В гости к маме

Глава 1

В ГОСТИ К МАМЕ

Она была такой Светлой и всегда такой земной, невероятно красивой и очень мудрой, веселой, смешливой и очень притягательной, и не потому что она–моя МАМА, потому что она-Особенная. Шикарные белокурые волосы, такие, что будучи девочкой, она возвращалась из магазина в слезах, потому что взрослые женщины ругали ее за то, что «такая молодая, а шиньон нацепила», когда у нее уже появилась я –мои подруги всегда говорили «не ври-у твоей мамы парик». Серо- голубые, необыкновенно красивые глаза с очень глубоким взглядом. В них можно было утонуть, как в море. Стройная и необыкновенная своей простотой общения …ее любили Все.

Она хотела мальчика Гошку, а родилась я, и я всю жизнь положила на то, чтобы доказать, что я не хуже мальчика. Она очень любила моего папу, а он ее. Сколько помню их, они всегда вместе, но в этом не было обреченности и тяжести решения быть вместе, а только свет.

Я скучаю. Сильно. До физической боли в сердце…

«На вашем уровне пребывания- полет невозможен», я слышала это уже несколько сотен раз, но я так скучаю, я так хочу к ним поехать, полететь, просто обнять, увидеть и поговорить. Я тупо сидела в первом флайзале, как ребенок, который уже знает, что не получается, но все равно упорно делает то, что начал. До дрожи, до звериного утробного рыка я хотела к ним.

Родители мне достались от Вселенной самые лучшие, великолепные - для меня. Они создали меня такой, что я благодарна им за свою душу. Я умею слышать, чувствовать и ощущать боль и радость других, их ложь и непризнание себя или других...

Сейчас они жили там, где нет боли, горя и других «бяк-закаляк». Это мама после прочтения стиха про бяку –закаляку кусачую, ввела в наш домашних фольклор новое обозначение всяких неприятных моментов. Она была выдумщица, фантазерка и настолько Светлая, что рядом с ней невозможно было расти какой-то другой. Я тоже Светлая и моя дочь. Такой была и ее мама, моя бабушка. И этого Света хватало на всех. У нас постоянно росли чьи то дети, необязательно наши родственники. Мамы хватало на всех, она не обделяла меня вниманием никогда. Просто ее любовь к людям и миру была такая, что сколько не отламывай от этого солнышка- хватало всем. Когда у меня родилась дочь, то весь мамин свет разлился и в ней. Уже выросли чужие дети, что часто жили у нас, уже выросла я, и только моя девочка получала в свое сердце весь этот Свет. Мама была тактична от природы, ее никогда не было много. Ее всегда не хватало, потом когда она переехала в свой новый мир, ее не хватало так, что моя жизнь не кончилась, нет, она просто замерла. Можно было выть, кричать – бесполезно. Тот Мир забирал навсегда и колыбелил своих жителей лаской, теплом и принятием в себя их такими, какие они есть на самом деле, но скорее всего память о прошлой жизни стирали, потому что иначе она бы нашла выход, как ко мне прийти, иначе просто не могло быть. Так бывало в нашей с ней жизни, что нас разлучали и, хотя в будни она никогда не проявляла ласки, не было объятий, поцелуев, сюсюканий, то в моменты разлуки, мы обе как- будто теряли часть себя. Ну, например, вы уехали, а ногу дома забыли, ну как без нее.

Мои мысли прервал сотрудник флайзала. Сказал, что недопустимо тут находиться уже третьи сутки, поэтому меня приглашает Главный в свой кабинет. Я могла бы, конечно, молча сидеть и дальше, но все-таки пошла. Ожидала упреков, укоров и уговоров уйти домой. Высокий мужчина моих лет, жестом пригласил меня присесть за столик. Мы с ним сидели и разговаривали ни о чем. Я ждала вызова с его стороны, возмущения по поводу моей упорности, но он, когда мы допили чай, спросил, что является моим пропуском туда, куда я рвусь так, что все уже знают меня в лицо. «Пропуском моим является только мое желание, но оно настолько сильное, что если его как энергию взять, то я могу построить еще один такой же телепортатор как у вас. Оно такое, что если бы у меня были крылья, я бы просто вспорхнула и улетела. Мне очень надо!!!! Очень! Я больше не могу жить так» «Вы должны будете вернуться, знаете? И вы все забудете, понимаете?» «То есть… Вы меня пустите???» «Посидите тут немного, ладно? Мне надо решить еще несколько вопросов.» Я подумала, что он ушел за охраной, чтобы препроводить меня домой. Я сникла, не понял он меня. Он вернулся один, без охраны, но моя надежда уже потерялась, я встала, готовая уйти снова в свое кресло в флайзале, но он остановил меня взмахом руки, и пригласил следовать за собой. Я шла, еле передвигая ноги, а он обернулся и сказал тихо:» Все в порядке! Вы полетите!». Я подпрыгнула и вприпрыжку побежала его догонять. Мы пришли в другой кабинет, зашли, там было только одно устройство на столе. «Что это?» - спросила я. «Подойдите, и положите свою руку в углубление, затем скажите:» Я поняла!» Этим действием вы даете согласие, что вы используете свой единственный шанс, чтобы полететь в тот мир, вернуться и забыть об этом, раз и навсегда. Согласны?» Я замешкалась, он вскинул бровь и тихо сказал:» Поверьте, другой возможности все равно нет. Вы все равно уйдете и забудете о том, что тут были, понимаете? Я использую свой служебный чек лист помогая Вам. Так случилось, что мне некого там навещать понимаете?» - снова тихо, как ребёнку, сказал он мне. Я вложила одну свою руку в аппарат, а другой сжала его руку, видимо сильно, потому что он поморщился. Я сделала все, как он велел, и мы снова пошли быстро- быстро. Мы подошли к обычной двери, такой же, как все остальные во флайзале, отпер ее ключом и втолкнув меня, сказал:» Доброго пути. Я встречу вас тут же». Я вошла и увидела кресло, одно кресло и все. Видимо я настолько хотела увидеть ее, что была готова пройти всю дорогу пешком или лететь на каком-то флае долго- долго, а тут кресло и все. Я села в него, на глаза мне опустился защитный шлем, руки, ноги и поясницу опутали ремни, и я не успела ничего подумать и сказать, как почувствовала, как будто меня положили в море… Море она меня научила любить. «Мне дали отпуск! Покупаем зимние сапоги или на море?» - звонила она с работы. Я тут же отвечала:» На морее!!» Ездили и жили там совсем просто, зато было море. А ночное море- это не просто на всю жизнь любовь, это волшебство, когда из под твоих ладошек, с каждым движением, разлетаются огоньки в разные стороны, ты плывешь, как будто в небе, потому что они сливаются с морем по цвету. Ты плывешь в небе и растворяешься в нем…Это волшебство она подарила мне совсем в раннем возрасте, на всю жизнь. Она любила свободу, лес, природу и книги. Книги были всегда и везде. Разрешалось есть и читать, по ночам читать, в трамвае читать, читать можно было всегда и везде. Еще в детский сад она приходила ко мне с взрослыми книгами из библиотеки, и мы шли домой и предвкушали, как вечером пропадем в книгах. Меня научила она читать в четыре года и с тех пор, книги были всегда со мной. Интересно, я ведь и папу увижу и люблю его сильно тоже. Он был прекрасен в своей любви к ней, ко мне, а уж к моей дочери любовь была вообще безгранична. Почему я всегда вспоминаю именно о ней? Просто думая о ней, я всегда знаю, что он ее часть. Часть сердца, часть жизни. И вспоминая ее, я всегда вижу их вдвоем. Одна тень на двоих. Я погрузилась в воспоминания, как в море. Тут тепло, радостно и весело, как и в моей жизни с родителями. Ездили на озеро Селигер, на острове жили весь отпуск, ходили в лес, обязательно отдыхали на Волге, вообще дома не сидели. Жили тогда мы в квартире четыре поколения, это было по тем временам нормально, я выросла получая удовольствие от общения с большой семьей, и никогда у нас в доме не ругались, не сердились, всегда слышался смех, пахло пирогами и вкусной едой…Дверь никогда не запиралась, и зачастую ты выходишь из комнаты, а по телефону в коридоре кто- то из соседей разговаривает. Всегда можно было зайти. Перед моим учебным годом, она ехала со своим младшим братом в Москву, и они привозили мне по сто штук лосных тетрадей в клетку и линейку, большой пакет нежно розовой пастилы всем и ананас. Больше таких ананасов я в жизни не пробовала.

Резкий щелчок прозвучал в наушниках и ремни отпустили меня, шлем тоже поднялся вверх. Я сидела в кресле, и в груди затаилось ребяческое» Ух ты». Я открыла дверь и вышла не в флайзал, а на белый песок- берег моря или океана. Мама и папа стояли, держась за руки. Ветер растрепал их волосы. Они улыбались. Я рванула вместе со своей душой вперед!

Я упала на колени в песок перед ними и обняла их за ноги, уткнувшись головой в их колени. Не было слов, нежность и моя боль текли из души молча, они тоже молчали, лишь прикосновения их рук на моих плечах…Я, не поднимая головы, выплескивала из себя все, рассказывала, жаловалась, просила у них прощения, что не долюбила их, не додала, не успела…Всхлипывая я рассказывала, как они могут гордиться моей девочкой, какая она выросла мудрая, красивая, как любит ее прекрасный муж, как они сближены, как мы дружны…» Встань, малышка, времени немного». Я смотрела им в глаза, это были они! Они! Люди которые слили воедино свои души, чтобы родить на Свет мою. Люди, которые любили меня больше себя самих, которые научили любить меня Мир… Я не могла поверить в происходящее и не могла оторвать взгляда от них…

Мама сказала, что это необычный дар, то, что нам разрешено встретиться. Они скучают, любят, иногда видят нас и радуются, когда нам что- то удается. Мама!!!! Она смотрела на меня своими добрыми и любящими, как раньше, огромными глазами с таким мудрым и добрым взглядом, что у меня снова так защемило сердце, что я упала снова на колени и ткнулась головой в белый песок. Я рыдала. Папа сказал:» Вставай, девочка. Тебе пора», и грустно улыбнулся. «Нет!!!!!!!!» Он строго посмотрел на меня, и я вспомнила детство, когда прочитав всю ночь новую книжку, под утро засыпала, и в школу меня было не разбудить, мама приходила в комнату несколько раз, пока из соседней комнаты не раздавался строгий голос папы, называющий меня по имени. Через секунду я уже умывалась и одевалась в школу. Он никогда не ругал и, тем более, не бил меня, достаточно было одного взгляда… «Нет! Я не хочу»! Мы стояли втроем обнявшись на берегу моря, я вцепилась в них со всей силы, как будто это могло что то изменить, потом мама прижалась к моей щеке и тихонько подтолкнула вперед…

Не хочу забывать! Пусть мгновение, но с ними рядом- незабываемо. Снова столько не сказано… Я не оборачивалась, просто еле передвигала ноги, снова как в детстве надежда, а вдруг окликнут и разрешат вернуться…

Я села в кресло, шлем опустился на голову, ремни, и снова погружение в теплое море…

Сколько всего я еще могла бы для них сделать, сколько ласки и внимания дать, если бы они не переехали в тот мир так рано. Папа уехал первым, и мы с мамой еще больше сблизились, если такое вообще возможно. Она и моя дочь стали моим всем, моим воздухом, моей душой, моими мыслями, моей жизнью…Она ушла так быстро и неожиданно, видимо папа забрал ее, так как совсем не умел быть без нее так долго. Я понимала, но принять так и не смогла. Больше года я была потеряшкой, почти вечность- сиротой. Мне ничего не надо было от них, просто, чтобы они были. Но они же есть! Я видела их! Значит за моей спиной не обрыв, и вовсе не зияющая безмерная пустота, значит я все так же с крыльями! Я провалилась в какие- то смутные картинки, пока не раздался громкий щелчок в наушниках, ремни отпустили меня, и я подошла к двери. Вышла за дверь, и тут же меня взял под локоть Главный, и быстро повел по коридору, выйдя на улицу, открыл дверь машины и сунул меня на заднее сидение, как багаж. Я тут же провалилась в сон.

Я проснулась у себя в постели, свесила ноги с кровати, помотала головой. Какой странный сон я сегодня видела, подумала я, и тут что –то странно горячее разлилось в моей груди. Такая сладкая боль, как будто присутствие любви мамы стало ощущаться физически, будто чашку этой горячей любви налили в мое сердце.

Пока я пила кофе, мы разговаривали с дочерью по телефону и обсуждали предстоящие выходные.

Я замолчала, внезапно вспомнив отрывок моего сна, где мы стояли втроем обнявшись на берегу моря. Моя дочь была для меня единственным и самым близким другом, как когда- то я у мамы. Мы разговаривали обо всем, но в этот момент, я промолчала…

Не было сил проживать все это снова, даже с ней, моей девочкой. Пусть ее сердечко пока не дорастает до этой глубинной боли, пусть, пока… Но я знала всегда и теперь знаю точно, что они просто живут там, куда нам пока нельзя, но они рядом, они есть и они живы. Для меня они живы, не зря я всегда разговариваю с ними. У Бога все живы.