В доброй старой Англии...

Глава 1

«Не пойдешь ты, рыцарь, поперек канона…»

Надежде.

Вы хотите сказку? Ну что ж…

В правильной сказке должен быть отважный рыцарь, страшный дракон и, конечно же, принцесса. Прекрасная принцесса.

Когда в камине стреляют дрова, укройтесь пледом, разожгите трубку…

Согласитесь, сказка должна быть правильной.

Усаживайтесь поудобнее, я расскажу Вам сказку.

--------

В доброй старой Англии жил юноша. И был он дровосеком.

Девчонки за ним так и бегали — стайкой. Нравился он им, очень. Красивый он был. Да и прозвище у него было — Красавчик. А еще он любил хворост рубить. Ну, не то чтоб любил, но — умел. Он сам так и говорил, — «Никто лучше меня хворост рубить не умеет». Так вот… Жил он со старенькой матерью. А еще девчонки за ним бегали… Ну, впрочем, это я уже говорил.

Жил он себе, жил и захотелось ему в город.

Невесту там себе пригляжу… Да и вообще — тут что? Тут оно тут и есть. То-то. А там, в городе, такого парня как я, да как не оценить. Всяко. Опять-таки — хворост, туда, сюда — денежки.

В общем, — не поспоришь — здраво, парень наш дурачком не был. Красавчиком он был, а дурачком — нет.

Вот так, вот он и пошел.

Ну, взял только любимый топор, другого-то не было. Еду — сколько было, денег опять же на дорогу.

Идет он, мечтает, птички поют… Думает: «Приду в город… Да что говорить, в городе совсем другое дело! Может на глаза барону там, или графу, какому попадусь. У них, небось, тоже дочки бывают… Там ведь и король. Заметит меня, скажет — „А покажи-ка, как ты хворост рубить умеешь…“ Ну я и покажу…»

Идет он, насвистывает. Видит — шатер у дороги. Богатый шатер, шелковый. Как не заглянуть? Вдруг, опять-таки, хвороста там нарубить, услужить чего, работы он никогда не боялся.

Заглядывает. В шатре — стол, яства на нем, свечи горят. За столом Прекрасная Дама, лицо вуалью скрыто. Одна сидит, платье стразами расшито, нет никого больше в шатре. На шее у Дамы цепочка сарацинской работы, рубин в богатой оправе… Камень королей!

Поклонился он, чай не на болоте вырос, чай в город идет. Поклонился он, значит; не нужно, дескать, чего, а Дама ему и говорит:

Милый юноша, — говорит Дама, — рыцарь мой уехал воевать дракона. С оруженосцем уехал. С утра уж, и все нет его. Ты сходи, узнай, как он там, может помощь ему нужна. А уж я тебя не забуду. Там все по тропинке идти, не заблудишься.

И дает ему золотой.

Вот оно как все обернулось-то. Можно сказать, не успел от дома отойти, а уже золотой заработал. Вот он город-то, знамо. Не каждый день увидишь, как рыцарь драконов побеждает, верно? А уж когда на этом подзаработать можно… Да он сейчас быстренько — одна нога здесь, другая там, сбегает, и весть о победе принесет…

В те времена драконы (и рыцари их побеждающие) были обычным делом. Не то, что сейчас — дракона днем с огнем не найдешь… Ну, да я отвлекся. Итак:

Молодые ноги быстры, и вот он уже отмахал добрые пол-лиги. Тропинка-то петляет, да все больше по глухим местам…

Полянка из-за поворота вынырнула неожиданно, и он пробежал по ней шагов пять, разогнался. Юноша сглотнул комок, внезапно пересохшим горлом. Полянка-то, похоже, перед пещерой дракона. Точно — вот и она, пещера то есть. Дух оттуда гнилостный… Но не в этом дело. Дело в том, что сразу видно, где дракон живет.

На полянке-то — конская сбруя, седла, доспехи, оружие опять-таки. И ржавое и новое — все вперемешку. Мечи, булавы, копья целые и расщепленные, рыцарские щиты с гордыми гербами, шлемы, части доспехов, измятые так, что и вообразить страшно, конские попоны в бурых пятнах и со следами огня… Под ногами что-то хрустит, но ясно, что лучше туда не смотреть.

И как-то сразу стало понятно, что золотой не такие уж большие деньги. Лучше уж он хворосту порубит, где-нибудь, как-нибудь…

Юноша повернулся. Задержался он что-то, у него дела, ему в город надо спешить, пора, пожалуй. Повернулся он, значит, и увидел глаз. Вполне такой добродушный глаз. Зеленый. И подмигивает вполне дружелюбно…

Эй, он куда? Чего он пятиться? Ему ж в город надо, обратно по тропинке, а он куда? Ну, глаз. Ну, зрачок вертикальный. Ну да, с его голову этот глаз размером. Ну а я что про труса, что ли сказку буду рассказывать? Слушайте, и куда это он? Чего пятиться, спрашивается? Ну, глаз. Ну да, глаз. Но там ведь рядом и второй есть, и все что к глазам положено — ноздри, чешуя там, клыки опять-таки… Н-да, пожалуй, на этом мы внимания заострять не будем, тем более что герой наш…

Герой наш как раз от них глаз оторвать не может, от клыков, то есть. Ну и ладно, встретитесь, он вам о них, и расскажет, а я пока о нем сказывать буду.

Он губы все облизать пытается. А во рту сухо. Запыхался, видимо, когда сюда бежал. И все от дракона взгляда отвести не может. А что на него смотреть, спрашивается? Дракон он дракон и есть. Гибкая шея, чешуя, гребень по спине, когти на лапах, клыки опять-таки… Н-да…

— День добрый, славный рыцарь!

— Э…

— Добрый день, говорю!

— Да, я… я и не рыцарь… Я так…

— Это звать тебя Так?

— Не-е…

— Так как тебя звать?

— Дж… Джон…

— Вот и познакомились, Джон.

…

Да, и мы, кстати, узнали, как нашего героя звать. А то все Красавчик да Красавчик… А как звать дракона — это вам без надобности, доведется вам сразу с двумя драконами разговаривать, тогда их по именам и надо будет звать. А так — встретите дракона, зовите его вежливо — Господин. Господин Дракон.

— Итак, Джон, значит ты не рыцарь.

— Г-господин Дракон…

— И, похоже, не оруженосец.

— Не…

— Тогда зачем ты здесь? А, наверное, ты пришел за сокровищами. Парень ты молодой, идешь в город, денежки тебе там понадобятся…

— Нет, нет! Есть у меня деньги, есть, вот в поясе…

— Так зачем ты тогда здесь? С топором опять-таки? Топор-то тебе зачем?

Джон как нес на плече топор, так в него и вцепился, аж пальцы свело. Надо же хоть за что-то держаться…

— Х-хворост рубить… Господин, Господин Дракон, хотите, я вам хворосту нарублю, а?..

Хотел Джон добавить — «Только не ешьте меня…» — Но лишь сглотнул… И правильно, зачем такие идеи подавать — ведь незачем, правда?

— Хворост? А что я с ним делать буду?

…

— А тебе кто-нибудь говорил, Джон, что ты красив? — от удивления Джон даже пятиться забыл. — Наверняка девчонки за тобой так и бегали? Верно, Джон?

А что тут ответишь? Когда тебя Дракон спрашивает? Соврешь, — а он рассердится, скажешь «Да» — ой! Нет уж, лучше промолчать…

— Что же ты, Джон, молчишь? — Юноша сморгнул, капля пота в глаза попала. А перед ним стоит молодая девушка. Платье расшито стразами, вуаль откинута… Очаровательная девушка, красивая… Вот если б только не шрам… А что шрам? Пустяк, в сущности…

— Л-леди…

— Ну что, Джон, говорили тебе, что ты красив?

— Д-да, леди…

— Ну, вот ты, Джон, и мне приглянулся. Так что же ты стоишь как истукан? Разве так ведут себя с леди, Джонни? — И делает шаг вперед.

А Джон делает шаг назад. А у Джона рубаха на спине мокрая, день видимо выдался жаркий. А Джон все пятиться, и все сжимает рукоятку топора, и все губы облизать пытается… Да ведь девчонка с тобой заигрывает, что ж ты, Джон? Что ж ты молчишь? Разве так ведут себя с леди?

— Разве так ведут себя с леди, Джонни? Ну, скажи хоть что-нибудь, Джонни-красавчик. Эк ты оробел! — и девушка смеется, да так звонко! — Ну же, Джонни!

А Джон все пятиться, и под ногами у него что-то хрустит, и день такой жаркий выдался… А девчонка смеется! На шее цепочка сарацинской работы вздрагивает! Весело ей, что парня в смущение загнала, слово тот робеет вымолвить. И подходит к Джону ближе.

— Ну, что же ты, Джонни? Джонни — красавчик… Ужель мне тебя первой целовать?

Девчонка все ближе, глаза смеются. Сейчас обнимет руками за шею, запрокинет голову… Джон сделал шаг назад — не шаг, так шажок. Маленький шажок… И спиной в дерево ткнулся. А девчонка вот она, рядом… И смеется.

— Джонни, Джон, что же ты робеешь?

Джонни оступился. Оступился, зажмурился. Надо же за что-то держаться — за топор свой ухватился, аж костяшки побелели… Оступился, руками взмахнул, равновесие удерживая… А девчонка тут…

…

Слушайте, что вы мне голову морочите? Что я вам голову морочу? Джон глаза открыл — на поляне — драконья туша. Запах от нее… ну в точности как из логова. А рядом драконья голова. Отдельно. С вот такими клыками. Господи…

А в грязи, под ногами — камень королей — рубин, на цепочке нездешней работы. И день такой жаркий — жаркий…

Ишь как все обернулось, Джон-то наш, не иначе — герой. А как же. В одиночку такого дракона победить. С ним и сам король разговаривал. То-то же. Графы да бароны за честь знаться считают. И дочки у них, точно, водятся… Ведь Джон-то — герой! В гербе у Джона — топор и драконья голова. Замок у Джона — О-го-го! А как же, сам король подарил, не иначе. Ведь Джон-то — герой! Денежки у лорда Джона есть, девчонки за ним бегают, ну это уж как всегда…

На том и сказке конец!

----------

Пора и мне собираться…

Вы спрашиваете, за что повесили дворецкого лорда Джона? За шею! Так ведь он, шельма, как напьется, так и давай врать, что, дескать, лорд каждую ночь просыпался. Дескать, просыпался, кричал — «…только не надо меня благодарить, леди, не надо…».

Что взять с висельника?..