Яга, поместье и старые истории.

Глава 1

В газетах позже напишут, что это была одна из самых прекрасных свадеб Лондона. Лорд и леди Рейни были молоды, красивы и влюблены. Статьи, стихотворение поэта, на удивление тепло приняло их общество. Сама свадьба прошла хорошо. Яга и Лис никому не рассказали, что опасность была близка. Что это было за существо, кто пронес шкатулку с бабочками в дом Рейни, почему Патрик вел себя как пятнадцатилетний прыщавый подросток, но все же помог? Пока ответов не было. Они просто вернулись на праздник и поздравили друзей. Главное, что от Мирелы - теперь леди Элли Нелены Рейни - беда отведена. Шанита тихо перекрестила след внучки, смахнула слезу и сурово обернулась к Яге и Лису. - Что скажу вам. От учебы отлыниваете оба. А кому-то пригодится мое колдовство. Будете приходить каждый четверг и каждую полную луну. - Мы же не оборотни. На луну не воем, почтенная Шанита, - пытался отшутиться Денис. - Пожалуйста, не подпрыгивайте ради подзатыльника мне. Я присяду. - Ах, негодник. Обаятельный негодник. А ты, Чергэн, молчишь что? - Я тоже не понимаю почему именно полнолуние. Мы просто маги, у которых есть тотемы. Не более того. - А то, что сила разлита в пространстве, ты забыла? Так и быть. Приходите, когда угодно. Чувствую, что вряд ли буду видеть вас обоих часто.

Яга промолчала. Она думала о том, что вскоре жизнь закрутит их и они вернутся домой. А новые приключения могут завести в иные миры и путешествия. Зачем обещать то, что вряд ли сможешь выполнить? Они завершат начатое. И ...если выживут, то уедут. Она будет скучать по тем, кто стал другом. Но и оставаться, играть роль - постепенно закиснешь и возненавидишь весь мир. Но чтобы вернуться, нужно найти врага. Того, кто обещал тебе смерть. - Я знаю, о чем ты думаешь. - Правда? - Ты думаешь, что не хочешь расставаться с Анной и Шанитой, что не увидишь детей Элли, что твой друг Лукас будет разбирать старые архивы без тебя и найдет нечто интересное. Ты включилась в расследования с пылом, достойным сыщика. И тебе интересно вместе со мной навестить Мануэля. Но и свободу ради них ты не предашь. Иначе задохнешься. Но если ты думаешь, что вернешься в избушку, то ошибаешься. - Почему? -Тебе уже там будет тесно. Как тянуть на себя лягушачью шкурку. - Лис, но там моя жизнь... - Но и закрыться в избушке нельзя. Пусть она будет как убежище, но не как твоя тюрьма. Ты умеешь жить в царстве смерти, а нужно уметь и в жизни. Она и для тебя. Вот куда ты хочешь попасть? - На море. Лежать на теплом песке и слушать плеск набегающей волны. Плавать. Греть свои косточки. И ни о чем не думать. И еще... Лагина Геката. А ты? - Вот тебе и ответ. Явно не " моя избушка в лесу". Мы приехали. Нас ждут. И да. Я тоже буду скучать по друзьям.

Поместье Анре де Сиерре выглядело необычайно. Словно в лесу вырос каменный замок, а вокруг него образовался городок. Если нарисовать карту этого практически поселения, то наверху слева будет лесной пригорок. Справа - высокий хозяйский дом из серого камня, казалось, что он выдолблен из скалы. А шпили стремятся поцарапать небеса. Снизу постройки и домики для арендаторов, поселенцев и рабочих, различные постройки бытового значения. Слева внизу небольшие пастбища и поля. Сам вид был наполнен мрачной, но завораживающей красотой. Встречал их сам владелец. Высокий и крупный, чем-то похожий на добродушного медведя. Когда за внешней суровостью и хмуростью может скрываться светлая душа. - Лорд и леди, как я вам рад. У меня не так часто бывают гости. Прошу вас. - Лорд Анре, надеюсь, что мы не причинили вам беспокойства. Мы... - Что вы. Я прямой человек. Такой уж. Простите старого затворника и чудака. Не в том я возрасте, чтобы все реверансы соблюдать. Но если говорю, что рад, то я действительно рад. - Пробасил лорд Сиерре. Из-под густых почти сросшихся бровей сверкали хитро ореховые глаза. - Старею, наверное. - Ой, лукавите, лорд Анре, лукавите. Вы не старый. - Улыбалась Яга. - Отмечу суровую красоту вашего поместья. Без чрезмерной правильности и чопорности. Глаза отдыхают, пахнет свободой. - Ай, милая. Бальзам на мою медвежью душу. - Глаза хозяина смеялись. - Будь я лет на двадцать помоложе, то приударил бы за вами. - Будь я на десяток лет постарше, я бы точно не устояла. - Ведьма знала, что Анре не имеет в виду ничего такого. - Вы сейчас нас ведете в замок? - Да, сначала покажу замок и накормлю, а потом покажу поместье. Лорд Эдвард, вы молчите? - Леди замужем, - тихо буркнул Лис невпопад. Но покорно пошел в замок за ними. Ведь Ягу под руку вел Анре, громким басом восхищаясь ее умом и красотой. А эта вредная ведьма только смеялась.

Время пронеслось незаметно. Анре показывал им свои книги и научные изыскания. Оказывается, что этот отшельник обожал науку и историю. Иногда закрывался в лаборатории для опытов с химией. Иногда он уезжал в поездки по разным странами и городам, чтобы узнать нечто новое. Страсть к познанию и полное забвение социальных правил делало из него отшельника. Беседа с умным человеком всегда приятна и насыщает душу чем-то светлым. Нет, не похож на маньяка и злодея. - Друзья мои, не убивал, не похищал никого. Все мои опыты на неживых объектах. Это я еще жене моей покойной поклялся. Энни добрая была, как ангел небесный. Жаль, что не уберег ее. Простыла, не встала более. - На глазах этого великана выступили слезы. - Лет как десять нет ее. Не уберег свою ласточку светлую. - Мы не обвиняем вас, Анре, - Яга и Лис смотрели на хозяина чуть сконфуженно. - Мы... - Все хорошо, милые. Я сразу догадался что вы не просто так пришли. А коль для дела надо - так я помогу. Вдруг на том свете любушка моя улыбнется. Что вы хотели увидеть?

Каждый уголок поместья был осмотрен. Никаких явлений, проклятий или негативной энергии не ощущалось. Даже ритуал поиска хозяин разрешил сделать у себя. Он смотрел как Яга скручивает черные часовые свечи, прокручивает вокруг фиолетовую и снова черную. Сначала зажигает охранную свечу. А затем - скрутку. Воск оплавляется змеями. Кажется, что стоит фигура в капюшоне и несет меч. В темном зеркале мелькают крылья. Яга трет глаза руками. Анре хмурится. - Кажется, что я это видел где-то. Поищу в книгах. Там древние языки, вы не поймете. Я пришлю свой перевод. - Можете нам и детективу Эстесу? - Да. Но... Друзья, вы имеете дело с чем-то весьма опасным. Вы слышали про культы в наше время. И мне кажется, что тут что-то еще. Я читал, что так вызывали демона. Примерно лет сто назад был случаи... - Анре, друг, вы можете обращаться к детективу Мануэлю Эстесу, если что-то покажется вам странным. Ему можно доверять. - Если вы с ним дружите, то несомненно. - У нас еще к вам вопрос. Можно ли при помощи сонной пыльцы превратить человека в сомнамбулу, в послушную куклу? - Может. Если сонные чары на определенный облик и тот человек трогал предмет. Тогда человек может сделать всё, что угодно насылающему. Выйти из дома, отдать деньги, подписать документ, прыгнуть с крыши...

Яга и Лис ехали в машине. Шофер владельца их вез к рабочей части Лондона. Сегодня детективу не здоровилось, он остался работать из дома. Маленькая квартирка, немного комнат. Мануэль открыл им дверь, тихо их запустил и молча провел на кухню. Он стал ставить чайник на плиту. Огонь не зажигался. Пахло старой заваркой. Ведьма и колдун переглянулись. Им не пришло в голову что-то привезти. Но похоже, что их другу это было и не нужно. - Мануэль, мы уже пили чай. Сядь. Рассказывай. - Друзья, я смотрел записи и мои подручные бегают по Лондону и его окрестностям как умалишенные мыши. Но порадовать мне вас толком и нечем. По спискам госпожи Жаннет этот "Сад колдуньи" покупали в разных именитых родах. Половина из них соберется на маскарад. Можно отправить туда кого-то из моих "мангустов". Но это будут слуги. - Маскарад послезавтра в Белой Розе? Мы будем там в качестве гостей. - Хорошо. Дайте подумать. - Под глазами Мануэля залегли темные круги и морщинки. Как бывает от жуткой усталости и недосыпа. Он что-то стал рассказывать Лису. Яга тем временем поднялась, прошла в маленькую комнатку. Там спала худенькая девушка с черными волосами. Белая прядка жесткой пружинкой вилась на виске. Ее осунувшееся личико было покрыто испариной. Она тряслась от холода, укрытая теплым лоскутным одеялом. Ее сиделка спала в кресле качалке, очевидно умаявшись за ночь. Ведьма не успев подумать и сообразить, протянула руку, села на колени у кровати бедняжки. Та чуть затихла. Дыхание стало ровнее. Кажется, что сон стал тише и спокойнее. Яга подула на лоб девушки. И запела колыбельную шепотом.

Лети, пусть мерцают лазурно твои свободные крылья. Я плету тебе сетку ажурную. Чтобы сны твои не остыли.

Я несу тебе небо в ладонях. Так пусть будет тебе мечтой. Будут сны твои цвета моря. Пока ты летишь синей звездой.

Так будь же свободной от сеток. От любых проклятий- паутин. Пусть не тянутся щупальца-ветки. Пусть их будет тоньше хитин.

Ты свободой дыши и лети. Готов твой оберег ажурный. Ты улыбайся, смейся и живи. Утро - твой берег лазурный...

Она достала из сумочки заготовку. Небольшой светло-синий ловец снов. Но вместо перьев она нашла бумажных синих бабочек. Жалко, что не придумала заказать из стекла. Белые бусинки звякнули, но спящая не шелохнулась. Она повесила в изголовье кровати. И поцеловала больную в лоб. Тут резко открылась дверь. Рассерженный Мануэль смотрел на Ягу. Та улыбнулась, прижала палец к губам и они вышли из комнаты. - Маргарет, я требую ответа. Что вы сделали? - Я отдала вам то, что вы просили. Вы же для нее просили ловец. Теперь дайте ей поспать спокойно. Она проснется сама. Это случилось два года назад? - Да, Маргарет. Мы поженились с Эстер пять лет назад. Два года назад она заболела. Сначала ей снились странные сны. Потом она падать без сил. И кошмары словно высасывают из нее жизнь. Врачи говорили, что у нее припадки и она душевнобольная. Но я знаю мою жену. -Мануэль. Вы заметили, что пропавшие похожи на вашу жену? Поэтому вы этому делу уделили больше внимания, чем рядовым убийствам. - Маргарет, вы заметили, что мне - выходцу из чужой страны и без рода за спиной- сложно здесь? Приезжий, сразу на должность. Руководить английскими парнями. Мне и так нужно было быть лучшим. Но это дело действительно мне важнее. Я вижу вы хотите еще что-то спросить. - Ваша жена не из знатного рода? - Эстер не имеет титула, как и ее отец. Он был незаконнорожденным, от него отказались. Но говорили, что родня была богатая и знатная, богатый парень женился на леди. А сына от певицы не признал. Эстер не надо от них ничего. - Но вы понимаете, что нужно узнать род. Может потому за ней и охотятся. - Я не смотрел на это дело под этим углом. Я поищу. - Мне скажете? Мне это тоже может помочь в расследовании. - Несомненно. Спасибо вам, Маргарет. Вы можете звать меня своим другом. - Но я еще ничего не сделала. - Вы подарили надежду. И я чувствую дыхание жены. Ей лучше.

Вечером Яга листала книгу о культах. Ничего полезного там не было. Ничего из того, что она не знала уже. Умные слова и заумные фразы. Одна полезная фраза о бесполезности таких обществ, ибо они ничего не меняют. Но текст шел ступеньками и повторами. Только прочитывалась фраза, следующая подкидывала обратно. Свет, которого нет и который все же есть. Мрак окутывает и мрака нет. Некоторые фразы Яга зачитывала Лису, иногда кладя голову ему плечо пока тот был занят чем-то другим. - Смотри. " Донося тепло оттуда, где не ступала нога человека". Зачем так нога? Зачем ходить в тех областях, куда нужно направить дух и ум. И летайте там в космосе, отправляясь за энергией, теплом и мудростью. Зачем вы ногами топчете? - Ворчала Яга. - Или еще. " Оплодотворять сердца и зародыши будущей свободы". Ужасно. Это вам анатомия или новый сорт пшеницы?! Лис неприлично хохотал. Ответить ей он пока не мог. Он не мог отдышаться от смеха. - "Мстительного и очистительного угрызения" на тебя не хватает! - дулась Яга. На что колдун начинал смеяться еще сильнее. Еле выдавив одно слово:" Грызи". - Я про совесть. На что колдун расхохотался еще сильнее.

Ведьма штудировала книгу. Ничего нового. Но вдруг попадается ей про устройство культов или какие были в эти времена. Вдруг есть что-то. На последней странице лежал засушенный белый цветок со сладким ароматом. И тут у Яги закружилась голова. Она стала вспоминать хрустальный голос Анны.

Прекрасна была Селина нежной красотой испанской аристократки, именно у нее в ушах фамильные серьги матери из редкого жемчуга, именно она богатая и титулованная наследница двух родов. Ее дети наследуют обеим линиям. Но еще ярче была красота Соледад, тонкая и изысканная, яркая и уже взрослая. И именно сегодня она узнает, что они не равны. А пока сестры кружились за руки. Взгляд шоколадных и синих глаз нежно говорил "люблю". Разные душой и телом, но безмерно родные. Папа любил обеих, мама казалось тоже. Одинаково дорогие материалы платьев, чудесные комнаты, личные кареты и лошади, дорогие украшения, одни и те же учителя. Они ездили на одни и те же балы, им выдавались те же суммы на расходы. Только маленькая грань решала всё. Фамильные украшения, чуть ниже поклон. Общество быстро разведет таких любящих сестер в разные стороны. И однажды любимый человек одной женится на другой сестре. На той, что имеет титул. На той, что рождена в браке. На той, что наследует состояние. А не на той, которой положена рента. И пусть она ярче, красивее и может даже умнее. И тысячу раз скажет отец, что любящий мужчина не посмотрел бы на разницу, взял бы красавицу без состояния. Уж отец бы добавил денег и ценных бумаг, золота. Но тому, кто искренне любил бы Соледад. Только дочери от этого не легче. Всегда острее грань, когда что-то отнято. Если были родители на двоих и жизнь на двоих, то быть словно вычеркнутой - больно. Не менее больно, чем не иметь вовсе. И также больно было слышать от Алессио, что она любима им, но он беден, его род разорен. А потому он должен жениться на богатой наследнице. Пусть и говорила ему Соль, что отец выпишет им годовой доход, поможет восстановить старое поместье. Пусть только не уходит. Ведь она его так любит, больше жизни, больше гордости.

Отец ждал ее в кабинете. - Милая, Селина не виновата. Она не знала. Если ты скажешь, она откажешься. А мне кажется, что она любит его. Да и он ее. - Хорошо, папа. Я не испорчу Лине праздник. Но прошу, отошли меня дальше. Мука смотреть будет на них. - Соль, не плачь. Мне разрывает сердце видеть твои слезы. - Расскажи о маме. Я не знала, что матушка не родная. Я узнала недавно. - Не говори так, милая. Мама тебя любит, она просто строгая и не показывает чувств и к Селине. А Кристина... Кристина была хрупкой. Она казалась не из рода людского, неземной и чуткой. У тебя ее синие глаза. Ты похожа на нее немного, но у тебя мои черные волосы. Кристина была блондинкой. И поверь - она любила тебя. Но я не мог жениться не на родовитой особе. Я был сговорен с Марией через родителей. Мы полюбили друг друга уже в браке.

Соледад покорно стояла в церкви на свадьбе сестры. Смотря как та сияет. И как Алессио - ее Алессио - целует ее, обещая любить вечно. Сердце разрывалось. Бог тут не поможет. Он венчает этот странный брак. - Вы правы, Он тут не помощник. Но я знаю, что вам делать. Не оборачивайте пока. - Кто вы? И про что вы говорите? - Я тот, кто может помочь отомстить. Лишь месть вырвет эту боль из вашего сердца. - Но месть это так дурно, это богохульство так говорить в святом месте. - В святое место я бы не пришел, - мужчина хрипло рассмеялся. - Тихонько выйдите, пройдите две улочки, сверните во двор, постучите три раза в голубую дверь. - Как вас зовут? - Вы можете звать меня Лэм. Умейте ждать, леди Соледад. Вы умеете ждать? Конечно. Ведь ваша родная мать дала вам такое горькое имя.

Лэм ее учил. Как легче ей стало жить, не чувствуя мир как кружевное стекло, не ощущая себя разорванной нитью общего полотна. В ее сердце поселились холод и месть. Сначала было так страшно. Но Лэм ее приучил заглушать этот голос, это чувство неправильности и хрупкости. Того, что она не хочет этого делать. Но потом пришло полное окаменение и отсутствие какого-либо стыда. Шли годы. Алессио и Селина восстановили старое поместье. Двое детей бегали там теперь по парку. Малютка Мерседес лежала в люльке. Юные наследники нескольких родов. Как опрометчиво их так отпускать бегать в таких местах. Соледад вышла замуж за влюбленного в нее виконта и овдовела. В некрологе написали, что молодой мужчина упал с лошади и сломал шею. У старого конюха были сомнения, виконт был отличным наездником. Но кто будет проверять точно, если вдова так горько плачет, слезы льются из синих глаз по белой щеке. О, в управлении не будут жестоки к бедняжке, что так страдает. А что за слезами скрыта улыбка никто и не заметил. Нечего было ночью идти в башню. Она предупреждала юнца. Там ее место. Ее и ее Лэма. Так удивился, так кричал. Будто не догадывался чем она тут занята. И затих, когда жена столкнула с лестницы. Печально. Но не сильно. Положение вдовы ее более чем устраивало. К тому же как изысканно она смотрится в трауре. - Лэм, любовь моя, как мы поступим? - Ты откроешь портал мне и моим братьям. Я здесь не совсем свободен. Возьми кинжал. - Но... Разве тебе со мной плохо? Любовник ничего не ответил, увлекая женщину на кровать, довольно замечая ее темнеющие глаза. Через неделю газеты пестрили заголовками об убийстве Селины де Эрми, в девичестве де Сориньи. Она была убита в кабинета отца, заколота кинжалом.

Яга пришла в себя на диване. Испуганный Лис сидел рядом с ней. Он держал ее за руку. - Ты резко куда-то словно уплыла. А потом упала. Ты снова ничего не ела, так увлекшись расследованием? - Я вспомнила одну историю. И, Лис, если это так, то мои опасения подтверждаются. Мы совершенно не знаем, что делать. - Что ты видела? - Ту историю, что мне начинала рассказывать Анна. Я вспомнила ее сейчас. Нужно спросить у Мануэля про тело Роуз. - Это Роуз нам вредит? - Боюсь, что нет. И всё гораздо хуже, чем я могла подумать. Нам нужна помощь Анре. И... - Я боюсь твоего "и". - Нам нужно внедриться в культ. - Какой? И зачем? И ты уж точно не пойдешь. Хватит. Набегалась. - Но... - Нет " но", мой следователь. Я передам данные Мануэлю, пусть внедряет своих " мангустов". Если что- пойду сам. Но ты не ходи. Обещай мне. Ты и так руку разбила о подсвечник. У тебя синяк на костяшке пальца. - Но у нас нет информации... - Тем более, Мануэль в своем времени и в своем мире, он лучше понимает его реалии, чем мы. - Хорошо. Я не пойду никуда и буду осторожна. Но у Анны я должна буду спросить. Тем более скоро маскарад. А мы и не готовы. - Хм. Она оставляла тебе записку. Вроде как она подготовила тебе платье. Отдаст в воскресенье. А ты кем хотела быть? - Я думала с разными цветами. Но я совершенно не помню язык цветов этого времени. - А любишь какой? Может просто цвет подобрать и купить цветок в волосы? -Люблю красный тюльпан. Да и вообще почти все, полевые и садовые. Кроме гвоздик и хризантем. Розы только красные и рыжие признаю. - Вроде бы тюльпаны как признание в любви. А что еще думается? - Календула, василек или темно-красная роза. Но если Анна приготовила что-то...От подарка фейри не отказываются. - Тебе подойдет ярко-рыжее и красное. Если на маскараде нового не узнаем - берем отпуск от приключений. Просто отдохнем где-то только вдвоем. Хорошо? - Ладно. - Вздохнула Яга, представляя примерно схему происходящего после своих видений. - А мне расскажешь, что надумала? - Давай проверим. Кажется, что скоро всё сплетется в нечто единое. Но пока кое- что не складывается. Ты спросишь Анре про демонов и Мануэля про склеп? - Яга! Иди спать. Кому-то бриллианты подавай, а этой ведьме нужны расследования, склепы, вызовы демонов. Давай ты браслетик попросишь? Нет? Так я и думал. Спрошу, но ты спокойно спишь, ешь и сидишь дома. Вот. Рядом посижу пока не уснешь.

Яга спала в ту ночь крепко. Ей снилась маленькая синеглазая девочка, что привязывает к бабочкам ниточки и зовет их обратно. Бабочки летают по Лондону, рассеивают пыльцу, подслушивают и подсматривают. Девочка дергает ниточку, бабочка летит обратно. Рассказывает всё увиденное. Если бабочка не слушается, то девочка ломает ей крылья. А потом она взглянула на ведьму : " Рыжая бабочка мне тоже нужна".