Тайна старого Олафа

Глава 1

Тайна Старого Олафа

Дзынь! Дзынь! Дзынь!-Звенит наковальня.

Каждый удар по раскаленной ярко-оранжевой, преходящей в белизну, заготовке издает свой звук. Это ритм, музыка, песня метала принимающего новую форму. Брусок торгового железа сминается под ударами, растягивается. Сформированная пластина вновь отправляется в горн.

Уфф! Уфф!- шумят меха.

Пластина искрится, она снова на наковальне. Под ударами причудливого молотка она гнется, складывается гармошкой. На свет появляется мешочек с белым порошком. Белая пыль щедро засыпает раскаленное железо, она вскипает, пузырится. Это почти магия.

Кучка мальчишек облепила высокий забор кузницы. Они наблюдают, наблюдают исподтишка, прилипнув к многочисленным прорехам и щелочкам. Еще бы! Любой мальчишка в селении знает, что староста деревни щедро наградит того, кто выведает секреты старого кузнеца. Награда, ах какое это сладкое слово. Каждый из мальчишек представляет это по своему. Одному мерещится аж целая серебряная монета, другому горшок с медом или настоящий нож. Раньше они спорили до драки, выясняя кто прав. Но это время прошло.

Старый Олаф, нахмурив брови, идет к калитке, он строго стережет свои тайны. Мальчишки тут же прячутся в зарослях травы обильно растущей вдоль дороги. Взяв дрын, Олаф шурудит лопухи прямо рядом со светловолосым, вихрастым парнишкой лет двенадцати. Тот замирает. Никто не хочет попадаться в руки старому кузнецу.

В селении поговаривают, что тот совсем рехнулся на своих тайнах. Отгородился забором, ни учеников не молотобойцев не берет. А только бормочет, что-то хмуро себе под нос. Но до чего дивные изделия он куёт. Крепкие, гибкие, не имеющие сноса. Поговаривают, продал он душу за тайный язык железа. От того и не хочет брать учеников.

Олаф уходит обратно к кузне, и мальчишки с облегчением выбираются из укрытий. Сейчас начнется самое интересное.

Бздынь! Бздынь! Бздынь! -Снова поет наковальня. Звук теперь глуше, металл злится, он не хочет снова сковываться в брусок.

Уфф! Уфф!- вздыхают меха.

Мастер берет скованный из пластины брусок и скручивает его винтом.

Уфф! Уфф! -вздыхают меха.

Мальчишки за забором перешептываются, эту процедуру они уже видели много раз. Но раз никто не получил награду, значит не ту тайну ищет староста.

Дзынь! Тынь-тынь! Дзынь! Тынь-Тынь! -поет наковальня. Звук веселый, он дробится, переливается. Металл понял чего хочет мастер.

Под ударами тяжелого молота рождается нож. То для чего собрались соглядатае совсем близко. Старый Олаф сводит лезвие. Мальчишки подбираются, сейчас будет магия за которой они пришли.

Клинок почти готов, Олаф грозно хмурит брови оглядываясь по сторонам. А не таится ли кто-нибудь в округе? Не хочет ли выведать тайны старого кузнеца? Для верности он заглядывает под лавку, в ведро, и даже шурудит палкой в котелке с маслом. Олаф зорко сторожит свои тайны. Он поднимает руки и начинает вещать громовым голосом.

-Береме кужереме галдарук урук бадук!- Он подхватывает шпицами вишнево-оранжевый клинок ножа и макает в котел с маслом часть лезвия, погружая лишь режущую кромку.

Азмартир газан лук!- Рычит кузнец и лезвие вспыхивает, он вынимает его из масла и поднимает над головой. А сам косит взглядом оценивая эффект произведенный на малышню его представлением. Конечно он видит их. Он видел их с самого начала. Но представление еще не окончено.

-Бабадук урук барук. - Напевно произносит кузнец погружая клинок в масло целиком. Масло шипит, бурлит, но огня больше нет.

Вот теперь все, Демонстративно потягиваясь Старый Олаф берет в руки метлу и начинает уборку. Он видит как из щелочек в заборе постепенно исчезают блестящие, любопытные глаза. Но только улыбается в усы. Это представление он дает уже не в первый раз, каждый раз придумывая новую абракадабру для впечатлительных детишек.

Ну что-же снова будет над чем посмеяться со старостой Живелем за кружечкой пенного. Подходит нужное время и Олаф вынимает почти остывший нож из котелка с маслом. Завтра он снова будет печь хлеб, а заодно и «отпустит» накопившиеся заготовки. Уже захлопывая дверь дома он замечает светлую вихрастую голову мелькнувшую за забором. Похоже у Старого Олафа все-же появится ученик.