Зимняя сказка

Глава 1

Вместо вступления: небольшой рассказ, написан на конкурс зимней сказки, по картинке.

Зимняя сказка

- Вы когда-нибудь видели, как яркое зимнее солнце играет на первозданном белоснежном покрывале декабря? Если нет, то вы много потеряли!

Неописуемое зрелище, скажу вам я, и буду полностью прав.

Миллион тёплых лучиков отражается от снежного покрова миллиардом маленьких светлячков, искорок, которые радуют глаз и доставляют неизгладимое удовольствие тому, кто это наблюдает. Особенно если на дворе стоит ясная безветренная погода, а небольшой морозец только задорно щиплет щёчки милых барышень, отчего те так приятно краснеют.

Совсем скоро на горку понесётся детвора, разметая снег и резвясь в сугробах, потягивая за собой санки, «ватрушки» и лыжи. Река уже давно покрылась толстым слоем льда и теперь розовощёкая детвора совсем скоро удовольствием скользит по толстому покрову, радуясь ещё одному сказочному зимнему дню каникул. А потом они побегут строить замки из снега и играть в снежки.

Не люблю эту игру! В ней мне всегда достаётся больше всех.

Что до меня, то я не очень люблю зиму. Нет, по-своему конечно люблю, но только сидя в тепле, наблюдая её с другой стороны окна.

Скрипнула дверь, прогоняя мои думы - в комнату зашла Алевтина.

- Вот же имечко у женщины, я бы ни за что такое ей не дал! И чем только думали её родители, когда так называли? Нет, чтобы назвать как-то более благозвучно: Марта, например, или Яна!

Следом за женщиной в комнату проник целый шлейф запахов готовящейся еды.

Я тут же принюхался, с удовольствием вдыхая стойкий аромат молока, специй, рыбки, холодца, колбаски и самое вкусное - домашней сметанки.

- Я вам честно скажу, домашняя сметанка Алевтины - это нечто! Ради одного этого можно исполнить всё её капризы. Я, правда, так не делаю, вы не подумайте, я же порядочный, да и Алевтина не капризная.

Очень милая и работящая особа, справная и правильная. И чего только у неё с мужиками не ладится?

Не везёт ей, как есть не везёт, хотя мне же лучше: Я тишину люблю, а то ходят тут всякие непонятные личности, запахи свои неприятные разносят, суетятся да спать ночами не дают. А поспать я люблю, особенно если возле печки.

- Вставай, оболтус, - бросила она мне, - пошли за водой сходим, а то давеча такой мороз стоял, что вся вода в трубах и перемёрзла.

- Ты, что, мать, совсем обомлела? Там же холодно! Да выбеги ты, набери снега в ведро, растопи - и будет тебе водичка! Или заговори, как ты умеешь! Ну хочешь, если так неймётся, сама прогуляйся, меня то зачем туда тащить? Я против!

- Вставай, вставай, лентяй, и так целыми днями валяешься, - не отступала от своего женщина.

Если Алевтине что-то взбредёт в голову, то переубеждать её бесполезно, проще пойти ей навстречу, надеясь, что она просто передумает.

Поднялся, потянулся, зевнул и нехотя спрыгнула на пол.

От запахов пекущихся к празднику пирогов жалобно заурчало в желудке, напоминая, что срочно нужно подкрепиться.

- И что это у нас столько еды готовиться? Не иначе как новый ухажёр завёлся, - с неудовольствием подумал я, вспоминая как прошлый едва не задохнулся в баньке.

- Эт, мил человек, внимательнее надо быть, а то засовы нынче такие - раз и обратно встал.

- Васька, а, Васька, - донеслось до меня в ту минуту, когда я геройски уничтожал противника, а попросту разделывался с налитой в миску сметанкой, - что ж ты, бесовское отродье, колбасу то стащил из кладовой?

- А нечего её везде раскидывать! Валяется по углам, я и подумал, что про неё забыли. Ну ладно, ладно, не кричи, в следующий раз не буду стаскивать, прямо в кладовой съем! И вообще это не я, это вон - Кузьма!

- Так, а это ещё что такое? Алевтина, ты брось эти штучки с тряпкой, я кот порядочный.... Ай!

- Ах ты так! - Закричал я, злобно зыркнув на хозяйку глазами с печки, куда она меня загнала, и тут же почувствовал как меня спихнули вниз, прямо к любимом предмету обихода.

- Ну, Кузьма, ну я вам задам, - зашипел я, в очередной раз уворачиваясь от тряпки и шипя на домового.

- Вот уйду я от вас, что делать без меня будете?

- Прямо таки и уйдёшь? - проскрипел противный голос домового из-за печки.

- Ну да, только сметану доем и уйду! - гордо донёс свою мысль я и глубоко задумался.

- Прям на улицу, на мороз пойдёшь жить?

- Найдутся добрые люди, что меня приютят! Смотри какой я красавец!

Тут же выгнул спинку, распушил хвост и потёрся о ноги Алевтины, которая в этот момент вынимала из печи горячий горшочек с чем-то восхитительным.

Алевтина покачнулась, но устояла и не упала, а я отскочил в дальний угол кухни, от греха подальше.

- Играешь с огнём, Васька, - вновь прохрипел домовой.

- Ой, да первый раз, что ли? Не упала же и ничего не испортила.

- Да я о другом! Ты же уходить собрался куда-то, стало быть вся сметанка нашей егозе достанется.

Я опешил. Что-то я и не думал о том, что без меня сметанку теперь за двоих будет кикимора наяривать! За такое впору и перетерпеть и как бы и не гордый, совсем.

- Вась, а ты, когда собираешься? - услышал я ещё один противный скрежещущий голос, - смотри как за окном прекрасно: погода просто сказочная, снежок на солнце играет тысячами отблесков, детвора носится, будь она не ладна. Сходи, прогуляйся.

- Вспомнишь, вот и оно, - жалобно мяукнул я и демонстративно направился опустошать миску, пока за меня это не сделала противная старушенция.

Вот так и живём: домовой следит за порядком, Алевтина людей лечит, она - знахарка и травник, я - всему в этом доме голова, а кикимора, так, приблудилась, да извести никак не можем. Шкодит по-тихому, но иногда бывает полезна.

Вот недавно повадился ходить к Алевтине один паренёк из соседнего села. Что я только не делал: и в тапки ему наделал, и шубу распорол, и мышей в тарелку бросал, а он ходит и ходит, как приворожённый.

Вот тут таланты егозы и пригодились. За сутки управилась, уж больно упорный попался, аж вся мухоморами чуть не изошла, пока не прогнала.

А Алевтина только посмеивается, да подшучивает, подливая масла в огонь. Всё же видела, да ничего не сказала.

Вообще она у нас правильная и хорошая, мухи не обидит. Но в отношениях совсем глупая и неразумная становится. Приходится её раз за разом спасать. Но тут уж мы с Кузьмичом всегда на страже стоим. Он говорит, что ей нужен правильный и хороший, с руками, чтобы по дому всё мог делать, помогал ей во всём. Кикимора из-под полы кричит что нужен верный, а я говорю, что вообще никто не нужен, потому как у хозяйки есть Я.

- Солнце дымное встаёт - будет день горячий! - прохрипел Кузьмич, с намёком, что мне пора бы и проветриться.

- Алевтина сняла платье - да ослепнет зрячий, - прожамкала наша прилипала из-под полы, подстраиваясь под рифму, но совсем невпопад. Нет у неё никакого слуха, видимо поймали её медведи целым стадом и знатно по ушам потоптались за все её проделки.

Вообще, хозяйка дома высокая и статная, очень красивая женщина, русоволосая, круглолицая, с задорным смехом и смешливыми ямочками на щеках.

За что не берётся - всё у неё спориться, всё получается так как надо. Огонь, а не женщина. Такая и коня в горящую избу внесёт и печь на скаку остановит.

- Балда ты, Васька, опять всё перепутал! - прохрипел домовой.

- Да что не так-то? - возмутился я, но тут вернулась Алевтина, уже переодевшись, и подхватив меня на руки, захватив ведро с коромыслом, направилась в сени.

- Не хочу, - взвыл я, попытался извернуться, но меня держали крепко, прижимая к роскошной и тёплой груди.

- Ну ладно, так и быть, раз тут тепло..., - я было уже смирился с неизбежным, но через мгновение полетел на заснеженную дорожку.

Жалобно мявкнув, выражая неодобрение и засеменил за хозяйкой, перебирая по снегу своими маленькими лапками.

"Мороз и солнце - день чудесный

Ещё ты дремлешь, друг прелестный

Проснись, красавица, пора"

Я продекламировал стихи так как их запомнил, пока проскакивал мимо соседского двора, где обитала здоровенная злая дворняга.

Собака рванула ко мне, но я-то знаю, что цепь у неё короткая и меня не достанет.

Псина захлёбывалась лаем в каких-то сантиметрах от меня, а я, абсолютно довольный, важно прошествовал мимо, делая вид, что абсолютно её не замечаю. Я - свободный кот, который гуляет сам по себе.

И в ту же минуту в мою бренную тушку прилетел снежок.

Мне ничего не осталось кроме одного - со всех лап догонять Алевтину, пока она не скрылась между домами.

"Белая береза

Под моим окном

Принакрылась снегом,

Точно серебром.

На пушистых ветках

Снежною каймой

Распустились кисти

Белой бахромой.

И стоит береза

В сонной тишине,

И горят снежинки

В золотом огне."

- Вы что же думаете, что раз я кот, значит мне чуждо прекрасное? Ошибаетесь! Я не меньше вашего люблю красоту зимнего утра, описанную в стихах великих поэтов. И не надо так удивлённо хмурить брови, я кот образованный, хотя институтов ваших не кончал. Вообще никаких не кончал, но читать умею. Писать правда не могу, но это и не важно.

Пока я перебирал лапками по пушистому снегу, Алевтина уже сходила к проруби, набрала воды и уже возвращалась обратно.

- Народная примета: если бросить камень в реку и не будет кругов на воде - значит наступила зима. Могла бы меня и не тащить никуда, я вполне себе органично смотрюсь с другой стороны окна, - возмущённо промяукал я и жалобно запросился на ручки.

Алевтина нагло проигнорировала все мои попытки забраться к ней на ручки, и мне пришлось бежать за ней, раздумывая о превратностях судьбы и кошачьей незавидной доле. И почему у котиков такие маленькие лапки?

Когда вернулся к дому, то обнаружил, что снег у крыльца заботливо полит водичкой и уже взялся корочкой на морозе, а вишенкой на этом торте служила небрежно брошенная кожура от банана.

- Вот глупая баба, - посмеялся я над потугами егозы и переступил с лапки на лапку.

Алевтина жестом отогнала нечистую силу, после чего каток у крыльца растаял по мгновению ока, а сквозь мокрый снег проступила аккуратно уложенная тротуарная плитка.

- Вот и почему она не могла так сделать раньше? Стоило по морозу куда-то тащиться? А вдруг, пока я морозил причиндалы, эта старуха Шапокляк наслаждалась домашней сметанкой? Я ведь ей такое не прощу!

- А знаете кто пробил первую прорубь на реке этой зимой? - завела очередную песню кикимора, когда я вернулся домой и залей греться на печку, рядом с Кузьмой.

Домовой свесил ноги, прислонился к горячей печной трубе и довольно закрыл глаза.

- Игорь, тот которые ещё агроном, планировал переехать реку по льду, но его план провалился, - зловредная бабка запищала противным писком, заменяющим ей смех.

Кикимора может хвалиться сколько угодно, но спасли его тогда. Так что ничего у злобной карги не вышло. Два дня с жаром пролежал, но выходила его наша Алевтина. Аж гордость за неё берёт! И достанется же кому-то такое чудо!

-Дааа, - протянул Кузьма минуты через две, сидя на печи и попивая горячий чай из блюдца, - зима - это дело сурьёзное!

- Особенно зима русская, когда в холодильнике теплее чем на улице.

- Да зачем они нужны, эти холодильники? - возмутилась кикимора.

- Правильно, - поддержал её я, - вот печка - это святое, и кладовая!

- Дались вам ваши печи, - снова встряла зловредная бабка, - вы зимой их топите, а потом летом тепло, а как прекращаете топить, так зимой сразу холодно становиться!

Я недовольно прикрыл глаза, медленно уплывая в сладостную сытную дрёму. Я вообще страдаю сильной аллергией на зиму, готов всё время накрываться одеялом и спать.

- И что такое русская зима!? - философски протянул домовой, потягивая горячий чай из вечно горячего блюдца.

- Вот и посмотри в своём холодильнике, - всё не унималась кикимора. И чего она к нам пристала? Вот жили и не тужили без неё, а теперь Алевтина её подкармливает, постоянно оставляет ей блюдце с молочком да краюху чёрного хлеба. Наивная, она верит, что кикимора так не будет шкоду делать, а её не исправить.

Рассказывала она как-то как поселилась в каком-то курятнике. Каждую неделю по курочке съедала - жила, можно сказать припеваючи, но, с её слов, заметили странного козлика и избрали козлом отпущения.

Что именно тогда сделали неясно, но говорила бабка, как насилу ноги унесла.

Потом она нашла себе свинарник. Мороз жуткий был - зуб на зуб не попадал, да всё равно нашли её. Собаками загоняли, да и загнали на какую-то стройку. Там она прожила аж три месяца. Почему так долго? Да кто же их считает Молдаван то этих...? Чай не свинки да не куры.

И вот она приблудилась к нам. Алевтина до сих пор делает вид, что не видит её, хотя исправно снабжает молочком и хлебом. Я было как то сунулся к миске, но... из меня потом долго репейники выходили. Представьте себе: я - уважаемый член общества, ношу такую замечательную пушистую рыжую шубку, а должен морозить колокольчики на снегу, пока все колючие репьи из меня выйдут.

Вылечила меня тогда Алевтина! Всем бы такую спутницу, но, моя она и никому её не отдам!

- Васька, а Васька, - потянула меня за хвост дряблая высохшая рука.

Я сразу же подскочил, шерсть дыбом, глаза сверкают, да ка-как полосну по наглой ... хм... сморщенной морде когтями. А вы чего подумали?

Кикимора тут же отскочила, стоит в углу, смеётся как нашкодившая школьница, лишившаяся совести.

- Ва-аська, - а ты же на реку ходил?

Я в ответ только злобно сверкнул глазом, да умостился на тёплую печку.

- И как тебе водичка? Холодная?

- Минус два сантиметра, искупаться хочешь? Могу устроить!

- И я помогу, - влез в разговор домовой.

В ту самую минуту отворилась дверь в сенях и на пороге показался крупный мужчина, одетый в шубу и меховую шапку, такой круглый, что я, поневоле, даже подумал, что кто-то медведя из спячки вывел.

Алевтина тут же бросила свою стряпню, вытерла руки о фартук и бросилась к незнакомцу.

- Коля? Да как же... Да такие сугробы... Да как же ты добрался?

- А я, милая моя, на лыжах! Соскучился по тебе, сил нет! Принимай гостя, будем теперь вместе Новый Год справлять!

И этот гость мне понравился, хороший, добрый мужичок оказался. Забегая вперёд, скажу, что нашли мы с ним общий язык сразу! Правильный он и грамотный, знает, что первым делом, что надо сделать, при входе в дом? Покормить кота!

Во-от!

Кузьма тут же приструнил шебушную егозу, уже начавшую придумывать козни, а я, я потом позволил почесать себя за ушком, после того, как меня покормили и отнесли на печку спать.

Говорю же, правильный мужик, вот такой Алевтине и нужен.

Так что этот Новый Год справляли мы уже впятером, да и много ли мне нужно для счастья?