Света в "Стране чудес"

Глава 1

Это был шок для Светы. Не тот шок, когда падает айфон и экран покрывается паутинкой трещин. Другой. Настоящий.

В Москве всё было понятно: экран, кнопки, лента новостей, тик-ток, где жизнь мелькает быстрее, чем пальцы успевают скроллить. Бабушкин же дом в деревне пах так, что у Светы кружилась голова: пирогами, мокрой травой, старой древесиной и чем-то неуловимо сладким от цветущей сирени за окном.

— Ну, здравствуй, моя городская звёздочка, — бабушка обняла её так крепко, что Света даже крякнула. — Скучала я по тебе.

Вечером, когда солнце уже село за верхушки берёз, а комары запели свои тонкие песни, бабушка усадила Свету на пуховую перину и вместо того, чтобы включить телевизор, достала с полки потрёпанную книгу.

— Слушай, внученька, я тебе почитаю про девочку Алису.

Света хотела сказать, что главное — это зарядка и вай-фай, но промолчала. И тут бабушка начала читать. Она читала не как диктор в телефоне, а как будто сама там была, рядом с Алисой. Она меняла голос, шипела за Чеширского Кота и каркала за Герцогиню.

Света замерла. Она забыла про свой айфон, забыла про Москву. Мир, который открылся перед ней, был огромным, абсурдным и таким манящим, что сердце билось чаще. ГЛАВНОЕ! ТАМ БЫЛА НОРА! Нора, в которую можно провалиться и оказаться в стране чудес.

Утром бабушка ушла в огород, а Света, наскоро проглотив кашу, выскочила во двор. Солнце пекло, пахло земляникой. Но Света смотрела не на грядки. Она искала НОРУ.

— Заяц должен быть белый, — бормотала она, пробираясь сквозь лопухи у забора. — С жилеткой.

Она обшарила каждый куст смородины. Она залезла под старую яблоню, измазав колготки в трухе. Ей казалось, что она слышит тиканье карманных часов.

— Он здесь! — шептала Света, раздвигая заросли крапивы за сараем. — Он просто ждёт, пока я буду готова!

За сараем начиналась роща. Света знала, что бабушка говорила не ходить туда одной, но разве Алиса слушалась свою старшую сестру? Нет! Света нырнула в зелёную прохладу, раздвигая папоротники и вглядываясь в землю. Она искала дыру. Любую дыру. Даже мышиную норку она проверяла пальцем, надеясь, что та внезапно расширится.

Она лазила по оврагам, цепляясь за корни. Она звала: "Мистер Кролик! Ау!" Платье, которое бабушка специально сшила к её приезду, порвалось о сухой сучок. Белые носочки превратились в болотные кочки. Но Чуда не было. Только муравьи, жуки и бесконечная, звенящая тишина леса.

Когда солнце встало в зенит, Света поняла, что заблудилась. Страх сжал горло. Она села на пенёк и разревелась. Не потому что страшно, а потому что обидно. Почему у Алисы получилось, а у неё нет? Разве она плохая?

Она брела на голос петуха, который орал где-то вдалеке. Грязная, растрёпанная, с дорожками слёз на щеках, она вышла к калитке ровно в тот момент, когда бабушка, вся бледная, выбегала за околицу с граблями в руках.

— СВЕТА! — бабушка кинулась к ней, тряся за плечи. — Где ты была?! Три часа! Я обыскалась! Я всех соседей на уши подняла! Маньяки там, или хулиганы, или волки! Ты что, с ума сошла?!

Света вздрогнула и, всхлипнув, выпалила, глотая слёзы:

— Я искала… Я искала заячью нору! Как у Алисы! Я думала, она тут, за рощей! Я хотела попасть в страну чудес! А там только крапива и муравьи! Она обманула!

Бабушка на секунду замерла. Лицо её из испуганного стало понимающим, а потом — тёплым. Она притянула к себе перепачканное, всхлипывающее чудо в порванном платье и крепко обняла.

— Ох, глупышка ты моя, — прошептала бабушка, целуя Свету в макушку, от которой пахло потом, землёй и лесными цветами. — Не обманула она. Просто это… это фэнтези, по-вашему, по-современному, называется.

— Фэн… что? — шмыгнула носом Света.

— Сказка, внученька. Выдумка. Но самая лучшая на свете. В неё верят сердцем, а не ногами. Нору искать надо не в саду, а вот тут, — бабушка мягко коснулась пальцем груди Светы, там, где билось сердце. — Если она там есть, ты в любой момент можешь туда провалиться. Даже на диване. Поняла?

Света подняла на бабушку влажные глаза. Она не совсем поняла, как это — сердцем, но она поняла главное: бабушка не злится. Бабушка знает про этот мир. И она не ругается за порванное платье.

— А пирожки будут? — тихо спросила Света.

— Будут, — засмеялась бабушка, вытирая ей нос платком. — Идём. Умоемся, переоденемся. А вечером… хочешь, я тебе про Алису дальше почитаю? У нас там ещё безумное чаепитие впереди.

Света кивнула, впервые за день улыбнувшись. Идти домой по тёплой траве было приятно. Айфон так и остался лежать в рюкзаке, разряженный до нуля. И Свете почему-то совсем не хотелось его искать.