Точка Телепортации

Глава 1

С самого утра Игнатикс сидел в кузове грузовой повозки, сжимая в руках мешок с орехами Черного Древа. Друид вертел мешок и смотрел на дорогу. Орехи были тяжелые, пахли землёй, и слегка светились волшебным светом. За ним в кузове было еще три мешка. И еще пять на крыше. Каждый мешок весил как небольшой ребенок, и всего таких мешков было двенадцать.

— Напомните мне, — выдохнул Игнатикс в сторону Никодима, — почему я, Верховный Друид Его Величества, лично развожу орехи по ресторанам?

— Потому что ты владелец сети, — ответила Хелен, сидевшая рядом в кузове, и листавшая какие-то бумаги. — А владелец должен знать своё дело.

— Я не хотел быть владельцем! Сегодня по крайней мере… Я хотел спать!

— Ты подписал контракт.

— Я его не читал!

— Это твои проблемы.

Хелен вернулась к бумагам. Она умела быть строгой.

Сатир Никодим, все это время сидевший на самом верху груды мешков, свесил голову вниз. Его козлиная бородка развевалась на ветру, в руке — как всегда бутылка рома.

— Не ной, друид, — прокричал сатир перебивая шум двигателя. — Это всего три ресторана сегодня. Заедем, отдадим орехи, выпьем пива. Может, даже заплатим за пиво. Ух-ха-ха!

— Ты никогда не платишь за пиво… — пробубнил друид. — Цыган…

— Потому что у тебя бесконечная кредитка, а у меня нет. Это называется социальная справедливость.

— Это называется социальный паразитизм!

Михаил, самый настоящий медведь, от чего-то сидевший за рулём, умело объезжал кочки. За пару дней зверь научился водить повозку, и оказался на удивление хорошим водителем. Медведь повернул голову, и пробасил:

— Первый ресторан через пять минут. Он в промзоне. Называется «КамДак на Заводской».

— Почему в промзоне? — спросил Игнатикс. — Специально, чтобы вонять мне, когда я там буду?

— Потому что там дешёвая земля, — ответила за медведя Хелен. — И потому что tagguys, которые там работают, всё равно не могут позволить себе есть в центре.

— Логично…

Повозка свернула на узкую улочку, заставленную ржавыми контейнерами и обломками тракторов. «КамДак на Заводской» оказался серым зданием с облупившейся вывеской, на которой красовался улыбающийся утёнок с картошкой фри в клюве. Давился он ей, или блевал оставалось загадкой.

— Утёнок? — переспросил Никодим. — Я думал, у нас в Барбаке символ всего петух?!

— Это ребрендинг, — пояснила Хелен. — После того как настоящего петуха свергли, власти решили, что утёнок безопаснее.

— Петуха свергли? — Игнатикс вытаращил глаза. — Когда? Теперь птицы с руками не правят?

— Ты что, не читаешь новости? Тебе же дали рептилоидский планшет, Игги. Это было месяц назад. Моя любимка Айсен и её команда, лорд Айтун, чудины… Ты вообще в курсе, что происходит в мире?

— Идите нафиг… Раз вы мне указываете, значит нашелся другой петух.

Игнатикс пробубнил еще что-то и замолчал. Он действительно не читал новости. Он читал аниме-журналы.

Переносчики семян вошли внутрь. Ресторан был пуст, если не считать трёх тагаев, которые сидели за столиком и смотрели в одну точку. За стойкой стоял тагай в фартуке, с лицом человека, который давно перестал задавать вопросы.

— Мы привезли орехи, — сказал Игнатикс, ставя мешок на стойку.

Тагай посмотрел на мешок. Потом на Игнатикса. Потом снова на мешок.

— Орехи? — переспросил он.

— Да. Черное Древо... Для телепортации...

Будто это что-то значило для тагая, для которого и магии-то не существует.

— А, — сказал тагай. — Вы новый владелец, значит.

— Откуда ты знаешь?

— Ходят слухи. Говорят, вы превращаете людей в призраков, если они плохо жарят картошку.

Игнатикс хотел возразить, но вспомнил, что примерно такое событие и произошло.

— Это был несчастный случай, — замялся друид. — Владелец сам виноват. Он построил ресторан на кладбище!

— Я не осуждаю, — тагай поднял руки. — Мне просто нужно знать, куда класть орехи. У нас тут… — он замялся, — …проблема.

— О боже, какая?

— В подвале что-то живёт. Не призрак. Оно ест картошку и… иногда поёт.

Никодим оживился. Волшебные создания были по его части!

— Поёт? Что поёт?

— Что-то про прыжки и свободу. Я не вслушивался.

Хелен посмотрела на Игнатикса.

— Ты должен это проверить.

— Я? Снова? Почему не послать сатира?

— Потому что ты маг. Развивайся! Расти над собой!

Хелен вытолкнула Игнатикса вниз. Друид вздохнул и спустился в подвал. Там было темно, и тянуло костеломной сыростью старых бетонных помещений. В углу, среди мешков с картошкой, кто-то и правда сидел. Маленький, сгорбленный, с большими ушами, свиным рылом и хвостом. Поросенок весело жевал картошку и напевал себе под нос:

Чародей-лиходей Зелье заварил!

Нет мерил, нет идей! Гоблинов пустил!

Только знай - каждый орк скачет и кричит!

Убегай, жизнь спасай! Кто же тут бандит?!

— Мать честная… Ты кто? — спросил Игнатикс, увидев поющую свинью.

Существо обернулось. Это был гоблин. Настоящий гоблин, с острыми клычками, большими ушами, одетый в лохмотья.

— Я — Гоблин, — прохрюкал иждивенец. — Из срединного мира.

— Как ты здесь оказался?

— Через портал. Черное Древо. Я шёл, шёл, переплыл реку и... пришёл. А теперь я живу здесь. Ем картошку. Пою песни. Никого не трогаю. Разве что тагаев иногда пугаю. Прикольные они у вас, змей.

Игнатикс почесал затылок. Он хоть и не был рептилоидом, но понял, что гоблин принял его за ангелоида.

— Ладно. Ты можешь остаться. Но перестань есть картошку. Она проклята тенями. Может по-этому ты и поешь так паршиво.

— Проклята? — гоблин посмотрел на картошку. — Это объясняет, почему я вижу призраков.

— Каких еще призраков?

— Тех, что приходят и жалуются. Они говорят, что раньше здесь было кладбище.

Игнатикс вздохнул. Ещё одно кладбище. Похоже весь КамДак строился на костях после Семидесятилетней Войны. Впрочем, на гоблина друиду было все равно.

— Короче, — сказал грубо Игнатикс. — Я оставлю тебе орехи. Один мешок. Вырастишь дерево, и портал откроется. Можешь свалить, можешь остаться. Но если ты начнёшь есть картошку, превратишься в призрака.

— Это угроза? — Гоблин с вызовом посмотрел на Игнатикса.

— Это обещание, поскакунчик.

— Хрен с тобой, старче. Давай свои орехи.

Когда Хелен и Игнатикс вышли из ресторана. Никодим уже сидел на повозке и отхлёбывал из фляги.

— Что там было? — спросил небрежно сатир.

— Гоблин, — ответил Игнатикс. — Второй.

— Второй? У тебя есть первый?

— Это мой Гоблин-ученик. Кличка. Он панк. А тот — Гоблин-гоблин. Свинорыл. Как ты козлина.

— Смешно. — Никодим допил и запустил бутылкой в окно.

— Мне не смешно. Всякие скачущие в подвалах свиньи могут и глотку перегрызть…

— Не дрейфь, они только на словах страшные. А на деле ускачут далеко-далеко, как только покажешь им магию.

Михаил завел мотор, повозка двинулась дальше.

Второй ресторан находился в жилом районе, среди высоток. Он назывался «КамДак на Северной Крысиной». У входа стояла очередь из тагаев, которые выглядели так, будто не спали неделю. Может, им и правда мешали крысы?! Игнатикс протолкался внутрь.

— Мы привезли орехи! — объявил он празднично.

Никто не был рад их визиту. Управляющий, пожилой тагай с усами, вышел из-за стойки и посмотрел на них с подозрением.

— Вы же владелец? — спросил он.

— Да!

— Хорошо. У нас как раз проблема, требующая решения.

— И у вас? — Игнатикс поник.

— Призраки!

— Они портят картошку? — Предположил друид.

— Они… — управляющий замялся, — …они требуют справедливости.

— Какой еще справедливости? Рабочий день на них не распространяется. Зарплата, в общем, тоже…

— Они говорят, что были рабами. Что их хозяева — змеи — держали их в подвале и забирали энергию. А теперь они призраки, и они хотят… они хотят, чтобы мы им поклонялись!

Усач, говоривший это, не знал чему удивляться больше — призракам, или тому, что они говорили (хоть это и было правдой).

Игнатикс посмотрел на Хелен.

— Это как?

— Это культ, — сказала Хелен. — Призраки рабов организуют культ. Обычное дело. Игги, неужели не смотрел фильмов? Ты должен их остановить.

— Почему я? У вас же есть ангел-драконы! Капитаны-архангелы! Петушители Вселенных!

— Потому что ты друид. Ты умеешь говорить с духами.

— Я не умею! Я врал!

— Теперь уже неважно. Мне снова спустить тебя с лестницы? — Все это Хелен говорила с милым лицом школьницы, что только добавляло хоррора.

Игнатикс, чертыхаясь, спустился в подвал. Там, в темноте, горели голубым светом свечи. Несколько призраков рабов сидели в кругу и пели гимн. На стене вонючей эктоплазмой было написано: «Свобода для мёртвых!»

— Эй, — крикнул Игнатикс. — Вы чего здесь устроили, уважаемые?

Один из призраков обернулся. У него было лицо тагая, но с дырой вместо глаза. Пуля либо нож.

— Мы хотим справедливости, — Провыл призрак. — Мы жили в рабстве. Умерли в рабстве. Теперь мы свободны, но никто не признаёт нашу боль…

— Я признаю, — вздохнул Игнатикс. — Черт подери, как же я признаю вашу боль…

— Правда?

— Правда. Я не могу вернуть вам жизнь, но могу дать вам место! Здесь будет сад. Мы прорастим Черное Древо. Вы сможете жить в нём. Если захотите.

Призраки переглянулись.

— Сад? — переспросил одноглазый.

— Да. Росток Черного Древа. Я посажу его здесь. Оно даст вам покой. Ну, или по крайней мере, вы сможете вселиться в младенцев, которых мамаши притащат посмотреть на ростки.

Призраки замолчали. Потом одноглазый кивнул.

— Хорошо. Мы согласны.

— Оки-доки — Игнатикс пожал руку призраку и оставил мешок. - Только не пугайте персонал раньше времени.

С довольно безразличным лицом старик поднялся наверх.

— Проблема решена? — спросил Никодим.

— Да, — отмахнулся Игнатикс. — Здесь будет выращен росток дерева, как и планировалось.

— А орехи?

— Я думаю призраки сумеют прорастить хотя бы один. Я оставил им весь мешок.

— Тогда погнали в третий ресторан.

Третий ресторан находился на окраине города, у самой границы с территорией, которую называли «Серой зоной». Там было мало обычных тагаев и много военных. Ресторан тот назывался «КамДак у Последнего Поворота».

У входа разношерстную компанию встретил... военный — высокий гибрид с острыми зубами, и кибернетическими металлическими руками.

— Вы владелец? — лязгая поинтересовался верзила.

— Он самый, — тупо улыбнулся Игнатикс. — Привез орехи. Аж три мешка. На случай, если все гоблины, призраки и черти соберутся у вас.

— Нет. У нас проблема другого рода…

— Я содрогаюсь при мысли о том, какая…

— Злые духи украли всю картошку. И съели её… Теперь они хотят ещё! Мы оцепили ресторан. Несколько раз связывались с ангелоидами. Они послали вас…

- Они похоже, посллни нас всех...

Игнатикс посмотрел на Хелен, и разразился тирадой.

— Это, мать вашу, уже не смешно. Я не рептилоид! Я не смогу воевать с… жирными призраками!

— Это не смешно, — согласилась девушка. — Но это работа. Твоя.

— А рептилоиды-маги? — Не унимался друид — может меня подстрахуют?

— Я тебя поцелую — подмигнула Хелен. — потом.

Взяв дрын из кузова, пышущий злобой Игнатикс спустился в подвал. Там сидели три «призрака» — гибрид-тагай, змея и… ящер. Они ели картошку и смеялись. Никакие не призраки! Воры! В костюмах и размалеванные тушью!

— Чего расселись, эктоплазменные вы мои? — спросил Игнатикс нахмурившись.

— Мы едим, — ответил ящер. — Мы голодные! Мы умерли от голода.

— Ты кому втираешь?! Вы не призраки. Вы — воры! И вы не можете есть МОЮ картошку просто так!!!.

Игнатикс направил на трио воров железную трубу. Это вызвало взрыв смеха.

— Мы можем! Так вкусно!

Игнатикс вздохнул. И заорал так громко, как только мог:

— Я вам кабины разнесу!!! Отдуетесь за весь мой неудачный день, сапоги непошитые!!!

Друид, сам того не ведая, призвал какое-то заклинание. Оно, как током, ударило воров. Гадюка попыталась бежать, но Игнатикс, распаляемый собственной злостью, добавил.

— Это тебе за бесплатную жрачку и пугание военных!

— Ладно. Мы сдаемся!!!

— И не сметь больше жрать мою картошку!

— А если не перестанем? — Тявкнул гибрид.

— Тогда я вас порабощу! И вы будете работать в этом ресторане до конца своих дней! Теперь так: вы садите здесь сад!

Друид бухнул мешок с орехами на пол.

— Отработаете сожранное.

«Призраки» переглянулись.

— Мы согласны, — хныкнул ящер. — будем сажать деревья, о великий маг.

Злой и довольный, Игнатикс поднялся наверх. Никодим, нога на ногу, сидел за столиком и ел картошку горстьми. Сатир смешал кофе с ромом и громко хохотал.

— Ты чего, Белохвост? — фыркнул Игнатикс с недовольной рожей. — Уже накушался?

— Ничего, — ответил Никодим, протягивая ему стаканчик. — Просто подумал. Вот ты владелец сети ресторанов. У тебя бесконечная кредитка. У тебя есть говорящий медведь, школьница-гитаристка и замечательный я, который всегда развеселит. Ты развозишь орехи Черного Древа по всей стране. Игги! Ты чертов везунчик… И ты всё ещё жалуешься!

— И что?!

Игнатикс хотел дать подзатыльника Никодиму. Но потом передумал, и осушил протянутый ему стаканчик с кофе.

— Значит, всё идёт по плану.

— По какому? — Вылупился сатир.

— Черт его знает… Но сегодня я впервые применил магию, как мне нравится.

Друид молча сел рядом. Он повертел стакан с ромом, отпил и посмотрел на свою команду.

— Знаете что? — продолжил старик. — Я, кажется, начинаю от этого кайфовать.

— От чего? — подняла бровь Хелен. Милый карий глаз хитро сверкнул.

— От того, что моя жизнь — это цирк. Но, по крайней мере, это мой цирк!

Никодим засмеялся и поднял стакан.

— За КамДак! За Друида! За Цирк с конями!

— Почему с конями?

— Потому что мы притворяемся цыганами, забыл? — Подмигнул ему сатир — а что за цыгане без коней?!

Игнатикс отпил и улыбнулся. В самом деле… Он только что победил призрачное безумие и даже…завел второго гоблина. Кони, если бы они и были, точно пришлись бы в тему.