Закон голубчиков

Глава 1

Я не помню своего рождения, наверно, как и любая собака. Первое, что узнал - это запах мамы. Она была большая, как гора, мягкая и теплая, как солнце. С братьями и сестрами мы ползали по ней, кубарем скатывались, громко лая. Потихоньку нас становилось все меньше, большие лапы время от времени откуда-то сверху хватали одного из нас и уносили. Мне было страшно, но мама утешала нас, прижимала к себе и говорила, что их уносят в мир. Кто такой мир, я не знал. К тому времени как я научился ходить, я остался один, всех забрал Мир. Я старался быть очень острожным, заслышав шум, кидался под лапы мамы или под диван.Пару раз меня ловили, поднимали на высоту к огромным глазам великанов, вертели, обнюхивали, гоготали и говорили на непонятном языке.

Вечерами, когда мы ложились спать, мама рассказывала про людей и мир.

- Мама, а чего хотят люди? – как-то спросил я её.

- Они хотят друга, - ответила мама, нежно обняла меня и добавила, – наше предназначение быть другом.

Я высвободился из крепких объятий, широко расставил лапы, как настоящий воин, и громко залаял:

- Зачем нам быть другом? Разве мы не можем просто бегать, наслаждаться жизнью с братьями и сестрами?

Она ткнула меня лапой, и я весело плюхнулся на спину.

– Послушай, - сказала мама, - если мы не станем кому-то другом, мы будем несчастны. В нашей жизни не будет смысла. Скоро ты сам все поймешь.

- Пойму, когда меня заберет мир?

- Не мир тебя заберет, глупыш, а твой Друг.

- Мама,а что значит быть другом? А если у меня не получится?

- Всё у тебя получится, все ответы уже есть у тебя внутри и у твоего друга. Ну ладно, уже поздно, ложись спать. - Она обхватила меня, прижала к себе, и я услышал, как бьётся её сердце, это был первый и самый лучший звук в моей жизни.

Перед тем как уснуть, я попытался найти эти самые ответы внутри себя, но кроме желания съесть что-нибудь вкусненькое, ничего не нашёл.

***

Вот он мой самый худший день и самый лучший. Когда я проснулся, не было ни мамы, ни знакомых запахов и места. Я был в коробке, которая прыгала при каждом шаге того, кто ее нес. Трудно описать, что я пережил в этот момент. Паника охватывала меня от хвоста до кончиков ушей. Меня трясло и, казалось, что я умру. В памяти сохранились слова мамы, что я друг. И я повторял про себя: «Я друг, я друг, я друг».Постепенно мне так захотелось скорей стать кому-то другом, что к моменту, когда меня вывалили на пахучий пол небольшой квартирки, я дрожал не только от страха, но и от нетерпения, познакомиться с другом.

- Эй, Дружок! – прозвучал мужской голос, - как же мне тебя назвать?

Я тут же кинулся под диван, оттуда под шкаф и затаился.

- О, какой шустрый, прям как футболист!!! Эхей!! Вот и будешь Футболист!!- крикнул человек.

Я внимательно следил из-под шкафа за человеком, думая, он ли мой друг, которому я буду другом. Мужчина прошел к холодильнику, достал бутылку молока и налил в железную миску. В другую миску насыпал из пакета, на котором был нарисован мой брат, что-то очень пахучее и вкусное. И я не выдержал, да, да, признаюсь, я просто бессилен пред вкусняшками, осторожно принюхиваясь к новым запахам, подошёл и набросился, как настоящий охотник, на добычу, сначала на молоко, потом на корм. Опорожнив содержимое до отражения на дне, брякнулся на спину и растопырил лапы. Человек потрепал меня, поднял, прижал к себе и я услышал второй лучший звук в моей жизни - биение сердца моего Друга.

- Буду звать тебя сокращенно - Футбл,- сказал Друг.

Квартира оказалась совсем маленькая, я изучил ее вдоль и поперек. Встретил семью тараканов, они были неразговорчивые, все время убегали, а я их догонял. Иногда соседский кот подкрадывался к нашей входной двери и мяукал, задирая меня. Такоемне выдержатьбыло очень тяжело, и я заходился лаем. Каждое утрос Другом бегалипо улицам и парку города, соревнуясь, кто быстрей. Возвращались, я кидался к миске, а он уходил на работу. В конце концов я подружила с котом, его звали Гриня. Черный с белой полосой. Он часто спускался со второго этажа по запасной лестнице к нам на подоконник.

- Ты знаешь, -бывало спрашивал он меня, - есть ли места, где много еды и много солнца?

- Нет!- отвечал я, - а зачем тебе?

- Ну, ты знаешь, надо же к чему-то лу-учшем-у-у стреми-и-иться, - говорил он мне.

- Но разве не самое лучшее быть рядом с другом, - отвечал я.

- Я те-еб-я-я-я умоля-я-я-ю-ю, они про-о-оста нас ко-о-ормят, - мурлыкал Гриня, прохаживаясь важно по подоконнику.

- Но тогда в чем смысл? – скала я.

- Ну-у как в че-е-ем-м-м? Жи-и-ить! – сказал он и спрыгнул на лужайку пред домом к белой кошке по имени Муся.

Я заметил таракана, несущегося через комнату, и кинулся за ним. Перегородил ему дорогу, потому что знал, что он стремится под буфет, там под плинтусом у них, наверно, квартира. У него была крошка хлеба, он поднялся на задние лапы, и, шевеля усами, видимо, что-то пытался сказать, наверно, изрыгал угрозы, однако рот у него настолько был мал, что я его не услышал. Но мне хотелось играть и я опустил на него лапу. Шустрый таракашка увильнул и скользнул под диван, а там под плинтус.

В окно постучали. Это был сизый голубь. Я взобрался на стул, потом на стол у самого окна. Голубь представился:

- Геша, с кем имею честь говорить?

- Футбл, - пролаял я.

- Дорогой Фудбл, не знаете ли вы хлебные места вашего района? - спросил голубь, поворачиваяголову, смотря на меня то одним глазом, то другим. «Странный какой-то», - подумал я, - «Больной, наверно».

- Недалеко от нас есть парк, мы с другом там по утрам бегаем, - сказал я, пытаясь обнюхать гостя, но стекло мешало.

- Очень хорошо, я очень устал. Дело в том, что за мной гнался кот. Еле улетел, и так разволновался, что не думал, куда лететь, лишь бы убраться подальше.

- Вам надо быть тогда осторожней, потому что здесь живет кот Гриня - любитель дразниться, – проговорил я. Геша уже замахал крыльями собираясь взмыть, как я его спросил:

- А в чем смысл вашей жизни?

Голубь замер, даже крылья не сложил.

- Ну как же в чем, чтобы радовать людей своим полетам, - проворковал он, поднялся в небо и, видимо, от страха капнул на прохожего неприятной жижей, какую голуби часто пускают, где появляются.«Ну да, чтобы радовать», - подумал я, глядя на удаляющегося Гешу и на человека внизу, который помахал голубю вслед кулаком.

В конце концов я вырубился на своем матрасе и проснулся только вечером, когда пришёл Друг. Он сидел на диване, смотрел телевизор и был очень грустный. Миски были пусты, а в животе громко урчало. Я взобрался к нему на колени, напоминая, не пора ли поесть. Но он грустно сказал:

- Дружок, сегодня есть нечего ни тебе, ни мне.

Потом он встал, долго ходил по комнате, сел за стол и стал писать. Я же уснул. Проснулся утром, а друг все писал. Не знаю, ложился ли он. Я хотел его подбодрить, подошёл и прижался к его ноге, но он не обратил внимания. Наверно, сегодня мы не будем бегать, но я ошибся - мы побежали, только днем. Он был очень веселым, и я тоже - ведь ему было хорошо. В парке я увидел Гешу, он тоже был рад меня видеть, помахал мне крылом. От удовольствия я высунул язык, ведь у меня есть такой друг. Дома Друг стал рассказывать, что он написал историю и хочет ее кому-то показать. История очень интересная, и это изменит нашу жизнь. Он звонил по телефону, много говорил в трубку. Это называлось «найти работу». И потом ушел. На какую работу, я не понял. Мне было грустно. «Может, мой смысл - еда?», - размышлял я в этот тяжелый для меня момент. Вечером открылась дверь, и на пороге появился посторонний человек. Я стал на него ругаться, ведь нельзя вот так заходить в чужое жилище. Но он не обращал на меня внимания, собрал вещи друга в мешок, который принес с собой и выставил меня вместе с ним на улицу. Ярешил не двигаться с места - ждать Друга.

- Э-эй! Приве-е-ет, - услышал я знакомое мурлыкание Грини.

- Привет, - отозвался я.

- Тебя выгнали из дома. Это круто. Мы можем разобраться с помоечными котами. Они мне мешают ходить, где я хочу.

- Нечего крутого здесь нет. Я жду друга.

- Хахахаха! Наверно, твой хозяин не заплатил за жилье. Он тебя бросил. Сколько я видел таких историй. Вот Плешивый - знакомый кот из соседнего дома. Его выгнали хозяева, и он стал помоечным, злой такой. А Дуплет - бродячий пес, его «друг», как ты говоришь, вышвырнул на улицу, он просто надоел ему.

- Ты все врешь! Ты вредный кот! Друзья не предают друг друга никогда! – залаял я со слезами.

- Вот наивный дурачо-о-о-о-о-к, - говорил он, - ты маленький еще и не знаешь, какие люди. Они все предают нас. Забывают кормить, гулять. Злятся на нас.Вот хозяйка моя совсем меня не вычесывает. Тфу на тебя! – фыркнул Гриня и запрыгнул на дерево, по веточке дошёл до балкона и прыг, скрылся.

- Эй, ты что здесь один? А где твой друг? - Услышал я знакомый голос Геши. Он приземлился рядом, подняв пыль с земли.

- Жду его, - сказал я и чуть не заплакал.

- Ты знаешь, -сказал он мне – тот, кто ждет, обязательно дожидается, и тот кто надеяться обязательно побеждает. Это закон голубчика.

- Что за закон? - спросил я.

- Жди и узнаешь, ладно полечу я, а то этот Гриня нагрянет еще.

Когда пришёл Друг, радости моей не было предела. Он подхватил меня под мышку, и мы отправились в путешествие. Было поздно, и нам не удалось найти места ночлега, так что остались на лавочке в парке.

- Эх, дружок- вздыхая, говорил мне Друг, -что же нам делать?

Утром мы встретились с одним человеком маленького роста.

- Сто, - говорил мой Друг.

- Двадцать пять, - отвечал маленький человек.

- Это породистый щенок «бульмастиф», - говорил мой Друг

- Я знаю, действительно хорошая порода, но у меня только двадцать пять, - повторял карлик.

- Ладно, согласен, - сказал Друг и протянул меня карлику.

***

Я не сразу понял, что произошло, подумал это игра. Но когда меня понесли чужие руки,во мне все оборвалось. Я как будто умер. Меня запихнули в темную сумку. Новые запахи, другая комната, другие соседи с тараканами. Еда была, но не такая вкусная. Мы не бегали по утрам. И я уже не размышлял над своим предназначением. Грусть поселилась во мне. Все было уныло, хотя и новый друг был добр. Я чувствовал, как мое сердце бьётся с каждым днем медленнее. Я умру от тоски. От того, что никогда больше не услышу сердце моей мамы и моего Друга. Я не ложился больше на спину и не растопыривал лапы. С котами я окончательно перестал дружить, да и ни с кем больше мне не хотелось водиться, я просто лаял. Ел и лаял. Новый друг меня выгуливал, показывал своим друзьям карликам и хвастался, какой я красивый и дорогой пес и он выгодно меня купил, а мой старый друг так дёшево меня продал.

Не помню, сколько времени прошло, но однажды вечером раздался звонок в наше жилище. И я услышал знакомый голос. Голос моего Друга.

- Триста, я дам триста, - говорил он.

- Нет! Ты продал мне собаку. Я ее купил. Она мне нужна, - отвечал карлик.

- Ладно, пятьсот, прошу, это мой друг. У меня были тяжёлые времена, возьми пятьсот, вот на, - настаивал мой старый друг.

- Да нет же, собака очень хорошая, не продается, я тебе говорю, – стоял на своем хозяин.

-Слушай, я не хочу быть предателем, мы действительно друзья, мне невыносимо без него, пойми. У меня есть деньги! Ну сколько ты хочешь? – чуть не плача закричал мой Друг. Я стал бегать по комнате. Лаять, не в силах сдержать свою радость, кидаться на окна и двери в комнате.

- Пятнадцать тысяч, - проговорил карлик. Я застыл. Сейчас все рухнет снова. Надежда умрет вместе со мной. Быть рядом со своим другом и так и не встретиться - это невыносимая пытка. Быть другом - это так больно.

- Согласен,- услышал я голос Друга. Дверь распахнулась, и я кинулся, как футболист, на своего настоящего Друга.

Теперь мы живем даже не в квартире, а в большом доме. У меня много друзей: голубей, кошек и собак. Своего настоящего друга я часто вижу на экране телевизора; у него семья и у меня тоже. И когда приходит время моим щенкам идти в мир, я всегда им говорю: «Не бойтесь, помните про закон голубчиков».