Тролли. Живое пламя.

Глава 1

Тролли. Живое пламя.

Смеркалось. Здесь, в Северной части материка, ночь наступала быстро. На фоне темнеющего неба белизна снежного покрова казалась ещё ослепительнее и чище. Стена горного хребта шла изломанной линией вдоль горизонта и словно разделяла синий бархат ночного неба от заснеженного покрывала бескрайних полей. Царившее вокруг безмолвие казалось неотъемлемой частью этого стерильно-белого края…

Пошел снег – белые снежинки, плавно вальсируя в морозном воздухе, неспешно опускались на землю… Неожиданно, звенящую тишину Северного края нарушил хруст снега под ногами одинокого путника. Залюбовавшись танцем снежинок, путник остановился и поднял глаза к небу. Продолжая вальсировать, белые хлопья медленно падали на лицо молодого тролля, оставляя на его щеках свои холодные поцелуи.

Тролль любил снегопад, особенно такой неторопливый и мягкий. Улыбнувшись кружащимся хлопьям, он удобней перехватил задубевшую верёвку и продолжил свой путь – позади него бесшумно заскользили небольшие санки. Неспешно ступая, тролль то и дело оборачивался, проверяя свой бесценный груз – на санях, обмотанная вязаным шарфом, стояла большая стеклянная банка с огнецветами. В бело-голубом царстве мороза и льда, огненные цветы горели ярким пламенем, бросая на снег оранжевые отсветы.

Чем ближе тролль подходил к стене Молчаливых гор, тем отчётливей вырисовывался хвойный лес, росший у самого подножия скалистого хребта. Предчувствуя завершение своего пути, тролль прибавил шаг. Однако, не смотря на всю, присущую его коротким ногам, скорость, он добрался до небольшой, одиноко стоящей хижины, уже глубокой ночью.

Остановившись у крыльца, тролль поднял глаза и посмотрел на гору, что монолитной чёрной стеной закрывала собой полнеба. А как красиво свет луны серебрил снег на тёмной макушке каменного гиганта! Ночные звезды, бросая на землю свой холодным и загадочный свет, казались короной созвездий на вершине этого неприступного стража!.. Тролль любил горы – они давали ему чувство защищенности и покоя.

Вдохнув полной грудью морозный свежий воздух, тролль потянулся к дверной ручке и, чтобы не впустить стужу внутрь дома, быстро шагнул за порог хижины. На звук скрипнувшей двери, из-за спинки дивана показалась кудрявая рыжая голова с озорными бусинками медовых глаз и россыпью веснушек на румяных щеках.

– Наконец-то ты вернулся! – спрыгивая с дивана, радостно воскликнула смуглая, с золотистым оттенком кожи, троллька.

Подбежав к вошедшему в дом троллю, она, переминаясь с ноги на ногу, стала наблюдая за тем, как он осторожно вкатывает в прихожую сани.

– Я же говорил, что вернусь к полуночи, – мягко произнёс он, снимая с себя тёмно-синий плащ и вешая его на вешалку.

Пригладив копну коротких белых волос, тролль улыбнулся. Его серо-голубые, как зимнее небо, глаза, мягко сверкнули в рассеянном свете свечей. Нервно потерев ладонью бледную, с голубоватым отливом, щёку, он посмотрел на банку с огнецветами, внутренне настраиваясь на весьма неприятную для него процедуру.

– Да, но я всё равно волновалась! Ведь ты так рискуешь из-за меня! – взволнованно сообщила троллька. Заметив его обращённый к цветам взгляд, она торопливо добавила: – Я сама их отнесу – ты можешь обжечься!

Мягко отстранив тролля от санок, троллька обхватила обеими руками большую, в половину её роста, стеклянную банку и отнесла её в комнату. Осторожно опустив стеклянный сосуд на пол, троллька, грея руки над банкой с цветами, довольно промурлыкала:

– Тепло…

Глядя на зажмурившуюся от удовольствия подругу, тролль не смог сдержать теплой улыбки.

– Сейчас вернусь! – сказал он, шагнув в проём небольшой кухоньки.

Вскоре тролль вернулся с большой кружкой горячего какао и, протянув её тролльке, плюхнулся рядом с ней на диван.

– Морис, ты так обо мне заботишься, – наслаждаясь ароматом напитка, произнесла троллька, смешно морща свой курносый носик. – Опять ходил за цветами, а ведь это опасно!

– Всё хорошо, Фэй – мне не сложно, главное чтобы тебе было тепло. Ты, наверное, не спала меня дожидаясь? Приляг, отдохни.

– Да, я немного утомилась, – зевнув, ответила Фэй. – К тому же, когда за окном такие морозы, меня всегда клонит в сон.

Поставив чашку на тумбочку, троллька свернулась калачиком на диване. Проведя мозолистой ладонью по рыжим вихрям Фей, Морис заботливо укрыл её пледом. Спать совсем не хотелось и тролль решил немного почитать.

От живого огня в камине и волшебного тепла огнецветов в доме стало жарко. Слишком жарко. Сконцентрироваться на чтении становилось всё труднее и труднее. Стерев со лба выступивший пот, Морис отложил книгу и осторожно, чтобы не разбудить Фэй, поднялся с дивана и поспешил к входной двери.

Морозный воздух приятно бодрил – щипал разгоряченные щёки и слегка покусывал кончики пальцев. Тролль блаженно потянулся и, зачерпнув пригоршню снега, растер им себе лицо и руки.

Морис был троллем из племени Льда и тепло, а тем более жар огня, переносил с трудом, но чего не сделаешь ради любви?.. Заглянув в дом через покрытое морозными узорами окно, тролль увидел мирно спящую Фей и улыбнулся.

В отличие от него, Фэй являлась представительницей племени Огня –совершенно противоположной по своей природе стихии. Здесь, в царстве снега и холода, теплолюбивой тролльке приходилось тяжело, но Фей никогда не показывала этого – её теплая улыбка и взгляд озорных глаз растапливали ледяное сердце Мориса сильнее любого пламени…

Морис уже собирался вернуться в дом, как вдруг по долине прокатился низкий гул, что шёл, казалось, из-под самой земли. Легкий толчок, а затем тишина. Подняв глаза к ночному небу, тролль заметил странное белёсое облако, возникшее над вершиной горы. Нехорошее предчувствие кольнуло тролля и он, забежав в дом за плащом, немного подумав, прихватил с собой и короткий меч. Выбежав наружу, Морис быстро огляделся – желая увидеть больше, решил оценить обстановку с невысокого холма, что находился в некотором отдалении от дома. Гул повторился, и на этот раз земля под ногами тролля заметно вздрогнула. Добежав до возвышенности и быстро на неё вскарабкавшись, Морис так и замер, от удивления открыв рот – из недр горы, царапая когтями камень, на вершину поднималась огромная тень.

– Это что… дракон!? – прошептал Морис, не веря своим глазам.

Тем временем дракон, стряхнув с себя пыль и мелкие камни, вытянул шею и протяжно затрубил – над долиной прокатился оглушительный рёв. На спине и хвосте огромного ящера волшебным светом мерцали фиолетовые и розовые кристаллы, а рваные края расправленных крыльев прорезали ночную мглу ломанным росчерком неона. Разгоняя воздух взмахами своих широких крыльев, дракон тяжело взлетел – со стороны горы послышался отдаленный шум сползающих с её склона пластов снега. Древний ящер темной тенью взмыл в ночное небо, даже не заметив, что своими действиями вызвал стихийное бедствие.

– Нет, только не это! Пожалуйста, только бы успеть… – бормотал Морис, быстро сбегая с возвышенности.

Утопая в мягком снегу по щиколотку, тролль с ужасом наблюдал, как разбуженная громадным ящером лавина, с оглушительным грохотом и брызгами снега, неотвратимо приближается к долине. Однако, как бы Морис не торопился, ему было не по силам обогнать белое снежное одеяло, что широкой волной укрыло собой лес и притаившуюся у окраины небольшую хлипкую избушку.

Мориса лавина не задела, но летящий от неё снег накрыл тролля легким снежным покрывалом. Как только грохот стих, всё погрузилось в звенящую тишину. Выбравшись из сугроба и стряхнув с себя снег, тролль быстро огляделся – прямо от горы тянулась огромная снежная горка, из которой торчал частокол еловых вершин. Сориентировавшись, Морис подбежав к плотной белой стене и стал быстро копать снег в том месте, где, по его мнению, должна была находиться его хижина. Вскоре его пальцы наткнулись на неровно уложенные доски на скате крыши, и тролль стал рыть дальше – ему нужно было как можно скорее добраться до окна! Однако стоило Морису начать копать глубже, как снег под его пальцами провалился и тролль, почувствовав обжигающее тепло, быстро отдернул руку – на земле, растопив вокруг себя снег, стояла банка с огнецветами, а рядом с ней Фэй. Тролька выглядела очень бледной и была без сознания.

«Наверное, Фэй услышала грохот и выбежала из дома, – подумал Морис, продолжая выгребать снег, чтобы подобраться ближе к тролльке. – Молодец, что прихватила с собой огнецветы, иначе бы...», – нахмурившись, он покачал головой, не желая думать о том, что могло бы произойти.

Добравшись до Фэй, Морис, осторожно, чтобы не задеть горячую банку с огнецветами, поднял тролльку с талого снега – холодная и бледная, она едва дышала. Держа едва тёплое тело Фей на руках, Морис, стиснув зубы, старался не поддаваться панике, но непослушные слезы продолжали щипать глаза – он не знал, проснется ли она теперь…

Завернув Фэй в свой плащ и прижав её к себе, Морис выбрался из снежного завала и огляделся. Тролль не знал, как следует поступать в подобной ситуации, поэтому решил начать с малого – найти безопасное место. С Фей на руках, он доковылял до не затронутого снежной лавиной участка леса. Быстро соорудив небольшой шалаш из подручных средств, он уложил бесчувственное тело тролльки на мягкую подстилку из еловых ветвей.

Фей нужно было хоть какое-то тепло, поэтому Морис, схватив еловую ветку, вернулся к занесённой снегом хижине. Обернув вокруг кистей рук куски ткани, тролль быстро перенёс банку с огнецветами на еловую хвою и, ухватившись за конец ветки, поволок её по рыхлому снегу.

Морис понимал, что огнецветы – это временная мера – они не в силах отогреть замерзшее тело огненной тролльки, однако помогут ей сохранить то тепло, что в ней ещё теплилось.

Страдая от нестерпимого жара, Морис перенёс банку с волшебными цветами в шалаш и поставил как можно ближе к Фэй. Дуя на обожженные ладони, тролль поспешил на улицу, где, с блаженной улыбкой на лице, погрузил руки в сугроб.

Расхаживая взад и вперед у шалаша, Морис судорожно думал над тем, как ему спасти Фей… На ум пришло только одно решение – огненный кристалл, что находился в самом сердце Южного материка. Морис слышал рассказы об этом невероятно сильном магическом камне от самой Фэй, но вот только… способен ли кристалл спасти её? Этого Морис не знал…

Так или иначе, но дальше медлить было нельзя. Решительно накинув на плечи плащ и поправив висевший на поясе короткий меч, Морис бросил прощальный взгляд на Фей – яркие всполохи от огненных цветов ложились на бледное лицо тролльки оранжевыми бликами, отчего казалось, что она просто спит...

– Дождись меня, я постараюсь вернуться как можно скорее, – тихо проговорил он и, развернувшись, заспешил прочь.

В этой части леса не водилось крупных хищников, а от прочего зверья Фей защитят огнецветы – в ледяном царстве огонь был лучшем средством держать незваных гостей на расстоянии.

«Прежде чем соваться в Южные земли, мне нужно раздобыть амулет Льда, иначе дальше границы я не продвинусь», – думал Морис, держа путь к поселению Ледяных троллей.

Длинная зимняя ночь позволила Морису незаметно проскользнуть мимо спящей деревни и оказаться у Хрустальной пещеры. Амулет льда был гордостью Ледяных троллей – одним из немногих принадлежащих им магических предметов. Однако охраны ни снаружи, ни внутри пещеры не было – те, кого не остановит ледяной холод Северного материка, остановят смертоносные ловушки, поджидающие вора за каждым поворотом.

Незадолго до встречи с Фэй, Морис жил в этом поселении, так что неплохо ориентировался в запутанных тоннелях пещеры и знал о местонахождении каждой из ловушек. Миновав полосу препятствий, Морис оказался в небольшой округлой пещерке, в центре которой возвышался ледяной постамент, в окружении светящихся ледяных кристаллов.

«Я обязательно его верну в целости и сохранности», – прошептал он, осторожно беря в руки драгоценный артефакт в виде рожка с мороженым.

Прицепив амулет к вороту плаща, Морис покинул Хрустальную пещеру. Взяв направление к Южным землям, тролль быстро зашагал по плотному снежному насту. Морис был уже далеко от поселения Ледяных троллей, когда ещё сонные лучи восходящего солнца заискрились серебром на белом покрывале нетронутых полей.

По дороге ему встретилась мёрзлая речка, плавно переходящая в быстрый и широкий ручей. В небольшой запруде троллю удалось наловить несколько крупных рыбин – порой, становясь лёгкой добычей, рыба покидала скованную льдом реку из-за нехватки в ней кислорода.

«Если экономить, то этого мне должно хватить на несколько дней», – подумал Морис, складывая улов в наспех сплетенную из тонких веток корзинку.

Прошло два дня пути, и Морис стал подмечать, как глубокие сугробы плавно сменяются хрустящим тонким настом. Вскоре снег и вовсе стал влажным и неприятно захлюпал под голыми ступнями тролля. Впереди показалась граница между Северным и Южным царствами. Морис ещё никогда не уходил так далеко от дома – одна только мысль о том, чтобы приблизиться к границе двух царств, вселяла в него животный страх.

Замерев у переливающейся перламутром прозрачной стены, Морис боязливо покосился в сторону Южной части материка – лишенная снежного покрова земля показалась ему вязкой, коричнево-красной субстанцией. Волна неприязни прошла по телу тролля, а ступни так и зачесались, словно почувствовав, что им предстоит идти по голой и теплой поверхности. Морису вдруг стало жарко – то ли начала сказываться близость к Южному царству, то ли, из-за подступившей паники, поднялась его собственная температура.

Почувствовав слабость, Морис присел на ближайший камень. Вспомнив об артефакте, провел по нему пальцами – брошка в форме рожка мороженного засветилась мягким голубым светом, окутывая тролля морозной аурой. Стало легче, гораздо легче...

Пытаясь вернуть себе боевой настрой, Морис вспомнил о Фэй, а затем его мысли плавно скользнули к огнецветам. Огненные цветы, не смотря на свою принадлежность к огненной стихии, росли в самом сердце Северной части материка – у занесённого снегом жерла Уснувших гор. Как он узнал от самой Фей – в их Южном царстве так же росло необычное для их земель растение – ледовер или ледяной вереск. Снежное растение предпочитало низины, где, вытянув длинные стебли, покрывало ковром из белого инея ближайшую от них территорию. Ходило множество легенд и историй, откуда в ледяном царстве появились огнецветы, а в огненном – ледовер, однако, никто с уверенностью не мог сказать, каким образом это произошло в действительности.

Из задумчивости Мориса вывел едва различимый шорох. Вскочив с камня, тролль начал озираться по сторонам – его большие уши быстро определили источник звука. Осторожно идя вдоль границы, Морис остановился у небольшой трещины в земле. Шорох повторился, а затем к нему примешался скрежет маленьких коготков по камню. С опаской заглянув в расщелину, тролль обнаружил настороженно смотрящие на него из полумрака, две бусинки глаз.

Морис хотел было пройти мимо, однако, вспомнив Фей, остановился – весёлая и добрая троллька зажгла в его заледеневшем сердце искру тепла и теперь он был неравнодушен к страданиям других. Вздохнув, тролль полез во внутренний карман плаща, где у него был припасен моток верёвки. Сняв с себя плащ, Морис сложил его в некое подобие мешка и, обвязав верёвкой, кинул в расщелину.

– Залезай и крепко держись зубами, или что там у тебя! – крикнул тролль и, почувствовав, как мешок потяжелел, потянул за верёвку.

Подняв «мешок» с брыкающимся в нём существом на поверхность, Морис ослабил затянувшийся узел. Не успел тролль раскрыть плащ, как из него стрелой выскочило нечто белое и мохнатое. Отбежав чуть подальше, невиданный зверь припал к земле и угрожающе зарычал.

– Вот и вся благодарность, – ворчливо заметил тролль, отряхивая свой плащ. – Спасай вас после этого.

Поняв, что ему ничего не угрожает, зверек успокоился. Навострив свои треугольные уши и склонив голову набок, он внимательно наблюдал за троллем. Бросив беглый взгляд на пушистый комок с умными янтарными глазами, Морис про себя отметил, что внешне зверёк напоминает лису, единственное, что большие уши слегка великоваты для такой небольшой и аккуратной головы. Коротковатый хвост компенсировал себя излишней пушистостью. Шерстка животного была светлой, нежно-кремового оттенка. Кончики ушей, хвоста и лапок имели огненно-красный цвет, что, становясь оранжево-медовым, плавно переходил в светлый мех на спине и голове зверька.

Накинув на себя плащ и убрав верёвку в карман, Морис бросил тревожный взгляд на мерцающий в нескольких шагах от него барьер. Решившись, тролль, подхватив с земли корзинку с рыбой, быстрым шагом направился к границе двух царств. Затаив дыхание, пересёк её. Не ощутив в себе никаких изменений, шумно выдохнул и зашлепал босыми ногами по мерзлой земле. Услышав позади осторожные шаги, обернулся – шедший за троллем зверёк остановился и присел на задние лапки, обвив их пышным огненно-рыжим хвостом. Так продолжалось ещё несколько раз, прежде чем Морис перестал обращать внимание на преследующее его существо.

Ближе к ночи Морис остановился на ночлег. Перекусив подтаявшей, но всё еще сохранившей морозную свежесть, рыбой, тролль завернулся в плащ. С трудом устроившись на твердой земле, закрыл глаза. Морис думал, что вообще не уснёт, но трудный переход и бессонная ночь навалились на него тяжестью мыслей и ноющими от усталости мышцами. Тролль почти мгновенно провалился в глубокий и тревожный сон.

Морис и сам не понял, что его разбудило. Продолжая лежать неподвижно, открыл глаза. Диск луны, частично скрытый за облаками, бросал на землю свой рассеянный и бледный свет. Где-то совсем рядом с послышался тихий шорох и едва различимое… чавканье? Чуть повернув голову, тролль заметил светлый холмик, что, подрагивая в такт чавканью, возвышался над его корзиной с рыбой. Поняв, что происходит, Морис вскочил на ноги и возмущенно воскликнул:

– Ах ты, проказник! Небось, все мои запасы съел!

Пушистый холмик замер, а затем над краем корзины показалась белая мордочка, из пасти которой торчал рыбий хвост. Пойманный врасплох, зверёк тут же выпрыгнул из корзинки и, на ходу доедая рыбу, скрылся за ближайшим камнем.

– Так и есть – дочиста всё подъел! – пошарив рукой по дну корзины, со вздохом произнёс Морис. – Вот, делай после этого добро, – ворчливо добавил он, бросив недовольный взгляд на выглядывающего из своего укрытия зверька.

Вернувшись на прежнее место, тролль, что-то бурча себе под нос, завернулся в свой плащ – до рассвета оставалось ещё несколько часов, и было целесообразно потратить их на сон.

Проснувшись с первыми лучами солнца, Морис потянулся и обнаружил возле себя, на земле, веточку красных ягод и горсть орехов. Лисоподобное существо сидело неподалеку, с любопытством наблюдая за действиями тролля.

– Это ты так извиняешься? – взяв ветку ягод и разглядывая их, поинтересовался тролль.

Лис прянул огромными ушами и склонил голову набок.

– Вроде съедобные, – понюхав плоды, пробормотал Морис.

Позавтракав, тролль отправился дальше. Существо не отставало и кралось следом – Морис слышал невнятные шорохи позади себя, краем глаза подмечая мелькающую среди камней хвостатую тень.

– Может, хватит уже прятаться? – бросив взгляд через плечо, громко сказал тролль. – Раз уж решил идти со мной, то иди открыто!

Словно поняв его слова, лис выглянул из-за ближайшего камня и, посмотрев по сторонам, осторожно подошел к троллю.

– Я буду звать тебя Фенем, – с прищуром посмотрев на зверька, произнёс тролль. – Фэй мне как-то рассказывала о пустынных лисах с огромными ушами – фенеки, так вроде они называются. Правда окрас у этих лис желтовато-песочный, а не такой чудной, как у тебя. Ну да ладно, я и сам, вроде как, не вполне нормальный, раз добровольно сунулся в это пекло, – хмыкнув, добавил он.

Дальше они пошли вместе. Трудно было не заметить, как стремительно менялась местность и окружающий их ландшафт. Справа от них теперь высились песчаные дюны и Морис предположил, что за ними начинается пустыня Тысячи холмов – Фэй как-то упоминала о ней. Слева нависали красные горы, что подобно хребту огненного дракона, уходили дальше на юг. Растительности почти не было: изредка им попадались плешивые кустики желтоватой травы, ещё реже – чахлые и покорёженные ветрами деревья, тянущие к пыльному небу свои узловатые ветви. Картину местности дополняло бледно-голубое, словно выбеленное солнцем, небо.

Морис подумал о том, что только благодаря амулету льда, он смог забраться так далеко в огненные земли. Скосив глаза на невозмутимо трусившего рядом лиса, тролль в который раз подивился его выносливости – казалось, плотный мех нисколько не мешает зверю чувствовать себя вполне комфортно на этой пустынной, дышащей зноем и пылью земле.

Солнце раскаленным шаром висело в небе. Миновал полдень, прежде чем Морис понял, что потерял нужное направление – пейзаж не менялся и, казалось, они уже давно плутают в этом нескончаемом лабиринте из холмов, скал и песка. Прямо перед ними простилалось, уходящее к горизонту, песчаное поле, ровную поверхность которого нарушали лишь плавные изгибы нанесённых ветром барханов.

«Почти как дома, – с тоской подумал тролль. – Только вместо снега песок…»

Пройдя с полсотни шагов, Морис остановился. Он изнывал от духоты, а не привыкшие к ходьбе по иссушенной земле ноги, гудели и зудели от оседающей на них пыли. Тролль не был уверен в том, что если он присядет на отдых, то сможет заставить себя вновь подняться. Ужасно хотелось пить. Облизнув пересохшие губы, Морис хрипло произнёс:

– Никогда бы не подумал, что глоток студёной воды может занять все мои мысли… В моём мире воды хоть отбавляй, правда не в жидком состоянии, но всё же.

Фень, склонив голову набок, ловил каждое слово Мориса своими большими чуткими ушами. Словно поняв, а может, почувствовав настроение своего спутника, лис заметался, забегал из стороны в сторону, словно что-то выискивая или вынюхивая. Наконец, определившись с направлением, зверёк, ухватившись зубами за штанину тролля, потянул его за собой. Морис не стал сопротивляться и медленно поплелся вслед успевшему убежать вперед Феню, чей рыже-белый хвост служил неплохим ориентиром в этом однообразном царстве из песка и красной пыли.

Вскоре лис остановился и, понюхав воздух, начал быстро копать. Края ямки осыпались – песок торопливо затягивал «рану», что оставляли после себя ловкие и быстрые лапки зверька. Однако Фень был неутомим и вскоре Морис с удивлением обнаружил, как на дне вырытой ямки начинает скапливаться вода. Тролль осторожно лёг на живот и, протянув сложенные лодочкой ладони, зачерпнул мутную желтоватую воду.

«На вид жидкий песок и на вкус не лучше», – подумал Морис и тут же скривился, почувствовав, как на зубах заскрипели мелкие песчинки.

Однако выбирать не приходилось и, напившись вдоволь, тролль тяжело поднялся. Поблагодарив Феня, Морис осторожно погладил его по холке и в шутку сказал:

– Ты такой смышлёный, может, и где находится огненный кристалл тебе известно? – Вздохнув и окинув взглядом местность, он задумчиво добавил: – Я знаю лишь, что он находится где-то в самом сердце Южных земель, но вот где это сердце?..

Морис не ждал ответа, однако Фень, внимательно его выслушав, громко тявкнул и стал подпрыгивать, словно говоря: «А я знаю! Знаю!» Удивленно вскинув бровь, тролль некоторое время смотрел на суетившегося вокруг него зверька, а затем, словно говоря сам с собой, произнёс:

– Выбор у меня всё равно небольшой, а ты вроде зверь умный, может, и правда знаешь?.. Решено – веди меня к кристаллу! И помни, что я полагаюсь на тебя!

Фень радостно и громко тявкнул. Немного покрутившись, лис уверенно побежал вперёд, оставляя за собой на песке ровную дорожку из следов.

Путь до «сердца Южных земель» занял у них полтора дня. Наученный горьким опытом, тролль решил не изводить себя жарой – шли ночью, а отсыпались в самый пик дневного солнцепёка. Чем больше времени проходило, тем чаще Морис думал о Фей – всё ли с ней хорошо, хватит ли магии огнецветов для поддержания тепла? Уже столько дней в пути, а ведь ещё предстоит возвращаться обратно…

Близился вечер, когда впереди показался скалистый островок, что каменной крепостью возвышался над пустой, продуваемой горячими ветрами равниной. Остановившись перед новым препятствием, Морис запрокинул голову, пытаясь оценить крутость предстоящего подъёма. Однако Фень, ловко перепрыгивая с одного камня на другой, указал на незаметную горную тропу, ведущую к самой вершине.

Тропа оказалась довольно узкой. Тролль, прижавшись спиной к гладким камням, вынужден был идти боком, благо, подъем был недолгим. Оказавшись наверху, Морис, тяжело дыша, устало опустился на землю. Прислонившись спиной к ближайшему валуну, поднял глаза и тихо присвистнул – открывшаяся его взору картина была поистине волшебной, можно даже сказать, чуждой столь негостеприимному и опалённому зноем миру. Перед ним, в лучах заходящего солнца, искрилась голубовато-бирюзовая гладь воды. Озеро, идеальной круглой формы, казалось чистейшим топазом, в оправе из меди окружающих его скал. Приглядевшись, Морис заметил в самом центре озера островок, на котором росло величественное дерево, его раскидистая крона, с листвой цвета пламени, слегка трепетала под едва уловимым порывом ветра. До слуха тролля долетел мелодичный перезвон – словно созревшие плоды с веток древа свешивались огненные кристаллы, и, раскачиваясь, соприкасались друг с другом.

– Огненные кристаллы… – поднимаясь, прошептал Морис. – Я думал найти один, а их тут десятки!

Окинув взглядом пустой берег, Морис неспешно направился к озеру. Феня, прижав уши к голове и озираясь по сторонам, шёл рядом. Троллю тоже было не спокойно на душе – ему с трудом верилось, что столь ценный артефакт, как магические кристаллы, огненные тролли оставили без присмотра и защиты. Однако вокруг всё по-прежнему было спокойно. За пару метров до воды, Феня вдруг припал к земле и злобно зарычал, поблескивая настороженными бусинками глаз в сторону острова.

– Знаю дружок, я и сам не хочу лезть в воду, но иначе нам не добраться до кристаллов, – успокаивающе проговорил Морис, решив, что лис испугался воды. – Тебе не обязательно идти за мной – оставайся на берегу и жди, хорошо?

Пушистый зверек, продолжая рычать и скалится, казалось, не слышал своего спутника. Морис, встав спиной к озеру, присел перед Фенем на корточки и осторожно погладил его по голове. Лис не противился ласке, но и не высказывал особого одобрения. Внезапно Фень, вскинув мордочку и смотря куда-то поверх головы Мориса, начал пятиться – в янтарных глазах мелькнул страх. Тут же на тролля легла длинная тень.

Медленно обернувшись, Морис увидел как остров, с растущим на его вершине деревом, поднимается из-под воды и довольно быстро приближается к берегу. Вскоре над поверхностью озера показалось два отростка глаз, а затем огромные клешни тяжело опустились на берег, прочертив на влажном песке две глубокие борозды. Запрокинув голову, Морис смотрел на краба внушительных размеров, что нависал над ними буро-красной горой. Только сейчас тролль понял, что дерево росло вовсе не на острове, а на спине краба, уцепившись за панцирь гиганта своими медными щупальцами корней.

Морис попятился, споткнулся, упал и, не в силах подняться, пополз на четвереньках прочь от берега. Пошевелив стебельками глаз, краб сфокусировал свой взгляд на крошечной фигурке тролля и поднял клешню. Фенек, видя замешательство своего спутника, зарычал и забегал взад-вперёд по берегу, тем самым отвлекая внимание краба на себя. Занесённая для удара клешня чуть сдвинулась, а затем тяжело опустилась на песок в том месте, где всего пару секунд назад был зверёк. Тролль, наблюдая за тем, как маленький вёрткий лис смело противостоит огромному крабу, преисполнился решимости и, поборов страх, встал на ноги. Трясущимися руками выхватил из-за пояса меч. Морису было до ужаса страшно, но он должен был защитить Феня и добыть кристалл для Фей – он знал на что идёт, когда ступил на Огненные земли, знал что будет трудно и опасно, так почему вдруг струсил?

Собравшись с духом, Морис замахал руками, переключая внимание краба с Феня на себя. Заметив тролля, гигант, перебирая конечностями по рыхлому песку, двинулся на него. Морис, продолжая уворачиваться от смертоносных, но достаточно медлительных ударов клешней, вскоре понял, что надолго его выносливости не хватит – ему и так было нелегко дышать пыльным, тёплым воздухом, а тут ещё приходилось бегать! При такой нагрузке даже артефакт Льда начал давать осечки – кожа тролля неприятно зудела словно от сильного жара, а лёгкие жгло так, что становилось трудно дышать. Бросив взгляд на дерево, а затем и кристаллы, что от резких движений краба звенели и подрагивали на тонких ветвях, Морис решил действовать – поднырнув под клацнувшую над своей головой клешню, тролль оказался под бронированным брюхом гиганта.

«Здесь у него должна быть «слепая зона», – думал Морис, подняв глаза к грязно-белым пластинам над своей головой. – По ноге вскарабкаюсь на панцирь, а там уж он меня не достанет – побоится размахивать своими клешнями, чтобы не задеть дерево или разбить кристаллы… надеюсь».

Пока краб, взрывая песок своими длинными лапами, озирался по сторонам, выискивая глазами мелкого проныру, тролль, выждав момент, запрыгнул на одну из его конечностей. Зацепившись руками за бугристые выступы на нижнем сегменте лапы краба, Морис начал ловко по ней взбираться. Он почти миновал сочленение и уже подбирался к следующему сегменту его лапы, как вдруг ракообразное существо вскинуло ногу и легко стряхнуло с себя тролля. Морис упал на мягкий песок и тут же откатился в сторону – не сделай он этого, острый коготь краба пронзил бы его насквозь. Из неоткуда выскочил Фень и, рыча, вновь отвлёк на себя внимание краба. Пока гигант переключил своё внимание на лиса, тролль стал осторожно обходить краба, пытаясь выявить слабые места своего противника. Однако краб был хорошо защищен хитиновой бронёй и казался неуязвимым. Ещё немного понаблюдав за своим противником, Морис пришёл к выводу, что единственный способ вывести краба из равновесия – бить по наиболее уязвимым местам – в сгибы конечностей.

Видимо крабу надоело тратить своё время на белый клубок, что как заведённый бегал по берегу – резко обернувшись, гигант поймал в фокус своих стебельков-глаз тролля и тут же его атаковал. Морис, уходя от ударов огромных клешней, поднырнул под брюхо краба. Уворачиваясь от пришедших в движение длинных, заканчивающихся острыми когтями, ног, тролль метнулся к ближайшей из них. Не дожидаясь, пока краб стряхнет его, Морис быстро вскарабкался по шипастой лапе и, замахнувшись мечом, со всем силы ударил в сгиб конечности. Как он и предполагал, панцирь в этом месте имел тонкую прослойку и в скором времени лезвие, после нескольких точных ударов, по рукоять вошло в незащищенное тело краба. Гигант дернулся и резко вскинул ногу – Морис взмыл в воздух, а затем, отлетев к озеру, кубарем покатился по земле. Уткнувшись лицом во влажный песок, затих в метре от кромки воды.

Стремительно развернувшись, краб, стараясь не опираться на раненую ногу, навис огромной тенью над бесчувственным телом тролля. Резкий взмах и Морис, подхваченный огромной клешнёй, взмыл в небо. Тролль быстро пришел в себя и тут же пожалел об этом – прямо под ним зиял провал – вспомогательные отростки вокруг пасти нетерпеливо подрагивали, желая уцепиться за него и втянуть внутрь ротовой полости. Мориса начал брыкаться, пытаясь высвободиться из медленно сжимающихся тисков клешней. До отчаявшегося сознания тролля донёслось почти срывающееся на визг тявканье. Скосив глаза, Морис увидел Феня – зверёк бегал между замерших ног краба и беспрестанно рычал.

– Глупый, беги, спасайся! – прохрипел Морис, так как дышать становилось все труднее.

Клешня дёрнулась и стала опускаться. Тролль поднял глаза на спокойное, безучастно белое небо и прошептав: «Прости меня, Фей», – закрыл глаза. Зажмурившись, Морис ждал своей печальной участи, но секунды бежали вперед, а ничего не происходило. Открыв сначала один, а затем и второй глаз, тролль с удивлением уставился на свое отражение – стебельки глаз краба замерли прямо напротив его лица. Не успел тролль понять, что происходит, как резкая боль пронзила его мозг. Почувствовав головокружение и сильное давление на свой разум, он попытался инстинктивно закрыть глаза, но не смог – внимательные отростки глаз, казалось, загипнотизировали его. Медленно боль стала отступать, и сознание Мориса заполнил мягкий шелест волн… или страниц? Словно кто-то неведомый, проникнув в его сознание, переворачивает страницы его воспоминаний – осторожно, но настойчиво читая историю его жизни. Спустя несколько мгновений, странные ощущения исчезли, и Морис удивленно посмотрел на краба.

Хранитель защелкал свободной клешней и скосил стручки глаз на всё еще возмущённо тявкающего Феня. Изо рта краба пузырями пошла пена и со стороны могло показаться, что эти двое ведут между собою спор. На несколько секунд воцарилась полная тишина, а затем удерживающая тролля клешня пришла в движение и, разжавшись, плавно опустили Мориса на песок. К троллю тут же подбежал лис и, лизнув холодным шершавым языком в щёку, довольно фыркнул. Пока Морис пытался понять, что здесь вообще происходит, огромный краб, что всего несколько минут назад собирался растоптать, а затем и съесть тролля, сделал что-то совсем невероятное – вскинув клешню, он дотянулся до росшего на своём панцире дерева и осторожно сорвал один из кристаллов. Глаза тролля удивленно распахнулись, когда мерцающий живым огнём кристалл мягко опустился на песок у его ног. Хранитель «огня» защелкал обеими клешнями и, бросив на Феня быстрый взгляд, боком направился к воде. Вскоре краб исчез из виду – по поверхности озера медленно плыл остров.

Ноги перестали держать Мориса и он присел на песок. Суетившийся рядом Фень ткнулся носом ему в колено, а затем, повернув мордочку к лежащему на песке кристаллу, радостно тявкнул, как бы говоря: «Это же он? Ты ведь его искал?» Улыбнувшись, Морис почесал лиса за ушком, Фень, вытянув мордочку, довольно зажмурился. Продолжая гладить зверька по голове, тролль задумчиво посмотрел на озеро, в центре которого неподвижно замер остров с росшим на его вершине «огненным» деревом.

– Не знаю, как тебе удалось переубедить этого гиганта перекусить мной, но спасибо – не представляю, как бы в одиночку я со всем этим справился, – взгляд тролля скользнул к лежащему на песке кристаллу и он добавил: – Мало того что краб нас отпустил, так ещё и камень отдал… Видимо, ты не так прост как кажется, верно, дружок?

Под пристальным взглядом тролля лис склонил голову набок и высунул язык, в его больших невинных глазах читалось: «Не понимаю о чём ты?» Хмыкнув, Морис потянулся рукой к кристаллу, что в сгущающихся сумерках казался живым огнём, бросающим на песок оранжево-красные всполохи.

– Ай, совсем забыл, что в нём сокрыта магия огня! – вскрикнул Морис отдёргивая руку и дуя на пальцы. – И как же мне его донести до Фэй? – озадаченно добавил он.

Заметив замешательство тролля, лис подошёл к кристаллу и осторожно поддел его зубами. Зажав камень между челюстями, Фень посмотрел на Мориса, а затем, совсем по-собачьи, вильнул хвостом.

– Идея конечно хорошая, но так дело не пойдёт, – проговорил Морис, задумчиво глядя на Феня – камень бросал оранжевые всполохи на белую шёрстку зверька, делая его похожим на обычную рыжую лисицу.

Словно осененной какой-то мыслью, Морис потянулся к своему плащу и, схватившись за край ткани, оторвал от него длинную полоску. Ловкие пальцы тролля сплели из куска ткани что-то на подобии небольшой сумочки на длинном ремешке.

– Клади его сюда, только осторожно! – подойдя к лису, сказал тролль.

Держа самодельный мешочек за ремешок, Морис приблизил его к мордочке Феня. Лис медленно разжал челюсти и огненный кристалл скользнул в тканевый чехол.

– Не проводишь меня до границы? А там уж я что-нибудь да придумаю, – попросил Морис, виновато улыбнувшись.

Лис как будто кивнул и приподнял голову. Тролль, с трудом протиснув ремешок через большие уши зверька, надел мешочек с кристаллом ему на шею. Погладив Феня по голове, Морис сказал:

– А теперь нам нужно спешить. Справишься?

Фень утвердительно тявкнул и, перебирая тонкими лапками, затрусил в сторону горной тропы, по которой они сюда поднялись. Спуск оказался в разы сложнее и опаснее – сгустившаяся темнота сглаживала очертания выступов, прикрывала собой трещины, смазывала края обрывающейся вниз пропасти. Однако идущий впереди зверёк и тут оказался незаменимым спутником – временами останавливаясь, он тихим рычанием предупреждал тролля об опасных участках, а висевший на его шее кристалл, пусть и приглушенный куском ткани, освещал им дорогу своим рассеянным светом. Спустившись со скального островка, друзья решили сделать небольшой привал и потратить несколько часов на сон.

Поднявшись ещё до рассвета, они продолжили свой путь. Не смотря на усталость, как физическую, так и моральную, обратный путь показался Морису намного короче, ведь он шёл домой! Решили придерживаться выбранной ранее стратегии – шли ночью, а в самый солнцепёк отдыхали.

Впереди показалась, едва различимая в лучах полуденного солнца, граница между Северным и Южным царствами. Сердце Мориса радостно забилось и он ускорил шаг, не отрывая взгляда от виднеющейся где-то впереди, запорошенной белым снегом, родной земли. Когда до границы оставалось всего несколько шагов, тролль вдруг резко остановился. Опустив взгляд на замершего у его ног лиса, тяжело вздохнул.

– Думаю, настало время прощаться, – наконец вымолвил Морис, присев на корточки и нежно погладив мягкую шёрстку Феня. – У меня, кроме Фэй, и друзей-то никогда не было, так что я… Эй, ты куда это рванул?

Фень, поначалу внимательно слушавший Мориса, вдруг фыркнул и, обойдя тролля, легкой трусцой поспешил к границе. Всё понявший тролль только улыбнулся и добродушно покачал головой. Поднявшись, бросил прощальный взгляд на Огненное царство и решительным шагом направился вслед своему четвероногому другу.

Температура с каждым пройденным километром падала всё ниже и ниже, отчего улыбка на лице тролля становилась всё шире и шире. Морис с наслаждением вдыхал морозный воздух, а скрип снега под ногами и завывание ветра, звучали для него как чарующая мелодия, льющаяся с порога родного дома. Фень и здесь – в царстве льда и стужи – чувствовал себя как в своей тарелке. Его песочного оттенка шубка вскоре стала совершенно белой, что в лучах зимнего солнца мерцала серебристым инеем. Лис обзавелся густым подшёрстком, отчего стал заметно круглее и пушистее. Если бы не ярко-рыжие всполохи на хвосте, ушах и лапках, зверька можно было бы принять за сугроб – было довольно забавно наблюдать, как по снегу скачут оранжевые языки пламени, когда как само животное практически сливалось с окружающим пространством.

Друзья шли в бодром темпе, останавливаясь лишь на непродолжительный отдых и скорый перекус. Морис уже не помнил, когда в последний раз он хорошо спал, но это сейчас было и не важно – нужно было спешить! Там Фей и совсем одна!

Прошло два дня, прежде чем маячившая где-то впереди громада Молчаливых гор, встала перед ними сплошной стеной. Ещё день пути и перед Морисом открылся вид на знакомую долину и тёмный лес у самого подножия горного хребта. Тролль, не чувствуя под собой земли, побежал. Споткнулся, кубарем скатился вниз, с головой зарылся в сугроб. Отплевываясь снегом, вновь вскочил на ноги и побежал дальше. Фень не отставал, бесшумной тенью скользя по снежному полотну.

Первых деревьев они достигли уже в сумерках. Выхватив глазами треугольный силуэт шалаша на фоне тёмных стволов сосен, Морис побежал по рыхлому снегу. В паре метров от хлипкого сооружения остановился – он боялся того, что может там увидеть… боялся увидеть мрак, холод и пустоту на месте света, тепла и доброй улыбки Фей. Морис не знал, хватило ли волшебства огнецветов для поддержания огня в Фэй, или же… Поток мыслей тролля прервал лис, что, пробежав мимо замершего Мориса, бесцеремонно сунул нос в щель между еловыми ветками и скользнул внутрь шалаша. Наклонившись, Морис заглянул внутрь.

Сердце тролля радостно забилось, когда он увидел мягкий свет, что заполнял собой внутреннее пространство шатра – магия огнецветов всё ещё работала! Правда исходящий от них жар существенно поубавился, но это было уже не важно – у Мориса теперь есть огненный кристалл и он спасёт Фэй! Морис посмотрел на Фей – она была похожа на спящую царевну в ореоле золотистого света – рыжие волосы и бледная кожа ярко выделялись на фоне темно-зеленой хвои…

Фень, тихо тявкнул, привлекая внимание Мориса. Стоило троллю на него посмотреть, как зверёк тронул лапкой свисающий с его шеи мешочек.

– Ты прав дружок, нужно спешить, – встрепенувшись, произнёс Морис.

Аккуратно сняв с шеи лиса мешочек, тролль осторожно вытряхнул из него кристалл – сверкнув гранями, камень упал на грудь Фэй. Присев рядом, Морис замер в ожидании чудесного исцеления – сейчас кристалл ярко вспыхнет, озарит всё вокруг своим магическим теплом и Фей проснётся! Вот прямо сейчас!.. Сейчас…

Прошло три, а затем и пять минут, но ничего не происходило. Снаружи поднялась метель и ветер, завывая, то и дело бросал горсть снежинок в щель между еловых веток. Огнецветы медленно догорали, отдавая последние крупицы тепла, а Фей всё не просыпалась...

Лис поднял голову с колен тролля и грустно на него посмотрел. Нахмурившись, Морис потянулся к брошенному рядом плащу и, оторвав от него порядочный кусок, плотно обмотал полоску ткани вокруг своей руки. Наклонившись над Фей, он взял кристалл забинтованной ладонью и сильно потряс его, словно это могло как-то активировать камень. Вернул обратно тролльке – кристалл всё так же безучастно поблескивал в свете тающих огнецветов, роняя на стены шатра оранжевые всполохи. Морис некоторое время смотрел на Фей, а затем схватил кристалл и вышел с ним из шалаша.

Бинты особо не помогали – даже сквозь плотную ткань Морис ощущал исходящий от камня жар. Однако тролль продолжал стоять, крепко сжимая кристалл в руке. Вокруг бушевала метель и трескучий мороз покусывал кожу, но Морис чувствовал себя так, словно стоял над раскаленным жерлом вулкана.

«Всё было напрасно…, – думал он, устремив свой невидящий взгляд в белую мглу. – Мой путь «надежды», полный палящего зноя, лишений, страхов и опасностей привел меня в никуда… Я так и не смог спасти Фэй… Она оказалась здесь, в этом чуждом ей мире льда и холода, из-за меня и из-за меня же она и погибнет…»

Закричав от отчаяния, Морис, что есть сил, зашвырнул кристалл во мрак ночи. Метель, что сначала поглотила крик тролля, с жадностью проглотила и камень – прорезав белую мглу огненной кометой, кристалл исчез в одном из сугробов. Закрыв лицо руками, Морис упал на колени. Слёзы, едва скатившись по его щекам, тут же замерзали и падали в снег хрусталиками льда.

Метель, что так внезапно налетела, вдруг успокоилась. Крупными хлопьями пошёл снег. Невесомые снежинки, словно желая успокоить рыдающего тролля, ложились на его голову и плечи мягкими, едва уловимыми, прикосновениями.

Неожиданно Морис почувствовал спиной тепло. Убрав руки от лица, обернулся – из-под веток, прикрывающих вход в шалаш, струился белый свет. Вскочив на ноги, Морис поспешил внутрь. Однако не успел он отодвинуть полог, как вынужден был зажмуриться и отвернуться – свет был настолько ослепительным, что обжигал привыкшую к низким температурам кожу тролля. Благо, длилось это недолго и вскоре яркость и интенсивность излучаемого света начала убывать. Приставив ладонь к лицу, Морис посмотрел на Фэй сквозь расставленные пальцы.

Это был Фень! Именно от зверька, свернувшегося клубочком на животе тролльки, исходило столь яркое свечение! Замерев как вкопанный, Морис наблюдал за происходящим, боясь неловким движением нарушить разлившееся вокруг волшебство. Приглядевшись, Морис заметил, что окутывающий Феня свет словно перетекает в Фэй – лицо тролльки вернуло свой здоровый румянец, а волосы засияли медью. Тем временем как троллька наливалась жизнью и светом, лис, наоборот, словно угасал – его белоснежная шерстка посерела, а огненные ушки, лапки и хвост утратили былую яркость и стали жёлтыми.

– Эй, дружище, мне кажется, с Фэй уже всё в порядке, – ласково произнёс Морис. – Не знаю, как ты это делаешь, но тебе пора остановиться, иначе тебе самому не хватит энергии.

Лис с трудом приподнял голову и посмотрел на тролля долгим взглядом, словно вспоминая, кто перед ним. Затем взгляд Феня прояснился и он слабо вильнул хвостом. Морис хотел подойти и погладить зверька, но не смог к нему приблизиться – исходящий от них с Фэй жар был просто нестерпимым. Продолжая мягко говорить с лисом, тролль вскоре заметил как излучаемый Фенем свет угас. Шалаш погрузился в полутьму, освещаённую лишь бледно-золотистым светом огнецветов.

Фэй по-прежнему была без сознания, но теперь её ровное дыхание и цветущий вид кожи не вызывали у Мориса опасений – она просто спала. Сгорбившись в узком пространстве шалаша, тролль подошел ближе. Погладив лиса по светлой шкурке, Морис присел рядом с Фэй и долго, с глупой и счастливой улыбкой на лице, смотрел на тролльку. Утомленное долгой дорогой тело и наполненный переживаниями разум вскоре дали о себе знать и Морис даже не заметил, как уснул.

Морис проснулся от щебетания птиц. Открыл глаза. Непонимающе уставился на солнечный луч, что широкой полосой света лежал у его ног. Вспомнив события вчерашней ночи, тролль вскочил на ноги и тут же ударился головой и подпирающую потолок ветку. Потирая ушибленную макушку, огляделся и только сейчас понял, что он в шалаше один. Отодвинув еловый полог, Морис шагнул на залитую солнечным светом полянку.

Яркое морозное солнце, отражаясь от белого снега, слепило глаза. Слуха тролля коснулся звонкий смех и он, прикрыв глаза ладошкой, огляделся и тут же увидел их – Фей, утопая в снегу по колено, пыталась догнать ловко скользящего по белому снежному ковру лиса. Фень, пригибаясь к снегу, подпускал к себе Фэй достаточно близко, а затем, резко отпрыгнув от тролльки и прижав уши к голове, бежал прочь. Так они и гонялись друг за другом, словно не замечая ни мороза, ни того, что с головы до пят, были все в снегу. Морис отметил про себя, что хоть мех Феня и остался сероватым, а кончики лап и ушей медово-жёлтого цвета, лис выглядел вполне здоровым и счастливым.

Словно почувствовав на себе взгляд Мориса, Фэй вдруг обернулась и, заметив стоявшего в отдалении тролля, побежала к нему. Смеясь и громко выкрикивая его имя, троллька была подобна озорному огоньку, что, не смотря на окружающий его снег и мороз, ярко сияет. Морис, широко улыбаясь, поспешил ей навстречу.

Пока счастливая парочка обнималась и обменивалась впечатлениями, лис некоторое время за ними наблюдал, а затем вдруг вскочил с места и завертел головой. Поведя по воздуху носом, Фень пробежался по снегу и замер. Склонив голову набок, словно к чему-то прислушиваясь, он вдруг подпрыгнул и, выставив перед собой передние лапы, нырнул в снег. Некоторое время из сугроба торчали лишь задние лапы и пушистый хвост зверька, а затем он выкарабкался из снега. Отряхнувшись, Фень деловито куда-то побежал, держа в зубах мерцающий красным предмет.

– Это же огненный кристалл! Зачем он ему? – произнёс Морис, проводив взглядом пробегающего мимо них лиса.

– Пойдём за ним и узнаем, – хихикнув, шёпотом предложила Фэй.

Тролли, взявшись за руки, последовали за успевшим убежать вперед лисом. Взобравшись на ближайший белый холм, Фень придирчиво его осмотрел и принялся рыть снег. Переглянувшись, Морис и Фэй присоединились к столь странному занятию. Вскоре друзья добрались до мерзлой земли. Довольный результатом, лис деловито обнюхал почву, которая столетиями прибывала в сонном, скованном морозами оцепенении. Покрутившись на месте, Фень лёг на мёрзлую землю и, свернувшись калачиком, замер.

– Дружок, если ты планировал вырыть себе норку, то ты выбрал не совсем удачное место, – присев на корточки возле Феня, мягко произнёс Морис.

Лис, словно не обращая внимания на склонившегося над ним тролля, продолжил лежать неподвижно, спрятав свой чёрный нос в светлый мех хвоста. Пока Морис с Фэй перешёптывались, пытаясь разобраться в поведении зверька, Фень поднялся и, быстро перебирая крошечными лапками, начал рыть яму в успевшей подтаять земле.

– Это уже больше похоже на нору, но не уверен, что после очередной метели её не… А вот теперь я решительно не понимаю, что ты делаешь.

Морис растерянно наблюдал за Фенем – схватив зубами брошенный рядом огненный кристалл, зверёк осторожно положил его в вырытую ямку и начал засыпать землёй.

– Правильно, там ему и место! – похвалил тролль, решив, что лис пытается избавиться от кристалла. – Столько сил и времени было потрачено на его поиски, а он итоге он оказался совершенно бесполезным куском камня!

Осуждающе посмотрев на Мориса, Фень поспешно выбрался из снежной ямы, на дне которой виднелся неровный полукруг коричневой земли. Стоя на верхушке сугроба, лис, глядя на замерших внизу друзей, начал громко тявкать.

– Думаю, он хочет, чтобы мы пошли за ним, – сказала Фэй, вставая рядом с Морисом.

– Мы что, куда-то спешим? – спросил Морис, глядя снизу вверх на Феня. Продолжая тявкать, зверёк начал беспокойно бегать взад-вперед по краю сугроба. Почувствовав тревогу в его «голосе», тролль ворчливо добавил: – Хорошо, уже идем, только успокойся!

Взобравшись наверх, Морис помог подняться и Фэй. Едва они выбрались из ямы, как земля под ногами мелко задрожала, вынуждая их попятиться. Не понимая, что происходит, тролли побежали. Позади них раздался грохот и тихий, уходящий под землю гул. Обернувшись на ходу, Морис увидел, как из вырытой Фенем ямы в небо взметнулась тёмная колонна. Коричневый ствол утолщался на глазах, выбрасывая в стороны удлиняющиеся ветки с набухшими почками. Тихий шелест и, словно раскрывшийся зонт, над их головами раскинулась крона с изумрудной листвой. Поражённые увиденным, Морис и Фэй остановились, заворожено глядя на гигантских размеров дерево, что словно сказочный мираж, возникло среди белых холмов Северных земель.

Снег у подножия Древа начал стремительно таять, обнажая голую землю. Фэй невольно сжала руку Мориса, когда снег под её ногами исчез и полоса коричневой земли побежала дальше. Дойдя до какой-то невидимой границы, таянье снега прекратилось, очертив вокруг Древа достаточно большой и ровный круг голой раскисшей земли. Послышался шелест ветвей и от подножия Древа во все стороны потянулись щупальца травы. Стоило зеленому ковру покрыть растаявшую землю, как всё смолкло. Морис выждал ещё немного и, когда всё осталось без изменений, обратился к Фэй:

– Постой пока здесь, я кое-что проверю. Не бойся, я быстро.

Троллька кивнула и перевела взгляд на Феня – лис, бегая по усыпанной мелкими цветами траве, казался счастливым и беззаботным. Морис, глядя на Фэй, улыбнулся – в больших глазах тролльки, где совсем недавно был страх, теперь озорным огоньком разгоралось любопытство.

Повернувшись к дереву спиной, Морис побежал прямо к невидимой границе – туда, где зелёный ковёр резко обрывался, а за ним высились огромные снежные сугробы. Остановившись у незримой линии, Морис обернулся и посмотрел на Древо со стороны – огромный ствол тянулся к голубому небу, затем раскрываясь не менее внушительной кроной. Казалось, что среди снегов вырос изумрудный шатёр, что своим куполом накрыл всю долину, тем самым оберегая и защищая её от морозов, снегов и пронзительных ветров… Всё ещё не понимая, что происходит, тролль поспешил к своим друзьям.

– Здесь я совсем не чувствую холода! Это так здорово! – тут же выпалила Фей, стоило Морису оказаться рядом.

– А ведь и правда – здесь довольно комфортная температура для нас обоих! – прислушиваясь к своим ощущениям, удивлённо произнёс Морис. – Наш дом разрушен, так может, построим новый здесь, у подножия Древа?

Фень, всё это время крутившийся где-то рядом, вдруг подбежал к Морису и, подпрыгивая на месте, радостно затявкал.

– Мы с Фенем полностью тебе поддерживаем! Здесь просто чудесно! Никогда не видела столько цветов и зелени! – с широкой улыбкой на лице ответила Фэй.

Раскинув руки и весело смеясь, троллька побежала по мягкой траве. Фень, продолжая подпрыгивать в высокой для него траве, последовал за ней.

«Да, это просто идеальное место для нас! – глядя на резвящихся друзей, с улыбкой подумал Морис. – Для тех, кто желает мира обоим нашим царствам, для тех, кто не разделяет мир на черное и белое, на огонь и лёд…

Закрыв глаза, тролль вдохнул полной грудью свежий, пропитанный незнакомыми, но такими чарующими ароматами цветов, воздух. В душе потеплело и Морис почувствовал, что он дома…

…

Прошло полгода. Весть о волшебной долине быстро разлетелась по ледяному и огненному царству. Вскоре к чудесному Древу стали стекаться тролли, что хотели жить на нейтральной, не принадлежащей ни льду, ни огню земле. Одинокий домик Фей и Мориса обзавелся соседями, и вот, у подножия волшебного Древа, выросло небольшое поселение.

На Северные земли опустился вечер – две аметистовые луны только начали свой обход по усыпанному первыми звёздами небу. Крупными хлопьями пошёл снег. Тихо и спокойно вокруг… Неожиданно безмолвие снежного царства нарушил едва различимый хруст снега под чьими-то проворными лапками.

Хруст-хруст… хруст-хруст… На вершине снежного холма, с которого открывался вид на долину с волшебным Древом, замер странного вида зайчишка. Его белоснежный мех, в свете двух лун, переливался серебром, когда как небольшие оленьи рожки отливали золотом. Взгляд умных карих глаз был устремлён вниз, туда, где мерцали огни небольшого поселения. Пушистый хвостик дернулся и зайчик встал на задние лапки – это был кролень. На шее зайчишки висел небольшой цилиндр с посланием – нужно было спешить – всемогущая колдунья дала чётко понять, что время не терпит!