Влад и Нюфики

Глава 1. Сквозь стену пройдешь — в сказочный мир попадешь

Добро пожаловать в сказку! Вас ждет 25 глав — по одной на каждый вечер, чтобы читать детям перед сном или просто отдыхать душой в конце дня. Настраивайтесь на уют, история начинается.

Старый друг лучше новых двух

Росинка, поблескивая жемчужиной, качалась на кончике березового листика. Из последних сил она держалась, вытянулась… и — плюх! — упала зайчику прямо на макушку.

— Ой-е-е-ей! — закричал трусишка, втянув голову в плечи. — Я же говорил, что это жуткий лес. Здесь страшно и сыро. А может, тут водятся дикие звери, а может, и того хуже… — А-а-а, — зайчик прикрыл рот руками и шепотом продолжал, озираясь по сторонам: — А может, за каждым кустом скрываются разбойники?

— Ну, ты насмешил, — засмеялся Владик. — Какие звери? Ну какие разбойники? Здесь так здорово, так весело. Засиделся ты, совсем домашним стал. Вот она, свобода! — Влад с шумом вдохнул воздух. — Звери… Вот фантазер.

Влад замолчал и подумал: «А вдруг зайчик прав?», — и в тот же миг из-за кустов шиповника выскочил огромный тигр, схватил зайчишку за шкирку и стремительно помчался по лесной тропинке.

— Сто-о-ой! — закричал мальчик изо всех своих мальчишеских сил и бросился за вором в погоню. — Сто-о-ой, бандит! Отдай зайчишку!

***

Влад приоткрыл глаза, находясь все еще под впечатлением от необычно реального сна. Солнечные лучики только-только прикоснулись к стенам комнаты. Сквозь полумрак мальчик заспанными глазами посмотрел на плюшевого зайчика. Он еще не был до конца уверен, что злобный похититель ему приснился, и, удостоверившись, что его друг-зайка на месте, с облегчением вздохнул.

Вдруг что-то зашуршало.

— Ага! Я так и знал, что он по ночам оживает, — заволновался Владик и притаился. А сам сквозь щелки глаз стал наблюдать. — Давай, давай, зайка, я же знаю, что ты живой, я все равно тебя подловлю, — сердце предательски громко стучало, и казалось, что его слышат все, даже в соседней комнате. — Тише, тише, родное, не так громко. Спугнешь, — успокаивал мальчик сердечко, не отрывая взгляд от игрушки.

Вдруг зайка пошевелился и исчез. От неожиданности Влад подскочил на кровати и спрыгнул на пол. Но что случилось? Куда все подевалось?

— Ой-е-е-ей! — завопил он, медленно опускаясь среди какого-то огромного помещения, которое появилось вместо его комнаты. Как пушинка, он опустился на огромный паркет, выложенный каким-то великаном, недалеко от огромной кровати, на которой, наверное, этот великан и спит.

От страха мальчик зажмурился. Так бы он и просидел неизвестно сколько, если бы не услышал разговор, а вернее, перебранку. Между собой спорили два лупоглазика. У них были такие большие глаза, что Владик подумал: они вот-вот выпадут. Они так махали руками и смешно строили рожицы, что рассмешили бы любого, кроме Влада. Ему было не до смеха.

— Что ты наделал? Блохи-крохи! Ты же его уменьшил! — ругался один из лупоглазиков в необычной одежде зеленого цвета.

— А что мне оставалось делать?! Мальчишка, когда спрыгнул с кровати, чуть тебя не раздавил… Еще бы чуток, — сказал второй, в такой же одежде, но красного цвета. Сморщив мордочку так, что она стала напоминать гнилую картошку, он продолжил: — Еще бы немножко… и он бы придавил тебя ногой, и я бы стер тебя носовым платком и положил в карман. Вот что бы от тебя осталось — только мокрое пятнышко на моем платке.

— Ой-ой-ой, пятнышко! — передразнил его первый. — Я успел бы отскочить. А сейчас что ты соизволишь делать? А? Этот мальчишка совсем уже не мальчишка, а такого же роста, как и мы, одним словом — нюфик. Нам никак нельзя попадаться на глаза людям, ты же знаешь правила.

Влад поднялся и решил встрять в разговор:

— Вы кто такие?

— Кто вы такие?! — прервал его тот, что ругался. — Да нас вообще не существует. Бочки-примочки. Мы тебе снимся. Ф-ф-ф! — он развел руками в стороны, закатив глаза. — Понял? Мы сон. Меня зовут Валал, а этот непутевый мой спутник — Елел.

— И ничего я не непутевый. Спас его, а он еще возмущается, — пожал плечами Елел и состроил кислую мордочку.

Валал отвернулся от мальчика и обратился к напарнику: — А ты, Елел, дудки-прибаутки, карауль мальчишку, а я сгоняю за мастером Чучу, — «Чучу» он прошептал очень тихо. — Он вернет его к нормальному размеру. Птички-черевички. И мы доставим этого зайца во дворец.

Только сейчас Влад заметил зайчишку под мышкой у Валала.

— Нет уж. Отдавайте моего друга! — решительно заявил он. — И никакой я не нюфик, я Влад, и даже если вы мне снитесь, вы не получите его. Даже во сне я не расстанусь со своей игрушкой.

Но Валал его не слушал и нырнул прямо в стену. Влад, недолго думая, кинулся за ним.

— О, нет! — крикнул Елел, пытаясь схватить Владика за штанину пижамы. — Называется, укараулил. Опять вляпался.

После некоторого замешательства Елел тоже нырнул в стену. Волны пробежали по бетонной поверхности и успокоились.

Глава 2 Кто с горы кувырком?

Влад открыл глаза. На носу сидела стрекоза и что-то стрекотала. Он прислушался и услышал не стрекозиный писк, а скороговорку на самом настоящем человечьем языке: «Съел молодец тридцать три пирога с пирогом, да все с творогом».

От неожиданности Влад подскочил и замахал руками: — Этого не может быть!

Он оглянулся и увидел, что стоит посреди сказочного леса.

Как он понял, что он сказочный? А как не понять?! Каждый листик на дереве, каждый цветочек и каждая букашка-таракашка — да, да, вы не ослышались! — буквально все, кто жил в этом лесу, наперебой, кто кого переговорит, рассказывали скороговорки и загадывали загадки. Но времени обращать внимание на эти чудеса не было. Уже далеко сквозь кусты пробирается Валал, волоча за собой зайчишку, и вора непременно нужно догнать.

— А ну стой, ворюга! — крикнул Владик и погнался за ним. Жуки и букашки, недовольно бормоча считалки, разлетались во все стороны, когда он, не разбирая дороги, ломился сквозь чащу, руками расчищая себе путь.

— Стой, не уйде-е-е-е… — эхом стихло вдали, когда он, испугавшись низко летевшей совы, кубарем скатился в глубокую нору. Сова возмущенно проухала: — На холме стоят кули, выйду на холм, поправлю куль!

Скатившись на самое дно, он уткнулся носом во что-то лохматое и тёплое.

— Ну вот, дожился, — раздалось из темноты. — Я думал, в гору бегом, с горы кувырком — это, мм-м, кто? Отвечай. — огромный бурундук ткнул ноготком в лоб Владу.

— Заяц? — неуверенно протянул ошарашенный мальчик.

— Эхе-хе, — протянул бурундук. — Я тоже думал, что заяц, до сего мига. А теперь я думаю, что мальчик. Правильный ответ — мальчик. Ага! Это нужно записать. — После этих слов он вытащил ручку и блокнот.

— Некогда мне тут с тобой загадки сказывать, — уверенно заявил Влад. — Мне нужно догнать наглого гнома. — Он поднялся и побежал на свет к выходу.

Бурундук посмотрел вслед и протянул: — Не гнома, а нюфика, — Затем открыл блокнот и, зачеркнув слово «заяц», с довольным видом написал «мальчишка».

Владик выскочил наружу и увидел, что у входа его поджидал Елел. Он остановил Влада, схватив за рукав.

— Постой уже, не торопись. Валала все равно уже не догнать, да и в какую сторону он побежал, ты помнишь?

Влад оглянулся. Кругом был лес, и куда бежать, было совершенно непонятно.

Глава 3. Великан стоит, далеко глядит

Глаза у Влада заблестели от нахлынувших слез. Он схватил Елела за воротник — если можно назвать воротником цветные тряпочки, свисающие сверху смешного сюртука, — и стал трясти. Его голос дрожал от захлестнувших эмоций: — Где-е мо-о-ой зайчишка?

Елел расслабил щеки, отчего они болтались из стороны в сторону, и при этом он еще умудрялся издавать звуки: «Бы-бы-бу, бр-бр-бр-бр…» Когда Владик его отпустил, нюфик блаженно вздохнул и посмотрел умоляющими глазами: — А еще так же? Можно?

Неожиданно в кустах раздались треск сухих сучьев и чье-то бормотанье. Кто-то быстрым шагом приближался и бубнил себе под нос: «Перепел перепелку и перепелят в перелеске прятал от ребят».

Елел втянул голову в плечи и зажмурился: — Ну вот. Приехали.

Кусты раздвинулись, и перед ними оказались два удивленных нюфика — Валал и еще один старичок-лупоглазик в синем наряде.

— О, а почему вы тут, а не там? — забормотал Валал, а затем перешел на повышенные тона. — Вы должны нас ждать там, а не здесь! Ты там ждать, — ткнул он пальцем в мальчика. — А ты там, непутевый. Караулить…

В это время старичок молча достал что-то из кармана и сдул с ладошки на Влада, довольно ухмыльнувшись: — Ну вот. Дело сделано…

Влад ударился макушкой о сук. Еще миг — и он стал ростом с самое большое дерево. Перед его взором предстала вся Страна Нюфиков. Волосы затрепал сказочный ветерок, донося переплет звуков живой природы. Он обвел взглядом горизонт, удивляясь ярким и насыщенным краскам. Впереди, за переливающимся всеми цветами радуги туманом, стоял, как мираж, замок небесного цвета. Справа простирался океан, играя пенными волнами. Слева возвышались величавые горы, снег сединой прошелся по их вековым верхушкам. Перед горами раскинулся лес, поблескивая невероятной зеленью, по которой пятнами проползали тени от облаков.

Влад смотрел завороженными глазами вдаль и не слышал, как внизу, возле его огромных ног, бегали два нюфика и кричали, а третий стоял и, ничего не понимая, хлопал глазами.

— Мастер Чучу! Что теперь делать? Нужно было отменить волшебство и вернуть ему размер у него дома, в комнате, а не здесь! — кричал и махал руками перед носом у старичка Валал (только имя «Чучу» он произносил тихо). — Я не успел его схватить, а он прыгнул за тобой как молния, — оправдывался Елел, прыгая вокруг Валала. — Я сделал всё ровно так, как ты просил. Не уследил, горе мне, горе.

— Взял и отменил волшебство, мне это нетрудно, теперь он принял обычный свой рост. Плевое дело. Можешь не благодарить, — гордо сказал мастер Чучу.

— Теперь он всех перетопчет. Елел! Немедленно его уменьши! — скомандовал Валал. — Я взял с собой ровно столько порошка, сколько нужно было для плюшевой игрушки. Не больше… Ну, если честно… мм-м… немного больше прихватил… Но если на то пошло, то взял на десять зайцев, это так, про запас… Но он бы наступил на тебя, медлить было нельзя, и я истратил на него весь оставшийся порошок и уменьшил его, — Елел ткнул пальцем в сторону великана Влада.

Пока нюфики спорят, а Влад возвышается над деревьями, в изумлении рассматривая неведомый мир, я расскажу вам про Нюфиков. Кто они такие, зачем им понадобились плюшевые игрушки и что это за такой волшебный порошок. Итак, внимательно слушайте удивительную историю о стране Нюфиков, где время течет быстрее, чем у нас, и месяц равен всего лишь минутке на ваших часах.

Глава 4 История страны Нюфиков, или не сразу города строились

Живи в глуши, но ближнему не навреди

В другой вселенной, а может и не в другой, а в сказочном параллельном мире — не могу сказать точно, но знаю, что без волшебства туда не попадешь, — жили-не тужили нюфики. Человечки величиной не выше вашего сапога, с большими глазами и морщинистым лбом. Лупоглазики, одним словом. И ни о каком таком волшебстве никто из них и слыхом не слыхивал.

А наша история начинается в стародавние времена. Когда лупоглазики были почти необразованные, можно сказать даже — страшно необразованные. Когда они почти не умели говорить. Знали немного необходимых слов и для общения больше применяли руки и мимику, смешно корча личики, а еще они любили, когда их трясли за плечи.

В те дремучие времена они с помощью гримас могли рассказать намного больше, чем с помощью слов. В те давние времена, когда лес еще молчал. Ну, не совсем молчал, а только шелестел своей листвой от ветерка. Тогда, когда цветы и травы не могли сказать ни слова, а звери и насекомые могли только мычать, бекать и жужжать.

Тогда нюфики жили в домиках из веток и занимались только собиранием ягод и грибов. Вот в то самое время в глухой чаще — в такой глухой, что даже ни один нюфик не подозревал о ее существовании, — жил-был чудак, мечтатель и немного волшебник по имени Уах.

Нет, конечно же, не всегда он жил в непроходимой чаще. Так почему же он поселился один? Интересно? Так вот, на это есть веская причина. Однажды Уах заметил, что вокруг стали происходить неведомые до сих пор чудеса. Когда он понял, что они происходят по его вине, не на шутку испугался, ведь под его неумелую руку подворачивались друзья.

Так, играя в догонялки, он вырастил дерево прямо перед бегущим Килки. Сильно уж Уах хотел поймать друга, и его желание остановить товарища выразилось в дереве, возникшем невесть откуда. Он сделал это не специально, но чувствует себя виноватым до сих пор. Килки разбил себе нос и с тех пор ни за что не соглашается играть в догонялки, как бы его ни просили. И это не единственный случай. Считать — не сосчитаешь! Уах понял, что с ним что-то не так.

Боясь, что его необычные способности могут навредить соплеменникам, он в один ясный день собрал всё необходимое и с раннего утра ушел так далеко, как только смог. «Буду жить здесь, — подумал он. — Скучно, одиноко, зато безопасно для окружающих. Первым делом построю себе жилище и буду разбираться в своих способностях. Пойму, что да как, а там и вернуться можно».

Построив себе дом, он стал экспериментировать с волшебством. Прошло немало времени, прежде чем Уах освоил эту науку. А чтобы этой великой силой могли пользоваться и другие нюфики, он изобрел порошок. С его помощью можно было совершать разные магические действия: сдунешь его с ладони, загадаешь желание — оно и исполняется. Уах старел и терял силы, вся надежда оставалась на это чудное средство, и он вложил в него все свои знания и энергию.

С помощью порошка он уменьшал большие камни в огороде, мешающие урожаю. Уменьшал выращенные овощи и хранил их в маленьком мешке, а когда нужно было — возвращал размер и готовил себе обед. Заживлял ранки и избавлялся от простуды. А вот увеличивать что-либо магия была не способна. «А так бы увеличил, к примеру, горошинку, — мечтал он, — и накормил бы всю деревню».

Получалось даже оживлять предметы, но после одного забавного случая Уах поклялся такими делами больше не заниматься. Однажды он оживил собственные брюки и остался в одной рубашке. Брюки подскочили, растопырили карманы и захлопали ими, как цыпленок крылышками. Из штанины раздался радостный крик, после чего они выскочили в окно и умчались в лесную чащу, распугивая всё живое на своем пути. Уах думал, что с живыми брюками будет легче ходить и быстрее бегать, но оказалось, что свобода даже одежде дороже всего. Бродят теперь брюки по лесу и щиплют травку, а ему приходится страдать да радовать комаров голыми ногами.

Тяжело вздохнув, Уах попрощался с брюкозверем навсегда. Он пробовал сшить новые штаны, но эта наука ему не давалась. Переломав иголки и запутавшись в нитках, он бросил это гиблое дело и, взяв остаток ткани, смастерил что-то наподобие юбки. Он шил и думал: «Оживлю юбку, и будут по лесам бродить папа Зверебрюк, мама Звероюбка и детишки Зверотишки». Такие мысли его развеселили, он долго смеялся, представляя странное семейство. Конечно, юбку он оживлять не собирался, но решил: «Еще одни брюки оживлю по возвращении в деревню, чтоб моим штанам не так одиноко было. А то уж больно печально они воют ночью в лесу. И на этом точка! Никаких больше оживлений, только проблемы от этого».

Не знал он тогда еще, что только оживлять и будет уметь...

Решив, что освоил чудотворение в полной мере, он засобирался домой. «Тогда волшебство будет доступно всем, — думал он, — настанет веселое время без болезней и забот».

Но по дороге в родную деревню, когда он брел мимо болота, налетел ураган и вырвал из рук мешок с порошком. Мешочек взмыл, как птица, в небо. Высоко над землей он порвался, и вся магия смешалась с облаками, разнеслась ветром по всей стране и с бодрым дождиком пролилась на землю. Вздох пронесся по лесу. Вся природа встрепенулась и проснулась от векового сна.

Волна волшебства смыла различия между живым и неживым. Большую часть живительной магии впитало в себя болото. Через ручьи жадно проглатывала трясина магию; через подземные воды, теряя чистоту и захлебываясь в болотной жиже, впитывалось волшебство.

В бездонном омуте, в непроходимом лесу, где никогда не растворяется туман, за плотной пеленой которого выступают угрожающие силуэты, раздались зловещий рык и пугающий шепот. Настораживающий шелест и скрежет на мгновение наполнили окружающий лес — и затихли.

Глава 5. Возвращайся с победой, а не с бедой

Старый друг лучше новых двух

В деревне понимали, что однажды Уах вернется, и будет очень стыдно за развалины, которые он застанет. Поэтому составили график дежурств, чтобы поддерживать порядок в хозяйстве: огород засажен и цветет, полы вымыты, и даже на столе дымится свежеприготовленная каша. Уаха ждали неделя за неделей, месяцы сменялись месяцами, месяцы сплелись в год...

Пролетали года, и вот раздался радостный крик:

— Уах вернулся! Это кричала семья Килки — была их очередь, и они пропалывали грядки, когда появился Уах. Но поначалу все застыли в молчаливой паузе. Трудно было узнать Уаха в новом обличии.

Постаревший, грязный и измученный, в изодранной юбке, с запутанными в волосах веточками и листиками, он стоял у калитки и растерянно хлопал глазами. Килки тоже не помолодел, но когда Уах прищурился и внимательно посмотрел на него, то воскликнул, узнав в старичке своего друга. Радости не было предела, он кинулся трепать Килки за щеки, обнимать и танцевать вокруг.

Когда Килки узнал Уаха, он тоже не смог сдержать эмоций — да что там Килки, всё его семейство прыгало и кружилось вокруг волшебника! Все жители деревни сбежались, побросав свои дела. Они обнимали Уаха, щипали и трогали, строили гримасы и махали руками, как никогда в жизни. Трясли его, и он, расслабив щёки, издавал блаженные булькающие звуки.

Затем они подняли волшебника на руки и внесли его в дом. Опустившись на ноги, Уах увидел, что его любимый домик остался таким же милым и ухоженным, как тогда, когда он ранним утром покинул его. На столе дымилось угощение, от которого отказаться было выше его сил, ведь за всю дорогу он пил только росу с листьев и ел ягоды. Пока он набивал щёки кашей, все по очереди подходили к нему и желали хорошего пищеварения.

День подходил к концу, и солнце спряталось за верхушками деревьев. Остаток вечера он провёл в компании друзей, рассказывая свои необычные приключения в лесу, а их было предостаточно. Когда он объявил о своём изобретении — порошке и его удивительных свойствах, все ликовали, но узнав, что он потерян, скорчили кислые мордочки и с досадой защелкали пальцами. Уах заверил соплеменников, что постарается его воссоздать, и все затанцевали.

Но ночь постучала в окошко, и все разбрелись по домам, оставив Уаха наедине со своими воспоминаниями и с планами на будущее.

Глава 6. Неудобно спать на потолке

Наступил следующий день, а вместе с ним наступила и новая эпоха в жизни лупоглазиков. В это утро солнце светило ярче обычного, а вокруг царила суматоха. Бешеная живность металась в воздухе, не зная, что делать со своей появившейся способностью к общению и осознанности. Цветы, трава, деревья и даже мох издавали нечленораздельные звуки. Языка общения еще не возникло. Никто не знал еще ни одного слова, а тяга поговорить появилась. Всем хотелось заявить о себе в этом мире.

Более смелые из нюфиков с широко открытыми глазами присматривались и, навострив уши, прислушивались к произошедшим изменениям. Те, кто был менее решителен, заперлись у себя в домиках, решив переждать это стихийное бедствие.

По улице ходили вороны и бормотали тарабарщину. Цветы выли, как волки, на луну, а жуки пищали на разные лады. От всего этого у нюфиков голова шла кругом. Все даже забыли про вернувшегося волшебника, но лишь на мгновение, и когда Уах вышел из хижины, улыбнулся, потянулся и зевнул во весь свой немаленький рот, нюфики кинулись к нему и принялись обнимать его, толкать и щипать, удивляясь своей забывчивости.

— Уах вернулся… вернулся! — пронеслось в воздухе. После чего даже самые трусишки высыпали на улицу.

Нюфики собрались вокруг волшебника и, открыв рты, слушали его необычный рассказ, изредка закрывая руками рты от удивления, иногда заливались смехом и пускались в пляс. Даже те, кто вчера уже слышал о приключениях, не упускали ни одного слова — они готовы сто раз услышать одно и то же.

Поведал Уах и о чудесах, , и про то, как мешок с волшебством унесло в небо. И про то, что он догадывается, почему все вокруг изменилось. Во все эти сказки трудно было поверить, но нюфики даже не сомневались в правдивости рассказа. Тем более подтверждений его словам было предостаточно, стоило только посмотреть вокруг.

Напоследок он объяснил все прелести владения магией — зачем она нужна и как она облегчит существование. Убедив всех в необходимости воссоздать утерянный порошок, он взял в помощники двух самых расторопных и смышленых малышей, и дом быстро преобразился в магическую лабораторию.

Задымились котлы, закипели отвары и зелья из трав и грибов. Необходимые ингредиенты приходилось собирать в тех местах, которые не тронула магия. Местную разговорчивую растительность варить не поднималась рука.

Как ни старался чародей повторить в точности свое произведение, но мудрость прожитых лет не укрепила его память. Долгожданный порошок в конце концов был создан, но не совсем такой, каким был прежний. Чего-то не хватало, чего-то незначительного.

Порой мелочь, на первый взгляд не решающая ничего, может оказаться тем гвоздиком, на котором держится все здание. Даже без самой маленькой детальки, самой крохотной, которую порой даже трудно разглядеть невооруженным глазом, механизм часов не оживет и не будет отсчитывать секунды.

Так и в этом случае. Нет, конечно, порошок работал, но не так, как раньше. Если раньше Уах мог совершить любое волшебство с его помощью, то сейчас у него получалось только оживлять неживое, чего он не любил по известной вам причине. И это его выводило из себя. Он перепробовал все, даже свою слюну добавлял в варево, но всё было тщетно.

Однажды утром Уах, как обычно, собрался спуститься к ручью для утренних процедур, как в дверях появилась юная особа.

— Я тут проходила мимо, — начала робко девчонка, ковыряя ногой землю. — И решила заглянуть к тебе…

— Ну? — развел руками волшебник, готовый сию секунду помчаться на водные процедуры к ручью, а потом — за долгожданную ложку с вилкой. В животе так урчало, что, казалось, там уйма маленьких волчат просят есть.

Вчера он так заработался, что даже не поужинал, и сейчас тратить драгоценные минуты на лишнюю болтовню не было желания.

— Ну? Что хотела? — Всем своим видом волшебник старался показать, что ему не до пустых разговоров.

— Вам не нужен… еще помощник… э-э-э… помощница? Я смышленая. И…

Недослушав, Уах побежал к ручью, крикнув на ходу:— Да проходи уже… в дом, там подожди. Вернусь, вот и поговорим. Только ничего не тро-о-о-гай!

Белеле — так звали девочку — ничего не оставалось делать, как юркнуть в дверь. От необычного вида комнаты, заставленной разными колбочками и чашками, она ахнула. На стенах висели разные травы и коренья. По углам стояли необычные приспособления для перетирки, отжима и сушки. Девчонка ходила по комнате с широко открытыми глазами и ртом.

— Да, точно я пригожусь. Еще как пригожусь. Здесь не хватает женских рук, это точно, — сказала она с таким выражением лица, как будто ее уже взяли в помощницы.— Ой, как тут интересно! — вскрикнула она, увидев стол, заставленный всякой научно-волшебной всячиной. — Порошочки и примочки, сушеные цветочки… — напевала она, пританцовывая, балансируя между домашней утварью. С самого раннего детства она тянулась к знаниям, и разные необычные вещи буквально сводили ее с ума.

В конце концов она наткнулась на чашу с порошком.— Ой, а что это тут такое интересное? Это, наверное, и есть то, о чем говорил Уах. Как интересно, — пискнула она и захлопала в ладоши.

Белела взяла двумя пальчиками немного зелья, насыпала его на ладошку и стала внимательно рассматривать. Порошок искрился в пробивающихся сквозь щели лучах, завораживая своим необычным свечением. Пересыпая порошок с ладони на ладонь и любуясь его необычными переливами, она так увлеклась, что не услышала мудреца, вернувшегося домой. Веселый и сытый, он совсем забыл про гостью.

Столкнувшись нос к носу с девчонкой, он подпрыгнул, как ошпаренный: — Ты что здесь делаешь? Положи на место!

Белела от неожиданности вскинула руки и упала на пол. Пыль поднялась в воздух и осыпалась ей на лицо. Она стала дуть, мотая головой и зажмурив глаза. И всё, что было в воздухе, полетело в волшебника.

— Осторожнее! — заверещал он, смешно затопал ногами и взлетел, приклеившись задом к потолку.

Глава 7. Бывает всё, даже зеленые собачки в носке

— Ты как птица?! Ты умеешь даже летать?! Ты поистине самый мудрый из мудрых! — Да нет же, нет. Я сам не знаю, как это получилось! — отталкиваясь от потолка, пропел Уах, стараясь приземлиться на пол, но его опять поднимало вверх…

— А меня научишь? Я всегда мечтала летать! — воскликнула девочка и стала кружиться, подпрыгивая на одной ноге и маша, как крыльями, маленькими ручками. — Я же говорю: я не знаю, почему я взлетел. Это, наверное, твои проделки. Опусти меня немедленно!

Но, поняв, что эта несмышленая девочка не смогла бы такого совершить, он на четвереньках прошелся по потолку до стены и слез по ней вниз головой, цепляясь за всё, что попадалось под руку.

— Ну-ка, помоги мне. Бери вон те два камня и неси сюда. — Я же говорила, что пригожусь! — вскрикнула Белела и бодро попыталась схватить сразу два камня. Но не тут-то было! Они оказались очень тяжелыми. Кряхтя и охая, пятясь задом, она всё же подтащила их к Уаху. Отряхнула руки: — Дело сделано. Так я теперь твоя помощница?

Уах положил камни в карманы и неуверенно сделал шаг. Его так раскачивало в разные стороны, что приходилось хвататься за столы и стул, чтобы не завертеться в воздухе. «Так долго не находишься, — задумался он. — Нужно что-то придумать».

Взяв на колени тяжелую ступу, он сел в кресло и стал обдумывать случившееся, следя взглядом за беспечно слоняющейся новоявленной помощницей. И тут его осенило.

— А ну-ка… Как тебя зовут? Белела? Возьми-ка немного порошка. Да, да, вот столько хватит. А теперь сдуй его на стул. Ага! Всё ясно, — сделал заключение волшебник, когда стул взлетел к потолку. — Попробуй еще разок. Только в этот раз задумай что-нибудь. Ну, например, уменьшить или вернуть вес стулу.

Но, как ни старалась девочка, кроме как всё облегчать, у нее ничего не выходило.

— Я, что, буду вечно висеть под потолком или ходить с камнями в карманах? — Необязательно. Можно привязать к ногам что-нибудь тяжелое или плотно покушать, — засмеялась и затанцевала девочка.

— Смешно тебе. А мне не до смеха. Унесет ветер неизвестно куда, или стукнусь головой о небосвод — вот обхохочетесь. Нет, нужно срочно решить эту проблему, вечно спать на потолке я не согласен. Но всё происходит не просто так, и твоя способность натолкнула меня на мысль. Я думаю, необходимо проверить всех в деревне на владение порошком. Я вот, кроме как оживлять, с помощью него ничего не могу. Ты делаешь всё легче воздуха. Логически рассуждая, порошок действует у всех по-разному. Если повезет, найдется и тот, кто может возвращать вес.

Размышление Уаха прервал скрип двери. Подошло время работы, и в дверях появились два нюфика — Барал и Салал, которые ему помогали. Вокруг Барала бегала собачка, с которой он не расставался.

Уах заметно оживился в предвкушении новых открытий: первые подопытные стояли перед ним, непонимающе хлопая глазами. С ними он проделал такой же эксперимент, что и с Белелой. Но и они не могли вернуть вес. Это нисколечко не расстроило волшебника: он вошел в азарт.

Как оказалось, Барал мог уменьшать у всего размер, а Салал — менять цвет. Со временем почти все вещи стали маленькие, как игрушки, и раскрашенные в разные цвета, а часть из них прилипла к потолку. Даже собачка стала жертвой испытаний. Окрашенная в зеленый цвет и уменьшенная, она в панике укрылась в траве. С большой трудностью ее нашли, буквально вырвав из клешней муравья, и засунули в носок Уаха, чтобы больше не потерялась.

Удостоверившись, что трое помощников могли совершать только по одному чуду, Уах решил собрать всё поселение для поиска того, кто сможет ему вернуть вес, а заодно и узнать, кто на что способен. Помощники оббегали всех, но нюфики только отмахивались. Все были заняты своими делами и смеялись, думая, что их разыгрывают. Поверить, что кто-то умеет летать, было выше их понимания.

Самому идти в поселок волшебнику было страшно: вдруг и вправду унесет ветром, да и с тяжелыми камнями в карманах прогулка будет не из легких. Ноги так и рвались вверх. Шаг на ногах, шаг на руках — век смеяться будут.

Но Уах нашел всё-таки выход.

На улице гордо появилась Белела, к ее поясу была привязана веревка, на другом конце которой болтался, как воздушный шарик, Уах.

Глава 8 На незваного гостя не припасена и ложка

Назвался груздем — полезай в кузов

После такого представления во дворе волшебника столпились все жители деревни. Объяснив, что от них требуется, Уах приступил к испытаниям. Привязав себя к забору, он вначале проверил всех родственников своих помощников и пришел к выводу: представители одного рода могут совершать чудеса одного вида. Например, вся родня девочки Белелы могла уменьшать вес чего угодно. Чтобы вещи не унесло в небо, их предварительно привязывали веревками.

Уах решил, что проверять всех нет смысла, и отобрал по одному представителю от разных семейств. Дело тронулось быстрее и веселее. Волшебник от азарта махал руками и кричал, руководя подопытными.

Наконец, после долгих усилий, он нашел то, что хотел больше всего на свете — того, кто снимает колдовство. Этим спасением оказалась семья Чу. О себе Уах подумал в последнюю очередь. Вначале он заставил восстановить вес у всего, что летало, затем — вернуть первоначальный цвет и размер всему, что было перекрашено и уменьшено.

Когда Уах удостоверился, что всё пришло в норму, он решил вернуть вес и себе. Делов-то всего ничего, но его прервал Барал: — Вот, — Барал протянул Уаху носок. — Что с носком? Вроде нормальный, как и был. Попахивает слегка, ничего необычного. — Там моя собачка, зеленая! Ей там темно и страшно. Увеличьте ее скорее! — Ах да, — волшебник стукнул себя по лбу. — Совсем из головы вылетело. Как я мог забыть про это милое существо!

Под чутким руководством Уаха представитель семьи Чу дунул в носок. Из него, увеличиваясь в размерах и меняя цвет с зеленого на родной белый, начала выбираться собачка. Выпрыгнув наполовину, она застряла задней частью в тесном носке. Заскулив от неожиданного заточения, собачка поползла на передних лапах, а потом стала кружиться, стараясь зубами освободиться от материала.

Барал с трудом успокоил питомца и стал тянуть его за передние лапы, а Уах ухватился за носок с другой стороны. Крепко засела животина! Веревка, которой привязался Уах, натянулась: он болтался в воздухе между забором и собакой, но не сдавался.

— Давайте, помогайте! — крикнул Барал ротозеям. — Чего стоите?

Все бросились на помощь. В Барала вцепились за всё, что смогли: кто за карманы, кто за пиджачок, тянули даже за уши. В секунду собака выскочила из носка, а волшебник, как из рогатки, полетел в сторону леса! Веревка треснула, и он влетел прямо в дупло, в котором жила синица. В дупле сидели птенцы и, разинув клювы, пищали. На входе появилась мама-птица.

Ошарашенный Уах открыл рот, желая поздороваться, но синица тут же сунула ему в рот червяка! Когда она поняла, что это непрошеный гость, то громко закричала и, распушившись, прогнала Уаха из домика. Отплевываясь и ворча, волшебник выполз наружу. Если бы он не успел ухватиться за ветку, мы бы про него, наверное, больше не услышали. Долгая жизнь в лесу сделала его ловким, и это спасло его. Крепко обняв сук, он взвыл от бессилия, уверенный, что застрял здесь навсегда.

Но смекалки дядюшке Чу было не занимать. Он придумал план: добраться до Уаха, а потом отменить волшебство облегчения. Обвязавшись веревкой и взяв порцию порошка, Чу попросил Белелу сделать его невесомым. Жители держали веревку и медленно ее распускали.

Чу поднялся вверх с закрытыми от страха глазами. Он решил не открывать их, пока не почувствует землю под ногами. Уах перелез на спину к спасителю. Когда их благополучно спустили вниз, Чу открыл глаза и дунул порошком сначала на себя, затем на Уаха. Вес вернулся, и все облегченно вздохнули. Уах посмотрел куда-то вверх и погрозил небу кулаком.

С этого момента началась эра волшебства в стране нюфиков.

Глава 9 В темном, очень темном лесу, в страшном, очень страшном болоте

Дружбу помни, а зло забывай

В то же самое время, когда Уах и его друзья постигали тайны колдовства, в те же самые дни, когда все были уверены в безоблачном будущем, появились первые ростки темной силы. В самом сердце леса, в непроходимых топях болота, всё живое и неживое пропиталось волшебной силой порошка.

Среди вечного тумана, где даже в самый жаркий день стояла гнилая прохлада, из самой глубины едкой жидкости выполз огромный пень. Он расправил свои чудовищные руки-коряги. Щель-рот исказилась в оскале, издав оглушающий скрип, который перерос сначала в вой отчаяния, а затем в рев, наполненный ненавистью ко всему живому и злобой ко всему миру.

Много веков назад этот пень был цветущим дубом, полным сил и энергии. В его ветвях жили птицы и разные зверьки, а под корнями похрюкивали довольные кабаны, выискивая желуди. Но тогда он был просто деревом, а сейчас обрел долю сознания благодаря волшебному порошку. В его крохотном мозге пронеслись картины прошлого. Он вспомнил, кем был до того, как пришли нюфики и срубили много его собратьев для своих нужд. Как пришел туман и после сезона дождей земля превратилась в непроходимую жижу. Как его год за годом засасывало в болото. В одно мгновение он наполнился жаждой мести.

Два огонька-глаза вспыхнули в разломах коры, и камыши недовольно зашуршали. Все болотные твари подняли головы и уставились на появившегося незнакомца. Пень зарычал, поднял корни, задрожал от натуги и с такой силой ударил по поверхности воды, что болотные кочки разлетелись на много метров. По глади болота пробежала огромная волна, смывая невинных наблюдателей.

Когда всё стихло, перепуганные жители топи выползли из образовавшихся завалов. Они уже не сомневались, кто перед ними. Это был Хозяин болот. Все смиренно склонили головы перед грозным пнем. Слизняки и грязные лисицы, болотные змеи, ожившие коряги и даже камыши признали в нем властителя и были готовы служить ему. Только птицы, поняв, в чем дело, взвились в небо в поисках новых мест.

Казалось, что пень просто рычал и скрипел, но болотные жители очень хорошо понимали, о чем он говорит: — Вы! Черви… — начал было он, но его прервал смелый старый лис. — Я лис, вожак своего гордого рода…

Но договорить вожаку было не суждено — он затих под тяжелым корнем пня.

— Меня — перебивать?! Вы, черви! Кто еще хочет меня перебить?! Отныне и навеки я ваш властитель. Каждый, от козявки до громилы, будет делать то, что я скажу, — рявкнул пень, и тяжелый взгляд огненных глаз приковал всех к месту. — Или со мной, или в путь за лисом. Где-то там, за лесом, живут мои враги, а значит, они и ваши враги. Они должны понести наказание и склонить головы. Я не знаю, в какой стороне их искать. Вы найдете их…

Пень, устремив один из своих корней к слизнякам, изрек: — Расходитесь во все уголки леса! Слушайте внимательно и запоминайте.

Затем он обратился к лисицам: — А вы собирайте в отряды коряги, которые найдете в омутах и болотах, в озерах и на топких участках земли. Когда придет время, они все должны быть готовы к битве. Вы за это отвечаете, если не хотите последовать за своим вожаком!

Затем он приказал жабам, лягушкам, змеям и ящерицам: — Вы должны обойти, обскакать и обползти всё вокруг! Объявите всем, кто способен двигаться, что отныне они подчиняются только мне и никому больше! — воскликнул он, ударив по поверхности болота еще раз.

Звери в ужасе разбежались, чтобы исполнить волю повелителя. Пень же, оставшись в одиночестве, погрузился в болото, обдумывая свой коварный план. На огромной территории воцарилась необычная тишина.

Если бы пень посмотрел вверх, он бы увидел на верхушке сухого дерева, что стоит на небольшом островке, остатки грубого материала. Это было всё, что осталось от мешка после урагана, в складках которого хранилось немного волшебного порошка. Волею судьбы этот подарок висел прямо над головой самого злобного существа волшебного мира.

У маленького народа оставалось совсем немного времени. Их убежище еще не было обнаружено слизняками, а остатки порошка пока не попали в лапы пня. Только неопытность злодея позволила оттянуть атаку. Если бы он послал быстрых лисиц на поиски, нюфиков обнаружили бы гораздо раньше. Но, как ни крути, угроза уже нависла над маленьким народом. Рано или поздно слизняки найдут их.

Недолго осталось беззаботной жизни, и только время покажет, как они справятся с надвигающейся бедой.

Глава 10. Опыт Полезнее Тысячи Советов

Пока болотное зло набирало силу, в деревне нюфиков Уах продолжал свои опыты. Осталось проверить только три семьи. Три представителя с нетерпением толпились у входа в комнату.

— Держи порцию, — мудрец насыпал на ладошку Вала немного порошка. — Так. Осторожно. Молодец. Теперь сдуй вот на этот стул. Смотри не попади на меня.

— Что сделать? Просто сдуть? И что получится?

— Дуй, говорю. Там посмотрим, на что ты способен. На что способен, то и получится.

Вал дунул в сторону стула и зажмурился. Он ожидал услышать взрыв или хотя бы хлопок, но ничего не произошло. Осторожно открыл один глаз.

— Ну как? Получилось?

— Не знаю, не знаю, — задумчиво пробормотал себе под нос Уах, рассматривая стул. — Стул как стул. С виду такой же, как и был.

Он не спеша подошел к стулу и исчез. Просто взял и растворился в воздухе, по которому пробежала небольшая рябь и затихла. Нюфики открыли рот от изумления и выпучили глаза.

— Уа-а-а-ах! Ты куда спрятался? — они стали обыскивать комнату. Заглядывали под стол, в сундуки, но к стулу подходить боялись. Вдруг из воздуха выпрыгнул волшебник и выбежал на улицу. За ним кинулись и все остальные. Уах сгорбился, уперся руками в колени и тяжело дышал. По лицу текли капли пота.

— Уф и жарища! — выдохнул Уах.

— На улице только утро. Совсем не жарко, — возразил Лан, второй из подопытных. — Можно сказать, даже прохладно.

— Жарища! Ещё какая! Там такое солнце — солнечище. Оно даже испепелило всё вокруг. Один песок кругом и жара. Чуть не сгорел.

— Да какой песок? Пошутил — и хватит. Лучше скажи, ты куда исчез? Мы так испугались. Думали, ты со своим волшебством совсем растворился. Пуф — и нет тебя.

— Я был… Ага, я понял, — многозначительно поднял мудрец палец. — Вал может открывать двери в другие места на земле или даже в другие миры, если они существуют. Вот это да. Нужно немедленно с этим разобраться.

— В какие места? Ты о чём?

Уах уже никого не слушал. Он вбежал обратно внутрь и подбежал к стулу. Осторожно вытянул руку. Рука исчезла. В этот момент в комнату вошли нюфики.

— Твоя рука! У тебя нет руки!

— Моя рука в порядке, — довольно улыбнулся Уах. — Она там, а я здесь. Замечательно. Феноменально. Жарко там, — сказал он и вынул руку, а затем сунул голову в портал. Необычное зрелище предстало перед помощниками. Посередине комнаты стояло безголовое тело, да еще и махало руками.

— Нет. Я не могу этого выдержать, — дрожащим голосом пропищал Лем, третий из друзей. — Вы как хотите, а я ушел. — И я, — поддержал его Лан и тоже вмиг улизнул.

Остался один Вал — виновник всего происходящего. Он подбежал к Уаху и схватил его за руку. Оба упали на пол. Волшебник был в полном восторге.

— Тебе нужно это увидеть. Пойдем, я покажу.

— Ни за что.

— Пойдем, пойдем. Тебе теперь много предстоит работы. Мы будем изучать это явление, и, пока не поймем, что к чему, мы повязаны одной веревочкой. Вот.

Со стороны стены донеслось, как эхо:

— Вот, вот, вот… Уах и Вал как один повернулись на звук. По стене ползла улитка и повторяла: — Вот, вот…

— Говорящая улитка! Замечательно! — Уах взял улитку и накрыл ее кастрюлей. — Будешь жить у меня. Итак, на чем мы остановились? Подойди сюда, — махнул он рукой Валу.

— Ни за что, — закрутил головой Вал, но все же пододвинулся поближе: любопытство взяло верх.

— Ну давай же, сунь руку.

— Боюсь.

— Все боятся. Ну же.

Вал робко, боком приблизился к месту воздушного прохода и вытянул палец. Палец прошел то место, где был вход, и должен был исчезнуть, но ничего не произошло.

— Ну и?!

— Сам не пойму. Все же работало, что-то тут не так. Дай-ка я, — Уах начал совать в то место, где должен быть портал, и руки, и ноги. Пару раз прыгнул. Прохода как не бывало.

— Сделай еще раз его.

— Кого?

— Ну, это самое… Дунь порошком.

— На стул дуть?

— Не. Давай попробуем в другое место.

Вал сдул с ладони порошок на стену. По стене пробежали волны. Уах начал считать, сунул туда голову и через миг высунул обратно. По довольному его лицу текла вода. Волосы были полностью мокрые.

— Там дождь, 8, 9… — сделал он заключение, не переставая считать. — Песка нет, 10, 11, кругом океан, 12, и дождь. Это совсем другое место, 13. Уах схватил пучок сушеной травы со стены и сунул в проход. Когда он досчитал до тридцати, траву вытолкнуло обратно, и проход закрылся.

Весь следующий день он и его напарник посвятили исследованиям этого явления. И следующий день. И еще один. Ушла целая неделя. Они обошли весь поселок, делая дырки в воздухе то там, то тут. Истратили весь запас порошка, но попадали только в безжизненные места. То бескрайние пески простирались перед взором, то необъятные просторы океанов открывались перед ними. Однажды попали на вершину горы и чуть с нее не свалились. Всё это их забавляло, но практической пользы не приносило.

Уах закрылся в своем доме. Без устали варил новую порцию порошка. Когда всё было готово, опыты продолжились. Но волшебник действовал уже не наобум, а по плану. Он решил не частить, а пробовать хотя бы через какое-то расстояние делать проходы. Для облегчения задачи он начертил план поселка и его окрестностей, включая львиную долю леса. Отметил на карте места и только там разрешал открывать проход, тщательно записывая, где и куда попадали.

Глава 11 Библиотека — Начало Всех Начал

Кто ищет, тот всегда найдет. Когда Вал в очередной раз открыл проход, Уах, как всегда, поначалу сунул в него свой посох. Осторожность в этом деле не помешает. Посох не пострадал, тогда он протиснул туда голову и огляделся. Он увидел странное сооружение. Огромная комната с тусклым мерцающим светом, вся заставленная стеллажами с непонятными предметами. Книги Уах видел впервые, и все это хранилище с его странным содержимым вызвало у него недоумение.

— Ну наконец-то, что-то интересное и неведомое, — вернув голову назад, затараторил волшебник. — Мы попали в обитаемый мир. Я подозревал, что мы не одни на этом свете, и оказался прав! Вперед, на разведку!

Вал хотел возразить, но, подумав, что это бесполезно, полез за Уахом. Один путешествовать волшебник не мог, ведь вернуться назад без Вала было невозможно. Проход закроется на счет 30, и чтобы снова оказаться дома, нужно в том же месте проделать новую или, вернее, восстановить старую дыру между мирами. Поэтому, хочешь не хочешь, а сопровождать Валу волшебника придется.

— Тише там! Не дома, — зашипел мудрец на ввалившегося помощника. Оглянувшись по сторонам, он перебежал за ближайший шкаф и махнул рукой:

— Давай сюда. Кажется, никого нет.

— А кто здесь может быть?

Уах прислушался, подставив ладонь к уху.

— Точно нет. Пусто. А кто его знает, кто здесь может быть? Может, зверонюфики или того хуже. Давай посмотрим, что это за деревяшки. Какое все здесь гигантское, представляю хозяев этого богатства.

— Я тоже представил, и, думаю, нужно сматывать удочки. Со зверонюфиками я точно встречаться не хочу.

— Ноги мы сделаем, но не сейчас. Мне нужно осмотреться. Столько времени поисков затратили и наконец-то нашли что-то стоящее, интересное, а ты — «ноги». Лучше запомни место, откуда пришли, а то застрянем тут на века, тогда будет тебе знакомство со здешними жильцами! — Уах постарался жестами и взглядом показать великанов, чем еще больше перепугал Вала.

Вал помчался к стене и поставил приготовленным угольком метку перед входом. Успокоившись, вернулся к волшебнику и стал наблюдать за его исследованиями. Уах обошел всю библиотеку. Вы не ослышались: они попали в наш мир, мир людей. В обычную библиотеку школы номер 36 города Братска. С большим интересом он рассматривал символы на книгах. Все его внимание и любопытство были прикованы к ним. Время летело незаметно, и если бы не Вал, неизвестно, сколько бы здесь пробыл волшебник.

— Время поджимает. Мы тут уже очень долго, в животе бурлит. Обед пропустим, а нам еще добираться через лес.

— Да, да, конечно. Будем возвращаться, — не отрывая глаз от книг, задумчиво ответил Уах. — Но мы прихватим с собой кое-что. А в следующий раз вернемся пораньше и возьмем с собой что-нибудь перекусить.

Он столкнул с полки посохом первую попавшуюся книгу и с помощью Вала перетащил ее в свою лабораторию, удивляясь, что на дворе ночь.

Как оказалось, час в мире людей равняется четырем у них. Пробыв в библиотеке два часа, они потратили восемь своих, нюфинских. Узнав, что не только обед он прозевал, но и ужин, Вал поник духом.

— В следующий раз столько терять времени я не согласен. Мигом туда и обратно. И возьмем с собой Бела. Пусть уменьшает всё, что ты решишь прихватить с собой. Я таскать такую тяжесть не нанимался, — проворчал напоследок Вал и, кряхтя, держась за поясницу, побрел домой, продолжая всю дорогу бубнить себе под нос.

Вал помчался к стене и поставил приготовленным угольком метку перед входом. Успокоившись, вернулся к волшебнику и стал наблюдать за его исследованиями. Уах обошел всю библиотеку. Вы не ослышались: они попали в наш мир, мир людей. В обычную библиотеку школы номер 36 города Братска. С большим интересом он рассматривал символы на книгах. Все его внимание и любопытство были прикованы к ним. Время летело незаметно, и если бы не Вал, неизвестно, сколько бы здесь пробыл волшебник.

Он столкнул с полки посохом первую попавшуюся книгу и с помощью Вала перетащил ее в свою лабораторию, удивляясь, что на дворе ночь.

Как оказалось, час в мире людей равняется четырем у них. Пробыв в библиотеке два часа, они потратили восемь своих, нюфинских. Узнав, что не только обед он прозевал, но и ужин, Вал поник духом.

— В следующий раз столько терять времени я не согласен. Мигом туда и обратно. И возьмем с собой Бела. Пусть уменьшает всё, что ты решишь прихватить с собой. Я таскать такую тяжесть не нанимался, — проворчал напоследок Вал и, кряхтя, держась за поясницу, побрел домой, продолжая всю дорогу бубнить себе под нос.

Глава 12. Любая Встреча Неслучайна — Она Несет Урок

А на планете Земля, в нашем мире, в городе Братске, обычный школьник жил своей подростковой жизнью, не подозревая, что поход в библиотеку обернется необычным приключением. Уах с помощником спешили попасть в новый мир, а мальчик стремился погрузиться в мир литературы, и они неумолимо приближались друг к другу.

— Ура!!! — Денис первый выскочил из класса, когда прозвучал звонок. Вчера Василий Ежиков наконец-то прочитал книгу Кира Булычева «Сто лет тому вперед», и теперь он сможет ее брать в читальном зале школьной библиотеки. Шли 80-е годы, и хорошие книги были на вес золота.

В магазинах на полках один шлак, не найти ни фантастики, ни приключений. Иногда, очень редко, но выставляли в пункте приема макулатуры стоящую книжонку. Соберешь 20 килограммов бумаги — и можешь получить драгоценное произведение. Однажды повезло и Денису, и у него в коллекции появился «Остров сокровищ» Стивенсона. На этом его коллекция и закончилась, не успев начаться.

Хороших книг выпускали очень мало, и они быстро расходились по рукам работников торговли и чиновников, миновав прилавки магазинов. Интересное можно было прочитать только в читальных залах библиотек, но и там не всё было доступно. На дом давали далеко не всё. В свои 14 лет Денис прочитал всего Диккенса — ну, или почти всего, — чьи тома в красивых тисненных золотом обложках красовались на полке, и их можно было без проблем брать домой.

— Комсомольцы, добровольцы… — тянул Денис, летя птицей по лестнице. — Расступись! Дорогу!

Ноги почти не касались ступенек. Очутившись в мгновение ока на первом этаже, он стремглав заскочил в библиотеку.

— Булычев… Кир… — задыхаясь, выпалил он. — «Сто лет тому вперед», пожалуйста… Здравствуйте. Уф.

— Ну здравствуй, здравствуй. А я уж ненароком подумала, что здороваться ты разучился, — проворчала, улыбаясь, библиотекарша, протягивая заветную книжку.

Но Денис ее уже не слышал. Он был в предвкушении ожидаемых приключений.

В библиотеку влетел запыхавшийся Пакетин Леша, одноклассник Дениса.

— Здрасьте… Можно… — прыснул он и замер, когда увидел, что опоздал.

— Что-то хотел?

— Да уже ничего, Тамара Васильевна. В следующий раз, — сказал Леша и зыркнул завистливыми глазками в сторону уже читающего Дениса. Шмыгнул носом и побрел домой.

А тем временем Денис зарылся руками в копну нечесаных волос и погрузился в фантастический мир, придуманный мастером.

Дочитав главу, он довольно хмыкнул и откинулся на спинку стула, переваривая прочитанное. Переведя дух, он с новыми силами приготовился получить новую порцию приключений, как вдруг почувствовал чей-то взгляд у себя на затылке. Позади стояли стеллажи с книгами, да и посетителей раз, два и обчелся — он и еще одна девчонка. По логике вещей сзади никого не могло быть, но кто-то буквально сверлил взглядом затылок. Хоть это и противоречило разуму, Денис резко оглянулся и встретился глазами с необычным человечком.

— Круто. Вот это реалистичность! — восхитился Денис. Он был абсолютно уверен, что видит игрушку. — Ну-ка, посмотрим.

Он отодвинул стул и встал, чтобы лучше изучить находку, на мгновение отведя взгляд. Посмотрел снова, а полка была уже пуста.

— Что за наваждение. Э-эй, ты где? — бормотал он себе под нос, обследуя все полки, но игрушка испарилась.

— Ты что ищешь? Потерял что? — протянула Тамара Васильевна.

— Не-а. Тут у вас гномик прикольный стоял. Хотел посмотреть. Куда делся, не пойму.

— Там, кроме книг, ничего нет. Причудилось. Гномик! Фантазер.

— Да точно, я видел. Вот здесь, на полке. Стоял, как живой, и смотрел. А может, он точно настоящий был.

— Зачитался. Когда я книгу прочитаю, она мне дня три потом снится, вот и тебе мерещится. Задремал, наверное, над книгой, вот и приснилось.

— Ничего я не спал, — обиделся Денис и сел читать дальше. Но приходилось прочитывать предложения по несколько раз. Сосредоточиться не получалось, и он не мог понять смысл прочитанного текста.

— Приснилось, приснилось. Совсем не приснилось. Он был на полке. Я точно его видел.

За спиной послышался шорох. Денис подскочил и заметил, как одна из книг пошевелилась. — Ага. Вот ты и попался. Ну-ка, «Война и мир», иди сюда, — он ухватился за обложку и попытался вытащить том Толстого. Но не тут-то было. Он тянул книгу на себя, а она сопротивлялась. Что-то мешало и затягивало книгу обратно.

— Ах, ты так! Ну тогда… я вот так.

Денис схитрил. Он быстро вынул две соседние книги и заглянул в образовавшуюся пустоту. Там был лупоглазик — маленький старичок с испуганными глазами.

— Как же ты там очутился?! Денис протянул руку, желая взять найденную игрушку. Игрушка зажмурилась.

— О, черт. Ты живой? — мурашки пробежали по спине и спустились в ботинки. — Ты кто? Гном? Настоящий гномик. Ничего себе. Вот мне повезло. А сколько желаний ты выполняешь? Можно три? Или пусть даже одно… Я хочу стать волшебником и сам исполнять свои желания, так можно? О чем я только думаю? Передо мной гномик, это уже круто, даже если он и не исполняет желания. Но если исполняет… Так можно или нет?

Маленький старичок что-то тараторил и размахивал руками. По его жестам можно было без труда понять, что он просил не выдавать его присутствие. И наконец-то до Дениса дошло. — Хорошо, хорошо. Я понял. Не беспокойся. Я не скажу про тебя.

Старичок приманил Дениса поближе. Денис наклонился, готовый выслушать его. Маленькие ручки коснулись лица мальчика. Волшебные искорки закружились вокруг головы и ручейком стекли прямо в ушную раковину, и в этот самый миг Денис стал понимать всё, что говорил ему гномик — вернее, не говорил, а имел в виду, махая руками, — а Уах стал понимать человеческую речь.

— Я не гном. Я вообще не знаю, что такое гном. Я Уах, волшебник из Страны нюфиков. И могу тебя разочаровать: желания я не исполняю.

— Ну хотя бы одно, вы же волшебник.

— Ни одно, ни пол-одно, ни даже четверти одного. Гномы, может быть, и исполняют, а я нюфик. И еще: ни одна живая душа не должна знать про меня.

— Ну, это понятно. Я ж не глупый. У меня есть друг… Он тоже умеет хранить тайны… — сказал Денис, но, увидев нахмуренный взгляд Уаха, смутился. — Даже ему не скажу. Не волнуйтесь.

— Ни слова. Ни полслова.

— Ни слова, ни полслова, честное пионерское.

— Что еще за пионерское?

— Это самое крепкое слово в мире. Пионеры всегда говорят правду и держат обещание.

— Ну, ну. Это очень серьезно.

Их разговор прервала Тамара Васильевна.

— Денис, ты что там все время бормочешь? Опять чудеса мерещатся?

— Да так. Стишок на дом задали. Повторяю да книги смотрю. Может, что домой возьму почитать.

— Бубнит да бубнит, — раздалось из дальнего угла библиотеки. Там сидела неприметная девочка из пятого класса. Такая неприметная, что все про нее и забыли. — Бу да бу. Сам не читает и другим не дает.

— Ты, Денис, в самом деле сильно не шуми. Библиотека — это храм, где ведут себя тихо, уважая других читателей.

— Окей. Я буду тише воды, ниже травы, раз это храм.

Тамара Васильевна взяла сумочку и подошла к двери.

— Вы тут не хулиганьте, а я на пять минут по делам. А ты остаешься за старшего, «американец». Надо же, «окей».

Библиотекарь ткнула пальцем в сторону Дениса, зная, что назначать старшими нужно всегда из нарушителей порядка. Нагрузить их ответственностью — тогда точно шуметь будет некому.

— Нашли старшего, он только мешать и умеет, — возмутилась школьница.

— Я мигом, — библиотекарша пулей выскочила за дверь.

Когда дверь за ней закрылась, Денис повернулся к Уаху продолжить разговор, но его там уже не было. Из дальнего угла раздался шорох, и Денис услышал:

— Завтра в это же время…

***

продолжение следует.....

Глава 13. Век Живи — Век Учись

Дениса так и подмывало поделиться всем с друзьями. Червячок сидел в груди и зудел, и шептал: «Расскажи, расскажи Славке», «Расскажи, расскажи Олегу», — когда кто-нибудь из них находился рядом.

Непреодолимое желание разрывало его на части, но честное слово пионера строгим стражем держало рот на замке. Кто сказал, что время неизменно? Уроки так долго тянулись, что, казалось, стрелки на часах, висящих в кабинете, увязли в вязком воздухе. Но ничто не вечно, и Денис наконец-то очутился в библиотеке. День выдался на славу: кроме него, никто не собирался сегодня читать, и кабинет был полностью в его распоряжении.

— Класс, — ликовал Денис. — Есть день рыбный, а сегодня день нечитальный. Спасибо, ребята, что торопитесь домой. Это мой час и больше ничей. Он взял книгу. Читать, конечно же, он не собирался. Это был отвлекающий маневр. Выбрав место, которое было вне досягаемости обзора Тамары Васильевны, он стал ждать.

«А если мне все это привиделось, — думал Денис, — и никакого гнома и в помине нет. Ох, хоть бы это было в самом деле». Сомнения его одолевали и усиливались с каждой минутой, и вот долгожданное:

— Э-эй! Я здесь, — раздалось с полки.

— Как я рад вас видеть!

— Я тоже рад, что ты пришел.

— Круто. Расскажи про вашу страну. Где вы живете? Под землей? Чем занимаетесь? Добываете золото и алмазы?.. — затараторил взволнованный Денис. Он боялся, что Уах, как и вчера, неожиданно исчезнет, и решил выжать из диалога по максимуму.

— Не лети быстрее ветра. Всему свое время. Живем мы точно не под землей. Все расскажу. Все, что захочешь, но вначале я должен узнать про ваш мир.

— Вы же все про нас знаете. Приходите ночью. Наблюдаете. Что еще?

— Мы нюфики, не гномы, и даже не знаем, кто это. Можно сказать, из другой вселенной. И мы не могли к вам попасть, а вы к нам… до определенного времени. Это наш первый визит. Мы только недавно научились путешествовать между мирами. Поэтому… я слушаю… Расскажи о себе, об этом мире.

— Да что про меня говорить? Я обычный пацан. Учусь в школе номер 36. Живу в Братске. Что еще? Ну… Эта страна — СССР. Самая дружественная и лучшая страна в мире. Ах да. Сейчас 1981 год, 15 марта.

— Подробнее. Все, что знаешь, расскажи. Мне все интересно.

Денис разошелся. Он так много говорил, что даже сам удивился, как много знает.

— Фу-у-у. Я всё. Больше я точно ничего не знаю.

— Интересно вы живете. Многого достигли, даже не верится. Неужели всё это возможно без волшебства?

— Ну-у, с волшебством было бы намного круче. Ух, и наделал бы я дел! Может, научите немного колдовать? Нет? Жаль.

— Научи меня читать?

— Читать? А ты не умеешь? Это ведь так просто.

— Если не считать того, что я узнал только что от тебя, что такое книга.

— У вас нет книг?! Как же вы живете?

— Вот так и живем. Есть одна — не знаю, откуда она взялась, — виновато сказал Уах, ведь ему было неудобно признаться в воровстве. — Но что это такое, мы не знали.

— Ладно. Приступим.

За час с небольшим Уах освоил эту науку и засобирался домой.

— Мне пора. Времени уже много. Встретимся завтра, — сказал волшебник.

— Но я же ничего о вас не узнал. Ты же обещал!

— Уах еще никого не подводил! Завтра всё узнаешь. Сейчас не могу. Вал уже заждался, а если он пропустит ужин, то точно больше не будет меня сопровождать, а без него, увы, я не смогу сюда больше вернуться.

— Кто заждался? — спросил Денис и увидел в темном углу библиотеки силуэт. Волшебник спустился вниз. Две фигуры прыгнули в стену и исчезли.

На следующий день противный червячок все же развязал язык, нарушив священную клятву пионера. Денис рассказал все Славке. Слава притворился читателем, а сам замер в ожидании. Как он ни старался, все равно со стороны было видно, что он в засаде. Будучи осторожным, Уах сразу же заметил подвох. Раздосадовался и решил не показываться на глаза ребятам. Да и все, что нужно, он уже узнал, а показываться целой компании было опасно. Тем более его караулили. А вдруг поймать задумали? Обещание обещанием, а свобода дороже.

Друзья долго прождали волшебника. В конце концов Славка решил, что его развели, и психанул.

— Сиди тут сам! Может, в книжного жука превратишься. Столько времени потерял. У меня дел больше нет, что ли?! В следующий раз я над тобой подшучу. Попляшешь.

— Сам ты жук. Я не вру. Не знаю, почему он не пришел. Может, завтра.

— Ха-ха. Смешно. Сиди, жди. Ищи другого дурака.

Несколько дней подряд Денис приходил в библиотеку в одно и то же время, но так и не дождался волшебника.

— Уах никого никогда не подводил! — вздохнул Денис, чувствуя себя обманутым. Хотя в глубине души он винил себя. Дал слово — держи. Тем более такое святое слово, как пионерское.

Глава 14. Обучишь Молодежь — Быстрее Стройку Поведешь

— Эх, уж эти ночные вылазки! — нацепил черную накидку Уах, чтобы быть менее заметным в темноте. Такой же камуфляж сшил себе и Барал. — Нет бы спать да посапывать, но вот куда деваться? Скажите, вот куда?

— Вот-вот, — вторила ему улитка.

— Ты только меня и понимаешь, — вздохнул волшебник. — Нелегка участь великого созидателя.

— Вот-вот.

— С людьми нужно держать ухо востро! И не просто ухо, а оба уха, оба глаза и ноги, готовые враз унести тебя куда подальше. Обещания не держат — это раз. Да что уж там говорить... В книгах такого прочитаешь — глаза всю ночь как твой панцирь: такие же круглые и большие!

— Вот-вот.

— Вот взять хотя бы Дениса. Отличный мальчуган, и много что рассказал мне, за что ему благодарен — так что готов трепать его за щеки весь день. Но ведь не удержался и проболтался! Вот где его слово пионерское? А?

— Вот-вот.

— Приходится теперь ночью, как тень, за знаниями нырять в стену. Ладно, рано или поздно, но его отблагодарить нужно. Я же тоже ему пообещал, а так получается, что отомстил. Вот наведаюсь днем и встречу его...

— Вот-вот.

Барал был готов: круги, разбежавшись волной по стене, скрыли двух друзей, пропустив их в библиотеку, где они уже знали каждую пылинку в углу.

— Вот они — наши знания! — Уах остановился возле массивных томов энциклопедий.

И тут: «Хр-р-р-пссс… Фьють!»

Уах вцепился в корешок книги и приготовился к самому страшному. Барал просто исчез в защитной тени и отвернулся к стене — не дай бог глаза или лицо будут светиться! Сердце колотилось так сильно, что мешало вслушиваться.

Ужасающий звук продолжался, но нападение не следовало. Уах осторожно, шагая тише, чем ползет улитка, стал красться, намечая пути отхода на всякий случай.

Оказалось, это всего лишь сторож — безобидный старичок, любитель фантастики. Он заснул за столом, обнимая книгу. В его жизни так не хватало этих произведений про внеземные миры и злостных инопланетян, а так как у него был ключ от библиотеки, он приноровился устраивать себе часик-другой погружения в чужие миры.

Ему снились человек-невидимка и лунатики Герберта Уэллса, а его храп чуть не довел до беспамятного страха двух лупоглазиков. Пока любитель фантастики мирно посапывал, Уах и Барал умыкнули энциклопедию про планету Земля.

Когда они прыгали в портал, сторож проснулся. Посмотрев на радужные разводы на стене и увидев, как в ней растворились человечки, он пробормотал.

— Дочитался... А выглядело так реально, аж жутко!

Он подошел к стене и удостоверился, что это ему всего лишь привиделось, поглядел на часы и поворчал: — Спать на работе негоже. Почитал немного, ага... Проспал почти всё время!

Помимо энциклопедии в коллекции у нюфиков появились: «Золотая книга сказок», произведения Пушкина в сборнике, «Большой сборник поговорок и загадок», а также «Мнемотехника среди нас» — книга по развитию памяти. Предстояла большая перестройка, и Уах от предвкушения потирал руки. Изучив книги от корки до корки, он понял: так жить нельзя. В мире столько интересного и неведомого, а они всё это время только божьих коровок по траве гоняли!

***

— Так, как мы живем, никуда не годится, — начал волшебник, собрав всю деревню на площади. — Дремучесть отменяется!

— Что отменяется? — пошли перешёптывания в толпе.

— Быт наш первобытный!

— Какой быт?

— Дремучий и первобытный! — Уах посмотрел на непонимающие взгляды и махнул рукой. — Вот именно это и отменяется: ваше незнание.

— Твои ночные походы до добра не доведут, — проворчал кто-то из толпы.

— Говоришь уже какими-то незнакомыми словами.

— Хорошо, буду по-простому, раз вам пока рано такое слушать. Завтра с самого утра открываем школы. Я буду учить вас говорить по-человечьи и читать. Много поговорок вы уже знаете, но это лишь капля в ливне знаний! Все должны, как один, прочитать хотя бы по одной книжке. Столько интересного для себя откроете!

Уах ткнул пальцем в изображение сказочного замка в «Золотой книге сказок» и прокричал, не в силах сдержать эмоции:

— Вот! Вот такой дом у нас и будет! Большой и красивый. Многому нужно научиться, но не паникуйте: волшебный порошок поможет и обучиться, и построить что угодно!

— Ерунда, — проворчал самый старый нюфик. — Нам и так хорошо. Есть, пить хватает…

— Вы не понимаете! — воодушевленно оборвала старца Белела. — Едим и спим, спим и едим! Мы построим этот восхитительный дом. «Не будет скуки, коли заняты руки». Мы изучим язык и будем осваивать новые горизонты! Еще вчера нам такое и присниться не могло, а сейчас? Посмотрите: у нас есть порошок, мы путешествуем по другим мирам, природа ожила, даже бабочки поют песни! А вы хотите по-старому... Новое — не старое, оно облагораживает и омолаживает!

— Ура! Только вперед! Когда ты на дне ямы, выход только один — вверх! — подхватил народ. — «Не всяк пашет, кто хлеб ест»!

— Вы все молодцы! — пропел Уах и с шумом захлопнул книгу. — Еще не то создадим. «Не разгрызешь ореха — не съешь ядра». Вот увидите! Чему быть, того не миновать. Я открываю новую дверь в нашей жизни. «И слепая лошадь везет, коли зрячий на возу сидит».

— Ну-ну, — проворчали дедушки и бабушки. — «Не по носу табак». Смотрите, не надорвитесь. Да нам, в принципе, все равно: «чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало».

Глава 15. Чтоб Не Ошибиться, Нужно Не Торопиться

Сверчки и паучки, улитки и птички, травинки, цветы и деревья с изумлением наблюдали преображение Страны нюфиков.

С раннего утра Уах носился среди суетящихся рабочих, только успевая раздавать задания.

— Эй, Келке, хватай и неси быстрее бревно, а ты, Белела, сделай его полегче, да подожди же, пусть Келке покрепче его держит. Ну вот, видишь, что ты наделала, — провожая взглядом улетающее бревно, кричал Уах. — Ты куда вкопал доску?! — кричал он уже другому труженику.

С горем пополам, но дело тронулось с места. Уах не имел опыта в командовании, и, если бы не умелец Чу, если бы он не взял всё в свои руки, неизвестно, чем бы всё закончилось. Замка нам бы точно не видать.

Чу приходилось много строить. Его умелым рукам поддавались древесина и камни. Все в округе обращались к нему, если нужно было что-нибудь смастерить. В первую очередь он составил план, подготовил чертежи и, уверенно раздавая команды, расшевелил стройку.

Когда школы были построены, Уах довольно потянулся и сказал:

— Это просто чудо. Вот это я понимаю. Красотища. — Мы смогли! У нас получилось! — кричали нюфики, прыгая от радости.

— Теперь моя очередь, — сказал Селел и стал сдувать порошок на стены. Они заиграли всеми цветами радуги и покрылись узорами.

— Ты и узоры научился наколдовывать? Молодец, «жидок на ногах, да крут в делах», — похвалил его Уах, с довольным видом осматривая помещения. — Тут и зеленые столики, и фиолетовые стульчики. Доска с мелом — всё как с картинки. Молодцы. Вы просто все молодцы. Хорошо поработали. Теперь время приступать и к замку.

— Весь день работали, пора отдохнуть, — встрепенулись работники.

— Это само собой, это обязательно. «Без отдыха я плох, а с отдыхом — Бог», — выдумал на ходу пословицу волшебник. — Сейчас по домам, а завтра всех вас жду вон у той скалы. С этого места мы и начнем великую стройку.

Чу попросил у Уаха сказки домой и подробно изучил рисунок замка. Начертил схему и наметил все этапы строительства. Он всю ночь просидел над этим и с утра, зевая и постоянно потягиваясь, появился у скалы.

— Так, начинаем готовить строительный материал, — распорядился он. — Вы — откалывайте от скал глыбы, вы — уменьшайте их, вы — придавайте им форму квадратов, а вы — располагайте их там, где я покажу.

Семейство Малмалов собирали камешки, бывшие глыбы, после того как их уменьшали и придавали им нужную форму. Чу с умным видом отмерял шагами расстояния и втыкал колышки, показывая, куда положить обточенные камни. Через некоторое время получилась маленькая стена. Тогда Чу, осыпав стену порошком, восстанавливал их размер. Один строитель не успел отскочить, и растущая стена пихнула его в спину и понесла по лугу. Потом он долго не мог прийти в себя и даже некоторое время заикался. Чу понял, что без техники безопасности не обойтись, и призвал всех быть осторожнее. Затем он придумал правила и заставил работников их выучить.

Уах не стал присутствовать на стройке: он полностью доверял другу и не хотел мешаться. Он объявил первый урок и, собрав свободных жителей в только что построенной школе, стал обучать их причудам мнемотехники. «Сначала научимся учиться, укрепим память, — решил он, — а потом уже и язык изучим, и всё остальное».

Коротко ли, долго ли, но общими усилиями замок взмыл к небу, расправил гордо свои плечи, удивляя своей небывалой красотой. Голубые башни прятались в дымке облаков. Стены были покрыты фантастическими узорами и фресками на тему быта нюфиков. На стенах красовались балконы. Над стеной поднималась гордо замковая башня, на вершине ее прикрепили флаг — точно такой же, как на картинке в книге.

Вход в замок разместили между двумя башнями, которые соединялись стеной. Ворота решили не ставить: незачем нюфикам прятаться. А стоило бы: слизняки, посланные великим пнем, нашли страну в самый пик строительства и уже спешат доложить об этом своему повелителю. Задней стороной замок упирался в скалу и сливался с ней, и был неприступен, а вот спереди он был открыт всем желающим и в случае нападения был беззащитен.

Все жители выучили наизусть загадки и пословицы, прочитали все книги и стали грамотными, некоторые из них даже решили попробовать себя в качестве летописцев. Блуждая по лесам и полям, они пели песни и читали стихи, шутили и сочиняли истории. Всё живое, которое впитало в себя волшебные силы, прислушивалось и училось разговаривать. Цветы делились с деревьями тем, что услышали от нюфиков. Деревья делились с птицами и зверями. Вся природа изучила азы русского языка. А тем временем первый слизняк уже сидел на пне и рассказывал об увиденном.

Уах продолжал экспериментировать с проходами в мир людей и научился попадать в разные места. Так, один раз он попал в магазин детской игрушки и прихватил с собой плюшевого медвежонка.

— Ух ты, ух я! — отряхнул пыль с себя медвежонок, когда Уах его оживил. — Где это я? Ничего не помню.

— С днем рождения, лохматик, — сказал волшебник.

— А у меня сегодня день рождения? И сколько мне исполнилось? — удивился плюшевый.

— Нисколько не исполнилось. Ты только что родился. Это я тебя оживил — хотя и не люблю это дело, но ты такой хорошенький, как настоящий. Как такого не оживить!

— М-м-м-м-м, спасибо, что ли.

— Пожалуйста. Куда ж тебя пристроить? А подарю я тебя Белеле. Вот она обрадуется! Ты ей помогай во всем, заботься о ней. Она у нас такая шустрая, за ней глаз да глаз нужен. Решено! Ну, косолапый, следуй за мной.

Глава 16. С первой встречи да озорные речи

Однажды утром, как обычно, Уах вышел на балкон своей комнаты в замке и с удовольствием потянулся. Казалось, это утро ничем не отличается от тысячи других, за исключением одной детали — кругом было тихо как никогда. Не было слышно радостного щебетания воробьев, радующихся первым лучам восходящего солнца. Не было завораживающей трели соловья и стрекотания кузнечиков. Молчал и лес со всеми своими подопечными.

— Где же вы, воробьягодки? — зевнул Уах. Воробьягодками он называл воробьев, ведь, когда они на кустарнике, походят на необычные плоды на ветках. — Почему вы не радуете меня своим чириканьем? Не оглох ли я?

А в ответ тишина, только присутствовал новый, необычный звук — зловещее шуршание надвигающейся беды. Уах посмотрел в сторону, откуда доносилась угроза, и увидел на горизонте целое войско, которое ползло, шло и прыгало, приближаясь к замку. В завершение всего полз уродливый пень, тормозя всю процессию своей неуклюжестью. Что это за невиданная сила, он мог только догадываться, и ему стало жутко. В энциклопедии он читал о войнах, и это шествие как раз и напоминало начало войны. Он кинулся вон из комнаты с бешеным криком:

— Жители славного города! На нас надвигается нечто! Все к воротам замка! Хватайте всё, что попадет под руки! Берите тяжелое и острое! Нужно защищаться, «в бой идти — волос не жалеть»!

Он бегал по замку и будил всех. Хотя замок снаружи и выглядел почти как на картинке, отличаясь только узорами и цветом, изнутри он больше походил на термитник. Как устроен замок, они не знали, и строили так, как им было удобно.

Домики всевозможных форм и цветов крепились к стенам в несколько этажей. Были постройки и у подножия. Появились у них и магазинчики, и мастерские. Много ремесел пришлось им осваивать, многому научиться, и сейчас это может всё рухнуть в одночасье. Приближалось первое сражение в их жизни.

— Воевать мы не умеем, — тараторили нюфики. — Мы никогда не сражались, только читали про это. Что нам делать? Сковорода пойдет для обороны? А мой скребок? Я лопату принес.

— Тише, тише, — пытался говорить Уах без паники в голосе. — Они еще далеко, мы можем подготовиться. Мы и строить раньше не умели, а вон какие хоромы отстроили. «Не боги горшки обжигают». И тут осилим. Первым делом нужно завалить вход.

— А если они прорвутся, что с нами будет? — не утихали жители.

— Мы не должны этого допустить. А может, не всё так плохо? Может, они с миром идут? «Не во всякой туче гром», и мы зря волнуемся. Я пойду им навстречу и всё узнаю, — решил Уах.

— Я пойду с тобой, — вызвалась Белела. — Всё-таки я твоя помощница.

В конце концов поручили мастеру Чу заняться обороной.

«Не пущу зверя ни в окно, ни в двери», — повторял он, выполняя поручения, а в это время процессия из трех нюфиков двинулась навстречу вражеской силе. С Уахом пошли Вал и Салал. Белелу брать не стали: не девчачье это дело — переговоры вести. Они прихватили с собой порошок на всякий пожарный и через некоторое время столкнулись с войском пня.

Пень гордо остановился вместе со своими солдатами. Коряги пружинили на ногах-ветках, готовые в любую секунду кинуться; лягушки и змеи зеленым пятном сгрудились с левой стороны хозяина, справа скалились лисицы. По всему телу пня расположились слизняки, сохраняя ему влагу. Над головой странного войска стоял гул серой тучи из комаров.

— Приветствуем вас, — начал Уах. — С чем пожаловали? Или вы мимоходом?

Пень молчал. Он не ожидал такой наглости. Он думал, что все в страхе будут бежать от одного только вида его войска и будут ждать своей участи, ведь даже природа не смела шептать в его присутствии. Выдержав паузу, Уах продолжил:

— Я волшебник Уах, главный в этой стране. Это мои друзья, Вал и Салал. А кто, позвольте поинтересоваться, вы?

— Кто я? — захлебнулся от злости пень. — Кто я?! Я тот, от кого вам не спрятаться. Не схорониться нигде. Я везде вас достану и уничтожу!

— Не бей в чужие ворота плетью — не ударили бы в твои дубиной, — одернул его Уах. — Зачем же так? Что мы вам такого сделали? За что такая немилость? Мы к вам с добром, а вы — с тумаком!

— Живи, колотило, за рекою, а к нам ни ногою, — поддержал волшебника Вал.

— Я, я, я?! Смеетесь надо мной? Веками гнил в болоте. Спиленный, униженный. Ранее красивый дуб с чудесными кудрями листвы, сейчас же монстр. Наступило время возврата долгов. Взять их немедля! — закричал пень и ударил самым толстым корнем о землю.

Вся бешеная ватага бросилась на нюфиков. Но схватить никого не удалось. Нюфики просто растворились в воздухе. Вал держал порошок наготове и, когда на них кинулись, сделал проход. В нем друзья и спрятались. Уверенный, что наглецов растоптали, пень отдал приказ на штурм замка.

Однажды утром, как обычно, Уах вышел на балкон своей комнаты в замке и с удовольствием потянулся. Казалось, это утро ничем не отличается от тысячи других, за исключением одной детали — кругом было тихо как никогда. Не было слышно радостного щебетания воробьев, радующихся первым лучам восходящего солнца. Не было завораживающей трели соловья и стрекотания кузнечиков. Молчал и лес со всеми своими подопечными.

— Где же вы, воробьягодки? — зевнул Уах. Воробьягодками он называл воробьев, ведь, когда они на кустарнике, походят на необычные плоды на ветках. — Почему вы не радуете меня своим чириканьем? Не оглох ли я?

А в ответ тишина, только присутствовал новый, необычный звук — зловещее шуршание надвигающейся беды. Уах посмотрел в сторону, откуда доносилась угроза, и увидел на горизонте целое войско, которое ползло, шло и прыгало, приближаясь к замку. В завершение всего полз уродливый пень, тормозя всю процессию своей неуклюжестью. Что это за невиданная сила, он мог только догадываться, и ему стало жутко. В энциклопедии он читал о войнах, и это шествие как раз и напоминало начало войны. Он кинулся вон из комнаты с бешеным криком:

— Жители славного города! На нас надвигается нечто! Все к воротам замка! Хватайте всё, что попадет под руки! Берите тяжелое и острое! Нужно защищаться, «в бой идти — волос не жалеть»!

Он бегал по замку и будил всех. Хотя замок снаружи и выглядел почти как на картинке, отличаясь только узорами и цветом, изнутри он больше походил на термитник. Как устроен замок, они не знали, и строили так, как им было удобно.

Домики всевозможных форм и цветов крепились к стенам в несколько этажей. Были постройки и у подножия. Появились у них и магазинчики, и мастерские. Много ремесел пришлось им осваивать, многому научиться, и сейчас это может всё рухнуть в одночасье. Приближалось первое сражение в их жизни.

— Воевать мы не умеем, — тараторили нюфики. — Мы никогда не сражались, только читали про это. Что нам делать? Сковорода пойдет для обороны? А мой скребок? Я лопату принес.

— Тише, тише, — пытался говорить Уах без паники в голосе. — Они еще далеко, мы можем подготовиться. Мы и строить раньше не умели, а вон какие хоромы отстроили. «Не боги горшки обжигают». И тут осилим. Первым делом нужно завалить вход.

— А если они прорвутся, что с нами будет? — не утихали жители.

— Мы не должны этого допустить. А может, не всё так плохо? Может, они с миром идут? «Не во всякой туче гром», и мы зря волнуемся. Я пойду им навстречу и всё узнаю, — решил Уах.

— Я пойду с тобой, — вызвалась Белела. — Всё-таки я твоя помощница.

В конце концов поручили мастеру Чу заняться обороной.

«Не пущу зверя ни в окно, ни в двери», — повторял он, выполняя поручения, а в это время процессия из трех нюфиков двинулась навстречу вражеской силе. С Уахом пошли Вал и Салал. Белелу брать не стали: не девчачье это дело — переговоры вести. Они прихватили с собой порошок на всякий пожарный и через некоторое время столкнулись с войском пня.

Пень гордо остановился вместе со своими солдатами. Коряги пружинили на ногах-ветках, готовые в любую секунду кинуться; лягушки и змеи зеленым пятном сгрудились с левой стороны хозяина, справа скалились лисицы. По всему телу пня расположились слизняки, сохраняя ему влагу. Над головой странного войска стоял гул серой тучи из комаров.

— Приветствуем вас, — начал Уах. — С чем пожаловали? Или вы мимоходом?

Пень молчал. Он не ожидал такой наглости. Он думал, что все в страхе будут бежать от одного только вида его войска и будут ждать своей участи, ведь даже природа не смела шептать в его присутствии. Выдержав паузу, Уах продолжил:

— Я волшебник Уах, главный в этой стране. Это мои друзья, Вал и Салал. А кто, позвольте поинтересоваться, вы?

— Кто я? — захлебнулся от злости пень. — Кто я?! Я тот, от кого вам не спрятаться. Не схорониться нигде. Я везде вас достану и уничтожу!

— Не бей в чужие ворота плетью — не ударили бы в твои дубиной, — одернул его Уах. — Зачем же так? Что мы вам такого сделали? За что такая немилость? Мы к вам с добром, а вы — с тумаком!

— Живи, колотило, за рекою, а к нам ни ногою, — поддержал волшебника Вал.

— Я, я, я?! Смеетесь надо мной? Веками гнил в болоте. Спиленный, униженный. Ранее красивый дуб с чудесными кудрями листвы, сейчас же монстр. Наступило время возврата долгов. Взять их немедля! — закричал пень и ударил самым толстым корнем о землю.

Вся бешеная ватага бросилась на нюфиков. Но схватить никого не удалось. Нюфики просто растворились в воздухе. Вал держал порошок наготове и, когда на них кинулись, сделал проход. В нем друзья и спрятались. Уверенный, что наглецов растоптали, пень отдал приказ на штурм замка.

Глава 17. Неладно скроен, да крепко сшит

Первыми достигли стен замка комары. Пискливый оркестр набросился на мирных жителей. Нюфики стали отмахиваться от них тем, что было в руках. Сковородки и швабры, веники и скалки обрушились на летучее войско. Ворота не успели до конца забаррикадировать, и в оставшиеся щели полезли змеи и ящерицы; жабы и лягушки протискивали свои скользкие тела.

Через некоторое время подтянулись и коряги. Своими жесткими крюками-руками стали разбирать баррикады. Жители в панике носились среди непрошеных гостей и лупили их направо и налево. Змеи и ящерицы старались вцепиться в ноги и в руки, комары залепляли лица. Только от лягушек и жаб толку немного, если не считать слизь, на которой поскальзывались и падали бедные жители. Змеи тут же их скручивали по рукам и ногам, как крепкой веревкой, своими телами — хорошо, ядовитых змей в этой стране не водится.

Чу и еще несколько самых отважных поднялись на верхние этажи и с балконов стали кидать в нападающих за стеной всё, что попадет под руки. Если бы немного колдовства на помощь... Но волшебного порошка почти не осталось: всё ушло на стройку, а новую партию можно было сварить только тогда, когда подрастут нужные травы.

Вдруг из леса выскочили брюки — те, что оживил волшебник. Издав победоносный клич, они стали носиться перед стенами замка. Брюки бегали и махали карманами, как неоперенными крылышками цыплята. Лисицы, лая и рыча, кинулись на них. Брюки кинулись наутек. Лисицы старались вцепиться клыками за штанины, но враг был не по зубам. Крепкая ткань не давалась, да и ловкости им не занимать: они долгое время прожили в лесу. Протрубив, брюки ринулись в лес, где они и исчезли вместе с лисами. Долго еще был слышен лай, пока не стих вдали. За вольной птичкой в поле не нагоняешься.

— Уничтожьте всё вокруг! — кричал пень. — Разберите всё по камушкам, разметайте всё по полям, распылите всё по лесам! Никого не жалейте!

Крича и пуская пену из влажного рта-щели, пень наконец-то добрался до главных ворот. Хотя скорости у него как у черепахи, но силы ему не занимать. Со всего духа он ударил по баррикаде самым мощным своим корнем. Баррикада дрогнула, но устояла. Тогда во второй раз он обрушил два корня одновременно. Баррикада пошатнулась, обнажив шире проход. В третий раз он уже три корня пустил в дело, и баррикада сдалась.

Сильный грохот разнёсся по воздуху и затих где-то вдали. Отразился о скалу и отозвался эхом. В образовавшийся проход ринулся пень со всей своей скоростью, на которую был способен.

Уах, Вал и Салал появились из воздуха и увидели, как пень, разрушив преграду, пополз в замок. Недолго думая, они кинулись на помощь. Вдруг неизвестная сила подняла пень и откинула его далеко от городских стен в поле, чуть было не придавив троицу.

Поднялась пыль, и пень заскрипел от злости — его разрывало от досады. Долго гадать не пришлось, что это выбросило его вон. Дымка разошлась, и все увидели, как медведь отважно кинулся на противника. Комары ему нипочём, да и укусов змей он не боялся — все-таки он плюшевый. Роста он был огромного: Чу вернул ему размер.

— Обижать Белелу?! — рычал мишка. — Не позволю! Кто бы ты ни был, тебе не поздоровится! «Не балуйся с медведем — задавит».

Завязалась борьба. Мишка и пень катались по поле. Три друга, наблюдающие бой неподалеку, уже праздновали победу, когда у плюшевой игрушки лопнул шов и показалась вата. Враг тут же запустил туда корни и разорвал медведя пополам. Ткань, кусочки ниток и набивка рассыпались по траве. Голова откатилась в сторону и прошептала, что не даст никому Белелу обижать, глубоко вздохнула и затихла.

Пень тяжело дышал. Сильно потрепал его мишка. Два корня было сломано, и рот стал немного шире, треснув ещё сильнее. Силы иссякли, и он пополз к озеру, расположенному с правой стороны замка. Опустился на самое дно и затих, набираясь силы. Всё его войско, увидев отступление хозяина, устремилось кто к лесу, а кто к озеру. Уах и его спутники вернулись в замок. Предстояла трудная ночь.

Глава 18. На каждую силу найдется большая сила

— Не взявшись за топор, избы не срубишь, — начал речь волшебник перед толпой на площади. — У нас нет опыта в сражениях, и это правда. А мы умели строить? Нет, не умели. Ещё совсем недавно как мы жили — и чего достигли сейчас! Лиха беда начало, а там близок и конец. Общими усилиями мы победим. Вот увидите!

Жители поёжились, вспоминая утренний бой. В глазах светилась неуверенность: — Нам нужно ноги в руки и в горы. Укрыться там и спрятаться. У них силища вон какая, а у нас? Только медвежонок сильный был, и тот канул в Лету…

— Медвежонка мы уже принесли. Белела его зашивает. К утру будет как новенький. Сверху, на стенах, уже дежурят самые крепкие из нас. К ним нужно камней натаскать. У меня немного порошка осталось — мало, конечно, но и на ворота хватит, и на воинов. С пустыми руками встречать не будем!

— Каких воинов? — недоверчиво спросили жители. — Где их взять? Не бывать сосновой шишке на рябине.

— Где? Есть одна идейка, — загадочно прищурился Уах. — Если всё получится, то… и шишка на рябине вырастет, если проявить смекалку. Да, ещё. Кто там с воробьягодками в дружбе? За комаром не с топором. Поговорите с ними, пусть займутся летучей армией. И у них пир, и у нас мир. Пальцы по одному слабы, а вместе — кулак. Если слаженно да всем вместе — всё нам нипочём. За дело, друзья! Чу, ты остаёшься главным. Держи немного порошка, установи крепкие, непробиваемые ворота, а я с Валом и Баралом — за солдатами.

К утру было всё готово. На сторожевые башни натаскали камней для обороны. Укрепили стены. Вставили тяжёлые каменные ворота, которые открывались сложной системой рычагов. Но самую ответственную работу провёл Уах с помощниками. Они прокрались в магазин людей и утащили восемь штук плюшевых игрушек: четырёх медвежат, львёнка, пуделя и двух зайцев.

После игрушки оживили и поставили у стен для охраны. Лучших воинов не найти: не пьют, не едят, а силы на десятерых хватит. Вооружили их дубинками, а на головы надели подобие шлемов.

— Не игрушки, а богатыри, одним словом! — восхитилась Белела. Своего мишку она заштопала, и он тоже пошёл в дозор.

У пня ни одного шанса на победу не осталось. Он это понял сразу же, когда со своим войском подошёл к замку. Но попытка не пытка, и он решил рискнуть.

— В атаку! Вперёд! — он указал чуть ли не всеми корнями на замок.

Не успели они опомниться, как откуда ни возьмись на комаров налетела стая воробьев — воробьягодок. Кровососы кинулись врассыпную, но от быстрых птиц спасения нет. Лягушки, змеи и ящерицы не торопились в бой, не зная, кого бояться: пня или гигантов, надвигающихся на них. Плюшевые игрушки огромной силой навалились на врага, хватая и швыряя коряги направо и налево. Лисицы, это видя, поджали хвосты и кинулись наутек.

Пень в бешенстве брызгал болотной жижей изо рта и скрипел: — Куда?! Черви! Я вас уничтожу! Я сказал — в бой! Не жалеть живота!

Но его никто не слушал. Войско было подавлено. Со стен замка раздался оглушительный крик: «УРА!». Это жители праздновали победу. Обнимаясь, тряся друг друга за щеки, они прыгали и смеялись. Радости не было предела. Пню ничего не оставалось, как ретироваться обратно в болото. Путь был неблизкий; поверженный и униженный, он пополз, злобно шипя. Остатки его войска оставили хозяина позади и скрылись на горизонте.

Глава 19. Много у лихого силы, да воли ему нет

Бурлит болото. Пыхтит, пускает струйки пара из-под кочек. Злость разрывает столетнюю древесину пня. Стонет он. Не может найти себе утешения. Всех подданных разогнал и скулит себе один, сам на себя зол и на всё, что существует.

Слышал он от пиявки, как славно поживают нюфики, и про волшебный порошок слышал. И то, что неприступен стал замок, он знал, и это еще больше покрывало его глаза кровавой пеленой, и еще пуще он скрипит зубами, сметая корнями кочки и баламутя трясину. — О, если бы у меня был порошок! Хоть немножко. Я бы им показал, ох, я бы их уничтожил, — стонал он. — О силы зла, помогите вашему преданному слуге!

С этими словами он посмотрел в небо с мольбой в глазах, как тут заметил порванный мешок, висящий на сгнившем дереве у него над головой. Сразу догадался он, что это за мешок. Легенда о том, как вся природа ожила, ходила из уст в уста. Слышал и он о ней.

— Вы услышали меня! Благодарю вас! — крикнул он небу и заставил ловкую корягу снять и принести ему мешковину.

«Посмотрим, остался ли тут порошок, — подумал пень. — Теперь вы попляшете. Да здесь хороший склад в углу! Нужно использовать порошок с умом. Всё рассчитать, всё просчитать».

С большим трудом он собрал всех разбежавшихся вокруг себя и дал им задание скручивать коряги друг с другом, скреплять их гибкими размокшими ветками. Паукам приказал оплетать сверху всё крепкой паутиной, создавая подобие кожи на рождающемся монстре. Решил Пень создать огромного воина, оживить его и снова напасть на лупоглазиков. С такой силой не справиться ненавистным нюфикам. Работа долгая и кропотливая, но по капле можно и море накапать.

А в это время нюфики продолжали жить мирной жизнью. Наученные горьким опытом, они продолжали заниматься укреплением замка. Вырыли вокруг глубокий ров. Построили вторую линию обороны — крепкий забор со встроенными башнями для размещения дозорных. Но долгое время длился мир, сменились поколения, и нюфики потихоньку забыли об угрозе, которая зреет в непроходимых топях.

Прошло много лет, пока создавался монстр. Для дерева по-другому бежит время — да и что такое время для векового дуба?

Монстр готов, и он не дает спокойной жизни лупоглазикам. Требуются воины, и нюфики возобновили походы за плюшевыми игрушками в наш мир, но магазин игрушек давно закрылся. Только два раза они попадали в комнаты к детям, где можно найти плюшевых героев, и вот в третий раз им повезло снова: они попали в комнату Владика.

Помните, как два отважных нюфика утащили плюшевого зайца из нашего мира? За ними погнался Владик, чтобы вернуть свою игрушку. И вот он стоит, словно великан, с изумлением осматривая сказочный мир, а внизу, возле ног, бегают маленькие человечки и ругаются. Вот с этого места и продолжу свой рассказ.

— Вот-вот, — пробубнила улитка и спряталась в домик на спине. А мы с вами будем и дальше слушать эту удивительную историю.

В следующей главе вернемся в наше время, когда Влад стоял великаном. не пропустите.

Глава 20. Хорошо полететь, да было бы где сесть.

— Нужно срочно его уменьшить! — кричал Валал. — И домой ему пора, к маме с папой, мошки носят сережки. А иначе он всех тут перетопчет.

— Так, что стоишь? Беги скорее за порошком, — сказал Елел.

— Вот ты сам и беги, Елел, кошки — мягкие ножки. Только осторожно: одна тропинка осталась, кругом коряги. А я больше свои ноги напрягать не намерен. За мастером уже сбегал, хватит. Толку вот только мало. А во всём ты виноват. Всё — твоя безответственность.

— Если хочешь знать, моя безответственность очень даже ответственная. И вообще, скажи спасибо, что живой остался. Вот так делай добро — ни спасибо тебе, ни пожалуйста. Ладно, ждите здесь. Не уходите. Я мигом. Одна нога здесь, другая там, — с этими словами он скрылся в кустах.

А через мгновение ветви раздвинулись, и оттуда выскочил Елел:

— А вот и я!

— Ты так быстро? — удивился Чучу. — И порошок с тобой?

— Он же не луч света, так быстро обернуться, — сказал Валал. — Забыл что-то? Или идти передумал?

— Не то и не другое. Уф. Вот, она была неподалеку, прошу миловать.

Из кустов появилась голова Белы, внучки Белелы, с вытянутым от удивления лицом. Она ожидала всего что угодно, только не встретить великана.

— Вот это да! — воскликнула она. — Вы зачем человека притащили? Это же запрещено. Табу! А если он наделает разных бед, кто будет отвечать?

— Да не виноватые мы, — начал Елел и рассказал всю историю.

— Совсем головой тронулся, руки не для скуки, — возмутился Валал. — Ты зачем побежал? Правильно — за порошком, а не за девчонкой, чтобы потом ей басни травить!

— Не видать нам порошка, как и собственного замка, — вздохнул Елел.

— Как это не видать? Ты о чём?

— Спросите её.

— Я собирала землянику, — начала рассказ Бела. — Здесь ее видимо-невидимо. А когда решила вернуться, последняя тропинка пропала. Чудище ее нашел, все вокруг вытоптал, нагнал свору своих слуг, кругом все… эх, слов не подобрать. Короче, не видать нам родины как своих ушей. На чужой сторонушке рад своей воронушке.

— Как затылка не видать, — поддакнул Елел. — И спины. Она шла в нашу сторону и сказала, что дороги назад нет. Вот мы и здесь. А с чудищем бороться — увольте, себя погубить и дело не сделать.

— И что теперь? — спросил Валал. — Отдать врагу поле — большое горе.

— Что, что. Нужно обдумать, — сказал Чучу. — У тебя порошок остался, Бела?

— Есть немного. А что?

— Отдай его Елелу. Пусть уменьшит мальчика. Хотя бы его домой вернем, а потом что-нибудь придумаем.

— Неужели совсем дороги нет? Может, все-таки проберемся? У своего гнезда и ворона бьет орла.

— Совсем нет. Все в тине и поганках, и коряги рыщут, как голодные волки. Одной удали мало, чтобы пройти через них. Верная гибель.

— Не надо великана уменьшать, — сказала Бела. — Я сделаю его легче воздуха.

— Вот именно! — подхватил Чучу. — Мы его сделаем невесомым. Ветер попутный, — сказал Чучу, вытянув палец кверху. — Я читал про воздушные шары, на которых летают люди. Вот и мы полетим.

— Прямо на нем?

— Как на огромной птице. Прямо домой. А по прилете я восстановлю вес мальчику, мы и приземлимся, — сказал Чучу.

Сказано — сделано. Чучу, Валал, Бела и Елел рассказали свой замысел Владику. Идея ему понравилась. Он всегда хотел летать. А кто бы не хотел?

«Вот было бы здорово взмахнуть руками, как крыльями, и взмыть в небеса», — бывало, думал он, глядя на улицу из окна своей комнаты. Квартира у него была на 12-м этаже, и он частенько смотрел вдаль, выискивая одинокие самолеты, прячущиеся в дымке облаков. Да и во сне он часто летал, на что мама говорила, что это он растет. И сейчас его мечта может исполниться — пусть не навсегда, пусть на миг, на самый счастливый миг в его жизни.

Когда всё было готово и все лупоглазики расположились на плечах Влада, крепко-накрепко связав себя одной веревкой, конец которой прикрепили к петле в воротнике для безопасности, Бела дунула на мальчика, и он взмыл вверх. Тело его приняло горизонтальное положение, и, подхваченный ветром, он полетел.

— Ой-ой-ой! Кажется, мой зад легче, чем всё остальное! — закричал Влад, взмахивая руками, как крыльями. Но когда, покачиваясь, он поймал равновесие, успокоился и вскрикнул: — Я лечу! Это точно, наверное, сон. Какой яркий и веселый! Эй-е-ей, эй, там, внизу, звери, птицы, деревья и цветы! Я лечу, как птица!

— Тише, громила, оглушишь! — закричали хором нюфики, затыкая пальцами уши.

Попутный ветерок подхватил компанию, и они полетели в сторону замка. Владик смотрел сверху на игрушечный мир, на проплывающие внизу крохотные поля и леса. Вскоре можно было рассмотреть и черную, погибшую природу, и плюшевую армию, дежурившую у замка.

Глава 21. Быть бы худу, да подкрасила встреча

В замке началась настоящая давка, когда в облаках разглядели великана. Странная фигура в пижаме, на которой изображены зайчики и мишки с мячиками, огромной тучей надвигалась на город. Жители разбегались кто куда. Закрывали жилища, прятались в подвалах.

— Это проделки болотного чудища! — кричали они. — Беда, беда на наши головы! Прячьтесь скорее, хватайте своих детей и закрывайтесь в домах!

Стража на стенах приготовила колья и катапульты. Они ждали приказа для отражения атаки. — Первое орудие готово. Второе орудие готово… — доложили они командирам.

Чучу и его спутники сверху видели, какое они произвели впечатление на жителей города, и сами перепугались. Стены замка ощетинились, как дикобраз, в любую секунду готовые открыть огонь. Валал первый сообразил, что нужно делать, — он наклонился к уху Влада и сказал:

— Я тебе буду говорить, а ты будешь повторять. А иначе нам несдобровать. Нас сверху не расслышат — сильный уж шум внизу поднялся, — а твой голосок (от грома не спасешься дома) точно услышат. Тяжело его не услышать, только не перестарайся, а иначе еще сильнее всех перепугаешь.

— Хорошо. Я понял. Говори, что я должен передать, только громче, — прошептал Владик-дирижабль.

— Это мы! Я, Валал, Елел, Бела и мастер Чучу с нами, — прогремело сверху. — Мы летим на этом мальчике. То есть на мне. Не пугайтесь и не стреляйте. Он наш добрый гость из мира людей. Сейчас мы опустимся. Успокойтесь!

— Как это может быть? — кричали в ответ лупоглазики. — Здесь какой-то подвох. — Мы сейчас приземлимся, нужен порошок, чтобы человека уменьшить, — крикнул Влад и добавил от себя: — То есть меня нужно уменьшить. Не бойтесь, я заберу своего зайчишку и всё. Больше мне ничего не нужно. Только не стреляйте. Я просто мальчик. Меня зовут Владик…

У входа их встречал весь город. Площадь, пестря разноцветными воротничками, полностью заполнилась — нюфики заняли все свободные места. Лестницы, ведущие к верхним домикам, прогибались от тяжести. Все ликовали, гудели и махали спутникам. Человека они видели впервые. Настоящего человека!

Он, как сказочный летающий великан, вначале спустился с неба, а теперь вот, уменьшенный до размера обычного нюфика, под крики толпы идет по площади. К ним навстречу не без особого труда пробился правитель страны Ух — внук Уаха, сын Аха. Хоть он был и правитель, но не отличался от обычного жителя. Единственное, он решал все важные дела и споры. Отвечал на правах наследника за производство порошка и его распределение, а так он был обычный нюфик, жил в таком же домике, как и у всех, и пользовался теми же благами.

— Вы тут нас всех перепугали, — вместо приветствия начал Ух. — Не могли предупредить вначале, а потом уже налетать тучей? — Я, мы… — начал Елел. — Мы не планировали, загадки — не морковь на грядке, — продолжил Валал. — Да, сейчас дело сделано, — продолжил Чучу, довольно улыбаясь. — Мы здесь на минутку. Вот уменьшили его, теперь можно и назад. Доставим человека в его мир — и всё. Одна загвоздка — до прохода не добраться. Тропы больше нет. Ну, ничего. Поищем в другом месте.

— Там оставлять его в лесу было опасно. Мог всё потоптать, мальчишки-топтыжки, — стал оправдываться Валал. — А тут Бела под руку попалась. Вот мы и решили: на нём как на воздушном шаре да по небу, с попутным ветерком. А как по-другому мимо чудища пробраться? Только по небу и оставалось. Кругом коряги.

— Никому я под руку не попадалась, — обиделась Бела. — А не встретили бы меня? Что тогда? Я своё дело знаю. Сделала его легче — и в путь. — Теперь можно его и назад, — закончил речь Елел.

Ух почесал затылок. Подумал немного. На площади воцарилась тишина: все с жадностью ловили каждое слово путешественников и правителя. Еще раз почесал затылок и сказал: — Что тут сказать? Милости просим!

Площадь опять загудела. Каждый старался потрогать Влада, лучше рассмотреть. Все здоровались и ликовали каждый раз, когда мальчик отвечал на приветствия, и очень удивлялись, когда трясли его за щеки, а он недовольно морщился и отмахивался.

Владик рассматривал замок. Снаружи он был как и полагается сказочному замку, а вот изнутри он выглядел совсем иначе.

Завтра продолжение невероятных приключений Влада

Глава 22. Без обеда не красна беседа.

Дом Уха встретил Владика небольшими комнатами и по-милому незатейливой утварью. Комнат было три. По стенам тянулись полочки с предметами неизвестного назначения. Посредине самой большой комнаты стоял стол, по краям которого располагались стулья различной формы. В углу возле окна был камин — его конструкцию подсмотрели в человеческой книге. Ух расположился на самом большом стуле-троне. Также за стол сели еще несколько старичков-нюфиков. Влада усадили напротив правителя. Тут же из другой комнаты, откуда неслись различные ароматы, выскочила юркая, с огромными глазами девчонка и ловко поставила всем кружки, разлив в них чай.

— Не хочу я чай, где мой зайка? — возмутился мальчик.

— Зачем торопишь события? — сказал Ух. — Подкрепись с дороги, расскажи о себе. Кто ты и откуда? Потом и о твоей игрушке поговорим.

— А что о ней говорить? Моя игрушка — и всё. Давайте ее сюда!

Веселая кухарка поставила на стол пышные бублики, посыпанные сахарной пудрой и с узорами по бокам. От такого пиршества Влад отказаться не смог. Уж сильно аппетитно выглядела выпечка. Он взял бублик и потянул с фырканьем чай. Голос его немного успокоился. — Хорошо. Чай попью, а потом заберу зайчишку — и домой. Скоро утро, а меня нет. Что мама подумает?

— Вот и отлично, — сказал Чучу. — Для друзей — пироги, для врагов — кулаки. За кружкой и разговор складно складывается. Ты пей, пей, а Ух тебе всё расскажет. Не можем мы вернуть тебе зайку.

— Как не можете? А ну-ка… — прервал его Влад.

— Постой. Не гони коней — загонишь. Слушай внимательно. Расскажу всё по порядку, — сказал правитель, немного повысив голос, когда Владик хотел его прервать, и продолжил спокойным тоном:

— Это было давным-давно, ещё только всё начиналось: на наш замок напало болотное чудище со своей армией. Мы бы с тобой сейчас не разговаривали, если бы не плюшевый мишка, который ринулся в бой. Тогда-то и появилась идея собрать армию из игрушек. Чтобы врага бить — нужно силы копить. Жил в то время волшебник Уах — мой дедушка, он и раздобыл плюшевую армию.

Они храбро сражались и прогнали обратно в болото чудище. Все думали: навсегда покинуло их зло. Долго длился мир, и вся эта история превратилась в легенду. Все жили мирно до поры до времени, но напал опять злобный пень нежданно-негаданно. Внезапно напал, по-предательски. Да и войско у него стало куда сильнее, а самое страшное — что с ним явился монстр. Огромный белый монстр! Нет равного по силе ему. Как выдержали стены? Хвала строителям.

Долго боролась с ним плюшевая армия. Мы все силы бросили на поле битвы. Не одолел нас монстр, но и не проиграл. Нашла себе укрытие черная свора в озере, что неподалеку отсюда. Решили взять измором нас. Время от времени выходит монстр из озера и топчет наши посевы, разгоняет наш скот, портит природу. Лягушки и жабы разносят споры поганок. Всё больше комаров и гнуса одолевает нас.

Птицы покидают нажитые места, и если они вообще улетят, то от кровососов несдобровать. Стало чернеть всё вокруг. Начали уходить благородные звери. Туман потянулся с болота. Ещё немного — и всё превратится в непроходимые топи. Послали мы своих воинов прогнать черную силу с озера, но без помощи стен силы у них маловато. Потеряли мы пуделя. Затянули его коряги в озеро. Напитался он водой — отяжелел. Так и сидит в плену у чудовищ.

Остальные еле ноги унесли. Нам очень не хватает помощи. Мы нуждаемся в игрушках, а откуда, с какого хода раздобыл их Уах, мы не знаем. Не осталось свидетелей, да и записи Уаха исчезли после сражения. Вот и прыгаем к вам в мир наугад. Только две игрушки раздобыли: плюшевого мишку в спальне у девочки и твоего зайчишку. Без них нам смерть. Пойми нас. Нам очень они нужны. А сейчас и последняя дорога исчезла, и то место, откуда мы ходили в ваш мир, стало недосягаемо. Нам очень нужны воины. Да и этого мало — будем дальше искать, но не знаем, найдем ли на маленьком клочке уцелевшей суши.

Влад молча выслушал. Поёжился, представив монстра, и сказал полушепотом: — А как же я? Я не смогу попасть домой? — Что-нибудь придумаем. В крайнем случае — по воздуху опять. Только вот нюфики застрянут там, хотя можно бревно облегчить и на нём обратно. Главное — чтобы ветер был попутным. — Но знайте: я не могу уйти отсюда без моего зайки. Он со мной с самого рождения. Он же мой друг, а друзей не бросают.

Глаза мальчика заблестели от влаги, и все поняли, что он вот-вот расплачется. Все наперебой стали его утешать и объяснять, что без игрушек им смерть, а ему ещё купят.

— А если я вам помогу? — заявил сквозь слёзы Владик. — Что, если я избавлю вас от этого чудища? Верните мне рост — я всех их растопчу, как букашек!

— Это не выход. Ты растопчешь не только врагов, но и всё вокруг. Ты, как смерч, всё разрушишь. Конечно, если избавиться от врага, проблемы все исчезнут, можно тогда и зайку тебе вернуть…

— А что же тогда делать? — сказал мальчик.

— Давай-ка для начала проверим тебя на порошок, — неожиданно сказал Чучу, до этого времени молчавший. Он очнулся от раздумий и заметно оживился.

— Возьми-ка немного порошка.

Влад прошёл несколько испытаний, и выходило, что он может исполнять любые чудеса. Или порошок на человека так реагировал, или у Владика был талант, и он обладал той чудесной энергией, которая необходима настоящему волшебнику. Как бы то ни было, но он теперь самый могущественный колдун в стране нюфиков — конечно же, с порошком. Без него он обычный мальчик, как и был. В данный момент, правда, маленький — и уместился бы в чайной ложке.

***

Было время — пень был молодым красивым дубом, радовался каждому лучику солнца, с удовольствием давал приют лесной детворе. Каждое утро ласкался в песне соловья и купался в щебете суетящихся насекомых. Но это всё в прошлом. Сейчас он — злобный пень, ненавидящий солнце, иссушающее его влажную плоть. Туман и сырость — вот его стихия. Но немного осталось, ещё чуть-чуть — и превратится весь лес в болото, покроется влажным туманом, погибнут ненавистные нюфики.

Поднялся пень из глубины озера, расправил свои корни, потянулся. Недовольно поморщился, посмотрев на огненный диск, уже слабо, но всё же пробивающийся через плотную дымку, и подумал: «Недолго осталось тебе сушить мои корни, свети пока, радуйся последним проблескам».

Довольный тем, что даже светило сдается под его натиском, он увидел приближающуюся фигуру и очень удивился. Кто это осмелился явиться сюда без приглашения? Когда фигура довольно близко подошла, пень разглядел в ней неизвестное ему существо, очень похожее на лупоглазика, но всё же не нюфика. В руках он держал плюшевого мишку. Пень шикнул, и свора коряг окружила гостей. Они подвели его к повелителю. Пень пристально и сердито уставился на Владика.

Первым тишину нарушил Влад:

— Доброе утро. Это вы — великий повелитель болот? Я к вам.

— Не боишься, что одним ударом прихлопну тебя, как блоху? — сказал пень.

— А чего мне бояться? Я же за вас. Вот и будущего воина у нюфиков утащил, и к вам принес как знак преданности. Я их так же ненавижу, как и вы — они у меня украли друга. Поэтому я буду воевать на вашей стороне. Я был у них в гостях и много что знаю.

Коряги забрали мишку и отнесли его в озеро.

— Почему игрушка маленькая и не шевелится? — спросил пень. — Что это за солдат? Смешно — мешок с ватой!

Владик объяснил:

— Его еще не оживили и не восстановили рост, поэтому он и не живой, но к вечеру обязательно бы это сделали. А этот мишка — настоящий исполин — доставил бы вам немало хлопот. А так я его стащил, и нюфики не стали сильнее на одну мишкину силу. И вот я, мальчик, готовый мстить за своего друга нехорошим лупоглазикам!

— Лишние руки не помешают, — согласился пень. — Но если это всё правда, тогда приступай к работе. Для начала с лягушками будешь поганки сажать да тину по полям разбрасывать, а потом поглядим.

— Я на большее способен. Мы, люди, умные, — возразил Владик.

— Умные, говоришь? Ну-ну. И что ты умеешь?

— У вас есть самый сильный воин в мире, а он тратит время на ерунду. Я знаю, что нужно делать. Я покажу, где вначале нужно всё испортить, чтобы врагам несладко пришлось. Останутся без посева, еды не увидят, а с пустым животом — не до войны. Тогда они и сдадутся. Попомнят у меня, как чужое присваивать, попомнят! Я был у них в гостях и всё знаю. Знаю, что важнее всего для них, а что нет. С моей помощью победы не избежать.

— Нравятся мне твои слова, кто бы ты ни был. Да, ты прав: нет равного по силе моему детищу. Долгие годы сплетали пауки ему неуязвимую кожу, долго собирали нужные коряги для его тела слуги. Сломятся эти ничтожества, ослабится оборона — тогда он их всех скрутит, как тряпку, и выжмет из них жизнь, — сказал пень и стал мутить озеро. Он бил корнями по воде. Вода взбурлила, и на поверхности появился монстр. Он медленно вставал, и его вид был так ужасен, что даже пень поежился, не говоря уже о Владике, который потерял дар речи.

Глава 23. Удаль из огня и из воды выносит.

Владик разместился на плече монстра — если, конечно, можно назвать плечом бесформенный вырост. Он уже сто раз пожалел о своем согласии на эту авантюру. Ему было страшно и сыро. Он держался за щепки, пробивающиеся сквозь паутину, и думал, что еще немного — и свалится.

Монстр был молчалив — не то чтобы не хотел разговаривать, просто у него не было рта, но он всё понимал.

— С-с-на-ч-ч-ал-ла, — заикаясь, начал Владик и показал наугад. Он хотел увести монстра как можно дальше от озера, вот и ткнул пальцем в противоположную сторону. — Идем туда, за тот лесок. Сначала уничтожим всё там, потом я скажу, что делать дальше.

Пень приказал монстру слушаться во всём Владика, и он подчинялся безоговорочно. Качаясь, заскрипел и двинулся в путь — мальчик чудом удержался. Со временем освоившись и найдя удобную позицию, чтобы лучше держаться, Влад стал подгонять монстра. Почувствовав себя в безопасности, он не на шутку разошёлся.

— Эге-гей, быстрее, вороной! — кричал он. — Поддай газу, дорогой! Еще немного!

Сопровождающие коряги отстали далеко позади и скрылись из глаз. Влад понял, что коряги их уже не видят, достал порошок и дунул на монстра. Тот зашипел и стал уменьшаться. Миг — и он стал маленьким и совсем не страшным. Владик осторожно взял его в руки и положил в карман.

За всем этим наблюдали почти все жители со стен замка, и, когда монстр исчез, одни из плюшевых воинов подбежали к Владику и доставили его без происшествий к правителю.

Этот план предложил Чучу. Он мастак на разные выдумки. Решили рискнуть и отдали Владику почти весь запас порошка. Влад также взял плюшевого мишку для верности, которого еще не оживили. Решили принести его в жертву, чтобы усыпить бдительность пня, чтобы не было и грамма сомнений в верности слов Владика. На войне хитрость приносит больше пользы, чем сила.

Все, как задумали, получилось. Хотя и был риск. Да еще какой! Кто знал, как поведет себя пень? А если бы он не поверил? Тогда Владу пришлось бы попотеть. Одна надежда оставалась бы на порошок и на импровизацию мальчика. Одно радовало: пень не такой уж и мудрый — он должен был проглотить наживку без труда и не увидеть подвоха. А получилось даже лучше, чем ожидали. Пень поверил и сразу же отправил Владика с главной своей силой на дело.

О таком развитии событий можно было только мечтать. Чудеса случаются даже без волшебного порошка. Главной задачей было нейтрализовать монстра, с чем Владик блестяще справился, а пня и его армию нюфики одолеют без труда.

И вот теперь сидит когда-то могучий монстр из паутины и коряг в клетке для птицы и ждет своей участи.

Глава 24. Кто доброе творит, тому зло не вредит.

Лютует, пыхтит пень. Поднимает клубы пены из озера. Злость разрывает его древесину. От бессилия он сходит с ума. Грозный рык разносится по окрестностям. Остался он без могучего своего воина — не одолеть теперь непокорный народ. Коряги в панике зарываются в ил, а все ползучие и прыгающие земноводные скрылись кто куда.

В атаку пошли нюфики под прикрытием плюшевого войска, среди которого был и зайчик Владика, одетый в доспехи, как полагается, с тяжелой дубинкой на плече. Из тумана они выплыли как сказочные исполины, окружили озеро, отрезали путь к отступлению. Как в капкане, мечется пень, брызгает болотной жижей. Даже мокрицы и слизняки покинули его. В воздухе летают воробьягодки — разметали они кровососов. Не осталось ни одного воина у пня. Выполз пень на берег, готовый принять последний бой. Кинулись на него плюшевые звери, скрутили ему корни, придавили его к земле.

Подошел к пню Владик. Доверили ему старейшины вершить судьбу его. Как решит Влад поступить со злодеем — так и будет. Достал Владик горсть порошка и дунул на него. Заструились миллиарды искорок по телу поверженного врага.

Закричал он в панике:

— Что вы со мной делаете?!

Крик его разнесся над лесом, достигнув гор, вернулся стократным эхом.

Вспыхнула столетняя древесина, треснула кора. На мгновение всех ослепило. Когда же зрение вернулось, все увидели, что исчез пень, а на его месте стоит красивый дуб. Бронзой отливает у него кора, листья полыхают перламутром, прекрасная музыка летнего ветерка заиграла в его ветвях.

Владик, довольный, улыбнулся. Вернул он молодость дубу, залил добро в его тело. Не мщением прекрасен человек, а великодушием. Много радостей принесет великое дерево всем тем, кто будет жить в его кроне. Опять будут собирать желуди кабаны и белочки. Волна доброты и света залила долину, развеяла она туман. С шумом он отступил и завис навсегда в непроходимых топях.

P. S

Солнечный лучик щекотал нос Владика. Он приоткрыл глаза и удобнее подмял под себя подушку. «Какой необычный сон, — подумал он. — Как будто всё происходило на самом деле».

Вставать он не хотел, а продолжал нежиться в постели. Вдруг услышал шорох. — Кто здесь? Мама, это ты? — спросил он, но в ответ не услышал ни звука. Тогда он приподнял голову и посмотрел на зайчика, который, как и всегда, сидел на кресле.

Неожиданно зайчик зевнул и потянулся:

— С добрым утром, хозяин!

Глава 24. Кто доброе творит, тому зло не вредит.

Лютует, пыхтит пень. Поднимает клубы пены из озера. Злость разрывает его древесину. От бессилия он сходит с ума. Грозный рык разносится по окрестностям. Остался он без могучего своего воина — не одолеть теперь непокорный народ. Коряги в панике зарываются в ил, а все ползучие и прыгающие земноводные скрылись кто куда.

В атаку пошли нюфики под прикрытием плюшевого войска, среди которого был и зайчик Владика, одетый в доспехи, как полагается, с тяжелой дубинкой на плече. Из тумана они выплыли как сказочные исполины, окружили озеро, отрезали путь к отступлению. Как в капкане, мечется пень, брызгает болотной жижей. Даже мокрицы и слизняки покинули его. В воздухе летают воробьягодки — разметали они кровососов. Не осталось ни одного воина у пня. Выполз пень на берег, готовый принять последний бой. Кинулись на него плюшевые звери, скрутили ему корни, придавили его к земле.

Подошел к пню Владик. Доверили ему старейшины вершить судьбу его. Как решит Влад поступить со злодеем — так и будет. Достал Владик горсть порошка и дунул на него. Заструились миллиарды искорок по телу поверженного врага.

Закричал он в панике:

— Что вы со мной делаете?!

Крик его разнесся над лесом, достигнув гор, вернулся стократным эхом.

Вспыхнула столетняя древесина, треснула кора. На мгновение всех ослепило. Когда же зрение вернулось, все увидели, что исчез пень, а на его месте стоит красивый дуб. Бронзой отливает у него кора, листья полыхают перламутром, прекрасная музыка летнего ветерка заиграла в его ветвях.

Владик, довольный, улыбнулся. Вернул он молодость дубу, залил добро в его тело. Не мщением прекрасен человек, а великодушием. Много радостей принесет великое дерево всем тем, кто будет жить в его кроне. Опять будут собирать желуди кабаны и белочки. Волна доброты и света залила долину, развеяла она туман. С шумом он отступил и завис навсегда в непроходимых топях.

P. S

Солнечный лучик щекотал нос Владика. Он приоткрыл глаза и удобнее подмял под себя подушку. «Какой необычный сон, — подумал он. — Как будто всё происходило на самом деле».

Вставать он не хотел, а продолжал нежиться в постели. Вдруг услышал шорох. — Кто здесь? Мама, это ты? — спросил он, но в ответ не услышал ни звука. Тогда он приподнял голову и посмотрел на зайчика, который, как и всегда, сидел на кресле.

Неожиданно зайчик зевнул и потянулся:

— С добрым утром, хозяин!

Ну что, вот и закончилась наша сказка. Надеюсь, вам понравилось!

Но вы не теряйтесь, потому что я уже пишу продолжение. Это будет целая новая книга о приключениях Влада и Зайки в нашем мире. Скажу по секрету: сюжет там закрутится серьёзный, Зайку даже похитят настоящие грабители, так что приключений и опасностей хватит с головой!

Планирую всё дописать и начать выкладывать где-то через месяц-два. А чтобы вам не было скучно ждать, держите в подарок самую первую главу из новой книги. Там Зайка как раз учит Влада одному крутому секрету.

Приятного чтения и до встречи в продолжении!