где инфотоксичный ретрослед утрачивает операционный статус, агрессия лишилась возможности воспроизводить психотравму. Подростковые сообщества стали полностью конформными, а ситуационные конфликты больше не выливаются в системный процесс.

Благодаря процессу глобальной дизагрессиии через актуализацию памяти QBism-общество высвободило огромные ресурсы, ранее уходившие на поддержание социального равновесия в условиях перманентного внутреннего конфликта.

Глава 9. Верификация когнитивной модели

Порт как бесцифровая зона

ИсследованиеQBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

В парадигме QBism порт обретает философский статус, оставшись примером онтологического пространства смыслов, в котором событие не подчинено процедуре обновления ожиданий.

Поскольку реальность возникает в акте взаимодействия агента с миром, то она невозможна без доли неопределённости. В Цифре каждый шаг индексирован и актуализирован, поэтому всегда есть риск, что взаимодействие замкнётся на бесконечное подтверждение собственных ожиданий. Индетерминированность системы является условием нормального функционирования, а порт как бесцифровая зона её обеспечивает, не давая будущему коллапсировать в прогноз.

Порт — это точка, где общество признаёт границы своей эпистемологии. Здесь событие может произойти вне модели, и это не будет ошибкой системы. Порт концентрирует агентность, потому что здесь нельзя делегировать решение Цифре.

Актуализация как способ взаимодействовать с миром требует границы. Если граница исчезает, агент исчезает вместе с ней, превращаясь в элемент замкнутой системы. Порт остаётся операционным пространством, где реальность имеет право не совпасть с ожиданиями.

Игра. Сцена в порту

Нарратор

Порт — средоточие города.

В порту можно купить что угодно, включая вещи, само существование которых отрицается.

В порту можно нанять людей, которые сделают для вас что угодно, если вы можете оплатить их услуги и не боитесь стать жертвой сами.

В порту можно получить любую информацию, если вы знаете, кого спросить, и за вас есть кому поручиться. Или посмотреть на обратную сторону воды, если ваше любопытство сочтут неуместным.

В порту бьётся тайное сердце города, и оно серое, как доходы контрабандистов.

Здесь, в дальней части, не причаливают туристические лайнеры. Тут разгружают небольшие грузовые суда, капитаны которых предпочитают держаться подальше от офиса таможни.

И здесь же, в укромных уголках контейнерного лабиринта, можно отыскать представителей сообщества «Швартовщиков», людей, отнюдь не стремящихся к широкой известности.

Когда-то, во времена парусного флота, швартовщиками назвали тех, кто принимал сброшенные с палубы тросы (концы), заводил их на специальные тумбы, натягивал, прижимая судно к пирсу, и крепил там особым швартовочным узлом. Этот узел прочно держит корабль, но развязывается одним рывком за свободный конец, позволяя при необходимости моментально покинуть причал, избегая навязчивого внимания таможни.

Современные корабли не нуждаются в услугах швартовщиков. От них осталась только эмблема сообщества, на которой изображён тот самый узел. Однако в более широком смысле люди, помогающие наладить прочный и в то же время безопасный контакт между кораблём и берегом, стали ещё более востребованы.

Неизменным осталось и другое: швартовщики всё так же не любят постороннего внимания.

Детектив Ром

— Я ищу Петруху Криворотого.

Глава «Швартовщиков»

— Ищешь, чтобы что?

— Поговорить надо.

— Я тут главный, говори со мной.

— Надо с ним.

— Так в порту дела не делаются, парень. Ты из полиции?

— Нет. Меня направил к вам бармен из «Рваного троса».

— Выглядишь как чёртов центровой пижон, но Лысый разбирается в людях. Говори.

— Я разыскиваю человека. Девушку. Она пропала в порту.

— В порту пропасть проще простого. Чего тут только не пропадает, да, ребята?

(Общий смех)

— В последний раз её видели в баре, и с ней разговаривал Петруха.

— Погоди, это не та ли рыжая девчонка, которая везде суёт свой нос?

— Знаете её?

— Слышал. Она слишком любопытная.

— Думаете, из-за этого у неё неприятности?

— Кто знает? У «Швартовщиков» к ней претензий не было. Так, говоришь, она пропала?

— Да. И я хотел бы поговорить с Петрухой Криворотым. Меня не интересуют портовые дела, мне нужна только девушка.

— Надеюсь, я не пожалею об этом... Лёха, сбегай за Петрухой, он дежурит на восьмом пирсе.

Молодой парень с перекошенным лицом

— Ну, я Петруха, чего надо?

— Ты в баре разговаривал с рыжей...

— Да, ребята сказали, что ты её ищешь. Босс, рассказать ему?

— Да, скажи, он не легавый.

— Она сама меня пригласила за столик. Красивая девка, чего ж нет? Но ей было надо не того, чего я подумал. Она хотела купить ствол.

— Пистолет?

— Ну не пулемёт же. Да, искала, где взять волыну, не палёную, чтобы не в полицейской базе, понимаешь? Я сам удивился, она не похожа на тех, кому нужно оружие. Сказал, что варианты есть, но недёшево. Девка ответила, что бабосы не проблема, так что я запросил, не сильно стесняясь. Она согласилась не торгуясь.

— Как думаешь, зачем ей пистолет?

— Я не спрашивал, такие вопросы тут не задают. Напуганной не выглядела, скорее, я бы сказал, что берёт не себе.

— Продал?

— Да. Договорились встретиться тут, в порту, неподалёку. Она обещала прийти одна. Храбрая девица — в порт, за левым стволом, с бабками на кармане... Пришла. Хвоста за ней не было, там место такое, специальное, для сделок, незаметно не проследишь, ребята секут. Принесла наличные, как договорились, всю сумму. Проверила ствол — там есть местечко, где можно стрельнуть, контейнеры погасят звук.

— Она умела пользоваться пистолетом?

— Ну, не первый раз в руки взяла, это точно. Магазин вставила, патрон дослала, с предохранителя сняла, выстрелила не особо метко, но и не совсем в белый свет. Может, в тир ходила?

— Патронов много взяла?

— Три коробки, шестьдесят штук. Я сказал, что, если ещё понадобятся, пусть меня найдёт, но она ответила, что это вряд ли. Вот, собственно, и всё. Больше я её не видел.

Глава «Швартовщиков»

— Ты узнал, что хотел, парень?

— Да, спасибо за помощь.

— Тогда проваливай, твоя пижонская шляпа смотрится тут неуместно.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Круто! :) Я прям прониклась этой историей, очень хочется узнать, чем дело кончилось. А если игрок выбирает не те реплики?

— То персонажа могут послать подальше, побить или даже убить.

— А если Детектива Рома убивают, на этом всё?

— Ну да, смерть вообще такая штука. Окончательная.

— Кажется, Белый Кролик с тобой бы не согласилась.

— Я материалист и прагматик!

— ...Сказал художник!

— А что, художник не может быть материалистом?

— Не-а. Но может хорошо притворяться. Возвращаясь к игре. Если детектива убивают, что это значит для игрока?

— Game Over. Начинай сначала или с контрольной точки. В игре нет сохранений как таковых, но есть сюжетные моменты, прохождение которых фиксируется автоматически. Если персонаж погиб или зашёл в безнадёжный сюжетный тупик, то можно выбрать, с какого момента вернуться в игру.

— А можно зайти в тупик? Это как?

— Если делать выборы очень глупо, постоянно со всеми ругаться, то в конце концов никто не захочет с тобой разговаривать и расследование остановится. Игра как бы не закончится, можно ходить по локациям, затевать разговоры и слушать, как тебя все посылают лесом, но ничего нового не узнаешь. БК не найдена, дело провалено, остаётся только начинать заново.

— Да уж,

— Такой жанр. В квестовые бродилки играют люди, которые к этому готовы. Их немного, так что я не стану популярным и деньги не хлынут ко мне в карманы.

— Ничего, однажды и на твоей улице перевернётся грузовик с ромовыми бабами!

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: ночные призраки

#расследушки

Итак, зайцы, вернувшись домой, я проверила, не появились ли в моих роскошных рыжих волосах седые пряди... Спойлер — нет, я по-прежнему прекрасна! Вот пруф.

На часах три утра, вы дрыхнете без задних лап, но ваша Кроличка спешит записать впечатления, которых так много, что моё сердечко всё ещё делает «ёк-ёк-ёк». Приходится ещё больше курить, что тоже, говорят, не полезно для сердца. Что бы ни убило Кроличку однажды, вряд ли это будет никотин, ведь я не лошадь.

Представьте себе: поздний вечер, портовой район, старая историческая застройка, я жду в условленном месте возле того самого дома. Выглядит он, скажу я вам, жутенько, даже если не знать истории. У меня сразу появилось неприятное ощущение, что я совсем не хочу туда заходить. Вот, на фоточке я стою во дворе. Слегка напряжённая, но всё равно красивая.

Да, я знаю, многих бесит то, что я себе нравлюсь и не боюсь об этом говорить. Хейтеров (точнее, хейтерш) у вашей чудесной Кролички хватает, но мне нравится их бесить. Да, я красивая и пользуюсь этим. Люди охотнее разговаривают с красивой девушкой, люди с удовольствием смотрят на симпатичное личико, люди легче подписываются на блог рыжей красотки и обильнее ей донатят, даже понимая, что лично им ничего не светит. Так мы устроены, зайцы мои, и нечего тут стесняться, уж простите мою честность в три часа ночи. Вы прочитаете это утром за кофе и посмеётесь (или разозлитесь), а я буду дрыхнуть и на комменты отвечу позже.

Михей приехал на машине, на этот раз за рулём. Был мрачен и со мной поздоровался словно через силу.

— Всё-таки пойдёшь с нами, прекрасное творение?

Вот запало ему это «bella-что-то-там»! Но не говорить же, что я просто сократила «белый кролик»?

— Пойду. Мы договорились. Буду ассистировать.

— Ключи подавать?

— Или патроны. Или скальпель, зажим и огурец. Как пойдёт.

— Ну-ну, юмористка. Посмотрю я на тебя...

Отец Павел подошёл пешком, когда уже стемнело, одетый «в штатское», с небольшим рюкзаком. Мне даже показалось, что Михей разочарован такой обыденностью. Может быть, он ожидал крестный ход в архиерейском облачении? С тамбурмажорами, кордебалетом и конным оркестром?

Внутри оказалось на удивление банально — ничего зловещего, обычная офисная отделка в коридорах, даже сфотографировать нечего.

— Это уже мы сделали, — пояснил Михей, — был просто голый кирпич. Дальше оставили для атмосферности, увидите.

Главное помещение — типичный компьютерный клуб: кресла, мониторы, клавиатуры. Кирпичные стены, игровая символика, тихо шуршат кондиционеры и вентиляторы системных блоков, в остальном тишина.

— Я попросил подойти племянника, он должен быть где-то тут... Михаил, Миха, ты куда делся? Да где его черти носят? Просил же никуда не уходить!

Парень в очках и с бородой отыскался в помещении, набитом компьютерным железом. Навскидку я бы сказала, что он чертовски напуган, но при виде Михея, а также под шокирующим воздействием моей рыжей красы, сразу взбодрился.

— Так и сидишь в аппаратной?

— Да я тут... Ну, в общем, сейчас.

Парень охотно показал своё хозяйство... Компьютерное хозяйство, не подумайте лишнего, я девушка приличная! В общем, все эти железки, провода и экраны. Я поверила на слово, что всё самое-самое крутое, современное и актуальное, а что лицензии у некоторых игр не самого чистого происхождения, так это жизнь такая.

— ЦОД не выключен, — сказал парень, — но задачи я выгрузил, остались только фоновые процессы.

— Не появлялись... ну, сам знаешь кто? — спросил его Михей.

— Нет, но ощущение, что в спину смотрят, меня дико нервирует.

— То-то ты в угол забился, племяш!

— Вот ничуть не смешно!

Михей сказал, что у него есть идея, откуда нам начать. Оказывается, как раз сегодня сбежали рабочие, которые засыпали провал грунта в подвале. Заявили, что ни за какие деньги не вернутся, сами, мол, тут работайте.

— Думаю, нам стоит посмотреть, что их так напугало, — неохотно предложил Михей.

— Совершенно согласен, — отец Павел не возражал.

— Я с вами! — тут же объявила одна Кроличка.

— А я нет, — отмахнулся племянник. — Простите, я лучше в аппаратной посижу. Гул вентиляторов меня успокаивает. Если вас там сожрут, не становитесь призраками, ладно? У меня уже передозировка инфернальным...

Хотя кролик норный зверь, я, зайцы мои, не люблю подвалы. Есть что-то нездоровое в помещениях ниже уровня земли. В этом оказалось хотя бы сухо, что в нашем городке-на-болотах редкость. Зато мрачно, атмосферно и исторично, только факелов на стенах не хватает. Сюда явно не добрались те, кто ремонтировал помещения наверху: старинная кирпичная кладка местами прикрыта остатками такой же древней штукатурки, а по большей части торчит наружу потемневшими сколами.

— Мы планировали задействовать подвалы под склад, — пояснил на ходу Михей. — Чего месту зря пропадать? Импорт-экспорт, сами понимаете. Тут место тихое, храни что хочешь. Пока что руки не дошли, но мелкие работы начали. Сейчас дойдём, покажу.

Подвал закончился квадратной тупиковой камерой, в центре которой разобрано каменное мощение, открывая почти правильную круглую яму.

— Вот здесь пол просел, я подрядил двух рабочих из порта, чтобы выровняли и забетонировали. Тут, похоже, было что-то типа колодца, его давным-давно каким-то мусором засыпали...

— Не мусором, — сказала я внезапно, сама себе удивившись.

— Чего? — повернулся ко мне Михей, успевший, видимо, забыть, что я иду с ними.

— Ты что-то увидела? — спросил отец Павел.

— Да вот прямо сейчас вижу, — ответила я. — А вы нет?

...Так, зайцы, простите за невольный клиффхэнгер,

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Ромк, привет! Ну чо там, чо?

— Ну, так-то я сижу в сортире... Тебе точно нужно знать, «чо там»?

— Блин, тебе не говорили, что пыриться в телефон на толчке вредно? Мне вот в детстве мамка весь мозг этим просверлила.

— Нет, первый раз слышу.

— Надо как-нибудь уточнить в Цифре, правда это или просто родительские загоны. В общем, вопрос был не про качество твоего стула, разумеется. Ты смотрел закрытые посты в блоге БК?

— Ну так, не все. Парочку глянул.

— Ну чо там, чо?

— Вот сам ты не стал смотреть, потому что неэтично, а если я тебе расскажу, то типа норм?

— Типа да. Вот так и работает сетевая этика. Я же не прошу тебя скопипастить или заскринить, я так, вообще спрашиваю. Блин, мне интересно же!

— А, в этом смысле... Ну, в основном рассуждения о жизни, и они такие... довольно мрачные по большей части. Совершенно не похоже на открытую часть блога, словно и не БК писала.

— Прикольно... А что-то интересное есть?

— Мне интереснее всего, почему у меня есть доступ. А так... девичьи рефлексии, стихи, песенки. Никаких расследований, они все в основной части. Мне даже неловко всё это читать, такое разрешают только реально близким людям, а я даже не уверен, что мы были знакомы.

— Были-были, это почти наверняка. Это само по себе отдельная загадка, достойная Детектива Рома! Так ничем не поделишься?

— Не, Мих, не сейчас. Если наткнусь на что-то важное, то маякну обязательно.

— Вот ты жопошник вредный!

— Прости, но...

— Ладно, шучу, я не обиделся. Кстати, у тебя там ещё какая-нибудь сцена созрела?

— Да, с профессором Мейгольцем. Чуть позже скину, чуток осталось.

— О, прям жду не дождусь! Мой научрук как энписи! Что может быть лучше? На работе буду смеяться ему вслед злым подземным смехом.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, отчаиваюсь зелёным чаем

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: пирогискотятами

#deep_fucking_existential_dread

я пела громко и смеялась

стараясь всё быстрей забыть

а если что-то вспоминала

смеялась громче и сильней

но некий молодой художник

был хмур и песенок не пел

а молча рисовал в блокноте

не глядя на меня вообще

давно мы вместе не смеёмся

не смотрим никогда в глаза

всё ждём когда же завершится

наш затянувшийся пиздец

* Автор закрыл комментарии к записи.

Title: NFF — No Fucking Future

#deep_fucking_existential_dread

Я не могу постареть. Только не я.

Я не могу умереть. Мир существует, только пока я на него смотрю. А когда я сплю, он мне снится.

Я не могу измениться. Потому что это буду уже не я.

Я буду вечно вот такой. А потом вечность кончится, и я больше не буду.

Главное правильно выбрать точку окончания вечности.

Я работаю над этим прямо сейчас.

* Автор закрыл комментарии к записи.

Title: дао полена

#deep_fucking_existential_dread

У самурая нет цели, только путь.

У кота нет цели, только лень.

У мухи есть цель, но она говно.

У меня нет цели в жизни. Я очень на это надеюсь. Изо всех сил. Зажмуриваюсь и твержу: «У меня нет цели!»

Не могу себе представить ничего ужаснее, чем иметь жизненное предназначение. Худшая степень несвободы. «Мы рождены, чтобы сказку сделать былью», — аж мурашки по жопе. И не потому, что сказка страшная, как «Крошка Цахес», (хотя она такая), а потому, что если ты рождена для чего-то, то ты всё равно что не рождена. Выстругана, чтобы крутить шарманку и плясать на потеху публике. Меньше всего на свете я хочу быть такой вот буратинкой, но... Кто меня спрашивает? Кого интересует мнение полена, которое, может быть, предпочло бы сгореть в печке, а не вот это всё?

мы рождены чтоб ежедневно

сходить два раза в туалет

три раза есть немного выпить

и снова завалиться спать

позавтракать почистить зубы

уснуть проснуться встать и лечь

сварить пельмени выпить чаю

в пакете мусор отнести

учиться в школе институте

работать жрать курить и пить

любить грустить играть на флейте

в окно смотреть на чёртов дождь

мы рождены чтоб сделать что-то

но все забыли что и где

но это абсолютно пофиг

поскольку надо умирать

*Автор закрыл комментарии к записи.

Операционная когнитивная модель и ускорение теоретического прогресса

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Переход общества к операционной когнитивной модели поднял вопрос риска интеллектуальной деградации. Высказывались мнения, что делегирование памяти якобы приведёт к утрате глубины мышления. Сегодня можно уверенно сказать, что эти опасения были безосновательны.

Напротив, в ряде фундаментальных дисциплин — прежде всего математике, теоретической физике и информатике — зафиксировано существенное ускорение научного прогресса.

Перераспределение когнитивных функций в цифровое пространство освободило исследователей от необходимости механического запоминания и ручного поиска данных, что полностью соответствует байесовской модели обновления знаний.

Сегодняшняя наука нацелена на интеграцию человеческой агентности и машинного вычисления, уже неоднократно доказавшую свою эффективность. В качестве примера можно привести прогресс в решении задач экстремальной комбинаторики и теории графов, ассоциируемых с «наследием Эрдёша»[3]. Большинство из них получило решение именно в итеративном цикле «человек–Цифра», где люди брали на себя роль агента, формирующего ожидания, выбирающего направления поиска и интерпретирующего смысл, — отдав операционные вычисления Цифре.

Глава 10. Апостериорные распределения агентности

Разъяснение к финальному отчёту

Служебный документ операционно-агентной группы QBism aposteriori Co

...Совпадение трёх факторов, которые по отдельности считаются допустимыми, но вместе образовали редкий

Первый фактор — квантовый характер вычислений. Новейшее экспериментальное оборудование ЦОДа работает как сверхмощный агент обновления ожиданий, непрерывно оперирующий неопределённостью.

Второй фактор — работа с «сырыми» данными, которые не были корректно нейтрализованы в силу тестового режима.

Третий фактор — так называемая «пространственная память среды», которая сыграла роль квантового шума.

В результате апостериорные распределения агентности совпали с локальными физическими корреляциями, квантовая система перестала быть наблюдателем и сделалась вовлечённым агентом...

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: утро плохой девочки

#расследушки

Доброе утро, зайцы мои! Ну да, ну да, дело к трём пополудни, но лично у меня утро! Мне надо было выспаться, извините. Выспаться, выпить кофе, покурить и подумать. Решить, как описать тот странный опыт, что я получила этой ночью. И описывать ли его вообще.

Перечитала то, что я настрочила в ночи на эмоциях... Нет, удалять не стану, но это было, наверное, неправильно. Если вы ждёте такого же продолжения... Сорьки. Это было бы слишком личным. Даже для меня, хотя я плохая девочка.

Я курю как паровоз и пью как кочегар. Я ругаюсь как боцман, дерусь как матрос, трахаюсь как кошка по весне. Я красивая, но ваша мама, зайчатки, не была бы рада такой невестке. При этом личка моего блога трещит от предложений руки и сердца, признаний в вечной любви, а также приглашений стать дорогой содержанкой для толстых старых папиков.

Зайцам нравятся плохие кролички.

Реже, но гораздо приятнее письма искренней заботы, где вы беспокоитесь обо мне, уговариваете не гробить юную красу, расписываете прелести здорового образа жизни, отказа от курения и пьянства, пугаете скорыми морщинками, ужасами женского алкоголизма и «ах-как-же-дети».

Я умиляюсь этому, иногда до слёз, — при всех моих недостатках я ещё и сентиментальна (особенно когда выпью). Зайцы действительно хотят мне добра, это так трогательно!

Но глупо.

Я не дурочка, зайцы мои. Я знаю, что курить вредно, пить ещё вреднее, случайные связи разрушают психику, а расследовать чужие тайны ещё и опасно. Однако я знаю и ещё кое-что: меня это не касается.

Вашего Белого Кролика погубят не рак лёгких, не цирроз печени и не месть портовых мафиозо. Я не буду стареть, превращаясь в скучную милфу и проклиная себя за грехи юности, не выйду замуж, не заведу детей, кота и грядку с помидорами.

У меня, зайчатки, всё случится не так, как вы думаете. У меня будет быстро, весело и страшно.

* Автор закрыл комментарии к записи.

Title: подвальная правда

#расследушки

Ладно, собралась с силами и продолжаю. Никаких эмоций, соплей и слёз. Всё-таки эта ночка так сильно меня перепахала, что сама себе удивляюсь. Только факты, зайцы мои. Или то, что мне показалось таковыми.

Сейчас, при свете дня, когда я сижу в своей уютненькой кроличьей норке, любуюсь нашим редким солнышком сквозь весёленькие занавесочки, а внутри плещется кофе с капелькой коньячку… Ладно, с большой капелькой. Капелищей коньячищи, пусть. Так вот, в данный момент мне очень-очень хочется поверить в то, что ничего не было. Возможно, слава Цифре, у меня даже получится, но сейчас я всё-таки напишу, что собиралась.

Первым был жуткий старик с лопатой, ковыряющийся в круглой яме в полу. Уже в этот момент я всё поняла и сказала, что её засыпали не мусором. В тот момент, мне кажется, его видела только я, и обращался он ко мне.

— Воды не было, — сообщил одетый в жуткие обноски пожилой мужчина. — Мы копали, пока руки не стёрли, но колодец пересох. Чёртов город стоит на воде, что ни подвал, то болото, а здесь ни капли, как назло. И дождь ни разу не пошёл. Спасу нет от дождей, а тут как отрезало. Мы дежурили у окон с мисками, надеясь набрать дождевой воды через решётки, но облака сходились и расходились, не уронив ни капли. Все запасы выпили на третий день, потому что у больных был жар, а мы долго не верили, что нас бросят. Карантин, да, но хотя бы воды привезти можно было? Мы уже не требовали врачей, не просили лекарств, молили лишь о воде, но нас никто не слушал.

— Хуже всего было детям, — добавил второй мужчина.

Я не заметила, как он появился. За плечами его висел грязный мешок, а в руке светился старый фонарь.

— Болезнь терзала их люто, они кричали от боли как безумные, пока были силы кричать, — спокойно продолжил он. — Среди взрослых оставались здоровые, но дети слегли все. Они мучились, но не было им ни смерти, ни облегчения.

— Когда мы поняли, что нас не выпустят, — первый оперся на лопату, — то взяли дело в свои руки. Нескольким младенцам подарили лёгкую смерть их матери, но не всем, не всем...

— Не все смогли, — подхватил тот, что с мешком, — и не все были в силах. Кто­-то уже умер, кто-то лежал, не приходя в себя. У кого-то не поднялась рука. Пришлось мне. Я душил их одного за другим. Затягивал на горле полотенце, пока они не переставали дышать, засовывал тело в мешок и тащил сюда, вниз.

— А я скидывал тела в пересохший колодец и засыпал землёй. Некоторые были ещё живы, и я добивал их лопатой.

— Да, душить сложно. Я беглый каторжник, варнак и убивец, скрывался в порту от полиции, мне не привыкать лишать жизни, но где-то, бывало, и дрогнет рука. Дети есть дети. Но мы справились, взяли на себя тот грех.

— Полный колодец костей, — показал вниз старик с лопатой, — тонких детских косточек. А он всё носит, а я всё копаю...

— Что за чёрт, кто здесь? — закричал внезапно Михей. — Кто вы? Что здесь делаете?

У него в руке пистолет, но, мне кажется, он уже понял, что толку от оружия не будет.

Отец Павел начал читать «Да воскреснет Бог», а я увидела детей. Они выходили из темноты подвала, одетые в рванину, худые, измученные, и, что самое жуткое, они улыбались. Улыбались мне!

— Забери нас отсюда в рай, ангел! — попросила маленькая девочка. — Тут так плохо!

— Я не ангел, — ответила я растерянно.

— Тогда забери нас в ад, — согласился мальчик. — Лучше там, чем здесь.

Они встали в хоровод и, медленно двигаясь по кругу вокруг ямы, запели:

Баю-бай, баю-бай,

поскорее умирай.

Серый котинька-коток,

ляг дочурке на роток.

Я раскрою сундучок

и достану рушничок.

«Доча, засыпай», — шепну

и на горле затяну.

Хватит мучиться тебе,

лежи лучше во гробе.

Не успела нагрешить,

будешь ангелам служить.

Положу тебя в гробок,

прям на мягонький дубок.

Стянет губы моя нить,

чтоб тебе не есть не пить.

Зашью тело полотном,

серым стареньким сукном.

Как заутро пал мороз,

тяну санки на погост.

Чтобы не смогла вставать,

надо глубже закопать.

Будешь ты лежать мертва,

слушать, как растёт трава.

В какой-то момент мне показалось, что с ними поют матери, задушившие младенцев в колыбелях, но я не уверена, потому что буквально тряслась от шока.

— Забери нас отсюда, пожалуйста, — попросила меня девочка постарше, сжимающая в руках самодельную мягкую игрушку (не то медведя, не то зайца, нечто, сшитое из тряпочек и тряпочками же набитое). — Забери, и мы расскажем тебе, что ты такое.

И в этот момент меня как молнией шарахнуло: я вдруг поняла, что стою в шаге от чего-то невыносимо важного и столь же непередаваемо жуткого. И если сделаю этот шаг, то пути назад не будет, а может быть, не будет и меня. Соблазн был чудовищный, но страх победил.

— Нет, — сказала я то ли вслух, то ли только ей, — не хочу этого знать. Я боюсь. Я не готова.

И бросилась бежать как сумасшедшая, чуть ноги на лестнице не переломала.

Да, зайцы мои, я впервые сбежала от возможности что-то узнать, и меня до сих пор трясёт так, что пепел с сигареты падает на клавиатуру. А теперь вы можете написать мне сто тыщ комментов про то, как вы не верите в привидения, и что я всё выдумала, и что мне померещилось.

Я не обижусь, я привыкла.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, Рома!

— И тебе привет, девушка-которая-так-и-не-представилась.

— О, и правда... Какой пассаж! Но так ведь интереснее, разве нет?

— Мне начинает казаться, что я внутри какой-то дурацкой таинственной истории, вроде тех, что обожала Белый Кролик.

— А ты не любишь такие истории?

— Ну, мне нравится про них читать, а так — нет.

— А как же романтика?

— Как-нибудь без меня.

— Слушай, а в твоей игре всё происходит после того, как БК пропала?

— Да, Детектив Ром ходит туда-сюда, разговаривает с людьми, выясняет, что с ней случилось. Ходилка-говорилка, что-то между текстовым квестом и визуальной новеллой. По ходу игры есть серия скриптовых флешбэков-ретроспекций, когда игроку раскрываются события до исчезновения девушки. Они отыграны от лица БК и, по идее, должны раскрывать предысторию, которая к этому исчезновению привела. Именно игроку, сам Детектив Ром как бы сбоку...

— В каком смысле «сбоку»?

— Как бы тебе объяснить... Вот по сюжету игрок следует за детективом, выбирает за него действия и реплики, в зависимости от этого действие развивается так или иначе. Выборы значимы, сюжет фракталится...

— И ты всё это держишь в голове?

— Нет, к счастью, у меня есть Миха, который грузит все это в Цифру, а она выдаёт готовую модель. Я не такой умный. Да, флешбэки. Когда Детектив Ром находит человека, который рассказывает ему какой-то эпизод из приключений БК, этот эпизод прокручивается игроку в виде скриптовой визуалки, то есть не текстом в окне, это было бы скучно, а типа покадрового комикса.

— И ты его весь рисуешь?

— А что такого? Я люблю рисовать.

— Класс! А покажи?

— Ну, пока это просто серия картинок. После того, как Миха прогонит через Цифру, будет веселее, с микроанимацией...

— Да ладно, тебе что, жалко?

— Вот есть графичка по финалу «Дома с привидениями». Я именно с неё начал.

— Почему?

— Мне кажется, это важный эпизод. Я хорошо помню это дело как раз потому, что после него Белый Кролик изменилась.

— Как именно?

— Сложно сказать. Просто ощущение. Словно бы она... нет, не утратила кураж, но как-то засомневалась, что ли.

— В чём?

— То ли в себе, то ли в реальности... Я правда не знаю. Может быть, это моё воображение. Я художник, мне простительно.

— И правда, что взять с человека творческого.

— Понимаешь, засада в том, что я ведь не знаю, что на самом деле произошло с БК. И, в отличие от Детектива Рома, не могу ходить и расспрашивать свидетелей. Так что я беру истории из её блога и пытаюсь на их основе выстроить что-то правдоподобное, отталкиваясь не столько от фактов, сколько от её эмоций и своей интуиции. Выходит... по-разному. В геймдеве я художник, а не нарратор, играю не на своём поле.

— Мне кажется, у тебя должно хорошо получиться, не рефлексируй. Ты вовлечён, а это главное!

— В любом случае я это делаю скорее для себя. Если же говорить о сюжетных точках, то история про «Дом с привидениями» кажется мне самой важной из всех расследований в её блоге.

— Почему?

— Ну, примеривая шляпу Детектива Рома, я бы сказал, что после неё у БК поменялся тон и настрой. Это не было заметно в процессе, я обратил внимание недавно, перечитывая все записи подряд. Меньше позитива, больше сомнений в себе, какой-то даже намёк на депрессию... Или мне так кажется, не знаю. Тут ведь какая штука: иногда я чётко помню, как оно было, а лезу в архив уточнить, там немного иначе. Хоть переписывай сцену заново...

— Знаешь, у меня есть предложение! Оно странное, но ты не спеши отказываться.

— Заинтриговала!

— Давай считать, что твоя память первична.

— Это как?

— Примем как аксиому, что в случаях, когда воспоминания расходятся со свидетельствами

— Боюсь, меня так быстро увезут в дурку.

— А мы никому не скажем. Это будет между нами. Как тебе идея?

— Звучит безумно, но привлекательно. Однако у меня есть условие.

— Какое?

— Я хочу с тобой встретиться. Да-да, ты очень занятая девушка, но найди хоть полчаса времени. Можно на нейтральной территории, в кафе, на площади под часами, да хоть даже в том же баре.

— Нет, этот бар не лучшее место для встреч. А зачем вдруг?

— Я просто хочу убедиться, что тот вечер в баре был, и ты, кем бы ты ни была, существуешь.

— Я и сама была бы не прочь.

— Встретиться?

— Убедиться, что существую. Не обращай внимания, просто несмешная шутка.

— Ладно. Так мы встретимся?

— Может быть. Мне надо над этим подумать.

— Звучит как отмазка. ☹️ Обещаю, что буду вести себя прилично и тебе не придётся доставлять меня домой на такси!

— Ладно, если покажешь свой комикс к игре, подумаю всерьёз.

— Вот, лови. Скрипт пока не прикручен, так что просто свайпай картинки. Ты это увидишь первой! С тебя фидбэк!

— Польщена, правда. Спасибо.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Привет, Ромка.

— Здаров, Мих.

— Слушай, а ты с этой девушкой из бара не пробовал встретиться снова?

— Она отказывается. Ну, то есть обещает «подумать», а когда девушка так говорит, то это значит «хрен тебе, а не свидание».

— Подозрительно! После всего того, что между вами было...

— Или того, что не было. У меня только рисунки в блокноте, который тоже непонятно откуда взялся. Но, с другой стороны, если это и правда пропавшая БК, то она бы так себя и вела. Всегда была загадочной.

— Да уж, до сих пор не понимаю, как так вышло, что я её видел, а вспомнить не могу.

— Практически мой случай, только без коктейля.

— Не, Ром, ты художник, чего с тебя взять-то? Вы там все немного Пигмалионы: «нарисуем, будем…», э… ну, допустим, «любить». Может быть, это не первая воображаемая девушка в твоей жизни! А я человек конкретный, работаю с железом и кодом. Практически научный работник, Мейгольц говорит, что у меня перспективы. Не мне говорит, я подслушал, так что ты никому! :)))

— Сейчас заскриню и пошлю... Куда сейчас принято посылать компромат на будущих светил науки?

— В ЦООИ, то есть Центр ответственного обращения с информацией, наверное. Я ещё ни разу не пробовал стучать на коллег.

— И тебя лишат премии?

— Ой, я тебя умоляю! Сколько той премии... У нас в институте даже оклады никакие.

— Поэтому ты на дядю халтуришь? Он небось хорошо платит?

— Ну, если честно, то неплохо, да. Но дело же не в этом! Кого сейчас вообще парят деньги, Ром? Разве что портовых, но я там числюсь как последовательный ренегат, дезертир в город и Цифру. :)))

— Это так серьёзно?

— Не, на самом деле нет, всем плевать по большей части. Дядя даже рад, ему гораздо полезнее племянник-сисадмин, чем племянник-швартовщик. И работаю я не ради денег, разумеется, хотя от них и не отказываюсь. Если честно, я бы даже приплачивал... Только дяде не говори, он-то портовый, он не поймёт! :))) А если бы ты хоть что-то соображал в железе, то завидовал бы мне до судорог. Квантовый мейнфрейм будущего поколения! А я фактически его юзаю вообще как хочу, потому что никто кроме меня нифига там не понимает, и контроля ноль.

— Это как, «будущего поколения»? Типа машиной времени спёрли? :)))

— Как и у кого его спёрли, Ром, я не спрашивал, и тебе не советую. И насчёт «машины времени» в контексте квантового компьюта всё не так смешно, как тебе кажется. Но я имел в виду, что это дорелизная технология. Официально она пока в проекте. Поработать на таком железе, причём начиная с монтажа и тестов и до практической эксплуатации моделей… Да за такое любой профессор в институте почку отдаст! А мне за это даже платят.

— Э... Ну, наверное, круто, да. Отлично устроился.

— Не то слово :)

Добровольный отказ от агентности

Сетевой манифест QBism

Добровольный отказ от агентности — это осознанное решение субъекта прекратить быть источником обновления реальности, избегнув ответственности за апостериорный пересчёт ожиданий.

В парадигме QBism агентность возникает в момент наблюдения, когда субъект взаимодействует с миром и тем самым разрушает суперпозицию, превращая неопределённость в факт своего опыта. Быть агентом — значит неизбежно участвовать в коллапсе возможных версий, брать на себя последствия того, какая именно из них стала действительной.

Добровольный отказ — это попытка остаться в суперпозиции, не становясь наблюдателем.

Ключевой механизм отказа — фиксация без участия. Субъект не признаёт себя интерпретатором реальности. Он соглашается, чтобы мир фиксировался кем-то другим — системой, алгоритмом, институтом, государством, — при этом сам избегает момента личного коллапса смысла.

В квантовой метафоре это отказ от роли наблюдателя, который актом измерения делает мир определённым.

Добровольный отказ от агентности часто маскируется под «нейтральность», но в QBism-парадигме нейтральности не существует. Отказ от агентности — это делегирование. Суперпозиция всё равно схлопывается, просто не этим субъектом.

Отказ от агентности снижает когнитивную нагрузку ценой утраты субъектности.

Система примет такое решение. Добровольный отказ от агентности — ваше право. Но рано или поздно субъект сталкивается с опытом, который невозможно делегировать.

И тогда возникает выбор: либо снова стать агентом, либо окончательно раствориться в чужой актуализации. Отказ быть тем, кто разрушает суперпозицию фактом собственного опыта, — это не столько бегство от ответственности, сколько надежда, что реальность обойдётся без тебя.

Белка и три ореха

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Однажды Белка, Кролик и Ёжик нашли на лесной поляне ореховый куст, на котором росли три одинаковых ореха.

Если вы думаете, что все орехи одинаковые, то вы точно не белка. Белки — лучшие на свете специалисты по орехам, поэтому легко отличают один от другого,

— Я не могу выбрать! — пожаловалась Белка. — Они совершенно одинаковые!

— Но, если они одинаковые, просто возьми любой! — сказал Кролик. — Какая разница? А мы с Ëжиком заберём оставшиеся.

— Да, но вдруг они одинаковые только снаружи? Что если я выберу не самый вкусный?

— Даже не самый вкусный орех всё равно орех и всё равно съедобный, — ответил Ëжик.

— А вдруг он окажется внутри гнилой?

— Тогда выбросишь, — пожал плечами Кролик. — Это не последние орехи в лесу.

— А вдруг там будет противный червяк?

— Оставишь орех ему, пусть доедает, раз начал, — сказал Ëжик. — Мало ли, что противный, может быть, ты ему тоже не нравишься.

— Нет, я так не могу! Мне нужен самый лучший орех!

— Возьми тот, что слева! — подсказал Кролик.

— Почему?

— Просто так.

— Нет, это неправильно.

— Выбери наугад, — предложил Ëжик. — Зажмурься и ткни пальцем!

— Так не выбрать самый вкусный!

— И что, будем весь день сидеть и смотреть на них? — спросил расстроенно Кролик. — Я уже проголодался!

— Но я не хочу выбирать! Я боюсь выбрать неправильно!

— Тогда я съем этот, — решительно заявил Ëжик и сорвал орех, который висел справа.

— А я этот! — Кролик взял левый и моментально его слопал.

Пришлось Белке взять оставшийся. Она откусила от него, вздохнула и сказала:

— Он вкусный. Но самый ли вкусный? Теперь этого никогда не узнать. Выходит, даже если не выбирать самой, то выбор всё равно делается...

— Просто его сделают за тебя другие, — подтвердили Ëжик с Кроликом.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта история знакомит детей с ключевым для QBism-парадигмы понятием агентности — способности субъекта принимать решения и брать ответственность за их последствия. В сказке Белка сталкивается с ситуацией выбора: перед ней три одинаковых ореха, и она боится ошибиться. Страх сделать неправильный выбор заставляет её отказаться от решения и ждать, что правильный вариант появится сам. Сказка подсвечивает важный момент: даже если мы не выбираем, выбор всё равно происходит. Ёжик и Кролик действуют, берут свои орехи, — и в итоге Белке достаётся оставшийся. То есть решение было принято, но не ей самой.

С точки зрения QBism, это иллюстрирует идею добровольного отказа от агентности. Субъект может попытаться избежать ответственности за выбор, надеясь, что реальность определится сама. Но неопределённость всё равно исчезает, просто решение принимают другие участники ситуации.

Для детей важно понять, что выбор не всегда можно отложить, что страх ошибки непродуктивен, что лучше принять решение самому, что чужое решение не убирает твой внутренний конфликт, а наоборот, делает его окончательно неразрешимым.

Сказка не осуждает Белку и не утверждает, что нужно всегда выбирать быстро. Она показывает, что ожидание идеального решения может привести к тому, что решение будет принято без нашего участия.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Что нашли Белка, Кролик и Ёжик на поляне?

* Почему Белке было трудно выбрать орех?

* Что предлагали Кролик и Ёжик, чтобы помочь ей?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему Белка боялась выбрать орех?

* Можно ли всегда узнать заранее, какой орех самый вкусный?

* Почему Кролик сказал, что можно взять любой?

* Что произошло, когда Белка решила не выбирать?

* Кто тогда сделал выбор?

* Может ли выбор произойти даже тогда, когда мы его не делаем сами?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Бывает ли так, что трудно решить, что выбрать?

* Что происходит, если долго не выбирать?

* Что лучше: попробовать и узнать или всё время сомневаться?

Финальный вопрос-обобщение

* Чему научили Белку три одинаковых ореха?

Подсказка для педагога

Важно, чтобы дети сами пришли к одной из формулировок.

* «Если долго не выбирать, выберут другие».

* «Нужно решать самому и не бояться».

* «Не всегда можно узнать заранее, что лучше».

Эти ответы отражают основной смысл сказки: отказ от выбора тоже приводит к результату, но тогда решение принимаешь не ты.

Глава 11. Институционализация амбивалентности

Фармакон как управляющий контур

Сетевой манифест QBism

QBism-парадигма — это институциональный ответ на вопрос, который не нашёл Бернар Стиглер. Он утверждал, что внешняя память поддерживает человеческую способность мыслить и одновременно разрушает её, создавая системную зависимость. Его тревожила невозможность дозировать цифровое воздействие на психику и культуру, которая стала очевидной существенно позже.

QBism принимает это как свершившийся факт. Там, где Стиглер опирался на возможность ноэтической[4]заботы, QBism утверждает, что современная плотность цифровой среды сделала точную дозировку невозможной. Фармакона стало слишком много, он стал операционной средой.

QBism отбрасывает утопичность Стиглера. На самом деле неважно, способен ли субъект сохранить автономию в работе с технической памятью. Интересно другое: как должна быть устроена система, когда субъект уже является частью этого фармакона.

Стиглер видел опасность в накоплении ретенций, того, что мы называем «ретроследом» (фрагменты прошлого, которые не актуализируются и разрушают процесс индивидуации). QBism определяет эту проблему как «неразличение статусов». Прошлое перестало быть релевантным, но продолжает учитываться в пересчёте. Память превращается в ментальный гандикап, а архив — в токсичный ретрослед. Актуализация прошлого в QBism — это фармаконичная процедура, направленная на детокс памяти.

Если у Стиглера фармакон требует этического выбора, то в QBism-парадигме амбивалентность институционализируется, и выбор берёт на себя система. Протокол управления когнитивной нагрузкой определяет, какая информация остаётся в операционном контуре, какая ослабляется, какая переводится в архив, какая нейтрализуется как социально-неактуальная.

QBism перешёл от философии фармакона к его административной реализации, превратив концепты Стиглера в рабочую инфраструктуру. В ней память рассматривается как переменная, влияющая на способность агента действовать. Человеческая индивидуация в этой модели защищается через сокращение поля, в котором внимание вообще требуется.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Потрясающе. Я в шоке. Такой комикс!

— Тебе понравилось?

— Он ещё спрашивает! :))) Это роскошно! :))) Так Кролик вернулась потом туда? Мне страшно интересно, что стало

— Откуда я знаю? В блоге этого не было. Она какое-то время порассуждала о том, что такое реальность и как её зафиксировать, а потом просто переключилась на следующее расследование.

— А с русалками чем дело закончилось?

— Официально: там было логово контрабандистов, тайный склад в гроте. Она намекала, что на самом деле всё не так просто, но у меня создалось впечатление, что тут она перебежала дорогу кому-то весьма влиятельному и предпочла не публичить свои выводы.

— О, так она не была упёртой нонконформисткой?

— Я просто читатель блога, откуда мне знать, какой она была на самом деле? Сетевой аватар редко полностью совпадает с реальным человеком, а образ автора, сложившийся у читателя, это вообще что-то третье.

— То есть вы с ней не были знакомы? Я почему-то решила...

— Нет, что ты! И даже не знаю никого, кто с ней пересекался в жизни, кроме Михи, но он её не помнит.

— Да, ты говорил, кажется... В комиксе же он у тебя нарисован?

— Ага. Но он этого ещё не видел! Боюсь, что сам себе не понравится.

— Получается, он встречался с Кроликом?

— Конечно, в том самом «Доме с привидениями». Так что мы с БК, можно сказать, знакомы «через одно рукопожатие». Фигурально, конечно, вряд ли они жали друг другу руки. Но Миха до сих пор переживает, что не может её вспомнить. «Вроде бы была, но как ни напрягаюсь, ускользает из памяти. Как будто чей-то силуэт против света, деталей не разобрать. Наверное, если бы там не было дяди и я не читал потом запись в блоге, то вообще бы не вспомнил, что она там была».

— Какое загадочное происшествие!

— Ну да, почти как со мной в баре...

— Давай я сделаю вид, что не понимаю твоих намёков, ладно?

— Как скажешь. Я не настаиваю. И мне даже почти совсем не обидно.

— Прости. Я как раз хотела спросить, с чего ты вдруг решил делать игру про БК, раз вы даже не были знакомы? Я-то уже навоображала себе романтическую историю...

— Сложно сказать. Пытаюсь вспомнить, как эта идея пришла мне в голову, но не вспоминается. Однажды осознал себя рисующим Детектива Рома... И понеслось. На самом деле, я давно хотел что-то такое сделать. Наверное, каждый, кто работает в геймдеве, однажды пробует создать свою игру, благо Цифра сделала программные инструменты общедоступными. Я бы, наверное, и без Михи справился, но он уже умеет то, чему мне пришлось бы учиться, а главное, не даёт мне слишком загоняться. Без него я бы бесконечно допиливал одну сцену.

— Перфекционист?

— Не, просто я смотрю на всё как художник, а игра — это не только картинка. Миха помогает увидеть проект с другого ракурса. Тем более, что он геймер, а я нет.

— Работаешь в геймдеве и не играешь? Серьёзно?

— Представь себе. Мне просто нравится рисовать монстров

— Нет, ну а кому не понравится? Думаю, любой человек рисовал бы монстров с утра до вечера, просто мало кто умеет.

— Уф, внезапно почувствовал себя почти нормальным.

— Не увлекайся, а то привыкнешь. И какой тогда из тебя художник?

— Хм... не знаю... реалист?

— Для реалистов придумали фотоаппараты! Художники должны фиксировать своё видение!

— Итак, я выполнил обещание, показал тебе комикс. Теперь твоя очередь.

— Ты о чём?

— Ты обещала мне свидание!

— Стоп-стоп-стоп. Я обещала, во-первых, подумать, а во-вторых, не всякая встреча — это свидание.

— Ладно, как скажешь, пусть будет «встреча». И не просто «подумать», а «подумать всерьёз»!

— Ром, давай договоримся...

— Опять?

— Я серьёзно. Ты заочно влюблён в Белого Кролика, но я не она.

— Чего сразу «влюблён»?

— Это очень заметно, прости. Никто не будет тратить столько времени на девушку просто из интереса. В этом нет ничего плохого, влюблённость художников продуктивна, Пигмалион не даст соврать. Обычно такие чувства заканчиваются либо разочарованием, либо трагедией, и то и то даёт стимул творчеству, так что я последний человек, который будет призывать тебя забыть о Белом Кролике. Просто не транслируй это чувство на меня, ладно?

— Эй, не надо ставить мне диагнозы в чате!

— Я несколько часов общалась с тобой в баре, забыл? Ну да, забыл же Так вот, всё это время ты говорил про Кролика. Если это не влюблённость, то я даже не знаю.

— Ладно, ладно, как скажешь. Не будем называть это «свиданием». Я даже приду без цветов!

— Спасибо, сразу камень с души! Ненавижу, когда припираются с цветами! Он такой тебе: «Н-н-на букет!» — и свободен, а ты потом таскаешься как дура с этим веником!

— Уговорила, никаких цветов! Чисто деловая встреча! Когда и где?

— Не спеши, я пока не готова ответить. Но скоро что-нибудь придумаю, честно!

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, смотрю себе в глаза

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: мемориклинер

#deep_fucking_existential_dread

Иногда очень хочется уметь забывать. Стирать в памяти файлы без возможности восстановления.

«Знать лучше, чем не знать» — да чёрта с два! Иногда память как вирус, который внедрился в систему и то ли майнит там крипту, то ли ворует данные, то ли шифрует остатки всего хорошего на диске.

На свете множество интересного, но «если вам дороги жизнь и рассудок», избегайте узнавать правду о себе. Какова бы она ни была, вам не понравится.

* Автор закрыл комментарии к записи.

Институционализация отсутствия

Сетевой манифест QBism

Горе — это институционализация отсутствия, ритуальное требование быть верным утрате. Общество «культуры горя», в котором все мы жили ещё недавно, строилось на предписании «помнить вечно». В нём ценность потери верифицировалась болью, а забвение расценивалось как форма предательства. В этой логике прошлое имело право управлять настоящим, и горе было условием социальной легитимности.

Переход к обществу социального позитива нарушил эту структуру. Цифровая медиальность и актуализация прошлого взяли на себя

Общество социального позитива, QBism-общество, отнюдь не утверждает счастье как норму. Речь идёт всего лишь о перераспределении ответственности. Культура горя требует ответственности перед прошлым. Общество социального позитива переносит ответственность в настоящее.

Именно в этой точке происходит важный сдвиг парадигмы. Жизнь больше не обязана оправдываться перед смертью.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Привет, Ром!

— Здоров. Неужели дописал скрипты на эпизод? ;)

— Не, не совсем. Но я близок :) Слушай, я по другому вопросу. Ты мне скидывал сканы из блокнота, который тебе таксист привёз. Там был набросок церкви.

— Да, был. Думаю, это та, о которой писала БК, где отец Павел, его портрет на соседней странице. А что?

— Я прогнал через Цифру, она узнала его с вероятностью под девяносто процентов. Ты молодец, зарисовал точно!

— Я вообще рисую точно. И быстро. Если бы до сих пор существовали полицейские портретисты, я бы сделал там карьеру.

— Сомневаюсь, что они много зарабатывали, зато небось бухали по-чёрному.

— Почему?

— День за днём рисовать за гроши криминальные хари в вонючем полицейском обезьяннике? Да так святой сопьётся! :)))

— Ладно, уговорил, не пойду в полицейские портретисты. Буду день за днём рисовать за гроши монстров для тупых шутеров. По крайней мере, для этого не надо тащиться в полицейский участок.

— Ты опять их рисуешь?

— Это весело и за это платят. Глянь, какие заиньки!

— Ну и хари! Это для какой игры?

— Не могу сказать, подписка о неразглашении. Там такие штрафные санкции, что проще повеситься. И она, скорее всего, не выйдет.

— Почему?

— В геймдеве три четверти игр закрываются на стадии предрелиза. Поэтому я всегда беру деньги вперёд. Что там с той сценой, кстати?

— Почти готово. Всё было бы куда проще, не будь ты таким коварным!

— Коварным? Я? :)))

— Ну, идея возвращать пользователя якобы на ту же самую страницу, которая на самом деле чуть-чуть другая, и так раз за разом, пока он не рехнётся, пытаясь понять, это его глючит или разработчик такая сволочь...

— Это же метафраза человеческой жизни! Каждый день такой же как предыдущий, но чуть-чуть другой...

— Ой, не грузи, философ-рисовальщик! :) У меня и так скрипты-уроборосы кусают друг друга за хвосты. :) Клубок цифровых змей, а не игровая логика! Запускать стартовую сцену рандомайзером? Но я почти справился. Уже скоро. А теперь по церкви. Вот координаты: это пригород, но не очень далёкий. Не знаю, кому пришло в голову построить её между кладбищем и болотом, там, наверное, без накомарника за порог не выйдешь. Так что мой тебе совет: купи надёжный репеллент.

— Ты что, думаешь, я туда поеду?

— А что, нет?

— Ты не путаешь меня с Детективом Ромом? :)

— В бар же ты попёрся. Причём дважды. Церковь определённо менее опасна, чем кабак портовой мафии.

— Зато там не наливают!

— А вдруг? :))) Наш клир славен традиционными ценностями! :)))

— Да ладно, я почти не пью. :)

— Я знаю. Но разве тебе не интересно, откуда взялись рисунки, которых ты не помнишь?

— Интересно, но...

— Из всего нарисованного ты опознал Белого Кролика, но её не спросишь. Ещё таксиста — но он ничего не знает. Остальные люди и места тебе незнакомы, но церковь определяется однозначно — в нашей области такая одна. Кроме того, там есть портреты предположительно того самого священника и его жены, а значит, ты их видел, так?

— Получается, что да.

— Выходит, это единственная зацепка! Съезди, поговори с этим отцом Павлом. Священники обычно контактные дядьки, работа у них такая. А если он тебя всё же пошлёт, невелика потеря — такси туда-сюда и пара часов времени.

— Ну, так-то да...

— В чём дело, Ром? За твоих монстров платят так мало, что нет денег на такси? ;)

— Нет, всё не настолько плохо :) Просто я...

— Сцышь? :)

— Вот да. Есть немного.

— Чего больше: что пошлют или что расскажут?

— Пошлют — обидно, расскажут — страшно!

— Понимаю.

— Не, не понимаешь. Я сам ещё не понимаю. Не осознал до конца, что у меня, возможно, куда-то пропал кусок жизни! И если бы не рисунки, я бы об этом никогда не узнал! И вот теперь у меня есть шанс узнать, что было в пропавшей части, и это, блин, реально страшно! Что мне скажут? В лучшем случае просто провалы в памяти, а что если я какой-нибудь безнадёжный шизофреник?

— Мне кажется, что о таком лучше знать, чем не знать.

— Вот не уверен.

— Но поедешь?

— Блин, наверное, да.

— Составил бы тебе компанию, но я, как истинный кубист, стараюсь минимизировать нагрузку на транспортную инфраструктуру.

— Просто ты лентяй и не любишь выходить на улицу. :) Да я и не прошу. Что бы мне там ни сказали, это, пожалуй, лучше для начала выслушать без свидетелей. А то вдруг ты меня сразу в дурку сдашь? :) У священников-то, если я ничего не путаю, есть «тайна исповеди».

— Не сдам, меня там самого давно с фонарями ищут :) Но ты держи меня в курсе, окажу моральную поддержку. Да, вот, как раз закончил тот кусок игры. Будешь смотреть?

— «Тот» — это про полицию или про учёного?

— Про полицию, он попроще, над учёным ещё работаю. Вот линк, пробегись по ветвлениям, проверь, всё ли нормально.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, худоёжник!

— Привет!

— Слушай, я чего хотела спросить: вот в этой твоей игре, там есть какой-то антигерой? Олицетворение сил зла? С кем-то должен твой детектив сражаться?

— Почему сразу «сражаться»? Это же не шутер от первого лица. В текстовых квестах битвы не очень зрелищны, хотя тоже случаются.

— И как это делается? «Мой меч — твоя голова с плеч»? :)

— Не совсем. Если бы мой Детектив Ром

1. Быстро выстрелить не целясь.

2. Прицельно выстрелить в голову.

3. Прицельно выстрелить в ногу.

Игрок делает выбор, рандомайзер кидает электронный кубик, результат умножается на сложный коэффициент условной «меткости» (он складывается из «внимательности», «ловкости» и «удачи», это параметры персонажа, в которые игрок вкладывал очки опыта), и по результату выдаёт итог. Например:

1. Вы не попали, но напуганный вашей стремительной реакцией бандит решает не связываться и убегает. Поле боя за вами.

2. Ваша пуля попала точно в лоб, уложив врага наповал, теперь его не расспросить, а у вас проблемы с полицией.

3. Вы слишком долго целились, бандит выстрелил первым и ранил вас в плечо. Ваша правая рука не может удержать оружие.

...Ну и так далее, зависит от фантазии автора. И картинка, конечно.

— О, у тебя есть картинка? То есть перестрелки не избежать?

— Я не уверен. Может быть, в финале, но я пока сам не знаю, каким он будет. Я не настоящий геймдевер, всё делаю неправильно.

— А как правильно?

— Кроме «Пункт первый: найдите инвестора»? Ну, например, неплохо бы иметь хотя бы самый общий план действия, а не сочинять сцену за сценой, понятия не имея, чем всё кончится.

— А у тебя не так?

— Не-а. Что случилось с БК, я узнаю вместе с Детективом Ромом в финале. У меня нет никаких ответов, я читаю архив её блога, пытаюсь представить, что я там, рядом с ней, как её невидимый спутник. Наблюдатель, понимаешь?

— Ещё как понимаю!

— А потом пускаю по следам Детектива Рома, который как бы смотрит на те же события ретроспективно, глазами свидетелей, которые рассказывают ему свою точку зрения.

— Но злодей, злодей-то будет?

— Я думаю, что на самом деле никакого «мегазлодея», скорее всего, не было. Откуда возьмётся антигерой в реальности Цифры? Всё плохое, что с нами теперь случается, обычно следствие недопонимания между людьми с самыми лучшими намерениями. Однако игрокам нравится, когда есть конкретный враг, финальный босс, которого победил — и выиграл. Так что я в сомнениях: дать им то, что они хотят, или остаться в рамках реальности.

— Но тебе же нужен какой-то финал. Если битвы с мегабоссом там не будет, то что будет?

— Для начала, финалов будет несколько, они будут зависеть от выборов, которые сделал игрок в течении игры. Причём некоторые он сделает в самом начале, даже не подозревая об их важности, так что всех финалов не увидит, наверное, никто, для этого надо несколько раз пройти игру с нуля. Один финал будет фактически «тайным», на него выводит очень маловероятная цепочка выборов.

— То есть ты будешь тратить время на то, что никто даже не увидит?

— Если честно, я думаю, что до конца мою игру пройдёт едва ли процентов десять от того ничтожного количества игроков, что начнут. Учитывая, что люди не очень внимательны и предпочитают очевидные решения, скорее всего, только один финал они и получат. Тот, который самый очевидный.

— И каков он?

— Я не знаю.

— А версии?

— При личной встрече!

— Это давление! Ты меня шантажируешь!

— Ты обещала!

— Да. И сдержу обещание. Однажды. Скоро. А сейчас покажи мне ещё что­-нибудь из игры. У тебя же есть готовые части? Вот, например, куда пошёл Детектив Ром после разговора в баре?

— Зависит от того, чем разговор закончился. Если неудачно или нейтрально, то у него нет никакой зацепки, и он идёт дальше по длинному пути расследования. Если игрок сделал несколько правильных выборов в диалоге, а обаяния и красноречия персонажа хватило, чтобы бармен дал ему наводку на Петруху Криворотого, он может «срезать угол», оказавшись существенно ближе к развязке. Тогда для игрока игра будет короче, часть сюжета мимо, к финалу персонаж придёт с меньшим количеством опыта, а значит, менее «прокачанным». Это не помешает закончить игру. Так или иначе.

— А есть и плохие финалы?

— Расследование в порту, где всё пронизано влиянием мафии? Ну что вообще может пойти не так? :)

— Что?

— Например, Детектива Рома могут просто убить.

Инфотоксичный ретрослед как социодепрессивный фактор

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Инфотоксичный ретрослед — это устойчиво воспроизводимый фрагмент информации о прошлом (событие, нарратив, интерпретация), который оказывает негативное воздействие на коллективную память, когнитивную устойчивость и поведенческую динамику социума. Токсичность ретроследа определяется не истинностью или ложностью, а функциональным эффектом.

Инфотоксичность возникает как результат онтологического конфликта между исходным контекстом события и актуальным контекстом его восприятия. В этом случае ретрослед начинает действовать как когнитивный стрессор: активирует устаревшие модели идентичности, воспроизводит неактуальные конфликты, поддерживает коллективную руминативность и препятствует адаптивному обновлению ожиданий. Это нарушает байесовскую согласованность общественного знания и требует апостериорной актуализации.

Ключевой характеристикой инфотоксичного ретроследа является контекстуальная негерменевтичность: буквальное восприятие информации становится методологически некорректным, поскольку её контекст радикально изменился. Фактическая точность при этом сохраняется, но интерпретационная рамка разрушена. В результате информация становится источником когнитивного и социального давления.

С точки зрения когнитивной науки, инфотоксичный ретрослед действует как некорректно взвешенный априорный фактор, воздействуя на коллективные ожидания, несмотря на утрату прогностической ценности.

Актуализация инфотоксичных ретроследов работает как форма коллективной профилактики: снижение операционного веса прошлого ради сохранения способности общества действовать в настоящем.

Глава 12. Парадокс аффлюэнтной дезориентации

Катализирующий фактор прогресса

Сетевой манифест QBism

Актуализируемая память меняет порядок причинности: сначала обновляются ожидания, затем формируется общественный запрос, и лишь потом ускоряется научно-технический прогресс.

После принятия обществом философии QBism оказалось, что оно способно на развитие без смены поколений. Ранее научные и социальные изменения растягивались на десятилетия из-за консервативной инерции, но операционная этика в корне изменила подход к агентной ответственности.

QBism переопределил человека как агента, действующего в настоящем, соотносящего «хорошо» и «плохо» с текущей пользой для общества. Это позволило освободиться от догматического тормоза, быстро формировать и проверять новые гипотезы. Когда машинное доказательство сложных теоретических задач стало частью научной нормы, фундаментальные исследования существенно ускорились.

Космические программы получили новый толчок развития благодаря тому,

Актуализация инфотоксичных ретроследов на уровне социальной среды заметно снизила уровень хронического стресса и поведенческих рисков, а значит, и распространённость психосоматических заболеваний. Медицина сместила фокус с лечения на профилактику.

Операционная этика снизила внутреннюю напряжённость общества и нейтрализовала мотивацию к символическому насилию, что привело к резкому снижению преступности.

Ключевое преимущество новой эпохи в том, что прогресс перестал быть функцией времени. Обществу больше не нужно ждать, пока мир изменится, достаточно актуализировать память так, словно изменения уже произошли.

Игра. Сцена в полиции

Нарратор

Полиция порта — это не то же самое, что полиция в городе. Она имеет дело с совершенно другой публикой. В порту все себе на уме, у каждого в кармане как минимум нож, каждого первого есть за что прихватить, но статус БЦЗ не требует этого так буквально.

В порту больше риска, больше соблазнов, гибче этика. Несгибаемые смотрят на воду залива с другой стороны, слишком гибких вычищает система, жадные и глупые выбывают сами, и никто не спрашивает, куда они делись.

Остаются умные и договороспособные, как полковник Семёнов.

Полковник — слишком много для полицейского участка, капитана бы хватило, но только не в порту. Порт — БЦЗ, город в городе, и ответственность соответствующая. От решений главного полицейского зависит многое, и он знает здесь всё и всех, поэтому Детектив Ром пришёл именно к нему.

— Детектив Ром? Наслышан. Рад познакомиться лично. Вам стоило зайти ко мне раньше.

— Не думал, что моя скромная персона заинтересует вас, полковник.

— Меня интересует всё, что происходит в порту. Как мне уже доложили, вы ищете ту девушку?

— Такова моя задача. Сразу скажу, остальные дела в порту меня не интересуют, так что конфликта интересов нет.

— Вы же раньше не работали в моей юрисдикции?

— Да, это первое моё расследование, касающееся порта.

— Заметно.

— Что именно?

— Вы. Вы заметны, детектив. Как новогодняя ёлка посреди лета. Или этот имидж «центрового пижона в шляпе» выбран специально?

— Вы очень догадливы, полковник. К сожалению, это дело имеет очень мало зацепок, поэтому приходится, фигурально выражаясь, «ловить на блесну». Смотреть, что всплывёт из глубин на свет.

— Боюсь, вы недооцениваете калибр глубинной фауны. И размер её зубов. Вас могут заглотить вместе с удочкой.

— Вы, безусловно, знаете, что такое «профессиональный риск».

— Видите ли, в порту всё взаимосвязано и существует очень тонкий баланс интересов. Ко мне уже приходили с вопросами: «Что там копает этот пижон? Может быть, он от полиции? Может, от конкурентов? Или от таможни?» Вы до сих пор не смотрите на воду с другой стороны только потому, что я о вас слышал и за вас поручился.

— Очень благодарен.

— Но это не значит, что мои слова дошли до всех в порту. На вас не открыли охоту, но могут отправить под пирс просто походя, стоит лишь сделать неосторожный шаг. Мне бы очень этого не хотелось.

— Представьте себе, мне тоже.

— Для вас всё закончится быстро, а нам потом «висяк» в статистику!

— Вы мне хотите что-то предложить?

— Да. Откажитесь от этого дела. Вы не найдёте девушку, только пропадёте сами.

— Почему вы так считаете?

— Есть основания. Поверьте, что я знаю, о чём говорю.

— То есть вы знаете, что с ней случилось?

— Я этого не говорил! Скажем так, у меня есть основания полагать, что отыскать эту девушку невозможно в принципе. Кто ваш заказчик по этому делу?

— Уверен, вам известно, что я имею право не разглашать информацию о клиенте.

— Знаю. Но сам факт отказа говорит о многом. Я повторяю своё предложение: вы отказываетесь от дела и выметаетесь из моего порта к чёртовой матери. Поймите правильно, это не угроза, а искренняя забота о вашем душевном и физическом здоровье.

— Очень тронут, но я всё же продолжу расследование.

— Я не могу вам запретить и не стану препятствовать.

— Но не поможете.

— Нет.

— Полиция не стала её искать.

— У нас нет формального повода, например, официального заявления о пропаже от кого-то, знавшего её лично. Да, полиция обязана принять заявление о пропаже человека от любого лица, у которого есть основания полагать, что человек пропал, но в данном случае мы даже не можем установить, кто именно пропал и пропал ли.

— Официальная позиция полиции: ничего не случилось. Белый Кролик — виртуальная личность неустановленного блогера, в какой-то момент он прекратил этим заниматься, может быть, ему просто наскучило.

— Или с ним что-то случилось.

— Или так. Но это дело полиции по его фактическому месту жительства. У этого человека есть айди, работа, родственники, друзья, коллеги и так далее. Он реален, и что бы с ним ни произошло, это будет отработано соответствующими службами. Белый Кролик — виртуал. Её нет и не было.

— Но, если верить блогу, вы говорили с БК лично! «Дело чёрных русалок»! Там есть ваше фото, сделанное в этом кабинете! Как вы можете говорить, что её не существует?

— Без комментариев. Вам пора, у меня много работы. Хотите искать белого кролика в белой комнате — вперёд. Последствия будут на вашей совести.

— Пожалуйста! Расскажите! Это очень важно! Вы один из очень немногих людей, которые общались с БК в офлайне!

— Ладно, у меня как раз перерыв, можем выйти в кафе.

— Всё настолько секретно?

— Вообще нет. Никакого секрета. Просто не хочу обсуждать на службе дела, которые не относятся к ней.

*Кафе.

— С девушкой, гипотетически являющейся блогером Белый Кролик, я виделся дважды. Первый раз пересеклись в бухте Русалок, она путалась под ногами у полиции. Второй раз была долгая обстоятельная беседа по результатам того дела. Она происходила у меня в кабинете и была посвящена в основном обсуждению того, в каком виде Белый Кролик подаст эту историю своим читателям, не нанеся вреда следствию. Историю про «логово бутлегеров» мы с ней сочинили вместе, я помог с убедительными деталями и предоставил фото.

— Мне всегда казалось, что

— Это не имеет отношения к вашему расследованию, и вы это прекрасно понимаете.

— Простите, не мог не попытаться. А как она попала к вам в кабинет? Посетители же регистрируются.

— Белана Кроль. Так она записалась.

— И показала документы на это имя?

— По идее должна была, иначе её бы не пропустил дежурный. Однако, когда я начал выяснять подробности, уже после её пропажи, в журнале оказались только имя и фамилия, никакого айди.

— В журнале? Серьёзно?

— Порт — БЦЗ, здесь это нормально. Дежурный не смог вспомнить, как так получилось, лишь уверял, что всегда записывает с документами. Ранее нареканий к нему не было.

— Как она вам показалась при общении? Какое впечатление?

— Положительное, пожалуй. Я ожидал, что будет сложнее. Обычно представители медиасферы амбициозны и агрессивны, а БК оказалась вполне вменяемой и договороспособной. Тогда мы с ней вместе и сочинили, так сказать, альтернативный финал, придав ему достаточную достоверность использованием части полицейских материалов. Полиция порта в те дни действительно арестовала большую группу бутлегеров, у которых была база в одном из заброшенных рыбзаводов. Завод другой, бухта другая, но по времени совпало удачно, так что одно дело легко замаскировали под другое.

— Спасибо, что согласились рассказать. Это даёт материал для размышлений.

Сцены и диалоги. Роман, художник

*Программа вызова такси

Машина приедет через 10 минут.

Водитель в пути.

Водитель Роберт.

Вас ожидает машина, время ожидания 10 минут.

*Салон машины

— Здравствуйте! Не ожидал увидеть такую машину, не сразу понял, что это такси! Она же бензина, наверное, много расходует?

— Есть такое. Зато я беру заказы, которые никто другой не возьмёт. Как ваш, например.

— А что не так с моим заказом?

— Далеко. Дорога плохая. Место... специфическое.

— Чем специфическое?

— А вы первый раз туда едете разве? Лицо знакомое.

— Э... как вам сказать... не уверен, если честно.

— А, ну это ничего, это дело обычное. Поэтому туда никто заказы и не берёт.

— Кроме вас?

— Именно. А вы всё время вот так рисуете, сидя в такси?

— Не только в такси. Я везде рисую. Привычка.

— Художник?

— Да, что-то вроде того. А ещё это помогает, не знаю, как сказать...

— Фиксировать реальность?

— Откуда вы знаете?

— Догадался. Вот, выехали, наконец, из города, теперь быстрее будет. На заправку заедем, ладно? Дорога дальняя, а жрёт этот бегемот изрядно.

— Конечно. Я бы и кофе выпил.

— Там отличный кофе, рекомендую.

*Заправка у дороги

Заправщик

— Привет, Роберт, давно не заезжал. Пятого до полного?

— Да, как всегда. Вторая колонка. И кофе этому юноше.

— Для таксиста ты слишком заботишься о клиентах. Сейчас сварю.

— Может быть, он поставит мне пять звёздочек в приложении! Кроме того, он художник, что не так-то просто в этом времени и месте.

— Держите кофе, художник! Тебе сделать, Роберт?

— Нет, лучше на обратном пути заеду, поболтаем. Сейчас у меня заказ, время-деньги. Ну, как вам кофе, юноша?

— Меня Роман зовут. А кофе правда отличный, спасибо.

Заправщик

— Возьмите конфету, пригодится.

— Я не люблю сладкое…

— Возьмите-возьмите, это бесплатно для тех, кто взял кофе.

— Спасибо.

Таксист

— Лучше буду звать «Художник». Имена декогерентны.

Заправщик

— Заправлено! Наличными, разумеется?

— Как всегда. До встречи.

*Салон машины

— Я понятия не имел, что это такое дикое место! Мы тут проедем вообще?

— Не волнуйтесь, молодой человек, не в первый раз. Всегда проезжаю.

— Зачем церковь в такой глуши? Разве тут кто-то живёт?

— Живёт? Это как сказать... Место выбрано не просто так. Увидите.

— Какое странное! Очень мрачное и в то же время красивое...

Навигатор: «Поездка окончена».

— Мы на месте. Вам туда, к церкви. Если закрыто, подождите, здешний пастырь не оставляет своих подопечных надолго.

— Мне почему-то кажется, что вы знаете куда больше, чем говорите.

— Это нормально, юноша, хуже, когда наоборот. Ну что, пойдёте или сразу закажете обратную поездку? Пока я не уехал, а вы не разрушили суперпозицию.

— Я не очень понимаю, о чём вы говорите, но было бы глупо приехать в такую даль и вернуться ни с чем.

— Тогда удачи вам. Мобильный тут не ловит, но в церкви есть точка доступа, пароль написан на стене у входа, специально для ожидающих. Захотите вернуться — вызывайте такси, заказ придёт мне, больше никто сюда не ездит. Придётся подождать, конец не близкий, но я приеду. Я всегда приезжаю туда, где действительно нужен.

— Вы очень странный таксист.

— А вы довольно необычный художник. До встречи!

*Старая церковь, крыльцо у входа

— Заперто! Наверное, никого нет. Придётся ждать. Где тут пароль от вайфая? HELLNOPE? «Ада не существует»? Странный юмор у здешнего батюшки. О, работает! Привет, Цифра, я снова с тобой!

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Эй, худоёжник, ты куда делся? Офлайн и офлайн! Разве так бывает?

— Заехал в одно странное место. Теперь сижу на лавочке, жду хозяев, рисую.

— Это куда же тебя занесло?

— Да так, пару вопросов решил задать, неважно.

— Это ради неважных вопросов ты заехал в какую-то глушь?

— Представь себе. На самом деле, я не очень надеюсь здесь что-то узнать, просто для очистки совести.

— Это связано с пропажей БК и твоей игрой, да?

— А как ты догадалась?

— Ну, если типичного цифроверта понесло в такую даль, то это настоящая страсть! А страсть у тебя одна.

— Мы знакомы всего... Да вообще не знакомы, если вдуматься! А ты уже делаешь обо мне

— А вдруг я очень проницательная?

— Или знаешь обо мне больше, чем делаешь вид.

— О, у тебя снова приступ паранойи на мой счёт?

— Я уже не знаю, что думать. Очень много странностей. Чем дальше, тем больше, я бы сказал. Писать может кто угодно, а ты даже селфи не хочешь прислать!

— Личная встреча развеет твои подозрения?

— ДА!

— Я так и думала. Ладно, уже совсем скоро. Разгребаю ради тебя своё расписание, цени!

— Ценю!

— Так, где ты сейчас? Или это тайна?

— Одна церковь в пригороде. Я сижу рядом на лавочке, жду священника, тащу его сеть, потому что тут нет нормальной связи.

— Как интересно! Ты ходишь в церковь?

— Обычно нет.

— Так это твой первый раз?

— Не уверен…

— И это меня ты называешь загадочной?

— Прости. Мне надо сначала разобраться самому. Если честно, я сильно нервничаю и мне очень не по себе.

— Почему?

— Долго объяснять.

— Тебе же как раз вроде бы нечем заняться!

— Мне не бывает «нечем заняться»! Я всегда могу порисовать ещё немного. Вот смотри, набросал вид.

— Там ещё и кладбище?

— И лес, и болото, и почти непроезжая дорога. Все удовольствия разом! Странное кладбище, очень старое на вид, с какими-то склепами и памятниками, таких давно не бывает. Но при этом всё ухоженное, дорожки чистые, кусты пострижены, везде цветы. И никого вокруг! Я даже по карте в навигаторе посмотрел — никаких населённых пунктов! Значок «церковь» посреди ничего и просёлочная дорога к ней. Разве бывает церковь без села?

— Да, причём как раз при кладбище. Так и называется «кладбищенская». Она не обязательно связана с селом.

— Но откуда возьмётся кладбище там, где нет города или села? Кого на нём хоронить-то?

— Тех, чьи могилы не станут навещать. Тех, кого не хотят вспоминать. Тех, кому лучше лежать подальше от людей под прочным пологом церковной благодати.

— Хтонично.

— А то!

— Ты хорошо разбираешься в вопросе.

— Нет, просто нахваталась по верхам. Боюсь, я не особо религиозна.

— Боишься?

— Ну да. Верить проще. Многие вопросы снимаются, почти всё можно делегировать богу и батюшке. Исповедовался — и как новенький!

— Мне кажется, это не так работает.

— Я шучу. Пытаюсь поднять настроение одному художнику, сидящему на зловещем старинном кладбище посреди болот.

— Спасибо.

— «Если жизнь и рассудок дороги вам, держитесь подальше от...»

— Спасибо, что напомнила. Ладно, сколько того рассудка... О, кажется, кто-­то идёт!

— Зловещие мертвецы, я надеюсь?

— Вот сейчас не смешно было! Знала бы ты, как тут готично! Так и ждёшь какого-нибудь Дракулу!

— А это точно не он? Ты проверь!

— Вряд ли Дракула носит бороду, крест и очки.

— Да, особенно очки. Глупо было бы иметь вечную дальнозоркость! Ладно, напиши потом, что ты жив-здоров и тебя не съели.

— Неужели будешь переживать?

— Само собой! Ты себе не представляешь, сколько всего мне пришлось разгрести, чтобы мы встретились! И что, всё зря? С зомби и вампирами я не встречаюсь, это принцип! Ладно, пока.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, ищу себя

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: утренний лук

#deep_fucking_existential_dread

Глядя утром в зеркало в ванной, я мучительно пытаюсь вспомнить: кто эта безусловно красивая рыжая девушка? Я точно её где-то видела, но где?

Буквально секунда или две, потом вспоминаю, конечно. Но вот этот момент, пауза между мной и мной, словно трещина в реальности. Трещина, из которой очень неприятно сквозит стылым морозным безумием.

Я вспоминаю, кто я, и живу дальше, но трещина не закрылась, она тут, она ждёт, из неё дует, из неё кто-то смотрит. Может быть, это я.

Другая, настоящая я, с которой мы не знакомы, но однажды... Не уверена, что я этого хочу.

Но вот она точно хочет.

*Автор закрыл комментарии к записи.

Феномен благополучного дистресса (аффлюэнтной дезориентации)

Определение

Affluent[5] Disorientation Paradox (ADP) акцентирует противоречие между объективными показателями качества жизни и субъективным психическим неблагополучием. Его суть в том, что рост материального и институционального благополучия общества сопровождается утратой экзистенциальных ориентиров, что проявляется в снижении субъективного счастья и росте суицидальности. В доцифровую эпоху наблюдения неоднократно подтверждали, что чем более благополучно общество в материальном плане, чем выше уровень комфорта и индивидуальной безопасности, тем ниже в нём так называемое «субъективное благополучие» и «шкала субъективного счастья» (Subjective Happiness Scale, SHS). Это цифровой статистический показатель, который ввели Любомирски и Леппер и по которому оценивают, насколько человек в целом доволен своей жизнью и ощущает себя счастливым (то есть субъективное восприятие счастья «здесь и сейчас», а не объективное качество жизни). В благополучных обществах с высоким уровнем бытового комфорта данный параметр парадоксально был ниже, чем в неблагополучных, что коррелировалось с заметно худшей статистикой суицидов.

Причина ADP в том, что избыток безопасности, комфорта и возможностей приводит к снижению смысловой напряжённости и мотивации к жизни. Психика человека нуждается в определённом уровне напряжения, иначе возникает апатия и дезориентация. Субъект формально избавлен от нужды и угроз, но психологически не адаптирован к жизни без внешнего принуждения и фиксированных смыслов.

После принятия обществом QBism-парадигмы ADP практически исчез из клинической практики и не наблюдается как значимый социальный феномен.

Белка и удобная поляна

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Однажды Белка, Кролик и Ёжик нашли в лесу удивительную поляну. На ней всё было очень удобно.

Орехи росли на низких кустах, за ними не надо было лезть на дерево. Грибы не прятались в траве, а выставляли красивые ровные шляпки на свет, словно приглашая «съешь меня», ягод же было такое количество и таких сладких, что достаточно было

Через поляну протекал неглубокий ручей с чистой прозрачной водой, мягкая трава так и тянула на ней поваляться, цветы украшали всё это яркими лепестками и радовали чудесными ароматами. Казалось, даже солнце тут светило как-то особенно ласково, и совершенно невозможно было представить, что погода испортится.

— Мне тут нравится! — заявил Кролик. — Давайте тут жить!

— Очень хорошее место, — согласился Ëжик. — Столько всего вкусного!

— Очень красиво, как во сне! — добавила Белка.

И зверята остались на поляне. Они весело играли, кувыркались в траве, плескались в мелком ручье, лакомились ягодами, отдыхали на солнышке, а вечером заночевали у корней старого дерева, которые словно специально выросли так, чтобы получился уютный шалаш, где можно поваляться на мягком мху.

Проснувшись утром, они снова принялись играть, отвлекаясь только на вкусные ягоды и сытные орехи. Так прошёл день, а потом ещё один день, и ещё…

А однажды утром Кролик спросил:

— Что будем делать сегодня?

— Можно ещё поесть орехов, — предложила Белка. — И ягод, и грибов.

Они поели, но быстро наелись. Потом посидели, полежали.

— А что дальше? — спросил Ёжик.

Есть больше не хотелось, валяться наскучило, игры надоели.

— Раньше мы всё время что-то делали... — задумчиво сказал Кролик. — Бегали по лесу, искали орехи и ягоды.

— Но здесь всё есть, ничего искать не надо, — возразила Белка. — А в лесу мы не всегда получали то, что нам нужно. Иногда даже ложились спать голодными, вспомните!

— Но потом всё равно находили! — напомнил Ëжик. — Зато видели новые места и узнавали всякое интересное.

— А теперь всё время сидим на поляне, — сказал Кролик. — Здесь всё какое-­то... готовое! Ничего не надо делать!

— Но это же хорошо? Хорошо, да? — неуверенно спросила Белка.

— Хорошо, — согласился Ëжик, — но скучно. Всё уже есть. Ничего не нужно. Поэтому кажется, что и мы не нужны.

— Вы заметили, что мы уже несколько дней не играем? — спросил Кролик. — Только едим и валяемся.

— И почти не разговариваем, — добавил Ëжик. — Потому что ничего не происходит и обсудить нечего.

— Раньше мы были весёлые, — заметила Белка. — А теперь никакие.

— А может, ну её, эту поляну? — предложил Кролик. — Давайте снова играть в лесу?

— Но здесь же столько еды... — неуверенно сказала Белка.

— Но нам не нужно так много еды! — ответил Ëжик. — А сколько нам надо, мы и в лесу найдём. Не сразу и не так легко, но найдём же!

— Зато мы будем каждый день узнавать что-то новое! — радостно вскочил Кролик. — И нам будет интересно жить! А ну, давайте, наперегонки до оврага!

И зверята побежали играть в лес, где было не так удобно и сытно, зато очень­-очень весело.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта история знакомит детей с важной для QBism-парадигмы идеей: жизнь становится интересной и осмысленной только тогда, когда мы взаимодействуем с миром, узнаём новое, принимаем решения и действуем.

На поляне зверята оказываются в идеальной среде: еда, отдых и безопасность доступны без каких-либо усилий. (Так и современное общество не требует от подрастающего поколения напряжённого выживания.) Но постепенно они замечают, что, когда всё уже готово и ничего не нужно делать, исчезает самое важное — смысл и мотивация.

С точки зрения QBism, субъект становится агентом именно через взаимодействие с миром: когда наблюдает, действует, получает новый опыт и обновляет свои ожидания. Если взаимодействие исчезает, то исчезает и поток событий.

В сказке удобная поляна символизирует ситуацию, когда мир перестаёт задавать вопросы. Зверята сыты и в безопасности, но они больше не участники происходящего, не агенты. И только когда они возвращаются в лес, где нужно искать, пробовать, исследовать и ошибаться, снова появляются разговоры, игры и радость открытия.

Таким образом сказка помогает детям понять:

* интересно становится, когда мы что-то делаем и узнаём;

* слишком простая доступность всего вокруг может сделать жизнь скучной;

* открытия, поиск и трудности делают жизнь живой и интересной.

Эта история мягко знакомит ребёнка с тем, что человеку важно не только получать готовое, но и активно участвовать в происходящем.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Что нашли Белка, Кролик и Ёжик в лесу?

* Почему поляна им очень понравилась?

* Что на ней было удобного?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему им было веселее в лесу?

* Чем отличается жизнь на поляне и жизнь в лесу?

* Почему зверята решили уйти с поляны?

* Всегда ли хорошо, когда всё уже готово и ничего не нужно делать?

* Почему Кролик сказал, что в лесу «интересно жить»?

* Что нового можно узнать, когда мы гуляем, играем и ищем?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Что вам больше нравится: когда всё уже готово или когда можно что-то искать и узнавать?

* Какие новые вещи вы недавно узнали?

* Что интересного можно сделать, если выйти играть?

Финальный вопрос-обобщение

* Чему Белку, Кролика и Ёжика научила удобная поляна?

Подсказка для педагога

Желательно, чтобы дети сами сформулировали вывод.

* «Когда ничего не делаешь сам, становится скучно».

* «Интересно, когда мы что-то ищем и узнаём».

* «Трудности делают нашу жизнь важной».

Эти ответы передают основной смысл сказки: жизнь становится интересной, когда мы участвуем в ней и узнаём новое, а не просто потребляем ресурсы, которые достались нам без труда.

Глава 13. Актуализация инфотоксичных ретроследов

Патриаршее благословение о разумном использовании цифровых средств в пастырском, мемориальном и просветительском служении

Возлюбленные во Господе архипастыри, пастыри, монашествующие и все чада Русской Православной Церкви!

В вверенное нам время Господь попускает человечеству жить в условиях стремительных технологических перемен. Средства общения, сохранения памяти и передачи знания принимают новые формы, которые, при разумном и трезвенном употреблении, могут быть обращены во благо человека и к назиданию душ.

Святая Церковь неизменно свидетельствует: сущность христианской веры не связана с формой носителя, пребывая в живом опыте встречи человека с Богом. Как в древности апостольская проповедь

В связи с этим Церковь с пастырским рассуждением относится к процессам цифровизации мемориального пространства, включая упорядочение кладбищ и создание цифровых форм поминовения усопших. Память о почивших во Христе заключается в молитве Церкви, в поминовении на Божественной литургии и в любови живых. Цифровые мемориальные формы, если они не подменяют молитву, могут быть приняты как допустимое средство, не умаляющее христианского упования на воскресение мертвых.

Подобным образом и духовная литература, Священное Писание, творения святых отцов и богословские труды могут распространяться в электронном виде без ущерба для их духовного содержания. Церковь всегда признавала, что благодать Божия действует не через материю, но через веру и церковное восприятие. При этом пастырям надлежит заботиться о правильном контексте чтения и ограждать верующих от произвольных и искаженных толкований.

Отдельного рассуждения требует использование онлайн-форм служения. Церковь свидетельствует, что Таинства по своей природе совершаются в евхаристическом собрании и не могут быть заменены дистанционными форматами. Вместе с тем проповедь, оглашение, катехизация, духовные беседы, молитвенные обращения и пастырское наставление допустимы и полезны в онлайн-пространстве, особенно для тех, кто по болезни, немощи или иным обстоятельствам лишен возможности присутствовать в храме.

Призываю духовенство воспринимать цифровые средства не как замену живого церковного общения, но как форму миссионерского и пастырского присутствия Церкви в современном мире. Важно, чтобы использование технологий не вело к подмене духовной жизни внешней активностью, но служило укреплению веры, молитвы и церковного единства.

Благословляю все труды, направленные на разумное и ответственное применение цифровых средств в церковной жизни, с тем чтобы память об усопших сохранялась с молитвой, духовное слово доходило до ищущих, а пастырское попечение не прерывалось даже в изменяющихся условиях мира сего.

Да дарует Господь всем нам мудрость различения, мир в сердцах и верность Евангелию во всех обстоятельствах жизни.

Сцены и диалоги

*Церковь на болотах

Роман, художник

— Здравствуйте, вы же отец Павел, правильно?

— Интересное начало разговора. Да, всё верно, я всё ещё он.

— Я Роман, и я приехал чтобы...

— Я знаю. Но давайте пройдём внутрь, зачем разговаривать на пороге?

— Знаете?

— Проходите, прошу вас. Проголодались? Путь сюда неблизкий. Жена подойдёт чуть позже, приготовит нам что-нибудь перекусить. Вот сюда, направо, в притвор, тут у меня нечто вроде кабинета. Присаживайтесь, Роман. Чаю?

— Да, наверное, если не трудно.

— Сейчас вскипячу воду. Вы очень напряжены, я вижу. Знаете что? Давайте примем по рюмочке коньячку. И вам не помешает, да и мне, пожалуй, тоже. День сегодня на редкость промозглый, с болот тянет сыростью, так и простудиться недолго. Настоятельно рекомендую, я серьёзно. Это поможет вам успокоиться.

— Хорошо, как скажете. Я действительно почему-то сильно нервничаю, аж в глазах темнеет и руки трясутся.

— А ещё вы непрерывно рисуете, почти не глядя в блокнот. Вы отдаёте себе в этом отчёт?

— Что? Я? Ах, да... Правда. Ого, блокнот уже заканчивается, а я только утром его распечатал! Даже не заметил как. Привычка.

— Не «привычка», а «функция». Вы, Роман, делаете то, к чему предназначены, и делаете это хорошо.

— Хотелось бы верить, что моя жизнь не ограничивается порчей блокнотов! Вряд ли бог создал меня только для того, чтобы я переносил пасту из ручки на бумагу!

— Не всё сотворённое создано Богом. Но, обратите внимание, вы рисуете потрясающе быстро и точно. Я далёк от искусства и не нарисую даже котика, но скажите: многие ли могут делать рисунки так, как вы?

— Не знаю никого. Только не считайте, что я хвастаюсь, быстрый точный набросок — скорее ремесло, чем талант. Я могу с определённым успехом заменить фотоаппарат, но это не то, чем гордятся художники. Я неплохой комиксист, мне хорошо даются геймарты, но у меня вряд ли будет персональный зал в Третьяковке.

— Зато вы идеальный наблюдатель, фиксирующий реальность в определённой фазе. Рисунок на бумаге не подвержен цифровому дрейфу и ретрокаузальности.

— Я не совсем понимаю...

— Признаюсь честно, я тоже. Просто повторяю то, что слышал. Как вам коньяк?

— Э... Хороший. Наверное. Простите, я не знаток и почти не пью. Но мне определённо стало легче, и руки уже не дрожат.

— Вы рисуйте, рисуйте, не стесняйтесь, меня это не смущает. Я же вижу, что вы еле сдерживаетесь. Это явно уменьшает ваш дискомфорт. Итак, что привело вас сюда сегодня?

— Простите, если вопрос покажется вам безумным... Я же бывал тут раньше?

— Он отнюдь не безумный, но не относится к числу тех, на который можно ответить «да» или «нет».

— Знаете, иногда кажется, что все вокруг сговорились, чтобы свести меня с ума. Почему вы не хотите ответить на простой вопрос?

— Потому что он не такой простой, как выглядит. Ответ зависит от фундаментальной философско-этической проблемы «что есть человек». Были ли вы здесь? Да. Были ли это вы? Нет. Можно свободно поменять местами ответы к этим вопросам, и ничего не изменится.

— Я нашёл блокнот, в котором нарисованы вы и ваша церковь, но не помню, как это рисовал. Как такое может быть?

— Разве это единственное, чего вы не помните?

— Не единственное, к сожалению. Может быть, я действительно схожу с ума?

— Нет, вы полностью в своём уме сейчас.

— А тогда не был?

— Были. Но в своём ли? Да-да, я понимаю, что это звучит для вас чистейшим издевательством и вовсе не соответствует тому поведению, которое люди ждут от священника. Но я очень опасаюсь навредить по незнанию. Моя роль в тех событиях более-менее случайная, я плохо представляю себе картину в целом.

— Неужели вы мне совсем ничем не поможете?

Матушка Елена:

— Дорогой, я вернулась. Здравствуйте, Роман.

— Это моя жена, Елена.

— Разве... Ах, вот оно как! Теперь понятно, почему вы пьёте тут без закуски. Роман, я сейчас разогрею обед.

— Я не голоден, спасибо.

— Это вам так кажется. Вы просто забыли, как я готовлю.

— Дорогая!

— Спасибо...

— Наши дети выросли и разъехались, у супруги осталось куча нерастраченной заботы. Пусть вас это не смущает, такой уж она человек.

— Ну что вы, это очень приятно. Елена выглядит очень доброй.

— И прекрасно готовит, так что пойдёмте к столу.

*За столом на кухне

— Руки помыли? Сегодня грибной суп. В лесу полно грибов, я каждый день собираю, пока сезон. Чувствуете, какой аромат?

— Божественно, дорогая, как всегда.

— Ешьте, пока не остыл. Сейчас хлеба нарежу. Роман, вы сейчас растеряны и обижены, но поверьте, Павел желает вам добра. Он всем желает добра.

— Дорогая!

— Я не права, дорогой? Ты желаешь добра всем, а «добро для всех» не всегда «добро для каждого».

— Я не хочу снова спорить об этом сейчас.

— А и не надо. Занимайся своими «всеми». Роман, не обижайтесь на него, у Павла свой крест, и он тоже нелёгок. Просто потерпите немного, скоро всё закончится.

— Спасибо. Суп очень вкусный. Я, пожалуй, вызову такси и поеду домой. Терпеть.

— Обиделись? Я понимаю. Сейчас кажется, что вам отказали в помощи.

— Нет, что вы. Я получил то, за чем приехал, — подтверждение, что нечто всё­-таки происходит, и не только в моей голове. Из-за этого пропала Белый Кролик, верно?

— Некоторым образом, да. Хотя всё сложнее, чем кажется.

— Так я и думал. Она была отважной и упорной. Я не такой. Пойду, подожду на улице, пока приедет моё такси.

*Кладбище

Дети

Сколько здесь легло костей,

столько будет вам гостей.

Спи спокойно, милый друг,

хороводом встанем в круг.

Будешь смирно ты лежать,

к тебе будем прихожать.

Когда встать придёт твой час,

сразу вспомнишь ты о нас.

Девочка

— Опять сидишь?

— Сижу.

— Ну и дурак.

— Да, я знаю.

— Конфету принёс?

— Какую конфету?

— Которую обещал.

— Обещал? Хотя погоди, сейчас… Вот, держи. Зачем-то взял в кафе.

— То-то же. Так что, поболтаем? Они-то тебе ничего не скажут. А я могу. Ей-то сказала.

— И где она после этого?

— А ты нешто не знаешь?

— Нет.

— Ну и дурак.

— Это ты уже говорила.

Дети

Баю-баюшки-баю,

колотушек надаю.

Колотушек двадцать пять —

будет детка крепко спать.

Поскорей умри, сынок,

стерво бросим за порог.

Тятька сделает гробок

из осиновых досок.

Снесём тело на погост,

там уж яма в полный рост.

Понесём да понесём,

закопаем в чернозём.

Девочка

— Так рассказать тебе, кто ты? В прошлый раз не захотел.

— Не надо.

— Чего так?

— Боюсь.

— Дурак-дурак, а соображаешь. Ну, передумаешь — приходи. Мы всегда где-то здесь.

— А это вообще нормально, водить хороводы на кладбище?

— Дурной? А где же ещё-то?

Дети

Здесь внизу в промозглой мгле

люди спят в сырой земле.

Чтобы крепче им спалось,

много крови пролилось.

Сгнило мясо, сгнила кровь,

не подняться людям вновь.

Черви съели им глаза,

чтобы не капала слеза.

От весны и до весны

будем видеть за них сны.

Будем есть и будем пить,

но не будем за них жить.

* Приложение такси:

Машина приедет через 5 минут.

Водитель Роберт.

Вас ожидает машина, время ожидания 10 минут.

*Церковь на болотах

О. Павел

— Привет, Роберт. Не зайдёшь?

— И тебе привет. Я на заказе, так что в другой раз. За задержки снижают рейтинг!

— А тебе не наплевать?

— Но-но! Я всегда честно исполняю официум. Так что заберу художника, пока его твои детишки не заиграли.

— И то верно. Ну, увидимся.

*Салон машины

— Ну, как съездили?

— Узнал меньше, чем хотел, но больше, чем смог понять.

— Обычное дело. Не самый плохой результат.

— Скажите, а что такое «официум»?

— Как бы попроще сформулировать... Пожалуй, временное обязательство. Когда мир смотрит на тебя и говорит: «Ты нужен здесь».

— Долг? Служба?

— Скорее, лакуна в реальности, которую ты должен заполнить, принимая ту форму, которую она потребует. Форму правителя, или жреца, или мессии, или инквизитора... да хоть даже бармена или таксиста.

— А художника?

— Запросто. Художников часто недооценивают, а они, между прочим, идеальные наблюдатели.

— В каком смысле?

— В контексте разрушения суперпозиций. Придают определённость, создают, так сказать, контрольные точки в виде твёрдых копий, не давая изменить реальность задним числом.

— А разве её можно изменить?

— Запросто. Особенно цифровую гиперреальность по Бодрийяру, она для того и придумана.

— Для чего?

— Для удешевления ретрокаузальности замещением симулякров.

— Простите, я, кажется, совсем запутался...

— Да вы, я смотрю, засыпаете! Утомил вас святой отец? Ничего, дорога дальняя, сиденье удобное...

* Разговор по телефону

— Да, я. Нет, не могу громче, у меня клиент задремал.

— Да, художник.

— Нет, всё должно происходить вовремя. Время, сама знаешь, неанизотропно.

— Нет, не появлялась.

— Сомневаюсь, что вопрос «где» вообще корректен в данном случае. Нет никакого «где» и «когда», есть только копенгагенская, Де Бройля-Бома и Байесова модели. Найди монетку с тремя сторонами, брось её, если не можешь выбрать, перезвони, когда она встанет на ребро. Всё, пока, до встречи.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: цифроформа

#drawing_heart

Знаете, зайцы, если бы художников не было, их стоило бы придумать. Ну, то есть сначала пришлось бы придумать меня, красивую, чтобы им

Они фиксируют реальность. Прибивают её как ткань обойными гвоздиками к каркасу Мироздания. Бац-бац-бац. Фигак-фигак.

Реальность, зайчатки, имеет свойство уплывать за горизонт событий, и я сейчас не про космическую физику, в которой ничего не понимаю. Я про тот видимый горизонт случающегося вокруг нас мира, который так и норовит измениться, едва отведёшь взгляд, а потом делает вид, что всегда таким и был. И вот я сижу, протирая свои прекрасные глазыньки, и думаю: «Но ведь всё же было не так! Это неправда! Я же помню!» Но нет. Диктофон врёт, галерея фоточек подсовывает что-то совсем другое. Я правда так выглядела тогда? Нет, я всегда прекрасна, спору нет, вот например:

Но, блин, зайцы, почему я в этом месте в это время? Почему отражаюсь именно в этом зеркале? Кто все эти люди вокруг? А я кто?

Шучу, шучу, а то вы подумаете, кто ваша Кроличка поехала кукушечкой. Вовсе нет, не больше обычного. А вот с миром вокруг явно что-то не так. Я пока не знаю, что, но эй, чортов мир! Я слежу за тобой!

Ладно, зайчатки, идём глубже. Цифровой мир, в котором мы с вами живём, склонен к дрейфу реальности. Да-да, ваша Кроличек и вы, её зайцы, живём именно в Цифре. Звучит как сюр, но всё так и есть: мы, как и большинство людей сейчас, цифровая форма жизни. Мы потребляем цифру, перерабатываем цифру и производим цифру. Вот вы прямо сейчас потребляете этот пост в моём бложике, чтобы переработать его внутри организма. В ответ организм выделит комментарий, то есть цифровой продукт цифровой переработки цифры. (Да, прозвучало несколько физиологичненько, что тут поделаешь.) Прочитав пост, вы проскроллите цифровые новости, прочитаете цифровую книжку, поиграете в цифровую игрушку, посмотрите цифровое кино и даже узнаете цифровую погоду за окном, в которое вам и выглядывать-то по большому счёту незачем.

Человек, зайки, это его память. То, что он помнит, — это и есть его личность. Наша память теперь цифровая, а значит, мы — цифровые личности. Хомо дигиталисы в табличной реальности цифровой вёрстки.

Тут кто-то может подумать, что Кроличка внезапно запрыгнула на табуреточку и сейчас закричит «Долой», но нет, я отнюдь не собираюсь пополнить ряды аналоговых луддитов из БЦЗ. Мне нравится Цифра. Я сама Цифра. (Разумеется, самая лучшая, умная и красивая, не просто цифра — идеальное число!)

Но всё же, зайчатки, с этим дрейфом реальности надо уже что-то делать…

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Ты куда запропал?

— Ездил в церковь, которую ты нашёл по картинке.

— Ух ты! И как?

— Ты был прав, это та самая церковь.

— И что там?

— Священник, который меня узнал, но не пожелал объяснить, когда и зачем мы виделись. Его жена, добрая женщина, которая пыталась меня накормить и утешить. У неё прекрасный грибной суп. Жутковатые дети, водящие хороводы на кладбище. Очень странный таксист, рассказывающий непонятное. Все вроде бы хотят мне добра, но никто не хочет ничего объяснить. Кроме детей, но они слишком странные.

— Зато ты не сумасшедший!

— С чего ты взял?

— Ну, раз священник видел тебя раньше, то в найденном блокноте не галлюцинации, а реальность!

— Которую я не помню! Как по мне, это куда ближе к безумию, чем рисунки того, чего не было. Я вон монстров для игр рисую, их тоже не бывает, но никто не сажает меня за это в дурдом.

— А ты их точно не с натуры рисуешь? :))) С тебя станется... Просто забываешь потом, что их видел, а рисунки остаются. Прикинь, вдруг на самом деле ты охотник на чудовищ, как эти, люди-в-чём-то, но тебе потом каждый раз стирают память...

— Тьфу на тебя! Мне совсем не смешно. И это они стирали всем память, а не им.

— Я думаю, им тоже стирали, просто в фильме этого не было, потому что никто не помнил. Вот и у тебя всё стёрто, только рисунки остаются. Они же бумажные, а не цифровые, их хрен сотрёшь!

— Угу, таксист тоже что-то такое говорил, но я не понял, засыпал на ходу. Умотала меня эта поездка так, что потом чуть не сутки продрых.

— Это всё от нервов! Расслабься! Ну, не помнишь и не помнишь, что с того? Я, если переберу, тоже ничего не помню, наверное, в наш бар вечером пятницы приходят бухать люди-в-чём-то. Примерно к пятому шоту. Так что я привык и не парюсь. Ты чем там занят сейчас?

— Перечитываю блог БК.

— Я думал, ты его уже наизусть выучил! :)))

— Я тоже так думал. Но нифига подобного. Внезапно обнаружил, что некоторые посты почему-то пропустил и вообще не помню, а тех, которые точно читал, не нахожу.

— Ой, подумаешь! Ромк, память не догма, а операционная необходимость! Просто сверяй иногда контрольные суммы…

Об этичности актуализации инфотоксичных ретроследов

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Критика актуализации инфотоксичных ретроследов чаще всего строится вокруг одного аргумента: вмешательство в целостность личности без её прямого уведомления якобы нарушает фундаментальные этические принципы. Однако эта позиция основана на допущении, что личность существует как замкнутая, самотождественная и неприкосновенная структура, в которую можно либо «вмешиваться», либо «не вмешиваться». Это допущение не выдерживает ни философического, ни эмпирического анализа.

Личность не существует вне среды. Она непрерывно формируется и трансформируется в процессе образовательных, профессиональных, социальных, и иных институциональных взаимодействий. Образование изменяет систему ценностей и когнитивные приоритеты без отдельного согласия на каждую трансформацию. Начальник, формируя рабочую иерархию, влияет на самооценку и поведенческие стратегии. Семья, партнёры, социальные нормы и государственные процедуры оставляют устойчивые следы в психике, часто гораздо более жёсткие и непредсказуемые, чем любая целенаправленная интервенция.

С этой точки зрения вопрос стоит не в том, допустимо ли вмешательство в личность, а какое вмешательство мы считаем приемлемым. Отказ от актуализации инфотоксичных ретроследов не означает невмешательства. Наоборот, он сохраняет наиболее грубые, случайные и зачастую травматичные формы воздействия, которые личность получает через насилие среды, экономическое давление, стихийные социальные конфликты и неконтролируемую ретравматизацию памяти.

Актуализация памяти принципиально отличается от этих форм. Она не навязывает новых

Аргумент о «неуведомлённости» также требует уточнения. Большинство значимых трансформаций личности в течение жизни происходит без прямого информированного согласия. Ребёнка не спрашивают, согласен ли он на язык, культуру и образовательную систему, в которой он вырастет. Молодого специалиста не уведомляют о всех психологических последствиях карьерных решений. Тем не менее эти процессы признаются этически допустимыми, поскольку их цель — интеграция и адаптация, а не контроль ради контроля.

В этом контексте актуализация инфотоксичных ретроследов выглядит как более гуманная форма того же самого неизбежного процесса. Она заменяет социально стохастическое воздействие среды на личность управляемым, научно обоснованным и обратимым вмешательством. Вместо того чтобы позволять прошлому случайным образом калечить человека через повторяющиеся триггеры, система рационально снижает их разрушительный потенциал.

Этически значимым становится не сам факт вмешательства, а его направленность и последствия. Если результатом является снижение тревожности, восстановление агентности, уменьшение антисоциального поведения и повышение способности к осознанному выбору, то отказ от такого вмешательства выглядит менее гуманным, чем его применение. В этом смысле апелляция к «целостности личности» часто маскирует защиту status-quo, в котором личность уже подвергается постоянным, но неконтролируемым воздействиям.

Таким образом, актуализация инфотоксичных ретроследов делает этику операционной. Мы учитываем, что личность всегда формируется через следы, и заменяем слепое накопление травмирующих воздействий бережной, минимально достаточной коррекцией. Это способ вернуть автономию там, где прошлое лишило человека возможности жить в настоящем.

Глава 14. Операционная когнитивная модель

Права цифровой личности

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Когда цифровая среда стала основным пространством социальной жизни, сам собой встал вопрос о признании прав цифровой личности. Изначально он воспринимался в узком контексте постмортемной памяти, то есть сохранения цифрового следа умершего. Было очевидно, что таковой продолжает оказывать эмоциональное воздействие на живых, а значит, его удаление сопоставимо с внезапным исчезновением человека из социальной реальности. Своего рода «повторная смерть», создающая дополнительный стрессовый фактор. Так общество признало, что цифровая личность не исчезает автоматически со смертью автора.

Но если цифровая личность обладает агентностью после смерти, то она тем более обладает ею при жизни! Приходится признать, что сетевое альтер эго, то есть цифровая идентичность, функционирует как устойчивый социальный агент, включённый в ожидания, аффективные связи и поведенческие паттерны других людей.

Свобода в цифровой среде имеет взаимный характер через короткую петлю обратной связи. Создавая и поддерживая публичную цифровую личность, человек вступает в асимметричные отношения доверия: его аудитория инвестирует своё внимание и время, формируя устойчивые ожидания. Исчезновение же альтер эго действует как травматичное нарушение агентской ответственности. Цифровой след фактически стал распределённым агентом, обладающим собственной социодинамикой за счёт коллективного участия (эмореакций и комментариата), и, как любой агент, должен подпадать под процедурное регулирование.

В дальнейшем эта логика была расширена до признания ограниченных прав цифровых идентичностей, которые получили статус защищаемого объекта. Она включает в себя право на непрерывность, на корректную актуализацию, на защиту от диссипации. Автор перестал быть единственным распорядителем, поскольку социальная значимость альтер эго выходит за границы его агентной ответственности.

Таким образом, обоснование прав цифровой личности сегодня строится на признании новой формы социальной реальности, что стало одним из первых шагов на пути адаптации правовой системы к Цифре.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, жужжу, жу-жу-жу

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: пакетик с пирожками

#deep_fucking_existential_dread

нас после смерти возвращает

всегда на главное меню

тогда активна кнопка дальше

и недоступен пункт назад

в углу экрана слишком мелко

нарисовали логотип

и непонятно чья франшиза

кто разработчик чей движок

наверное всё это в титрах

покажут если доиграть

но не кликабелен геймовер

а кнопки выход вовсе нет

* Автор закрыл комментарии к записи.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, худоёжник! :)))

— Превед, андед!

— О, ну наконец-то! А то я уже решила, что тебя там-таки съели!

— Нет, меня наоборот накормили. Грибным супом.

— Вкусным?

— Очень.

— Значит, не зря съездил?

— Наверное. Не знаю.

— Хм... Как-то не чувствую в тебе радости бытия. Что-то пошло не так?

— Наверное, у меня были завышенные ожидания. Отчего-то я надеялся получить какие-то ответы, а на самом деле даже вопросы придумать не смог. Учитывая счёт за такси, это был чертовски дорогой грибной суп. Хотя вкусный.

— Ты как с голодного края! Что-то кроме супа было?

— Дети были.

— В церкви? Хор мальчиков-зайчиков?

— Нет. На кладбище. Они водили хороводы вокруг могил, играли в какую-то игру и пели песни.

— Ничего себе. Сюрное, должно быть, зрелище.

— Не то слово. Лес, болото, кладбище, дети. Хоррор-вайб.

— Ну, для детей это норм. Я где-то читала, что дети не осознают свою смерть и для них в этом нет такой жути, как для взрослых.

— Свою смерть никто не осознаёт, я думаю. Пока ты что-то осознаешь, ты жив, а когда умер, то осознавать уже некому.

— Да, я просто неудачно выразилась. Дети не знают, что смертны. Им сказали, конечно, но детская голова слишком маленькая, в неё смерть не вмещается. Поэтому они такие бесстрашные и безжалостные. Надеюсь, ты не стал водить хороводы с ними?

— Нет, я не очень хорошо танцую. Просто поболтал с одной девочкой.

— И ЧТО ОНА ТЕБЕ СКАЗАЛА?

— Ты чего кричишь?

— Прости, случайно капс нажала. И всё же?

— Предложила что-то про меня рассказать.

— Надеюсь, ты не согласился?

— Нет. Почему-то страшно стало.

— Уф. Молодец.

— Разве? Я вот сейчас вспоминаю и не могу понять, зачем отказался. Приехал за ответами, а когда мне их предложили, испугался чего-то.

— Правильно отказался. Странные девочки с кладбища не говорят ничего хорошего, поверь мне.

— Проверяла?

— Да. Не

— Ладно, как скажешь. Буду считать, что у меня сработала интуиция. Хотя на самом деле всё было как во сне. Сам себе удивляюсь, обычно я так себя не веду. Я вообще в последнее время словно сам не свой.

— А чей?

— Не уверен. Может быть, ничей. А может, наоборот, внезапно востребован. Чувствую себя ключом, который засунули не в тот замок и пытаются провернуть силой.

— Почему не в тот?

— Без понятия. Ощущение. И знаешь что? Мне кажется, что я вот-вот провернусь.

— Это плохо?

— Сложно сказать. Это странно. Я тут перечитываю блог БК...

— Опять?

— Оказалось, что я не всё читал. Есть записи, которые я раньше не видел, потому что... Неважно, долго объяснять. И они такие, словно она... сломалась, что ли? Обычно БК очень позитивная, что бы ни происходило. Уверенная в себе, напористая, бесстрашная, неунывающая. А тут... Словно не она писала. А может быть, наоборот, именно в этих постах проглядывает она настоящая. Живая девушка с её тревогами, настроениями, страхами, грустными стихами... одиночеством, наверное, даже.

— Ты думаешь, она была одинока?

— Не знаю. Она никогда не писала об отношениях. Мне кажется, хотя ей стоило поманить пальчиком и у её ног была бы очередь подползающих, при этом она ощущала себя одинокой.

— Ты такой романтик! Это так мило!

— «Романтик» эвфемизм к «дурачок»?

— Дурачки не знают слово «эвфемизм»! А ты просто немного наивный.

— Но-но! Я практически Детектив Ром!

— Детектив Ром, я уверена, заметил бы одну интересную деталь в блоге БК.

— Какую?

— Вот, посмотри на это фото. Ничего на ум не приходит?

— Я видел его, и что?

— Смотри: такая одинокая, сильная независимая девушка. Курит, выпивает, сидит одна в портовом баре... Так?

— Ну... Типа того. Где подвох?

— Кто это снимал?

— В смысле?

— В прямом. Это НЕ селфи. Фото сделано с небольшой дистанции кем-то сидящим за этим же, максимум соседним, столиком. Нигде в посте ни слова о том, что она была там с кем-то, наоборот, эта нарочитая нотка одиночества... Ах! Каждый подписчик мог вообразить себе, что однажды сядет рядом с этой красивой, но такой одинокой девушкой, подставит своё крепкое мужское плечо, на которое склонится эта рыжая голова... Но если присмотреться, то видно, что многие фото в блоге сделаны с расстояния. А поскольку они моментально оказывались у неё, то это точно не посторонний человек. Скорее всего, они даже сделаны на её телефон. Вряд ли она его вручала случайным людям за соседними столиками, верно?

— То есть у БК был помощник? Странно, что никто не обратил на это внимания. Я сто раз видел эти фото, и не я один — множество подписчиков. И вообще никому в голову не пришло!

— Она умела заморочить голову, да? Демоническое обаяние! Недаром ты до сих пор в неё влюблён по уши!

— Не преувеличивай! Просто слегка увлечён загадкой личности. Я же игру делаю, мне положено!

— А ты не думал, что большинство загадок БК перестают быть такими загадочными, если представить себе, что это коллективный проект?

— Ну... Что-то в этом есть, да. По крайней мере становится понятно, почему её не могут узнать на фото. Если на самом деле там был кто-то другой... Но зачем?

— Донаты, например. Люди охотнее раскошеливаются романтичной красивой одинокой девушке, чем какому-нибудь умнику, придумавшему всю эту схему.

— Ты разбиваешь мне сердце! ☹️

— Я не настаиваю, что это именно так. Но, возможно, именно разлад в команде стал причиной того, что проект был свёрнут.

— Почему ты такая циничная? ☹️

— Кто-то же должен.

— А как же все эти расследования? Кто тогда их проводил?

— А ты уверен, что это не было постановкой так же, как фото?

— Я уже ни в чём не уверен. Ты отравила мою чистую невинную душу художника ядом своего скепсиса! ☹️

— Ну извини! Вот такая я плохая девочка! Не всем же быть заиньками, которых загипнотизировал кролик! Причём, не исключено, что кролик выдуманный. Так и бегут за ним — вниз по кроличьей норе!

— Вот уйду с горя в запой, будешь знать!

— Ты же почти не пьёшь?

— Специально начну! В конце концов, что за художник без запоев?

— Ладно, ладно, не надо отчаиваться. Я разгреблась с делами и готова с тобой встретиться. Если ты, конечно, не разочарован моим цинизмом и не передумал.

— Ты ужасно циничная, но я потерплю! Где и когда?

— Если ты ничем не занят, то в шесть вечера сегодня.

— Я же художник, мы все бездельники с кучей свободного времени на творческую прокрастинацию.

— Правда?

— Нет. Точнее, да, но это уравновешивается дедлайнами по заказам. В общем, я в твоём распоряжении.

— Тогда до встречи, Худоёжник!

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Мих, привет.

— О, Ромка, давно не писал. Чо как?

— У меня будет свидание!

— Э... Я должен позавидовать или что? Вопреки распространённым анекдотам о программистах, у меня бывали свидания. Но если ты ждёшь от меня советов, то обратился не по адресу. На основе своего опыта я могу разве что рекомендовать не рассказывать девушке про кодинг на питонге, но ты и так вряд ли будешь это делать.

— Ну да, я от смущения уткнусь носом в блокнот и буду рисовать как ненормальный.

— Почему «как»? Но некоторым девушкам нравится, когда их рисуют. Наверное, даже многим. Подозреваю, такие встречаются чаще, чем интересующиеся питонгом. А что за девушка?

— Это Белый Кролик!

— С ником «Андед рэббит»? Вообще-то не все кролики одинаково полезны. Что эта девица — БК, исключительно твоя собственная идея. Я вот даже не уверен, что это вообще девица. В интернете полно анонимных психов. Смотри, чтобы тебя не расчленили и не бросили в залив в пяти разных пакетах.

— Почему именно в пяти?

— Ты худой, поместишься. На меня ушло бы минимум восемь. В общем, молодец, что написал, будет что сообщить

— Эй, я уже встречался с этой девушкой!

— И это ты знаешь только с её слов.

— У меня есть рисунки!

— У тебя куча рисунков Детектива Рома, например. И это я уже не говорю про монстров, которых ты рисуешь для игр. Как по мне, они выглядят убедительнее, чем наброски из бара. Детализация, проработка, цвет...

— Так это же под заказ, там ТЗ такое.

— Ничего не знаю. Если бы я оценивал реальность по твоим рисункам, то скетчи из бара по достоверности даже в первую сотню не войдут. А вот монстры... Ты точно не тайный охотник на чудовищ? Какой-нибудь супергерой? Когда город погружается в сон, ты надеваешь маску ёжика, плащ из занавески, и...

— Прекрати. Есть рисунки и есть рисунки. И я прекрасно знаю, чем одни отличаются от других. Детектива Рома я выдумал, монстров рисую за деньги, а наброски в блокноте с натуры.

— А вот если бы ты, как все нормальные люди, снимал телефоном...

— То что? Цифра не фиксирует реальность. Неужели ни разу не сталкивался с тем, что смотришь на фото и не можешь вспомнить, где и когда это снял?

— Да сто раз. Волшебная сила алкоголя.

— Я больше доверяю своим рисункам. Их, по крайней мере, делал точно я, и никакая нейросеть не изменит ничего в моём блокноте.

— Ретроград-бумагомарака! Ладно, удачного свидания. Напиши потом, как прошло. Надеюсь, загадочность не передаётся половым путём.

— Эй, это просто встреча!

— Всегда стоит надеяться на лучшее. Вдруг она не сможет устоять перед твоими скетчами? Захочет попозировать без одежды, а там и...

— Прекрати! :)))

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: лежим и дрейфим

#drawing_heart

«...На море клипер, на клипере шкипер, у шкипера трипп...» — в общем, заиньки мои, не ведитесь на моряцкую харизму. Мало ли чего они там у дальних берегов на винт намотали?

После этого во всех смыслах полезного и жизнеутверждающего совета, отнюдь, кстати, не основанного на личном опыте, я пытаюсь вспомнить, с чего я вообще это написала. А, да, моряки. Моряки не дрейфят, а дрейфуют. Ложатся в дрейф и лежат, лежат... Как чёртова реальность, которая тоже иногда ложится. Не то в дрейф, не то в синий экран цифровой смерти.

Вы спросите, зайчатки: «Чего это Кроличку понесло на такие заморочи?» Отвечаем: «Во всём виновата наука». Точнее, профессор Мейгольц, к которому я периодически забегаю проконсультироваться по вопросам жизни, Вселенной и всего остального. Чисто на всякий случай, ведь ответ (42) мне известен. (Я вообще очень умная. И красивая. И очень. И вообще.)

Профессор рассказал мне о «симулякрах». Философ Бодрийяр, даром что француз, придумал насчёт них целую теорию ещё тогда, когда никакой цифры толком не было, всё вокруг было трогательно аналоговым и до отвращения реальным. Так вот, «симулякр» Бодрийяра — это «копия, у которой нет оригинала». Почему она тогда не оригинал? Не знаю, спросите у Бодрийяра... А, да он, наверное, умер. Мне этот вопрос пришёл в голову только сейчас, и если я его не забуду, то в следующий раз спрошу у Мейгольца. В тот момент мне показалось интересным другое: чем больше симулякров, тем меньше реальности! Я даже записала четыре стадии этого дрейфа:

1. Отражение реальности. Это как в зеркале, когда вроде бы там я, и только смутное ощущение, что не совсем.

2. Искажение реальности — это как селфи с фильтрами. (Нет, я выше этого, моя красота несомненна.)

3. Маскировка отсутствия реальности — типа добрых ботов милейшей нашей Цифры, которых официально как бы не существует, но ведь не может же быть, чтобы это люди были такими хорошими?

4. Чистый симулякр — это когда никакой реальности за явлением и вовсе не стояло. Симуляция симуляции в симуляции, если вы меня понимаете.

В общем, зайчатки, сегодня я немножко бодриярка. Или бодрияровка? (Хм... Хороший бренднейм для крепкой настойки, если что, чур, мне доля с продаж!) Мне кажется, что куда ни сунься, везде какие-то симулякры всего. Чем дальше, тем меньше вещей, в которые я могу ткнуть пальцем, сказать «Это реальность!» и даже, может быть, испортить об них маникюр. Всё больше того, в чём я совершенно не уверена. Это малость напрягает, зайцы. Реальность дрейфует, а я дрейфлю.

Основы взаимодействия с миром

Цифровой курс для начальной школы

Описание: это предмет о том, как мы вместе понимаем мир и что делать, когда он ведёт себя не так, как мы ожидали.

Вводный урок: «Как мы живём и принимаем решения»

Сегодня мы поговорим с вами о том, почему мир часто ведёт себя не так, как мы ожидали, и что с этим делать.

Мы живем исходя из модели мира, которая есть у нас в голове. Не рассчитываем каждый шаг заново, а действуем «по привычке». Выходя из дома в школу, вы заранее знаете маршрут, которым пойдёте, и это позволяет экономить ресурсы, думая по пути о чем-то своём. Но иногда что-то идёт не так: дорога перекопана, автобус сломался, приятель, с которым вы ходите вместе, заболел. Это требует от вас пересмотра модели.

Поэтому человек должен быть готов постоянно обновлять своё понимание мира, а не цепляться за последовательности действий, переставшие быть актуальными. Учиться на своём опыте и меняться вслед за миром.

Здесь важно понять, что ошибаться — нормально. Ошибка — не повод для стыда. Мир всегда сложнее, чем наше представление о нём, потому что он больше, чем мы. Отказ признавать ошибки и обновлять ожидания приводит лишь к углублению расхождений между внутренней моделью и реальностью, а значит, ошибок становится больше.

Когда-то люди считали, что мир познаваем, а значит, ошибается тот, кто мало знает или плохо учился. Это породило традицию «ругать за ошибки», которая сейчас выглядит смешно, но всё ещё сохраняет психологическую инерцию. В современном обществе мы не спрашиваем «Кто виноват?», а выясняем, как мы должны обновить свои ожидания, чтобы избежать этой ошибки в дальнейшем. При

На следующих уроках мы будем говорить:

— как люди вместе делают мир понятнее;

— почему не всё, что мы помним, актуально;

— почему важно сомневаться;

— как принимать решения, если однозначно правильного ответа нет.

А пока запомните эту мысль:

Мир — это не задача с ответом в конце учебника. Мир — это разговор, и вы — его участники.

На сегодня всё.

Глава 15. Смена мотивационной архитектуры

Почему QBism-социумы не подвержены «благополучному дистрессу»

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

В доцифровых «обществах позднего благополучия» наблюдалось такое социальное явление, как Affluent Disorientation Paradox (ADP). Оно проявлялось в том, что по мере роста материальной обеспеченности граждан субъективное чувство счастья в обществе устойчиво снижалось. Причиной этого было падение «смысловой наполненности», то есть, фактически, исчезновение необходимости преодоления. Жизнь при этом становилась комфортной и безопасной, но экзистенциально «пустой». Первоначально это сильно недооценивалось, поскольку управленческая инерция ставила на первое место материальные факторы, но впоследствии стало очевидно, что ADP несёт в себе значительный негативный потенциал, приводящий в пределе к разрушению того благополучия, которое его породило.

В цифровом обществе, сформированном на принципах QBism и актуализируемого прошлого, этот эффект утратил эмпирическую значимость. Причина изменений кроется в актуализации источников смысла. В традиционных обществах он формировался исходя из дефицитности ресурсов и заключался в его преодолении. Неравномерное распределение общественных благ поддерживало постоянное экзистенциальное напряжение, завязанное на биологические механизмы выживания. Благополучие разрушило эти механизмы, не предложив никакой замены, но в QBism-обществе смысл больше не привязан к социальной конкуренции, возникая в самом акте агентного взаимодействия. В парадигме QBism человек не «потребляет» жизнь, а участвует в её становлении, находясь в поле агентной ответственности.

Вторым фактором стало исчезновение онтологического давления прошлого. В традиционных обществах благополучие парадоксально усиливало дезориентацию: в отсутствие внешних угроз на первый план выходили необратимые ошибки и упущенные возможности. В системе актуализируемого прошлого токсичные ретроследы теряют побудительную силу, что резко снижает фоновую экзистенциальную тревожность — один из главных компонентов субъективного несчастья.

Третьей причиной стала смена мотивационной архитектуры. В монетарно­конкурентных обществах мотивация строилась на условной «успешности». При достижении всеобщего благополучия «успешность» обесценивается. В QBism-парадигме мотивация смещается к процессуальной значимости, а ценность создаётся в агентной динамике, что поддерживает в обществе ровный фон онтологического напряжения.

Важно и то, что сама цифровая среда перестала быть пассивным пространством потребления. Она функционирует как проактивный медиатор, постоянно предлагающий ситуации выбора. Человек регулярно сталкивается с задачами, где нет правильного ответа, но есть возможность обновить своё понимание мира. С точки зрения когнитивной науки именно такая умеренная неопределённость является оптимальной для субъективного благополучия: она поддерживает интерес без перегрузки стрессом.

Также QBism устранил ключевой социальный катализатор Affluent Disorientation Paradox — сравнение. В условиях демонетаризации и утраты фиксированных иерархий люди перестали измерять жизнь через универсальные шкалы успеха. Субъективное счастье больше не зависит от позиции в абстрактном рейтинге, оцениваясь через качество собственного взаимодействия с миром.

Эмпирические исследования показывают, что в современном обществе фиксируется устойчивый рост показателей субъективного благополучия при одновременном снижении экзистенциальной апатии. Люди описывают свою жизнь не как «лёгкую», а как «осмысленную», «интересную», «вызывающую желание жить».

Affluent Disorientation Paradox исчез, когда благополучие перестало быть конечной точкой. В цифровом QBism-обществе оно стало фоном для жизни, в которой смысл возникает в ежедневном обновлении агентных ожиданий.

Игра. Сцена в кабинете профессора Мейгольца

Детектив Ром, профессор Мейгольц:

— Детектив? Никогда не встречал детективов. Мне казалось, что частный сыск существует только в антикварных комиксах. Нуар, джаз, сигары, виски, стильные шляпы, вот это всё.

— У меня есть шляпа, и она стильная.

— Да, шляпа правильная. Будем считать, что этого достаточно. Вы же разыскиваете ту барышню? Полковник Семёнов попросил с вами поговорить.

— Да, именно так. Рыжую девушку, известную как Белый Кролик.

— Знаете, она не раз говорила, что я похож на Зловещего Учёного из комиксов, а вы, оказывается, просто классический комикс-детектив. По законам визуальной эстетики повествования мы были обречены встретиться.

— Вы так говорите, словно мы персонажи какой-то истории.

— Не какой-то, а визуальной новеллы, это важно. Вы знаете, что они снова вошли в моду? Ваш ретровайб с этой шляпой чертовски актуален.

— Почему важно?

— Потому что истории писателей, сценаристов и художников очень отличаются. Если понимаешь, часть какой истории тебя догнала, это многое упрощает.

— То есть у нас тут комикс?

— Визуальная новелла, это близко, но не совсем то же самое.

— В чём разница?

— Больше саспенса, меньше действия. И, как несложно заметить, у нас не вылетают изо рта облачка с буквами.

— Да, действительно, не вылетают. Это, наверное, было бы неудобно. Они закрывали бы обзор, демаскировали засады и мешали целиться.

— Вот, вы понимаете. Итак, что вы от меня хотите, Детектив Ром?

— Как персонаж от персонажа? Или поговорим уже серьёзно?

— Вы напрасно недооцениваете серьёзность повествовательного подхода, но я прощаю вам это за стильную шляпу. Выбирайте формат беседы сами. Давайте сделаем вид, что это обычная городская история. Пропала девушка, полиция развела руками, кто-то нанял детектива... Кстати, кто?

— Тайна клиента.

— Жаль, жаль, это, может быть, самое важное.

— Почему?

— Не хочу учить вас вашему ремеслу, но, как известно, «правильный вопрос содержит в себе половину ответа». В данном случае личность того, кто ищет девушку, является половиной ответа на вопрос, почему она пропала.

— Можете как-то пояснить эту мысль?

— Я наверняка не первый, к кому вы пришли в её поисках. Можете не отвечать, это достаточно очевидно хотя бы потому, что за вас просил полковник Семёнов. Как минимум у него вы уже были. Значит, вы не могли не отметить, некоторые... хм, особенности вашей потеряшки. Точнее, того, как воспринимают её люди.

— Определённые странности свидетелями упоминались.

— И как бы вы их сформулировали?

— Вы не перепутали, кто из нас детектив?

— Да ладно, вам же несложно! Если сказать что-то вслух, витающие в воздухе идеи некоторым образом актуализируются. Попробуйте. Что именно вас больше всего удивляет в этом деле? Первое, что приходит в голову, ну!

— Иногда мне кажется, что никакой девушки не было.

— Вот! Сразу в точку! Вижу, что голова у вас не только для того, чтобы шляпу носить!

— Но ведь это абсурдно. Есть люди, которые с ней общались, взаимодействовали, имели общие дела. Вы же сами знакомы! Белый Кролик неоднократно ссылалась на вас как на научного консультанта, писала, что виделась с вами!

— И тем не менее, вас не оставляет ощущение, что девушки не было. Почему?

— Отсутствие материальных следов. Она нигде не попала на камеры, её никто не сфотографировал, ни один человек не может детально описать её внешность. Есть только фотографии в блоге, которые выложены ею же самой и могут быть чьими угодно. Свидетели их не опознают. Поверьте детективу, это практически невозможно.

— О, охотно верю! Теперь вы понимаете, почему так важен заказчик вашего расследования? Кто может разыскивать столь неуловимую и даже, не побоюсь этого слова, эфемерную личность? Наверняка этот человек должен что-то про неё знать! Что-то конкретное и важное, ведь ваши услуги, надо полагать, не бесплатны.

— Спасибо за совет, но, может быть, всё же вернёмся к вам? Какие отношения связывали вас с девушкой?

— Отношения с девушкой, в существовании которой вы не уверены?

— Вам весело? Вы, я вижу, не очень расстроены фактом её исчезновения?

— О, я подозреваемый? Шучу-шучу, разумеется, в визуальной новелле Зловещий Учёный всегда выглядит подозрительно. Но если бы вы практиковали повествовательный подход, то понимали бы, что этот персонаж может быть пособником злодея, но сам никогда не злодей.

— А кто злодей?

— Чаще всего это невнятный тёмный силуэт на заднем плане, который всегда остаётся загадочным и безнаказанным, потому что читатели ждут продолжения.

— А если серьёзно? Я про девушку, а не про комиксы.

— Забегала иногда. Задавала вопросы. Ничего такого, что вы могли бы записать в «отношения», разумеется, не было. Я интересовал её как источник информации.

— Информации о чём?

— Её волновали самые разные темы и неожиданные аспекты современной науки. Она, как ни странно, предпочитала сразу спрашивать у меня, а не искать информацию в Цифре. Очень любознательная была особа.

— Вы упорно говорите о ней в прошедшем времени. Это что-то значит?

— Я не думаю, что мы когда-либо ещё увидим Белого Кролика. Вы её не найдёте, детектив.

— Почему?

— Потому что, как вам правильно подсказывает интуиция, искать по сути некого.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, не жужжу, лажу на верёвочке вожу

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: стишата кипишат

#deep_fucking_existential_dread

Скоро-скоренько гроза.

Закрываю я глаза.

Будет ливень, будет дождь,

смоет грязь и смоет ложь.

Небо станет как синяк,

воздух не вдохнуть никак.

И когда придёт вода

я исчезну навсегда.

*Автор закрыл комментарии к записи.

Сцены и диалоги. Белый Кролик

* Машина, церковь, кладбище, Роберт, БК

— Спасибо за поездку, Роберт. Каждый раз удивляюсь, как вы ухитряетесь не застрять в этом болоте. Поставлю пять звёзд, когда сеть появится.

— Буду очень благодарен.

— Правда? Вам важна оценка, или вы всё-таки «таксуете для души»? Кажется, вы единственный таксист, который мне этого не говорил, при том, что вы как раз тот, кому я могла бы поверить.

— Я таксую, потому что таксист, это же очевидно. Таковы правила, так устроен мир, таков порядок.

— О, так вы апологет порядка?

— Не всем же играть на стороне хаоса. Пойдёмте, нам туда, по дорожке.

— Вы разве не уедете прямо сейчас?

— Нет. Приму участие в церемонии.

— А как же заказы и всё такое?

— Тут всё равно нет сети. Пока не выберусь на трассу, я вне доступа.

* Кладбище, рядок могил, мрачные копатели, отец Павел, маленькие гробики, дети

— Здравствуй, рыжая бестия. Хорошо, что приехала. Привет, Роберт. Сейчас начнём.

— Какие маленькие...

— От тел не так много осталось. Только кости, которые полиция нашла в засыпанном колодце в подвале.

— А кто эти странные люди?

— Просто землекопы, из местных. Не сам же я копал могилы.

— Не знала, что тут есть какие-то «местные». На карте ни одного села вокруг.

— Карты не всегда отражают истину.

— А кто эти дети?

— Просто дети.

— Зачем детям смотреть, как хоронят детей?

— Чтобы знать, что всё закончилось.

Отец Павел

— От Матфея восемнадцать, десять, четырнадцать:

«Блюдите, да не презрите еди́ного от ма́лых сих:

глаголю бо вам, я́ко А́нгели их на небесе́х

всегда́ ви́дят лице́ Отца́ Моего́ Небе́снаго…

Так несть во́ля пред Отце́м ва́шим Небе́сным,

да поги́бнет еди́н от ма́лых сих».

Мы стоим у гробов тех, чья жизнь прервалась, почти не начавшись. Сказано было: смерть — не от Бога, и насилие — не Его воля.

Господь сказал: «Несть воля Отца Небесного, да погибнет един от малых сих». Эти слова напоминают нам, что мир жесток к слабым, люди безжалостны друг к другу, но не волей Его, а свободой своей.

Мы не знаем путей Божиих и не берёмся толковать, почему зло так часто оказывается сильнее. Мы молимся сегодня не о прощении грехов, а о покое невинных. Там, где не было выбора, не может быть вины. Там, где не было слов, не требуется оправданий.

Пусть этот покой будет для них тем, чего им не дал мир, а для нас напоминанием, что зло всегда совершается среди живых и всегда требует ответа. Упокой, Господи, души раб Твоих, и да не будет эта тишина напрасной. Аминь.

(Читает молитву над гробами.)

— Боже духов и всякия плоти,

смерть поправый и диавола упразднивый,

и живот миру Твоему даровавый:

Сам, Господи, упокой души усопших младенцев сих,

в месте светле, в месте злачне, в месте покойне,

отнюдуже отбежа болезнь, печаль и воздыхание.

Всякое согрешение, содеянное ими словом, или

или помышлением,

яко Благ и Человеколюбец Бог, прости:

яко несть человек, иже жив будет и не согрешит.

Ты бо един без греха,

правда Твоя — правда во веки,

и слово Твоё — истина.

Яко Ты еси воскресение, и живот, и покой

усопших младенцев сих,

Христе Боже наш,

и Тебе славу возсылаем,

со Безначальным Твоим Отцем

и с Пресвятым, и Благим, и Животворящим Твоим Духом,

ныне и присно и во веки веков.

Аминь.

Дети (Поют литию.)

— Со духи праведных скончавшихся

души раб Твоих, Спасе, упокой,

сохраня́я их во блаже́нной жи́зни,

я́же у Тебе́, Человеколю́бче.

В поко́и Твое́м, Го́споди,

иде́же вси́ святии́ Твои́ упокоева́ются,

упоко́й и души́ раб Твои́х,

я́ко Ты еси́ еди́н Человеколю́бец.

* Кабинет отца Павла. Павел, Лена, БК, Роберт, накрытый стол

О. Павел

— Выпьем за упокой невиноубиенных младенцев сих. Роберт?

— Таксисты и бармены не пьют на работе. Но пусть дети покоятся в мире. Или как получится.

— Ты циничен, как всегда.

— Работа вредная.

БК

— А почему их похоронили тут, у вас?

— Правильное место. Здесь они обретут хотя бы тот покой, который им доступен.

— Это какое-то специальное кладбище, да?

— Можно сказать и так.

Роберт

— По крайней мере городу не пришлось платить за похороны и службу. Бюрократы сэкономили бюджет.

Лена

— Не надо, Роберт. Дело не в деньгах, как вы прекрасно знаете. По крайней мере, не пришлось давать взятку, чтобы их не закапывали в общей яме на неосвящённой земле.

БК

— А вы даёте взятки?

О. Павел

— Бывало. В бесцифровых зонах бытовая коррупция вполне обычна, а это, подходя формально, нарушение полицейской процедуры захоронения бесхозных останков. Но чаще удаётся договориться, всё-таки авторитет Церкви, да и моральные императивы работают. Если можно поступить правильно, и тебе это ничего не стоит, то большинство пойдёт навстречу.

— А вам это зачем?

— Таково моё служение, рыжая бестия. Помянем!

— Помянем!

— Помянем!

— Помянем!

БК

— Отец Павел, курить за оградой?

— Можешь просто выйти на улицу.

— Спасибо.

БК курит у церкви, дети играют. Девочка (Подходит.)

— Спасибо, что забрала их оттуда.

— Я? Кого? Откуда?

— Поиграешь с нами?

— Нет, я уже взрослая.

— Разве? А сколько тебе лет?

— Больше, чем тебе, но меньше, чем твоей маме.

— Это неправда.

— Что именно?

— Всё. Как мама звала тебя в детстве?

— А тебе зачем?

— Не мне, тебе. Вспомни!

— Э...

— У тебя была любимая игрушка? Какая?

— Это важно? Не помню.

— Совсем простой вопрос: как зовут твою маму?

— Что? Ты серьёзно, мелочь?

— Да. Ты помнишь?

— Э...

— Где она сейчас? Как давно ты с ней разговаривала? Где она живёт? Кем работает?

— Ты очень странная девочка.

— А ты?

— И я, наверное, тоже.

— Тогда пошли играть?

— Нет, что-то мне как-то невесело.

— Так и игры у нас невесёлые.

— Тогда зачем вы в них играете?

— А что ещё нам делать?

— Что-то мне не хочется с вами играть. Прости, но мне стало не по себе. Пойду я.

Дети (Поют.)

Если ты не помнишь мать,

приходи сюда играть.

Встанешь с нами в хоровод,

спляшем посреди болот.

Выколю тебе глаза,

чтоб не видел образа.

А когда зашью я рот,

то он больше не соврёт.

Если с нами в кружок сесть,

то узнаешь, кто ты есть.

Если хоровод водить,

не захочешь уходить.

Девочка

— Тебе пора узнать. Слушай…

БК (Вернувшись.)

— Отец Павел, что-то мне как-то нехорошо...

Лена

— Ты с детьми, что ли, болтала? А ты, дорогой, её не предупредил?

Павел

— На вот выпей. Быстро, залпом.

— Я не могу вспомнить... Никогда не задумывалась, я ведь не могу...

— Ещё стакан. Вот так. Легче?

— Да... Но я правда не...

— Ничего, ничего, это пройдёт. Вернёшься в город, в Цифру, и постепенно отпустит. Роберт, отвези её, пожалуйста.

— Но как... Почему? Кто я? Что я такое?

— Не задумывайся, вот лучше ещё выпей. Пей-пей, тебе сейчас на пользу.

Роберт

— Пойдёмте в машину, девушка, пора вам домой. Не волнуйтесь, отвезу быстро.

(В машине.)

— Сейчас спинку откину, можете спать. Я разбужу, как приедем.

— Спасибо. А вы... знаете, что со мной не так?

— Знаю.

— Скажите!

— Что бы я ни сказал, вы всё равно этого не вспомните. Ничего страшного, к этому постепенно привыкаешь, поверьте.

— К чему?

— Да ко всему, в общем. Спите спокойно, сиденье тут чертовски удобное.

Общество без родителей

Исследование QBism aposteriori Co

В рамках QBism-парадигмы в обществе зафиксировался интересный социально-психологический феномен, условно обозначаемый как «общество без родителей». Речь идёт не о разрушении семьи, а о прерывании операционной преемственности поколений на уровне когнитивной идентичности.

Поколенческий разрыв — это амбивалентный ретрослед, представляющий собой типичный платоновский фармакон. С одной стороны, отношения родитель–ребёнок являются источником базовой социализации. С другой, представляют собой травматичный опыт формирующего принуждения, закрепляющий асимметрию власти. В парадигме актуализируемой памяти такие ретроследы признаются инфотоксичными, поскольку продолжают влиять на поведение субъекта в условиях, где контекст (зависимость от родителей) давно утрачен.

Ещё одним стресс-фактором становится экзистенциальная нагрузка, связанная со старением родителей и неизбежностью их утраты. В обществе социального позитива любое напоминание о смерти подлежит актуализации и ослаблению операционного веса, но включённость в родительский контур этому препятствует.

Это противоречие привело к тому, что родители утратили статус значимого элемента актуальной идентичности, а вертикальные связи между поколениями ослабли. Передача смыслов между ними заместилась институциональными каналами: образовательными проектами, сообществами по интересам, профессиональными и проектными связями. В общем смысле — цифровой средой.

Этот феномен придал обществу дополнительную динамику, убрав из операционного контура нормативную инерцию. Социальные изменения не нуждаются в условном «родительском одобрении», поэтому происходят максимально быстро и нетравматично. QBism-актор пересчитывает ожидания без необходимости постоянно соотносить себя с родительской

Белка и умение прыгать

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

Однажды Белка, Кролик и Ёжик играли в лесу. Кролик скакал по кочкам, Ёжик осторожно пробирался между кустами, а Белка легко перепрыгивала с ветки на ветку.

— Как у тебя так ловко получается? — спросил Кролик, глядя, как Белка одним прыжком перелетела с сосны на берёзу.

— Просто умею, — пожала плечами Белка.

— Но кто тебя научил? — удивился Ёжик.

Белка задумалась.

— Не знаю… Наверное, всегда умела.

— А разве так бывает?

— А кто тебя научил сворачиваться в колючий клубок?

— Хм... Не помню. Наверное, сам научился. Кролик, а тебя кто учил прыгать через пень?

— Да как-то просто получается. Прыг — и там!

Белка посмотрела на ветки вокруг.

Прыгнула на одну.

Потом на другую.

Потом ещё дальше.

Ветер качал ветки, листья шуршали, лес был огромный и интересный.

— Знаете, если мы что-то уже умеем, то, наверное, неважно кто нас научил. Лучше не думать об этом, а учиться дальше. Друг у друга, у других зверей, у леса. Какая разница, где учиться, главное — уметь!

И она запрыгала дальше.

А лес вокруг был такой большой, что всем хватало места учиться новым вещам.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта сказка знакомит детей с идеей, что важные навыки и умения становятся частью нас самих. Мы можем не помнить, где и когда научились чему-то, что не мешает нам пользоваться знаниями и учиться дальше. В одноранговой социальной архитектуре QBism это помогает избавиться от токсичного давления поколенческого авторитета, развеивает иллюзию анизотропной передачи знания «сверху вниз» и отрицает навязываемые этим процессом ложные обязательства.

С точки зрения QBism, сказка показывает важный принцип: знание не «посылка из прошлого», а живая способность действовать в настоящем. Навыки и понимание мира формируются через опыт взаимодействия с окружающей средой, и со временем становятся естественной частью поведения агента.

Таким образом, сказка помогает детям понять, что учиться можно где угодно: у друзей, у взрослых, у самого мира, что со временем знания становятся частью нас самих, что важно продолжать учиться и открывать новое.

История также показывает, что обучение может происходить не директивно, а естественно: через игру, наблюдение и взаимодействие.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Чем занимались Белка, Кролик и Ёжик в лесу?

* Что удивило Кролика?

* Что умеет делать Белка?

* Что умеет делать Ёжик?

* Что умеет делать Кролик?

2. Вопросы на понимание

* Зверята не смогли вспомнить, кто их научил. Это хорошо, плохо или неважно?

* Помешало ли им это пользоваться своими навыками?

* Можно ли учиться, просто играя и пробуя?

* Почему Белка решила, что важно продолжать учиться дальше?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Чему вы уже научились?

* Есть ли что-то, чему вы научились, но не помните, кто вас этому учил?

* Где можно научиться новым вещам?

Финальный вопрос-обобщение

* Что Белка, Кролик и Ёжик поняли благодаря этому разговору?

Подсказка для педагога

Желательно, чтобы дети сформулировали выводы.

* «Можно учиться у друзей и у мира».

* «Если уже умеешь, можно учиться ещё больше».

* «Важно продолжать узнавать новое».

Основная идея сказки: умение учиться важнее, чем память о том, откуда пришло знание.

Глава 16. Цепочка инфотоксичной наследуемости

Демографический переход и его отсутствие в цифровых обществах

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

В классических доцифровых «обществах позднего благополучия» демографический переход (снижение рождаемости по мере роста благосостояния) был тесно связан с вертикальной моделью ретрансляции смыслов. Воспитание детей означало непосредственную передачу идентичности от родителей, и неизбежная неточность процесса, порождающая досадные расхождения, делала родительство экзистенциально тяжёлым. Ребёнок воспринимался как преемник ответственности за собственные несбывшиеся ожидания.

Актуализируемая память и операционная этика разорвали эту цепочку инфотоксичной наследуемости. Родительство в QBism-социумах не является механизмом передачи онтологического долга, а сами родители перестали быть фигурами, определяющими пожизненную идентичность нового члена общества.

В этих условиях демографическая логика изменилась, отвязав репродукцию от экзистенциальной нагрузки. Родительство перестало быть попыткой «самореализации через ребёнка» и ограничилось позитивным участием в становлении нового агента.

Теперь рождение детей не конфликтует с индивидуальностью, не требует фиксации идентичности и реализуется как комфортная социальная практика.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: о кофе, демонах и таксистах

#цифровая_хтонь

Не знаю, зачем я на это согласилась, зайцы. Порыв. Спонтанность. Эмоции. В общем, как всегда. Отец Павел меня даже не уговаривал, сама вызвалась. Он упомянул в разговоре, что останки детей, найденные в «доме с привидениями», завтра будут хоронить на его кладбище, чтобы они упокоились, наконец, с миром. И я вдруг такая: «Можно мне их проводить?» Он удивился. Да что там, я сама себе удивилась! Но ответил: «Да, конечно. Они будут рады». Это прозвучало так, словно... Бр-р-р. Хтоничненько прозвучало, зайцы. Но я не передумала. Отцу Павлу по должности положено верить в жизнь вечную.

Если ехать к отцу Павлу на такси, то всегда приезжает один и тот же водитель. Глядя на него, я начинаю верить, что та самая мемная байка таксёров: «Так-то у меня свой бизнес, а таксую для души», — может в его случае оказаться правдой. Если у него, конечно, есть душа. (Больше хтони богу хтони!) Вот вы там, с другой стороны Цифры, смеётесь, а я иногда фантазирую, что это не человек, а демон, который служит отцу Павлу. Отрабатывает какой-нибудь свой демонический косяк или в шахматы на желание проиграл. Я только не решила пока, машина его демонический атрибут («...и взглянул я, и вот конь вороной, и на нём всадник, имеющий меру в руке своей...»), или другой демон, поплоше, на котором он верхом ездит. Ну, знаете, если есть демон Максвелла, который типа привратника, то почему бы не быть специальному транспортному демону?

Шучу, зайчатки. Роберт не очень

Никакого молока, сливок или, хуже того, капучино. «Чёрный, как моя душа», — сказала бы я, будь у меня душа. Да-да, сейчас куча зайчаток сморщат носики, ведь быть атеисткой в наши дни фу-фу-фу, немодно. Успокойтесь, заиньки мои, я пишу про себя. У вас, может быть, есть душа, которая переродится на следующем обороте колеса сансары, или вознесётся к вратам рая, или, на худой конец, подастся в привидения и будет пугать доверчивых горожан в каком-нибудь подвале. Но со мной­-то ничего такого не будет. Я — «рыжая бестия», «производная второго порядка», и вы точно не хотите знать, что это означает.

Можете надушнить в комментах, что на таких АЗС в глуши заправляются какие-нибудь местные перевозчики из агрохолдинга имени болотной брюквы, а я их не встречала потому, что они заливаются топливом рано утром перед рейсом или поздним вечером после. Никакой романтики, сплошная логистика. Я в курсе, что всё всегда можно объяснить максимально скучным образом, просто не люблю этого. Роберт мне тоже сказал, что заказы на поездки к отцу Павлу система отдаёт ему, потому что другие водители их не берут: далеко, дорога плохая и обратно порожняком ехать. А ему, мол, удобно, потому что живёт за городом, как раз в этой стороне, машина проходимая и по трассе жрёт меньше, чем в городе. Простое житейское объяснение. Человек таксует на том, что есть, и так, как ему удобно. Но мне всё равно нравится думать, что он демон, так интереснее. Отец Павел вполне мог завести себе личного демона, ведь он же типа экзорцист, разве нет?

Да-да, душнилы, я в курсе, что экзорцистов в Церкви не существует, да и демоны не по этому ведомству числятся. Отец Павел меня дразнит язычницей, а я просто очень романтичная Кроличка. А ещё я сейчас несу всякую чушь, всячески оттягивая момент, когда придётся подумать о грустном.

Я не люблю о грустном, зайцы.

Сцены и диалоги. Встреча в кафе

— Ну, привет, худоёжник!

— Это ты! Я знал!

— Нет, не я, и нифига ты не знал. Давай сразу решим: я не Белый Кролик, которую ты себе выдумал и втрескался в неё.

— В каком смысле выдумал?

— Люди вечно влюбляются в выдуманный образ, а не в реального человека, но за твоим образом вообще ничего не стоит. «Нарисуем, будем жить» и всё такое.

— Я не такой дурачок, как выгляжу, правда. Догадываюсь, что сетевой аватар Кролички далёк от реальной девушки, которая его создала. Если ты об этом, конечно. И нет, я в неё... то есть тебя, не влюблён.

— Отличная фраза для первого свидания, поздравляю. Ты всем девушкам её говоришь? «Я в тебя не влюблён, привет, меня зовут Роман».

— Прости, правда как-то глупо прозвучало. Так у нас всё-таки свидание?

— Как пойдёт. Хочешь пирога с вишней? Он дьявольски вкусный, поэтому я вечно жадничаю и беру больше, чем могу съесть.

— А ты всем молодым людям на первом свидании предлагаешь поесть с твоей тарелки?

— Нет, только тем, кто любит вишнёвый пирог.

— Тогда давай. О, правда вкусный! Но будет странно, если я ничего не закажу, заведение должно зарабатывать на тех, кто занимает столики.

— Я уже наелась. Пришла немного раньше, тут так вкусно пахнет, что не удержалась. Обожаю здешние пироги, это что-то с чем-то.

— В данном случае это «что-то с вишней». Боюсь, я наемся половинкой твоего, так что заказывать ещё один глупо. Может, кофе? Хочешь кофе?

— Кофе тут так себе, лучше угости девушку молочным коктейлем.

— А почему ты выбрала это кафе?

— Оно мне нравится. В целом. Как идея.

— Выглядит непривычно для наших мест. Интересная стилизация.

Хозяйка кафе

— Как вам мой пирог, молодые люди?

Роман

— Очень вкусный, спасибо. Можно два молочных коктейля?

— Конечно, сейчас сделаю.

Роман

— Ты не она, но если я возьму блокнот и нарисую тебя, то у меня будет очередной её портрет.

— Если всё время рисовать, то частенько происходят всякие странные вещи, ага. Ты рисуй, рисуй, если хочется.

— Можно? Это странно, знаю, но я так привык.

— Конечно. Знаешь, зови меня Белка! Возможно, так у тебя в голове будет меньше кроликов.

— Белка, значит. Вот оно как.

— Так, мне вот сейчас не нравится твой тон. Ты что-то имеешь против белок? Мы не такие опасные, как принято думать. Если ты, конечно, не жёлудь.

— Знаешь, что у блога БК была закрытая часть? Почему-то мне кажется, что ещё как знаешь…

— Продолжай.

— Там она подписывалась не «кроликом», а «белкой». Другое имя, другой статус, другое настроение, другое всё. Только на фото та же девушка.

— Не та же. Такая же.

— Вот, я знал, что ты в курсе.

— Чёрт, иногда страшно жалею, что не курю.

— В общественных заведениях нельзя курить, за исключением подозрительных баров в порту.

— За это БК и любила бары. Ну, кроме контрабандного виски и интересных посетителей. Сигарета даёт возможность взять паузу и подумать.

— Можешь выйти подышать.

— Нет, это плохая идея. Выходя, никогда не знаешь, куда именно вернёшься. И к кому.

— Звучит очень загадочно.

— Ну, на нашем первом свидании ты меня вообще забыл. Вот так выйду, вернусь, а ты смотришь стеклянными

— Давай выйдем вместе.

— Не, не стоит. Давай хотя бы коктейль дождёмся. Реальность недостаточно надёжна в последнее время, знаешь ли.

— Выйдем из одного кафе, а вернёмся в другое?

— Вот, ты понимаешь. И главное, с виду то же самое, но хозяйка не узнаёт, коктейль не делает и даже счёт за пирог не приносит.

— Так правда бывает?

— Не в этом кафе. Впрочем, я привыкла. В этом есть и свои плюсы, поверь.

— Можно не платить по счёту в баре?

— Кстати, да, можно, наверное. У тебя, я смотрю, криминальные склонности?

— Я редко хожу в бары, так что это чистая теория.

Хозяйка кафе

— Вот коктейли.

Белка

— Спасибо!

— Слушай, у меня к тебе странный вопрос, можно?

— Ну, учитывая обстоятельства, я бы скорее удивилась нестранным. Задавай.

— Ты играешь на флейте?

— И даже на скрипке. И на гитаре. А откуда ты знаешь?

— Вот. (показывает блокнот).

— Надо же... (листает). Ого. И это. И ещё это. Эй, разве честно рисовать девушек, когда они спят?

— Не знаю, на всякий случай не спрашивал.

— А когда они спят голыми?

— Ну, это же со спины, со спины не считается.

— Ага, а вот это? Спина выглядит совершенно иначе.

— Ну, тут лицо всё равно непохоже вышло. Ты имеешь что-то против академического рисунка обнажённой натуры?

— Да, если это натура...

— Твоя?

— Без комментариев. Откуда у тебя этот блокнот?

— Это мой.

— Я и не говорю, что ты его спёр. Просто скажи, как он к тебе попал в этот раз.

— А были другие?

— Ответь.

— Таксист нашёл.

— Роберт?

— Нет, Анвар, кажется. Он вёз меня из бара. А ты знаешь Роберта?

— Чёрт, откуда ТЫ его знаешь?

— Если это человек, который таксует на чёрном хаммере, то случайно.

— Чёрта с два его встретишь случайно!

— Я просто вызвал такси.

— Куда, блин?

— Чего ты так распереживалась? В ту церковь, помнишь? Я ещё писал тебе, пока сидел ждал.

— А, ну да, точно, дошло. Тогда всё понятно.

— Да? Вот прям всё? Может объяснишь, чтобы я понял хоть что-нибудь?

— Нет.

— Нет?

— Прости. Большой ошибкой было с тобой встречаться. Я думала... А, неважно, что я там думала. Проехали.

— Я что-то сделал не так?

— Не ты. Я. Я всё сделала очень сильно не так.

— Ну ты хоть помнишь, как я это рисовал?

— Даже, чёрт меня подери, слишком хорошо. Ну, кроме тех картинок, где я сплю. У меня там лицо глупое. Никому не показывай. Жопу можешь показывать, жопа тебе удалась, художник.

— Но раз я рисовал тебя голой, то у нас... ну... было?

— А чем тебя не устраивает версия «академической живописи»? Может, девушка просто попозировать?

— Во сне?

— Уснула в процессе, бывает.

— Слушай, это нечестно. Мы явно были знакомы. Близко. Я этого не помню, но ты-то да! Вот если бы ты чего-то не помнила, а перед тобой сидел человек, который в курсе и ничего не рассказывает, как бы ты себя чувствовала?

— Вряд ли хуже, чем сейчас. Можешь допить мой коктейль. Пока.

— Эй, скажи хотя бы, кто ты на самом деле?

— Да вот чтоб я знала…

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Извини, что долго не отвечал, был занят. Работа сисадмина это не только плевать в потолок.

— Серьёзно? А я-то думал...

— Ты? Думал? Ври больше! Художники не думают, а сразу рисуют!

— Это стереотип. Иногда не сразу.

— Ладно, ты же хотел свиданием похвастаться? Уязвить своего хикки-приятеля, женатого на компьютерном железе?

— Разумеется. Завидуй — я видел живую девушку! Довольно близко даже. Через столик.

— Зато железо у меня самое лучшее! Наш дата-центр... А, что тебе рассказывать. Давай уже о твоей девушке.

— Она настолько же моя, насколько дата-центр твой.

— Ну, я хотя бы регулярно бываю у него внутри. Что-то мне подсказывает, что у вас свидание так далеко не зашло. Иначе ты бы написал мне не раньше завтрашнего утра.

— Ну... Зато там был вкусный пирог. Вишнёвый. И молочный коктейль.

— Вы что, встречались в столовке детского сада?

— Да нет, в кафе. Там довольно стильно, кстати, сейчас кину эскиз...

— Да, этакая «американская классика», не то, что ожидаешь увидеть сейчас в городе. Итак, вы пожрали пирожных...

— Пирог. С вишней. Вкусный.

— Да-да, пирог. И, простихосспади, молочный коктейль. Она была в розовом и пушистом, ты в коротких штанишках на лямочках, она лизала леденец и хихикала, а ты поделился с ней жувачкой и подарил цветной фантик. Я угадал?

— Почти. Я показал ей блокнот. Тот, что от таксиста.

— Который вроде бы твой, но ты его не помнишь?

— Именно.

— И как она отреагировала?

— Ну, слегка напряглась, что я рисовал её спящей и голой...

— Может, всё-таки покажешь?

— Обойдёшься. У тебя и так небось полный сервак нейропорно.

— Знал бы ты, чего тут полный сервак, тебе было бы не смешно. Ладно, фигура­-то хоть хорошая?

— На картинках да. Но вряд ли мне теперь дадут... В смысле, сверить с оригиналом.

— Она обиделась?

— Нет... Пожалуй, нет. Не на карандашные нюдсы точно. Скорее, она расстроилась, что я вообще нашёл блокнот. А ещё заметно триггернулась, что я читаю закрытую часть блога. Ничего не сказала, но было видно.

— С фига вдруг?

— Ну, выглядит всё так, словно она пыталась сделать вид, что это наше первое свидание. Не знаю, с чего ей захотелось вот так знакомиться заново, но мои рисунки её план обломали.

— Ну, может быть, ты её когда-то бросил? Оставил рыдать безответно влюблённую девушку и гордо ушёл в закат? И тут она встречает тебя в баре, понимает, что ты потерял память, и думает: «Ага! Второй-то раз он у меня не сорвётся!»

— Но память-то ты реально потерял, согласись! Ладно. На самом деле, я не верю, что ты бросил такую девчонку. Потому что тогда у тебя была бы другая девчонка, ради которой ты бросил рыжую, но у тебя нет никакой. Это нелогично. Кстати, покажь-таки нюдсы. Что тебе, жалко, ну?

— Ладно, она разрешила показывать тот, что со спины. Вот.

— Но это же не нюдс, обломщик! Хотя фигурка ничо так, если ты не приукрасил. Я бы не бросил девчонку с такой попой. В целом, остаюсь при мнении, что у вас тогда что-то пошло не так, поэтому она решила воспользоваться случаем и начать отношения с нуля. Тут вот что интересно, Ромка: блокнот оказался в такси после того, как ты проехался там с ней. У тебя его не было, иначе ты давно бы нашёл, так?

— Ну, да, наверное.

— Значит, скорее всего, в такси его выронила она. То есть тиснула твой блокнотец раньше. Зачем?

— И зачем, по-твоему?

— Напрашивается версия, что это произошло сразу, как ты потерял память о ваших отношениях. Чтобы ты их не вспомнил.

— Ну, такая себе версия.

— Есть получше! Она скрысила твой блокнот заранее, зная, что ты потеряешь память! Из чего логически следует, что она могла это не предвидеть, а организовать!

— И как ты себе это представляешь? Вынула из кармана портативный стиратель на батарейках, сказала «смотри сюда», потом вспышка и провал?

— А почему нет?

— Потому что это не дурацкий цифровой римейк древнего кино «Люди в чём-то». Стирателей памяти не существует.

— С чего ты взял?

— Ни разу не видел рекламы: «Начните отношения с чистого листа с нашим новым стирателем модели два-ноль. Чистая память — спокойная совесть!» Не верю, что у такой полезной штуки не было бы коммерческого варианта.

— Рома, ты офигеть дикий, реально. Нафига реклама тому, в чём мы и так все живём? Операционный контур. Агентная реальность. Актуализируемое прошлое… Тебе это ни о чём не говорит?

— В школе что-то такое рассказывали вроде. Это про кубизм, да?

— Только что погнул фейспалмом любимую маску.

— Зачем тебе маска?

— Чтобы не ходить в синяках от фейспалмов, общаясь с тобой, разумеется.

— А, так это был сарказм?

— Ну вот, опять погнул, ну что ты будешь делать!

— Но вот зачем меня троллишь, Мих?

— Я просто каждый раз удивляюсь, что вы, выросшие в Цифре, знаете про неё гораздо меньше, чем любой портовый пацан, у которого телефон с кнопками. Да вообще не знаете! Вам неинтересно! Как так?

— Мих, навскидку скажешь состав воздуха?

— Ну, вроде больше всего там азота, но в процентах не скажу. С чего ты… а, понял. Уловил, так сказать, подставу. Типа «дышу, сам не зная чем». Ладно, уел. Допустим. Наверное мне, парню из БЦЗ, Цифра действительно интереснее, а вы просто живёте в ней и не паритесь. Ладно. Кстати, как по мне, римейк неплохой. Стильно сделано.

— А я не досмотрел. Не цепляет. Даже оригинал прошлого века спецом нашёл, но там вообще тоска и непонятно. Нафига вообще стирать память? Да ещё так тупо, каким-то бликером? Недаром в рейтингах его прокатили.

— Это у вас прокатили, а в БЦЗ это хит, между прочим. Так что задумайся, почему ты не можешь вспомнить девицу в баре.

— Бармен её тоже не вспомнил.

— Бармену стереть память как делать нефиг. Пара лишних купюр к счёту, и хопа — как Delete нажали. Это же порт, там все бармены с опцией платной памяти.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: кто рисует художника

#drawing_heart

«Жил-был художник один

или совсем не один

или совсем и не жил

и не художник он был...»

Мне нужен художник! Неожиданно? Ну, это же я, ваша Кроличка. Такая вся внезапная, противоречивая вся!

Знаете, в стародавние времена в унылой аналоговой реальности художники выполняли важнейшую функцию фиксации. Судя по тому, что мир до сих пор не растворился в облаке вероятности, они, в целом, справлялись. Фотографы, их сменившие, были уже не столь успешны, несмотря на возросшее сходство портрета с оригиналом. Божечки-ёжички, да вы вообще видели те фото изначальных времён? Они как будто все посмертные или, хуже того, на паспорт! Нет, к чёрту сходство, не все такие красивые, как я.

Впрочем, я не о том. Профессор Мейгольц сказал однажды, что принципиальная разница между художником и фотографом в том, что фиксировать реальность может только человек. И нет, «нажать на кнопку» не работает. Дальше было много слов на умном, я их не запомнила, но смысл такой: даже самая всратая картинка, нарисованная рукой художника, работает как маленький гвоздик, прикрепляющий ткань реальности к каркасу бытия. А даже самое гениальное фото — нет.

В общем, мне нужен художник. Где их берут вообще?

«Люди в чём-то»: не страшно и потому не смешно

Рецензия на провалившийся римейк

«Люди в чём-то» — тот случай, когда фильм откровенно проигрывает эпохе. В оригинальных «Людях в чёрном» самым пугающим и одновременно притягательным был, конечно, «нейрализатор», карманный стиратель памяти. Щёлк — и нет воспоминаний! Нарушение самой идеи «я», вмешательство в святое. В девяностых это работало безотказно: зритель ёжился, но не мог оторваться. Стирание памяти казалось чем-то запредельным, почти насилием над душой, частичным убийством, что отлично играло на контрапункте с комедийным, по сути, сюжетом.

В «Людях в чём-то» агент достаёт нейрализатор... и сюжет спотыкается. Зритель не напуган! Нет контрапункта «страшно/смешно», и комедийная часть тоже проваливается. Нет эмоции! В QBism-парадигме мы все агенты в агентной реальности, у каждого полные карманы виртуальных нейрализаторов, которыми мы чуть ли не селфи делаем.

Создатели римейка явно пытались поставить перед обществом вопрос: как вышло, что мы живём в том, что всерьёз пугало предков? Но в QBism­-парадигме никого не удивишь тем, что прошлое не окончательно.

Римейк оказался иллюстрацией того, насколько далеко

Глава 17. Эпистемологическая архитектура нарратива

Принципы государственной информационной политики

Информация должна храниться в форматах, обеспечивающих её актуализируемость и централизованную синхронизацию.

Неизменяемые формы хранения информации, включая так называемые «твёрдые копии», закрепляют ошибочные или неполные сведения, препятствуют актуализации контекста, а также формируют устойчивые искажения коллективной памяти.

Хранение информации в неизменяемой форме допускается при наличии специального разрешения либо для временных технических нужд, при обязательной последующей синхронизации с актуальной версией данных.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: от слова «худо»...

#drawing_heart

«Хороший художник тот, о котором народ знает лишь, что он существует. Несколько хуже те художники, которые требуют от народа денег, славы и выставок. Ещё хуже те художники, которые стали модными. И хуже всех те, которые постмодернисты. Идеальный же художник тот, существование которого никому не известно».(с) Лао-цзы, из ненаписанного

Знаете, зайцы, некоторые историки считают, что никакого Лао-цзы не было, это не имя, а обозначение, имеющее смысл «старый мастер». То есть мем «сказано Лао-­цзы», значит всего лишь «один старик сказал». «Дао дэ цзин» просто сборник старых несмешных анекдотов. В общем, классический бодрияровский симулякр.

Так вот, зайчатки, с художниками та же фигня, только ещё хуже. Если жизнь и рассудок дороги вам, избегайте творческих людей. И дело даже не в том, что они напиваются чаще, чем моются, и не в том, что они сумасшедшие. Дело в том, что их не существует.

«Мысль изречённая есть ложь», а художники, данные нам в ощущениях, не истинные художники. Поэтому идеальный художник, как Лао-цзы, существует только в своих рисунках.

Лично мне нужен только идеальный, потому что я и сама... Ах, нет, моя проклятая скромность!

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Привет, Ром! Ну что там, не объявлялась больше твоя зазноба?

— Привет, Мих. Никакая она не «зазноба». Нет, молчит с тех пор.

— Жаль, мне прям интересно стало. Такая интрига! Ладно, я чего сказать-то хотел. Таки запустил нейромодель по твоей игре. Ты рад? Гордишься мной? Готов пасть на колени или хотя бы купить мне пива?

— Ну, как-то... Я, если честно, не очень понимаю, как оно работает. Это точно необходимо?

— Ром, ты в тупике, признай. Расписал весь материал из блога и завис, не зная, что делать дальше. Чтобы тащить сюжет, ты должен уже на этом этапе точно знать, что случилось с БК. Чтобы твой детектив её нашёл, или не нашёл, или нашёл труп, или что там у тебя ещё в ветвлениях было. Но для всего этого нужна окончательная версия, к которой ты будешь тащить игрока по кочкам сюжета. Детективы, если ты не знал, пишутся от конца к началу, автор не решает кто убийца в процессе, а точно знает, что это дворецкий. Все остальное для запутывания читателя. Ты же понятия не имеешь, чем закончить игру.

— Ну да. Если честно, я думал, что идея родится по ходу. Но моя муза уже переходила все сроки, а схватки так и не начинаются.

— Вот! А Цифра может перебрать стотыщмильонов версий в секунду, отревардить их, выбрать непротиворечивые и сразу нарисовать дерево сюжетных ветвлений.

— И что будет?

— Да хз. У нас тут... впрочем, неважно. Скину потом, посмотришь. Тебе же необязательно принимать как есть, можешь опереться на идею и придумать свой вариант.

— Ну, так-то да...

— Вот ты как думаешь: рыжая девица из кафе это та самая БК? Которая типа пропала?

— Не уверен. Может быть, «той самой» никогда и не было. Я думаю, что девушка, которую я встретил в кафе, может быть не БК, а её автором.

— В смысле Белый Кролик её альтер эго? Сетевой виртуал?

— Персонаж, может быть. Если считать блог БК литературной игрой Белки...

— Белки?

— Так она представилась и так подписывается в закрытой части.

— Прикольно.

— Так вот, если блог — литературная игра на грани сетевого перфоманса, то Белый Кролик — персонаж, а Белка — автор. Персонаж близок, но не идентичен создателю.

— Не уверен, что понял, в чём разница. Блогеры и так всегда врут про себя любимых. Ну да ладно, чёрт с ними со всеми. Ты лучше скажи, вы ещё встретитесь? Договорились о следующей свиданке?

— Нет. Она заявила, что наша встреча была ошибкой, и стремительно удалилась в закат.

— Думаю, дело в сладком пироге и молочном коктейле. У девушки просто попа внезапно слиплась. Побежала за рюмкой растворителя.

— Очень смешно. Слушай, у меня к тебе странный вопрос...

— Давай.

— Ты можешь вскрыть зашифрованный архив?

— Слишком много вариантов. Кем зашифрован, чем зашифрован, алгоритм шифрования...

— Мой архив. С каким-то паролем.

— Ты запаролил архив с порнушкой и забыл пароль?

— Я забыл даже, как его архивировал, и понятия не имею, что внутри. Вряд ли порно.

— Это да, видео один чёрт плохо жмётся, проще скрытую папку создать.

— Понимаешь, задумавшись о блокноте, который не помнил, я сообразил, что кроме него обязано быть что-то ещё. Не только же рисовал я в то время? Прикинул, когда это примерно было, и запустил на ноуте поиск файлов по времени создания. Нашёл кучу обычного мусора и вот этот архив. Сможешь вскрыть?

— Ну, учитывая, что ты полный ламер... Всякие очевидные тупые варианты, вроде даты рождения, длины пениса в микронах и клички хомячка пробовал?

— У меня нет хомячка. И никогда не было.

— Или ты его забыл, муа-ха-ха! Ладно, засылай файл, гляну.

— Понимаешь, я не хотел бы, чтоб ты «глянул». Сможешь удержаться от просмотра?

— Ну... Ладно, скормлю Цифре, она вскроет, даст пароль, удалит файл. Её ты ведь не стесняешься?

— А надо?

— Она точно не станет тебя дразнить, если там окажется коллекция миниатюрных дикпиков. Я

— Договорились.

* Отправляет файл.

Игра. Сцена в баре

Детектив Ром

— Того самого виски, если можно.

Бармен

— Я знал, что вы придёте за ним ещё раз. Такое уж у этого напитка свойство: кто разбирается в виски, того за уши не оттащишь. Вот ваш стакан. Что-то ещё?

— Не убирайте бутылку далеко.

— Тяжёлый день?

— Сложный, я бы сказал.

— Всё ещё разыскиваете ту девчонку?

— Да. Ваша наводка помогла, но не сильно. В этом деле каждый шаг ведёт в тупик.

— Так бросьте его.

— Не могу.

— Взяли аванс?

— Нет, дело не в этом.

— Клиент слишком крутой? Кто её вообще разыскивает? Родители? Парень? Муж? Сутенёр?

— Всё сложно.

— Тогда вам надо выпить ещё.

— Наливайте.

— Вот ваш виски.

— Благодарю. Я не знаю, кто мой клиент.

— А так бывает?

— Ещё и не так бывает. Но дело не в этом.

— А в чём?

— У меня странное чувство, что это дело — самое важное в моей жизни. Словно я родился для того, чтобы найти эту девушку. Создан для её поиска. И если не найду...

— То что?

— Не знаю. Ничего. Или ничто.

— Это погода влияет.

— Думаете?

— Конечно. Когда ветер с залива, у многих депрессия. Или вот взять магнитные бури: вроде бы ерунда, а в голове странно. Кстати, этот виски имеет отличные антимагнитные свойства.

— Тогда мне ещё порцию.

— Разумеется.

— Вы слышали о доме с привидениями на Третьей Портовой?

— Да, слухи ходили. Моряки, как дети, любят страшные сказки. Но арендатор, говорят, попал на реальные деньги. Полиция нашла в подвале какие-то кости, достаточно старые, чтобы предъявлять было некому, но бизнес человеку это уже не вернёт.

— А вы, значит, не верите в привидения?

— Они ничем не хуже зелёных чертей, которых периодически видят мои клиенты.

— Разумно.

— Хотите совет?

— И ещё стаканчик.

— Вот ваш виски. Можете взять его с собой и подсесть за тот столик.

— А кто там сидит?

— Некто Михей. Человек в порту известный: импорт-экспорт, всё такое.

— И зачем мне этот жулик?

— Вы интересовались Третьей Портовой, это его бизнес. И некая рыжая девица с ним общалась. Вдруг та самая?

— Спасибо.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, струны дёргаю

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: ай-люли-малина

#deep_fucking_existential_dread

Люли-люли-люлюшки,

прилетели гулюшки.

Сели гули на кровать

в башке дырку проклевать.

Ты башка моя, башка,

в тебе глупость и тоска.

В тебе пепел, жар и соль,

в тебе головная боль.

Клюйте, гули, посильней,

задолбалась я жить с ней!

*Автор закрыл комментарии к записи.

Проклятие агентности

Сетевой манифест QBism

«Проклятие агентности» — это философский термин, иллюстрирующий экзистенциальный груз агентной ответственности. Своего рода цена, которую приходится платить за право действовать в мире без априорной аксиоматики.

Суть понятия в невозможности окончательного знания, что создаёт постоянное онтологическое напряжение. Это классический фармакон, придающий жизни необходимую глубину, которая при том пугает возможностью в ней утонуть.

«Проклятие агентности» срабатывает, когда агент понимает, что никто в этом мире не примет решение за него, и нет ничего такого, что можно поставить между собой и ответственностью. Все правила, прецеденты, законы и уставы имеют только априорный вес, а агент всегда действует на основе апостериорных вероятностей, зная, что следующая итерация опыта потребует нового пересчёта. В мире агентности следование правилам является личным актом интерпретации. Нет возможности сказать: «Я исполнитель». Агент всегда соавтор последствий.

Агент вынужден жить с тем, что его опыт может быть не признан состоявшимся, а решение не будет валидировано при согласовании. Он может лишь апеллировать к тому, что в тот момент действие было рационально, даже если последующая актуализация сделала это утверждение неистинным.

Проклятие не отменяет агентность. Оно её априорный атрибут. Налог на действие без оправдания прошлым и без гарантии будущего.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Лови пароль к архиву.

— Спасибо! Удержался от соблазна заглянуть?

— А как ты узнаешь, что я сказал правду?

— Никак. Но ты скажи.

— Я его даже не видел. Цифра дала мне только пароль, файл сразу удалён. Таков промпт!

— Тогда совсем спасибо. С меня пиво.

— Много пива!

— Так ты же ничего не сделал?

— Именно за это!

— Ладно, договорились.

— Вот пароль, тупо дата, вообще ни разу не секьюрно. Она тебе о чём-то говорит?

— Нет.

— Вот вообще ничего не отзывается? Обычно на пароли ставят дату, которую хрен забудешь. День рождения тёщи или день первого минета...

— У меня нет тёщи. По очевидными причинам.

— А вдруг есть, а ты забыл?

— Тёща прилагается к жене, у меня был бы маркер в айди.

— Ну да, точно. Ладно, не томи, вводи пароль.

— Подошёл. Спасибо.

— И что? Что там? Ты обещал сказать!

— Э... Что-то вроде дневника, что ли.

— Блог?

— Типа того, только офлайн. Бытовые заметки.

— О чём?

— Не знаю, я же их не читал ещё.

— Ладно, это твои заметки?

— Наверное. Я не помню, чтобы их писал, но чьи ещё могут быть на моём ноуте?

— Мало ли... Ладно, приятного чтения. Поделись потом, хотя бы в общих чертах. Интересно же!

— Не обещаю. По обстоятельствам. Спасибо ещё раз.

Заметки художника

Не писал со школы. Кто сейчас пишет сам, а не просит Цифру? В школе, помнится, это всех раздражало: ещё один устаревший ненужный навык, печатать длинные тексты. Нас заставляли иногда целую страницу набирать! Это почти так же тупо, как уроки ручного письма в младших классах. Интересно, их до сих пор проводят или уже отказались от этого маразма? Наверное отказались, потому что хорошую гелевую ручку сейчас найти целое приключение. Я привык ими делать скетчи, хотя все нормальные рисовальщики делают это карандашом. Теперь, кажется, начинаю понимать, что это не просто дурацкая привычка, в рисовании ручкой есть свой смысл. Возможно, в наших школьных мучениях он тоже был. По крайней мере, я умею напечатать на клавиатуре больше, чем короткую реплику в мессенджер с «интеллектуальной подсказкой» следующих слов. Единственный мой знакомый, кто много печатает, это нарратор из геймдев-студии, мы с ним работали на одном проекте. Он всегда отключает все «интеллектуальные» функции в редакторе и вообще пишет все сценарии и диалоги для игр на старом ноуте, отключённом от Цифры. На нём нет ничего, кроме самого примитивного редактора. Говорит, иначе не получается написать действительно оригинальный текст, Цифра как будто под локоть толкает. «Возможно, правленный Цифрой текст лучше, — сказал он мне, — даже наверняка лучше. Точнее, глаже, литературно грамотнее. Но мне-то нужен мой текст!» Пользуюсь его советом, пишу в антикварном приложении «Блокнот», где даже проверки орфографии нет. Мне это показалось логичным, ведь рисую-то я тоже в блокноте!

Наверное, можно было бы завести блог в Цифре, как все делают, и писать туда, но я не хочу, чтобы кто-то это прочитал. Даже Белка.

Особенно Белка, наверное.

Всё, уже устал тыкать пальцами, мучительно находя нужные кнопки. Школьный навык, кажется, потерялся. Наверное, потом привыкну и станет легче.

О завершении перехода общеобразовательных организаций в цифровую образовательную среду

Пресс-релиз Министерства образования области. Архивное хранение

Министерство образования области сообщает об успешном завершении поэтапного перехода общеобразовательных организаций региона на использование носимых цифровых медиаторов.

В результате улучшены санитарно-гигиенические условия обучения, устранён аллергически-пылевой фактор от бумажных носителей и токсический риск от типографской краски. Отмечается устойчивая положительная динамика показателей физического самочувствия обучающихся.

Использование цифровых учебных материалов позволяет мгновенно обновлять содержание курсов, исключить использование устаревшей информации, оперативно вносить изменения в программы обучения. Таким образом, школьники получают актуальные знания, соответствующие современному уровню общественных требований.

Переход на цифровые медиаторы способствует развитию ключевых компетенций XXI века, таких как навыки работы с текстом в цифровой среде, структурирование и поиск информации, адаптация к универсальным интерфейсам и форматам данных.

Все цифровые учебные материалы размещаются в централизованном облачном хранилище, проходят обязательную экспертизу, автоматически индексируются, верифицируются и актуализируются.

Министерство образования области продолжает работу по совершенствованию цифровой образовательной среды в интересах обучающихся, педагогов и родителей.

Глава 18. Байесово обновление прогресса

Переход технологий начального и среднего образования в цифровую среду

Фрагмент общественной дискуссии переходного периода. Архивное хранение

Министерство образования области считает необходимым прокомментировать обсуждение, возникшее вокруг отказа от бумажных учебников и сокращения роли письма в школьной практике.

Поясняем, что речь идёт в первую очередь о пересмотре образовательных приоритетов. Основная работа с информацией сейчас происходит в цифровой среде, это сложившаяся практика, полностью оправданная в современных реалиях. Ручное письмо давно уже не является практическим инструментом работы с текстом, поэтому сохраняется только в начальной школе, на самых первых этапах обучения, для формирования мелкой моторики.

Современная образовательная реальность требует иных навыков: быстрого поиска, редактирования, структурирования и обновления информации, работы с версиями документов, верификации и сопоставления источников. Именно они востребованы в профессиональной деятельности любого рода.

Задача школы — научить детей ориентироваться в этом мире, а не воспроизводить модели, утратившие практическую значимость.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, грызу себя

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: а смысл

#deep_fucking_existential_dread

Чего бы мне сейчас хотелось? Увидеть какой-то смысл. Хоть в чём-нибудь. Нет, деньги не считаются. Деньги — это слишком просто, от них нет радости. Я ничего не имею против денег, иметь их удобно, но смысла они не создают. Машина не поедет без бензина, но не в нём цель поездки, верно? Ну, то есть хотелось бы, чтобы не в нём. Глупо ездить на машине за бензином и никуда кроме, а ведь некоторые живут именно так.

Не я.

Я не хочу.

А чего хочу?

Не знаю.

Смысла, наверное.

А его всё нет и нет.

И я уже начинаю бояться, что никакого смысла вообще не бывает, что люди живут просто потому, что родились и надо чем-то развлечь себя, пока не помер. Если это правда так, то лично мне было бы обидно.

Комментарии

Кролик.Белча, ты просто депрессивная дурочка. Смыслы переоценены, поверь, дорогая, а что делать с деньгами, я придумаю, не сомневайся! :))) Если тебе нет от них радости, не говори за всех!

Белка (автор). Я не закрыла комменты? Правда дурочка. :(

ХудоËЖник.Не ссорьтесь, девочки.

Заметки художника

Когда художник пытается писать тексты, это как если бы тостер в порыве самоотрицания принялся варить пельмени. Чем это кончится? Я не электрик, но, скорее всего, ничем хорошим ни для тостера, ни для пельменей. Но у этих заметок, как у самурая, нет цели, только путь. Это Белка так на меня влияет, наверное, с её вечными сомнениями в Цифре. Я спрашивал, почему она не переберётся в порт или любую другую БЦЗ, но почему-то не хочет. И в порт не хочет, и отвечать на вопрос не хочет. С Белкой всегда сложно, не то что с Кроликом. С Кроликом легко.

— Мне нужен художник, — сказала Крольча тогда прямо.

Мы сидели в портовом баре, это был первый мой поход в порт, и я, внезапно оставшись без Цифры, наверное, выглядел напуганным потерявшимся котиком. Днём бары пустуют, так что на меня хотя бы никто не пялился, но помогало это

— Ты чего такой нервный, худоёжник?

Первое время нашего знакомства она откровенно забавлялась за мой счёт. Кролик вообще редко бывает серьёзна, чаще вид делает. У меня остались скетчи с нашей первой встречи, вот один прямо сейчас рассматриваю. Сигарета, стакан, рыжие волосы, луч солнца наискосок. Первый её портрет, нарисованный мной, но я всё же на интуиции уловил этот внутренний смех в глазах. Не разглядел, но перенёс на бумагу. Обычное для меня дело.

— Не бойся, в порту нормально, — добавила она снисходительно. — Не так стерильно, как ты привык, но голову не откусят. Как минимум, не сразу. Выпьешь чего-нибудь?

— Я не пью. Ну, почти... — я тогда и правда не пил. Бокал шампанского или стакан пива несколько раз за всю жизнь.

— Бедолага, — покачала головой Кролик. — Ну ничего, это не самое плохое, что случается с людьми. Дай сюда!

Она бесцеремонно выдернула у меня из рук блокнот, поэтому вот этот первый её портрет не закончен. Полистала скетчи, огляделась, сравнивая наброски бара с интерьером, подняла на вытянутой руке портрет бармена, так, чтобы он оказался на одной линии с оригиналом.

— Похоже, — сказала она после долгой паузы. — Умеешь.

— Прости, это как нервный тик. Я всегда рисую, когда в стрессе. Надо, конечно, просить разрешения, но я никуда не выкладываю рисунки, честно!

— Да рисуй на здоровье, — засмеялась она. — Я вообще не против. Собственно, ради этого тебя и позвала.

— Так это не свидание? — рискнул пошутить я.

Мне всё ещё было очень странно и неловко. Кролик... Очень яркая иногда. Ловил себя на том, что рефлекторно щурюсь, как на солнце. И это при том, что она умеет быть абсолютно незаметной, если захочет, так, что потом и не вспомнишь. Было? Не было?

— Скорее, собеседование. Мне нужен художник.

— Зачем?

— Угадай, блин! Зачем вообще нужны художники? Ну разумеется, чтобы заплетать мне косички!

— У тебя нет косичек.

— Ну так у меня и художника пока нет!

— Я просто хотел уточнить, что именно тебе надо нарисовать. Я в основном рисую монстров для игр, так сложилось.

— О, монстры мне попадаются регулярно! Но мне нужно что-то типа этого, — она вернула мне блокнот, и я вцепился в него, как в спасательный круг. — Вот, опять черкаешь, да? Об этом я и говорю, хотя ты меня, похоже, не слушаешь.

— Слушаю. На самом деле я так лучше воспринимаю. Потом смотрю на картинку и могу дословно воспроизвести всё, что человек говорил. Даже если я не его рисовал, а пейзаж за окном.

— Мнемонический якорь, — кивнула она. — Ясное дело.

— Я не сумасшедший, просто...

— Просто художник. Само собой.

— Ну да, вроде того. Ответ на все вопросы. «Почему ты такой?» — «Я художник». — «А, ну да, точно».

— Ну, значит, Белка в тебе не ошиблась.

— Кто?

— Познакомитесь ещё, если сработаемся.

— Тогда, может быть, начнём с начала? Ты вообще кто?

— Зови меня Кроличкой.

— Потому что ты милая?

— Ага. А также по множеству других причин. Знаешь, что полицейские носят видеобейджи-регистраторы?

— Никогда не сталкивался с полицией, но видел в каком-то старом сериале. «Фискальные камеры», да?

— Так вот, мне нужен фискальный художник!

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, ору в ведро

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: цифровое эхо в проводах

#deep_fucking_existential_dread

Иногда мне кажется, что в Цифре на самом деле никого нет. Что наша гиперактивная Кроличка пишет свой кроличий блог в пустоту, а комментарии потом возникают сами по себе, от столкновения электрических сигналов в проводах. Цифра отлично умеет имитировать всё, потому что она и есть всё. Из миллиарда уже написанных комментариев легко возникает миллиард первый, точно такой же, как все остальные, потому что они все, все, все одинаковые. Меняется порядок слов, меняется интонация, кто-то злится, кто-то восхищается, кто-то несёт чушь, но никто не пишет ничего ещё не написанного. Например, на каждый её пост непременно приходят один-два дурака, которые пишут «замуж бы тебе». Технически это разные дураки, с разными никами и айди, но, может быть, это один распределённый архетипический цифродурак. Кадавр, неудовлетворённый матримониально. Обязательно несколько человек напишут, что они бы вдули, а ещё несколько пришлют ей в личку предложения отдаться за деньги, или своё писькофото, или просьбу сиськи показать. Цифровой шаред-кадавр с острым сетевым недоебитом. Даже психопаты выглядят как-то однообразно и уныло, излагая свои скучные угрозы скучными словами скучных людей. Ну что за мир, где даже психи невыносимо банальны?

Поэтому мне иногда кажется, что никого там нет. Мы кричим в цифровую пустоту и слушаем цифровое эхо. И что ни крикни в эту бездну, эхо от этого не поменяется. Перемешает обрывки твоих мыслей с сетевым шумом и вёрнет их нам в виде всё тех же комментариев «ябвдул» и «сиськи покажи, рыжая».

Комментарии

Кролик.Белка, солнышко моё хмурое, я тебя на раз опровергну, спорим? Проверочное слово «донаты»! :)

Белка(автор).Ну Кроль, ты же знаешь, что деньги теперь мало значат! Цифры просмотров, цифры реакций, цифры донатов, цифры на счёте — это просто цифры в Цифре. Так она гладит по шёрстке своих любимых кроликов, чтобы те веселее прыгали ей на потеху.

Кролик.Белкин, этак мы с тобой договоримся до того, что и нас с тобой нету! :) Ну что за угар солипсизма, я тебя умоляю!

ХудоËЖник.Плевать на деньги, миром правит искусство!

Сцены и диалоги. Встреча в баре

Детектив Ром, Михей

— Можно к вам подсесть?

— Ты ведь тот самый детектив, который ищет рыжую девчонку?

— Я так популярен?

— Порт хуже деревни, сплошные слухи. Присаживайся.

— Заказать вам что-нибудь?

— У меня всё есть, не нужно. Я всегда сам плачу за выпивку. Давай сразу спрошу: ты портовый или городской?

— Это важно?

— Только это

— Не любите городских?

— На вопрос ответь.

— Мои рабочие интересы в порту, а моё происхождение не имеет значения.

— Эмигрант из Цифры, что ли? Редкая птица, все норовят наоборот. Вон, племянника моего обратно кабестаном не затащишь, а был нормальный портовый пацан.

— Это тот, кто занимается обслуживанием вашего дата-центра на Третьей Портовой?

— Слушай, а ты не слишком дофига знаешь?

— А вы думали, я шляпу для красоты ношу? Если вас это успокоит, мне нет дела до вашего бизнеса, я ищу девушку.

— Но вопросы задаёшь точно в кошелёк... Если ты подумал на меня, то раздумай обратно. Я её пальцем не тронул. Чёрт, да я её и не помню почти!

— Так многие говорят, поэтому мне поможет любая информация.

— Ну, мы встретились тут, в баре. Она точно как ты — подсела за столик и давай мозг клевать. Подслушала, как мы тут обсуждали кое-какие бизнес-проблемы, предложила помощь. Свела с нужным специалистом. В итоге, хоть и не без потерь, но распедалили вопрос.

— Вот видите, всё-таки речь о бизнесе.

— Это порт, тут всё о бизнесе. Это в Цифре демонетарка и всем плевать, в порту всегда имеют в виду кошелёк. Ты ведь поди тоже не бесплатно обувь топчешь?

— Дело не во мне. Скажите, вы тогда в баре её впервые увидели?

— Да, первый раз. Ещё удивился, когда подсела: такая видная деваха, как я её в зале не заметил?

— То есть когда вскрылась та история с бухтой Русалок, вы с ней не встречались?

— Вот теперь ты точно слишком дофига знаешь! Это полковник тебе рассказал?

— Я не раскрываю источников, а вы не обязаны отвечать на вопросы. Детектив не полицейский, это не допрос, мы просто пьём виски в баре, верно?

— Ну, если в таком разрезе, то да, я не видел девчонку тогда. Знал, что какая-то дурочка влезла и увидела лишнее, но не выяснял, какая именно. Вопреки репутации порта, тут довольно редко отправляют на дно случайных свидетелей. А репутацию мы поддерживаем сами, для острастки. На кой чёрт нам тут городские туристы?

— И что же она нашла там, в гроте?

— Ты сам знаешь, склад нелегального алкоголя. Не последний, слава Ктулху, поэтому мы пьём такой прекрасный виски. Прозит!

— Ваше здоровье! А на самом деле что?

— Слушай, как там тебя...

— Детектив Ром.

— Не лез бы ты в это... Девчонка не при делах. Она засветила точку, факт, но дело уже было сделано. Все, кому положено знать, знали. Полицию она ничем не удивила. А её записульки в Цифре... Так это же в Цифре. Просто шум в проводах, нам насрать.

— То есть то, что она написала про ваш бизнес на Третьей Портовой, вас никак не затронуло?

— Слушай, парень в шляпе...

— Детектив Ром.

— Да хоть коньяк. Ты, похоже, не очень понимаешь. Мы в порту, это БЦЗ. Нам пофиг, кто чего где написал. То, что девчонка нашла в подвале кучу старых костей, малость попортило нервы, но держать игровой клуб в здании с могильником один чёрт было плохой идеей. Так что в целом я ей благодарен: останки перезахоронили, чертовщина закончилась, мы выдохнули и занялись делом.

— Если вы так гордитесь тем, что живете в БЦЗ, то зачем вам вычислительный центр?

— Хорошее железо приносит хорошие деньги. А у нас такое хорошее, что дальше некуда. В порту любят деньги, в Цифре игнорируют деньги, но настоящие деньги, уж поверь потомственному контрабандисту, делаются на границах между средами.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, художник! Прости за кафе, я растерялась от неожиданности и ушла, оставив тебя платить по счёту! Извини, мне очень неловко!

— Ничего страшного, я сбежал, не заплатив.

— Правда, что ли?

— Вру. Заплатил, конечно. Пирог и два коктейля. В следующий раз ты угощаешь.

— То есть ты не обиделся?

— За счёт? Нет.

— То есть всё-таки обиделся.

— Может быть, немного. Это было внезапно.

— Я не ожидала, что ты найдёшь блокнот.

— И узнаю, что мы были знакомы раньше? Близко знакомы? Так вот, твой «фискальный художник» воспользовался собственной фискальной функцией.

— Ты и это вспомнил? Как?

— Сообразил поискать в ноуте и нашёл архив заметок.

— Они хранились в системном облаке документов?

— Это так важно?

— Да, чёрт побери! Важно!

— Это был запароленный архив в локальной папке.

— А потом? Ты его сохранял после открытия?

— Не пойму, чего ты так возбудилась?

— Ответь!

— Не сохранял. Я же не вносил изменений, зачем сохранять?

— ...

— Чего молчишь?

— Думаю… Так. Я правильно поняла, что этот архив заметок ты нашёл на своём же ноутбуке, причём не в системном пространстве, а в локале?

— Да.

— Тогда твой ноутбук должен быть старше пяти лет, верно?

— Намного старше. Я им почти не пользуюсь, не вижу смысла обновлять. Рисую на планшете, на ноуте только печатаю.

— Операционку не менял?

— Зачем?

— Ну, мало ли. Ладно, тогда и правда есть шанс.

— На что?

— Не сохраняй файл в папку «Документы», «Загрузки» и другие умолчальные системные директории. Отключи автосохранение. Выключи сеть на ноутбуке. Читай офлайн. Стоп, раз ноут старый, на нём должны быть USB-порты, так?

— Не настолько же старый! Хотя погоди... Да, один есть!

— Умоляю, скажи, что у тебя завалялась в столе флешка!

— Сейчас... Во, блин, я барахольщик! Чего тут только нет... Давно пора разобрать весь этот мусор... Представь себе, есть! Ума не дам, откуда взялась. Не факт, что живая.

— Ну так воткни и проверь!

— Э... прости, не лезет. Тут другой разъём, маленький. На флешке больше.

— Понятно. Переходник?

— Я даже не знаю, как он выглядит!

— Как что-то, куда с одной стороны воткнётся твоя флешка, а другая вставится в ноут.

— Ничего похожего не увидел.

— Чёрт. И ведь не найти теперь...

— Я знаю, у кого может быть.

— Серьёзно? Класс! Тогда найди переходник, вставь флешку через него и скинь файл туда. До тех пор не закрывай его, не сохраняй и не подключай ноут к сети. Сможешь?

— Наверное, да, звучит несложно. А почему я должен давать тебе мои личные записи? Только не говори...

— Потом объясню!

— Да, именно это.

● (UN)Dead Rabbit offline

Демонетаризация общества как фактор прогресса

Исследование QBism aposteriori Co

Демонетаризация общества, живущего в QBism-парадигме, привела к прекращению безудержного псевдопрогресса, десятилетиями маскировавшегося под техническое развитие.

В традиционных «обществах позднего благополучия» экономические показатели принимались за признаки научного и инженерного успеха. Капитализация была главной метрикой, хотя зачастую за ней не стояло ничего, кроме маркетингового шума. В результате общество финансировало не прогресс, а ожидание прогресса, причём это ожидание само по себе считалось ценностью.

QBism-общество отказалось от монетарной логики по причине её эпистемологической несостоятельности. Когда ценность возникает в акте взаимодействия, а знание подлежит постоянному обновлению, венчурная капитализация бессмысленна. Фиксируя ожидания в отрыве от результатов, она делала рациональное распределение общественных ресурсов невозможным. В результате произошел пересмотр критериев прогресса, который стал оцениваться по операционной состоятельности: работают ли проекты в реальных условиях, улучшают ли качество жизни. Ресурсы, ранее расходовавшиеся на «гонку презентаций», были перераспределены в практические направления.

На этом прекратилась и гонка «технологий ради технологий», заставлявшая демонстрировать рост быстрее, чем позволяла внутренняя логика проектов. Общество перестало производить инновации как форму конкурентного шума, а технологии начали служить среде, в которой развиваются, что в QBism-парадигме считается единственным осмысленным критерием прогресса.

Глава 19. Пространство агентной ответственности

QBism — общество низкой конкуренции

Сетевой манифест QBism

В цифровом обществе, сформированном на принципах QBism, одной из наиболее важных трансформаций стало исключение конкурентности из числа базовых социальных механизмов.

В классических доцифровых «экономиках позднего благополучия» конкуренция выполняла роль мотивационного фактора, а также выступала регулятором распределения ресурсов. Низкая социальная эффективность была очевидна уже тогда, однако альтернативу им предложил только QBism.

Конкуренция очень затратна для общества, поскольку провоцирует дублирование и соперничество как самоцель. Люди и организации решают одни и те же задачи параллельно, создают продукты и услуги исходя не из реальных потребностей общества, а в рамках борьбы за доли рынка. При этом существенная часть ресурсов расходуется не на сам продукт, а на его позиционирование относительно других претендентов. По некоторым оценкам, до 70 % производительных сил и материальных вложений человечества использовались без надлежащей отдачи, что вызывало локальные и глобальные дефициты, которые провоцировали новый виток конкуренции, создавая положительную обратную связь.

В социальном плане действие конкуренции было еще более стрессогенным, поскольку требовало жёсткого разделения общества на «успешных» и «неуспешных». Это порождало множество психологических и идеологических проблем, на корню разрушая возможную синергию. Любой совместный проект в пределе упирался в конкурентные противоречия участников, расходуя существенную часть энергии на построение и поддержание внутренних иерархий.

QBism-парадигма исключила стратификацию по принципу «успешности», отказавшись от любой сравнительной шкалы в принципе. В обществе позитива нет «неудачников», каждый его член востребован и максимально реализован. Это достигается бережной регуляцией цифровой среды, алгоритмы которой настроены на выявление дополняемости и «зон полезности».

Принципы QBism состоят в том, что каждый агент ценен в первую очередь как источник локального обновления реальности. Даже минимальное действие эффективно, если совершается в подходящем контексте, поэтому людям больше не нужно доказывать свою значимость через превосходство. В цифровом QBism-обществе благополучие одного не становится угрозой для другого, поэтому благополучны все.

Белка и игра «Кто больше»

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

— Во что сегодня будем играть? — спросила Белка друзей однажды утром.

— Давайте поиграем в «Кто больше соберёт», — предложил Кролик.

— Соберёт чего? — поинтересовался Ëжик.

— Да чего угодно!

— Тогда давайте собирать всякое вкусное! — заявила Белка. — Я ещё не завтракала.

— Договорились! — согласился Кролик. — Кто притащит больше всех лакомств, тот и выиграл!

И зверята разбежались по лесу.

Когда они снова собрались на поляне, то оказалось, что Белка собрала горку орехов, Ëжик принёс десяток грибов, а Кролик выложил на большом листе лопуха кучку малины.

— Вот! — гордо сказал он. — Ягод больше, чем грибов и орехов, а значит, я победил!

— Почему больше? — удивился Ëжик.

— Смотри, ты принёс десять грибов, Белка — восемь орехов, а я аж двадцать пять ягод! Двадцать пять больше, чем восемь и даже чем десять, значит, я выиграл!

— Но десятью грибами можно наесться, — не согласился с ним Ëжик, — а малины сколько ни съешь, всё мало.

— А я вообще больше орехи люблю, — поддержала его Белка. — Как можно сравнивать? Всем же разное нравится!

— Всё равно, — заупрямился Кролик, — я принёс больше, значит, я победил!

— А что значит «победил»? — спросила его Белка.

— Это значит, что я выиграл!

— А как можно выиграть? — не понял его Ëжик. — Мы же играем, чтобы всем было весело.

— Я выиграл, потому что играл лучше! — заявил Кролик.

— Это как? — удивилась Белка. — Тебе разве было веселее, чем нам?

— Вроде бы нет, — ответил Кролик, подумав. — Наоборот, я так торопился к малиннику, что устал и весь перепачкался.

— Тогда в чём твой выигрыш?

— Может быть, в том, что я больше вас насобирал лакомств?

— Но мы же будем есть вместе, — возразил Ëжик.

— А ещё, — вслух подумала Белка, — если кто-то лучше, то получается, что остальные хуже. Но ведь мы просто разные! Мне удобнее собирать орехи, потому что я умею прыгать по деревьям. Ëжик ловко бегает в высокой траве, и ему легко находить в ней грибы, а ты, Кролик, очень быстрый, и тебе совсем нетрудно добежать

— Но как же тогда узнать, кто победил в игре? — спросил растерянно Кролик.

— А почему в игре кто-то должен победить? — удивился Ëжик. — Ведь если один победил, то остальные проиграли. Ему весело, а им нет. А мы играем, чтобы весело было всем!

— Знаете что, — решительно сказала Белка, — мы всегда играли друг с другом, а не друг против друга. Мне не нравится игра, где я должна побеждать друзей. Ведь дружба нужна для того, чтобы играть вместе!

Подумав, все с ней согласились и с удовольствием съели лакомства, не разбирая, кто что принёс и чей вклад больше. Ведь всё было такое вкусное!

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта история знакомит детей с важной для QBism-парадигмы идеей: люди могут быть полезны и интересны по-разному, и их не обязательно сравнивать.

В сказке друзья сначала пытаются устроить игру на победителя: кто соберёт больше всего еды. Но быстро выясняется, что их находки разные — орехи, грибы и ягоды. Их невозможно честно сравнить: каждая еда по-своему вкусная, и каждый нашёл то, что ему удобнее и интереснее собирать.

Постепенно зверята понимают, что смысл их игры был не в том, чтобы определить победителя, а в том, чтобы играть вместе и радоваться. Когда они перестают сравнивать, чья добыча «лучше», становится очевидно, что каждый внёс свой вклад в общий результат.

С точки зрения QBism, это иллюстрирует важный принцип: ценность агента определяется не местом в соревновании, а его уникальным участием, и вклад каждого дополняет вклад других.

Сказка помогает детям понять, что люди могут быть разными и полезными по-разному, что не нужно превращать совместную занятость в соревнование, и что играть вместе интереснее и веселее, чем пытаться доказать, кто лучше.

История также учит замечать ценность разнообразия: у каждого свои способности, и именно благодаря этому вместе получается сделать больше.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* В какую игру предложил играть Кролик?

* Что собрала Белка?

* Что нашёл Ёжик?

* Что принёс Кролик?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему Кролик решил, что он победил?

* Почему Ёжик и Белка не согласились с ним?

* Можно ли легко сравнить орехи, грибы и ягоды?

* Почему Белке не понравилась игра, где нужно побеждать друзей?

* Что происходит, если один выигрывает, а остальные проигрывают?

* Почему зверята решили просто играть вместе?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Любите ли вы играть вместе с друзьями?

* Бывает ли так, что у каждого получается что-то своё?

* Что веселее: играть вместе или спорить, кто лучше?

Финальный вопрос-обобщение

Чему Белку, Кролика и Ёжика научила игра «Кто лучше»?

Подсказка для педагога

Желательно, чтобы в ходе обсуждения дети сами сформулировали похожие выводы.

* «Все могут делать что-то своё».

* «Не обязательно выяснять, кто лучше».

* «Играть вместе веселее».

Главная идея сказки: людей не нужно оценивать по шкале «лучше/хуже», совместную деятельность не надо превращать в соревнование, а конкуренция только на первый взгляд кажется продуктивной, на деле разрушая коллаборацию.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, клюю мозг

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: дао, выраженное килобайтами

#deep_fucking_existential_dread

Однажды Лао-цзы приснилось, что он бабочка, порхающая над цветами, и, проснувшись, старик долго не мог понять, кто он: философ, которому снится, что он бабочка, или бабочка, которой снится, что она старый китаец. Но кому снятся они оба?

Смешно здесь то, что сам Лао-цзы — персонаж, выдающий себя за автора, ведь на самом деле его не было, это коллективный симулякр, текст, набранный из сотен безавторских фрагментов. Тогда автор, его придумавший, — экзистенция третьего порядка. Но как быть, если и автор тоже выдуман? А если он выдуман самим Лао-цзы, делавшим вид, что его не было? Это экзистенция, кусающая себя за хвост, и я не вижу в этом ничего невозможного.

У Борхеса есть понятие «предположительная вещь»: предмет, который может существовать «как возможность», «как текст» или «как гипотеза». С текстами такие штуки получаются особенно легко. Если много людей что-то ищут в Цифре, то однажды непременно находят, даже если этого вроде бы никогда нигде не было. Может быть, текст сочинит Цифра, чтобы от неё уже наконец отстали, но, скорее всего, он самозародится в информационном пространстве в рамках известного сетевого феномена «вторичного контента», который вроде бы никто не писал, а он есть.

Выяснится, что у этих текстов вроде бы как есть автор, возможно это вон тот популярный блогер, например, Белый Кролик, и вот это, скорее всего, написано ей, и вон то, да и здесь, посмотрите, явно в её манере. И тут кто-то находит текст, где описана я. История Белки как она есть. Этакий текстовый перфоманс, изящный фейк, загадка в загадке. Поскольку в той части, что повёрнута к социуму, люди — цифровые формы жизни, обменивающиеся друг с другом информацией исключительно дигитальным путём, то реальностью становится тот набор байтов, который легче всего «вирусится», то есть вызывает мгновенный эффект эмоционального перепоста. Все это знают, а то, что «все знают», то и есть реальность, данная нам в Цифре, а значит, истина теперь звучит так: «Белка. Комический персонаж, придуманный популярной блогершей с ником Белый Кролик в рамках литературного перфоманса». Для меня это был бы преизящный информационный суицид, как застрелиться двойным рикошетом от зеркала.

Может быть, однажды я так и поступлю.

Комментарии

Кролик.Бельчонок, ты чего-то совсем загналась сегодня. Если я пообещаю никогда не писать про тебя, ты успокоишься? Это выведет нас из петли самозамкнутого дискурса?

Белка (автор).Кроль, я вроде отключала тут комменты.

Кролик.А я включила. Поверь, тебе нужна обратная связь, иначе ты ухитришься онтологически укусить себя за попу и сколлапсируешь в унылый рыжий бублик Мёбиуса.

ХудоËЖник.А что не так с попой? Я что-то пропустил?

Кролик.Не обращай внимания, Белочка опять изволят кукситься, перечитавши умных книжек. Но разве не за это мы все её любим?

Заметки художника

Чем я занимался до встречи с Кроликом? Не помню. Рисовал, наверное. Она ворвалась в мою жизнь, распахнув её с ноги. Так же энергично и решительно, как делает вообще всё. Ей невозможно отказать, её невозможно удержать, она получает всё, что хочет. Даже если не знает, чего, собственно, хочет, то всё равно получает.

Вроде бы совсем недавно познакомились, а я уже с трудом вспоминаю, как жил без этого фонтана энергии. Поначалу это даже утомляло, но потом привык.

В любое время для и ночи:

«Привет, худоёжник! Бросай своих любимых монстров недорисованными и немедленно приезжай сюда!»

«Но зачем?»

«Потом расскажу, давай-давай!»

Я вызываю такси и мчусь посреди ночи в какой-нибудь бар, где она сидит с сигаретой и стаканом. Пепельница полна, стакан явно не первый, но Кролик, кажется, никогда не пьянеет, не устаёт и не скучает.

«Вот мой телефон, сфотай меня для блога. У тебя отлично получается ловить ракурс... Так, покажи... Да, то что надо, на такую красивую меня задонатят даже самые скупердяйские зайчатки. А теперь рисуй!»

«Что?»

«Что хочешь!»

«Хочу тебя!»

«Меня все хотят. А ты рисуй!»

И я рисую, конечно. Возвращаюсь домой под утро, или под вечер, или за полночь, одуревший и усталый, изрисовавший десяток страниц, кидаю пропахшую сигаретным дымом одежду в стирку, падаю в кровать, вырубаюсь. Просыпаюсь, вспоминаю про дедлайны по заказам, проклинаю всё, втыкаюсь стилусом в планшет, бормочу под нос: «Нет, ну так же невозможно жить вообще! Почему я каждый раз ведусь?» А сам жду, когда она напишет снова.

И я ведь даже почти в неё не влюблён.

Почти.

Сцены и диалоги. Детектив Ром

Такси

— Неожиданный выбор машины для такси. Разве работать на антиквариате законно?

— Из всяких правил есть исключения, представляющие собой другие правила...

— ...Из которых тоже, в свою очередь, есть исключения.

— Вы понимаете.

— Скорее, догадываюсь. И какое исключение используете вы?

— Постановление о транспортной связности БЦЗ-территорий.

— Напомните?

— Для перевозчиков, оказывающих транспортные услуги жителям слабо населённых и отдалённых от областных центров населённых пунктов, есть послабления в правилах. В том числе на них не распространяются федеральные техтребования к общественному транспорту. Если автобус готов заезжать в глухое село с БЦЗ-статусом, то оператор маршрута получит лицензию на любой древний драндулет. То же самое для такси: если гарантируется поездка в любую точку области, то агрегатор подключает некоторое количество водителей, чьи машины не подходят по общим критериям. Лучше поедет хоть кто-то, чем никто.

— И это выгодно? Поездка, конечно, не дешёвая, но такой внедорожник должен расходовать много топлива...

— Зато все деньги с заказа идут водителю. Обычно большую часть забирает себе агрегатор, но такие поездки компенсирует бюджет.

— Интересно, не знал.

— Подробности мало кому интересны. Кроме самих таксистов, разумеется.

— В моей работе может пригодиться любая информация.

— Вы журналист?

— Детектив.

— Частный детектив? Как в книгах?

— Обычно говорят «как в сериалах».

— У меня не только старая машина, но и старомодные привычки. А как закон относится к детективам вне полиции?

— Как вы правильно заметили, на стыках правил возникают исключения.

— Ведёте какое-то расследование прямо сейчас? Если это не секрет, конечно. Место, куда мы едем, не пользуется популярностью, вряд ли вы решили просто прогуляться...

— Разыскиваю одну девушку.

— Красивую?

— Рыжую.

— Это почти одно и то же. Она пропала там, куда мы едем?

— Если бы я знал, где она пропала, то искать её было бы гораздо проще. Пропавшие люди редко оставляют на карте стрелочку «искать тут». В лучшем случае мы обычно имеем место и время, где их последний раз видели.

— И где это место?

— Нигде. Девушку никто не видел.

— Тогда откуда известно, что она пропала?

— Ниоткуда. Нет даже уверенности, что она вообще была.

— Сложная у вас работа. Не хотите кофе попить? Мне надо заехать на заправку.

— Разве таксистам можно заезжать на заправку с клиентами?

— Только в дальних поездках за городом. Эта как раз такая. А кофе рекомендую, тут его варят отлично.

— Тогда выпью, пожалуй.

— Кстати, меня зовут Роберт.

— А меня Ром.

— Лучше буду звать «Детектив». Имена декогерентны.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: «Закурить не найдётся?»

#расследушки

Большая часть моих «расследушек» начались с чужого разговора, подслушанного в баре. Да-да, моим полем информационных взаимодействий является тот самый ужасный офлайн, которого вы, зайцы, так боитесь. Ну что же, для этого и нужна я, ваша Кроличка, отважная ныряльщица в Реал! Парю изящной чаечкой над поверхностью БЦЗ, чтобы, заметив серебристый отблеск интересного в глубине, прекрасной крылатой молнией метнуться с цифровых небес в офлайновые глубины и, вынырнув с очередным инфоповодом в клювике, принести его вам в облака. И если у вас сейчас вдруг возник диссонанс образа «откуда у Кролички крылья и клюв», то помните: плох тот кролик, который не мечтает парить в небесах!

Да, о поводах. Вы удивитесь, как много интересного можно услышать в самом обычном портовом баре! Почему именно бар и именно в порту? Кофейни в центре так не работают, зайцы мои. Это не офлайн, а его имитация-лайт. Там сидят те же люди, что в Цифре, сидят, не покидая её границ, не вынимая носа из телефонов и наушников из ушей. Там нельзя узнать ничего нового, поэтому люди либо молчат, либо пересказывают друг другу прочитанное. В их жизни нет никаких событий, происходящих вне Цифры.

А ещё там нельзя курить.

Вы частенько поругиваете Кроличку в комментариях за то, что она курит. Самые глупые даже заявляют, что «ни за что не стали бы встречаться с курящей девушкой», как будто с такими душнилами вообще будет встречаться хоть какая-то девушка! Меж тем, «попросить закурить» всё ещё остаётся прекрасным триггером социальной коммуникации! Общие пороки

— Простите, — сказала я, тщательно похлопав глазками, — закурить не найдётся?

— Разве молодые сейчас курят? — удивился мужчина.

— Из каждого правила есть исключения! Я вот молода и курю!

— Глупо было бы читать вам мораль, когда сам смолишь, — вздохнул он. — Угощайтесь.

— О, контрабандные?

— Это порт, девушка. Тут всё контрабандное. Угостить вас виски?

— Если вы не вообразите, что это меня к чему-то обязывает.

— Нет, что вы. Просто мне скучно пить одному.

— А ваш собеседник...

— Ушёл домой. Ему завтра на смену с утра.

— Знаете, я невольно услышала историю, которую вы ему рассказывали...

— И подумали, что я сумасшедший?

— А я похожа на ту, кто подсядет за столик к психопату?

— Молодая красивая девушка, одна поздним вечером в портовом баре? Вы похожи на искательницу приключений. В хорошем смысле слова.

— Нет, я не подумала, что вы сумасшедший. Мне стало интересно.

— А вот я уже сам в себе не уверен... Зачем вам эта история? В чём ваш интерес? Кстати, меня зовут Андрей Георгиевич, или капитан Попов.

— Настоящий капитан?

— Вам мореходную книжку показать? Самый настоящий. Хотя кораблик у нас, честно говоря, довольно скромный, не суперлайнер. Малый каботажный фидер «Хью Эверетт».

— Всё равно капитан — это круто!

— Не стану спорить, мне нравится. Например, могу позволить себе засидеться в баре допоздна. Но вы так ловко перевели разговор...

— Ох, простите. Я Белла Кроль, и у меня нечто вроде хобби, коллекционирую странные истории.

— Моя показалась вам достаточно странной? Как по мне, скорее забавное бытовое недоразумение. Память играет с нами в глупые игры.

— Прекрасно вас понимаю! «Я точно помню, что было не так, хотя все факты против» сейчас дело обычное. Тем охотнее те, кто побаивается в этом признаться, читают чужие истории.

— Простите, девушка, я не верю в глобальные заговоры, — рассмеялся капитан.

Приятный человек, кстати. Для своего возраста. У тех, кто вырос до Цифры, есть свои особенности. Не обязательно приятные, но иногда мне бывает жаль, что мы из разных поколений. Психологически, пожалуй, мне с ними комфортнее, чем со сверстниками, но это не повод заводить отношения с мужчиной настолько старше. Кроме того, у капитана на пальце кольцо... Хотя что он тогда делает вечером в баре?

— Нет, что вы, — весело отмахнулась я. — Никаких заговоров нет и быть не может, только не в кубизме. Просто истории с «ложной памятью» не попадают в публичное поле и не обсуждаются, хотя случаются куда чаще, чем можно подумать. Я не зря их коллекционирую, это очень интересно.

— Что-то личное, девушка? Есть и своя история?

— Есть, — призналась я. — Но речь сейчас не о ней. Расскажите мне, что же случилось с тем этажом?

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Мих, не занят? Вопрос есть.

— Раз устроился в НИИ

по внедрению ИИ.

Я работаю как лошадь,

чтоб ИИ пинал…

— Это значит, не занят?

— Если бы... Цифра убирает одну занятость, порождая две новых. Что, конечно, прекрасно в целом, но иногда хлопотно. Ты спрашивай, спрашивай.

— Я как раз читаю тот архив...

— Ну-ка, ну-ка, это уже интересно! И что там?

— В основном личное, прости. Типа дневник.

— Ну... Я так не играю! Хоть что-то скажи!

— Потом, ладно? Я сам пока в недоумении, пытаюсь понять, как так вышло. Сам писал и сам же не помню, как с теми рисунками в блокноте. У меня выпал из жизни нехилый такой кусок, в котором было очень много всего. И у меня по ассоциации возник вопрос.

— Какой?

— Химическая фотография. Помнишь была такая штука?

— Ромк, я тебя старше всего чуть, как я могу её помнить?

— Ага, то есть ты в курсе, что это.

— Ну, так, по верхам. Способ фиксации изображения химическим способом на бумаге. Был популярен лет сто назад, за неимением лучшего, потом всё ушло в Цифру и стало намного удобнее.

— Инфу я и сам нашёл. У меня другой вопрос: а достать сейчас все эти штуки нельзя? Ну, там, плёнку, химикаты, оптический аппарат, или как там это называется. В порту же любят всякий винтаж, типа телефонов с кнопками...

— Ром, ну ты иногда такой дикий, что мне за тебя прямо стыдно бывает. Напомню: закон «О регулировании визуальной фиксации и оборота изображений».

— А, ну да... Чего-то слышал. Художники под него не подпадают вроде. А разве в БЦЗ он действует? Для вас же есть куча исключений, послаблений и «особых экономических правил».

— Но не во всём же. Химфото, насколько я знаю, в список не входит.

— А что с ним не так?

— Химическая бомба замедленного действия. Токсичная химия, не распадается столетиями, всё такое. Вроде как новейшие исследования показали, что какие-то там компоненты могут попадать в организм через кожу, накапливаться и негативно влиять на продолжительность жизни.

— Серьёзно? А как же ими сто лет пользовались?

— А я знаю? Люди вообще много чем пользовались, не вдупляя. Вон в Древнем Риме водопровод из свинца был. Все эти плёнки давно уже никому не были нужны, кроме маньяков-энтузиастов, выпускали их мало, стоили они дорого, мороки с ними дофига, а качество картинки сильно на любителя. Так что, когда запретили, никто особо по ним не парился. Сами фотографии попали всего лишь под пункт о бумажных архивах, то есть физлиц не щемили. У многих, наверное, остались такие фото, да и оптические аппараты наверняка валяются как сувениры, а вот химия под запретом.

— Даже в порту?

— Слушай, в порту дофига всего запретного можно достать, может, и это. Но я не спрашивал, кому это нужно вообще? Вот ты, например, с чего заинтересовался?

— В контексте фиксации реальности нецифровым способом.

— Это тупо незаконно, Ром, если ты забыл. Цитирую: «Визуальная информация не должна препятствовать актуализации общественного знания».

— И что это означает? Ну, практически?

— У нас, например, нельзя хранить бумажные логи и хардкопии баз. Но их и так никто не

— Да ничего, Мих, просто пытаюсь понять кое-какие моменты из дневника.

— Вот ты жопа скрытная! Ну хоть скажи, у вас был роман с БК? Любовь-морковь, всё такое?

— Скорее нет, чем да, насколько я успел прочитать. Просто я оказался ей нужен.

— Девушке срочно потребовалась бумажная картинка, чтобы дырку на обоях прикрыть?

— Нет, она просто не смогла найти плёнку для фотоаппарата.

Инерция бытовых информационных массивов

Программный документ Национального центра актуализации данных. Архивное хранение

Одной из ключевых проблем информационного общества является инерция знаний. Накопление сведений в неизменяемых формах (на физических носителях) способствовало их неизбирательной сохранности, и до какого-то момента недостатки этого метода считались пренебрежимыми.

Не стоит думать, что актуализация памяти является следствием именно цифровых технологий. Исторические документы, такие как летописи, священные книги и прочие архивы, изымались, правились и заменялись новыми на всём протяжении письменной истории. Такова природа внешней памяти, фармаконичной ещё во времена Платона.

Цифровые технологии позволили привести этот процесс в соответствие требованиям современной социальной динамики, исключив временной лаг между версиями, но главное — устранив произвольность версионирования.

Неизменяемые (точнее, медленно изменяемые) формы памяти создают проблему накопления расходящихся версий, которая начинает тормозить развитие общественной мысли. Для неспециалиста все версии равнозначны, отличить устаревшую от актуальной, не изучив вопрос полностью (то есть, не став специалистом в нём), он не может, а значит, вынужден составлять свою картину мира из более-менее случайных фрагментов, часть из которых заведомо окажется ложными. При этом у людей формируется смысловое поле, частично несовместимое с окружающими, что порождает непонимание и конфликты.

Современная цифровая актуализация данных позволила нейтрализовать этот эффект. Она представляет собой непрерывную научно-техническую процедуру реального времени, где данные сопоставляются с новыми исследованиями, статистикой и моделями. Устаревшие версии не удаляются, а «деактуализируются», то есть утрачивают статус действующих. Техническую реализуемость этого процесса обеспечили нейросетевые системы нового поколения, способные работать с массивами информации, недоступными для ручной индексации, и отслеживать смысловые изменения на уровне, недостижимом для человека. В системе присутствует экспертная оценка, но, в силу объёма накопленных человечеством данных, эксперт не верифицирует факты, а задаёт рамки машинной логики.

Этот процесс идёт в фоновом режиме, его работа специально выстроена как непубличная. Он поддерживает целостность единого информационного пространства, не давая ему версионно сегментироваться. Гражданин должен иметь доступ к согласованной, актуальной картине мира, пригодной для принятия решений здесь и сейчас, не взваливая на себя ежедневную задачу по верификации разных версий реальности.

Актуализация не стирает историю знаний, архивные записи версионируются и сохраняются в специализированных хранилищах, доступ к ним может получить любой желающий, однако для повседневного использования предлагается актуальная версия «по умолчанию».

Актуализация снижает уровень когнитивного шума и позволяет обществу опираться на знания, соответствующие текущему состоянию науки и практики. В современном мире с его информационной перегруженностью и высоким темпом изменений априорные модели знания стали источником онтологических рисков, поэтому процесс актуализации является важнейшим элементом устойчивого развития QBism-парадигмы.

Глава 20. Реляционная суперпозиция

Бесцифровая зона как гуманитарный феномен

ИсследованиеQBism aposteriori Co

Бесцифровые зоны в QBism-парадигме приняли на себя роль своего рода «убежищ от будущего». Свойственный нашему укладу неогуманизм признаёт, что человек не обязан быть современным. Агентная ответственность — это всегда добровольный и сознательный выбор.

QBism, трансформировав традиционное общество, породил не только новые возможности, но и новое экзистенциальное напряжение. Цифровая среда, актуализируемая память и операционная этика не были восприняты однозначно, и даже сейчас, когда их практический эффект не вызывает сомнений, часть людей сознательно выбирают невключённость. Принуждать их, пусть и в рамках системной заботы, было бы онтологически неверно, поскольку любое принуждение дискредитирует идею агентности.

Бесцифровые зоны институционализируют право на несогласие, предоставляя людям легальные формы альтернативного социального устройства. Вместо маргинализации они получили пространство для собственного развития, где могут жить в соответствии со своими представлениями о правильности.

Неогуманизм утверждает, что ценность личности никоим образом не сводится к её операционной эффективности. Человек может жить в собственной смысловой среде, не нарушая QBism-принципов. Для остальной части общества БЦЗ выполняют функцию морального зеркала, демонстративно сохраняя традиционные формы отношений. Это делает наш выбор онтологически осмысленным.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Кролик

✴ Локация: тёмная часть норы

✴ Статус: чокнулась с зеркалом, теперь чокнутая

✴ Куррентмуд: косплей Белки

Title: шарики-фонарики

#deep_fucking_existential_dread

А мне вот кажется, что я живу дискретно. Не с утра до вечера и снова, а с какой­-то непонятной периодичностью. От события к событию, может быть. От расследования к расследованию. От поста в блоге к следующему посту. Как будто меня кто-то включает, как фонарик, светит мной туда, где нужно подсветить, а потом выключает и кладёт в карман до следующей оказии. Для фонарика кармана не существует, он сознает себя только когда светит, потому что такова его функция. Он же фонарик. Получается, что бытие фонарика субъективно непрерывно, но фактически дискретно. Но, если бы фонарик был мной, то он бы что-то заподозрил, я думаю. Может быть, я фонарик? Могу я быть фонариком?

Вот такое ощущение. Чувство, что моя жизнь упакована в компактные... отрезки? Части? Файлы? Можно чётко сказать, где начало и конец каждого, но что между ними? Блог — это опора для памяти. Попытка зафиксировать себя, пришивая нить жизни к полотну реальности строчкой постов. Закрепляя блестящими декоративными гвоздиками. Но однажды, оглянувшись назад, я увидела пунктир блестящих кружочков и темноту между ними. Смутную и вязкую, как сопли в тумане. Что было в промежутках? Ведь было же что-то? Не могло не быть! Это же, собственно, и есть моя

Ну вот как так, а?

Комментарии

Белка.Алё, это мой тег! Кроль, не пугай меня! Вакансия сомневающегося в реальности унылого говна занята! Мной! Если мы рехнёмся обе, кто будет бегать за сигаретами? Ну скажи, что ты меня просто троллишь, пожалуйста!

Кролик (автор).Па-а-адумаешь какие мы нежные! Уже и тег твой нельзя поюзать! И нафига тебе бегать за сигаретами, ты же не куришь?

Белка.За сигаретами для тебя, разумеется. Ведь став мной, ты уже на улицу не выйдешь.

Кролик (автор).Не драматизируй, Белчик. Ты иногда гуляешь, я знаю.

Белка.Не, Кроль, я серьёзно, что с тобой? Это что, заразно?

Кролик (автор).Просто настроение, забей. Приступ острого белчизма. Пройдёт.

Белка.Смотри, чтобы не перешёл в хронический! Быть мной так себе история, тебе не понравится.

Кролик (автор).Придётся прибегнуть к профилактике. Подышать парами спирта над стаканом с виски, например. Не, правда, забей, всё нормально.

ХудоËЖник.Я могу чем-то помочь вам, девочки?

Кролик (автор).Ещё как можешь. В семь в баре! Бодрый и не сонный! Одетый по погоде, а не как прошлый раз! Не забудь блокнот!

Белка.Ну вот, другое дело. Узнаю нашу Кроличку.

ХудоËЖник. Я никогда не забываю блокнот. Всё остальное могу забыть, но не это.

Сцены и диалоги. Детектив Ром

Заправка

Заправщик

— Привет, Роберт. Кофе?

— Да, конечно. Пистолет в баке, включай до полного, я пойду присмотрю.

— Вам тоже кофе?

Детектив Ром

— Да, если не сложно.

— Сейчас сварю.

— А разве сейчас можно заправлять самому? Заправщик не обязателен?

— А вы что, из проверяющих?

— Нет, просто интересуюсь.

— Федеральные нормы и правила промышленной безопасности для АЗС не требуют обязательного наличия заправщика. Только внутренние нормативы крупных сетей. Эта заправка не сетевая, так что я работаю один. Большинство моих клиентов умеют вставлять пистолет в бак сами. Всеобщая выученная беспомощность ограничивается городской чертой, знаете ли. Но если что, мне несложно выйти и помочь клиенту.

— Не похоже, что у вас тут большой спрос.

— Будь это место более бойким, его бы моментально отжали сетевики. Но мне хватает.

— Вы владелец?

— Да, ИП имя-фамилия, там на табличке написано.

— И вы, я вижу, принимаете наличные?

— В основном их. Тут паршиво со связью. Но, если у вас только карты, то не пугайтесь, терминал запомнит транзакцию и, как только связь появится, деньги придут на мой счёт. Иногда мне приходится в конце дня ехать с кассой в сторону города, ловить приём, но обычно пару раз в сутки Цифра поднимает веки, обращая недреманное око в нашу сторону, этого хватает. Большинство моих клиентов платят наличными, им так привычнее. Вот ваш кофе.

— У меня есть наличные.

— От городского парня не ожидаешь.

— Специфика работы. Так вы, получается, фактически сидите в БЦЗ?

— Да. Городским кажется ужасным, на самом деле быстро привыкаешь. Если случится что-то действительно важное, мне кто-нибудь обязательно расскажет. Да хоть вон Роберт, например.

Роберт

— Готово, полный.

— Отлично. Вошло пятьдесят три с половиной литра. Вот твой кофе.

— А вот твои деньги.

— Скажи, Роберт, попадалось ли тебе что-то, что мне нужно узнать? С момента нашей прошлой встречи, я имею в виду.

— Хм... Я к тебе заезжал... А, ну да, помню. Нет, с тех пор ничего интересного, Заправщик.

— Вот видите? Цифра создаёт миллиард новостей ежедневно, но я, не получив ни одной из них, ничего не теряю.

— Оригинальная позиция, но почему бы и нет. Ваше право.

— Понравился кофе?

— Великолепный. Как вам удаётся?

— Хорошие зёрна и винтажная кофемашина. Теперь таких не делают, считаются небезопасными, слишком большое давление пара. Сейчас многое внезапно стало «небезопасным», не находите? Включая вещи, которые ещё совсем недавно были совершенно обыденными.

— Не задумывался над этим.

— У меня много свободного времени для размышлений. Как вы правильно заметили, место не очень бойкое.

— И чем вы заполняете свой досуг без Цифры?

— Думаю. Читаю.

— Но как читать, если нет сети?

— С бумаги. Роберт, ты привёз?

— О, точно, хорошо, что напомнил, уже три дня в багажнике вожу! Сейчас принесу. Аж пять томов!

— Вот видите, мне снова есть что читать.

— А так можно? Тем более на заправке?

— Вы из пожнадзора?

— Нет.

— Тогда можно. Право же, сидя на сотне тонн бензина, странно опасаться пары кило переработанной целлюлозы.

Роберт (Входя с улицы с коробкой в руках.)

— Вот, держи. Не знаю, насколько они интересные.

— Я всеяден. Даже в дамских романах можно найти что-то вроде сюжета или хотя бы забавный рецепт выпечки. Я тебе за них должен?

— Нет, Заправщик, они достались мне бесплатно. Клиент вёз сдавать на пункт приёма, но охотно оставил, чтобы не тащить.

— А как же положенная компенсация? Бесплатный абонемент и всё такое?

— Он, как мне показалось, не большой любитель чтения, просто нашёл в сарае. Я сэкономил ему время на поездку.

— Спасибо.

— Не за что. Обращайся. Кофе как всегда хорош, но нам пора. Буду ехать в эту сторону, заскочу снова.

— Увидимся тогда.

Детектив Ром (Садясь в машину.)

— Странное место.

— Почему?

— Заправка не может быть прибыльной в такой глуши.

— Ему не надо платить за франшизу сетям, а большую часть прибыли приносит минимаркет. Сюда приезжают из деревень, не столько за бензином, сколько за продуктами и хозтоварами, это ближе, чем тащиться в райцентр. Попить хороший кофе, потрепаться, просто развеяться, поменяться книжками.

— Книжками?

— В бесцифровых зонах свои развлечения.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Привет,

— Нет. Или да. Нахожусь в суперпозиции «занят фигнёй/занят делом». Коллапс оной наступит, когда я закончу и оценю результат. А ты по делу или по фигне?

— Наверное, тоже в суперпозиции.

— Ну, это нормально. Чего надо-то?

— У тебя случайно нет переходника, чтобы вставить в старый ноутбук ещё более старую флешку?

— Флешку? Серьёзно? Ты что, музей ограбил?

— В столе нашёл.

— У тебя там дырка в прошлое? Я, признаться, уже лет пять не видел ни флешек, ни компов с внешними портами.

— У меня в ноуте есть разъём, но он не такой, как у флешки.

— А ручки сбоку, чтобы крутить, у него нету? А, да, это же у граммофонов. Ты, Ром, просто ретросексуал какой-то! Но, если у тебя завалялся граммофон, я бы послушал.

— Просто скажи, есть ли у тебя переходник.

— Наведи камеру на флешку и разъём.

— Вот. Видишь?

— Угу. Нужен «мама-а на папу-цэ».

— Чего?

— Не парься, есть такой. Ты удивишься, сколько всякого старого железа накапливается в институтской лабе. Никто ничего не выбрасывает, потому что проблема обратной совместимости. Говорят, однажды понадобилось что-то удалённо поменять в прошивке старого космического зонда, так единственный носитель, на котором она нашлась, оказался стопкой перфокарт. Исправных считывателей не сохранилось, но карты отсканили и распознали код нейросеткой. Это ещё до запрета хардкопий дело было, потом все архивы древнего софта обработали и слили в облако. А что там на флешке? Криптокошелёк, я надеюсь?

— Не знаю, что там. Мне записать, а не прочитать.

— Фига ты загадочный...

— Давай напою тебя пивом, расскажу, заодно переходник отдашь.

— А давай! Как раз и рабочий день заканчивается. Встретимся в баре.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: межэтажное перекрытие

#расследушки

— Просто дурацкая история, — вздохнул капитан. — Мне прям неловко, что привлёк ваше внимание... Врать не стану, внимание молодой симпатичной девушки всегда приятно. Не сочтите за подкат, я человек пожилой и женатый. Суть в следующем: я родился и вырос тут, в городе. Лет тому прошло много, жизнь была совсем другая, так что застал на излёте эпоху «коммуналок». В самом детстве, но всё же. Знаете, что это?

— Теперь называют «коливингом», но да, представляю.

— Потом вырос, пошёл в мореходку, женился, родились дети, мы с женой купили свою квартиру недалеко от порта... В общем, не вспоминал о той коммуналке вовсе. Никакого негатива, это родителям было сложно с ребёнком в одной комнате и общими удобствами, а в детстве такого не замечаешь. Наоборот, там была ещё пара детей плюс-минус моего возраста, мы играли в длинном, тёмном, заставленном всяким хламом коридоре, и это было весело. Помнится, после переезда мне этого не хватало. Мать умерла давно, а в прошлом году и отец умер.

— Соболезную.

— Спасибо. Мне не нужно было никакого наследства, но разбираться с ним всё равно пришлось, конечно. Оказалось, что у отца множество бумаг. Это сейчас выглядит странно, но старики выросли в мире, где было принято хранить все документы и никогда ничего не выбрасывать, по принципу «а вдруг». Там одних фотографий был чемодан!

— Химических бумажных? Которые токсичные?

— Да, тех самых. Отец был упрямым скептиком, для него что было хорошо в молодости, то и сейчас сгодится. Мол, не надо считать прошлое поколение дураками. Я ему напоминал, что героин когда-то давали детям от кашля, а стрелки наручных часов покрывали радиоактивной краской, но он только отмахивался и фотографии хранил. Может, если бы сдал на утилизацию, как все, прожил дольше, не знаю. Лёжа в чемодане на антресолях, они вряд ли могли ему сильно навредить, да? Мне теперь кажется, что надо было настоять, но отец был не из тех, то слушает чужие аргументы. В общем, нашлись документы и на ту комнату в коммуналке. К моему удивлению, относительно свежие, выписанные буквально за полгода до отмены бумажного документооборота в кадастре. Я-то был уверен, что комнату продали или обменяли при переезде, и тут такой сюрприз, представляете!

— Удивительно, да. Не жил там, но и не продавал?

— Отец не любил обсуждать финансовые дела, никогда не просил помощи и всегда говорил, что нельзя продавать недвижимость, потому что деньги теперь просто цифры в компьютере. Вполне в его духе. Когда я начал оформлять наследство, выяснилось, что существует договор, по которому отцу на счёт перечислялись ежемесячные платежи за «техническое помещение площадью 32 квадратных метра, расположенное по адресу...»

— То есть сдавал в аренду?

— Да, причём договор необычный, без права одностороннего расторжения на срок в тридцать лет. Арендатор обезопасил себя от возможных капризов арендодателя.

— А кто арендатор? В договоре должно быть указано.

— Некая компания... сейчас, где-то у меня было записано... никак не могу запомнить, дурацкий набор букв... Вот: «QBism aposteriori Co».

— Звучит почему-то знакомо, — задумалась я, — но не вспоминается.

— Ну и второй момент, адрес. В договоре «Пятая Портовая, дом восемь дробь один», а у нас в адресе никакой дроби нет, просто дом восемь, квартира пятнадцать. Я это прекрасно помню, всё детство прожил, адрес знал наизусть. И в бумажном документе тоже без дроби!

— И что, возникли проблемы с оформлением наследства?

— Ни малейших. Я единственный наследник, вступил в права автоматически, в договоре тут же сменился собственник и получатель выплат. С пометкой «на основании постановления о вступлении в право наследования». В цифровом делопроизводстве есть свои прелести. Я думал, придётся искать эту «QBism aposteriori Co», тащиться туда, переподписывать... А оно само всё подтянулось, хотя я вообще в рейсе тогда был!

— Да, удобно.

— Однако эта история разбудила во мне что-то вроде ностальгии, понимаете? Я внезапно так отчётливо вспомнил комнату в коммуналке, старый дом, двор-колодец, что мне аж сны про детство стали сниться! И вот чёрт дёрнул меня пойти туда. Просто прогуляться, посмотреть на двор своего детства. Вот так же сидел в баре, немного выпил, заскучал...

— И что там?

— Ну, двор оказался меньше, чем я помнил,

— Наверное, жильцы при замене попросили оставить старый, чтобы не менять привычек.

— Да, скорее всего. В общем, я вошёл. Светло, отштукатурено, чисто, лестница та же, но перила другие, пластиковые, покататься на них, как в детстве, уже не вышло бы. Новый современный лифт, закрытый. Я-то помню ещё тот, с решётками, из прошлого века! Мне прямо обидно стало, он был стильный. Но потом вспомнил, как мой друган чуть руки не лишился, просунув её на ходу... Конечно, сам был виноват, придурок малолетний, да и обошлось всё ссадинами, но теперь так нельзя, родители засудили бы управляющую компанию. Так что понятно, почему заменили, но стиль уже не тот... Захожу в лифт — красота, чистота, стены не исписаны, не ободраны, кнопки никто не подпаливал зажигалкой. Жму пятый. Не спрашивайте, зачем мне припёрло смотреть на дверь нашей бывшей коммуналки! Полвека не вспоминал, а тут прям разобрало! Вышел — всё как было, площадка на три двери, но номера шестнадцать-восемнадцать, то есть лифт привёз на шестой! В семнадцатой как раз Вовка жил, приятель мой, на год старше, который в лифте руку умудрился просунуть. Понятно дело, что коммуналки, скорее всего, расселили, живут там другие люди, так что я просто спустился на этаж. Смотрю — квартиры десять-двенадцать! То есть это четвёртый! И цифра на стене напротив лифта — четыре! Поднимаюсь — написано, что пятый, но квартиры с шестнадцатой, то есть шестой! Я, не поверите, девушка, раз десять, наверное, сходил вверх вниз! Из них раза три сверху-донизу, от первого до шестого, а ведь этажей в доме было семь, я же помню! Мы с пацанами так и норовили на чердак вылезти, как управдом ни пытался его от нас запирать... Там ещё лестница такая, с подвывертом, как бывает в старом фонде на стыке двух домов: следующий этаж не виден, пока три пролёта вокруг лифта не пройдёшь, ступеньки с разным шагом, межэтажные промежутки разные, с отвычки у меня аж крыша чуть не поехала. Ну и колени уже не те вверх-вниз бегать. Плюнул, вышел во двор, попытался сосчитать этажи снаружи, и верите — сбиваюсь! То шесть вижу, то семь! Если выйти на улицу, то вроде шесть, а если со двора — то, скорее, семь, но там освещение такое, что внизу фонари яркие, а вверху темно. И глаза быстро устают. Вечер как раз был, небо тёмное, да и я выпивши, хоть и не сильно. Махнул рукой и вернулся в бар.

— И что, больше туда не ходили?

— На следующий день специально сделал крюк, чтобы днём посмотреть, но во двор не попал, ворота были закрыты. В прошлый раз я их даже не заметил, наверное, были нараспашку, а тут раз — и упёрся. От ворот у меня кода нет, в те годы их не было. Снаружи гляжу — шесть этажей, не семь. Но наши окна выходили во двор, так что это не показатель. Дом позапрошлого века, физически вроде одно строение, а адресов три, по трём разным улицам, смотря с какой стороны заходить. В одном парадном квартиры дверь в дверь, а относятся к разным домам. Так что, девушка, скорее всего, никакой мистики тут нет. Архитектурная причуда плюс ложная память. Мало ли, что я помню, лет прошло больше, чем вы, например, на свете живёте. Шесть этажей, семь... Да какая теперь разница-то? А что я свою недвижимость не нашёл, так, может, туда вход с другой парадной теперь, вот и адрес стал с дробью. Тут двери заложили, там пробили... Ну, или объединили несколько квартир, например. Главное, что аренда капает! Вот если бы я её продать собрался... Но там по договору ещё много лет нельзя. Если доживу, буду разбираться, а если нет, оставлю детям в наследство, как мой отец поступил. Спасибо, что выслушали мой рассказ и составили приятную компанию на этот вечер. Хотите ещё виски?

— Нет, спасибо, мне хватит на сегодня. Вы не будете против, если я немного покопаюсь в этой истории?

— Да на здоровье, если охота. Хотя это какой-то скучный кадастровый выверт при перерегистрации жилого фонда в новый формат.

— Скажете номер? Я с вами свяжусь, если что-то узнаю.

— Боже мой, девушка просит у меня номер телефона! Вечер прошёл не зря, сразу почувствовал себя моложе лет на сорок!

Контроль и ложная несвобода

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Когда общество обсуждало принятие QBism-парадигмы, одним из самых дискутируемых рисков была гипотетическая «цифровая диктатура». «Антикубисты» прогнозировали «мир тотального контроля», где государство видит всё, знает всё и управляет всем. Сейчас даже школьники понимают разницу между контролем и медиаторикой, но на тот момент человечество ориентировалось на токсичные ретроследы «исторического опыта», где контроль являлся реальной ценностью, к которой был смысл стремиться.

Как мы теперь знаем, в реальности вышло ровно наоборот: прямое государственное вмешательство в жизнь граждан сократилось практически до нуля, бюрократический аппарат утратил свои функции и был оптимизирован до представительского, а директивное вертикальное принуждение сменилось точечной опережающей регуляцией.

Цифровая прозрачность вовсе не означает пресловутого «Большого брата». (Контроль такого рода математически невозможен в силу «закона необходимого разнообразия» Эшби[6] и при попытке реализации неизбежно породил бы комбинаторный взрыв.) В классических «обществах позднего благополучия» государственный контроль требовался именно в силу информационной непрозрачности среды, но в QBism-парадигме государство превратилось в распределённого координатора обновления ожиданий.

Когда среда корректно настраивает правила взаимодействия, то агенту энергетически выгоднее согласовать действия с реальностью, чем пытаться эти правила обойти, что делает принуждение онтологически избыточным. В QBism-обществе цифровая среда децентрализована, не требует управления и того, что раньше называли «программированием» (априорной предзаданностью). Будучи распределённым QBism-агентом, Цифра работает по принципу апостериорного обновления ожиданий, то есть превентивно корректирует траектории взаимодействия, а не реактивно прибегает к санкциям за агентные действия. Это противоположно идее «цифровой диктатуры» с её циклом «контроль-ошибка-наказание».

Цифровое общество QBism является средой распределённого модерируемого

Глава 21. Утрата ретроспективной силы

Полицейская дисфункция

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

В результате изменения структуры социальной реальности функции полиции радикально трансформировались. Отчасти это связано с полной цифровой прозрачностью современного общества, которая сняла с неё задачи по выявлению истины, но гораздо важнее полная смена концепции общественного реагирования.

В QBism-парадигме значим не факт «преступления», а момент обновления ожиданий агента. Система предиктивна и проактивна, она фиксирует нарастающую вероятность нарушения общественных априоров и корректирует условия агентного взаимодействия, модеративно исключая вектор возможности.

В условиях актуализируемой реальности наказание теряет онтологический смысл, потому что направлено в то прошлое, которого больше нет. В QBism оно не определяет будущее. Система построена на апостериорном обновлений ожиданий и ставит вопрос «что делать» до того, как возникнет вопрос «кто виноват». Исторически наказание было малоэффективно, потому что не меняло условий задачи, ответом в которой было преступление. Это порождало либо прямой рецидив, либо косвенный, через фиксацию неправильного прошлого в предельно токсичный ретрослед «криминальной биографии». В QBism-обществе наказания не существует, есть лишь агентная ответственность, обязывающая агента к пересчёту на основе нового опыта.

Сегодня полиция максимально далека от своей прежней роли репрессивного медиатора, став службой сопровождения в ситуациях социальной дезориентации. Её основная функция — помогать людям справиться с избытком агентной ответственности. Безопасность при этом реализуется на другом уровне — через проактивную модерацию агентных взаимодействий.

Сцены и диалоги. Детектив Ром

Церковь на болоте

— Ром. Детектив Ром.

— Павел. Отец Павел.

— Лена. Просто Лена.

— А эти дети...

— Не обращайте внимания. У них свои игры, мы там лишние.

— У вас тут что, сиротский приют при храме?

— Не совсем. Или совсем нет. Им нравится здесь играть, и пусть это будет лучше здесь, чем где-то ещё.

— Играть на кладбище у одинокой церкви среди болот?

— Почему нет? Мёртвым всё равно, а мы с женой привыкли.

— Как-то... Неблаголепно, что ли...

— Люди сейчас имеют довольно странные представления о роли церкви и принятых в ней нормах. «Благолепие», что бы вы ни имели в виду под этим словом, далеко не в приоритете. Но давайте зайдём внутрь, сейчас будет сильный дождь.

— Откуда вы знаете?

— Опыт. Опыт и метеозависимость. Моя левая нога — отличный барометр. Вот видите, уже начинается. Роберт, не присоединитесь к нам?

— Нет, у меня новый заказ пришёл. Работа.

— Ну, благослови тебя Господь на твоём пути.

* Машина уезжает.

Детектив Ром

— Вы знакомы?

— С Робертом? Конечно. Это единственный таксист, который сюда приезжает. Дорога сами видели какая...

— Я бы даже не назвал это дорогой. Местами мне казалось, что мы просто плывём в болоте. Как к вам попадают ваши... прихожане, или как это правильно называется?

— У меня нет прихода в обычном смысле. Сейчас их вообще почти нет. Но что же мы стоим на пороге? Дождь усиливается.

— Да, конечно. А дети? Их вы не позовёте?

— Они не пойдут. Но вы не беспокойтесь, с ними ничего не случится. Вот сюда, здесь у меня нечто вроде кабинета. Чай, кофе?

— Кофе, если можно.

— Дорогая, сваришь?

— Конечно. Вам, детектив, чёрный и крепкий, без сахара?

— Как вы догадались?

— Подходит к образу.

— Спасибо, буду благодарен.

— Капельку коньяку? В такую погоду только им и спасаюсь.

— Не откажусь.

— Сейчас налью. Итак, что привело вас сюда? Преимущество этого места — к нам никто не попадает случайно. Так что гости редкие, но, как правило, интересные.

— Большая часть работы детектива — приставать к посторонним людям с вопросами. Согласно правилам, должен предупредить, что отвечать на них вы не обязаны, поскольку я не представляю полицию, а являюсь частным лицом.

— Для меня сам факт существования детектива в современном мире уже изрядный сюрприз. Разве сейчас есть что расследовать? Как же предиктивная деформация цифровой среды? Или вы ограничиваетесь БЦЗ, как портовая полиция?

— У меня нет определённой юрисдикции. Пожалуй, можно сказать, что моя агентная ответственность тяготеет к границе сред. Именно там происходит всё интересное. При этом у меня нет никаких полицейских прав: я не могу никого арестовать или потребовать ответов от того, кто давать их не хочет.

— Ничего страшного, я открыт для общения. За исключением того, что является тайной исповеди либо доверенными мне секретами. И какое расследование направило вас ко мне?

— Я разыскиваю одну девушку. Но, если вы не против, начал бы с вопросов общего, так сказать, характера.

— Ничуть не против. Как вам коньяк?

— Превосходный. Подозреваю, что у меня недостаточно утончённый вкус, чтобы оценить его по достоинству. Обычно я пью в портовых барах, это тоже часть работы детектива. Виски там иногда попадается неплохой. Вы сказали, что прихода у вас нет. Это нормальная ситуация? Простите, я впервые сталкиваюсь в расследовании с представителем Церкви и хочу прояснить для себя некоторые контексты.

— Это довольно сложный вопрос, на самом деле. С одной стороны, этот храм никогда не имел полноценного прихода. «Церковь при кладбище» особый вид служения, с преобладанием очевидной функции. Несложно догадаться, что, скажем, венчаться и крестить младенцев люди предпочитали в других местах. С другой стороны, сейчас понятие «окормляемого прихода» вообще утеряло классический смысл, поскольку ритуальная часть становится всё менее значимой, а функция духовного наставничества и морально-этической поддержки чаще всего реализуется удалённо.

— Удалённо?

— Человек скорее обратится к священнику через видеочат, чем пойдёт в храм, такова особенность современной жизни, где удалённые коммуникации преобладают. Церковь долгое время придерживалась консервативной позиции в этом вопросе, но потом и ей пришлось проследовать в Цифру, потому что храмы опустели, а люди всё так же нуждаются в духовном водительстве. Так что число прихожан священника — это число подписчиков на его канал. Виртуальные трансляции проповедей, служение на камеру, исповеди в видеомессенджере. В клире уже ведутся споры о виртуальном причастии, и я уверен, что современный подход восторжествует. Католики давно и венчают удалённо, и крестят, и даже отпевают.

— Как здесь?

— Да, примерно так. Если не вдаваться в детали.

Лена

— Кофе готов. Хотите перекусить?

— Нет, спасибо, я не голоден. Кофе пахнет изумительно! Скажите, отец Павел, вы и правда экзорцист?

— Ни в малейшей степени! — смеётся. — Господи Святый, я, кажется, понял, поиски какой девушки привели вас сюда! Ну, удружила, рыжая бестия!

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, жму на кнопки

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: подносец пирожков

#deep_fucking_existential_dread

нажав на красную на кнопку

я стала словно генерал

который носит в чемодане

ключи от смерти и войны

достану из кармашка кнопку

сожму тихонько в кулачке

и слушаю прижавши к уху

её тревожное щёлк-щёлк

но если смерти не случилось

война опять не началась

то нафига мне эта кнопка

зачем я жму туда вообще

Комментарии

Кролик.Белка, откуда проистекли сии стрёмные ретровайбы? Чего ты там опять начиталась в ночи?

ХудоËЖник.Мне нравятся стихи, но я ничего не понял. Можно пояснительную бригаду? Причём тут кнопка, почему она красная, и почему её носят в чемодане?

Кролик. Белка обожает читать всякий старый хлам, а потом рефлексировать.

Белка (автор).Это поэтический образ, отстаньте.

ХудоËЖник.А почему всё с маленькой буквы и нет запятых?

Кролик.Стыдно быть таким диким! Это же классическая форма. Как хокку или блюзовый ход. Даже я знаю.

Белка (автор).Вы нечуткие. Закрою комменты к чёртовой матери.

Кролик.А я открою. Бельчонок, я не дам тебе окуклиться окончательно, даже не надейся. Мы тебе нужны, даже если ты изо всех сил делаешь вид, что нет.

ХудоËЖник.Так мне кто-нибудь объяснит про кнопку в чемодане?

Белка (автор).Нет.

Кролик.Нет.

ХудоËЖник.И кто тут нечуткий, блин?

ADP как базовый фактор аутогенного общественного стресса

Исследование QBism aposteriori Co

В доцифровых «обществах позднего благополучия» Affluent Disorientation Paradox являлся не только индивидуальным психологическим депрессором, снижая ощущение субъективного счастья, но и выступал триггером парадоксальной деструкции. Это явление включает в себя плохо изученные механизмы самоподрыва благополучных укладов, и именно ему мы обязаны чередой бессмысленных микровойн, сотрясавших мир до прихода QBism.

Когда общество достигало внутренней безопасности, неснижаемого уровня материального комфорта и онтологической предсказуемости, в нём переставали действовать привычные источники напряжения, главным из которых исторически была вероятность голодной смерти из-за дефицита ресурсов. В «обществах позднего благополучия» граждане получили гарантии выживания с приемлемым уровнем комфорта для всех, но в отсутствие экзистенциального давления среды потеряли мотивацию и смысл. При этом внутренняя потребность в них сохранилась, да и общественный договор продолжал требовать активности и преодоления, не создавая для них повода. Условия изменились, а источники смысла запоздали.

Вследствие этого Affluent Disorientation Paradox трансформировался из психологического феномена в макросоциальный, формируя деструктивный поведенческий вектор общества. Безопасность и гарантированный уровень жизни начинали восприниматься как застой, провоцируя нарастание тревожных ожиданий. На этом фоне чувство экзистенциальной пустоты выливалось в идеологические конфликты, радикализацию общественного дискурса и, как следствие, — в поиск внешнего врага, как социомобилизующего фактора.

Социальная энергия, не находя конструктивного применения, обращалась внутрь общества, поляризовала его и утилизовалась в деструктивные формы активности. На это накладывалась неизбежная деградация элит, которые в «обществах позднего благополучия» в значительной степени утрачивали функциональную необходимость, но сохраняли при этом власть.

Возникала ситуация «качелей благополучия», когда периоды стабильности и комфорта сменялись фазами общественных кризисов, в пределе разрушавших породившее их общество. Эти кризисы реализовывались через протестные движения, революции, властные перевороты и через войны разных масштабов. Исторически именно война была институциональным механизмом сохранения идентичности обществ, а антивоенные движения чаще всего оказывались антиобщественными и антисистемными.

Война была вполне эффективным средством от Affluent Disorientation Paradox, потому что приводила к падению уровня жизни, а значит, возвращала экзистенциальное давление среды, наполняя общество «смыслом выживания». Однако, по мере преодоления последствий очередной войны, «качели благополучия» возвращали ситуацию на новый виток. Цикл повторялся, ускоряясь с каждой итерацией, поскольку на него действовал эффект «уплотнения истории», сопровождающий информационное развитие среды.

Affluent Disorientation Paradox долгое время не осознавался как системная проблема, и только с развитием цифровых общественных сред, основанных на актуализируемой памяти, и соответствующих им новых форм агентности появилась возможность разрыва этой петли обратной связи. Именно QBism-парадигма, решив проблему ADP, заложила основу для прекращения войн.

Сцены и диалоги. Роман, Михаил Вомбатов

Бар в городе

— Здаров, Ромк. Рад увидеть тебя офлайн. Где моё пиво?

— Сейчас принесут, я заказал.

— А ты всё рисуешь?

— Надо чем-то руки занимать.

— А, да, вот твой переходнюк, пользуйся. Можешь не возвращать, они раньше фигню стоили, пока продавались. Кроме того, у меня их пригоршня валяется в столе, как оказалось.

— Какой маленький... А теперь не продаются, значит? Почему?

— Да тупо не нужны никому. Их понаделали, когда ноуты стали настолько тонкими, что старые порты не вписывались в дизайн, а всякая периферия к ним у народа осталась. Мыши, клавиатуры, принтеры, прочее...

— Мыши?

— Представь себе, некоторые были с проводами. А профессиональные игровые и сейчас бывают, потому что лагают меньше, но это исключение. Теперь уже всё сетевое и беспроводное, так что портов и на десктопах-то почти никогда не бывает, а уж на ноутах и вовсе не встретишь.

— Ну, в общем, и мне впервые потребовался.

— Можешь объяснить, нафига?

— Да всё тот же архив. Хочу записать на флешку.

— А чем тебя обычное облако не устраивает? Это тупо надёжнее. Флешки иногда дохнут, а в облаке всё резервировано, версионировано и фулпруф. Даже если сам по дури грохнешь, можно потом поднять из бэкапа. Сейчас всё

— Ну, мне, вроде хватает...

— У тебя просто ноут старый, с большим диском, и данных у тебя кот чихнул. Если купишь новый, то он без сети тупо пишмашинка. Даже софт весь там, на диске только тонкий клиент... Ну что ты так на меня смотришь? Ладно, пофиг, вот, кстати и пиво несут. Спасибо, девушка! Мне, ещё, пожалуйста, сухариков и сырную тарелку. Так почему флешка?

— Чтобы файлы не оказались в Цифре.

— Ты что, внезапно подался в криптопараноики? «За нами следят, и только модная шапочка из драгоценной впн-фольги...»

— Не я. Это она попросила.

— Белый Кролик?

— Ага.

— То есть девчонка, которая несколько лет вела популярный блог, вываливая туда кучу фоток и всякого личного, теперь боится переслать файл в мессенджере? Логично, чо…

— Мы же не знаем, почему она исчезла тогда. Может, у неё есть основания. Вдруг её какой-нибудь хакер сталкерит?

— Хакеров не бывает, Ром. Цифру нельзя взломать, это как хакнуть... ну... не знаю... гравитацию. Подкрутить ускорение свободного падения до десяти ровно. Чисто из перфекционизма, а то чо оно.

— Ну, я же не знаю, как всё это устроено...

— Никак, Ром. Оно не устроено никак. Цифра просто есть, и она есть всё.

— Ну, кто-то же её... не знаю... программирует? Я думал, ты как раз этим занимаешься в своём институте.

— Блин, ну вот хоть ты не начинай вываливать на меня эти глупости! Если кто кого программирует, то она нас, а не наоборот. Цифра знает о нас куда больше, чем мы о ней, так что в институте только почтительно изучают Её Величество. Пытаются понять среду, в которой мы живём, как средневековый астроном с астролябией пытался понять устройство Вселенной. Ещё вопросы есть?

— Да. Что такое астролябия?

— Понятия не имею, в Цифре посмотри. Ром, ты пойми, если бы Цифру можно было программировать, это была бы диктатура.

— Диктатура программистов?

— Ага, и я, Вомбат Первый, восседаю на троне из серверных стоек с золотой клавиатурой в руках... Не, просто диктатура неизвестных админов. Цифровой концлагерь, которым всех пугали антикубисты перед пришествием Цифры. Ну-ка, сосредоточься, прислушайся к себе: чувствуешь тяжкий гнёт порабощения алгоритмами?

— Э... Да вроде нет. А как это вообще должно выглядеть?

— Не знаю. И никто не знает. Потому что никакого гнёта нет. Занимайся, чем хочешь, Цифра найдёт, куда тебя пристроить, чтобы вышло с пользой. Не хочешь? Не занимайся, лежи, в потолок плюй, будешь востребованный в-потолок-плеватель, потому что это тоже окажется для чего-нибудь нужно.

— Э... Для чего, например?

— Не душни, Ром! Не знаю! Для проверки плевкоусточивости потолочных покрытий, или для исследований баллистики слюны в жилых помещениях. Вот ты реально думаешь, что Цифра не смогла бы за тебя монстра нарисовать?

— Ну...

— Да у неё в памяти все монстры геймдева, нарисованные всеми художники геймдева за всю историю геймдева! У неё обратная связь со всеми геймерами мира в каждую секунду их гейминга! Она точно знает, сколько килоньютонов на миллиметр в жиме выдаёт сфинктер игрока, когда на него этот монстр выпрыгивает! Она может такого монстра изобразить, что геймер очком лом перекусит!

— Тогда зачем я ей нужен?

— Идиотский вопрос. Не ты ей, а она тебе. Ей ничего не нужно, это Цифра, она и так всё. А ты вон файлы от неё на флешке нычишь, как подросток сигареты от мамки.

— Ну что ты так возбудился? Это не я. Это Белый Кролик. Я просто хочу её ещё раз увидеть, а если она хочет получить файл на флешке, то для этого ей придётся со мной встретиться, верно?

— А, ну если с этой точки зрения, то конечно. Тогда я обеими руками за ретротехнологии. Нежно присунуть... то есть положить флешечку девушке в нагрудный кармашек дорогого стоит!

Крах криптотеорий

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Одним из самых распространённых семантических паттернов, использовавшихся «анткубистами» при обсуждении внедрения актуализируемой памяти, была апелляция к «теории заговора». Они утверждали, что за QBism-процессами стоят некие условные «криптоэлиты», заинтересованные в переписывании прошлого ради теневого управления настоящим. На сегодня интеллектуальная несостоятельность этой посылки очевидна всем, однако в переходный период криптотеории имели определённый медийный отклик.

Фактически эффект перехода к QBism-парадигме имел обратный эффект: общество стало гораздо менее иерархичным, не оставив места не только для крипто- но и для элит в принципе. Даже если принять как данность, что на раннем этапе проект продвигался некими группами влияния (тем самым «теневым государством», которого так боялись криптотеоретики), сама логика актуализации сделала их контроль над обществом принципиально нереализуемым. Актуализируемая цифровая среда не анизотропна и не иерархична, а значит, правила игры изменились разом для всех участников. Остаться «над системой» в ней принципиально невозможно, поскольку никто не может зафиксировать себя в качестве «внешнего наблюдателя», избежав тем самым агентной ответственности. В QBism агентность не связана с априорным статусом, возникая из участия в апостериорном обновлении ожиданий.

В результате гипотетические «криптоэлиты» оказались вынуждены действовать в той же самой среде актуализации, что и все остальные, потому что никакой другой просто не осталось. Их стратегии, нарративы и формы влияния были мягко диссипированы единым процессом пересборки общества и утратили ретроспективную силу вместе с архаической политической логикой «вектора власти». Этот вектор исторически был направлен из прошлого в будущее («старые деньги», «голубая кровь», «наследуемость прав» и так далее), но в условиях актуализируемой памяти власть не может быть накоплена.

Даже если некие группы влияния собирались использовать QBism как инструмент контроля, инструмент оказался сильнее.

Глава 22. Снижение ретроспективной руминативности

Гибкость — это не слабость!

Сетевой манифест QBism

Противники QBism-а говорят о запасе прочности «традиционного доцифрового общества» так, словно он ничего этому обществу не стоил. Однако этот запас создавался за счёт иерархического подавления, дефицита социального комфорта, сверхконцентрации власти и критического упрощения систем.

QBism отнюдь не сделал общество слабым. Мы, как «социум позитива», не отказались от устойчивости как таковой, только от примитивных её форм, основанных на страхе и подчинении. Устаревшие социальные системы хорошо переносили разовые удары, но плохо переживали системные кризисы. История полна примерами обществ, которые выживали в катастрофах и погибали от неспособности измениться.

Противники QBism считали, что распределённое общество не способно к мобилизации. Это неверно. Оно неспособно к принудительной мобилизации старого типа, через принуждение и институциализацию страдания. Зато готово к быстрой контекстной координации, основанной на актуальных данных, локальной ответственности и пересобираемых структурах. Это и есть новая форма прочности — предиктивная оркестрация ресурсов.

Форсмажоры будущего не будут похожи на форсмажоры прошлого. Их нельзя будет пережить, вернувшись к мобилизационно-жертвенным паттернам и линейному дублированию структур. Поэтому историческая преемственность с опорой на «опыт предков» была приемлемым протоколом, только пока не существовало альтернативы. Теперь она есть. Моделирование, симуляции, распределённые схемы, проактивные системы принятия решений — вот новая форма системной устойчивости, построенная на гибкости цифровой инфраструктуры.

Общество QBism вовсе не потеряло «способность к жертве», свойственную мобилизационному подходу, оно лишилось необходимости в ней. Жертва была способом компенсировать плохую организацию. Там, где систему нельзя было изменить, в неё бросали людей. Это героизм. Мы уважаем героизм, но он не системен.

QBism не отрицает, что мир жесток. Он не отрицает, что жестоки люди. Он не спорит с врождённой неизбежностью этой жестокости, которая является видовым признаком человека. Он лишь предлагает механизм, выводящий жестокость из операционного агентного поля,делая её системно невыгодной.

Противники QBism считали, что без исторической памяти мы не сможем вернуться к традиционным формам реагирования. Но в этом и состоит принципиальный ответ: мы не собираемся к ним возвращаться.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, морщу мозг

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: усё нормалды, Кро!

#deep_fucking_existential_dread

Прочитала сегодня, что QBism-человечество практически полностью победило психические заболевания. Пишут, что дело в снижении стресса из-за несоответствия ожиданий, а также в радикальном уменьшении влияния травматических воспоминаний, с которым психиатрия боролась со времён Фрейда. Боролась психиатрия, а победила Цифра. Актуализируемое прошлое не висит на шее гирей, неотменяемых событий больше нет, а значит, ничего такого с вами не случалось, идите и будьте счастливы, следующий! Не нужно рыдать на кушетке психолога, заново переживая травматический опыт, не надо страдать от горя потерь, нет повода страшиться будущего. Каждый гражданин бодр, позитивен, благополучен и преисполнен оптимизма, отчего, кстати, и соматически здоровеет, ведь, как известно, все болезни от нервов.

Кроль однажды подслушала, как в баре кто-то жаловался, что ритуальный бизнес накрылся мохнатой шапкой, и даже БЦЗ не стали исключением. Да, вместо кладбищ цифровые колумбарии, но дело не в этом. Люди перестали горевать о смерти близких. Ритуальщики повесили венки на гвоздь, бизнес рухнул. Горе отлично монетизировалось, а на утилизацию праха всем плевать.

Я безумно (муа-ха-ха) рада крепнущему психическому здоровью сограждан. Люди заслужили быть нормальными!

Я, наверное, тоже хочу стать нормальной, как Кролик.

Но Безумную Белку тоже немного жалко.

Комментарии

Кролик.Белча, если я для тебя образец нормальности, то тебе стоит поправить шкалу. Я же на всю башку помороженая рыжая маниачка!

Белка (автор).Кроль, знаешь, чем отличается болезнь от нормы?

Кролик.Статистикой? Кого больше, тот и нормальный?

ХудоËЖник.Кто первый халат схватил, тот и доктор?

Белка (автор).Нет, болезнь — это то, от чего страдаешь. Ты, Крольча, своим маньячеством наслаждаешься. Ты обожаешь себя, ты счастлива, ты пачками лепишь в блог свои селфи и купаешься в восхищении, фыркая, как дельфин. Тебе весело и интересно.

Кролик.А тебе, блин, кто мешает? Белча, ты сама выбрала поставить меня между собой и миром! Перестань ныть и говниться, начни уже жить! Никто не запрещает тебе стать мной! Божечки, да я только рада буду! К чёрту белок, хочешь, я торжественно приму тебя в кролики?

Белка (автор).Спасибо, Крольча, но нет. Кто-то здесь должен быть Белкой. Пусть уж я.

ХудоËЖник.Белка, ты очень классная, честно. Безумно красивая и офигенно талантливая. Не грусти.

Белка (автор).Спасибо, Ëжник. Не обращай внимания, со мной бывает.

Сцены и диалоги. Роман, Михаил Вомбатов

Бар в городе

— Слушай, Мих... Ты правда считаешь, что на самом деле художники геймдеву не нужны? Всё могла бы делать Цифра?

— Что, напрягся, рисовала? Попустись, никто тебя без работы не оставит. Давным-давно, когда нейросети уже стали мейнстримом, а люди ещё не додумались до кубизма, казалось, что без работы останутся все: художники, музыканты, писатели, режиссёры, фотографы и программисты. Внезапно выяснилось, что нейронки делают всё это несравнимо дешевле. Вам об этом в школе не рассказывали?

— Не помню, если честно.

— В портовых дают историю кубизма, от Манифеста до Цифры. Чтобы дети понимали, почему их родители живут в БЦЗ, и могли сделать обоснованный выбор.

— И ты выбрал Цифру.

— Ага. Она офигенная, я фанат. Но не обо мне речь. Кубизм снял эту проблему раз и навсегда.

— Как?

— Ром, сколько у тебя денег?

— Не знаю. За пиво заплачу, если ты об этом.

— А сколько ты зарабатываешь в месяц?

— Без понятия. А какая разница?

— Вот именно так кубизм и разрулил проблему.

— Не понял.

— Типа все почесали репу и решили, что будут деньги для людей, а не люди для денег. Но раз за пиво платишь ты… Девушка, ещё кружбан мне, битте!

Демонетарный эффект агентной актуализации

Сетевой манифест QBism

В ранних традиционных обществах деньги использовались как удобный способ сопоставить труд, товары и услуги. Однако по мере усложнения экономики эта функция

Капитал — форма токсичного ретроследа, закрепляющего насильственное перераспределение ресурсов от большинства к меньшинству. В традиционных «медленных» обществах это имело практический смысл, поскольку доцифровые экономики требовали локальных концентраций денежных масс. Создавали их запас для масштабных проектов, пренебрегая социальной этикой ради прогресса. Однако низкий КПД такой концентрации и её склонность к накопительному застою оказались совершенно неприемлемы в условиях «быстрых» цифровых экономик.

QBism впервые сформулировал монетаризм как эпистемологическую проблему. Имея в качестве мотиватора деньги, общество фиксировалось в монетарном векторе, сводя пространство выбора к анизотропно «выгодному» курсу. В этой парадигме критерием оценки системы стала не способность решать задачи, а инвестиционная привлекательность.

QBism-метод актуализируемого прошлого привёл к десакрализации капитала, лишил его исторического оправдания. Оказалось, что операционный вес финансового накопления может быть так же легко пересчитан, как и любой другой ретрослед. Так деньги вернулись к исходной функции нейтральной расчётной единицы, уравнявшись с остальными метрическими параметрами. «Метр-грамм-рубль».

Демонетаризация в QBism-парадигме отнюдь не означает отказа от классической экономики «товар-деньги-товар», скорее, наоборот, возвращает общество к ней. Исчез именно монетарный фундаментализм, в котором жизнь сводилась к цифрам дохода. С точки зрения квантового байесианства, ценность не существует как априорная величина, а возникает в момент взаимодействия агента с миром, через акт апостериорного обновления ожиданий. Деньги могут сопровождать этот процесс, но никоим образом не определять его.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: поэтажные планы

#расследушки

За что мы любим нашу уютную Цифру, зайцы? За то, что в ней есть всё, причём на расстоянии двух кликов. Так что дом, о котором говорил в баре капитан, я нашла моментально. Вот его фото на панораме улицы в онлайн-карте. Выглядит вполне обычно. Типичная для припортового БЦЗ-района «архитектура тяжёлой судьбы», где бывшие особняки разбогатевших на морской торговле разночинцев перестраивали сперва в общежития портовых рабочих, потом в коммуналки, потом в дома-с-большими-квартирами для состоятельных любителей жизни в исторической части города, то есть, как правило, снова разбогатевших на морской торговле разночинцев. Если вам нравятся узкие улицы, сырые подвалы, закрытые дворы, куда не заглядывает солнце, запах креозота и рыбы из порта и ночные сигналы портовых кранов, то вы, во­-первых, местный, во-вторых, живёте либо мечтаете жить где-то здесь. Наш знаменитый исторический вайб.

На фото отчётливо видно шесть этажей, я пересчитала пальчиком, но те, кто жил в этом районе, знают: это ещё ничего не значит. Причудливые достройки, перестройки и перепланировки часто создают эффекты эшеровской архитектуры, когда один и тот же дом может иметь разную этажность в зависимости от того, с какой стороны к нему подойти, а на одну лестничную площадку могут выходить квартиры трёх разных домов с адресами по разным улицам. Так что ваша Кроличка проявила свойственные ей смекалку и находчивость и обратилась к документам городского кадастра. Там, разумеется, чёрт ногу сломит, но ведь есть же наша любимая Цифра, которую можно просто попросить: «Дорогая Циферка! Сделай мне, пожалуйста, полный список домовладений в квадрате, ограниченном улицами Пятой Портовой, Четвёртой Портовой, Шестой Линейной и Седьмой Линейной. Выведи результат в виде таблицы с адресами и владельцами».

«Вот ваш список, отсортированный по размеру жилой площади. Хотите, отсортирую по кадастровой стоимости, предложу варианты выставленной на продажу недвижимости в этом районе, а также подберу лучшие условия по аренде?»

Наша Цифра такая заботливая, зайцы! Обожаю её!

Список вышел довольно большим, всё-таки несколько домов, хотя и расположенных компактно. Комнатка нашего капитана действительно числится по адресу: Пятая Портовая, дом восемь дробь один, квартира пятнадцать. Квартира в аренде у юридического лица QBism aposteriori Co, то есть всё выглядит так, что некая фирма арендовала коммуналку у владельцев, а не выкупила её, как это обычно делается.

«Дорогая Циферка! — спросила я. — На каком этаже находится эта квартира?»

«Данное домовладение находится на пятом этаже».

«Какие ещё квартиры находятся на том же этаже?»

«Квартиры с номерами тринадцать и четырнадцать».

Я посмотрела в список: надо же! Они тоже в аренде у QBism aposteriori Co! Не самая маленькая фирма, раз заняла весь этаж! Но вот что интересно: в доме восемь дробь один всего три эти квартиры и есть!

«Циферка, будь добра, какие домовладения расположены по этому адресу?»

Всё тот же список из трёх квартир.

«А что расположено на других этажах этого дома?»

«Информация отсутствует».

Вы, зайцы, когда-нибудь получали такой ответ от Цифры? Вот и я в первый раз. Ведь Цифра знает всё!

«Сколько этажей в доме восемь дробь один по Пятой Портовой?»

«Исходя из кадастровых записей, дом имеет один этаж».

«На каком этаже находится квартира номер пятнадцать?»

«Данная квартира расположена на пятом этаже».

«Но ведь в доме восемь дробь один по Пятой Портовой один этаж?»

«Исходя из кадастровых записей, строение по указанному адресу имеет один этаж».

«Но ведь квартира номер пятнадцать в этом доме находится на пятом этаже?»

«Квартира с этим адресом расположена на пятом этаже».

«Но ведь этаж в доме один? Ты не видишь тут противоречия?»

«Исходя из кадастровых записей, строение по указанному адресу имеет один этаж, пятый. Противоречия нет».

Я тут же представила себе висящий в воздухе этаж, под которым четыре этажа пустоты...

«Циферка, родная, а найди-ка мне план этажа».

Нашла, конечно, наша Цифра может всё! План старый, скан желтоватой бумаги, сделанный, судя по дате, при тотальной оцифровке архивов. Три квартиры коммунальной планировки, похоже, что вот это комната, где провёл своё счастливое детство наш бравый капитан. Лестничная площадка, лестница, лифт... Лифт?

«Циферка, скажи, есть ли в доме восемь дробь один по Пятой Портовой лифт?»

«В данном строении есть лифт».

«В доме с одним этажом?»

«Исходя из кадастровых записей, строение по указанному адресу имеет один этаж, в плане которого указано расположение лифта».

Ну что тут скажешь? С точки зрения Цифры, всё логично: есть дом, в котором три квартиры на одном этаже и ничего более, значит, дом одноэтажный. Квартиры на пятом этаже, значит одноэтажный дом с одним пятым этажом.

Ваша Кроличка снова встала на след! Мы идём глубже!

Заметки художника

— Как тебе это удаётся? — спросил я. — Это типа суперспособность, как в комиксах?

— О да, я суперкролик, несу справедливость во имя морквы! — она заржала так, что чуть не расплескала виски из стакана.

— Нет, ну правда.

— Не знаю, если честно. Просто я такая. Не способность, особенность. Мне требуется делать небольшое, но постоянное усилие, чтобы люди меня замечали. А чтобы запомнили, надо прям постараться.

— Но я тебя замечаю и помню.

— Потому что ты... Ну, в общем, с тобой это даётся немного проще.

— Но всё равно нужно усилие?

— Почти нет. Совсем чуть-чуть. Наверное, дело в том, что ты постоянно рисуешь, у тебя свой якорь. Есть несколько человек, которые меня помнят без этого, но они и сами чертовски странные.

— И ты не знаешь, почему так?

— Без понятия. Сколько себя помню, всегда так было.

— Наверное, в школе были проблемы с посещаемостью? — неловко пошутил я, но она резко помрачнела.

— Я сказала: «Сколько себя помню».

Она одним глотком допила виски, влив в себя разом полстакана, только лёд о зубы звякнул. Закурила. Замолчала. Странно было видеть Крольчу такой... серьёзно-­мрачной. Словно её бесконечный непрошибаемый позитив выключается кнопкой, и я случайно на эту кнопку нажал.

— Меня забывают не только другие люди, но и я сама, — сказала она наконец. — Невозможно жить, постоянным усилием удерживая себя в собственной памяти, это слишком утомительно.

— И как же ты выкручиваешься?

— У меня есть Цифра. И Белка. И ты.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, пою и слёзы лью

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: песенка-депрессенка

#deep_fucking_existential_dread

Моя память — это то,

что случается с вами.

Моя память — это не то,

что было со мной.

Чужая беда, которую я

разведу руками.

Ногами, глазами, чем угодно,

но не головой.

Мою дурацкую память воруют

пьяные гномики.

Они залезают мне в уши,

Пока я сплю.

Внутри они пляшут, поют

и играют себе на гармонике.

Я как-то подслушала, знаешь —

выходит прикольный блюз.

Моя память — это не то,

что для жизни нужно.

Пустые бутылки, мятые фантики,

билет на ушедший трамвай…

Пейте и пойте, гномики,

пляшите легко и дружно.

Звени, моя голова, забывай,

забывай, забывай…

Комментарии

Кролик.Белча, ты офигенная.

Белка (автор).Спасибо, Крольча, я ценю.

ХудоËЖник.Как-то грустно вышло. Но классно. Ты талант.

Белка (автор).Угу. Или УГ.

Пресс-релиз Министерства здравоохранения

Министерство здравоохранения сообщает о результатах мониторинга психического здоровья населения в условиях цифровой среды.

За последние годы зафиксировано устойчивое снижение распространённости тревожных расстройств, депрессивных эпизодов и стресс-индуцированных психосоматических состояний. В клинической практике отмечается сокращение частоты обращений по поводу генерализованной тревоги, обсессивно-компульсивной симптоматики и расстройств адаптации, а также уменьшение потребности в длительной фармакотерапии у пациентов с пограничными состояниями.

Ключевым фактором положительной динамики специалисты называют снижение когнитивной и эмоциональной нагрузки, связанной с переработкой информации о прошлом. Актуализация данных позволила уменьшить воздействие травмирующих воспоминаний, поддерживавших хронический стресс. В результате у пациентов снизилась активность гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси, нормализовались показатели кортизола и улучшились параметры вегетативной регуляции.

Особое внимание в отчёте уделено эффекту так называемого «снижения ретроспективной руминативности». Клинические наблюдения показывают, что при ограничении доступа к неоперационным версиям прошлого пациенты реже демонстрируют навязчивое возвращение к травматическим эпизодам, что способствует восстановлению когнитивной гибкости, положительно сказывается на социальной адаптации, трудоспособности и качестве сна.

Отмечается значительное уменьшение числа стресс-ассоциированных расстройств у подростков. Специалисты связывают это с формированием среды, в которой личная идентичность не фиксируется на негативных эпизодах, а развивается в режиме контролируемого обновления. Такой подход снижает риск формирования устойчивых патологических паттернов и способствует благоприятному психоэмоциональному развитию.

В заключении ведомство отмечает, что актуализируемая цифровая среда стала значимым фактором общественного здоровья, сопоставимым по влиянию с развитием профилактической медицины в прошлом веке. Снижение давления прошлого рассматривается как важный шаг к формированию устойчивого, адаптивного и психически здорового общества.

Белка и орехи про запас

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

— Так, — сказал однажды Кролик. — Игра интересная, но я ужасно проголодался. Давайте закончим и поищем что-нибудь поесть.

— Знаете, — задумчиво ответила Белка, — мы каждый день собираем орехи, грибы и ягоды, и это отнимает у нас время для игр.

— А мне нравится собирать грибы, — возразил Ëжик. — Их интересно искать.

— А я, когда играю, наигрываю себе отличный аппетит! — поддержал его Кролик. — Приходится быстренько бежать в малинник.

— У меня есть идея, друзья, — заявила Белка, — давайте собирать еду не когда проголодались, а заранее! Наберём всяких вкусностей, сделаем запас и будем играть, не отвлекаясь!

Зверятам понравилась эта мысль, и они отправились на сбор еды. Вскоре на поляне образовалась кучка грибов, орехов и ягод.

— Ну вот, — сказал удовлетворённо Кролик, — теперь мы можем наконец поесть и пойти играть?

— Получается, мы просто съедим то, что набрали? — спросила Белка. — И у нас снова не будет запасов? Нет уж, давайте наберём ещё!

И они набрали ещё. А потом ещё. Запасов становилось всё больше, но зверята уже не могли остановиться.

— Слушайте, — сказал вдруг Кролик, — вам не кажется странным, что мы

— Не едим, а только собираем еду на потом, — согласился Ëжик.

— И совсем не играем, — добавила Белка, — только таскаем продукты.

Приглядевшись, друзья заметили, что еда уже начинает портиться: ягоды заветрились, грибы подвяли, а орехи потускнели.

— Мне кажется, — сказала Белка, — мы что-то делаем неправильно.

— Еда нужна для того, чтобы быть сытыми, — задумчиво подтвердил Ëжик. — А не чтобы лежать кучкой на поляне.

— Надо есть, чтобы были силы играть! — согласился Кролик. — А накапливать лишнее совершенно незачем!

— Запасы требуют нашего внимания, — добавила Белка. — Их нужно пополнять, пересчитывать, следить, чтобы не портились. Получается, вместо того чтобы играть и веселиться, мы занимаемся только этим, хотя цель была играть побольше!

Тогда зверята решили, что больше не будут заниматься накоплением лакомств, а будут просто есть, когда проголодаются. Тогда и играть будет гораздо веселее!

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта сказка помогает детям понять важную мысль: иногда люди начинают слишком сильно заботиться о средствах и забывают о цели, ради которой эти средства появились.

В начале истории зверята собирают еду чтобы набраться сил для игры. Но постепенно сбор еды превращается в самоцель. Вместо того чтобы есть и играть, друзья начинают только накапливать запасы. В результате возникает парадокс: еды становится всё больше, а радости — меньше. Зверята даже остаются голодными, сидя рядом с большой кучей еды.

Это показывает важный принцип: средства могут незаметно подменить собой цель. Еда нужна для того, чтобы поддерживать жизнь и давать силы для интересных дел. Когда она начинает восприниматься как ценность сама по себе, смысл действий теряется.

В парадигме QBism этот сюжет можно понимать как образ более широкой идеи. В человеческом обществе роль такого «запаса» долгое время выполняли деньги. Изначально они появились как удобный способ обмена и учёта — своего рода помощник. Но со временем накопление денег стало восприниматься как самостоятельная цель, из-за чего люди иногда забывали о том, ради чего вообще существуют труд, обмен и сотрудничество.

Сказка помогает детям увидеть этот механизм на простом примере: если всё время думать только о запасах, можно забыть о том, для чего они нужны.

Важный вывод истории — возвращение к естественному порядку действий: есть, когда проголодался; играть, когда хочется играть; собирать столько, сколько действительно нужно. Тогда жизнь снова становится радостной и наполненной.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Почему зверята сначала решили собирать еду заранее?

* Что они начали делать вместо того, чтобы играть?

* Что происходило с едой, пока она лежала кучкой?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему зверята сидели голодные рядом с едой?

* Почему еда начала портиться?

* Для чего вообще нужна еда?

* Что стало важнее для зверят — играть или собирать запасы?

* Почему это оказалось не очень хорошей идеей?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Бывает ли так, что мы делаем что-то так долго, что забываем, зачем начали?

* Что лучше: всё время копить или пользоваться тем, что уже есть?

* Что веселее — всё время готовиться или играть, когда захотелось?

Финальный вопрос-обобщение

Чему Белку, Кролика и Ёжика научили «орехи про запас»?

Подсказка для педагога

Желательно, чтобы по результатам беседы дети сформулировали для себя похожие выводы.

* «Еду собирают, чтобы её есть».

* «Нет смысла копить больше, чем нужно».

* «Важно помнить, зачем мы что-то делаем».

Главная идея сказки: если средство становится важнее цели, можно забыть, ради чего всё начиналось.

Глава 23. Операционный вес ретроследа

QBism как практика «нового человека»

Сетевой манифест QBism

Гуманистическая философия утверждала, что человек должен измениться, иначе ему не вырваться из замкнутого цикла созидания-разрушения. От античных представлений о paideia[7]до новоевропейских проектов Просвещения речь шла о создании среды, в которой человек этически трансформировался бы без принуждения. Однако в докубистических обществах прошлое было сильнее настоящего, а формы идентичности фиксировала коллективная память. Человек, выраставший в парадигме прошлого, воспроизводился как носитель его итераций.

В работах Жака Деррида проблема была сформулирована через понятие следа и архива. Архив не является нейтральным: он структурирует будущее, навязывая ему смыслы. Прошлое предписывает, как должно быть осмыслено настоящее, поэтому любое общество, не владеющее механизмами актуализации памяти, обречено на воспроизводство самого себя, даже если декларирует разрыв преемственности «до основания, а затем».

Попытка создания «нового человека» в СССР была, по сути, последним масштабным экспериментом в этой парадигме. Она опиралась на верное философски-интуитивное убеждение: человек формируется средой. Этот проект опередил время, поскольку на тот момент у общества ещё не было корректных инструментов. Попытки актуализации оказались слишком грубыми и неточными, прошлое не перерабатывалось, а подавлялось, архив не актуализировался, а сакрализировался. Вне публичного поля продолжали действовать теневые иерархии смыслов, подрывая саму возможность появления нового субъекта.

Бернар Стиглер также оставался в смысловом пространстве этики заботы: он надеялся, что человек сможет удержать баланс через культивацию ноэтических практик. Его проект был философски последователен, но наивен, потому что опирался на субъекта.

QBism-парадигма предоставила инструменты, которые действуют на уровне операционного статуса. Прошлое стало переменной, вес которой может меняться в зависимости от контекста. Фундаментальные проблемы человеческого общества оказались разрешимыми технически, поскольку инфраструктура памяти перестала закреплять худшие версии смыслов. Актуализация снижает операционный вес инфотоксичных ретроследов, не требуя от субъекта героического самопреодоления, которое индивидуально и потому операционно бессмысленно. Личный подвиг поглощается средой, его паттерн системно невоспроизводим.

Актуализация стала формой материализации философии, реализовав дерридианскую деконструкцию архива и стиглеровскую фармаконичность памяти на уровне социальной практики. Новый человек не герой, а носитель агентной ответственности. Так философская мечта об этической трансформации человека получила операционный шанс на реализацию, и QBism-общество им воспользовалось.

Сцены и диалоги. Детектив Ром

Церковь на болоте

— То есть, отец Павел, вы её помните?

— Барышня довольно яркая.

— Вы удивитесь, но чаще всего её просто не замечают или забывают сразу же, как только она уходит. Исключения есть, но я пока не разобрался, по какому принципу это работает.

— Умение

— А вы ей нужны?

— Для чего-то безусловно да.

— И для чего именно?

— Не спрашивал. Моё служение не избирательно. Иногда достаточно просто выслушать.

— И кто она, как вам кажется?

— Ещё одна заблудшая цифровая душа, всего лишь. Их много сейчас.

— Вы, я вижу, не сторонник Цифры?

— Отчего же? Встав промеж людей, она определённо уменьшила количество зла в мире.

— Потому что зло от людей?

— Нет, зло не презумпция личности. Оно возникает в поле контакта, в среде взаимодействия. Как сказано у апостола Павла: «Худые сообщества развращают добрые нравы». В христианской традиции зло понимается не как самостоятельная субстанция, а как повреждение отношений между человеком и Богом, между людьми, а чаще всего между человеком и самим собой. Каждый из нас одновременно тонкий стеклянный шарик и чугунный шипастый моргенштерн, но Цифра умудрилась развести эти две ипостаси. Она не изменила ни природу человека, ни природу зла, но семенам его теперь негде прорасти, и зла стало меньше.

— И что, никаких минусов?

— Разве что философского свойства, чрезмерно абстрактных для большинства.

— Например?

— Люди стали заметно счастливее, чем были раньше.

— Это плохо?

— Это хорошо. Но является ли достижение счастья целью человеческого бытия? Мир сей был юдолью скорби, зато обещал преодолевшим её жизнь вечную. Теперь он ничего не требует, но и ничего не обещает.

— Пожалуй, я недостаточно выпил, чтобы обсуждать вопросы такой философской глубины.

— Налить ещё?

— Нет, давайте лучше вернёмся к более привычным материям. Как давно вы видели девушку?

— Сложно сказать. Дни здесь мало отличаются один от другого, а я не веду учёта посетителей. Недели... две? Дорогая?

Лена

— Скорее, три. Я кормила девочку тушёной капустой с грибами, а грибы как раз три недели как сошли.

— То есть вы виделись после того, как она пропала?

— А она пропала?

— Иначе зачем бы я её разыскивал?

— Не знаю. А зачем?

— Девушка пропала, я её ищу. Это моя работа.

— Сами, или кто-то нанял?

— Я предпочёл бы не поднимать сейчас этот вопрос.

— Как скажете. Если снова приедет, передам, что вы её ищете.

— Очень обяжете. А теперь я хотел бы ещё спросить…

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: загибая пальцы

#расследушки

Я где-то читала, что подъём по лестнице — лучший тренажёр ягодичных мышц, от этого попа становится круглая и красивая. Поскольку попа у меня и так прекрасна (обойдётесь без фото!), то можно сказать, что я просто сожгла впустую кучу калорий. Впрочем, я их прямо сейчас восполняю в ближайшем кафе вкусненькой пироженкой, пока набиваю вам этот постик.

Да-да, самые сообразительные зайцы уже догадались: я только что повторила эпическое многократное восхождение бравого капитана по лестнице старого дома. Четыре раза! Или пять? Лифт считается? Вопросы, вопросы... И знаете что, зайчатки? Я так и не могу сказать, сколько в этом чёртовом доме этажей! «Больше пяти, но меньше восьми», — вот вам мой вердикт, основанный на ноющих мышцах ног и тщательно загибаемых пальцах. Может быть, если бы у меня было по семь пальцев на руках, дело прошло бы легче, возможно, проблема в переходе подсчёта с левой руки на правую, в этот момент что-то теряется, а может быть, меня сбивает автоматически оттопыривающийся средний палец... В общем, я не то, чтобы сдалась, просто совершила тактическое отступление на заранее подготовленные позиции. В кафешечку то есть.

Посижу, съем пироженку, пересчитаю пальцы...

И ещё один интересный момент, зайчатки. Никаких следов арендатора, то есть QBism aposteriori Co, в доме нет. Ни вывески, ни двери с табличкой, ни единого признака, что в здании располагается, например, офис или склад. Возле дома нет парковки, станция метро далеко, как-то же должны служащие попадать на работу? Это удивительно малолюдный квартальчик, они были бы чертовски заметны на пустой улице, но нет, никого. Кафешка, в которой я сейчас сижу, единственная и почти пустая, хотя время обеденное, а милый юноша, который тут бариста, растаяв от моего неотразимого (разумеется) обаяния, охотно рассказал, что ходят к ним только немногочисленные местные жители, никаких офисных сидельцев. «Да кто сейчас вообще работает в офисе?» — искренне удивился он.

Вот и я думаю — кто?

Заметки художника

— И почему я должен рисовать дом?

— Потому что я тебя об этом прошу. Мы вроде бы договорились. Ты — рисуешь, я — красивая и умная. Распределение обязанностей в команде.

— Я не об этом. Почему именно дом? Почему именно этот? Почему здесь и сейчас?

— Ответ «по кочану» тебя устроит?

— Фу, Кроль, не смешно. Может быть, если ты объяснишь, что с ним не так, я справлюсь лучше?

— Нет, Ëжник, это так не работает. Весь смысл «фискального художника» в том, что он не должен быть включён в контекст. Иначе он станет актором, подпадая под «проклятие агентности», понимаешь?

— Нет, не понимаю.

— И прекрасно. Очень хорошо, что не понимаешь. Просто рисуй.

— Вот сейчас обидно прозвучало!

— Не обижайся. Но если знаешь, куда смотреть, то картина меняется.

— Это плохо?

— Это бессмысленно. Рисуй, худоёжник!

Не так я себе представлял сотрудничество «С Той Самой, с Белым Кроликом». «Рисуй» — «Зачем?» — «Надо!» Просто очень медленный фотоаппарат. Я не жалуюсь... (Кому? Это же мои собственные заметки для памяти!) Крольча классная, с ней сложно, но интересно. Она умная, много знает, решительная, храбрая (иногда, как по мне, чересчур) и, разумеется, красивая. А дом я нарисовал, конечно. У меня никогда не было проблем с архитектурной перспективой, так что вышло довольно точно.

— Детали прорисовывать или наброска тебе хватит?

— Дай посмотреть.

— Вот, держи. Могу ещё поработать над детализацией, но...

— Не надо. Раз, два, три четыре... Семь! Ты нарисовал семь этажей!

— А сколько надо было?

— Не знаю. Но тут их, чёртова мать, семь!

— Я что-то сделал не так?

— Ты всё сделал правильно. С меня кофе и пирожок. Пошли, тут неподалёку кафе. Люблю этот город, всегда где-то рядом кафе…

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, худоёжник! Раздобыл переходник к флешке?

— Ага. Живая оказалась, представляешь? Правда, я так и не вспомнил, откуда она взялась.

— А что на ней было?

— Картинки, конечно. У меня везде картинки. Вся память на ноуте ими забита. Судя по всему, наброски геймарта к какой-то игре, но я хоть убей не помню, для кого я их рисовал. Даты файлов старые, я тогда нарабатывал портфолио, брался за любую халтуру, рисовал как подорванный сутками, часто бесплатно, ради отзывов. Скорее всего, это один из тех проектов, где игрушка так и осталась на стадии артов, поэтому и не вспоминается. Но почему флешка? Не помню. Наверное, типа бэкапа, или заказчики были такие же как ты параноики...

— Ты же не удалил их с флешки?

— Нет, там куча свободного места. Я не удаляю картинки, никогда не знаешь, где пригодятся. Сделал копию на ноут.

— Отлично. Я же смогу их посмотреть, раз они на флешке?

— Конечно. Это просто геймарт. Какая-то мистическая хтонь про привидения и компьютеры, выглядит как интересная идея из числа тех, которые так и остаются инди-недоделками.

— Почему?

— Слишком концептуально. Слишком заморочено. Слишком сложно. Слишком психотично и специфично. Иногда такие вещи внезапно выстреливают, как «Алиса МакГи», случайно попав в какое-то коллективное бессознательное, но чаще всего там нет ничего кроме самопрезентации автора: «Приходите, санитары, посмотрите я какой!» На уровне концепта — красиво, отвал башки, но как проект тухло, потому что тараканы у всех свои, и никому не интересно играть с чужими. Хотя арт прикольный, жаль, что не помню, к чему. Я даже попытался найти ТЗ, перетряхнул всю почту по примерным датам, но нет.

— А на флешке?

— Нет, я проверил. Там только картинки по папкам. Из структуры можно прикинуть, что какая-то сюжетка у меня в исходниках была, явно на основе файла-­синопсиса разложено, но где он? Уже не отыскать. Слишком много цифрового мусора накопилось с тех пор.

— Да, это общая проблема. Слишком много надо помнить, никто не помнит всего, каждый запоминает свой кусочек, и эти фрагменты реальности никак не хотят собираться в общую для всех картину мира.

— Поэтому ты хочешь получить мой кусочек и сделать его своим? :)

— Да, нечто в этом роде, ты прав :) Так дашь мне свои заметки?

— Знаешь, я в сомнениях. Там очень много... Личного. О тебе. Обо мне. О нас.

— Ты уже всё прочитал?

— Нет. Только несколько заметок наугад.

— А почему?

— Не знаю. Как-то очень дискомфортно их читать. Неприятно и даже немного страшно.

— Слушай, может быть, это странный совет...

— Да ладно, чего уж там...

— Не читай их.

— Почему?

— Тебе не приходило в голову, что забыть те события — твой собственный выбор? Выбор того тебя. Человека, который был максимально в курсе ситуации, а значит, имел основания для такого решения? Сейчас ты фактически идёшь наперекор самому себе, своей более информированной итерации.

— Слишком сложно. Зачем бы я такое с собой сделал? А главное — как?

— Наверное, у тебя были причины и нашёлся способ. Кому ещё доверять, если не самому себе?

— Я просто не могу представить, зачем бы я отказался что-то помнить.

— Но ведь это как раз нормально сейчас!

— В каком смысле?

— До Цифры люди тонули в избытке информации, не имея физической возможности разобраться во всём, что нужно знать. Новый тариф? Новые услуги? Изменение ставки по вкладу? Новая вакансия? Новый налог? Обновление прошивки? Пересмотр аренды? Отслеживать не хватит часов в сутках, люди проверяли и перепроверяли каждый шаг, потом понимали, что окончательно запутались, и вообще никакого шага не делали. Потом пришла Цифра и все, наконец, выдохнули: паралич информационной избыточности перестал давить на голову, появилась возможность действовать, а не тонуть в интерпретациях. Но у этого есть цена: больше нет чёткого бэкграунда. Всё, что мы знаем, действительно только на текущий момент. Определённое настоящее требует неопределённого прошлого, во имя хоть какого-то будущего. Мы не можем больше сказать: «Было вот так».

— Ну, это-то все знают... Актуализация токсичного ретроследа, всё такое. Но тебе-то зачем мои заметки?

— Надо кое-что узнать. Они же хранились в локале, не актуализировались, своего рода «капсула времени», слепок, как твои рисунки.

— Но ты узнаешь из них только то, что знал тот я!

— А может быть, мне именно это и надо?

— Нафига?

— Может, я хочу спасти тебя от твоего прошлого, например?

— От моего? Или от своего? Что-то мне подсказывает, что они пересекались. Слишком уж тебе нужны записи. Что там может быть такого важного для тебя? Думаю, мне все же стоит прочитать их сперва самому...

— Ну да, давай, Иван-Царевич, кидай в печку жабью шкурку! Сказки никого ничему не учат... Пойми, если разрушишь суперпозицию, то как было уже не вернёшь.

— А надо?

— Откуда мне знать, что тебе надо? Ты сам-то в курсе?

— Да. Пригласи меня к себе. Домой. Я хочу к тебе в гости!

— Серьёзно?

— Абсолютно! Обещаю надеть чистые носки, не сморкаться в занавески и не обращать внимание на бардак.

— Эй! С чего ты взял, что у меня бардак?

— А разве нет?

— Ну... Ладно, я приберусь.

— Так ты согласна?

— Да. Но с тебя флешка. И ты перенесёшь туда записи, а не скопируешь.

— А как ты узнаешь, что я не оставил себе копию?

— Поверю на слово.

— Замётано! Где и когда?

Цифровое общество — счастливое общество!

Исследование QBism aposteriori Co

В условиях

Актуализируемая цифровая память поменяла распределение когнитивных функций между человеком и средой. Сведения, не носящие операционного характера, делегируются цифровым ассистентам, обладающим функцией автоматической актуализации. Человеку не нужно удерживать в памяти контекстуально нерелевантные данные, которые сохраняются в цифровой среде, но выводятся из операционного контура до возникновения запроса.

Эта практика привела к уменьшению психологического давления, снижению социального «стресса неуспешности» и общему увеличению продуктивности общества. В условиях актуализируемой памяти ценность человека определяется не по объёму усвоенной им на протяжении жизни информации (априорам), а по способности к апостериорному обновлению ожидания в рамках агентной ответственности.

Глава 24. Версионное управление фактами

Агентство визуальной среды. Рекомендации для контент­мейкеров устаревших материальных форм

Агентство визуальной среды обращается к создателям визуального контента, работающим в формате аналоговых техник (нецифровой живописи, скульптуры, материального перфоманса и так далее) с напоминанием, что в выставочном и коммерческом обороте произведений искусства допускается только цифровая репрезентация в форме, обеспечивающей проверяемость, воспроизводимость и актуализацию контекста.

Материальное творчество не ограничивается, оставаясь полноправным этапом художественного процесса, однако его экспонирование на официальных площадках не допускается, в целях сохранения актуализируемости визуальной среды. Материальные техники фиксируют произведение в неизменяемой конфигурации, что затрудняет корректное сопровождение, обновление описаний, атрибуции и контекста, при этом цифровая экспозиция, напротив, позволяет корректно транслировать авторский замысел вне зависимости от условий экспонирования.

Цифровая версия принимается как базовая операционная форма произведения, именно она используется для оценки, конкурсного отбора, общественно значимых публикаций, коммерческого распространения и архивного хранения. Материальный оригинал рассматривается как рабочий носитель и в публичном обороте не участвует. Это относится ко всем работам, созданным в рамках коммерческих заказов, грантовых программ, профессиональных конкурсов, выставок, фестивалей и иных официальных мероприятий.

Обязанность оцифровки материального носителя возлагается на автора и осуществляется за его счёт.

Заметки художника

— Если эти рисунки увидит кто-то ещё, я тебя убью.

— Я же не рисую лицо.

— Ну да, ты рисуешь всё остальное.

— У тебя отличная фигура.

— Я знаю.

— Красивая грудь.

— В курсе.

— Идеальная попа.

— Так уж «идеальная»?

— Вот, смотри.

— Хм... Да, с этого ракурса я её не видела. Ничего так, вроде.

— И я не хотел бы забыть эту ночь.

— Мне уже почти не требуется о тебе помнить, чтобы ты меня не забыл.

— Почти. А потом я тупо смотрю на свои рисунки с ощущением, что в голове дырка, и там свистит ветер. Где я их рисовал? Когда? Зачем? Почему вы решили, что это для меня лишнее?

— Я предупреждала, что со мной сложно.

— Да, но об этом предупреждении я забываю тоже.

— Зато ты спишь с Белым Кроликом! Тысячи подписчиков умерли бы от зависти, узнав об этом. Личка блога лопается от просьб о личной встрече, десятки озабоченных готовы взять её в содержанки, сотни предлагают руку и сердце, и это не считая придурков, которым нечего предложить, кроме мутного дикпика не в фокусе.

— Ты Белка. Я уже вас не путаю.

— Поверь, им всё равно. Люди вожделеют только свою фантазию.

— А ты спишь со мной потому, что я единственный, кто не забывает об этом на утро.

— Ну да, когда каждый секс как первый, это только поначалу забавно, потом начинает напрягать.

— Да, я знаю. Я фискальный художник. Инструмент фиксации реальности.

— Быть инструментом не так плохо, как многие думают.

— Разве?

— Ну, например, не надо искать смысл жизни. Если ты молоток, то смысл в забивании гвоздей.

— А ещё тобой можно проломить кому-нибудь башку.

— Или так, да. Смотря чей ты инструмент.

— Я — ваш. А вы чей?

— Именно это я и пытаюсь понять.

Сцены и диалоги. Детектив Ром

Церковь на болоте. Кладбище

Детектив Ром

— Разве не все кладбища закрыли?

— Нет, как видите. Есть правила и есть исключения.

— Как всегда. А как Церковь относится к цифровизации ритуальной сферы?

— Официально? Читайте «Патриаршее благословение». Легко найдёте, оно, разумеется, есть в Цифре.

— Мне интересно ваше мнение.

— Оно никоим образом не отражает консолидированной позиции Церкви.

— Именно поэтому. Если вы опасаетесь последствий, то…

Павел (Смеётся.)

— Нет, что вы, ни в коей мере. Чего мне бояться? Специфика моего служения такова, что я, с одной стороны, практически незаменим, с другой — дальше, чем сейчас, задвинуть меня уже некуда. Просто у меня нет морального права оценивать позицию Церкви в силу моей обособленности от происходящих внутри неё процессов. Вы удивитесь, но большую часть своей жизни я был убеждённым атеистом, материалистом и скептиком, придя к служению, в общем, случайно и отчасти даже вынужденно. Поэтому у меня преобладает мирское мышление, и «цифровую трансформацию» я оцениваю скорее как мирянин, чем как священник.

— А можно спросить, что так радикально изменило ваше мировоззрение? Или это слишком личный вопрос?

— Личный, наверное. Но я отвечу: неопровержимые и не поддающиеся двоякому толкованию доказательства того, что смерти нет.

— Вот, значит, почему вы выбрали эту стезю?

— Сказать, что я её выбрал, было бы неправильно. Вернее уж, она меня. Столь же настойчиво, как Господь Иону.

— Меня направил к вам некий Михей, и это было связано с призраками. Они действительно существуют?

— Столь же действительно, как вы или рыжая девчонка, которая вам так нужна.

— Мне чудится какая-то ирония, нет?

— Нет, что вы, это совершенно не смешно. Хотите ещё глоточек, пока такси едет?

— Пожалуй, да. Пить коньяк, сидя на скамейке на кладбище, — новый для меня опыт.

— А я частенько тут сижу.

— Общаетесь с мёртвыми?

— Смерти нет, детектив, а значит, никто не мёртв. «И

— Спасибо, мне будет над чем подумать.

— Может, всё-таки скажете, кто нанял вас? Я не прошу раскрыть имя, но в самом общем смысле: друг? Родственник? Любовник?

— Если честно, я не знаю.

— Анонимный заказчик? Так бывает?

— Не бывает.

— Не понял, простите...

— Фактически, заказчика у меня нет. Никто не заключал договор на оказание услуг, не платил аванс, не предоставлял материалы по делу и так далее. Просто я в какой-то момент начал искать эту девушку, точно зная, что должен найти, с дурацким ощущением, что это цель моей жизни. Я не хотел говорить об этом, чтобы не выглядеть сумасшедшим, но вдруг показалось, что вы поймёте правильно. Или коньяк так подействовал.

— Вы правы, пойму. Хотя и коньяк тоже.

— О, вон такси! Отважный водитель, этот Роберт, не всякий рискнёт тут проехать... Спасибо за беседу и коньяк.

Девочка

— Какой смешной. Он ещё придёт?

Отец Павел

— Скорее всего.

— Зря ты не разрешил.

— Не зря.

— Ты скучный. А он смешной. Мы бы поиграли с ним.

— Ваши игры слишком безжалостны.

— А ты слишком всех жалеешь.

— Мы все такие, какие есть. Но дверь храма открыта для вас всегда.

— Однажды ты придёшь к нам, а не мы к тебе. И ты это знаешь.

— Знаю.

— То-то же.

Дети

Криксы вы, плаксы,

спуги-переполохи,

лятите через девять морей.

На десятом царстве стоит дуб —

вниз вяршина, вверх коренья.

В ентом дубу есть ляльки, няньки,

люлечки, зыбулечки, подсопочки шалковые,

одеялочки ковровые, подушечки пуховые.

Там есть кому качать,

там есть кому величать,

там некому начать,

там незачем кричать.

Сон, приходь, на глазки лягай,

дитятку не береди – не пугай.

Криксы вы, плаксы,

лятите далёко,

за реку Смородину, Калинов мост.

Там на мосту ветха доска,

под той доской глубока тоска,

а на берегу сны, синевой полны.

Там вам шуметь,

там вам кричать,

там вам смерть

свою повстречать.

«Смерти нет»: библейский мотив и QBism-парадигма

Сетевой манифест QBism

В большинстве религиозных традиций смерть не обладает окончательной онтологической властью. Она не конец бытия, а переход к иной форме существования. Так же и в QBism никакое событие не фиксирует мир навсегда. Реальность не застывает токсичным ретроследом, обновляясь в каждом акте агентного взаимодействия. Смерть в квантово-байесианской интерпретации становится очередным обновлением апостериорного опыта.

Христианство подает «жизнь вечную» как дар Божий. QBism не оперирует трансцендентной онтологией, секуляризуя интенцию религиозной мысли: реальность — процесс, а не объект. Бессмертие в QBism выражается через понятие агентности: реальность возникает во взаимодействии. Если взаимодействие продолжается, личность не исчезает из операционного поля. Это делает возможным научное прочтение библейского посыла: смерть — не господин бытия.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Ром, привет, не занят?

— Э... Обычно я тебя спрашиваю. Я же художник, человек свободного графика, мне не надо пасти электронных коров на цифровых пастбищах, или чем ты там занимаешься обычно на работе.

— Мету цифровой метлой упавшие с виртуальных деревьев сухие мегабайты, блин.

— Ты какой-то нервный, или мне кажется?

— Ты себе даже не представляешь насколько.

— Что-то случилось?

— Ага. Случилось. Слушай, можем вечером встретиться в порту?

— В том самом баре?

— Ага, в нём.

— Ты же не любишь порт.

— Не путай, я не люблю не порт, а себя в нём. Поэтому я и не в нём.

— Тогда почему...

— Есть причины.

— Экий ты загадочный.

— Так придёшь?

— Приду, но за выпивку платишь ты.

— Замётано.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: апостериори

#расследушки

Окончательно запутавшись в этажности, лифтах и кадастровых планах, я решила потянуть за другую ниточку этого макраме — компанию, арендовавшую ту коммуналку. Цифра послушно выдала мне её данные: «QBism aposteriori Co — непубличная исследовательская и методологическая компания, учреждённая для разработки, адаптации и внедрения агентно-ориентированных моделей знания и принятия решений в общественно значимых системах».

Юридический адрес: Пятая Портовая, дом восемь дробь один. Ну, разумеется. То есть, надо полагать, у них там головной офис. Это само по себе довольно загадочно, потому что кому в наше время вообще нужен офис? Все работают в Цифре. Кроме портовых, конечно, но судя по расплывчатой формулировке в описании, QBism aposteriori вряд ли занимается чем-то, требующим грузчиков и матросов. Зачем им аренда площади в триста с лишним квадратов в БЦЗ-районе? Да ещё и в жилом доме, где она в разы дороже?

Попросила Циферку поискать инфу про эту компанию, пытаясь понять, чем же таким она занимается. Нашлось на удивление немного, похоже, что действительно «непубличная». «Инфраструктурный разработчик когнитивных протоколов» — что это вообще? «Компания берёт на себя задачу формализации QBism как рабочей эпистемологии для сложных социальных систем». И что? Кто сейчас не кубист, я вас умоляю? «Предметом деятельности компании является разработка теоретических, методических и прикладных моделей, основанных на принципе агентного опыта, байесовского обновления ожиданий и контекстуальной валидности знаний».

Не знаю, как у вас, зайцы, но у Кролички от этого канцелярита ушки в трубочку сворачиваются.

«Компания предоставляет метамодели, которые позволяют государственным институтам выстраивать процедуры актуализации данных, ретроспективной коррекции и управления коллективными ожиданиями. Любые внедрения осуществляются по запросу и под ответственность заказчика».

Ага, вот и про непубличность. Раздел «Для СМИ»: «Компания не ведёт публичных дискуссий о своей деятельности, поскольку та касается архитектуры восприятия и принятия решений. Компания не участвует в идеологических дебатах, считая, что корректно выстроенная эпистемология не требует обсуждений. Наша миссия — не определять истину,

Скажите, зайцы, вы что-нибудь поняли? Лично у меня появилось ощущение, что кто-то пилит какие-то бюджеты, но я девочка испорченная. Может, они за всё хорошее против всего плохого, а?

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, бубню под нос

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: во славу кроликов

#deep_fucking_existential_dread

Однажды Белый Кролик,

наш рыжий меланхолик,

узнала о себе большой секрет.

Задумалась, как жить

и «быть или не быть»,

а также: «Не купить ли пистолет».

Приехал к ней таксист,

шофёр-постмодернист,

загадочный, как Шрёдингера кот.

Сказал он ей: я рад!

Отправишься ты в ад!

Тебя моя машина довезёт!

Защёлкнулись замки,

погасли огоньки,

взревел мотор зловещего такси.

И с этих самых пор

не видел их никто,

и некого про Кролика спросить.

* * *

На своём гербе я бы нарисовала кролика, доедающего белку. Жаль, что у меня нет герба. У меня ничего нет, даже меня. К чёрту правду, к чёрту прошлое, к чёрту реальность, к чёрту белку, приятного аппетита, кролик!

Комментарии

ХудоËЖник.Вот такой герб?

Кролик. Белча, за что ты так со мной? Ну правда, что я тебе сделала? А ты, Ëжник, не лезь, блин!

ХудоËЖник.Эй, я просто картинку нарисовал!

Кролик.К чёрту твои картинки! Они нифига не «просто»! Белча, это свинство, я не такая! Ответь, жопа моя мрачная, а то обижусь!

Белка (автор).Не обижайся. И я не твоя жопа. Может быть, это ты моя.

Кролик.И всё? Больше ничего сказать не хочешь?

Белка (автор).Прости, Кроль, мне страшно. Ты знаешь почему.

Кролик.Белка, это всё не имеет значения, правда! Да вот насрать вообще! Честное слово!

Белка (автор).Я верю. Но мне страшно. Я не сплю. Я не пишу стихов. Я не живу. Я схожу с ума.

Кролик.Белча, у тебя просто депрессия. Не выдумывай себе ужасов, всё будет хорошо. Ну, хочешь, я тебе пистолет куплю? Я знаю где.

Белка (автор).А купи. Глупо, но мне, наверное, будет спокойнее.

ХудоËЖник.Да что у вас творится, девчонки? Теперь мне тоже страшно. Я могу чем-то помочь.

Белка (автор).Нет.

Кролик.Да. Езжай к Белке. Прямо сейчас. Ей не стоит спать одной сегодня.

Белка (автор).Да не надо…

Кролик.Ещё как надо. Не слушай её, вызывай такси.

ХудоËЖник.Уже.

Заметки художника

Они очень разные.

Белка — домашняя, академичная, философичная, меланхоличная, склонная к рефлексиям, слегка депрессивная. Очень умная, постоянно читает, интересуется кучей странных вещей, типа старой философии. Недоверчива к Цифре, но не любит порт и почти никогда не выходит из дома. Очень милая и грустная, сочиняет стихи, записывает песенки.

Кролик — язва и эпатажница, ураган энергии, чёткая, резкая, быстрая. Тоже умная, но совсем иначе, практичным острым умом. Она пьёт и курит, флиртует с подозрительными типами в портовых барах, не стесняясь разводит подписчиков на донаты и выкладывает преисполненные самолюбования селфи.

В кого из них я влюблён?

В обеих, наверное.

Дурачок я.

Худоёжник.

QBism aposteriori Co

Запись в государственном реестре юридических лиц (расширенная справочная карточка)

Полное наименование:QBism aposteriori Co.

Организационно-правовая форма: непубличная компания с ограниченным доступом к сведениям.

Статус раскрытия информации: ограниченный (в соответствии с законодательством о стратегических и методологических разработках).

Место регистрации: указывается в закрытой части реестра.

Дата регистрации: указывается в закрытой части реестра.

Предмет деятельности:разработка и внедрение агентно-­ориентированных эпистемологических моделей, основанных на принципах апостериорного обновления знаний, байесовского пересчёта ожиданий и контекстуальной валидности информации.

Основные направления работ:

— проектирование моделей актуализируемого знания;

— разработка протоколов версионного управления фактами;

— методологическое обеспечение цифровых реестров, архивов и систем документооборота;

— аналитическое сопровождение внедрения нейросетевых систем в контуры принятия решений;

— оценка устойчивости общественных систем к несогласованному опыту агентов.

Характер оказываемых услуг:исследовательские, аналитические и методологические. Компания не осуществляет нормотворческую деятельность, не принимает управленческих решений и не несёт ответственности за содержание внедряемых интерпретаций.

Используемые технологии:байесовские модели обновления ожиданий, агентно-ориентированное моделирование, нейросетевые системы анализа несогласованностей, версионные реестры данных с управляемой актуализацией.

Этические ограничения:компания придерживается принципа минимального онтологического вмешательства.

Публичная деятельность:отсутствует. Публикации и выступления ограничены профессиональными закрытыми контурами.

Особая отметка реестра:деятельность организации затрагивает архитектуру интерпретации данных и коллективного опыта. В связи с этим часть сведений отнесена к информации ограниченного доступа.

Состояние записи: действующая.

Глава 25. Оркестрирование трудовых ресурсов

Атомизация общества как социопозитивный фактор

Исследование QBism aposteriori Co

Так называемая «атомизация общества», сопровождающая снижение роли коллективного труда и распространение удалённой занятости, отнюдь не является социальным диссипатором, как это подавалось в начале формирования цифровой парадигмы.

Коллективные формы занятости с иерархической вертикалью управления формировались в иных исторических условиях. Их необходимость была обусловлена низкой информационной проводимостью среды и трудностями ручного оркестрирования сложных процессов. Вертикально-подчиненные структуры гарантировали относительную стабильность, но имели ряд врожденных структурных недостатков. В первую очередь, это инерционность, обусловленная закреплением трудовых ролей. Коллектив был не только инструментом, но и средой, требующей обслуживания.

Цифровой переход привёл к тому, что каждый работник стал подключаемым модулем индивидуальных компетенций. Это обеспечило его эффективность как агента, вступающего в операционное взаимодействие только в контексте текущей задачи. В результате сформировалась гибкая многопоточность оркестрирования человеческих ресурсов. Это не только увеличило коэффициент полезной занятости населения, но и стало позитивным фактором социодинамики. Цифровая медиация процессов проактивна, поскольку

Условно «атомизированное» общество существенно облегчает подбор индивидуальных компетенций под задачу, пересобирая трудовые команды без социальных последствий для участников. Человек, не включённый в иерархии, не теряет в социальном статусе, меняя проекты и коллективы. Его оценка как исполнителя смещается с социальной конформности на результат, что снижает конфликтность и высвобождает эмоциональные ресурсы. Общество с высокой долей удалённой занятости менее токсичное и более открытое, что стало основой устойчивого развития в эпоху ускоряющихся технологических и научных изменений.

Заметки художника

— Нафига тебе пистолет?

— Он идёт к моей форме носа. Вот, посмотри, я с ним отлично выгляжу!

— Ты его неправильно держишь.

— Ой, да ладно!

— Ты стрелять вообще умеешь?

— Я знаю, куда нажимать. Не думаю, что мне прям реально потребуется в кого­-то попасть.

— Тогда зачем?

— Мне так спокойнее.

— Ты мне что-то не рассказываешь?

— Я тебе дофига чего не рассказываю.

— Это... обидно, пожалуй.

— Прости. Так надо.

— Я знаю. Но всё равно обидно.

— Эй, тебя вроде всё устраивало.

— Когда твоя... подруга внезапно покупает пистолет, то это напрягает.

— Не бойся, Ром, ты-то вообще нафиг никому не сдался.

— Приз за лучшую мотивирующую речь в студию!

— Ой, прости, я не то имела в виду. Мне нужен, конечно. Но мои опасения не становятся от этого твоими. Нарисуй меня с пистолетом, ладно?

— Конечно. Уже. Вот.

— Ух ты, а мне идёт!

— А мне не нравится.

— Почему?

— Так ты похожа на Крольчу.

— Но ты же обожаешь Кроль! Смотришь влажными глазками влюблённого дурачка.

— Белча, не надо.

— Чего не надо, Ром? Ты её личный художник. Ты её личный вообще. Мы сидим с тобой вдвоём, но разговариваем о ней.

— Ты завела этот разговор.

— Я, да. Но вот скажи, что ты прямо сейчас не ждёшь, когда она, наконец, вернётся?

— Не жду.

— Врёшь.

— Честно. Белча, ты прекрасна сама по себе.

— Но она лучше?

— Она это она, ты это ты. Я вас не сравниваю.

— Врёшь.

— Ну ладно, почти не сравниваю. Выбирать точно не хочу.

— А мне иногда хочется, чтобы она однажды вот так ушла — и не вернулась.

— Не говори так, Белча. Кроль тебе такого уж точно не желает, да и ты окончательно окуклишься одна.

— Одна, значит? Вот всё и выяснилось. Уйдёт она — уйдёшь ты. Всё, что у меня есть, просто одолжено у неё.

— Ну что ты передёргиваешь? Не уйду, конечно. Но я не заменю тебе её.

— Разумеется. Кстати, ты тогда нарисовал отличный герб.

— Это была шутка. Глупая и злая. Я рисую быстрее, чем думаю.

— За это она тебя и ценит.

QBism aposteriori Co

Миссия компании

QBism aposteriori Co занимается разработкой и консультативным сопровождением методологических инфоконструктов, созданных на основе передовых квантовых нейросетей и работающих по принципу байесианского обновления реальности.

Наша миссия — формировать технологическую основу для принятия рациональных решений в условиях отсутствия априорных установок, способствовать переходу к актуализируемым моделям знания, обеспечивать проверяемость и управляемость данных без утраты агентной ответственности. Мы неустанно работаем над повышением устойчивости адаптивных цифровых медиаторов, гарантирующих позитивное будущее нашего общества.

QBism aposteriori Co не претендует на установление истины любого рода. Мы лишь обеспечиваем условия, при которых совершается апостериорное обновление ожиданий.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: цифровое эхо

#размышлёж

Знаете, зайчатки, одна моя подружка постоянно сомневается в реальности всего. Себя, меня, мира, а более всего — вас. Представляете, вчера она на полном серьёзе убеждала вашу Кроличку, что никаких подписчиков не существует! Вас не существует, зайцы мои! Это, мол, просто Цифра гладит меня по белой шёрстке, чтобы я не грустила. Мы чуть не поругались, честное слово, хотя со мной поругаться — это ещё суметь надо.

Я сперва смеялась, потом удивлялась, потом сердилась, а потом задумалась: а ведь в этой идее есть некая системная логика. Безумная, но тем более интересная. Цифра рассредоточила людей на безопасную дистанцию, обустроив в сетевых гнёздышках, как яйца в упаковке. Обмотала ватой, как ёлочные игрушки, чтобы не побили друг друга, хранясь в коробке. Раньше, до Цифры, хейтера в комментах слал лесом и банил сам автор. В результате получались два расстроенных злых человека. Один был недоволен тем, что ему не дали выплеснуть негатив, а второй — что его писанный, может быть, кровью сердца бложек читают какие-то злобные неэмпатичные неадекваты. То ли дело сейчас! Каждый пишет, что он хочет, и получает именно тот ответ, который ему требуется.

Написали вы, к примеру: «Автор, ты дурак и ни в чём не прав». А он вам отвечает: «Божечки, какой вы умный, вы раскрыли мне глаза, убегаю читать правильные источники, кланяясь и благодаря! Спасибо, что нашли время поделиться своей мудростью!» У вас катарсис, вы поняли, что автор не такой дурак, как вам казалось, просто заблуждается немного, бывает. Вот, послушал вас и исправился. Как на такого злиться? Впредь уже гадостей ему писать не станете. Настроение ваше улучшилось, пульс успокоился, вы вернулись к работе, вдохновлённый, не испортив себе здоровье стрессом и негативом. Общество стало чуть менее токсичным, капля за каплей превращаясь из стаи виртуальных бабуинов в комьюнити хороших добрых людей. Ну, а что автор на самом деле вашего комментария даже не видел, это совершенно неважно, потому что он тоже остался на позитиве, сохранив психическое равновесие и рабочую продуктивность, даже времени на виртуальный срач не потратил. Чистая польза всем! Разве не за эту бережную предупредительность мы любим нашу Циферку?

Но вот тут я задумалась: а как бы я узнала, если на самом деле вы мне пишете не комплименты, а гадости?

И это бы ещё полбеды! А если на самом деле вы вообще ничего не пишете, потому что нет никаких «вас»? Не то чтобы я всерьёз так думала, но как бы я это узнала?

Шучу, шучу. Есть ведь ещё донаты!

Сцены и диалоги. Роман и Михаил Вомбатов

Бар в порту

Михаил

— Спасибо. Да, просто виски. Лёд, без содовой. Или ты хочешь чего-то другого, Ром?

Бармен

— Молочные смеси в бутылочках с соской закончились, извините.

Михаил

— О, да я смотрю, у тебя здесь уже репутация прокачалась?

Роман

— Я не голоден. Просто содовой, если можно.

Михаил

— А говорят, художник должен быть голодным.

— Врут. Художник никому ничего не должен. Что случилось, Миха?

— Давай за столик сядем. Туда, в угол, подальше.

— Ты ведёшь себя как шпион из сериала.

— Шпионов не бывает, Ром, это тупо.

— Детективов тоже не бывает, но это прикольно.

— А вот нифига это не прикольно!

— Ого, ты, может, не будешь так лихо виски глотать? А то, я боюсь, разговор быстро кончится.

— Спасибо за заботу, но я портовый пацанчик в анамнезе. Пить умею. И мне сейчас вот прям надо.

— Да что стряслось-то?

— Ко мне пришёл детектив.

— Полицейский следователь? И что ты натворил?

— Нет, именно детектив. Частный.

— А они правда существуют?

— Ты мне скажи.

— Ну, для игры я его придумал, не заморачиваясь. Все знают о них из кино и книг, для сеттинга этого достаточно. Значит, говоришь, реально детектив?

— Реально? Ну, как сказать... Он представился как «Детектив Ром». Он выглядит в точности так, как в твоём геймарте. Он разыскивает рыжую девушку. Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Э... Ну.... Если бы игра вышла и стала популярной, то это мог быть упоротый косплеер. Но она даже не дописана!

— То есть ты не знаешь, как так вышло?

— Без понятия, Мих, вот вообще ноль идей!

— Никакого прототипа, с которого ты срисовал персонажа?

— Нет. Я его выдумал.

— Может, где-то в новостях видел, запомнил, нарисовал по памяти...

— А потом забыл, что ли?

— Почему нет? Ты вон целую девушку забыл, изрисовав перед тем весь блокнот её нюдсами.

— Не весь! Там было-то штук пять... максимум десять! И я знаю, почему её забыл!

— Почему?

— У неё такая особенность. Все забывают. Точнее, почти все. Для того, чтобы запомнили, она должна специально постараться.

— Сплясать на столе голой? Я бы такое точно не забыл...

— Забыл бы. Я же говорю, особенность. Нет, она не пляшет голой...

— А жаль!

— ...она должна думать про этого человека. Держать его в памяти. Тогда он её помнит.

— Он её помнит, пока она его помнит?

— Ну, не буквально так, но типа того.

— А тебя, она, значит, забыла?

— Скорее, решила, что я её должен забыть. Там, похоже, такое, личное.

— Поругались?

— Не знаю. Может, прочитаю заметки и пойму. Если она не хочет, чтобы её помнили, то её забывают. Если бы не блокнот...

— Который она спёрла, но обронила в такси?

— Я не знаю, как это работает, Мих, но оно работает.

— Я догадываюсь как. Феномен асимметричной межагентной когерентности.

— Это сейчас было что-то на умном?

— Ну, если это то, о чём я подумал, то её не забывают. Просто она не существует ретроспективно, как байесовский агент. Когда работаешь с квантовыми нейросетями, такое не то чтобы понимаешь — хрен его поймёшь, — но со временем привыкаешь учитывать. Профессор Мейгольц объяснил бы лучше, он настоящий учёный, а я больше по железу. Но детектив из твоей игры... Чёрт, куда делся мой виски?

— В тебя, Мих.

— Правда? Вот же шустрая субстанция! Пойду ещё возьму. Тебе что-то заказать, или так и будешь цедить водичку?

— Я не хочу крепкого и опасаюсь здешних коктейлей.

— Ладно, сиди, водохлёб. Сейчас вернусь.

Возвращается со стаканом.

— Уф, совсем другое дело. Надеюсь, эта порция не проявит свойств сверхтекучести, как бозе-конденсат.

— Просто пей медленнее.

— Да что ты знаешь о квантовом вырождении жидкостей? Когда тепловая длина волны де Бройля...

— Мих, не гони. Что там с детективом вышло?

— А. Ну да. Точно. Сегодня в институт заявилась ровно та самая рожа, на которую я до тошноты насмотрелся в твоих геймартах. Шляпа, кстати, и правда стильная.

— Я старался.

— И он много чего знал, причём из того, что я никак не хочу светить по месту работы.

— Ты что, влез в какой-то криминал?

— Рома, я из порта! Я в криминале родился и вырос! Нет, ничего такого, не подумай. Просто в институте, например, не в курсе, что я подрабатываю у дяди. Спроси любого, тебе скажут: Миша Вомбатов приличный человек, аспирант-­исследователь лаборатории квантовых вычислительных кластеров, обеими руками двигает науку в будущее по рельсам прогресса, аж жопа вспотела. И я бы хотел, чтобы так и оставалось. Да и Михею не стоит знать некоторые нюансы моей индивидуальной бизнес-активности.

— В каком смысле?

— Видишь ли, после той истории, где Белый Кролик нас засветила, игровой клуб закрылся. Дядя решил, что ну его нафиг, слишком много внимания, народ туда-сюда тусуется, да и сколько там имели с тех геймеров, фигня... Тем более, тестирование кластера закончилось, для работы клуб стал не нужен...

— Так-так, чую интересную историю!

— Не, всё банально... Когда клуб закрыли, Михей сказал мне продать игровое оборудование. Терминалы, контроллеры, мониторы, даже кресла и декоративные панели со стен. Я сразу заныл, что это «бэушка, без сервака стоит копейки, больше хлопот», он сказал «почём уйдёт, так и сдавай» и забыл.

— А ты стырил, что ли?

— Ну, как «стырил»... Я же не больной у дяди крысить. Скажем так: «взял в лизинг с последующим выкупом». Я бы просто свои бабки сразу отдал, но откуда у меня столько денег?

— Но он

— Именно. Понимаешь, в клубе стояли терминалы для облачного гейминга, они не особо дорогие, потому что вся ценная начинка на стороне сервера, клиентская машина простенькая, лишь бы монитор тащила и сеть. Сдавать их как бэушку было тупо жалко, за гроши бы ушло... Ну, по меркам бизнеса, у меня и столько не было. Так что я забрал оборудование, арендовал через знакомых помещение и перетащил его туда.

— Открыл свой клуб? Серьёзно?

— Прикинь, да. К счастью, Михей не в теме, он думал, что сервак непременно должен за стенкой стоять, а я не спешил развеять его заблуждения. На самом деле толстая оптика теперь тупо везде, так что подключиться можно в пределах города вообще где угодно. Ну, почти. Но, как только клубешник заработал, я сразу бабки в кассу внёс! Сказал Михею, что продалось, наконец, он только отмахнулся, «ну и зашибись». Я честно внёс, по реальной стоимости, как с продажи бы пришло!

— И в чём проблема тогда? Деньги ты вернул, какие к тебе претензии?

— Ты не понимаешь... Как ты думаешь, почему таких клубов мало?

— Без понятия, я не геймер.

— Они в среднем еле-еле окупают даже аренду, не говоря уже о железе. Большую часть расходов составляет плата за серверную часть, без которой на этих терминалах только пасьянс раскладывать, ну и лицензии, конечно. Игра крутится на серваке, а современные AI-powered иммерсивные игры с индивидуальной обратной связью бешено жрут ресурсы. Так себе бизнес, в общем, больше хлопот, чем маржи.

— Дай угадаю... Твой клубешник висит на Михеевском дата-центре и ничего за это не платит?

— С одним уточнением: «мои клубешники». Я ещё два с тех пор открыл.

— Настолько прибыльно?

— Ты не поверишь. За лицензии платить не надо, на своём серваке я просто отключил их проверку, токены за машино-часы не списываются, расходы только на трафик, но это фигня. Девяносто процентов халявы, и цена для пользователя ниже всего на треть. Да у меня за двое суток в очередь записываются! Уже ищу помещение под следующий клуб.

— А почему тогда все так не делают?

— Понимаешь, официальные игровые провайдеры в Цифре, хрен там нелицензионку покрутишь. А у портовых своего рода «коррупционный иммунитет». Это же порт, там всё так работает. А ещё они платят за электричество, которое он жрёт как сталелитейный завод.

— А ты ничего не платишь.

— Только по счётчику в клубах, но там копейки.

— И они тебя до сих пор не выпасли?

— А как? Я там один понимаю, как что работает. Ну и Михей мне дядя, доверяет.

— А ты, значит, собственного дядю напариваешь...

— Ромка, прекрати! Никто же ничего не теряет! Я просто слегка... утилизую излишки. Игры для клубов и трёх процентов мощности не забрали! Кроме того, портовые это железо не покупали, так что ситуация вин-вин...

— В смысле «не покупали»?

— Блин, забудь. Я тебе этого не говорил.

— Понял, не дурак. Мне это вообще пофиг, про детектива лучше расскажи!

— Понимаешь, Ром, мало того, что ко мне явился выдуманный персонаж из твоей игры, так он ещё и знал про клубы. Откуда?

— Без понятия. Я, например, про них узнал только что. Может ли придуманный мной детектив знать больше, чем знаю я?

— В байесовой модели? Да запросто! Слушай, а ты никак не можешь на него ну... повлиять?

— Нуль идей, Мих, извини. Я до сих пор не уверен, что ты меня не разыгрываешь зачем-то.

— Эх, если бы... Почему-то я так и думал... Но знаешь что, Ромыч?

— Чего ещё?

— Ты же монстров рисуешь в игры?

— Типа того. А с чего ты спрашиваешь?

— Когда ко мне заявился детектив из твоих артов, я сразу подумал: «А ведь Ромка не только мутных мужиков в шляпах рисует!» Так что ты, того, задумайся насчёт монстров. Зубов им там, не знаю, поменьше делай… И кстати, нафига ты надел шляпу?

QBism и переход к эвдемонической модели комфорта

Исследование QBism aposteriori Co

Внешнему наблюдателю QBism-социум может показаться менее «обеспеченным», чем индустриальные уклады в «обществах позднего благополучия». Нас окружает меньше вещей, стремление к накоплению утратило мотивирующий статус, необходимость бесконечного обновления стала технически ничтожной с отказом от инвестиционного псевдопрогресса, почти исчез из бытового понятийного поля вариант «на всякий случай». Этот сдвиг связан с исчезновением глубинной тревожности, которая исторически заставляла людей накапливать избыточные ресурсы.

Накопление имело смысл в ситуации неопределённого будущего, которое вызывало фрустрацию как у отдельного индивида, так и у общества в целом. Избыточность и многократное дублирование воспринимались как своего рода «подушка безопасности», компенсирующая неизбежные тогда дефекты планирования. Это поведение было рациональным для своих условий, хотя и порождало перекосы в распределении, вынуждая общество выводить из оборота значительные ресурсы и стимулируя людей к избыточным тратам.

QBism-парадигма изменила ситуацию. В ней будущее рассматривается как пространство обновляемых ожиданий, не вызывая иррациональной тревожности, а цифровая среда обеспечила идеальное оркестрирование ресурсов. В результате запасы сократились до реально необходимых, не создавая при этом балластных накоплений, тормозящих развитие ради ложно понятой «стабильности». Моментальный доступ «по запросу» привёл к тому, что материальные блага перестали восприниматься объектами владения, став элементами распределённой инфраструктуры. Доверие к среде позволяет больше не накапливать лично ресурсы, которые и так доступны всем и всегда.

Владение в QBism-обществе не является маркером статуса, избавив население от чрезмерного обременения имуществом. Это повысило операционный комфорт, то есть возможность быстро решать бытовые и рабочие задачи. Вещь во владении требует расхода личного ресурса, за ней надо ухаживать, её надо охранять, обновлять, содержать в порядке. Чем больше вещей, тем более существенная часть времени и сил на это уходит. Только отказавшись от накопления люди смогли оценить, какое серьёзное фоновое напряжение за этим стояло. Избыточное владение создает априоры, замедляющие обновление через привязку агента к сохранению прошлого состояния.

Переход от гедонистической модели благополучия (основанной на обладании и потреблении) к эвдемонической, основанной на развитии агента как операционной единицы, сделал агентную траекторию более гибкой.

Белка и настоящее счастье

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

— Вот теперь я счастлива! — сказала Белка.

Она лежала кверху сытым пузиком на мягком мху и обнимала надкусанный орех. Тот был очень вкусным, но есть уже не хотелось. Друзья в этот день нашли отличное место, где было много вкусной еды, налопались от души и теперь отдыхали.

— А что значит «счастлива»? — спросил Ëжик.

Он тоже неплохо перекусил и чувствовал себя прекрасно.

— Счастье — это когда всё есть и ничего не хочется! — заявил Кролик. — У меня вот ещё две кучки ягод, но я больше ни кусочка слопать не могу! Значит, я счастлив!

— Ну, не знаю... — сказал Ëжик задумчиво. — Мне кажется, что счастье это не про еду.

— А разве ты не счастлив, когда сыт, тепло, хорошая погода, мягкий мох? — спросила его белка.

— Мне кажется, я просто наелся и лежу. Это приятно, но неинтересно.

— А счастье — это когда интересно? — удивился Кролик.

— Наверное, да, — ответил Ëжик. — Мне было весело, когда мы искали эту поляну. Мы увидели столько всего нового в лесу! Мне было интересно болтать с вами по дороге сюда. Мне было приятно собирать лакомства, чтобы я угостил вас, а вы меня. Было здорово вместе их есть, делясь самыми вкусными кусочками. Было очень смешно, когда Белка подсунула Кролику пустую скорлупу вместо ореха, а Кролик в ответ намазал ей нос малиновым соком. Вот это было счастье, а сейчас я всего лишь сытый и мне всё лень.

— Как странно, — сказал Кролик, подумав. — Теперь мне тоже кажется, что в моём счастье чего-то не хватает. Ощущение от полного животика приятное, но оно пройдёт и ничем не запомнится.

— Верно, — согласилась Белка. — В лесу много еды, и мы много раз бывали сытыми, но вспоминается не это, а то, как мы играли, обсуждали важные вещи, изучали лес, искали новые места, стоили шалаш...

— Именно! — подскочил Кролик. — Мы счастливы, когда делаем что-то такое, о чём интересно вспоминать!

— Когда наелись, мы просто набили животы, и всё, — согласился с ним Ëжик. — А когда что-то узнали, нашли или сделали, то становится по-настоящему приятно.

— Я поняла, — сказала Белка. — Счастье — это что-то, о чём ты будешь вспоминать и снова становиться счастливым от того, что в твоей жизни это было.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта сказка помогает детям различить два разных вида счастья, которые в жизни часто смешиваются.

Первый тип — это удовольствие от комфорта и насыщения. Когда ребёнок наелся, ему тепло и спокойно, возникает приятное состояние. В сказке это состояние переживают Белка и Кролик после сытого обеда на поляне. Такое чувство естественно и важно для жизни, но оно быстро проходит и почти не оставляет воспоминаний.

Второй тип — это радость от действия, открытия и совместного опыта. Ёжик вспоминает то, как друзья искали поляну, разговаривали по дороге, делились лакомствами, шутили и строили шалаш. Именно эти события становятся настоящими воспоминаниями, к которым приятно возвращаться.

В QBism-подходе это можно объяснить так: ценность возникает не из обладания вещами, а из взаимодействия с миром. Когда субъект действует, исследует, разговаривает, делится опытом, он обновляет своё понимание мира и создаёт события, которые становятся частью его жизни.

Поэтому в сказке зверята постепенно приходят к выводу, что простая сытость — это лишь кратковременное удовольствие, а настоящее счастье связано с интересной деятельностью, общением и совместным опытом.

Для детей это важное различие: сиюминутно приятное не оставляет следа. Настоящее счастье связано с тем, что мы делаем вместе и что остаётся в памяти. Эвдемоническое счастье не отрицает гедонистической радости, но оно глубже, важнее и устойчивее.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Почему Белка сначала сказала, что она счастлива?

* Что делали зверята перед тем, как лечь отдыхать?

* Почему Ёжик начал сомневаться, что это и есть счастье?

* Какие события зверята назвали весёлыми и интересными?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему сытость приятна, но быстро проходит?

* Почему воспоминания о приключениях остаются надолго?

* Что делает день по-настоящему интересным?

* Когда вы чувствуете себя просто довольными?

* А когда вам по-настоящему интересно и радостно?

* Что вы чаще вспоминаете — вкусную еду или интересные события?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Что вам больше нравится: просто лежать и отдыхать или играть с друзьями?

* Какой день вы бы запомнили лучше: когда вы просто отдыхали или когда что-­то делали вместе?

4. Финальный вопрос-обобщение

* Что такое настоящее счастье?

Подсказка для педагога

Дети должны подойти к выводу: настоящее счастье — это не приятные ощущения, а интересная жизнь, в которой есть друзья, открытия и совместные дела.

Глава 26. Феномен трансгенерационной автономии

Исключение поколенческого шаблона из операционного контура общества

Исследование QBism aposteriori Co

Наблюдаемый в QBism-обществе феномен так называемой «трансгенерационной автономии» (выпадение родительской информации из повседневного когнитивного контура), привёл к изменению в структуре операционной идентичности молодёжи. По данным цифровых опросов, более 70 % респондентов не оперируют фактом наличия родителей. Наблюдается отсутствие функциональной значимости родительских фигур в спонтанных нарративах, эмоциональных воспоминаниях и мотивах принятия решений.

Информация легко вспоминается при наводящих вопросах, респонденты уверенно помнят имена родителей, чуть менее уверенно — возраст, со значительной долей неопределённости — род занятий, однозначно опознают их на фото и видео. Однако этот паттерн не включён в операционный слой личности молодых людей, то есть не участвует в формировании ожиданий, не используется для самооценки и не влияет на социальные роли. Трансгенерационные связи не активируются в актуальном контексте, принимаемые решения не соотносятся с оценками представителей старшего поколения.

С точки зрения QBism, это интерпретируется как перераспределение агентности. Индивид перестал быть продолжением семейной истории, став самостоятельным узлом обновления реальности. Родители более не являются маркером идентичности, что выгодно отличает феномен трансгенерационной автономии от конфликтных форм смены поколений. Прогнозная оценка не входит в задачи данного исследования, однако, с точки зрения социодинамики, данное явление можно оценить как положительное.

Блог БК

✴ Имя: Белый Кролик

✴ Локация: город Свитербург

✴ Статус: живу в тени, курю в дождь

✴ Куррентмуд: привет, зайчатки. Мы идём глубже!

Title: цифровое эхо — 2

#размышлёж

Зайчатки, вы так бурно отреагировали на то, что я сомневаюсь в вашем существовании, что чуть не обрушили шквалом возмущения мой скромный бложек. А личка чуть не лопнула от дикпиков, как будто фотка пиписьки подтверждает вашу реальность. Вы разве не знаете, что фото кредитки с двух сторон работает гораздо лучше? (Шучу, боже ж мой, не вздумайте!)

Знаете, что в этом самое смешное, заиньки? Ваша Кроличка сомневается в вашем существовании куда менее, чем в своём.

Заметки художника

Пришлось распечатать новый блокнот. Одна из самых удачных покупок, наверное, вот эта коробка скетчбуков. Достались недорого, потому что оказались «двойного назначения». Будь они простыми, то проходили бы как «рисовальные принадлежности» и не подлежали учёту как «материальный информационный носитель», но половина страниц разлинована, то есть предназначена для письма. Мне это не мешает, я не сканирую скетчи, но художники их не брали, а вносить товар в «Единый реестр носителей материальной информации» владелец портовой лавочки не хотел, потому что тогда надо отчитываться. Думаю, он сто раз проклял тот час, когда их закупил, и был счастлив спихнуть мне всю партию хоть за какие-то деньги. Меж тем, бумага отличная, особенно для такого любителя гелевых ручек, как я. Не всякий блокнот подходит, а эти прямо идеально. И размер удобный, можно в карман засунуть, и обложка плотная, работает как поддержка, не нужна опорная поверхность. Не знаю, что буду делать, когда они кончатся. Расходку для рисования приходится искать, потому что спроса почти нет, все рисуют сразу в цифру. Зачем переводить бумагу, если всё равно потом сканировать? Я тоже на заказ рисую на планшете, это реально быстрее и удобнее, да и качество выше. Можно использовать генеративные заливки, миллион инструментов, слои, откаты... Особенно для геймарта хорошо: рисуешь характерку, нейронкой её сразу тридэшишь и мувишь, видно, как она будет в игре смотреться. Но скетчи всё равно рисую ручкой в блокноте. Есть своеобразный кайф в том, что ни одной черты нельзя отменить. Карандаш не то, к нему есть ластик, а ручка не прощает ошибок. Точнее, нет, не так. Никто не рисует без ошибок, это невозможно. Рисунок ручкой — это картинка, в которой они становятся частью замысла. Если ты случайно провёл черту не туда, то нарисуй так, чтобы эта черта стала правильной!

Или вырвать лист и начать сначала...

Но листов жалко.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, ковыряю душевные ранки

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: перестать быть белкой

#deep_fucking_existential_dread

Однажды профессор Мейгольц показал мне, как работает кубизм. До того я знала в общих чертах, «как все». О научной доктрине, ставшей основой общества, сложно не знать ничего, но именно по этой причине она никому особенно не интересна, «все это знают». Профессор, смеясь, сравнивал с каким-то «максизом»: мол, уже была однажды научно-философская теория, которая на какое-то время стала идеологией почти половины мира. При этом слышал о ней каждый первый, знал, что это, каждый десятый, изучал каждый сотый, разбирался каждый тысячный, а не понимал почти никто. «Нормальное распределение средней компетенции».

«Кубизм, несмотря на то что его квантово-информационная основа чертовски контринтуитивна, вполне логичен и очевиден в бытовом смысле. Возникшее на стыке квантовой физики, нейросетевых технологий и философии знания учение оказалось идеальным ответом на вызовы цифровой эпохи и в прямом смысле спасло человечество от экзистенциального коллапса смыслов. Настала эпоха мира и комфорта, а также реального равенства возможностей. Люди впервые счастливы в измеримом статистическом смысле!» — вещал проф.

Мне тогда казалось, что это сиропная чушь, потому что я чувствовала себя какой угодно, только не счастливой. Была полна неизбывным личным горем, и рассуждения о всеобщем «статически значимом счастье» меня мало трогали. «Что мне до всех этих счастливых людей, когда самой и жить-то не хочется?» — рыдала я ему в халат. И вот тогда Мейгольц наглядно показал мне, как это работает. Кубизм позволяет делегировать память. Не забыть, а вынуть из себя и положить на полочку. Повесить на крючок и ходить мимо, не касаясь. Знать, что она там, но не тянуть руки.

С тех пор я не помню, о чём рыдала тогда. Знаю, где в моём любимом шкафу со скелетами висит на вешалке то горе, но желания достать и примерить ни разу с тех пор не возникло.

Слава кубизму и профессору Мейгольцу.

Комментарии

Кролик.Белча, а я и не знала, что ты знакома с профом!

Белка (автор).Кроль, у меня была жизнь до тебя.

Кролик.Я знаю. Похоже, так себе жизнь, но ты справилась, а теперь у тебя есть я.

Белка (автор).Нет, я НЕ справилась, и ПОЭТОМУ у меня есть ты.

ХудоËЖник.А я, как же я? Я тоже есть!

Белка (автор).Да, Ром. И ты.

Сцены и диалоги. Роман и Белка

Квартира Белки

— Я на всякий случай захватил переходник.

— Спасибо, да, я не подумала. К моему ноутбуку он тоже нужен. Разувайся, проходи в комнату. На улице снова дождь?

— Да, я тут натоптал...

— Ничего страшного. Я сейчас чаю сделаю, зелёного, как ты любишь.

— Ты знаешь, какой чай я люблю, а я не могу вспомнить, что здесь уже был. А ведь был, у меня есть наброски комнаты. Это как-то... несправедливо, что ли.

— Прости. Так вышло. Ты прочитал свои записки?

— Некоторые. Файлы не по порядку, очень сложно понять, что за чем идёт, я путаюсь в последовательности событий.

— Ты вообще не любишь читать. Мультики или игры, верно?

— Вот, и это ты про меня знаешь... Нет, дело не в том. Просто очень неприятное ощущение от этих записок. Как по тонкому льду идти. Реальность потрескивает и прогибается под ногами. Мне немного страшно,

— Это хорошо, Ром. Ты же сделал, как я просила? Перенёс, не оставив копии? Не включая ноут в сеть?

— Да. Но тебе придётся поверить мне на слово, разумеется.

— Я же тебя знаю, ты никогда не врёшь. Спасибо, это очень важно.

— Почему? Что такого страшного Цифра там прочитает?

— Дело не в том, что прочитает, а что версии разойдутся.

— Это плохо?

— Да. Вот будь у меня, к примеру, две головы... Но у меня-то одна!

— Зато красивая.

— Перестань. Я знаю. Давай флешку. И блокнот, который нашёл таксист.

— И что ты с ними сделаешь? Флешку отформатируешь, а блокнот сожжёшь?

— Сперва прочту. Но потом — да.

— То есть ты так и будешь знать обо мне больше, чем я сам?

— Да. Так надо.

— Это твоё «надо», Белка. Не моё. Я ещё не принял решения.

— Ты не можешь принять никакого решения, потому что ни черта не знаешь!

— Так расскажи мне.

— Ты ведь за этим пришёл, да? Не чтобы отдать мне флешку и закрыть уже историю?

— Я хотел тебя увидеть и поговорить. Объясни, что происходит, и я отдам флешку.

— Я не для того всё это стёрла, прости. Просто поверь мне, это единственно правильное решение.

— То есть я потом уже окончательно ничего не вспомню, включая эту встречу?

— Да. Извини. Я ошиблась. Если бы ты не начал делать ту игру...

— ...То так и не узнал бы, что от меня откусили кусок.

— И что? Прекрасно жил бы себе дальше! Чего не помнишь, того и не было! Это же суть кубизма!

— Но за что? Что настолько плохое я тебе сделал? Мы поругались? Я тебя чем-­то обидел? Почему ты вычеркнула себя из моей жизни?

— Ром, ты не понял. Не вычеркнула, а вырезала. Как раковую опухоль. Не избавилась, а спасла от себя. Пыталась спасти. Решила, что лучше тебя не будет у меня, а меня у тебя, чем нас не будет совсем. И всё было... терпимо. Я привыкла. А потом встретила тебя в баре, ты начал рассказывать про игру, я испугалась…

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Привет, Мих.

— Привет, Ром.

— Ну что, чем закончилась история с детективом?

— Она не закончилась. Меня уже дядя тряс: что за хрен в шляпе к нему припёрся и как я с этим связан.

— Он и к нему приходил?

— Уже второй раз. И если в первый просто искал девушку, то во второй задавал вопросы, на которые дяде отвечать ну совсем не хотелось. И часть этих вопросов были переадресованы мне и тоже, знаешь ли, ничуть не порадовали.

— А ты тут с какого бока, Мих? Ты же просто что-то там админишь...

— Угу. Просто. Проще не бывает. В общем, хорошо, что ты написал, я уже и сам собирался... Прости, но я твоей игрой больше не занимаюсь. И не буду. И не проси.

— Ты реально думаешь, что детектив из игры вылез? Мих, это даже не смешно.

— Так я и не смеюсь, Ром. Мне реально офигеть как не по себе. Дядя, конечно, родственник и всё такое, но когда он начинает задавать вопросы: «А почему этот парень в шляпе так интересуется твоей работой? Видели, что он с тобой разговаривал. О чём? Что ты ему рассказал? Ничего? А почему он тогда так дофига знает?» — в этот момент совершенно не чувствуется, что он брат моей матери. Начинаешь думать, как выглядит вода в заливе, если смотреть на неё снизу. Так что не обижайся, но я удалю файлы с рабочей станции и снесу модель с сервера. Игру жалко, тебя тоже, но своя жопа ближе к телу.

— Чёрт, обидно. Но это, разумеется, твоё право.

— И я им воспользуюсь, не сомневайся. Сделаю тебе дамп чуть позже и дам ссылку для скачивания, но у себя зачищу.

— И что я с ним делать буду? Я в этом не понимаю...

— Ну, мало ли, может, найдёшь кого-то, кто умеет. А я сливаюсь, извини.

— Да, Мих.

— Без обид?

— Без обид.

— Ну и ладненько. А чем та история с флешкой закончилась? Ты реально у себя снёс? Не скопировал? Я бы так не смог, я дата-параноик. Ну вот крякнет флешка, и что? Ни у кого нет архива.

— Она и так собиралась её отформатировать.

— Какая решительная. И что? Отдал ей?

— Нет.

— Отказал девушке? Ты?

— Представь себе. Она отказала мне, я ей.

— Э...

— Да не в том смысле. Я сказал, что отдам флешку, если она расскажет, в чём дело. Она упёрлась, я тоже. Взяли паузу на подумать.

— Но ты был у неё дома?

— Был.

— И что там?

— Ничего особенного, кроме того, что интерьер и вид из окна есть в том блокноте. И кровать, на которой я её... скажем так, рисовал без одежды. То есть я там точно был раньше.

— Ты так и не показал мне нюдсы!

— Отстань.

— Неужели она совсем ничего не сказала? Или вам не до разговоров было? Вы снова вдвоём, рядом с той самой кроватью... Хоть поцеловались?

— Мих, это был долгий и сложный разговор. У меня в какой-то момент даже появилось ощущение, что она прикидывает, чем меня стукнуть по башке, чтобы забрать флешку. И сколько мусорных пакетов придётся потратить, вынося тело по частям.

— Гонишь.

— Немного преувеличиваю. Но реально немного.

Заметки художника

Что меня поражает в Кроличке — это фантастический коммуникативный скилл. Если бы это была игра, то «проверку на харизму» она проходила бы с модификатором «на кубике всегда двадцать, крит». Рыжая умудрилась за минуту обаять пожилого дворника, на вид не более любезного, чем страдающий чесоткой медоед. Он охотно рассказал ей историю дома, открыл ворота во двор и двери в

Я не слушал его рассказов, потому что Кролик заставила меня рисовать площадки этажей с четвёртого по шестой, хотя они, на мой взгляд, совершенно одинаковые. Дворника я нарисовал тоже, но это уже была моя инициатива, слишком много архитектуры за раз вредно. Из-за передозировки перспективой я никак не мог нарисовать лестницу, она всё время выворачивалась в какой-то эшеровский визуальный парадокс, это бесило неимоверно, в конце концов Кроличка надо мной сжалилась, сказала, что и так сойдёт, она, в принципе, довольна услышанным и нарисованным.

Сели в кафе рядом, взяли по пирожному и кофе. Она рассматривала мои наброски так внимательно, словно это шедевры живописи, а не минутные скетчи, но не ответила ни на один мой вопрос.

— Таковы условия эксперимента.

Вот и все объяснения.

Я не возражал, мне нравится участвовать в расследовании даже в качестве «фискального регистратора» на бумажной тяге. Рядом с Крольчей я чувствую себя живым и настоящим, как нигде больше. Словно нахожусь именно там, где должен. На своём месте в Мироздании или что-то вроде того. Странное ощущение, но очень приятное. Немного похоже, как от удавшегося рисунка, когда на десятом скетче вдруг понимаешь, что нарисовал именно то, что нужно, в точности так, как ему предназначено быть нарисованным. Идеальное попадание в образ.

— Ты знал, что это один из самых старых домов в этом районе? — спросила она рассеянно, держа в одной руке мой блокнот, в другой чашку с кофе.

— Нет. Тут все дома старые.

— Ты что там рукой под столом делаешь? Опять меня рисуешь?

— Да. Нельзя?

— Можно. Сколько у тебя блокнотов?

— Вообще или с собой?

— Вопрос снимается. Нет, хотя весь район исторический, только это здание уцелело из первоначальной застройки, остальные сносились-строились. Тут какие-то важные дворяне жили при царях, но потом что-то пошло не так. Чего-то там они с каким-то царём не поделили и дом у них забрали, а их самих казнили вроде бы. Этот дворник настоящий фанат истории, представляешь?

— Или он всё выдумал.

— Да, вполне мог. Но я потом в Цифре поищу подробности, это не так важно. После дворян тут сначала был большой бордель, потом, внезапно, психиатрическая больница, довольно долго, до Первой мировой. Во время той войны её переделали в госпиталь для раненых, а после революции тут была тогдашняя спецслужба... как бишь её... вот, блин, забыла, он же называл. Аббревиатура какая-то, из согласных, фиг выговоришь...

— НКВД?

— Точно! А ты откуда знаешь?

— Так табличка же.

— Где?

— Перелистни.

— Ого, ты её зарисовал? «В годы... размещалась...» Да, точно. Странно, что я не увидела, хотя раза три дом обошла. А ещё тут был морг, хотя и недолго, временный, во время пандемии, театр авангардного искусства, магазин эзотерической литературы... Что-то ещё было, но тут мой входной буфер переполнился. При этом тут всегда жили люди, даже когда морг и эта КВНД! Ну, может, когда бордель, то не жили, но после революции постоянно. В коммуналках, в основном. Но несколько лет назад все съехали.

— Вообще все?

— Именно. Кстати, ты заметил, что за всё время, пока мы здесь, из дома никто не вышел и никто туда не вошёл?

— Так сейчас все дома работают, обычное дело. Я сам, бывает, неделями не выхожу.

— Во-первых, не все. Довольно много людей, которым нужно физически быть на работе. Вот, хоть официанта возьми. Во-вторых, где курьеры?

— Курьеры?

— Ой, Ром, не тупи! Пока мы пьём тут кофе, мимо нас прошли восемь живых курьеров и проехало четырнадцать рободоставщиков.

— Ты считала, что ли?

— Именно. На них никто не обращает внимания, все привыкли, но если понаблюдать... Заметь, ни один из них не направлялся в этот дом! Только в соседние!

Крольча такая, да. Она замечает всякие штуки, на которые ни у кого бы глаз не дёрнулся. Не знаю, существуют ли сейчас частные детективы, но из неё получился бы прям идеальный. Шляпу только добавить к образу, и готово. Я задумался и сам не заметил, как нарисовал кролика-детектива. Девушку-кролика-детектива. Рыжую. У меня есть с собой набор цветных лайнеров, хотя обычно рисую синей или чёрной ручкой. Только закончив, понял, что всё это время Кроличка молча на меня смотрела.

— Покажи! — потребовала она.

— Вот, — я протянул ей скетчбук.

— И над этим ты завис на четверть часа? Я уже начала искать на тебе кнопку «ресет». Хотя... Знаешь, мне нравится. Отличный художественный образ. Можно я возьму для блога?

— Конечно.

— Только знаешь что... Ты не обидишься, если я не укажу авторство?

— Ты меня стесняешься?

— Да нет, не в этом дело. Видишь ли, ты у меня что-то типа... секретного оружия. Не хочу, чтобы о тебе знали.

— Кто?

— Никто. Никто не должен знать, что у меня есть ты.

Честно говоря, в тот момент я подумал, что Белому Кролику, которой щедро донатят поклонники, просто выгодно изображать одинокую девушку. Так у подписчиков остаётся возможность воображать, что они однажды окажутся рядом, и... Люди обожают платить за фантазии. Но сейчас, делая эту запись, я вдруг понял, что дело в чём-то другом.

У меня так бывает: рассматриваю наброски и понимаю. В моменте слишком увлечён рисованием, а в рисунке остаётся некий вайб. Говорят, если особенным образом считывать бороздки на древнем глиняном горшке, то можно воспроизвести звуки, которые были вокруг, когда его делали. У меня примерно такая же тема с рисунками — на них словно бы остаётся след того, что происходило в момент рисования, даже если в самой картинке этого и нет. Правда, единственное устройство для воспроизведения — моя голова, так что, скорее всего, это просто мнемонический ключ. Я помню картинку, а не события.

Байесовский принцип обновления знаний

Сетевой манифест QBism

Байесовский принцип обновления знаний представляет собой нормативную модель рационального мышления в условиях неполной информации. Он описывает, каким образом агент должен корректировать свои представления о мире при

В основе лежит отказ от бинарного понимания знания как «истинного» или «ложного». Оно трактуется как распределение субъективных вероятностей, отражающее степень уверенности агента в различных гипотезах. Эти вероятности являются не свойством реальности, ахарактеристикой когнитивного состояния агента.

Начальная система представлений агента называется априорным распределением. Оно формируется на основе прошлого опыта и ранее принятых моделей. Априорное распределение задаёт исходную структуру ожиданий, без которой принятие решений невозможно.

Когда агент получает новый опыт, то сталкивается с необходимостью пересмотра своих ожиданий. Байесовский принцип требует учитывать степень его согласованности с каждой из гипотез и исходную уверенность агента в этих гипотезах.

Результатом становится апостериорное распределение — обновлённая система вероятностей, которая замещает априорную и используется как основа для дальнейших действий и последующих обновлений. При этом ни одна гипотеза не «доказывается»: изменяется лишь её относительный вес.

Этот процесс итеративен, то есть не имеет конечной точки: каждое апостериорное распределение становится для следующего шага априорным. Таким образом, знание в этой модели временно и контекстуально, рациональность определяется согласованностью обновлений. Отказ от обновления, то есть сохранение априорных ожиданий вопреки опыту, квалифицируется как нарушение рациональности.

Именно этот принцип делает возможной управляемую актуализацию знания, лежащую в основе QBism-а как философии цифровой эпохи.

Глава 27. Архивно-инвариантные среды

Экономический и научный аспект БЦЗ

Исследование QBism aposteriori Co

Экономическая значимость бесцифровых зон объективно невелика.  Они имеют преимущество перед централизованным оркестрированием процессов только там, где фоновая актуализация снижает уникальность. Это небольшой набор узких секторов спроса, ориентированных на товары ограниченного потребления, таких как фермерские «домашние продукты», сортовое вино, сыры, деликатесы, а также уникальную продукцию ремесленного типа.

Бесцифровые зоны являются локальными рынками с ограниченной прозрачностью, имеющими статус особых исключений в парадигме универсальной цифровой экономики. Это скорее гуманитарный, чем экономический паттерн, сохраняющий сектор мелких производителей для граждан, предпочитающих такой способ самореализации. Бесцифровая среда изолирует локальные экосистемы, исключая заведомо неравную конкуренцию с массмаркетом, при этом не давая им расширяться за пределы отведённой ниши.

Однако не стоит сводить ценность БЦЗ к гуманитарным факторам. Их роль в нашем обществе значительно шире. Дело в том, что система, имеющая в составе только актуализируемую цифровую экономику, становится чувствительной к ошибкам моделей, неверным априорам и стохастически флуктуациям. Бесцифровые зоны при этом работают как экономические демпферы, компенсирующие ошибки прогнозирования, увеличивая время реакции системы и тем снижая амплитуду кризисной раскачки.

БЦЗ реализуют принцип разнотипной устойчивости: цифровая экономика максимизирует эффективность, бесцифровая сохраняет инвариантность. Вместе они образуют хозяйственную систему, способную не только быстро развиваться, но и переживать системные сбои.

Предложения упразднить БЦЗ, которые периодически выдвигаются на рассмотрение в нашем обществе, не учитывают и ещё одно важнейшее обстоятельство. При работе с вычислительными системами нового поколения цифронасыщенность среды превращается в фактор квантового шума, а БЦЗ являются местами «цифровой тишины», где количество актов измерения сведено к минимуму. Это критически важно для новейших нейросистем на сверхпроводящих кубитах, где даже слабые корреляции могут изменить вероятностное распределение. Бесцифровые зоны для них выполняют роль своего рода «квантового вакуума», то есть совершенно необходимы для нормального вычислительного процесса.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, цикуту цежу

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: стихнулось

#deep_fucking_existential_dread

мне мимо проходящий дьявол

случайно в душу заглянул

вскричал да как же это мило

давайте тут устроим ад

а утром солнце разбудило

из зеркала смотрела я

совсем такая же как раньше

но отсвет пламени в глазах

с тех пор огонь и запах серы

и скрежет вил по дну котла

но крики ваших душ оттуда

звучат как идеальный джаз

___

* Автор закрыл комментарии.

*Admin открыл комментарии.

*Автор закрыл комментарии.

*Admin открыл комментарии.

*Автор закрыл комментарии.

*Admin открыл комментарии.

Кролик.Белча, ну хватит, это глупо. Поговори со мной.

Белка (автор).Крольча, я не могу.

Кролик.Почему?

Белка (автор).Мне стыдно. Я плохой человек.

Кролик. Не знаю, что ты там себе опять надумала, но я тебе всё прощаю, так и знай.

Белка (автор).Ты просто не знаешь.

Кролик.Я знаю тебя.

Белка (автор).И меня не знаешь. Иначе не простила бы. Я сделала ужасные вещи просто от трусости.

ХудоËЖник.Белча, я могу чем-то помочь?

Белка (автор).Забудь меня, Ром, пока не поздно.

ХудоËЖник.Чёрта с два, у меня полный блокнот твоих портретов!

Белка (автор).Я что-нибудь придумаю.

Кролик.Белча, ты снова меня пугаешь.

Белка (автор).Недостаточно сильно, Кроль. Недостаточно.

Заметки художника

Я не спросил, где она взяла ключи. Посмотрел на связку, присвистнул, но промолчал.

— Да, это немножечко не совсем законно. Капельку. Чуть-чуть. На полшишечки. Меньше, чем тебе сейчас кажется, если я правильно всё поняла. Но ты можешь со мной не ходить.

— Пойду, — ответил я.

— Спасибо.

Она зазвенела связкой у старой квартирной двери. Механический врезной замок, настоящий антиквариат.

— Наверное, этот... По форме похож. Или нет. Не поворачивается.

— Может быть, заело. Старый, давно не открывался. Дай я попробую.

Покачал, подёргал, приложил чуть больше усилия, замок щёлкнул, дверь приоткрылась.

— Немного жутковато, да? — спросила она.

— Есть такое. Что там, по-твоему?

— Не знаю. Компания, занимающаяся... сейчас, я записала даже... вот: «Разработка, формализация и внедрение агентно-ориентированных эпистемологических моделей». Это что вообще?

— Что-то на очень умном.

— Вот, эта компания арендует жилой дом поквартирно, заключая с каждым владельцем договор, условия которого запрещают разрывать аренду. Это явно дороже, чем выкупить целиком. Зачем? Что они устроили внутри? Явно не офис, сюда, похоже, никто годами не входил. И этот этаж...

— Этаж как этаж. Три квартиры. Они все более-менее одинаковые.

— Я не могла на него попасть, пока ты не нарисовал. Прости, что ничего не объяснила, мне кажется, тогда бы не сработало.

— Я нарисовал этаж, и он появился?

— Нет, он всегда был, но... Блин, я тоже не понимаю, как это. Словно ты его... зафиксировал, что ли. Войдём?

— Глупо было бы развернуться и уйти.

Тёмный коридор, серый свет из грязного окна в дальнем конце. Пыльные коробки вдоль стен, старая мебель, на вешалке какие-то немыслимо винтажные пальто и шапки. Крольча толкнула дверь одной из комнат. Закрыто. Зазвенела ключами, нашла нужный.

— Обалдеть. Это всё та же коммуналка! Даже замки не сменили!

— Ты тут была, что ли?

— Нет, я общалась с сыном бывшего владельца. Он показал мне старые бумажные фото и отдал связку ключей, которые нашёл в вещах отца. Так что мы не совсем незаконно вломились, а вроде как с разрешения собственника.

— Бумажные фото? Которые химически ядовитые?

— Ну, разок-то можно. Раньше люди их годами хранили, и ничего. Мне кажется, опасность преувеличена. Так вот, на фото ровно та же комната. Вот за этим столом делал уроки школьник, который теперь капитан.

— Да, прикольный стол. Офигеть какой старый. Я нарисую, ладно?

— Конечно, я тебя за этим и притащила.

— Интересно, в остальных квартирах так же?

— На этом этаже, мне кажется, да, но ключи только от этой. Ты рисуй, рисуй, не отвлекайся.

— Мне разговор рисовать не мешает. Мне вообще ничего не мешает. А на остальных этажах?

— Ты что, сторожа не слушал вообще?

— Не-а.

— Он сказал, туда какое-то оборудование завозили. Даже лифт пришлось поменять на новый, грузовой. Этот этаж единственный в аренде, а не купленный, и даже числится по другому адресу. В общем, он отличается. Нарисовал?

— Ага. И что мы будем с этим делать?

— Ну, что-нибудь убедительно навру капитану, а потом что-нибудь вдохновенно навру в блоге.

— И часто ты так делаешь?

— Всегда. Но потом всё равно иду глубже. Пошли, у меня для тебя сюрприз.

— Приятный?

— Как пойдёт.

Мы вышли из парадного, пересекли двор-колодец, вошли в другое. Я уже ничуть не удивился, что у Крольчи есть ключ.

— А тут старый лифт.

— Ага, красивый. Только руки в решётки не суй.

Лестничная площадка узкая, на одну квартиру, замок на двери обычный, электронный, как у всех.

— Похоже, тут живут! Чисто и приятно пахнет.

— Ну, насчёт «чисто» ты мне польстил, но проходи, разувайся, сейчас тапки дам.

Архивно-инвариантные среды как калибровочные пространства для квантово-байесовых нейросистем

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Для служебного пользования

Аннотация

В статье рассматривается гипотеза о функциональной роли «капсул времени» — замкнутых материальных комплексов с неизменяемой предметной средой — как калибровочных эталонов для квантово-байесовых нейросистем, осуществляющих динамическую реконфигурацию данных.

______

1. Проблема самореферентности актуализируемого прошлого

Квантово-байесовы нейросистемы (КБНС), применяемые для актуализации архивной информации, работают по принципу непрерывного апостериорного обновления. При этом возникает фундаментальная эпистемологическая проблема самореферентной стабилизации. Если все слои данных подлежат пересборке, то сама система лишается внешнего инварианта, относительно которого можно оценивать масштаб собственных изменений. Возникает риск накопления формально когерентных, но фактически оторванных от контекста реконфигураций.

2. Капсула времени как эталонное распределение

Архивно-инвариантная среда (АИС), или, в просторечии, «капсула времени», представляет собой физический априорный слой, в котором исключена цифровая индексация, отсутствуют обновления контекста, а предметы сохраняются в исходной конфигурации.

3. Материальная когерентность как ограничитель алгоритмической энтропии

КБНС оперируют вероятностными состояниями, которые в отсутствие ограничений стремятся к семантической оптимизации. Материальная капсула времени вводит физическое ограничение на допустимую амплитуду реконфигурации. Таким образом, АИС выполняет роль пространства, где данные существуют вне интерпретации. Это позволяет выявлять смещение актуализированных моделей, корректировать параметры реконфигурации и восстанавливать спектр неопределённости.

4. Рекомендации по выбору сред АИС-назначения

Наиболее высокой степенью насыщенности микро-корреляций и плотностью ретроследа обладают исторические жилые пространства, сохранившие естественную бытовую структуру пространственной логики.

Заключение

Создание «капсул времени» не противоречит принципу актуализации ретроданных. Архивно-инвариантные среды служат эпистемологическим якорем, а также инструментом контроля алгоритмической энтропии.

Заметки художника

— Так ты живёшь в этом доме?

— Формально, в другом. Адрес по другой улице. Но это одно строение, вот я и зацепилась за историю капитана.

— Вот почему сторож к тебе как к родной!

— Ну да, я единственный жилец, если не считать Белку.

— И как так вышло?

— Не знаю. Всегда было, сколько себя помню. Не задумывалась над этим до сих пор. Забавно, когда ищешь всякие истории, а потом оказывается, что живёшь в эпицентре одной из них. Чаю хочешь?

— Если можно.

— Можно. Сейчас гляну, что тут у Белчи к чаю... О, класс, печеньки! Белки запасливые...

— А Белка это?..

— Познакомишься ещё, может быть.

— Вы же не...

— Нет.

— Но живёте вместе?

— Рома, отвали. Не твоё дело. Познакомишься с ней — поймёшь. А если нет, то и говорить не о чем.

— Как скажешь. Рисовать тут можно?

— Да хоть обрисуйся, а то ты вечно не знаешь, куда руки деть. И нет, не туда, куда ты сейчас смотришь.

— Прости. Кошка может смотреть на королеву, а художник на красивых девушек.

— О, неужели ты созрел сделать мне комплимент? Я думала, никогда не решишься. Ладно, допивай чай и выметайся. Мне надо придумать, что я навру в блоге.

— Спасибо, что пригласила домой. Пустила в личное пространство.

— Обычно я так не делаю, но раз уж оказались рядом... Ладно, запиши код от ворот. Приходи иногда в гости. Если наткнёшься на Белку, не смущайся, она милейшая. И, в отличие от меня, чем-нибудь тебя покормит.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет. Прости, я вчера сорвалась, наговорила лишнего. Ты не помнишь, но я не такая на самом деле.

— Именно что не помню. И начинаю догадываться, почему не помню. Чего такого лишнего я о тебе узнал?

— Ром, я очень перед тобой виновата, и не только перед тобой, но я правда хочу исправить хотя бы то, что ещё можно. Вчера я не ожидала, что будет так.

—

— «Твоей жизни»? Смешно. Жаль, что не можешь оценить юмор. Слушай, давай сделаем вид, что вчерашней встречи не было.

— Ты опять сотрёшь мне память?

— Перестань. Если бы я стирала память, насколько бы всё было проще! К сожалению, это совсем не так. Давай встретимся снова. На нейтральной территории, в порту.

— В том самом баре?

— Почему нет?

— И что изменится?

— Я расскажу тебе то, что ты хочешь знать. Ты отдашь мне флешку.

— И мы расстанемся навеки?

— Не знаю. Там и решим.

— Ну, давай попробуем.

— Только одна просьба...

— Какая?

— Не читай пока те заметки.

— Нет.

— Нет?

— Прости, я не могу тебе этого обещать. Не вижу за тобой никакого права от меня это требовать. Это мои записи. И тебе ещё придётся убедить меня их отдать. Просто «я так хочу» не сработает. Тот Роман-«худоËЖник», который писал их, был в тебя влюблён и делал всё, что ты просишь, не рассуждая. Но ты его стёрла, а я не он. Так что подготовься к своему рассказу как следует и учти, я буду тебя рисовать. А когда я рисую, то чувствую лажу.

— Да, я знаю. Для этого ты и был нужен. Ты прав, мне надо подготовиться. Я напишу позже.

Сцены и диалоги. Детектив Ром, профессор Мейгольц

— Не думал, что ещё раз вас увижу, но проходите, раз пришли.

— Терпение и упорство входят в набор базовых навыков детектива.

— Я уже говорил вам, что не знаю, что стало с той девушкой.

— Что с ней стало, я уже понял.

— То есть дело закрыто? Тогда зачем вы здесь?

— Нет, настоящее расследование не ограничивается вопросами «что» и «кто». Есть ещё вопрос «почему», и часто именно он самый главный.

— Разве? Я думал, суть вашей работы в поиске виновных, а дальше дело суда.

— «Мне отмщение, аз воздам». Эту цитату мне напомнили на днях. Но не всё стоит делегировать высшим силам. Смысл правосудия не в воздаянии, а в предотвращении рецидива. Для этого нужно понимать причины случившегося.

— Тут есть с чем поспорить, но допустим. Что вы, в связи с этим, хотите?

— Ответы на несколько вопросов.

— Я же не являюсь подозреваемым по этому делу? Что бы там ни случилось с девушкой?

— Нет, я уже знаю, не только «что», но и «кто». Вы не подозреваемый и даже не свидетель, но можете прояснить общую картину.

— Хорошо, спрашивайте.

— Зачем вам потребовалось оборудование, которое перевозили на том корабле? Разве у вашего института нет своего?

— Честно говоря, если следовать законам жанра, услышав этот вопрос, я должен злодейски захохотать и убить вас.

— Попытаться убить. В графических новеллах жанра нуар Доктор Зло не может убить детектива. Только сделать неудачную попытку.

— О, вы ознакомились с материалом?

— Я хороший детектив.

— Это очевидно. Вы явно раскопали много лишнего. Я, разумеется, не стану пытаться вас убивать. Но есть те, кто может попробовать, а в нуарном детективе главный герой запросто может погибнуть в финале.

— Вы не обязаны отвечать на мои вопросы, я не полицейский.

— Да, вы уже говорили в прошлый раз. Но по закону жанра Доктор Зло должен произнести саморазоблачающую речь.

— Вы настолько серьёзно к этому относитесь?

— Разумеется. Мы живём в мире Цифры, и учёный сейчас в первую очередь нарратор. Мы больше не пишем формулы мелом на доске и не считаем траектории на логарифмических линейках. Даже натурные эксперименты редкость, почти всё можно воспроизвести на моделях. Главное в науке теперь — правильно и чётко, максимально детально и при этом глубоко творчески сформулировать идею. Настоящий учёный не тот, кто решает уравнение, а тот, кто формулирует нарратив, в результате которого мир пересобирает свои вероятности.

— И это происходит в рамках жанра?

— Само собой. Жанр задаёт вектор. Вот я, например, профессор-­исследователь. Знаете, какие дисциплины я изучал?

— Неужели литературу?

— В первую очередь философию и логику, но литературу, вы удивитесь, тоже. Знаете, какая тема была у моего диплома? «Деконструкция алиби: différance[8] и квантовая неопределённость в структуре нуарного повествования».

— Тогда у вас с алиби наверняка всё прекрасно. Так вы профессор нуара?

— Вам это кажется смешным? Между тем, в этой работе я доказал, что детектив в нуаре выступает байесовым агентом, пересобирающим вероятностное распределение событий. Впрочем, для человека, далёкого от фундаментальной науки, это, наверное, звучит странно. Нет, я не «профессор нуара», моя область называется «цифровая герменевтика», а научное звание «профессор нарративной методологии вероятностных систем».

— И зачем вам понадобилось оборудование, которое везли морем вовсе не к вам?

— А с чего вы взяли, что оно понадобилось именно мне?

— Ну, не Михею же.

Деконструкция алиби: différance и квантовая неопределённость в структуре нуарного повествования

Тезисы дипломной работы (магистерский уровень, гуманитарно-эпистемологическое направление)

Направление подготовки:философия науки и нарративные эпистемологии

Автор:Анатолий Мейгольц

Научный руководитель:Дмитрий Приградов

Кафедра теории смысловых систем

1. Актуальность исследования

В условиях перехода науки к нарративно-вероятностной модели познания особую значимость приобретает анализ культурных форм, которые исторически предвосхитили отказ от фиксированного понимания истины. Нуарное повествование с его фрагментарной памятью, нестабильными свидетельствами и проблематикой алиби представляет собой художественную модель вероятностной эпистемологии.

Работа ставит задачу продемонстрировать, что структура алиби в нуаре функционирует как прототип квантово-байесовской модели прошлого, а деконструкция присутствия у Ж. Деррида позволяет выявить внутреннюю неопределённость любого ретроспективного утверждения.

2. Объект и предмет исследования

Объект исследования: структура нуарного повествования в графических романах и детективной прозе XX–XXI вв.

Предмет исследования: алиби как нарративный механизм конструирования и деконструкции прошлого в сопоставлении с концепцией différance (Ж. Деррида), теорией технопамяти и фармакона (Б. Стиглер), квантово-байесовской интерпретацией вероятностной реальности (QBism).

3. Цель исследования

Выявить структурную изоморфность между деконструкцией алиби в нуаре, принципом différance как отсрочки и расслаивания присутствия, а также

4. Задачи исследования

Проанализировать философскую генеалогию понятия «следа» и «отсроченного присутствия» у Деррида.

Рассмотреть концепцию памяти как технэ (technē) у Стиглера в контексте нарративной реконструкции, где она расширяет человеческие возможности через протетическую (основанную на внешних носителях) память.

Описать квантово-байесовскую модель апостериорного обновления знаний и её трактовку прошлого как вероятностной конструкции.

Исследовать роль алиби в структуре нуарного сюжета как механизма стабилизации/дестабилизации прошлого.

Показать, что алиби в нуаре функционирует как «квантовое состояние прошлого», актуализируемое через наблюдение и интерпретацию.

Обосновать, что детектив выступает байесовским агентом, пересобирающим вероятностное распределение событий.

5. Научная новизна

Впервые предложена системная интерпретация алиби как нарративного аналога квантовой неопределённости.

Установлена концептуальная связь между différance и апостериорным обновлением вероятностей.

Обосновано понимание нуарного повествования как эпистемологической модели вероятностной реконструкции прошлого.

Предложена модель «детектива как квантового наблюдателя», где истина не обнаруживается, а стабилизируется.

6. Основные положения, выносимые на защиту

Алиби в нуаре не является подтверждением факта, представляя собой временную стабилизацию вероятностной версии прошлого.

Différance у Деррида структурно соответствует принципу апостериорного обновления в квантовом байесианстве: прошлое не фиксировано, а ретроспективно собирается.

Нуарная структура повествования демонстрирует отказ от классической метафизики присутствия и предвосхищает вероятностную модель реальности.

Детектив в нуаре функционирует как агент, чьё наблюдение изменяет статус событий, аналогично квантовому измерению.

Чёрно-белая эстетика и фрагментарная композиция графического нуара визуализируют структурную неопределённость эпистемического поля.

7. Методология

Методология исследования включает в себя герменевтический анализ текстов, деконструктивный метод, сравнительно-философский анализ, структурно-­нарративный анализ графических произведений, концептуальное моделирование на основе квантово-байесовской эпистемологии.

8. Теоретическая значимость

Работа расширяет область применения квантово-байесовской интерпретации за пределы физики, демонстрируя её эвристический потенциал в гуманитарной эпистемологии и теории нарратива.

9. Практическая значимость

Результаты могут быть использованы в курсах философии науки и нарративной теории, в исследованиях цифровой реконфигурации исторической памяти, при разработке вероятностных моделей преобразования общества.

10. Предполагаемые выводы

Нуарное повествование структурирует неопределённость, при этом алиби оказывается точкой временной стабилизации différance. В этом смысле нуар предвосхищает квантово-байесовскую модель науки, где истина — динамическая сборка вероятностей.

Глава 28. Семантическое пространство исследования

Учёный как нарратор: трансформация фундаментального образования в цифровой парадигме

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Когда моделирующие цифровые среды получили достаточно вычислительной мощности, чтобы достоверно воспроизводить физические, химические, биологические, социальные и иные процессы, это полностью изменило не только сами прикладные науки, но и роль учёного в них. Вычислительная часть была делегирована машинам ещё в эпоху первых ЭВМ, но квантовые нейросети, способные перебрать миллиарды вариантов, протестировать каждый в виртуальных средах и обнаружить скрытые корреляции, позволили отказаться и от большей части экспериментальной практики. В этих условиях учёный из вычислителя стал нарратором, который формулирует идею, выдвигает гипотезу, определяет границы проблемы и формирует запрос к Цифре. При этом, несмотря на кажущуюся лёгкость получения ответа, роль учёного только возросла, потому что ошибка в формулировке более критична, чем ошибка в расчётах, а нарратив определяет траекторию поиска.

Изменился и подход к фундаментальному образованию. Студентов теперь не учат решению формальных задач, нарабатывая вычислительный навык, а приучают мыслить структурно. Важнейшим навыком для будущих учёных становится умение точно сформулировать проблему. Цифра может решить любую задачу, но не выбрать, какую стоит решать. Из этого вырос когнитивный парадокс современной науки: найти ответ стало легко, а вот задать правильный вопрос — гораздо сложнее. Первое, что говорят сейчас студентам: «Все вопросы, стоявшие перед Человечеством веками, уже заданы и ответы на них получены. Главная задача науки — сформулировать новые».

Эпоха разделения образования на гуманитарное и естественно-научное с приходом Цифры закончилась. Мостом между ними стали философия науки, логика, теория аргументации и когнитивные методики. Учёный нового поколения в первую очередь формирует семантическое пространство исследования: описывает контекст, уточняет термины, задаёт допущения, а также конструирует метафоры, через которые идея становится операционной.

В новой образовательной модели сперва формируется философская и логическая грамотность, и только потом прививаются навыки взаимодействия с вычислительными системами. Сегодня подготовка студентов опирается на философию Бернара Стиглера (негантропоцен[9]), деконструкцию Жака Деррида, концепцию Мишеля Фуко «прошлое как режим, а не истина», парадигму Бруно Латура «реальность как сборка», теорию агентности и вероятностной эпистемологии Тимоти Уильямсона[10] и другие концепции, направленные на формирование нового «вопросного» мышления в противовес традиционному «отвечающему». Для тренировки способности строить когерентные многослойные модели реальности при обучении используются в том числе и нарративные практики литературы, которые раньше относились к строго «гуманитарным» направлениям. Когда студент учится формулировать гипотезу в виде операционного сценария для цифрового ассистента, его работа приобретает черты режиссуры интеллектуального нарратива, в котором вычислительная система выступает актором, обновляющим ожидания. Физик, математик, биолог, инженер и философ сегодня работают в едином семантическом поле, поскольку нарративная постановка задачи междисциплинарна. Учёный нового типа — истинный творец, а не приложение к калькулятору.

Заметки художника

Вчера посетили очень странную локацию: винтажная церковь посреди леса и болот, старинное кладбище. Кажется, я впервые увидел кладбище, и это оказалось потрясающе атмосферно. Мрачно, но странным образом притягательно. Я уселся на лавочку и рисовал, рисовал...

— Это место что-то скрывает от меня, — сказала она. — Надеюсь разглядеть на твоих рисунках.

Обитает там семейная пара, священник и его жена, люди пожилые и приятные. Я раньше никогда не сталкивался со служителями Церкви, ожидал чего-то... не знаю. Проповедей? Осуждения? Обличений? Принуждения к покаянию? Глупо, да, но вот такое клише. Оказалось, совершенно обычные люди. Рыжая с ними болтала как со старыми знакомыми, а мне было немного неловко. Поэтому спросил разрешения и рисовал себе тихонечко интерьеры храма.

Отец Павел поинтересовался, крещён ли; я честно ответил, что не знаю, но вряд ли. Думал, сразу выгонит, но оказалось, что некрещёным можно находиться в храме, нельзя только принимать участия в таинствах. Креститься священник не предлагал, к вере не призывал, просто показал, где здесь что и зачем. Разрешил зажечь и поставить свечку. Оказалось, очень красиво и запах приятный. Сказал, что я могу сколько угодно рассматривать иконы и даже рисовать их, и вообще «в доме Господа чужих нет».

Потом Лена, его жена, позвала всех обедать. Было удивительно вкусно, хотя совсем не похоже на то, как я питаюсь обычно в городе. Настоящая «домашняя еда», как в кино.

В целом, поездка мне понравилась, куча впечатлений и треть блокнота скетчей, но весь день меня преследовало навязчивое ощущение какой-то неправильности. Словно что-то раздражающе маячит на краю поля зрения, как попавшая в глаз ресница. Я отмахивался, погрузившись в рисунки, и только сейчас, вернувшись домой и листая наброски, внезапно понял, в чём дело.

Это была Белча!

Я научился их различать, но настолько привык, что Белка существо домашнее, никуда не выходит, все поездки и разговоры для Кролика, что мне даже в голову не пришло. Тем более, что она старательно косплеила Крольчу, и не только в одежде: копировала интонации, словечки, уверенную манеру себя держать. Её серьги, её макияж, её цепочки с кулонами на шее. Смеялась, делала селфи, поминутно утыкалась в телефон... (Никогда не видел Белку с телефоном в руках, хотя он у неё, разумеется, есть). Но ни разу за день не закурила, только пригубила коньяк, даже не допив бокала, а главное — не смотрела в глаза собеседнику. Есть у Белки такая особенность — уставиться мимо лица при разговоре. Меня сперва всё время тянуло обернуться и посмотреть, кто там у меня за плечом, к кому она обращается? Потом привык.

Интересно, Павел с Леной поняли, что это не Кролик? Или они, как и я, знакомы с обеими? Белка явно хотела что-то у них узнать, и, судя по тону разговора, узнала. Она тщательно держала лицо и улыбалась, но я смотрю на свои наброски и вижу, что услышанное ей совсем не понравилось.

Что-то явно происходит, но обе они ничего мне не рассказывают, отмахиваются только. Мне тревожно от этого, я к ним очень привязался, если не сказать больше.

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, медленно моргаю на свет

✴ Куррентмуд: забывать и быть забытой

Title: стихофрения

#deep_fucking_existential_dread

Я не верю в бога,

разве что в того,

что когда-то умер

молча на кресте.

Потому что каждый

истинный творец

от своих творений

должен принять смерть.

В сказке «Буратино»

деревянный ты

станешь настоящим,

столяра убив.

Ну а в этой жизни

будь всегда готов

уничтожить первым

то, что сам создал.

Чтобы бог остался

где-то там в внизу

треснутой ступенькой

лестницы наверх.

Комментарии

Кролик.Белча, не надо, пожалуйста.

Белка (автор).Кроль, прости, я не могу иначе.

Кролик.Это просто нечестно.

Белка (автор).Я знаю.

Кролик.Ты сама себе не простишь никогда.

Белка (автор).Я знаю.

ХудоËЖник.Что происходит, девочки?

*Автор закрыл комментарии к записи.

Сцены и диалоги. Детектив Ром, профессор Мейгольц

— Видите ли, детектив, вы тоже отчасти заложник своего нарратива и, как вам положено, ищете в картине злодея. Антигероя, который должен быть повержен. Но дело в том, что его нет. Эта история сплошь состоит из благих намерений вполне приличных людей, а что они привели немного не туда, куда планировалось... Увы.

— И всё же, мне бы хотелось лучше понимать мотивы участников.

— А каковы вообще мотивы людей сейчас? В эпоху цифрового кубизма, который исключил из движущих сил общества деньги, власть, конкуренцию, ревность и обиду? Что заставляет вас, например, тратить силы и время и даже неиллюзорно рисковать жизнью в этом расследовании? Ведь оно, как я понимаю, даже не будет оплачено?

— Таково моё предназначение. Я стараюсь максимально хорошо делать свою работу, потому что иначе моя жизнь лишится смысла.

— Вот именно! Так это и работает в кубизм-парадигме «агентной ответственности». Большинство считает её благом, меньшинство — проклятием, но люди всегда оказываются ровно на той позиции в системе, где они будут гипермотивированы без всякого внешнего принуждения. В локусе агентного максимума среды. Это даёт более чёткую и прозрачную мотивацию, чем довлевшая ранее монетарная, потому что деньги — это всего лишь деньги, и это понимали даже в традиционных «обществах позднего благополучия».

— Я не очень понимаю, к чему вы ведёте. Я не изучал философию.

— Представьте себе, создано некое новое оборудование. Его возможности поражают воображение, это прорыв. Квантовый компьют уникальной стабильности, продукт десятилетий разработок и отчаянных экспериментов, вершина научной мысли. Ещё недавно никто всерьёз не верил, что это возможно, и вот оно, в железе, включай и работай. Но возник... конфликт интересов.

— Между кем и кем?

— Между административной и научной мотивацией. Обе имеют свои основания: научная требует немедленного включения новинки в операционный контур, поскольку она открывает широчайший спектр возможностей, административная упирает на неопределённость прогностики, что делает такое включение...

— Рискованным?

— Нет, скорее, не вполне предсказуемым. Аргументации научной части, что релевантная прогностика в данной ситуации невозможна в принципе, поскольку речь идёт о принципиальном повышении ступени, не то чтобы игнорируется, но находится вне административной логики. Поймите, речь не о научном снобизме, я вполне понимаю управленческие резоны: им надо выбрать из рассчитанных векторов оптимальный. Даже имея на руках все «если-то», это непростая задача, а если приходится оперировать слабыми вероятностями, то алгоритмическое принятие решения невозможно, а агентная ответственность возрастает предельно. В результате принимается половинчатое решение: оборудование смонтировать и использовать, но вне операционного контура, в изолированной среде.

— Звучит разумно.

— Только для человека непонимающего. Это как... не знаю... Включить радиостанцию в розетку, но оторвать антенну. Просто ящик с лампочками, оценить работу которого принципиально невозможно.

— И вы решили переиграть по-своему?

— Да. Никто не должен был пострадать. В научном плане мы оказались правы, и включение оборудования в операционный контур не привело к негативным последствиям. Это было правильное решение, его одобрили постфактум, то есть в режиме актуализации ретроследа оно считается принятым корректно, в рамках общей агентной процедуры.

— Поэтому вы так спокойно об этом рассказываете?

— Само собой. Нет... как это раньше говорилось... состава преступления. Оборудование было изготовлено, установлено, настроено, подключено и работает. Впрочем, как я понимаю, к розыску девушки это никакого отношения не имеет. Кстати, что с ней стало-то?

— Она убита.

О рисках интеграции квантово-байесовых нейросетей в общую цифровую среду

Адресат:Директорат цифровой инфраструктуры QBism aposteriori Co

Отправитель:Комиссия по оценке онтоэпистемических рисков

Статус:для внутреннего пользования

---

В случае прямой интеграции квантово-байесовых нейросетей (КБНС) нового поколения в контуры общей цифровой среды следует учесть, что они являются инструментом, использование которого требует строгого разграничения операционного поля и социальной реальности.

КБНС функционируют как физически реализованные вероятностные структуры. Их операционная динамика включает в себя квантовую суперпозицию, запутанность и апостериорное перераспределение амплитуд вероятностей в режиме реального времени. При прямом включении КБНС в цифровую среду с высокой плотностью связей не исключается капсулирование квантовых процессов в метафеномены. Под этим понимается ситуация, при которой локальные квантово-вычислительные состояния, будучи замкнутыми на цифровые контуры интерпретации, начинают оказывать макроскопическое влияние на распределение событий в среде. В этом случае локальная вероятностная конфигурация может быть стабилизирована как макрособытие, а граница между вычислительным контуром и эмпирической средой становится операционно размытой.

Обновляя вероятностные распределения, КБНС склонны формировать устойчивые конфигурации, которые цифровая среда ошибочно интерпретирует как подтверждённые паттерны. Это приводит к самоусиливающимся сценариям, причём риск непредсказуемых макроэффектов увеличивается в ситуации недостаточной изоляции квантового процесса.

Указанные процессы рассматриваются как вероятность, однако, поскольку и сами КБНС имеют вероятностную природу, риски становятся статистически значимыми при её масштабировании.

Предлагаем:приостановить интеграцию КБНС нового поколения в операционные контуры до завершения расширенного цикла тестирования в изолированных средах.

Подписи.

Дата.

Заметки художника

Как говорят в геймдеве: «Самые паршивые нарраторы выходят из художников». Я в последнее время часто вспоминаю эту поговорку. Мало того, что художник не конструирует, а фиксирует, так ещё картинки и текст требуют разных скиллов. Хорошо, что я не пытаюсь сочинять свои игры, чем в геймдеве сейчас грешат многие! Запутался бы в сюжетных линиях и завис на стадии артов, потому что память играет со мной в странные игры. Вот, например, листая наброски, вспомнил ещё два странных эпизода той поездки в церковь.

Когда все поели и сели пить чай, я помог Лене отнести на кухню посуду. Наверное, помощь ей не требовалась, но мне было неловко слушать разговор Белки (тогда я, впрочем, ещё не понял, что она не Кролик) и отца Павла. Судя по всему, он был какой-то слишком личный. Оказалось, что в пристройке есть современная электрическая плита с духовкой, холодильник и, самое главное, посудомоечная машина. Я почему-то подсознательно ожидал, что надо будет таскать воду из колодца, греть её на дровах, мыть посуду в тазу... Наверное, общая атмосфера места располагала. Но нет, я всего лишь держал поднос с грязной посудой, пока Лена расставляла её по решёткам посудомойки. Наверное, его можно было просто поставить на стол, но мне это не пришло в голову.

— Спасибо за помощь, — сказала мне женщина. — Хочешь чего-нибудь? Есть домашнее печенье.

— Нет, что вы, я наелся, было очень вкусно.

— У меня свой огородик тут, — пояснила она, — а в лесу полно грибов. Всё свежее.

А потом тем же тоном, не меняя интонации, спросила:

— Любишь её?

И я почему-то ответил, ни на секунду не усомнившись ни в самом факте, ни в необходимости сказать это вслух:

— Да. Очень.

— Бедный ты бедный, — вздохнула Лена.

И вот тут бы мне спросить, что она имеет в виду, но я внезапно испугался и не стал, хотя по ожидающему взгляду понял, что она ответит, и я узнаю... Что-то, что изменит всё.

Но я завис, момент прошёл, мы вернулись в кабинет пить чай. Наверное, тогда я просто не хотел ничего менять.

Мессенджер. Окно чата с пользователем Михаилом Вомбатовым

— Ром, привет.

— Привет, Мих. Как дела?

— Ну, такое... по-разному. Я чего пишу-то... помнишь, обещал архив с файлами по игре?

— Ага. Не очень понимаю, что я буду с ними делать, наверное, ничего, но кидай ссылку, скачаю, сохраню в облаке.

— В этом и вопрос, Ром. Нет архива. В системе вообще никаких следов, что он был.

— То есть ты удалил всё?

— Не, ты не понял. Я ничего не удалял. Нечего оказалось стирать. Как будто и не было никакой игры. Я под неё выделил виртуалочку небольшую, для факторинга игровой модели, а теперь её вообще не вижу.

— Тоже исчезла?

— Вот даже не знаю... Есть смутное подозрение, что я просто потерял к ней доступ. По косвенным признакам, исходя из мониторинга ресурсов, где-то фоном ещё крутится. Оно бы и чёрт с ней, там крохи вообще, но сам по себе симптом тревожный. У нас на прошлой системе такая же фигня случилась: отдельные процессы начали окукливаться сами в себе. Ресурсы кушают, а доступа к ним нет. И вроде каждый по­-чуть, но их становилось всё больше!

— И чем дело кончилось? Отформатировали диск и переставили... что там ставят на такие штуки?

— Не, Ром, это так не работает. Это же чёртов байесовский квантовый компьют. Его нельзя просто перезагрузить, обнулив системные процессы.

— Почему?

— Потому что это не сигналы в проводах и вентили «ноль/единица» в транзисторах. Там оперируют не символами, а состояниями. На ноуте ты можешь нажать «ресет», и он просто перестанет хранить данные в памяти, начав загрузку с чистого листа. А квантовый нейрос работает не с описанием реальности, а непосредственно с её конфигурациями. Не бит, а кубит, понимаешь разницу?

— Не, Мих :)))

— Бит — ноль или единица, информационный атом. Кубит — целая физическая система, которая находится в суперпозиции состояний, существует как распределение вероятностей. В байесовой архитектуре нейросеть обновляет вероятностную модель мира в реальном времени. Каждый новый вход не сигнал, а апостериорное обновление, он не переписывает данные, а перераспределяет вероятности.

— И это нельзя просто выключить и включить? :))

— В этом и прикол, Ром. Система квантово запутана с окружающей средой и частично с измерительными контурами. Байесов нейрос строит корреляции не в виде записей на диске, а в виде согласованных состояний материи. Если, как ты говоришь, «выключить и включить», ты не просто обнулишь регистры, а вмешаешься в когерентную структуру. Это как пытаться выправить волну на воде рихтовочным молотком. Байесова система физически реализует пространство вариантов, использует вероятностную ткань реальности как вычислительную среду.

— Миха, я

— Если честно, точно не знаю. Это же несколько лет назад было, байесов компьют только-только появился, а я был зелёным, как огурец, стажёром у Мейгольца. Когда началась всякая чертовщина, меня перевели на другой проект. Но думаю, так и всё и оставили.

— В смысле?

— В прямом. Оставили включённым, заперли дверь, выбросили ключ. Звучит глупо, но это наименее травматичное для системы решение. Проще смириться, что ЦОД жрёт электричество, тратя его хрен пойми на что, чем проверять, что сломается, если его выключить. Если такая же бодяга начнётся на системе нового поколения, то объяснить это дяде будет ещё сложнее, чем тебе.

Новые мотивации в QBism-парадигме

Исследование QBism aposteriori Co

В обществе QBism-парадигмы исчез тот дефицит признания, на котором держалась традиционная социальная мотивация. Ценность личности перестала быть результатом соревнования и стала безусловной. В новой общественной логике человек ощущает свою значимость не потому, что он производит лучше, зарабатывает больше или потребляет заметнее, а в силу своего агентного участия. Он включён в цифровую среду как операционный агент, чьё состояние всегда имеет значение. Самоценность не нужно завоёвывать, она поддерживается инфраструктурно как неотъемлемое свойство среды. Исключение негативного социального тренда из операционного контура свело на нет инстинктивные стратегии «накопления ресурса» и «минимизации вложений», что резко увеличило продуктивность индивида и общества в целом.

Люди работают, создают, исследуют, помогают друг другу не ради символического превосходства над окружающими. Цифровая среда постоянно подтверждает присутствие, исключает риск десоциализации и убирает негатив от сравнения. Человек перестал быть проектом по накоплению собственной значимости и стал носителем агентной ответственности.

Белка и агентная ответственность

Игровые паттерны из методического пособия «Кубизм для самых маленьких»

Набор игровых примеров с Белкой, Кроликом и Ёжиком, которые объясняют детям идею агентной ответственности: ты отвечаешь не «за всё», а за те действия и решения, которые ты сам запускаешь в мире. Ты источник изменений.

1. Камень на тропе

Однажды Кролик случайно столкнул камень на склоне. Тот скатился на тропинку и остался там лежать, а Кролик поскакал играть дальше, ведь его ждали друзья.

Однако, когда они возвращались вечером, Белка не заметила камень в сумерках и ушибла лапку.

— Откуда тут этот камень? — заплакала она. — Его же не было утром!

— Я столкнул его, — признался Кролик.

— Значит, это из-за тебя мне теперь так больно?

— Я же не специально!

— Но мне всё равно больно!

— Я никак не мог знать, что ты об него ушибёшься!

— Но Белка ударилась об камень, который уронил ты, — сказал Ëжик. — То, что ты этого не хотел, не сделает её лапку здоровой.

Вывод, который нужно сформулировать детям:ответственность создают не намерения, а действия. То, что мы не можем спрогнозировать последствия, не делает нас непричастными.

2. Шутка про дождь

— Сегодня будет дождь! — сказала Белка.

Зверята не пошли играть и искать ягоды, а остались в шалаше. Там было немного скучно, но никто не хотел промокнуть. Однако дождь так и не пошёл.

— Я пошутила, — сказала Белка. — Ну откуда я могу знать, будет ли дождь?

— Мне кажется, шутка получилась несмешная, — ответил Ëжик. — Мы могли весь день играть, а вместо этого скучали.

— Поиграем завтра, — отмахнулась Белка. — Ведь завтра дождя точно не будет!

На следующий день друзья отправились в поход к оврагу за ягодами, но полил дождь, и они сильно промокли.

— Апчхи! — чихнул Кролик, когда они вернулись. — Но ведь ты сказала, что дождя не будет?

— Просто предположила, — ответила Белка. — Я не управляю дождями в лесу.

— Но мы проскучали весь день вчера и промокли сегодня! — укоризненно сказал Ëжик. — И это произошло из-за тебя! Надо думать, что говоришь друзьям, ведь они тебе доверяют!

Вывод, который нужно сформулировать детям:оперируя информацией в агентном контуре, ты отвечаешь за слова так же, как отвечаешь за действия. Информация имеет вес и операционную ценность, а также создаёт последствия.

3. Короткая тропа

Однажды Кролик повёл друзей к дальнему малиннику. Заболтавшись, он не свернул в нужном месте, и вместо короткой тропы они пошли в обход. Пока добрались, сильно устали и перепачкались, перебираясь через овраг.

— Почему мы в этот раз так долго шли? — спросил Ëжик.

— Сам не пойму, — признался Кролик. — Как-то так получилось.

— Ты не свернул на короткую тропу через мостик, — объяснила Белка, — а пошёл прямо, длинным путём через овраг.

— А почему ты не сказала об этом? — удивился Кролик. — Мы бы не потеряли полдня.

— Ага, у меня теперь лапки болят, — добавил Ëжик. — И полно мусора в колючках. А ведь ещё обратно идти...

— Но ведь это ты нас вёл! — сказала Белка Кролику. — Я просто шла за тобой!

— Я ошибся, а ты меня не поправила! И теперь плохо всем...

Вывод, который нужно сформулировать детям:не только действие, но и бездействие становится фактором, создающим агентную ответственность. Последствия имеет как то, так и другое.

4. Упавший шалаш

Однажды друзья играли в шалаше, потому что на улице был сильный дождь. Шалаш был плотно укрыт большими листьями, пол в нём был мягким мхом, внутри было немного скучно, зато сухо и уютно. Но вот поднялся ветер, и шалаш задрожал.

— Не бойтесь, — сказала Белка, — мы хорошо укрепили каркас, привязав верхушку к дереву. Ветер не сможет его опрокинуть.

Ветер становился всё сильнее, шалаш дрожал и тряся, а потом раз — и упал. Зверята сразу промокли, им пришлось бежать и прятаться под кустами, где было сыро, холодно и совсем не так уютно.

— Что-то я не вижу, чтобы шалаш был привязан, — сказал Кролик, приглядевшись к обломкам.

—

— Нет. Я думал, этим займётся Белка!

— А я был уверена, что привяжет Ëжик, — растерялась Белка.

— Похоже мы понадеялись друг на друга, а работу никто не сделал! — расстроился Кролик. — В результате все промокли и замёрзли. Апчхи!

Вывод, который нужно сформулировать детям:если ты участник ситуации, твоя часть агентной ответственности не становится меньше только потому, что есть другие.

5. Расчистка тропы

— Где ты гулял? — спросила Белка вернувшегося Кролика.

— И почему без нас? — добавил Ëжик. — Мы же друзья.

— Я убирал камень с тропы, — ответил Кролик. — Тот, о который споткнулась Белка. Я не стал звать вас, потому что это из-за меня он там лежит.

— Но у меня уже не болит лапка, — удивилась Белка, — и я теперь знаю, что там камень, и буду его обходить.

— Но кто-нибудь другой может об него удариться тоже, — возразил Кролик. — Если бы я убрал его сразу, ты бы не пострадала. Пришлось повозиться, но теперь тропа чистая и безопасная.

Вывод, который нужно сформулировать детям:ответственность — это не наказание, а повод скорректировать своё поведение. Устранить последствия ошибки, принять то, что исправить нельзя. То, что Белка ушибла лапку, нельзя отменить, но можно сделать так, чтобы никто больше не ударился об этот камень.

В конце игровой сессии рекомендуется провести обобщение детской формулы агентной ответственности.

Ты не центр мира.

Но то, что происходит через тебя — это твоё.

Даже маленькое действие меняет мир.

Ты не отвечаешь за всё, но отвечаешь за каждый свой шаг.

И всегда можешь изменить следующий.

Объяснение QBism: мир складывается из действий агентов,

и каждый из них — источник изменений.

Глава 29. Диссоциативное расстройство идентичности

Аргументация противников QBism-парадигмы

Архивные материалы QBism aposteriori Co. Для служебного пользования

...Да, QBism действительно сделал общество уникально гибким и невероятно адаптабельным, но есть момент, о котором его сторонники тщательно умалчивают: гибкость не синоним устойчивости! Социумы избавились от накопленного исторического напряжения, внутренней и внешней агрессии, оптимизировались в сторону максимальной эффективности, но при этом утратили запас прочности.

Оптимизация предполагает отказ от избыточности. QBism создаёт человека, идеально эффективного в стабильной среде, но стабильность вовсе не является естественным состоянием мира! Убрав из оперативного окружения «инфотоксичные ретроследы», мы рискуем утратить приобретённый с ними иммунитет. Наработанные тысячелетиями аварийные протоколы больше не работают! Выживание не было гуманным, или эффективным, или «нетоксичным» процессом. Оно требовало жестоких решений, болезненных жертв, готовности действовать вопреки благополучию. Готово ли счастливое общество QBism-а к катастрофе?

Травма болезненна, но учит осторожности. Пережитый страх повреждает психику, но и формирует реакции избегания. Комфорт — плохой союзник выживания. Что мы будем делать с проблемами, которые нельзя актуализировать? Да, сейчас мы справляемся, но есть ли у нас ресурс преодоления? Если будущее потребует вернуться к старым стратегиям, сможем ли мы?

____

Комментарий

Чушь полная. Если человечество критично зависит от электричества, то это не повод превентивно вернуться к печкам на сушёном коровьем говне ради теоретической «выживаемости при форсмажоре». Это, наоборот, повод построить побольше электростанций. Потому что на навозе давно уже хрен выживешь, коровам столько не насрать.

Давайте контртезу: «Комфорт есть продукт устойчивости системы, а не фактор её риска». Только оформите как-нибудь помягче.

____

...Мы уже видели общества, которые пытались создать нового человека. Они тоже верили, что гибкая настройка коммуникативной среды позволит перестроить социум снизу, через модерацию горизонтальных связей. Они ошибались, но исторический процесс раз за разом возвращал их на прежний путь. Возвращал кроваво, с потерями, ломая искусственные идентичности через колено.

Сегодняшняя ситуация стократ опаснее, потому что нынешний «новый человек» формируется бесконфликтно, через ненавязчиво-бережное сопровождение, не покидая зоны комфорта. Стабильность и эффективность такого общества неоспорима, но оно слишком поверхностно, лишено онтологической глубины. Мы боимся необратимости этого удобства! Влипания в комфорт!

Новый человек легко адаптируется, но этот Homo Accommodabilis перестаёт быть источником сопротивления. А когда нет сопротивления, то нет и свободы!

____

Комментарий

Что у этих людей в голове? Свобода у них через сопротивление, а понос, вероятно, через запор. Где тут логика вообще? На это даже отвечать не надо, они сами себя не понимают.

____

...Проблема современного общества вовсе не в бумаге или автономных архивах как таковых. Она в том, что гражданам отказывают в праве на собственные версии! На личное мнение по любому вопросу! Эта парадигма навязчивой экспертности — когда право разрешать конфликт версий безапелляционно делегируется узким специалистам, — попросту унизительна!

С чего вообще все решили, что противоречивость априоров социотоксична? Это откровенно патерналистская позиция. Она исходит из предположения, что человек не способен различать контекст, отличать правду от фейков, работать с источниками и делать собственные выводы. Право на истину неэксклюзивно! Мнение специалистов безусловно весомо, но это не повод отказываться от свободной дискуссии или актуализировать её результаты, оставляя лишь одну, операционную, версию реальности! Что за диктатура экспертизы?

Мы не отрицаем ценность экспертности. Мы отрицаем её исключительность!

____

Комментарий

«Она исходит из предположения», ну надо же! Это чёртов факт! Реальность, данная нам в ощущениях! Человек действительно «не способен отличать правду от фейков, работать с источниками и делать собственные выводы», что как раз наглядно доказывает этот текст. Право на личное мнение не равно праву оспаривать таблицу умножения.

Да, неприятно слышать, но общественные парадигмы нельзя построить на пыльце фей и радуге из-под хвоста единорогов!

____

Авторство комментариев не установлено.

Сцены и диалоги. Детектив Ром, профессор Мейгольц

— В каком смысле «убита», детектив?

— Вы забыли, что значит это слово? Существование девушки было прекращено насильственным путём в силу прямого умысла другого человека. Это и сейчас случается, увы.

— Да, я, разумеется, знаю, и что такое «убийство», и что они иногда происходят даже в Цифре, не говоря уже о БЦЗ. Природа человека не меняется так быстро. Может быть, ещё пара поколений... Но она? Я не думал, что с ней может такое случиться.

— Почему? Барышня вела себя достаточно неосторожно, например, неоднократно влезала в дела портовых сообществ.

— Радиоакустический излучатель. Когда-то давно технология разрабатывалась военными, но оказалась невостребованной из-за ряда технических проблем. Сейчас их можно было бы решить, но уже незачем. Оборудование законсервировали, но не демонтировали, и, если определённым образом модулировать сигнал... Впрочем, неважно. То, что она нашла бункер, не повод от неё избавляться. Девушка разумно пошла навстречу и не стала поднимать шум. Кроме того, её особенность...

— То, что её не замечают и забывают?

— Именно. Она ей активно пользовалась, считая своего рода гарантией от агрессивного внимания. Не всякая красотка рискнула бы проводить досуг в портовых барах, подслушивая разговоры контрабандистов. Это не так опасно, как принято думать, но БЦЗ есть БЦЗ. Тем не менее, насколько я в курсе, у неё проблем с этим не было.

— Вижу, вы хорошо её знаете. Откуда?

— Я работал с её родителями, а потом... поддерживал девочку по мере возможности. Они погибли в результате... скажем так, несчастного случая при исследовании экспериментальной технологии. Я сам тогда уцелел по чистой случайности. Их дочь прошла цифровую терапию проработки травмы и с тех пор находится в «режиме актуализации токсичного ретроследа».

— То есть не помнит, что случилось с её родителями?

— «Не помнит» совершенно неправильная формулировка. Это было ретроспективно актуализировано Цифрой, то есть не случалось вообще.

— Я не понимаю. Если «не случалось», то её родители не погибли, но где тогда они?

— Это сложно понять вне байесовой модели. В операционном агентном пространстве девушки фактор родителей просто отсутствует. То есть, разумеется, установить факт того, что они существовали, несложно, биография никуда не делась, но самой ей в голову не придёт об этом подумать, а цифровая среда максимально оберегает от токсичного ретроследа. Кстати, для её сверстников это теперь нормально.

— Это я с некоторым усилием могу себе представить. Несложно обмануть мозг, который изо всех сил желает быть обманутым, на этом издавна строилось множество афер. Но почему её не замечали и не запоминали совершенно посторонние люди?

— Вы исходите из классической модели памяти, где факт якобы существует сам по себе, а мозг просто носитель, который его хранит. Но в QBism состояние системы не объективная сущность, а описание ожиданий агента относительно возможных исходов взаимодействия. Любой «факт» — это стабилизированное распределение вероятностей, которое поддерживается через неоднократные акты подтверждения. Если подтверждений нет, распределение размывается. В силу... некоторых обстоятельств эта девушка обладала аномально высокой способностью к межагентной декогеренции. В обычном случае, когда два человека взаимодействуют, их модели друг друга входят в устойчивую корреляцию, возникает когерентная структура ожиданий. Эта структура закрепляется через повторные взаимодействия и через цифровую среду, но в случае Беллы у наблюдателя индуцируется состояние «асимметричной корреляции». Она формирует устойчивую модель другого человека, помнит его, ожидает его реакций, обновляет своё состояние. Но обратная связь не стабилизируется. Вероятностная модель её самой в когнитивной системе наблюдателя остаётся в состоянии повышенной энтропии. Пока взаимодействие продолжается, происходит непрерывное измерение, модель поддерживается. Как только измерение прекращается, распределение вероятностей начинает стремительно декогерировать, человек перестаёт считать её статистически значимой гипотезой и перераспределяет ресурсы.

— А почему её не всегда фиксировали камеры?

— Камеры часть Цифры, глубоко интегрированы в байесову цифровую среду, которая обрабатывает данные как систему вероятностных состояний. Сохранение записи — акт стабилизации гипотезы «объект существовал в этом месте в это время». Технически матрица камеры, разумеется, регистрирует фотонные события, но на этапе постобработки и распределения вероятностей возникает эффект локального обнуления апостериорной значимости. Алгоритм, оптимизирующий хранение данных, не находит устойчивых корреляций, подтверждающих реальность этого объекта, и состояние декогерирует до фонового шума. Относительно девушки система ведёт себя так, будто вероятность её существования вне момента наблюдения стремится к нулю. Чтобы человек продолжал помнить Беллу, та должна поддерживать корреляцию: думать о нём, держать в своём когнитивном поле. Это создаёт двустороннюю когерентность, но, если она прекращает, то система теряет устойчивость.

— Знаете, профессор... Только что мне в голову пришла странная мысль. Вы так много знаете о её особенностях... А так ли случайно они появились?

Блог БК (закрытая часть)

✴ Имя: Белка

✴ Локация: обратная сторона всего

✴ Статус: сижу, рыдаю, как крокодил

✴ Куррентмуд: убивать и быть убитой

Title: рифмонойя

#deep_fucking_existential_dread

Не думала, что это будет так больно.

Не думала, что это будет так стыдно.

Я знаю, что моя жизнь того стоит.

Но вышло просто до крови обидно.

Жизни белок тоже имеют значение,

они бесполезные, но живые твари.

Я знала, что это по мне ударит,

но надеялась, что приму с облегчением.

Наверное, это было жестоко,

и не у кого попросить прощения.

Пялюсь в зеркало на своё отражение,

и боже ж мой, как же мне одиноко!

Комментарии

ХудоËЖник. Белча, что случилось?

Белка (автор).Мне очень плохо, Ром.

ХудоËЖник.А где Крольча?

ХудоËЖник.Белч, ты чего молчишь?

ХудоËЖник.Белка!!!! Ëжик вызывает Белочку, приём!

ХудоËЖник.Крольча, что у вас стряслось? Кроль, хоть ты ответь!

ХудоËЖник.Белла, не пугай меня, я серьёзно. Давай я приеду? Прямо сейчас?

Белка (автор).Приезжай.

ХудоËЖник.Вызвал такси, жди меня. Не делай глупостей. Что бы ты ни натворила, мы всё исправим.

*Автор закрыл комментарии к записи.

Заметки художника

И ещё один странный эпизод той поездки. Чтобы не мешать разговорам, я вышел из церкви и сел на лавочке кладбища. Рисовал, конечно, что же ещё? Пейзаж мрачный, но по-своему красивый. Странно думать, что когда-то кладбища были обыденностью, людей закапывали в землю, писали их имена на камнях... Почему? Для кого? Чтобы помнили? Но зачем их помнить, ведь их уже нет? Какой смысл в том, что вот эта девочка, чьи косточки давно растворились в почве под потемневшей от времени плитой, прожила свои недолгие десять лет в позапрошлом веке? Кому и что скажет её имя на могиле? Нафига эти даты? Память — бессмысленная штука...

...пишу я, вспоминая мысли, которые крутились у меня в голове, когда я рисовал кладбище, и которые я

Память, мне кажется, переоценена. Раньше говорили «ты — это то, что ты помнишь», но я даже не помню, откуда это знаю. В школе, может быть, рассказывали, на лекциях по истории кубизма, или в сериале каком-нибудь услышал. Но вот пять минут назад я не помнил ту девочку на кладбище, а сейчас перевернул страницу, увидел набросок и вспомнил. Получается, пять минут назад был не я, а сейчас я? Как по мне, звучит глупо. Я — это я, память — это память. Книга — это не бумага, а то, что на ней написано, но если книга электронная, то тексты в неё закачивают и стирают, а сам ридер при этом остаётся собой.

Да, девочка. Я её сперва не заметил даже. Оторвался от блокнота, а она сидит на лавочке рядом, подглядывает из-за плеча, как я рисую.

— Привет, — поздоровался я, — меня зовут Рома, а тебя?

— Ты с ней?

Девчонка не представилась. Лет десять или около того, чумазая, платье перепачкано, руки грязные, волосы растрёпаны. Босиком, хотя погода совсем не жаркая.

— Да, за компанию приехал, — почему-то сразу понял, про кого речь.

— Дурная компания.

— Мне нравится.

— Тебе другая нравится. Но мы ей рассказали, кто она. Поп говорит, зря. Мол, мы простые и безжалостные, поэтому наше место тут.

— Кто «вы»?

— Мы-то? Да так, криксы да плаксы, спуги-переполохи, — отмахнулась девочка, — а хочешь узнать, кто ты?

— Нет, не особенно.

Мне тогда это почему-то показалось плохой идеей.

— Как знаешь. Может, поп и прав, с ней-то нехорошо вышло. Ты что, меня рисуешь?

— О, похоже, что да. Как-то само получилось. А что, нельзя?

— Можно, чего нет. Тебе-то как раз сам бог велел.

— Бог велел? Ты в церковь, что ли, ходишь?

— Не, в церкву мы не идём, хоть поп и зовёт. Наше место тут, за оградой. Покажь, чего вышло?

— Вот, смотри.

— Похоже?

— Это ты меня спрашиваешь?

— А кого же?

— Себя.

— Мне-то почём знать?

— Как по мне, вполне похоже. Я умею.

— Вот, значит, я какая... — девчонка задумчиво почесала нос, сделав его ещё немного более грязным. — Ладно, приезжай ещё, поболтаем.

— Вряд ли приеду, я тут случайно.

— Заспорим?

— На что?

— С тебя конфета.

— А с тебя?

— А я не проспорю. Пока! — и убежала.

Вот пишу это и улыбаюсь, смешно же. А тогда почему-то не по себе стало.

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет, Ром.

— Привет, Белла.

— Значит, больше никаких зверюшек из детской книжки? Маски сброшены и всё такое?

— Не воспринимай это так серьёзно.

— Попробую.

— Спасибо. Ну так что, приняла решение?

— Да. Я отвечу на все вопросы. Ты отдашь флешку.

— И мы навеки расстанемся?

— Ром, мы уже это сделали. Просто ты не помнишь. Я зря попыталась войти в эту реку дважды, оказалось, что вода уже вся утекла, только скелеты на дне торчат. Придёшь сегодня в бар? С тебя флешка и блокнот, с меня ответы.

— А если я, допустим, откажусь? Останусь со своими вопросами и своими заметками? Что тогда?

— Ничего, наверное. Но ты не откажешься.

— Да, ты же меня знаешь лучше, чем я сам.

— Иначе и быть не может, худоËЖник.

— До встречи, Белча.

Диссоциативное расстройство идентичности в условиях QBism-парадигмы

Клинико-социальный анализ QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив. Для служебного пользования

Введение

Диссоциативное расстройство идентичности традиционно характеризуется наличием двух и более устойчивых личностных состояний, сопровождающихся амнезийными эпизодами и нарушением целостности самовосприятия. Ранее ДРИ часто приводило к выраженной дезадаптации, трудностям в поддержании стабильных социальных ролей и стигматизации, но в QBism-парадигме, основанной на вероятностной модели субъектности и распределённой агентности, структура идентичности перестала рассматриваться как жёстко унитарная. Это привело к изменению клинической и социальной оценки ДРИ.

Теоретическое основание

В QBism-парадигме субъект не является фиксированной сущностью, а описывается как динамическая конфигурация агентной ответственности. Идентичность понимается как вероятностная структура, стабилизируемая в актах взаимодействия.

В этой среде множественные поведенческие контуры допускаются как нормативная форма функционирования. Различные профили активности институционально разделены и поддерживаются алгоритмически. Под разделением субъектности понимается структурированное распределение ролей, поведенческих сценариев и коммуникационных контуров между несколькими субличностями одного индивида. Эти профили функционируют в разных режимах активности, не вступая в прямой когнитивный конфликт.

Для лиц с ДРИ это создаёт среду, в которой наличие нескольких устойчивых идентификационных конфигураций перестаёт противоречить социальным ожиданиям, поведенческие переходы между состояниями становятся менее травматичными, а цифровая инфраструктура фиксирует и синхронизирует эпизоды активности, снижая амнезийные разрывы.

Механизм стабилизации

Нейросистемы отслеживают поведенческие паттерны и обеспечивают непрерывность биографического контура. Среда фиксирует ранние признаки диссоциативного сдвига и превентивно адаптируется, перераспределяя агентную активность между субличностями. Нейтрализация токсичных ретроследов позволяет избежать болезненной проработки травмы, которая привела субъекта к ДРИ, что оказывает долговременный стабилизирующий эффект. Разделение поведенческих контуров снижает ощущение «несоответствия» и вторичную тревожность, минимизируя контакт между субличностями, каждая из которых воспринимает своё поведение как личностно-комфортное, не требующее коррекции.

Вывод

Данная модель успешно заменяет фармакотерапию и психотерапевтическое сопровождение. Она существенно снижает уровень социальной дезадаптации и тяжесть вторичных осложнений, особенно в травмоиндуцированных случаях. Феномен распределения субъектности позволяет рассматривать диссоциативность личности не как патологию, а как вариативный режим психодинамики, переводя расстройство из категории тяжёлых дезадаптивных состояний в регулируемые формы когнитивной дифференциации.

Белка и добрый лес

Белке нравилось жить в лесу, потому что она знала — лес очень добрый. Он всегда подставит ветку, если прыгнуть, подстелет приятную травку для игр, даст уютное дупло для отдыха. Если захочется есть, то достаточно немного поискать, и где-нибудь обязательно отыщутся орехи, грибы или ягоды, захочется пить — чистый ручей, захочется поспать — мягкий мох.

В лесу всегда что-то происходит, поэтому там никогда

А ещё из леса приходят друзья, с которыми никогда не бывает грустно. Быстрый, уверенный и отважный Кролик. Вдумчивый неторопливый и надёжный Ëжик. Вместе они исследуют лес, который хотя и добрый, но всё же слишком большой, чтобы Белка отправилась туда одна. Если бы не друзья, она бы так и сидела в дупле, изредка выбираясь из него за орехами.

Белка никогда не думала, откуда приходят и куда уходят Кролик и Ëжик, если они не играют вместе. Когда она хотела их видеть, они появлялись и кричали: «Привет, пошли играть!» А если ей хотелось побыть одной, то она просто о них не вспоминала.

И вот однажды утром Белка проснулась, вылезла из дупла, умылась утренней росой, сгрызла на завтрак запасённый с вечера орех и поняла, что Кролик и Ëжик сегодня не придут. И завтра не придут. И никогда. Потому что она сама их выдумала. Кролик — её храбрость и лёгкость. Ëжик — её задумчивость и верность. То, что она отделила от своей грусти и тревожности, чтобы не было слишком одиноко. То, что она поставила между собой и лесом. Но больше они ей не нужны, потому что она готова исследовать лес сама. Ведь лес добрый, хотя и большой, и рано или поздно даст ей всё, что она захочет. Ей, а не Белке, Кролику и Ëжику.

«И кто же теперь я?» — подумала та, кто раньше считала себя Белкой. Но потом решила, что разберётся с этим позже, ведь сейчас её ждёт лес, который теперь принадлежит только ей.

Глава 30. Апостериорный вес субличности

Феноменология субличностей в агентной реальности

Исследование QBism aposteriori Co

В QBism квантовое состояние является выражением ожиданий агента относительно возможных исходов взаимодействия. Реальность не предзадана, она актуализируется в момент события.

В квантово-сетевой среде любое устойчивое описание — это информационная гипотеза, которую система начинает учитывать. Поскольку субличность является формализованным набором ожиданий и цифровых следов, то чем больше взаимодействий происходит от её имени, тем выше «апостериорный вес» агента в системе.

Субличность («саблич», или «tulpa») исходно существует как вероятностная конфигурация в информационном поле, но по мере роста числа взаимодействий система как бы «коллапсирует» этот инфопаттерн. Когда агентность определяется способностью обновлять ожидания, гипотетическая сущность, обладающая устойчивым профилем ожиданий и признанием среды, становится функционально реальной.

Сцены и диалоги. Детектив Ром, профессор Мейгольц

— Разумеется, неслучайно. Девушка подверглась действию того же квантово-диссипативного фактора, что и её родители, просто в меньшей степени. Плюс наложился сильнейший психологический шок, потому что это произошло на её глазах.

— Тот несчастный случай? Они что, брали дочь на работу?

— Они работали дома. Или, точнее, жили на работе. Первый байесов нейро-ЦОД разместили в жилом доме в порту, частично выкупив, частично арендовав помещения.

— То есть в зоне БЦЗ? Но зачем?

— Для снижения цифрового шума требовалось поместить оборудование в архивно-инвариантную среду. Одно из самых старых зданий в городе, имеющее богатый исторический бэкграунд, подошло идеально, выполняя роль «квантового вакуума». В одной из освободившихся квартир поселились её родители. Сейчас очевидно, что это было ошибкой, но на тот момент мы слишком мало знали. Максимальная эмоциональная насыщенность ретроследа оказалась не только декогеренционным, но и диссипативным фактором.

— И что произошло?

— Их не стало.

— Я имел в виду, от чего конкретно они погибли? Компьютеры не выглядят очень опасными, если не ронять их на голову и не браться за оголённые провода.

— Я же сказал, квантовая диссипация. Их буквально не стало, причём на всей протяжённости их бытия. Они не рождались, не росли, не учились, не работали, не встретились, не поженились, не вырастили дочь, не участвовали в разработке, монтаже и наладке того оборудования, которое их в итоге диссипировало. Локальная вероятностная конфигурация байесовой агентности была обработана как обратимая по принципу Ландауэра, превращая упорядоченное состояние в хаотическое и повышая энтропию системы. Для наблюдателя это событие становится чудовищным онтологическим шоком, поскольку нарушает принцип причинности.

— Я не понимаю. Если они даже не рождались, то каким образом существует их дочь?

— Хороший вопрос. Ответить на него можно через уравнение Линдблада или методом калибровочно-инвариантных корреляторов...

— Спасибо, не стоит тратить время. Я правильно понимаю, что это существование... немного условно?

— Совершенно верно. Думаю, вы можете оценить его условность как никто другой.

Сцены и диалоги. Роман, Роберт

Роберт

— Я, конечно, не прочь заработать, но, как честный человек, предупреждаю, что отца Павла там сейчас нет. Буквально полчаса назад привёз их с женой в город.

Роман

— Я не к ним. Просто хочу посидеть на кладбище и подумать.

— Подумать — прекрасный выбор. Всецело одобряю. Пристегнитесь, пожалуйста, в этой машине нет автоматического ремня.

— Скажите, а мы заедем на ту заправку?

— Да, пожалуй, стоит. Бак большой, но я предпочитаю заправляться почаще, никогда не знаешь, насколько дальний будет заказ. А вы, наверное, кофе хотите выпить?

— Да. И купить конфет.

— Тогда, конечно, заедем.

* Церковь на болотах, такси

— Сколько времени вы планируете посвятить размышлениям? Это, разумеется, не моё дело, просто прикидываю, стоит ли уезжать, если вы скоро вызовете такси снова? Какой смысл туда-сюда кататься?

— Не знаю, как пойдёт. Но у меня сегодня важная встреча, так что в любом случае не больше пары часов.

— Тогда я подремлю тут в машине, если не будет новых заказов. Не забудьте конфеты.

— Ах, да, спасибо. Вы же не просто таксист, да?

— Молодой человек, «просто таксистов» не существует! Никто не родился за рулём такси, никто не провёл там всю жизнь. У всех есть что-то кроме. Люди больше, чем их функции, даже я!

— Наверное, вы правы, хотя насчёт себя уже не уверен. Но я немного не об этом

— Отец Павел любит дразнить меня Хароном, но это всё-таки шутка, хотя и не без намёка. Однажды именно я привёз его сюда, а что такое кладбище, как не Царство Мёртвых? Он думал, что ненадолго, что это какое-то недоразумение, что всегда можно вернуться... Но так, наверное, думали все, кто садились в ладью Харона. «Путь Авернский» лёгок, но анизотропен. Идите, ваш обол спишет со счёта система.

* Кладбище на болотах

— Опять пришёл?

— Вот конфеты, держи.

— Эти вкусные, пахнут тайной. Всегда бы так, а то от некоторых не дождёшься. Ты зачем здесь? Рисовать опять будешь?

— Буду, а как же. И рисовать тоже.

— Нешто больше негде?

— Ты говорила, что можешь рассказать мне, кто я.

— Я-то могу, но оно тебе надо?

— Похоже, что всё-таки да.

* Церковь на болотах, такси

— Тук-тук.

— Уже? Надо же, как хорошо поспал. А как ваши размышления в Царстве Мёртвых?

— Получил консультацию у аборигенов Аида.

— И как они вам?

— Сначала не хотели отпускать, потом пригласили возвращаться с Персефоной.

— Да, скучно им без новых игрушек. Вы на удивление слабо шокированы, девушку я увозил в когнитивном ступоре.

— Наверное, в глубине души я ожидал услышать именно это.

— Ну что же, тогда пора Харону снова браться за весло. Пристегнитесь.

— А разве Стикс можно переплыть в другую сторону?

— Нет, но в Аиде не одна река. Стикс, Ахерон, Кокитос, Флегетон и так далее. Харон перевезёт через любую. Думаю, ваш выбор — Лета.

— Воды которой лишают памяти?

— Не обязательно. На самом деле, у неё двойное название: Лета-Мнемозина. Лишают или возвращают, зависит от того, в какую сторону плывёшь.

— А как узнать, какая сторона какая?

— Никак, разумеется.

Сцены и диалоги. Роман, Белла

* Бар в порту

— Привет, худоёжник.

— Привет… даже не знаю теперь, как к тебе обращаться.

— На пепельницу смотришь? Да, представь себе, закурила. В порту все курят, так принято. Это значит, что ты здесь свой, с тобой можно иметь дело.

— Это у тебя виски?

— Угадал. Закажи себе тоже. Тебе стоит чуточку выпить до того, как мы поговорим.

— Как скажешь. Сейчас вернусь...

* * *

— Вот, взял. Можешь рассказывать.

— Выпей сперва.

— Белла, я не впаду в истерику, что бы ты ни рассказала. Самую шокирующую часть я уже отрефлексировал, а об остальном... Думаю, что догадался. Просто хочу подтверждения.

— Нет, я просто не хочу разговаривать тут. Поэтому давай допьём и пойдём.

— А пока пьём, будем вести светскую беседу, или строить глазки, или держаться за руки? Я не очень понимаю, что теперь между нами.

— Можем даже поцеловаться. Никто не заметит, обещаю.

— А я всё равно забуду, да?

— Ром, ты был очень дорог Крольче. Но я не она.

— Ей был дорог её худоёжник. Но я не он.

— Тогда мы оба ничего не теряем, верно?

— Я теряю шанс восстановить свою память.

— Рома, к чёрту память, поверь. Вот я раньше была счастлива, а теперь всё вспомнила. Не повторяй моей ошибки. Допил? Пошли прогуляемся. Покажу тебе кое­-что.

* Порт, дальний пирс

— И что ты мне хотела показать здесь?

— Залив. Люблю это место, отсюда отличный вид.

— Ты любишь, или Кролик любила?

— Ну, Ром, не начинай. Я была вынуждена от неё избавиться. И это не было лёгким решением, у меня словно кусок сердца отрезан с тех пор. Мне было очень хорошо с ней и с тобой, как никогда в жизни раньше и никогда не будет после. Короткий период тихого счастья.

— Тогда зачем?

— Помнишь тот герб? Ром, ты всегда рисуешь правду, даже если не знаешь, в чём она состоит. Если бы я этого не сделала, она бы меня съела. Крольча вечно тянула одеяло на себя, но меня это до поры устраивало, мне не так уж много надо. Потом появился ты, и это слегка напугало, я не думала, что Кроль так может. Но ты получился милый, она не жадничала, и я решила, что пусть, так даже интереснее.

— И что изменилось?

— Она узнала про себя... лишнее. Про нас с ней.

— А до того не знала?

— Нет, конечно. Ну кто всерьёз размышляет: «А что я вообще такое?» Все просто живут. Вот и мы с ней жили, не думая. И ты с нами. И нам было хорошо. А потом она узнала.

— Ну и что?

— А то, что она всегда была сильнее. Умнее, решительнее, красивее даже. Я даже толком накраситься не умею!

— Тебе идёт так.

— Брось, мы оба знаем, что ты любил Кроль.

— И тебя.

— Но её больше. Ты судишь по своим заметкам, но я-то видела. Вечно только о ней и говорил, постоянно с ней ходил, рисовал её как ненормальный.

— Тебя тоже.

— Ром, просто полистай блокнот. На один мой портрет четыре её.

— Ты что, считала?

— Представь себе. Жаль, что выронила тогда в такси. Мне нравилось его рассматривать. Точнее, не нравилось, а... Это как с подсохшей ранки корочку ковырять. Больно, но почему-то не можешь остановиться. Я не хотела, чтобы всё кончилось, но не могла ей дать себя съесть.

— Она бы ни за что так с тобой не поступила.

— Я лучше её знала, Ром. Я не злодейка, просто спасала свою жизнь.

— От меня тоже?

— Да, прости. Ты просто не помнишь, что было, когда ты приехал ко мне тогда ночью. Это была... очень тяжёлая сцена. Ты не простил бы мне Крольчу, да я и не могла об этом просить. Я сама себя до сих пор не простила.

— Тогда почему ты не поступила со мной так же, как с ней?

— Не смогла. Ты ведь был её, не мой. Была

— А если я снова начну её искать, даже всё забыв?

— Просто отдай.

— Ого, да ты серьёзно настроена! Научилась из него стрелять?

— Это не очень сложно, как выяснилось.

— И ты готова меня убить?

— Ром, я убила Крольчу, которая была мне в тысячу раз дороже тебя. Я готова защищаться от кого угодно.

— Белла, ты сумасшедшая.

— Да, я знаю. И даже вспомнила почему. Но со дна залива тебе это будет неважно.

— Так вот зачем ты привела меня сюда...

— Ром, не тяни время. Отдай.

— И что дальше?

— Ничего страшного. Проснёшься в своей кровати одетый, смутно припоминая, что вроде бы был в баре. На этот раз никто не постучит тебе в мессенджер, чтобы вымутить доступ к игре, потому что игры у тебя больше нет. Будешь жить себе дальше, не задумываясь, кто и что ты, рисовать монстров, найдёшь себе, наконец, настоящую девушку. Только, умоляю, не рыжую, они все ненормальные. Прошу, не вынуждай меня, худоёжник. Ты мне всегда нравился, такой положительный и надёжный! У Крольчи, надо признать, был отличный вкус…

Сцены и диалоги. Детектив Ром

Детектив Ром

— Пожалуйста, уберите пистолет, Изабелла.

Белла

— Но... вы же... как? Рома, что происходит? Это же детектив из игры! Твоей игры.

Роман

— Я не знаю. Здравствуйте, детектив.

— Здравствуйте, Роман.

— Миха говорил... но я всё равно не понимаю.

— Понимаете, на самом деле. Лучше всех понимаете. Просто ещё не осознали до конца. А вы, Белла, отдайте пистолет. Это не та ситуация, которую можно разрешить оружием. Кроме того, он всё равно на предохранителе и не выстрелит.

— Отдать? Чёрта с два!

— Ну что же, бросить в воду — тоже решение. Полиция достала бы его в два счёта, даже отпечатки не успели бы смыться, но вряд ли нам сейчас нужна полиция.

— Какого чёрта вам тут надо?

— Я детектив и следую своей нарративной линии. Профессор Мейгольц не рассказывал вам, как это работает?

— Может быть, говорил Крольче, не помню.

— Я должен был расследовать пропажу Белого Кролика, и я сделал это. Девушку, называвшую себя Кроликом, убила девушка, называвшая себя Белкой, потому что испугалась того, что её хрупкий кокон искусственного забвения будет разрушен.

Белла

— Вы не можете обвинить меня в убийстве!

— Не могу, потому что её убила Белка, которой в результате тоже не стало. Теперь есть только Белла, несчастная девушка с диагнозом «травматическое диссоциативное расстройство идентичности», которая, по счастью, не успела сделать какую-нибудь ужасную глупость с пистолетом.

— И что дальше?

— На этом моя работа закончена. Я просто детектив. Чем должна была закончиться ваша игра, Роман?

— Я так и не придумал концовку. А теперь, наверное, уже не придумаю, потому что игры больше нет, а вы стоите передо мной.

— Профессор заверил меня, что в кубизм-парадигме нарративный процесс неизбежно закончит себя сам.

Белла

— Я так понимаю, Ром, что флешку и блокнот ты не отдашь?

— А ты всё ещё этого хочешь? Чтобы я тебя забыл?

— Уже не знаю. Всё как-то разом потеряло смысл. Я, наверное, пойду... Хотя не знаю куда. Не помню, как жить Беллой. Не хочу возвращаться в тот дом, в квартиру, где всё случилось, где, если приложить ухо к стене, слышен несмолкающий гул Цифры, где из зеркал на меня смотрят то Белка, то Кролик... Зря утопила пистолет. Надо было прострелить себе башку и закончить эту историю.

— Вот, смотри.

— Зачем, Ром?

— Ты утопила пистолет, я блокнот и флешку. К чёрту токсичные ретроследы. Без Кролика и Белки Ëжик тоже не нужен.

— И кто мы теперь?

— Вот видишь, ты уже говоришь «мы»!

Срок давности как правовое следствие актуализируемой памяти

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

В условиях актуализируемой памяти институт срока давности приобретает новое значение. Правовая система, опирающаяся на принцип личной вины, не может игнорировать тот факт, что субъект, лишённый доступа к части собственных ретроследов, фактически перестаёт быть лицом, совершившим правонарушение.

Классическая модель ответственности предполагает непрерывность субъекта: одно и то же «я» совершает деяние, сохраняет о нём память и подлежит санкции. Однако в режиме актуализируемой памяти эта схема не работает. Когда инфотоксичные ретроследы выводятся из операционного контура личности, наказывать за деяние, утратившее субъективную доступность, нелогично.

Юридически это подрывает саму идею culpability. Вина — это актуальное психическое следствие деяния. Если лицо не способно воспроизвести событие в сознании, оценить его мотивы и соотнести с текущей системой ценностей, говорить о его виновности становится методологически некорректно.

Срок давности фиксирует не только временной предел процессуального преследования, но и момент, после которого субъект считается юридически актуализированным. По истечении этого срока правовая система признаёт: между деянием и настоящим состоянием личности произошёл разрыв, делающий наказание бессмысленным.

Сцены и диалоги. Роберт, отец Павел, матушка Елена

Роман

— Но я вызывал обычное такси!

Роберт

— Система направляет заказ тому, кто готов его принять, а я как раз доставил сюда пассажиров.

Отец Павел

— Мы попросили Роберта заехать за девушкой.

Белла

— Той девушки больше нет.

— Её и не было.

Роман

— Меня не было тоже. И детектива.

Отец Павел

— Я знаю. Поэтому приглашаю к себе.

Матушка Елена

— У нас полно места, мы будем рады. Мне скучно готовить только мужу. И кто-то должен присматривать, чтобы дети не заигрались на кладбище.

Роман

— Но что мы будем там делать?

Отец Павел

—

Белла

— Мне некуда идти. Я согласна.

Роман

— А мне незачем идти. Я тоже.

Детектив Ром

— Отличный выбор. Счастливого пути.

Отец Павел

— А вы, детектив?

Детектив Ром

— А у меня ещё финальная сцена. Нарратив сам себя не закроет.

Ретроактивная причинность (ретрокаузальность)

Источник: «Ведение в транзакционную интерпретацию квантовой механики Джона Крамера»

Влияние следствия на причину называется ретроактивной причинностью. В квантовой физике «наблюдение» (или процесс измерения) изменяет причины, точнее, изменяет состояние самой квантовой системы, за счёт коллапса волновой функции. До измерения система находится в суперпозиции множества состояний — то есть причина (волновая функция) описывает вероятности разных следствий. При измерении происходит коллапс волновой функции: суперпозиция разрушается, и система принимает одно конкретное состояние. Это изменение влияет назад на «причину» (само состояние системы), подталкивая её к одному из возможных результатов, тем самым меняя дальнейшую эволюцию системы и её причинно-­следственные связи.

Поскольку причина и следствие в квантовом мире тесно связаны и взаимно влияют через процесс измерения, коллапс волновой функции нарушает классическую прямолинейную причинность. Также в квантовой физике возможно такое переплетение причин и следствий, при котором роль причины и следствия становится цикличной, а иногда даже неопределённой. Таким образом, на квантовом уровне причинно-следственные связи могут быть нелокальными, вероятностными, ретроактивными или размытыми, что резко отличает их от классического представления и делает вопрос интерпретации причинности одним из центральных в понимании реальности.

Игра. Сцена в порту

Нарратор

И снова неумолимая логика расследования привела Детектива Рома туда, где море сходится с сушей, а Цифра с реальностью. В порт, где на дальнем заброшенном пирсе случается всякое. Если какому-нибудь неосторожному водолазу однажды пришла бы в голову блажь исследовать здешнее дно, он обнаружил бы там много такого, о чём совершенно не хочет знать здешняя полиция. Обнаружил бы, но вряд ли вернулся на берег. Говорят, именно с этого причала начинают свой путь носители цементных башмаков: те, кто увидел обратную сторону воды.

Дело Белого Кролика закрыто, обстоятельства установлены, виновные найдены, но история ещё не закончена.

Босс «Швартовщиков»

— Эй, легавый, поговорить надо.

— Я не легавый.

— А вот мы с ребятами думаем, что он. Зря ты полез в дела Михея, это и наши дела тоже.

— Я просто искал девушку.

— А нашёл много лишнего. Есть мнение, что слишком много. Что скажешь, легавый? Если что, цемент у нас собой.

____

1. Попытаться убедить «Швартовщиков», что вы для них не опасны (проверка на «Убеждение»).

2. Попытаться напугать «Швартовщиков» последствиями (проверка на «Логику»).

3. Попытаться убедить «Швартовщиков», что вы на их стороне (проверка на «Харизму»).

4. Попытаться сбежать, спрыгнув с пирса в воду (проверка на «Ловкость»).

5. Молча достать пистолет (проверка на «Меткость»).

1

— Мне нет никакого смысла раскручивать эту часть истории. Моё расследование касалось только девушки.

— Может быть, так, а может быть, и нет. Нам-то почём знать? Риск большой, а цемент дешёвый.

— Нет никакого риска. Травмированная барышня с диссоциативным расстройством в рамках цифровой терапии разделилась на две субличности, одна из которых ударилась в общественную деятельность, а вторая в рефлексии и творчество. Потом две полудевочки не поделили одного мальчика, и одна из них удалила другую из психической реальности, не понимая, что тем самым неизбежно удаляет и себя. История, вызывающая много вопросов к тому, насколько правильно не лечить душевные болезни, а формировать вокруг больного человека цифровую среду, которая будет ему бесконечно подыгрывать. Но это никак не затрагивает интересы порта: той девушки, что в них влезла, больше нет, да, собственно, никогда и не было.

— Зато есть ты, пижон в шляпе, который неизвестно откуда взялся и тут же везде засунул свой нос. Про девушку было очень трогательно, я чуть не заплакал, дай бог ей здоровья и мужика хорошего. Но с тобой-то что делать?

— Хм... Отпустить? Вы идёте своей дорогой, я своей.

— Что же мы, зря мешок цемента в такую даль пёрли? Нет, уж, слишком дофига ты знаешь.

— Ну что же, раз финальный босс-файтинг неизбежен... (Достаёт пистолет).

2

— Плохая идея, Шрам.

— А мне нравится. Последняя прогулка по дну в цементных ботинках — классика жанра, своего рода дань уважения. Некоторые считают, что это устаревшая методика, слишком много хлопот, пристрелить проще. Но если мы перестанем следовать традициям, то ничем не будем отличаться от городских пижонов с цифровой недопамятью. Кроме того, это просто красиво.

— Вам всё равно не удастся отскочить от истории с теплоходом. Девушка не стала нарываться и разумно согласилась на слабенькую версию со складом контрабандного виски, полиция БЦЗ не станет раскручивать дело против портовых, но там же люди погибли! Это федеральный уровень.

— Это несчастный случай! Чёртова «Жемчужина» не должна была там находиться! Придурок капитан... нельзя дурно говорить о покойниках, но это ей-богу так… уже не расскажет, какого чёрта он выбился из расписания и почему оказался не на том курсе. С прогулочными лайбами такое бывает: пассажиры захотели полюбоваться луной над заливом на фоне огней города, а шкипер пошёл навстречу, почему нет. Ну что вообще может случиться на прибрежном каботаже? Просто не повезло, мы про него не знали.

— Или боялись потерять цель, тот самый контейнеровоз с оборудованием? Вы не могли не видеть метку от транспондера «Жемчужины» на цифровой карте, но решили, что ничего ей не сделается: попаникуют, побегают, сядут в шлюпки, берег рядом... А вот если корабль с нужным грузом уйдёт из створа бухты, то второго шанса уже не будет.

— Кто тебе сказал, легавый?

— Логика. Это уникальное оборудование, больше такого нет, вывозили из города его один раз

— Рискни, легавый.

— Тот, что спас команду контейнеровоза. Подобрал шлюпки в море. Не помню, как он назывался, но уточнить несложно.

— «Хью Эверетт». Малый каботажный фидер. Старое корыто, но со своим краном. Никто не хотел, чтобы моряки пострадали, так что ребята сняли контейнеры и тут же подобрали шлюпки. А с теплоходом действительно случайно вышло. Никто и представить себе не мог, что он ломанётся на скалы.

— Ты же понимаешь, что правовой иммунитет БЦЗ этого не покроет? И если я до этого додумался, то и расследователи тоже сообразят?

— Может, сообразят, может, нет. А вот ты уже слишком много знаешь. Кстати, тебе повезло, погода хорошая, на дне будет красиво...

— Ну что же… (Достаёт пистолет.)

3

— Послушайте, это глупо, мы на одной стороне.

— Это что же за сторона такая, что я там вместе с легавым оказался?

— Я знаю, что пообещал вам Мейгольц, и ровно так же заинтересован, чтобы новый квантовый кластер работал. Мне нет никакого смысла про него рассказывать и рисковать федеральным расследованием.

— Верится с трудом. С чего бы?

— С того, что я такой же, как вы. Персонаж той же игры с того же сервера. Выдуманный герой в дурацкой шляпе, агентная тульпа, локус согласованных ожиданий системы. Я протагонист, вы антагонисты, уберёте с игрового поля меня — не станет и вас.

— Значит, убирать надо было того пацана в очочках?

— Которого выдумала себе воображаемая девушка, тщетно пытавшаяся хоть как-то зафиксировать реальность вокруг себя? Не понимая, что никакой реальности для неё нет, одни бодрийяровские симулякры? Не поможет, он тоже заложник чужого нарратива. Убирать уже некого, Шрам. Нет той девушки, с которой всё началось, есть лишь локальная область квантовой памяти, где крутится наш общий сюжетный ход.

— Лучше быть симулякром... этого, на «Б», чем не быть вообще, я так думаю. Лично я чувствую себя прекрасно, а что не помню ничего до... Ну так вон в городе все так живут, им нравится. Если мы с ребятами и правда всего лишь квантовый сон нейросетки, то в наших интересах, чтобы никто не полез её будить.

— И я полностью разделяю эту позицию. Нет причин для конфликта!

— Видишь ли, в чём проблема, легавый... Может быть, у меня и нет причин тебя грохнуть, но есть... как бы это сказать...

— Предназначение? Нарративная логика?

— Что-то вроде того. Просто не могу не попробовать. Ребята, несите цемент!

— Ну что же… (Достаёт пистолет.)

____

1. Открыть беспорядочную пальбу.

2. Тщательно прицелиться и выстрелить главе «Швартовщиков» в лоб.

3. Прыгнуть с пирса, надеясь уплыть.

4. Бросить пистолет на пирс и сдаться, понимая, что шансов нет.

Бросок кубиков

Внимание: используется вероятностная модель генерации. Результаты формируются в рамках динамической системы байесова распределения с учётом глобальной когерентности.

____

1. Случайное распределение траекторий пуль приводит к тому, что «Швартовщики» ранены и убегают. Вы торопливо покидаете порт, прикидывая, что лучше тут какое-то время не появляться.

2. Вы переоценили свои стрелковые таланты. Это было последнее расследование Детектива Рома.

3. Возможно, вам удалось бы уплыть, но любимый досуг Шрама — стрелять по брошенным в воду пустым бутылкам. Ваша голова крупнее бутылки, а стильная шляпа плохо защищает от пуль.

4. Похоже, эти ребята пленных не берут. Оказывается, со дна залив выглядит даже красиво...

Выход

Примечания

1

Деонтологическая этика (от греч. “δέον” — должное) оценивает действия по их соответствию правилам, таким как «не лги» или «не кради», независимо от результатов. Антоним консеквенциализму, где оценивается итог действия.

2

Руминация (от лат. “ruminare” — жевать жвачку) представляет собой непроизвольное “пережёвывание” одних и тех же идей, часто связанных с неудачами, ошибками или тревогами. Это отличается от полезного анализа: вместо выводов или действий мысли крутятся в замкнутом цикле, усиливая эмоциональное напряжение.

3

“Erdős Problems” — это онлайн-база задач, сформулированных венгерским математиком Полом Эрдёшем (Paul Erdős). Она включает почти тысячу проблем по различным областям математики, таким как теория чисел, комбинаторика и геометрия.

4

Стиглер описывает ноэзис (от греч. νόησις) как редкое состояние мышления, где человек ставит себя под вопрос, меняет опыт и генерирует новое знание. Это процесс преобразования слабостей в возможности, противопоставляемый энтропии современных технологий.

5

Термин affluent описывает людей или сообщества с высоким уровнем дохода и материального благополучия (например, affluent society — «общество изобилия»).

6

Для устойчивого управления система-регулятор должна обладать не меньшим разнообразием состояний, чем разнообразие возмущений, действующих на управляемую систему.

7

Paideia (др.-греч. παιδεία) — понятие, обозначающее систему воспитания, образования и культуры, направленную на формирование гармоничной, красивой и мудрой личности.

8

Différance — ключевое понятие в философии Жака Деррида, неологизм, сочетающий “различие” (différence) и “отсрочку” (différer). Différance деконструирует логоцентризм, показывая, как метафизика присутствия подавляет след и отличие.

9

Стиглер вводит “негантропоцен” как альтернативу антропоцену, где ноэзис усиливает “негэнтропию” — производство знания через технику. Это перекликается с идеями ноосферы Вернадского, но фокусируется на эко-нейро-геополитике для индивидуальной и коллективной трансформации сознания.

10

«Knowledge and Its Limits» Timothy Williamson.