Так происходят чудеса

Глава 1

Картио сладко зевнул, потянулся, случайно что-то пнув ногой – оказывается, котёл был полон ароматными елочными шишками. Тепло и смолистый запах окружали маленького гномика, но он уже родился (раньше всех, между прочим!) и жаждал действий. Растолкав шершавые чешуйки, из которых через час-другой появятся его братишки, Картио добрался до самого верха и высунул нос из-под плюшевого толстого пледа.

Котел стоял на лавке рядом с печкой, в самом теплом месте терема. На столе оплывала свеча, рядом лежала раскрытая книга – по виду страшно старинная и тайная, со слегка обтрепанными краями обложки, желтоватыми страницами и затейливыми цветными завитушками по краям листа.

- Интересненько, любопытненько, что это тут у нас? – этак бормоча себе под нос, Картио поднялся на цыпочки и ловко подтянулся на столешницу.

Гномы ведь тем и отличаются от людей, что, родившись, они сразу же почти как взрослые, только наивные и неопытные. Зато уж сунуть свой курносый красный нос во всё вокруг – это у гномов главное качество с момента появления на свет из котла матушки Муори.

-Ух ты! Смотри-ка!

Картио с удивлением глядел на то, что написано в книге. И поразило его не собственно текст – он как-раз-таки был совсем обычным, навроде «Хочу новый планшет!», «Пусть Йоулупукки принесет мне новые ленты и красивое платье» или «В Новом году я хочу-хочу-хочу учиться только на «пятерки» и чтобы учительница больше не говорила маме, что я не делаю уроки». И прочее такое – наивное, непосредственное, честное, какими могут быть только детские мечты. Рядом с каждым таким желанием значилось имя ребёнка, который, засыпая этой ночью, шептал свою заветную мечту. И только одна запись будто мигала, то становясь ярче, то бледнея, и с каждым разом стиралась всё сильнее – Картио еле успел прочесть, пока она совсем не исчезла.

«Пусть папа выздоровеет…»

Имя мальчика напротив гаснущей строки показалось Картио чудным и странным. Тёма. Где это вы видали в Суоми мальчиков с такими именами?

Прямо на глазах гнома строка в книге исчезла, последний раз мигнула и больше не появилась. И необычное имя пропало, и чуть видное ранее лицо мальчонки лет семи. Будто и не было ничего.

-Что же делать? Что же делать? – Картио не знал, почему его зацепило это происшествие. Ведь из книги Йоулупукки за день по многу раз в день исчезают мечты – дети растут и перестают верить в чудеса, волшебство и новогодние желания озвучивают сразу своим родителям, а не Рождественскому Деду. Может, потому что он был ещё совсем молодым гномом, не прожившим и часа после превращения из еловой шишки, может, потому что стёршаяся их книги мечта была очень серьёзной, не про пятёрки и не про новый смартфон, а про здоровье близкого человека…

- Надо разбудить дедушку Йоулупукки! – решил Картио и, пыхтя, полез вниз со стола на лавку, а оттуда на пол. – Дедушка! Матушка Муори! Помогите!

Маленькими ножками много не набегаешь, но всё равно понадобилось не более нескольких минут, чтобы гномик выяснил, что в тереме, кроме него, никого нет. На дворе не было саней Рождественского деда, только снегом заметало след от полозьев. Собратья-гномики продолжали зреть в котле под пледом, и с этой стороны помощи ждать нечего.

- Что же делать? Как быть?

Картио был совсем один. Или?.. Из сарая, где Рождественский Дед держал свои сани летом, отчётливо доносилось чьё-то фырканье и топанье. Гномик не знал, кто там может быть, и поначалу струсил, попятился назад к дверям терема.

- Кто там? Дедушка? – крикнул он всё-таки, собрав последние остатки храбрости.

- Не-е-ет… Дедушка уехал за подарками. А меня не взя-я-ял…

На пороге сарая стоял олененок.

- Всех остальных взял, а меня оставил. Сказал, маленький я еще в упряжке ездить. А я вовсе не маленький! – Олененок всё сильнее распалялся, будто продолжая спор с Йоулупукки, надеясь отстоять свою правоту. – И в упряжке ходить я умею уже!

И совсем, конечно, ничего страшного не могло быть. Картио приосанился, делая вид, словно и не намеревался испуганно сбежать. Вот ещё!

- А ты кто? Я вот Картио, гном, родился в котле матушки Муори.

Он церемонно поклонился.

- Вэйно, - кивнул олененок и топнул копытом по утоптанному снегу. – Давай я тебе покажу, что я вовсе не маленький. Только ты меня должен запрячь.

Гномик спустился с крыльца, подошёл к новому знакомому и огляделся. Во что Вэйно хотел быть запряжённым, непонятно – ведь дедушка Йоулупукки уехал на своих санях. Да и не сдвинул бы их олененок, хоть и храбрился. Но вместе с этим в голову Картио пришла и другая мысль: Вэйно в упряжке – это возможность поехать куда угодно, ведь волшебные олени Рождественского Деда могут донести сани в самую дальнюю деревушку за считанные минуты. А вдруг получится отыскать мальчика Тёму и помочь ему?

- Это легко, - нарочитым басом проговорил Картио. – Запрячь – это можно. Где сани-то? Только чур, если я тебя запрягу, то ты меня свозишь покататься, куда я скажу. Идёт? Заодно и покажешь, какой ты взрослый.

Несмотря на то, что гному не исполнилось ещё и дня, а олененок явно прожил на свете гораздо дольше, Картио чувствовал себя более опытным, умным и посвящённым во многие тайны мира. Ведь он – ближайший помощник Йолупукки. Вэйно мотнул рыжей головой в сторону сарая:

- Там.

Оказывается, это не так просто, как сначала подумал Картио. Ух, и намаялся он с ремнями, пряжками и верёвками, прежде чем Вэйно удовлетворённо кивнул и сказал, что нигде не жмет, не натирает и запрягли его хорошо.

Эти сани были гораздо меньше, чем те, на которых обычно ездил дедушка – а под гномий рост таких больших и не требуется! Картио плюхнулся на кожаное сиденье, накинул сверху плед, который ранее утянул из светлицы терема.

- И куда поедем? – олененок глянул через плечо, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Очень уж хотелось ему уже понестись вскачь, взметнуть снежную пыль крепкими копытами и вознестись над крышами и верхушками деревьев.

- Погодь, видишь, я не уселся ещё, торопыга, - Картио всё больше и больше входил в роль «старшего товарища», солидного и опытного.

Укутавшись в плед со всех сторон, гном стал похож на маленький меховой сугробик, расположившийся прямо в середине слишком большого для него сиденья.

- А отвези-ка меня, милый Вэйно, к мальчику по имени Тёма, который просил Йоулупукки, чтобы папа выздоровел!

Не очень понимал Картио, как среди тысяч маленьких детей отыскать нужного мальчишку, даже с таким редким именем. А ведь в книге желаний только имя было и смутно – лицо. Адресов там не пишут, нет. Одна надежда, что Вэйно как волшебный олень знает дорогу хоть куда.

Олененок в свою очередь чувствовал себя хозяином положения: вот он какой взрослый, сильный, самостоятельный. Один сейчас упряжку повезёт! Настоящую! Волшебную! А может, и подарки какие-нибудь развезёт детишкам – успеет вперёд Йоулупукки, вот будет удача. Уж после такого Рождественский Дед не сможет его назвать маленьким и оставить дома в следующий раз!

- Конечно, - царственно (или ему хотелось думать, что именно так) склонив голову набок, будто вглядываясь в ночную снежную тьму, ответил Вэйно. – Вижу я Тёму, вижу и дом его. Вмиг домчу!

Сани скрипнули, хрустнул снег под полозьями. Вэйно сначала тронулся осторожно, привыкая к тяжести саней за спиной, а ещё думая, как же это разогнаться и подняться вместе со всей повозкой к небу. Он этого ранее никогда не делал и отчаянно боялся неудачи. За ворота они выехали довольно медленно, но на накатанной дороге олененок сразу прибавил – и в очередной раз выбив копытами снежный фонтанчики, следующий прыжок сделал уже в воздухе.

В ушах свистел ветер, Картио обеими руками вцепился в бортики саней и только оглядывался по сторонам с замирающим сердцем – под ними, где-то далеко внизу проносились верхушки вековых елей, редкие огоньки да метельные вихри вокруг танцевали. Уверенный, что волшебный олененок везёт его прямиком к Тёме, гномик наслаждался поездкой. Ведь он ни разу ещё не забирался так далеко от дома.

- Где же этот Тёма? – бормотал себе под нос Вэйно, пристально вглядываясь в ночное небо. Врожденная способность оленей Йоулупукки разыскивать чудесный короткий и точный путь, конечно, была присуща и ему. Да только вот он на самом деле был слишком мал – не видел далеко, чутьё не развил да и сани всё-таки оказались для него тяжеловаты. Вэйно уставал и постепенно начал замедлять скачку.

- Приехали что ль? – Картио высунулся из саней подальше, силясь разглядеть, где же это тут живёт мальчик Тёма. Однако внизу по-прежнему было темно и снежно – только совсем слабый огонёк неподалёку.

- Нет! Наверное, уже скоро… Или нет… Или да… Не знаю я! – Вэйно, который к этому времени совсем запутался, отвлёкся на разговор и… споткнулся.

Казалось бы, если ты скачешь по небу, то и споткнуться там не обо что. Вовсе это не так – на дорогах волшебных оленей Йоулупукки встречается не меньше камней и ухабов, чем на обычных просёлках. Только вот спотыкаться тем, кто запряжён в чудесную новогоднюю упряжку, гораздо опаснее.

Вэйно споткнулся, сани качнулись, Картио охнул и, не удержавшись, выпал прямо вниз. Оленёнок, запутавшись в своих тоненьких уставших ногах, канул следом, переворачиваясь в воздухе. Тяжёлые сани не давали ему выправиться и снова отыскать поверхность небесной дороги.

- Помогите, помогите… - шептал Картио, выкарабкиваясь из огромного пушистого сугроба, в который ухнул с небес. Хорошо хоть, снега навалило столько, что гном не достал до земли – застрял в середине снежного слоя. И теперь он барахтался в снегу, как в воде, не находя точки опоры.

Он уже больше походил не на гномика, а на снеговика – такой же кругленький и снежный.

- Уф… Спасите…

- Папа, смотри! Иди же сюда! Смотри, это же… это же гном! – звонкий детский голосок разорвал тишину. Такой неожиданный и почти нереальный в полночном лесу.

- Тёма, ну что ты выдумываешь? Какой ещё гном? – это уже не слишком довольный бас взрослого мужчины.

Шаги людей приближались, а Картио от услышанного даже барахтаться перестал и пискнул совсем уж тихонько:

- Тёма? – и громче: - Тёма!!! Помоги!

Большие руки легко вытащили гнома из снежного завала, скоренько отряхнули и поставили на пенёк, очень удобно случившийся рядом.

-И вправду гном… - мужчина в тёмном тулупе озадаченно сдвинул мохнатую шапку-ушанку на лоб и почесал в затылке.

Рядом с ним буквально подпрыгивал от радости мальчишка лет семи – в лунном свете Картио тут же разглядел, что именно его лицо он видел в книге желаний, рядом с исчезнувшей мечтой о выздоровлении папы. Гном перевёл взгляд обратно на мужчину. Папа, так назвал его Тёма. Больше ему обращаться было не к кому. И больным этот конкретный папа не выглядел.

- Я – Картио, - вспомнил гномик о вежливости. – И Тёму я знаю. Но вы мне должны помочь! Я упал, а Вэйно упал тоже. Надо найти его.

Картио решил, что отыскать оленёнка важнее, чем выяснять про папу, оказавшегося здоровым.

- Папа! Что я тебе говорил! Они вправду есть! – мальчик аж подпрыгивал на месте от восторга.

Мужчина взял себя в руки быстрее и поинтересовался деловым тоном:

- Кто такой Вэйно?

- Олень, он меня вёз к Тёме. И мы упали.

Гномик чувствовал, что сейчас расплачется, ведь это он оленёнка уговорил на эту отчаянную скачку по небу.

- Я видел, видел, - затараторил Тёма, указывая пальцем куда-то за спину Картио.

Нашли они Вэйно довольно быстро, оленёнок не пострадал, но никак не мог выпутаться из упряжи, которая намертво привязала его к покорёженным саням.

- Это просто какое-то чудо рождественское, - улыбался гном, обнимая Вэйно за ногу – выше не доставал.

- Я же тебе говорил, папа, что волшебство бывает! – в голосе Тёмы звучало нескрываемое торжество.

- Всё, не спорю, не спорю, - отец в шутливом жесте поднял обе руки вверх, сдаваясь.

И вот тут Картио обернулся, упирая руки в бока и хмуря брови. По его мнению, пришло время разобраться, почему же это Тёма наврал в книге желаний. Гном считал, что так поступать совсем некрасиво, да ещё и они с Вэйно чуть не пострадали из-за этой лживой мечты. Неслись, спешили, переживали. А тут – всё обман.

- Слушай, маленький человек, - он бесцеремонно перебил разговор отца с сыном. – Твой папа здоров, как я вижу, пусть и дальше так будет. Зачем же ты загадывал желание? И почему перестал верить в него? Будь добр, объяснись!

Тёма и его папа переглянусь с непонимающими лицами.

- Я не… - начал мальчик, а потом хлопнул себя по лбу. – Ну да! Конечно! Папа не хотел идти со мной в лес искать волшебство, говорил, что голова болит. И что волшебства не существует. И я подумал, что ничего не получится. Потому что папа если сказал, то так и будет. Вот.

- Точно. А потом я вспомнил про старый бабушкин отвар от головной боли.

Время шло к середине ночи. В добротной избе приграничного хутора сидели вместе двое людей – за столом, один гномик - на краю стола, один оленёнок – топтался в уголке. И пили бабушкин чудесный отвар, который не только головную боль побеждает, но и просто вкусный, сладко-травяной и волшебный. Ведь именно он собрал такую разношёрстную компанию вместе.

Так и происходят чудеса.

Когда в самую тёмную ночь года встречаются обычный русский мальчик Тёма и помощники финского Деда Мороза. И неизвестно, что является самым настоящим волшебством: существование гномов и волшебных оленей или то, что Тёма с папой оказались вовремя на том самом месте, где требовалась их помощь.