Ведьмы

Глава 1

Ведьмы существуют!

Ведьмы — они есть. Каждый день на протяжении сотен и тысяч лет ведьмы наблюдают за людьми, за их детьми и помышляют очень опасные дела. Говорят, ведьмы живут больше трёхсот лет. Все кто видел их, помалкивают об этом, чтобы проклятие не достигло их и не убило.

Раньше ведьм сжигали на кострах, но в наше время они живут себе тихо и не высовывают голову. Раньше люди верили в ведьм и находили их, сейчас же наоборот, ведьм не может существовать — магия, это вымысел. Волшебства нет. Так думал и я. Читал о них в книгах, страшился, трясся, но мама всегда говорила мне, что это выдумки писателей. И я успокоился. Мне тогда было восемь.

Всё началось тогда…

Мы с другом Леонардом гуляли у поляны, били медвежьи грибы, искали ягоды, залазили на деревья и играли в прятки. Был прекрасный солнечный день. В тот день мой друг пропал бесследно. Все конечно же думали, что он спрятался где-то, и упал в воду, или его растерзали волки. В это поверил и я, но спустя десять лет, мне удосужилось встретить его в кафе, в сотнях милях от моего дома. Он предпочёл не узнать меня, сказал, что я ошибся, и вышел вон. Сел в машину и скрылся в стороне леса.

Придя домой, я не мог поверить своим глазам. Он жив. Мой лучший друг. И не узнаёт меня. Был бы это другой человек, я бы и не придал этому значения, но я прекрасно помню шрам у глаза и родинку на голове, шрам я сам сделал ему палкой, когда дрались на импровизированных мечах. Без всяких сомнений — это был Леонард.

В следующий раз, когда я увидел его, он сидел на скамейке в парке и разговаривал с маленьким мальчиком. Он вытягивал руку с конфетой. Мальчик радовался и улыбаясь уходил прочь, вслед мальчику, улыбался и Леонард. Что он задумал? Я решил за этим проследить. Жирный мальчик оглядывался и махал руками.

Ветер обдувал мои волосы сзади, Леонардо раздул ноздри, и с лица сползла улыбка — встал, закрыл нос и убежал за здание через дорогу. Когда я достиг противоположной стороны, его уже не было. Но на следующий день мальчик пришёл на ту же лавочку снова. На этот раз он пошёл за Леонардо, туда же, куда он уходил вчера один. Он следовал тихо, ступал медленно. Всё время о чём-то раскрашивал и улыбался.

Когда я нагнал их, увидел, как они зашли в подвал и исчезли. Я мигом зашёл следом, но ничего кроме грязи, кошек и крыс тут и не водилось. Несомненно, это была магия перемещения. Они попали в какой-то другой мир.

В следующий раз, прошла неделя, прежде чем я увидел Леонардо в кафе у моего дома. Увидев меня, он встал и начал убегать, но я сразу же почувствовал неладное, схватил его за руку и остановил. Он фыркнул на меня, дёрнул рукав, и захлопнув дверь направился к старой машине, марки «форд» или «фиат». Но до машины не добежал. По-моему он меня тоже узнал. Глаза его на лоб полезли, когда увидел меня.

— Леонард! — закричал я, на улице даже собаки обернулись посмотреть, кто кричал.

— Тише! — шепнул он, подошёл ко мне и попросил замолчать. Не могу поверить.

— Это ты?

— Да, это я, только потише, прошу тебя, нас могут услышать, — сказал он, и начал оглядываться, смотреть в углы, поднимать глаза высоко вверх, разглядывать ботинки и грязь под ними.

— Что с тобой? Леонард… я думал тебя нет, все так думали! Твоя мама, она…

— Да тише ты, — он схватил меня за руки и предложил сесть в машину, мы сели, и пол дороги не разговаривали, пока он не повернул на проселочную дорогу и не съехал на обочину, — думаю, здесь безопасно, — сказал он, — здесь нас никто не услышит.

— О чём это ты? Леонард, объясни мне, что происходит?

Он обнял меня, и заплакал.

— Майк, прости меня. Я хотел с тобой связаться, правда, объяснить всё, но это было опасно, они могли тебя забрать. Они могли навредить твоей и моей маме, если я заговорю и убегу от них. Они обещали убить всех моих близких, если я попытаюсь убежать.

— Кто они?

— Ведьмы, — Леонард вытер слёзы рукавом, и открыл бардачок, вынул оттуда сверток и дал мне, — Разверни и ты всё поймёшь.

Внутри была куриная лапка. Я ничего не понял. Но Леонардо схватил лапку и кинул за дверь машины. Тотчас впереди образовалась светлая, солнечная поляна, с огромным домом посередине, и роскошным дубом с качелями. Рядом пасся единорог, а на маленькой ферме, что неподалеку от того дерева, бегали кролики. Леонард завёл двигатель и мы вошли внутрь. За нами закрылся портал.

— Это мир ведьм, — шепнул он, и вышел из машины.

— Я знал! Я знал, что ведьмы существуют!

— Это мой новый дом. Все другие ведьмы отправились в отпуск в другую страну, сейчас я один. У нас мало времени. Нужно поспешить.

— Но как?

— Всё началось, когда… — начал Леонард, — Помнишь, как мы играли в прятки? В тот день, когда я прятался за деревом, ко мне подошла милая девушка и протянула конфету. Живот у меня урчал, а конфеты, сам понимаешь, дети очень любят. Взял. Съел. Дальше, всё что я помню, как это сижу здесь, на стуле, а вокруг меня бегают они.

— Кто они?

— Ведьмы, Майк, я же говорил — ведьмы. Он хотели сунуть меня в печь и зажарить, съесть на ужин, но я был очень худым. «Одни кожа и кости» — говорила одна из них, другая кивала, что я не гожусь и на закуску. Потому они оставили меня здесь, чтобы я убирал кости жирных детей, которых не нужно было подкармливать. С тех пор прошло всего от силы две недели.

— Прошло десять лет, Леонард.

— Уже… Как же время летит быстро. Но ты не понимаешь. Посмотри на часы, они остановились.

Я посмотрел на часы висевшие на стене. Они не сделали ни одного удара, пока мы говорили, стрелки не сдвинулись ни на миллиметр.

— Здесь нет времени? — удивился я.

— Наоборот, оно идёт в этом мире настолько быстро, что кажется времени и нет вовсе. Вот потому ведьмы и живут так долго. Если они узнают, что ты здесь был, они убьют не только тебя, но и всех, кого ты любишь и знаешь, включая меня. Каждая минута важна, понимаешь.

— Тогда нам нужно быстрее убираться отсюда.

— Мы не можем. Мы должны решить кое-какие вопросы, знаю, у тебя тысяча вопросов, и у меня нет на них ответов, я сам плохо об этом знаю, но уверяю тебя, скоро мы со всем этим покончим, если ты поможешь мне.

— Я помогу, чем смогу. Мы уничтожим это место и всех ведьм, спасём всех детей и их родителей.

— Ох, Майк, если бы всё было так просто. Этот мир один из миллионов. Таких домов много по всей стране, по всему миру. Чтобы победить всех их, нужно уничтожить самую главную, самую старую ведьму среди них.

— Мы сможем, — в моих глазах горели самые сильные огоньки, какие только можно представить. Я мог уничтожить ведьм, которые похищали детей.

— Не торопись, нам нужен план. Без плана мы окажемся на праздничном столе. Если они узнают, что я привёл тебя в тайное убежище и рассказал наши секреты, и, что пытаюсь их уничтожить, то…

— Леонард, я знаю, не волнуйся по этому поводу.

Что-то зашуршало, за окном что-то ударилось. Калитка. Послышались шаги и писклявые, успокаивающие женские голоса.

— Скорее, прячься под печь! — закричал Леонард, и я послушно вполз под него, и закрыл вход шторкой.

В комнату вошли пятеро. Одна из них кинула перчатки на стул, и взвыла.

— Как же хорошо оказаться дома так скоро. Как же хорошо снять эти ужасные перчатки.

Другая села на кресло около печи, и скрестила ноги.

— Ужасная конференция!

— Согласна, столько детей, столько ужасно пахнущих взрослых, всем бы им поотрывать головы, зажарить этих гнусным мальчуганов и девушек в печи! Аргх! — вякнула другая, ставя на стол чемодан.

— Леонардо, какие новости? — гордо подняв голову начала четвёртая, — Что у нас сегодня на ужин? Ты поймал кого-нибудь?

Леонардо затрясся, опустил голову, взглянул на печь, наши взгляды встретились, и он начал.

— Да. Сегодня был хороший улов. Вчера я подкормил жирного мальчика. Он в чулане, ест конфеты и пироги. Такой обжоры я давно не видел.

— Приготовь его к ужину! — закричала пятая, — Мы так голодны! Да поскорее!

— Эмили, ты чуешь? Ты чуешь этот отвратительно вкусный запах?

Старая ведьма протянула нос в сторону печи, встала с дивана и подошла поближе.

— Чую, я чую! Кажется…

— Это не то, что вы подумали, я… — начал Леонард, и закусил нижнюю губу.

— Он мой! — одна из ведьм ринулась к печи, засунула руки в него и… достала кость на которой висела мясо, — вчерашний ужин, вкусная была девочка, толстая, а сколько мяса. Самый вкусный кусок в печи остался.

Она сунула кость в рот и высосала всё мясо с него, и бросила на пол. Кость упала прямо передо мной. Леонардо выдохнул.

— Что ты сказал, Лео? Ты всё ещё здесь? Бегом в чулан и вынеси нам наш ужин! Поживее!

— Нам бы помертвее, — усмехнулась третья ведьма, вынимая из чемодана килограммы конфет, — Посмотрите только, сколько вкусностей я принесла для наших детишек! Они будут рады!

Леонардо мигом шмыгнул в дверь на кухне и полетел в другую комнату — к чулану.

Через минуту у двери стоял толстый, втрое больше самого Леонардо, мальчик. Он держал в объятьях килограммы конфет и оберток от них, по губам катился вишневый джем от пирога, крошки у уголка рта.

— Не отдам! — закричал мальчик, — Он обещал, что это всё мои конфеты! Я не отдам вам мои конфеты!

— О, дамы, посмотрите на него, какой он упитанный. Не бойся мальчик, мы не отберем у тебя конфеты, они все твои. Вот здесь есть ещё, — показывая пакет с разными видами сладостей, — все они твои, и все они будут в тебе. Подойди поближе, мальчик. Как тебя зовут?

— Гойл, — отозвался мальчик, и выронил обертки на пол, джем выполз изо рта и капнул на рубашку, — Меня зовут Гойл. Мне двенадцать!

— Гойл, какое замечательное имя! — ведьмы улыбнулись облизываясь, и потянули свои руки в сторону мальчика, поглаживая его.

— Ну же, возьми конфеты, они все твои, возьми их! — закричала третья ведьма, показывая сладости, — ни в чём себе не отказывай, ешь!

Гойл подошёл поближе, выронил конфеты и потянулся за новыми, ещё более вкусными. Зефир, Сникерс, Мармелад. Он вытер рот рукавом и развернул сникерс, и откусил.

— Это всё мне?

— Конечно тебе.

Леонардо смотрел на мальчика, потом опустил взгляд на меня и еле видимо замотал головой, чтобы я ни в коем случае не вылез из-под печи.

— Гойл, а кем работают твои родители?

— Мама воспитатель в детском саду, а папа инженер на заводе, — ответил мальчик, засовывая в рот очередную порцию шоколада.

— Наверное, они очень рады, что у них такой замечательный мальчик, души в тебе не чают?

— Вот это правда, — захихикал мальчик, — Они любят меня больше всего на свете, больше, чем я шоколад!

— О, Гойл, я рада это слышать, значит они будут рады, если мы накормим тебя конфетами, правда ведь?

— Непременно! Они будут очень довольны, что вы мне помогли! Семья у нас не самая богатая, конфеты мы едим только по праздникам!

— Интересно. У нас сегодня как раз праздник, — зафыркала ведьма, и взяла чемодан и бросила на пол, — сегодня будет настоящий пир!

— Какой праздник? А можно мне остаться с вами?

— Нужно! — заулыбалась старая ведьма, — какой же это праздник без детей, без сладостей! Ты можешь остаться, и съесть столько конфет, сколько уместится в тебе!

— Я остаюсь. Мама против не будет! Только обещайте, что вы не обманет меня и дадите все конфеты, что у вас есть?

— Какой жадный мальчик, — вторая ведьма скривила рожицу, — но такие дети самые упитанные.

— Все они твои, мы же сказали, — ответил старая, и подошла в печи, — Сьюзан, уберись здесь, у нас сегодня праздник как никак.

Сьюзан подошла в печи, что-то чиркнула в воздухе, и произнесла какие-то слова. В печи поднялась пыль, завертелась, распахнулось окно, и зола и прах вылетели через него на улицу — ветер унес их далеко за горизонт. Печь стал чистым, словно никто и не пользовался им никогда.

— Леонард, принеси нам противень, мы будем готовиться. Не терпится испробовать новый деликатес!

Леонардо не проронил ни слова, и вылетел пулей в чулан, где хранились все вещи для подготовки мальчиков на ужин, обед и завтрак. За ним пошла ведьма, Кларисса. Выходя из чулана, Леонард столкнулся с ней. Она фыркнула, и схватила того за руку и предупредила, чтобы он не совал свой нос в чужие дела.

— Может не надо? — взмолился Леонардо, посмотрев на Гойла, — Он ведь всего лишь мальчик, что он может рассказать?

— Не твое собачье дело, выродок! Иди и приготовь его! Накорми его, чтобы он уснул!

Леонардо послушно закивал, сглотнул слюни и побежал на кухню. Ведьмы кружили возле мальчика, как мухи возле сахара, предлагали разные виды шоколада, пряников, мармелад и желатиновых червей.

Через час мальчик лежал на спине, его живот распух, пуговицы повылетали из пиджака и рубашки. Гойл довольно улыбался, еле открывал глаза.

— Ещё конфет, ещё… — и уснул.

— Вот и всё, мои сёстры! Быстро засуньте его в печь! Он готов!

Ведьмы запрыгали от радости. Они вытащили острые пальцы из-под перчаток, с закрученными в спираль ногтями и начали дружно приговаривать заклинание левитации.

Вскоре мальчик влез в печь, зажглись огни, дрова затрещали, чудом образовавшись за минуту до Гойла.

Из труб начал валить дым. Когда противень начал прогреваться Гойл проснулся от того, что начал потеть. Он забарабанил по стенам, но кожа на руках обжигались так сильно, что сползали с костей. Гойл долго кричал, но живот едва ли не упершись до потолка, не давал ему шанса встать, не то что развернуться. Запахло жареным мясом. Гойл был приготовлен. Карамельно-жареный мальчик запекся.

Поужинав, ведьмы встали из-за стола и ушли по своим комнатам на втором этаже.

— Выходи, — заговорил Леонард, убирая большие тарелки со стола, и подметая кости с пола, — Они ещё долго будут спать.

Я вылез. На моих глазах были огромные слёзы. Я видел людоедов. Настоящих ведьм. Они были безжалостны, но так учтивы и добры к Гойлу. Если бы я не был взрослым, я бы сам попался на их уловки.

— И что дальше?

— А дальше, ты уходишь. Мне жаль, что ты увидел это, но…

— Ты же говорил, что они будут через несколько дней!

— Я же говорил тебе, что время здесь летит быстро, в реальном мире уже прошло несколько дней. Теперь ты знаешь, что ведьмы безжалостны, жестоки и коварны, вот почему их нужно уничтожить!

— Ладно, я понял. Покажи мне дорогу, чтобы я убрала отсюда, да поторопись, мне что-то не по себе от этого места.

Леонардо схватил ведро с костями и вышел за мной. Кинул кость на землю, и я вышел к себе в город.

Он кивнул, и сказал, чтобы я держал рот на замке, иначе они найдут меня. Я замолк. Портал закрылся.

Три дня спустя, Лео вернулся и мы встретились в кафе. Он говорил тихо, и не упоминал их имена.

— Если они услышат, сам знаешь какое слово, то непременно учуют тебя и проследят, чтобы ты умер. Так что, больше мы не говорим о них открыто. Нам нельзя рисковать, Майк, мы слишком сильно забрели на их территорию. Если Эмили и остальные узнают о том, что мы замышляем, не видать нам белого света больше никогда.

— Так в чём план?

— План есть, — ответил Леонард, — я узнал, что на следующей неделе будет шабаш, сам знаешь кого, самой главной из них, и мы тоже будем там.

— Но как?

— Не беспокойся, я уже всё продумал. От тебя потребуется лишь одно. Не боятся. Мы проникнем на шабаш в виде официантов. На том собрании будут самые могущественные из них. У нас всего один шанс, чтобы найти и уничтожить главную. Её будут охранять тысячи дитя-едов.

— Но как мы убьём, сам знаешь кого, если там будут другие?

— Об этом позабочусь я.

— Может быть ты скажешь, как?

— Ещё не время.

Леонард встал, огляделся, оставил чаевые, и вышел вон, оставив меня с остывшей чашкой кофе.

Неделя была близка. Всю эту неделю я думал, как ему удастся уничтожить их всех. Я ходил в интернет, но ничего хорошего там не находил. Я ждал. Моё терпение было на исходе. Я пил кофе каждое утро, и не спал днями, чтобы не пропустить визита друга. На четвертый день он явился. Я оглядывался, видел взгляды прохожих и чувствовал, словно за мной следят. Но за это время я не проронил ни слова о ведьмах вслух.

Леонард увидев меня, напрягся. Ему точно не нужен был человек, которому везде мерещились заговоры и лица ведьм. Смотря на детей, которые гуляли с матерями, я думал, что это очередная ведьма заманивает малышей в печь. Я дрожал от страха. Я чуть не вышел из себя и не прирезал одну из матерей.

— Мне не нравится, как ты выглядишь, ты точно готов?

— Как никогда сильно, можешь мне верить. Верить мне можешь, можешь.

— Хорошо, и так, вот наш план, — мы сели на лавочку на парке, и Лео начал говорить.

— Так что там?

Лео достал блокнот и показал чертежи.

— В восемь утра начнётся заготовка для самой главной, и мы должны быть до того, как их подадут на стол.

— Кого подадут?

— Детей, на шабаше будут только готовые блюда из детей. Заменители животных. Так вот, до начала торжества нам нужно попасть на кухню и заменить еду.

— Заменить? На что?

— На мясо старого человека, — Леонардо сглотнул слюни, — Это будет сложно, но возможно. Только смотри, чтобы тебя не раскусили. Всегда кивай на замечания, чтобы тебя не убили. Они, сами знаешь кто, не любят когда кто-то перечит им.

— Но откуда ты возьмёшь старое мясо?

— Об этом я уже позаботился.

— Ты…

— Нет, мясо я взял из морга, так, чтобы никто не заметил и приготовил заранее. Мы замешаем их с мясом детей.

— И как нам это поможет?

— Очень просто, — улыбнулся Лео, — они очень не любят старо мясо, не потому, что оно не вкусное, а потому, что они стареют из-за них. Если они откусят хоть маленький кусочек мяса старого человека, то тотчас сами же постареют и умрут, потеряют свои силы.

— Ты в этом уверен?

— На все сто!

— Но откуда?

— Оттуда, что они так избавлялись от своих врагов из других городов, которые им не нравилось. Я сам видел. А на вопросы почему, они отвечали лишь, что это чистый бизнес.

— Хорошо, — ответил я, — А что дальше?

— Дальше покажет время, те, кто превратится в прах, разлетятся по ветру, а те из них, кто был обращен недавно, станут смертными и потеряют силы. А для них жизнь без волшебства и магии, хуже смерти.

На утро, поспав от силы часов пять, Леонардо проводил меня до дома, где должны были собраться ведьмы, а сам ушёл, чтобы помочь Эмили, Клариссе и остальным, разгрузить их чемоданы. К седьмому часу утра, Леонардо, так как он был прислужником, явился на кухню во все одежде.

— Ну что, ты готов?

— Да.

К полвосьмого, пока мы раскладывали столовые приборы, мясо уже было готово, и ждало своего часа, чтобы оказаться на столе.

К одному из столов, где я работал, подошла ведьма, вся в стразах и пухе, и в шарфе из павлиньих перьев. Она презрительно взглянув начала разговор.

— Я раньше тебя не видела на наших торжествах, из какого ты дома, из какой семьи?

Я не знал, что ей ответить и ляпнул что попало.

— Клайдов.

— А, эта омерзительная семейка полукровок, понимаю. Наверное, тебе, человеку, даже противно работать с ними. Как давно ты у них?

— Год.

— И они допустили тебя до нашего шабаша? Какие они беспечные!

— Я очень хорошо служил и приготовил сотню детишек! — ответил я, пытаясь унять дрожь в ногах, — Жирных! — добавил я, надеясь на то, что она мне поверит.

— А, значит дослужился. Я бы была не против, чтобы ты переметнулся на мою сторону, в дом Тархтернергов, одну из самых благочестивых семей во всём мире. Мне не помешают такие одарённые люди, как ты. Как тебя зовут, мальчик?

— Питер, — я не желал говорить ей настоящего имени. Слышал, они могут заговорить и навести проклятие только по имени и лицу человека.

— Питер, я жду твоего решения, подойди ко мне после торжества и мы всё обсудим. Мы заплатим тебе.

Она гордо подняла голову и метнулась к другому столу, взяла дольку лимона и съела, как ни в чём не бывало.

Зайдя на кухню я вытер пот со лба. За мной зашёл и Лео. Он показал взглядом на тарелки для гостей. Мы разложили мясо, справа среди них несколько старых, жестких кусков мяса. Незаметно. Пока повара отвлекались на другие более важные вещи.

В зале зазвенел звон бокала. Верховная ведьма объявила начало пира. И мы начали выносить блюда.

— Сегодня день, когда все дети мира будут нашими! Мы запустили тысячу фабрик по производству конфет по всему миру, и уже завтра, все дети скушавшие наши конфеты будут в нашем распоряжении!

— Но как? — удивилась толпа ведьм.

Старая ведьма улыбнулась, отпила шампанское и продолжила.

— Они будут выстраиваться возле наших магазинов по всем свету, чтобы снова получить сладости, и тут то мы их и заполучим! Первым делом, взрослые, они, съев наши конфеты забудут, что у них есть дети, а мы тем временем заберем их детей к себе, в подвалы, в замки, в сараи, превратим их в наши обеды, завтраки и ужины!

— Замечательно! — закричала толпа ведьм, — да будет так!

— Сегодня свершится то, чего мы все так долго ждали, пир на весь мир! Приготовьтесь! А пока съешьте то, что приготовлено нашими поварами, самыми упитанными мальчиками и девочками на столе!

— Приятного аппетита! — ведьмы встали и начали аплодировать верховной ведьме, потом сели и взяли вилки, и начали пожирать мясо. Верховная ведьма наблюдала за пиршеством, улыбалась, но не притронулась к еде. Мы напряглись. Если ведьмы раньше времени начнут становится пылью, ведьма не будет повержена.

Так и случилось. Когда наконец-то верховная ведьма поднесла кусочек мясо ко рту, первая из ведьм растворилась прямо за столом и стала пылью. Все вокруг начали давиться, прикрывать рты салфетками и полотенцами, заставляли себя вылизывать кусочки съеденного.

— Просроченное мясо! — завопила ведьма, — Повара ко мне! Это заговор против нас!

Ведьмы, те их них, что ещё не успели съесть мяса, направились прямиком на кухню и толпой вынесли поваров в зал, и выпотрошили нескольких прямо на столе.

— Так будет с каждым из вас, кто будет пытаться убить нас или отравить! — ведьма облизнула скрюченные когти, и метнула взгляд на поваров, — так кто из вас хочет нашей смерти, признавайтесь и ваша смерть будет быстрой!

Повара все как один начали переглядываться между собой. Но никто из них не выступил с заявлением.

Из толпы поваров послышались голоса.

— Это не мы.

— Не мы.

— Клянемся.

Верховная ведьма вышла к поварам, и сняла перчатки. Она пробубнила что-то под нос, и десять поваров полегли на пол, выхаркнув свои кишки. Мы с Леонардом стояли смирно, рядом с поварами. Эмили, одна из старейших вышла вперёд и заговорила.

— Это план не одного из них, а всех их! Мы должны убить их всех!

Верховная взглянула на неё, и показала взглядом на другую ведьму.

— Мы поняли.

Они подошли к двери и заперли все входы и выходы.

— Никто отсюда не выйдет, пока мы не найдём виновных.

— Официанты, подойдите!

Нас было по меньшей мере сотня. Каждый занимался своим столом. Кто-то выносил сладости, а кто-то, как мы, мясо.

— Кто готовил мясо? Вы видели тех, кто это сделал? — ведьма водила взглядом по нам, и повторила вопрос. Все указали пальцем на трёх поваров, что водились у печи, и те, тотчас были убиты. Потом они принялись и за официантов. Первым умер официант семьи Дорианов. Следом последовали и другие.

Когда очередь дошла до нас, мы переглянулись и были готовы бежать. Но перед верховной ведьмой выступила ведьма из семьи Тархтернергов, и заявила своё право на меня.

— Семья Кладов беспечна, но официант этой семьи послужит славную службу в нашей семье.

— Нашей? — из толпы вылупилась ведьма, худая, с красной сумочкой на руках, — У нас нет здесь никаких официантов!

— Разве Питер не ваш официант и прислуга в вашем доме?

— Какой ещё Питер? Мы всех своих прислужников съели ещё десять лет назад!

И мы с Лео принялись бежать, поняв, что наши дела хуже некуда. Но бежать уже было некуда. Оставалось одно — сражаться. Но с чем? Я зажал в кармане старое мясо. Ведьмы подняли пальцы и мы залевитировали.

— Так это вы, Леонардо и… Питер? Или как тебя там зовут.

Эмили вышла вперёд, за ней заковыляла Сьюзан.

— Давно?

— Месяц, — ответил Леонард

— Предатель! — из толпы вылезла Кларисса, — Я говорила вам, что его нужно съесть сразу же, как мы его похитили!

— Но он послужил нам хорошую службу, все эти годы он доставляй детей в наш дом, дело вовсе не в нём…

Эмили подошла ко мне и ткнула пальцем по животу.

— Всё дело в этом мальчике, это всё он. Да… Я помню его, Майк, если не ошибаюсь, — Эмили начала крутить возле меня, — Мальчик, что остался один, когда мы забрали Леонарда. Нужно было и его забрать, съесть. Но как велит нам господь колдун, не всё в этом мире можно учесть во внимание.

Потом ко мне подошла верховная ведьма.

— Зачем?

— Вы мерзкие, безжалостные поедатели детей! Вы все должны сгинуть! Умереть!

— Кто, нет… самое главное, почему, что мы такого плохого сделали тебе?

— Не мне, а миру! Вы лишали будущего детей, радости их родителей!

— Хищник поедает слабых, такова природа мира. Такова природа ведьм.

— Да будьте де вы прокляты! — я сжал мясо в руке, и сунул её прямо в рот верховной ведьме. Едва ли мясо прикоснулось к языку, она отпрянула назад и выплюнула её, — Всё кончено!

— Кончено? Это всего лишь начало. Завтра все наши магазины и фабрики начнут работу, родители позабудут своих детей. Сироты заполонят улицы всего мира, и ты ничего не сможешь сделать.

Ведьма начала крошиться. Стареть.

— Завтра начало. Запомните это!

— Нет, верховная ведьма Элла, нет…

Ведьмы всего шабаша начали плакать. Их главная ведьма начала исчезать. Многие из них хватались за волосы, а волосы срывались прямо с головы, и превращались в пыль. Многие бежали к мальчику Леонардо, ко мне, пытались забрать с собой, но растворялись прямо на полу. Магия угасала. А это означало одно, что магия, что была в конфетах, тоже предастся забвению.

— Майк, нам пора бежать! — завопил Леонардо, — пока магия не угасла совсем, нам нужно попасть домой!

Мы побежали. Кинули кость на пол и открылся портал. Он замигал. По краям крошилось. Портал становился пылью. Леонардо дал мне руку и прыгнул в портал, и мы оказались в лесу, где когда-то свернули на обочину. Ведьма потянулась к воронке, портал закрылся, руку оторвало и она упала на траву, и сразу же стала пылью.

— Всё, это конец. Мы справились.

— Да, это конец. Надеюсь больше никаких сюрпризов.

— Майк, — Лео повернулся ко мне, — Спасибо, что помог, теперь я могу вернуться домой, к маме.

И, всего несколько часов спустя, я стоял вместе с ним у порога его дома. Постучавшись, к двери подошла старая, с проседью в волосах женщина. Она открыла дверь и с минуту стояла, словно статуя и заплакала. Леонардо схватил её за плечи и обнял. Они вошли внутрь. Дверь закрылась. Я пошёл своей дорогой. Домой.

Ведьмы были повержены.